Истинная в бегах

Глава 2

Весь остаток первого после приезда дня я размышляла над состоявшимся недавно разговором с Сатиной. Мне даже некогда было обращать внимание на постоянные нравоучения Бастиана Мелеса и его инструкции о том, как нужно вести себя в присутствии назначенного мне жениха.

Это уж точно интересовало меня в последнюю очередь. Чихать я хотела, что он обо мне подумает, а если в ужасе сбежит, то и хорошо. В одном Сатина точно была права: чем дольше я находилась в доме «опекуна», тем сильнее мне хотелось его покинуть.

И не последнюю роль в этом сыграло то, что особняк барона был обставлен дорого и безвкусно – мне просто физически плохо было здесь находиться. Возможно, я просто привыкла к аскетичному убранству помещений Школы, но здесь меня раздражали и дурацкие бархатные шторы, и вычурная обивка диванов, и неприлично дорогие ковры буквально в каждой комнате.

Зато жена Бастиана, Канна, которую я помнила гораздо хуже, чем его самого, прекрасно вписывалась в эту обстановку. Такая же пёстрая, постоянно одетая во всё лучшее разом.

Единственный, кто в этом доме вызывал симпатию, – это огромный серый пёс Бастиана – Анкаро. В холке он доставал мне почти до пояса, его шаги было слышно издалека, а когда он нёсся по саду, то из-под его огромных лапищ вылетали комья земли вместе с травой.

Выглядел он устрашающе, но в душе был добрее ягнёнка, постоянно ластился ко мне и всё норовил спрятаться от упрёков хозяина за моей юбкой.

– Анкаро, сидеть! Анкаро, прочь! Анкаро, фу! – то и дело раздавалось из разных уголков дома.

И в моём лице пёс нашёл невольную сестру по несчастью: здесь меня тоже постоянно шпыняли и указывали мне на моё место.

– Постарайся сегодня обойтись без дерзостей, – в сотый раз напомнил Бастиан, глянув на каминные часы.

Шесть часов вечера, когда должен был прибыть «дорогой» гость, неумолимо приближались. Мне становилось дурно от волнения и негодования, которое только нарастало со вчерашнего дня. Казалось, ему просто нет предела и от злости на всё происходящее я скоро начну бросаться на людей.

С этим точно нужно что-то делать!

– Он приехал! – вдохновенно выдала Канна, которая последние полчаса неотрывно смотрела в окно на улицу. – Приехал!

Она помахала на меня руками, безмолвно веля убраться отсюда до подходящего мига – пока не пригласят. Я пожала плечами и поднялась в свою комнату. Оттуда выглянула во двор: у крыльца стоял строгий чёрный экипаж. Из него ещё никто не вышел, но вот дверца открылась, и на тротуар ступил грузный мужчина, возраст которого я пока не могла определить: видно было только его макушку. Смоляные волосы были расчёсаны на педантично ровный пробор, и тот сиял, словно наточенное лезвие.

Меня передёрнуло.

Так вот, значит, кого назначил Бастиан Мелес моим будущим мужем. Он даже не старался! Тогда почему должна стараться я? Ради чего?

Я подошла к зеркалу и критически себя в нём оглядела. Над этим обликом я работала долго. Он не был в точности взят с кого-то из знакомых, скорее, это был результат моего воображения, собирательный образ из прочитанных книг, встреченных когда-то людей, которые так или иначе привлекли моё внимание. Создавать облик с нуля очень сложно, а поддерживать стоит немалых магических усилий.

Знала бы, для чего это всё захотят применить, даже не стала бы напрягаться! И как же мне теперь отвадить этого незваного жениха? Он, наверное, рассчитывает увидеть перед собой красотку – так почему бы мне его не разочаровать?

Я зажмурилась, взывая к образу самой неприятной школьной менторы, какую только могла вспомнить. Их за время учёбы сменилось немало. Кажется, одна из них раздражала меня больше всех – отношения у нас сразу не сложились.

Перед внутренним взором замелькали обрывки воспоминаний, кожа будто бы слегка натянулась, а когда я открыла глаза, увидела в отражении совсем другое лицо. Изрытая оспинами кожа, широкий нос и близко посаженные глаза. Нужно ещё презрительно поджать губы – и будет в самый раз.

