Кодекс чести морского офицера. Русский Императорский флот. Страницы истории, дух и дисциплина

Путь воина. Свод правил

Составитель –Н. А. Кузнецов, кандидат исторических наук, почетный полярник, ведущий научный сотрудник отдела военно-исторического наследия ГБУК г. Москвы «Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына».

В оформлении использованы материалы, предоставленные Фотобанком Shutterstock, Inc., Shutterstock.com

© Н. А. Кузнецов, составление, 2024

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2024

Предисловие

Тексты, вошедшие в эту книгу, принадлежат в основном перу деятелей Российского флота конца XIX – начала XX в. – от адмиралов до кадет Морского корпуса. Они повествуют об основных страницах морской истории Отечества и характеризуют духовно-нравственный облик флотских чинов. Большинство из них написаны в начале XX столетия либо посвящены этому периоду – эпохе наивысшего технического расцвета Российского флота, но насыщенной и трагическими событиями, среди которых Русско-японская война 1904–1905 гг., революционные события 1905–1907 гг., «Русская смута» 1917 г. и последовавший за ней распад государства и его вооруженных сил. Почти все авторы книги после окончания Гражданской войны оказались в эмиграции и скончались на чужбине.

29 января 1918 г. был выпущен декрет Совета народных комиссаров РСФСР, в котором говорилось: «Флот, существующий на основании всеобщей воинской повинности царских законов, объявляется распущенным, и организуется Социалистический Рабоче-Крестьянский Красный Флот». Это стало последним звеном в цепи трагических событий 1917 – начала 1918 г.: падения монархии, свертывания боевой деятельности и последующего развала флота, массовых убийств офицеров, совершенных своими же матросами. Все это оказалось совершенно неожиданным для большинства офицеров. Им пришлось делать нелегкий выбор – продолжать ли службу Родине, но уже под знаменами захвативших власть большевиков, войти ли в антибольшевистский лагерь, выступить ли на стороне вновь образовавшихся молодых государств (такое решение приняли в основном выходцы из Прибалтики, Польши, Финляндии, Украины и некоторых других государственных новообразований, ранее входивших в состав Российской Империи), или вообще остаться «над схваткой».

По разным оценкам, к январю 1918 г. в составе Российского флота служило от 8060 до 8371 офицера. В эмиграции из них оказалось порядка 2000–2500 человек (в это число входят и те офицеры, которые были произведены в чин во время Гражданской войны, а также кадеты и гардемарины). С самых первых дней пребывания на чужбине большинство русских людей стремились объединиться в различного рода группы и союзы на основе профессиональной принадлежности или национального признака. Первоначально целью создания подобных организаций являлось облегчение выживания в нелегких эмигрантских условиях. Моряки как представители немногочисленной и достаточно «кастовой» части эмигрантов начали объединяться одними из первых. Как отметил в 1959 г. автор «Памятки русского морского офицера» А. Д. Бубнов: «…покинувшие Родину морские офицеры унесли с собой на чужбину творческий дух, традиции и беззаветную любовь к родному флоту; несмотря на тяжкие лишения и напряженный труд для обеспечения своего существования, русские морские офицеры… живут сплоченной единомыслящей семьей и продолжают, помогая друг другу, оставаться непоколебимо верными своему славному прошлому».

Основной задачей морских объединений стало сохранение кадров для будущего русского флота, а также сбережение памяти о его истории и традициях. Морские организации занимались в основном благотворительностью, проведением различных памятных мероприятий и культурно-просветительской работой, важную роль в которой играла издательская деятельность.

