- -
- 100%
- +
Монолог автора
Чем старше я становлюсь, тем чаще ко мне подходят на улице прохожие и задают различные вопросы, например:
− Как пройти к поликлинике?
− Где находится ближайшая библиотека?
− Как добраться до проспекта Ударников?
− А где находится дом номер сорок пять по проспекту Индустриальный?
Нет, я не против, мне даже приятно, что спрашивают. Но вопросы порой удивляют меня, и к тому же меня стали путать. Как-то раз в магазине одежды ко мне подошла уже немолодая женщина. В руках она держала две пластиковые вешалки: одну − с белой блузкой, другую – с короткой красной юбкой.
− Посоветуйте, − попросила она меня, – подойдет ли мне этот наряд?
− Одевайтесь, − серьезно сказала я.
Женщина, мило улыбаясь, прошла в примерочную, закрыла занавеску, через пять минут снова показалась.
− Ну как, хорошо? − спросила она.
− Нормально, но лучше бы другую юбку, длиннее.
− Хорошо, − кивнула она головой, − там как раз есть длиннее, принесите, пожалуйста.
− Вон продавец! − показав рукой на проходившую девушку в белой футболке, сказала я.
− А вы что не продавец? − развела руками женщина.
− Я не продавец, − утвердительно сказала я и пошла ускоренным шагом к выходу.
Выхожу на улицу, и опять какая- то шустрая женщина подбегает ко мне и спрашивает:
− А до Невского проспекта на каком транспорте можно доехать?
У меня что ли на лбу написано «Справочное» – подумала я, но все же объяснила, на каком транспорте можно доехать до Невского.
Однажды я сидела на вокзале, прикрыв глаза: хотела подремать. Вдруг слышу мужской голос:
− Девушка, вы не можете присмотреть за моей сумкой.
Я не сразу поняла, что это ко мне обращаются, потому что я давно уже женщина, а когда поняла, подумала: блин, опять я.
− Ну, девушка, пожалуйста, присмотрите за моей сумкой, я на пять минут.
− Ладно, −сказала я, – идите, посмотрю…
А потом пошли новые вопросы от разных людей в разных местах:
− Сколько время?
− Какой сегодня день недели?
− Пойдет ли сегодня дождь?
− Работают ли во вторник музеи?
Одна женщина пенсионного возраста вообще удивила меня. Останавливает меня на ходу и спрашивает, прищурив глазки:
− Не подскажите ли, какая сегодня температура на улице?
Я постояла, подумала, потом подняла указательный палец вверх, покрутила им и, сделав умное выражение лица, произнесла громко и четко:
− Тридцать два градуса выше нуля!
Женщина что-то засомневалась и для достоверности переспросила:
− Точно?
−Точно, − уверенно сказала я.
− А когда похолодает?
− Ночью, − сказала я.
В последнее время иностранцы потянулись ко мне с вопросами. Первый – француз − такой симпатичный, все время улыбался. Крутился, крутился около меня (я тогда автобус ждала), а потом подходит так близко и говорит:
− Зюзю. Зюзю.
Я нахмурила брови, пожала плечами, а он снова щебечет:
− Зюзю. Зюзю…
− Отель? – подумала вслух я.
− Ви, − еще более обрадовался иностранец.
Я не знала никакого отеля Зюзю и вообще, что означает это слово. Но недалеко, в метрах двести-триста, располагалась гостиница «Москва», и я махнула в ту сторону рукой. Француз поклонился в знак благодарности и потащил за собой французский чемоданчик.
Следующие были англичане: пожилые мужчина и женщина. Проходя мимо, я встретилась с ними взглядами, улыбнулась и сразу же получила ряд вопросов. Из их речи я только поняла, что они ищут Эрмитаж, но почему-то забыла английские слова, еще более растерялась, но вновь помогла рука, которой я махнула в сторону музея, проговорив короткие три слова: «Go and go». Но они и этому были рады: кивали мне головами и улыбались.