Вот так!

Ну что ж, я готова к встрече с господином Пелианом. Его радости не будет предела!

Когда меня позвала горничная, я спустилась в гостиную, едва сдерживая улыбку. Но смеяться мне расхотелось ровно в тот миг, когда я увидела гостя. Честное слово, смотреть на него лучше было издалека. И пусть он был гораздо моложе Бастиана Мелеса, но в полтора раза шире его, да и ростом выше, отчего создавалось впечатление, что посреди комнаты внезапно выросла гора. Видимо, такое плотное тело требовало от господина Пелиана очень много усилий для передвижения, потому что от него исходил почти выедающий глаза запах духов. Он наверняка должен был скрыть совсем другой… но делал, кажется, только хуже.

Я остановилась за диваном и в отчаянии вцепилась в его спинку.

– Мисси Лавальер, – слегка ошарашенно выдал гость. Собственно, на такой эффект я и рассчитывала, но почему-то легче мне не стало. – Как я рад наконец вас увидеть…

В этот момент он безбожно врал, потому что в его глазах стояло такое острое разочарование, что его не увидел бы только слепой.

Бастиан, который сидел вполоборота, повернулся ко мне с приветливой улыбкой, но та быстро сползла с его лица, как плохо высохшая краска под дождём. В гостиную бодрым шагом вернулась Канна, но, когда увидела меня, споткнулась о собственный подол и не упала лишь чудом – успела схватиться за подлокотник кресла.

– Милая… – протянула она таким тоном, будто хотела успокоить бешеного зверя. – Что с тобой случилось?

– Спала неудобно, лицом в подушку, – ехидно ответила я. – Но это неважно! Я так польщена тем, что такой видный мужчина, как мессир Пелиан, почтил ваш дом своим визитом, а лично меня – знакомством.

Гость слегка попятился, панически шаря взглядом по лицам присутствующих, но старательно при этом избегая моего. Надо же, какой чувствительный! Как будто сам красавец писаный, а ему в постель внезапно подсунули лягушку. Сейчас он, если промахнётся мимо двери, точно выломает окно.

– А ну, прекрати эту комедию! – вдруг взбеленился Бастиан. – Прошу вас, Асберт, не обращайте внимание! Это просто шутка вздорной девчонки.

– Ну почему же шутка, я совсем не шучу! Вы просто плохо меня знаете и давно не видели. Не все девицы, вырастая, становятся красавицами. А вас, мессир Пелиан, видно, просто ввели в заблуждение!

Я с сожалением развела руками.

– Вернись в свою комнату и приведи себя в порядок! – рыкнул Мелес.

– В беседке уже всё накрыто для чая! – невпопад защебетала Канна, хоть сейчас всем было немного не до того.

Я фыркнула и пошла прочь из гостиной, но вовсе не в свою комнату, которую просто видеть не могла. Я вышла во двор и направилась вглубь небольшого густого сада, вдоль дорожек которого росли чудесные тёмно-бордовые розы. Но сейчас их запах совсем меня не радовал.

Бастиан наверняка примется успокаивать своего гостя, наврёт обо мне с три короба, и они обязательно о чём-то договорятся. Мне хотя бы нужно знать их планы на меня, помимо скорой свадьбы, конечно! Но при мне они не станут обсуждать и половину задуманного.

Издалека донёсся топот всех четырёх лап Анкаро, и через пару мгновений он вылетел мне навстречу из вечернего полумрака. Выхватил у меня из рук веер и помчался обратно.

– А ну, стой! Мне сейчас не до игр!

Я понеслась следом, даже зная, что пёс просто пошалит и вернёт веер мне. Но пока бежала, мне в голову пришла одна идея. Загнав Анкаро в чащу сада неподалёку от садовых кладовых, я напустила на него маленького сонного духа – таких часто используют во время сложного лечения, чтобы пациент не чувствовал боли или неудобств. Громила-пёс втянул приблизившегося элементаля в нос и сразу рухнул всей тушей на землю, похрапывая, совсем как человек. Примерившись, я с трудом затащила его в инвентарный сарайчик, после чего сняла платье и оставила его тут же – потом вернусь.