Наиболее распространенными формами морских объединений оказались кают-компании, кружки и кассы взаимопомощи. Согласно Морскому уставу, кают-компания «…есть место соединения офицеров в свободное от служебных занятий время». Практически в каждом городе, где оказывалось хоть несколько морских офицеров (как правило, не меньше пяти), стали создаваться кают-компании, возглавляемые старшим по чину. Собираясь там, офицеры обсуждали различные вопросы, общались между собой, вместе встречали праздники (самым важным из них считался день Святого Павла Исповедника – 6 ноября (по старому стилю), праздник Морского корпуса, о котором флотские офицеры не забывали и в самые нелегкие годы жизни в эмиграции). Часто при кают-компаниях создавались кассы взаимопомощи, формируемые из взносов офицеров. Они оказывали материальную помощь особенно нуждающимся коллегам (в случае внезапной болезни, безработицы и т. д.), а иногда были самостоятельными организациями. В кружки объединялись чаще всего офицеры одного года выпуска из морских учебных заведений.

До Второй мировой войны в мире насчитывалось более полусотни морских организаций. После 1945 г. их число постепенно сокращалось (в связи с уходом из жизни многих моряков), и к середине 1960-х гг. осталось лишь около десяти организаций общей численностью чуть более 600 человек. Большинство объединений прекратило свою деятельность к 1980-м гг. В настоящий момент действует Морское собрание Российского Императорского флота в Париже, куда входят потомки чинов флота.

В 1929 г. возникло сразу два крупных русских морских союза: Всезарубежное объединение русских морских организаций (ВОМО), созданное по инициативе адмирала А. И. Русина, и Военно-морской союз (ВМС) – детище адмирала М. А. Кедрова. Третьей крупной зарубежной морской организацией стало Общество офицеров Российского Императорского флота в Америке (до 1953 г. – Общество бывших русских морских офицеров в Америке), основанное в 1923 г. по инициативе капитана 1-го ранга М. А. Китицына. ВМС просуществовал до начала Второй мировой войны, ВОМО – до начала 1970-х гг., а американское общество – до середины 1980-х гг.

Мичман А. А. Рахманинов отметил в своей статье «Несколько слов о зарубежной морской литературе», опубликованной в шанхайской газете «Слово» в 1926 г.: «Наши офицеры флота оказались не только хорошими мореплавателями, но весьма часто и талантливыми морскими писателями и издателями». Оказавшиеся в эмиграции русские моряки стремились поделиться своими воспоминаниями и научными трудами с коллегами и друзьями, а также сохранить их для потомков. С этой целью они издавали книги и журналы.

В середине 1930-х гг. главный редактор пражского «Морского журнала» лейтенант М. С. Стахевич высказал идею создания серии «Русская морская зарубежная библиотека». Суть его предложения заключалась в том, что каждой новой работе, посвященной флоту и одобренной большинством членов морских организаций, присваивался бы собственный номер. Идея получила одобрение флотского сообщества и была реализована. «Библиотека» не являлась серийным изданием в современном понимании этого слова. Входившие в нее книги издавались в разное время, в разных странах и даже на различных языках. Объединяло их одно – любовь авторов к Родине, флоту, стремление донести правду до потомков, твердая вера в возрождение Исторической России. Всего в состав «библиотеки» вошло 80 томов, – первой в нее была включена книга Г. К. Графа «На “Новике”», изданная в Мюнхене в 1922 г., а последней – сборник морских рассказов Н. П. Солодкова, вышедший в Париже в 1968 г. (еще ряд книг по разным причинам не попал в состав «библиотеки»). Большинство работ выпускалось русскими моряками, чаще всего находившимися в трудных материальных условиях, за собственный счет. Часть экземпляров распространялась бесплатно или по «льготной» (окупавшей лишь затраты на печать) цене среди морских организаций. Все это делало выход каждой книги настоящим научным и культурным подвигом.

С первых лет эмиграции начали издаваться и морские журналы, список которых насчитывает полтора десятка названий. Основную цель их выпуска сформулировал М. С. Стахевич в программе «Морского журнала», выходившего в Праге с 1928 по 1942 г.: «Поддерживать в моряках (и как бы хотелось добавить – “и вообще в русских людях”) бодрость духа, напоминать о славном прошлом Российского флота за время 200-летнего служения его Родине». Большинство журналов ставило перед собой три основные задачи: изучение истории флота; сообщения о жизни различных морских организаций и объединений; знакомство с достижениями иностранных флотов и публикация сведений о советском флоте.