А недавно я повела своего брата, любящего выпить, на культурный отдых − смотреть новую футбольную арену на Финском заливе. Мы с моим братишкой Олегом спустились в метро. Поддерживая его, чтобы он не шатался и чтоб к нему не подошли полицейские, мы вошли в один из вагонов прибывшего поезда метрополитена. Зайдя внутрь, Олежек увидел двух молодых иностранцев, которые тихонечко сидели, опустив грустные глаза вниз. Олег рванулся к ним…
− Куда ж ты! − не успела удержать его я. − Что они подумают о русских?
Но Олежек с пьяными веселыми глазами уже сидел рядом с ними и протягивал им для рукопожатия руку.
Те улыбнулись, тоже протянули руки, затем пристально, с интересом стали смотреть на него.
− I Iove Messi! − громко сказал Олежка.
Иностранцы засмеялись.
Я тоже подошла к ним.
− He is my brother, − сказала я, – like, not lovе, − поправила я брата.
Олег продолжал восхвалять португальского футболиста Месси − иностранцы радостно кивали головами.
Когда они вновь посмотрели на меня, я щелкнула указательным пальцем по шее и произнесла:
− Russian vodka! Sorry… Russian vodka…
Иностранцы улыбались, они больше не грустили. А, выходя на одной из станций, они снова пожали моему пьяному братику руку, улыбнулись мне и сказали нам «Thank you».
Прошло время. На днях в поезде меня спросили: «Девушка, вы проводница?». А потом упал со второй полки мужчина и вывихнул себе правую руку. Я стала оказывать ему первую медицинскую помощь, и меня вновь спросили: «Вы медработник?»
Вот так, вопросы продолжаются, и я уже не удивляюсь.
Викуся
− Бабушка, ко мне приезжает моя девушка погостить на три дня, − сказал своей любимой бабушке молодой человек с голубыми глазами и добродушным лицом, − Можно мы поживем в твоей квартире, пока ты на даче?
− Хорошо, − согласилась бабушка, – поживите. Где ключи, ты знаешь.
− Знаю, − обнимал бабушку взрослый внук, − в верхнем ящичке кухонного гарнитура. Спасибо. Ты у меня самая лучшая!
На следующее утро внук по имени Руслан отправился на железнодорожный вокзал встречать свою девушку, прибывающую в Смоленск из Санкт-Петербурга. Стоя на краю платформы, он держал в руках ее любимые цветы – хризантемы – и с нетерпением ожидал прибытия поезда. Когда вдали показался долгожданный поезд, сердце его учащенно забилось от волнения. Длинная цепь вагонов приближалась к платформе. Суета началась тут и там: встречающие бежали или быстро шли к нужным вагонам. Руслан тоже побежал к своему вагону, который вместе с другими промелькнул мимо его глаз и далеко уехал вперед. Бегающий хорошо, он быстро очутился в нужном месте и теперь вместе с остальными встречающими ждал открытия вагонных дверей. Наконец, дверь открылась, показалась проводница в специальной форме, за ней столпились пассажиры. Вышло несколько человек, нагруженных чемоданами, коробками, сумками. Руслан, не увидев своей девушки, решил заскочить в вагон и, поднимая цветы вверх, стал пробираться в глубь вагона.
Белолицая девушка с длинными густыми волосами, в белой куртке и в голубых джинсах, увидев его, кинулась к нему навстречу, расталкивая пассажиров, за что получила в ответ пару резких грубых выражений в ее сторону. Потом она прижалась к своему парню, обхватив ручками его крепкую шею.
− Как я рад, что ты приехала, Вика! – воскликнул Руслан, с восхищением глядя на свою возлюбленную.
− А я-то как рада! И цветам тоже рада! Не забыл, что я люблю хризантемы!?
− Молодые люди, не стойте на проходе, вы мешаете…
− А вы нам мешаете, – бойко ответила девушка женщине с чемоданом.