Моряки-эмигранты, авторы работ, вошедших в данный сборник, не имели в своем распоряжении многих источников и литературы, доступных их современникам на Родине, а также нынешнему читателю. Описание ими некоторых известных событий иногда отличается от современных трактовок. В ряде случаев в примечаниях приводятся уточнения и дополнения. Желающих узнать более подробно о тех или иных исторических эпизодах, затрагиваемых в книге, отсылаем к исторической литературе.

Первый раздел книги посвящен обзору основных страниц истории Российского флота. В очерке адмирала И. А. Кононова кратко изложен ход событий от первых морских походов славян до Первой мировой войны. Адмирал А. И. Русин рассказал о деятельности последнего русского Императора – Николая II, направленной на развитие флота. Правда, многие оценки Русина весьма субъективны, но его работа интересна тем, что ее автор сам участвовал в создании морской мощи России в описываемый им период. Адмирал А. Д. Бубнов адресовал написанную им «Памятку русского морского офицера» своим коллегам, оказавшимся на чужбине, но сохранившим верность Родине и флоту. В своем труде он рассматривает основные вехи отечественной морской истории XX века, характеризуя состояние офицерского корпуса.

Второй раздел сборника посвящен истории Морского корпуса – учебного заведения, готовившего офицеров строевого состава Российского Императорского флота начиная с 1701 г. Основу раздела составляет книга А. Г. Тарсаидзе, рассказывающая историю Морского корпуса в 1900–1925 гг. (в том числе в период Гражданской войны и существования Морского корпуса в Бизерте в 1921–1925 гг.). Этот очерк содержит ряд неточностей, вызванных прежде всего недостатком информации в распоряжении автора (фундаментальная эмигрантская работа на эту же тему – сборник «Колыбель флота» – вышла в Париже лишь семь лет спустя). Но, несмотря на это, труд Тарсаидзе представляет интерес для читателей прежде всего как живое свидетельство участника многих описанных в нем событий. Рассказ известного морского писателя-эмигранта Б. П. Апрелева «Праздник Морского корпуса» подробно описывает церемонию празднования дня Святого Павла Исповедника в 1903 г. Работы Тарсаидзе и Апрелева дополняют отрывки из «Памятной книжки для преподавателей, выпускников и воспитанников Морского кадетского корпуса», изданной в 1899 г., и «Памятной книжки для корабельных гардемаринов», выпущенной в 1912 г.

Бóльшую часть книги занимает третий раздел, в который вошли работы М. Ю. Горденева и А. А. Ливена. Первая из них подробно описывает морские обычаи, традиции и торжественные церемонии Российского флота. Несмотря на то что она вышла в 1937 г. в Сан-Франциско, ее издание не было лишь проявлением ностальгии моряка по безвозвратно ушедшей эпохе. Практическое значение своей работы автор сформулировал по-флотски четко: «Мы, волею Божьей уцелевшая старая душа Русского Императорского флота, должны передать нашим заместителям наши знания, наш опыт, вдохнуть в них то, что сами получили в Морском корпусе и во время плавания на кораблях. В этом, и только в этом заключается главная цель, которая оправдывает наше существование (как организации [имеется в виду совокупность русских морских зарубежных организаций. –Н. К.]) за рубежом». И действительно, работа Горденева не потеряла своего значения и сейчас, ибо, по словам советского писателя (и гардемарина Морского училища) Л. С. Соболева, «на флоте нет бессмысленных традиций, все оправданно и прекрасно». Эта истина актуальна и в наши дни.

Светлейший Князь А. А. Ливен (единственный из авторов книги, скончавшийся еще в 1914 г.) написал свою работу, посвященную анализу состояния духа и дисциплины военных моряков, в то нелегкое для флота и страны время, когда после неудачной Русско-японской войны 1904–1905 гг. и последовавших за ней революционных событий 1905–1907 гг. престиж флотских офицеров и морской службы был низок как никогда. С болью в сердце, неудивительной для человека, прослужившего под Андреевским флагом к моменту выхода в свет первого издания своей работы 26 лет, А. А. Ливен подробно описывает многочисленные проблемы и недостатки в области подготовки личного состава, прохождения им службы, его военного воспитания и ищет пути решения этих проблем. Часть их удалось решить к началу Первой мировой войны, а некоторые вопросы, поднятые на страницах работы, не потеряли актуальности и сегодня.