Руслан взял дорожную сумку своей девушки и, держа ее за руку, потянул к выходу. Выйдя из вагона, они, радостные, устремились к автобусной остановке…
Квартира, которую бабушка предоставила внуку на три дня, сразу понравилась Вике. Еще с порога она заметила хороший ремонт, красивую мебель и порядок. Квартира состояла из двух комнат и отдельной кухни. Светлый ламинат создавал ощущение чистоты, а большой мягкий диван и два кресла бежевого цвета придавали комнате уют. Спальню бабушка просила не занимать, но Вика и туда успела заглянуть. Современная кровать с прикроватными тумбочками белого цвета и выкрашенные в голубой цвет стены ассоциировались с морской тематикой. Вот это бабушка! В таких хоромах живет! Мне бы такую квартирку!
Пока Викуся с любопытством осматривала комнаты, ее молодой человек накрывал в кухне стол. Он вскипятил чайник, положил на стол заранее купленный маленький шоколадный тортик, сварил пельмени и, когда все было готово, позвал к столу свою девушку. Мило улыбаясь своей белоснежной улыбкой, Вика вошла в кухню, поцеловала любимого в щечку и села на один из стульев. Она влюбленно смотрела на Руслана, щурила от удовольствия глаза. Ей очень понравился шоколадный торт (она любила шоколад), поэтому съела больше половины, и вроде бы насытилась.
Викуся смотрела на Руслана и вспоминала, как они познакомились год назад. Она тогда сидела на берегу Финского залива с книжкой Гете в руках, а он с однокурсниками пробегал мимо (они бежали дистанцию). Заметив, как он потом сказал, необыкновенную девушку, молодой человек подбежал к ней и познакомился. Руслан настойчиво ухаживал за ней и в конце концов добился взаимной любви. Теперь он в своем родном городе, месяц как на дистанционном обучении, а она у него в гостях. Они сидели друг против друга, пили чай, ели пельмени и много болтали, как будто они уже давно вместе и им так легко и хорошо друг с другом. Потом они гуляли по городу: Руслан показывал Виктории достопримечательности города-героя, а она с интересом слушала из его уст истории о Великой Отечественной войне.
Уставшие, но счастливые, вернулись они домой, где их ждал домашний кинотеатр с фильмами-ужасами. Вика иногда так громко вскрикивала на страшных, как ей казалось, сценах, что соседи постучали по батареям отопления… После этого она лежала тихо, прикрыв рот подушкой, которую ей кинул Руслан.
На следующее утро, проснувшись, молодые поняли, что еда закончилась, и деньги тоже, потому что они оба были студентами, а у студентов, особенно иногородних, в большинстве случаев − проблемы с финансами. Так что на следующий день Руслан решил поехать к друзьям, которые тоже проживали в этом городе, и попросить у них взаймы денег.
Вика осталась одна. Пройдя по всем помещениям квартиры, включая ванну, балкон и туалет, она вдруг решила немного поменять обстановку и почувствовать на какое-то время себя хозяйкой. Убрав в пучок волосы и закатав рукава свитера, она принялась за дело: кресло разместила в другом углу комнаты, стол переместила к окну, стулья тоже. Ей стало жарко, и она открыла окно; затем ей стало холодно, и она, не закрывая окна, включила обогреватель на всю мощность. Она даже не задумалась, что цифры счетчика по электричеству побежали с бешенной скоростью.
Потом Вика обнаружила на самых нижних полках кухонного гарнитура бабушкины запасы. Здесь ровными рядами стояли банки с вареньем, консервированными помидорами и огурцами, с маринованными грибами, компоты с ягодками на дне и сушеные фрукты и ягоды. Живем, подумала Вика, и потянулась к банкам. Положив несколько банок на стол, открыв одну из них, она отправилась в ванну. Тут девушка наполнила ванну водой с пеной, зажгла свечи, поставила рядом бокалы с компотом, смартфон с наушниками и, закрыв дверь, окунулась в мир прекрасного. Согревшись в теплой воде, она открыла крышку со дна ванны, оставив теплую воду включенной. Из наушников доносились слова песни: «Skyfall». Вика пела под музыку, пила компот с ягодками черешни, а счетчик на воду вместе со счетчиком на электричество наматывал все новые и новые цифры. Вика даже не задумывалась об этом, потому что дома они не экономили, и у нее не вошло это в привычку – экономить электричество и воду.