Л. С. Соболев справедливо считал русских морских офицеров принадлежащими к «великому ордену жрецов службы и моря». Естественно, что у такого сообщества не могло не быть своего «кодекса чести», верность которому его члены сохраняли даже в изгнании, когда, казалось бы, Родина и флот погибли, а надежды увидеть родные берега с каждым годом становились все призрачнее… С избранными страницами этого «кодекса» мы предлагаем познакомиться современному читателю.

В целях сохранения авторской специфики текстов, написанных в начале XX в., а также в эмиграции, в этом сборнике сохранен ряд их особенностей, которые на первый взгляд могут показаться непривычными современному читателю. В частности, написание с заглавной буквы ряда слов (например, Император, Императорский, Высочайший, Великий Князь и др.). В ряде случаев в публикуемые тексты внесена минимальная стилистическая правка и исправлен ряд опечаток и очевидных ошибок.

В соответствии с нормами русского языка в книге унифицировано написание слов, служащих для обозначения принадлежности человека, воинского формирования, явления и т. д. к большевикам, в варианте – «большевицкий» (как производное от «большевик», а не «большевист»; ср. «дурацкий», «мужицкий»).

Н. А. Кузнецов,

кандидат исторических наук

Страницы истории Русского Императорского флота

И. А. Кононов[1]

Русский Императорский флот[2]

«Потентат, одно войско имеющий, одну руку имеет,

а имеющий и флот, обе руки имеет».

Петр Великий

Для каждого моряка слова «корабль», «эскадра», «флот» – не простые слова, а чудные, магические, близкие сердцу, родные.

И каждое судно – это воплощение семьи для морского офицера, это его дом, его семья, с ними связана его жизнь; море – его стихия, зачастую сердитая, но родная, без которой настоящий моряк жить не может…

Здесь, на чужбине, потеряв дорогую нам Родину, мы вспоминаем былое величие Императорского флота, его стройные бригады кораблей, приносивших России победы или погибавших с гордо развевающимся Андреевским флагом.

И. А. Кононов

* * *

С незапамятных времен Россия стремилась к морям. Еще в киевский период князья со своими дружинами были отважными мореплавателями и на маленьких ладьях совершали переходы через Черное море и нападали на Византию. Стоит только вспомнить экспедиции князей: Рюрика в 862 г. на 300 челнах, Олега в 907 г. на 2000 челнах, Игоря в 941 г. на 1000 челнах, Святослава в 967 г. – в этом морском походе славяне разбили у Босфора греческий флот. При князе Ярославе был сделан последний набег на Византию по Черному морю в 1043 г.

На Балтийском море новгородцы занимались торговлей – их единственным путем сообщения было море. В противоположность южанам новгородцы своего [военного] флота не имели и не могли делать набеги на соседей, не могли они также защищаться от набегов ганзейцев, в результате чего попали в зависимость от немецкого ганзейского союза. Новгородцами был основан ряд городов, как то: Юрьев, Рудодив (Нарва), Колывань (Ревель), Волынь (Рига) и другие. Позже они были изгнаны шведами с берегов Балтийского моря (в XIV и XV вв.).

Ко времени царствования Иоанна Грозного были поставлены три политические задачи: занять берега Балтийского моря и выйти к Черному морю, а также достигнуть севера Каспийского моря. Царь ясно сознавал необходимость иметь морские пути сообщения для торговли с заграницей.

Царь Алексей Михайлович решил овладеть берегами Балтийского моря. Царские войска заняли Динабург (переименованный в Борисоглебов) и осадили Ригу, а северная армия заняла Юрьев.

Набег казаков на Константинополь.

Офорт голландского художника Р. Де Хоге

Боярин Ордын-Нащокин понял, что без флота армия не сможет атаковать шведов, а посему вступил в переговоры о постройке кораблей с Голландией.

События в Польше и на Украине, а также восстание Стеньки Разина отвлекли внимание царя от берегов Балтийского моря.

Император Петр I

Ордын-Нащокин решил срочно выписать голландцев для постройки флота в селе Дединове (около Коломны). Первый корабль получил название «Орел» и был спущен в 1668 г. Его длина была 80 футов, ширина 21 фут. Экипаж состоял из 20 голландцев и 35 русских.

Кроме «Орла», было построено еще несколько судов. Эти суда спустились по Волге до Астрахани, где при лихом набеге Стеньки Разина вся эта флотилия была сожжена.

Первая попытка создать регулярный флот потерпела неудачу.

* * *

Царь Петр Алексеевич, будучи еще мальчиком, увлекся парусным делом и на ботике, на реке Яузе и на Переяславском озере, упражнялся в управлении под парусами.

Первые два боевых корабля были построены царем в Белом море, а третий был заказан в Голландии. Это были «Апостол Павел», вооруженный 24 пушками, «Святой Петр» – 12 пушками и «Святые Пророки» с 44 пушками.

Ближайшим помощником царя по созданию флота был Апраксин, который впоследствии был первым генерал-адмиралом Русского флота.

Для выхода на берега Черного моря царь решил начать свой поход против Турции и в 1693 г. атаковал Азов, не подготовив флот к этой экспедиции, за что жестоко поплатился.

После первой неудачи Петр начал срочную постройку флотилии в Воронеже. Всей постройкой ведал и руководил голландец Тиммерман, а первым адмиралом был Лефорт.

В 1697 г. флотилия из Воронежа спустилась по Дону к Азову в составе 2 кораблей, 23 галер и 4 брандеров.

Ботик Петра I. Гравюра И. И. Зубова

Азов был взят, и часть турецкого флота была разбита.

Взятие Азова в 1696 г. Гравюра А. Шхонбека

После первого успеха царь уверовал в силу флота и послал молодых людей учиться флотскому делу за границу, а в Воронеже приказал усилить судостроение.

В мае 1699 г. царь с флотом в 12 новых кораблей вышел в Азовское море, где обучал личный состав маневрированию, управлению парусами и артиллерийской стрельбе.

Тогда непосредственными врагами России были Турция и Швеция, которые стояли на пути захвата берегов Черного и Балтийского морей. Оба государства находились в союзе с Францией. Шведский король Карл XII считался первоклассным полководцем, и Петр, не желая рисковать, не имея еще флота, заключил союз с Данией и с Польско-Саксонским королевством. В мае 1699 г. Дания напала на Голштинию, но Карл XII разгромил датские войска и заставил ее капитулировать. Покончив с датскими войсками, Карл XII на своем флоте перебросил войска к Риге, которую осаждали поляки и саксонцы. Король Август II не принял бой и отступил в глубь страны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Кононов Иван Анатольевич (1885–1959) – контр-адмирал (1919). Из дворян Войска Донского. Сын контр-адмирала А. А. Кононова (1856–1944). Окончил Морской корпус (1905), Штурманский офицерский класс (1909), Николаевскую морскую академию (1911). В 1917-м – командир строящегося крейсера «Адмирал Нахимов». С ноября 1917-го участвовал в Белом движении. Первоначально числился в распоряжении войскового атамана, затем – помощник командующего Донской армией по морской части, командующий Донской флотилией, начальник Военно-морского управления Донской армии (март – май 1919-го), начальник Речных сил Юга России (27 июня 1919 г.). В эмиграции жил в Югославии, затем во Франции. Здесь и далее примечания составителя. Примечания в оригинальных текстах оговариваются отдельно.

2

Публикуется по:Кононов И. А. Путь к Голгофе Русского флота (исторический очерк) и морские рассказы. Нью-Йорк, 1961. С. 75–95.