После двухчасовой ванны она посидела в соцсетях, попереписывалась с друзьями и родными. Потом ей показалось, что в квартире стало прохладно, поэтому она включила еще один обогреватель в бабушкиной спальне и оставила все межкомнатные двери квартиры открытыми. Когда Руслан вернулся, то удивился переменам в квартире. Он попросил свою девушку поставить все на место.
− Хорошо, милый, − сказала девушка, − только завтра, а то я очень есть хочу. Ты нашел деньги?
Руслан кивнул головой. Вика звонко засмеялась и предложила любимому пойти в пиццерию, на что молодой человек охотно согласился, потому что сам очень хотел есть. Вечер прошел чудесно: опять вкусная еда, прогулки по городу, теплая ароматная ванна с пеной, бабушкино варенье и фильмы всю ночь с любимым в обнимку.
На следующий день пришли друзья, те, кто дали деньги взаймы: блондин с карими глазами и его пышногрудая девушка с кошачьим взглядом. Так как опять еды не было, на помощь пришли бабушкины запасы: картошка и лук с огорода, подсолнечное масло и, конечно, маринованные огурцы и помидоры, а к чаю – варенье.
Руслан жарил картошку, Виктория активно открывала банку за банкой, при этом мило улыбаясь гостям. У бабушки даже оказалась рябиновая настойка средней крепости. Снова было весело, сытно, интересно. Молодые шутили, ели, танцевали, снова ели, снова шутили и смеялись. Только вот убирать за собой никому не хотелось − алкоголь сыграл свое.
− Завтра уберем, – сказал Руслан Вике.
− Как скажешь, милый!
− Да, конечно, завтра, − валясь с ног, повторил он − все будет завтра.
Но завтра был поезд − с утра. И они чуть не проспали. Хорошо, что телефон Руслана зазвонил. Эта была бабушка: она интересовалась, все ли у них в порядке. Вике так не хотелось уезжать от любимого, ведь она была счастлива с ним, и это было такое прекрасное время. Когда поезд тронулся, она крикнула ему:
− Руслан! Я к тебе еще приеду!..
Руслан поехал на автобусе домой, где у подъезда его ждала бабушка. Когда она отворила входную дверь, то пришла в ужас. Схватившись за сердце, она выкрикивала: «Моя мебель! Мои банки! Счетчик! Валерьянку!»
Когда бабушка пришла в себя, попросила внука, чтобы его девушка больше не приезжала к ним.
С улицы
Кирилл, мужчина средних лет, заботливый, но строгий семьянин, проезжая по проспекту, заметил из окна своей машины женщину, продающую нижнее и постельное белье. Мужчина решил закупиться и позвонил для совета своей жене:
− Ало, Катя! − Вам с дочками белье с улицы не нужно?
− Нет, не нужно, − улыбнулась жена в трубку, зная своего со странностями мужа.
− Ну как хотите! − обиженно ответил он и сбросил звонок.
Через два часа он уже стоял у порога своей квартиры с двумя пакетами купленных тряпок. Сняв в коридоре туфли, он с гордостью, с видом хорошего хозяина, прошел в кухню.
− Себе купил! − положив пакеты на стол, демонстративно сказал он. – Всего две тысячи рублей заплатил. Много купил и экономно. А вот вы, женщины, не умеете покупать − ищете, где дороже.
− Где качественнее, − поправила его жена.
Катя вытащила содержимое пакетов на диван: постельное белье с крупными ярко-красными цветами, мужские трусы с широкой тугой резинкой, пару тоненьких, уж очень тоненьких носков, мужское трико, синтетика, скользящее, с толстой подкладкой, и еще коробка обуви.
− Обувь я отдельно купил у мужика, − пояснил муж, – ну как, впечатляет?
− Впечатляет, − морщась, сказала Катерина, − только качество плохое.
− Качество отличное! − стал возмущаться муж. − Что вы понимаете? Лучше еду давай! Заслужил!
Кирилл важно сел на свое место за кухонным столом, положил рядом с собой покупки.
− Потом померяю, − сказал он, – может еще завтра что-нибудь куплю. Спроси у дочерей, купить им колготки или носки, и покажи мои покупки.
Катерина, поставив на стол подогретые голубцы, которые очень любил ее муж, снова собрала вещи в пакеты и пошла в комнату дочерей. Старшая уже училась в шестом классе, младшая – в третьем. Увидев купленные папой вещи, они фыркнули, засмеялись, отвернули от пакетов свои носы.
− Фу, какое отвратительное качество! – сказала младшая.
− Я бы такое не надела и не спала бы на таком белье, − сказала старшая.
− Папе только не говорите, а то обидится, − попросила Катя дочерей и, взяв пакеты, снова вернулась к мужу.
− Что сказали дочери? – спросил он жену.
− Нормально, – ответила она, – сойдет.
− Нормально! Сойдет! – возмущался Кирилл. – Ничего вы не понимаете. Лучше застели новое постельное белье, которое я привез. Отдыхать хочу!
В спальне Катерина достала из пакета белье, как оказалось, китайское, и такое тоненькое, что, встряхнув над кроватью, простыня чуть не улетела в сторону. Следующий взмах женщина сделала не такой резкий, помягче, помедленнее. «Вроде бы легла» − подумала она. Но тут в комнату ворвалась младшая дочь с криком, что сестра ей мешает делать уроки. От резкого открытия двери китайская простыня подлетела и опустилась наполовину на пол.
− Что за фигня? – сказала дочь, показывая на простыню. – Даже на кровати нормально не лежит.
− Иди, иди, − ответила ей мать, – сейчас отец придет, не до тебя пока. И не хлопай дверью!
− А то что? Простыня улетит?
− Не мешай!
Дочка ушла в свою комнату, а женщина, стараясь ни кашлять и не чихать, чтоб никакого потока воздуха не было, продолжила стелить новое белье с крупным красным орнаментом.
Пришел Кирилл, довольный посмотрел на кровать.
− Красота какая! – воскликнул он. – Чистота!
Он снял домашние брюки, даже майку, оставшись в одних уже новых трусах с широкой тугой резинкой, стягивающей живот, и, отодвинув одеяло, плюхнулся своим тяжелым телом на чистую постель. Но в ту же минуту простыня под ним скомкалась, съежилась, прилипла к телу.
− Что это? – не понял он. – Почему так плохо застелила?
Катерина, сдерживая смех, произнесла:
− Такое белье, не держится.
− Поправь еще раз, − попросил муж.
− Хорошо.
Через какое-то время простыня снова собралась в комок, хотя муж и старался не ворочаться.
− Да ну ее! − сказал он. – Пусть будет так.
Катерина оставила мужа смотреть телевизор, у нее еще было много незаконченных домашних дел. Когда она вернулась через два часа, то увидела своего мужа за странным занятием: он весь чесался.
− Что с тобой? − испугалась она.
− Что- то все тело зудит, чешется везде.
Катерина стащила с мужа одеяло и в ту же минуту ахнула от увиденного: все его тело было красное.
− Да у тебя аллергия! – вскрикнула она. – Это, наверное, от постельного белья.
− Белье нормальное! Не трогай!
− Тогда выпей таблетку супрастин, − предложила она ему.
После таблетки муж заснул, и жена тоже. Но ближе к утру Катерина, которая не поменяла себе наволочку и спала под прежним одеялом, проснулась от стонов мужа.
− Что опять случилось? – спросонок спросила она.
− Резинка на трусах давит, − пожаловался он.
− Потому что фуфло купил.
− Нормальное я купил, − сквозь зубы проворчал муж, – что ты понимаешь?
− Да уж побольше твоего понимаю! – возмущалась жена. – Как ребенок капризный: вцепился в это белье и трусы.
− Не перечь мужу! – крикнул Кирилл, вставая с постели, при этом он продолжал чесать всевозможные места. − Лучше на работу пойду пораньше, чем тебя слушать. Где мои новые носки и спортивные штаны?
− Да вот они, на твоей тумбочке.
Кирилл, кряхтя, стал натягивать толстые и скользкие штаны.
− Не жарко будет? – спросил он совета у жены.
− Не знаю, тебе решать.
− Что-то носки не вытаскиваются?! Помоги!
− О, Боже! − воскликнула жена, помогая вытащить из упаковки носки.
Катя, достав из упаковки носки, вдруг нахмурила брови.
Что они такие тонкие? − вслух подумала она. – Почти как мои капроновые колготки. − Аккуратно надевай! − сказала она мужу, – а то порвутся…
Но было уже поздно: первый носок, надетый на левую ногу, моментально разорвался на большом пальце.
− Черт! – ворчал муж. − Не рассчитал силы.
− Просто дерьмо ты купил! – возмущалась жена.
− Молчи, женщина, мужчина лучше знает!
Катерине так хотелось спать, что она больше не стала что-либо доказывать мужу.
Уже в дверях, с трудом надев новые туфли, которые оказались малы и жали ему ноги, особенно левую, Кирилл облачился в толстую куртку, завязал поверх шарф и уже напоследок спросил:
− А какая сегодня погода?
− Плюс шесть, − ответила ему жена.
− А не будет мне жарко?
− Будет.
Муж, кряхтя и ковыляя, наконец-то вышел из квартиры. Его вид вызывал жалость. Ничего, подумала Катерина, через часа два вернется. Муж вернулся уже через полчаса, снова разбудив заснувшую на время жену. Он не то, что вошел в квартиру, а ворвался, на ходу скидывая туфли и куртку.
− Я весь вспотел! – закричал он. – Ноги натерло! Носки еще больше порвались! Все тело чешется! И резинка на трусах жмет!
− Переодевайся! – закричала жена. – И больше не покупай с улицы!
На балет
Светлана, шестнадцатилетняя худенькая девушка, меланхоличная, но любопытная, вдруг захотела заниматься балетом. Это увлечение у нее еще было в детстве, но потом она пошла в музыкальную школу и на долгое время забыла про балет. А тут вдруг после посещения Мариинского театра, где она с мамой посмотрела балет "Лебединое озеро", ее вновь потянуло к балету, и она записалась во взрослую группу для желающих заниматься этим видом танца. Занятия проходили в здании, расположенном рядом с ее домом. Ей было удобно – не надо никуда ехать.
Конечно, мама согласилась и заплатила за первое занятие. А Света купила чешки, лосины и черную футболку и, счастливая, отправилась на занятие. Какого же было ее удивление и разочарование, когда в раздевалке она увидела женщин уже немолодых: кому-то было за сорок, кому-то даже за пятьдесят. Две женщины-подружки имели пышные формы, третья была очень худая и высокая, четвертая – седая и еще несколько таких же. «Почему меня записали в эту группу? − подумала Света. Видимо, таких как я не набралось. Ну делать нечего: придется заниматься здесь".
Вскоре всех пришедших «балерин» пригласили в просторный зал с зеркалами на всю стену. Преподавателем оказалась молодая женщина с подтянутой фигурой. Правда говорила она нечетко − шепелявила. Включив музыку, тренер по танцам начала занятие. Она продемонстрировала первое па, потом второе. Все женщины и единственная девушка Светлана повторяли за ней упражнения. Свете нравилось занятие, она старательно и легко выполняла па. Самое главное научиться, думала она, а кто в группе не важно. Но не тут-то было… На четвертом па одна из женщин вдруг громко вскрикнула:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.