Пока Анкаро спит, под его видом я подберусь к беседке и послушаю, о чём говорят Бастиан и Асберт. Действовать нужно по ситуации!

Обращение в собаку далось мне с гораздо большим трудом, чем в человека. Ну не люблю я это дело – есть в нём что-то дурацкое! Поэтому занятия по анитрансформации всегда находились где-то ближе к концу моего списка любимых. Но, к счастью, Анкаро – пёс крупный, поэтому не пришлось тратить слишком много энергии на изменение размера. С какой-нибудь диванной собачкой пришлось бы гораздо сложнее.

Наконец всё завершилось, я встряхнулась, разминая тело и непривычные лапы, а затем рысцой побежала по саду, пока не добралась до беседки.

К тому времени все как раз собрались и, пока служанка разливала чай, рассаживались поудобнее.

– Вы же понимаете, молодые девчонки чаще всего не осознают, насколько удачные шансы выпадают им в жизни, – рассуждал Бастиан. – Вот и взбрыкивают, как могут. К сожалению, девушек, наделённых истинной добродетелью покорности, рождается всё меньше и меньше.

– Нет, я не против некоторой доли здоровой дерзости, – проворчал впечатлённый Асберт. – Но это уже слишком. Что это вообще за магия такая? Я думал, в магических школах их учат чему-то полезному, а не идиотским розыгрышам!

Я подбежала ближе и, стараясь не шуметь слишком сильно, улеглась в беседке поближе к выходу. Чтобы, в случае чего, можно было беспрепятственно сбежать.

– Не волнуйтесь, это просто обычное заклинание иллюзии. Ученики постоянно стремятся к тем знаниям, которые им недоступны или даже запрещены, – думаю, это один из экспериментов. К сожалению, Изабель росла без родителей. Она освоится и перестанет так вопиюще себя вести, особенно когда познакомится с вами поближе.

Да как же! Так и перестала! Похоже, мессир Пелиан вообще ничего не знает о том, кто я такая и где на самом деле училась. Это и хорошо, и плохо одновременно. Плохо, потому что знай он это – и близко бы ко мне не подошёл, проблем было бы меньше. Хорошо, потому что узнай он – вполне возможно, что пожелал бы использовать мои способности в личных целях: моя магия никогда не была в почёте, люди не любят, когда их обводят вокруг пальца, и этим легко манипулировать. Поэтому отец скрывал мои способности с детства, а бабушка отдала в Школу Иллюзий тайно.

– Честно говоря, это было слегка обидно. Я понимаю, что отнюдь не мечта девиц. Но она даже познакомиться со мной не пожелала без эксцессов! – Асберт нервно поправил воротник рубашки, а потом покосился на меня. – Он не кусается, надеюсь?

– Нет, что вы! Добрейшей души пёс. Совершенно безобидный и… бестолковый, – с лёгким презрением в голосе ответил Бастиан и махнул на меня, то есть Анкаро, рукой.

Я тихо зарычала, приподняв голову, но вовремя вспомнила, что тем самым только настрою всех против собаки. А она, в конце концов, ни в чём не виновата. Хотя не мешало бы цапнуть этого Бастиана за ляжку, чтобы не зарывался! Да и трусливого Асберта тоже…

– Ничего… После свадьбы я вплотную займусь воспитанием Изабель, если уж в Школе ей не привили понимание того, как нужно вести себя с мужчинами, – пригрозил потенциальный «жених». – С теми, кто управляет жизнью женщин.

– Более того, вы получите в приданое старый дом Лавальеров, – бодро добавил мессир Мелес. – Он в отличном состоянии и мог бы стать летней резиденцией. Вывозить туда детишек на выходные – тоже просто чудесно!

Я едва не поперхнулась от негодования. Какие ещё, к болотному сарргалу, детишки?! Они что, ополоумели оба? От одной только мысли, что передо мной стоит вполне ясная перспектива оказаться в постели этого… этого… борова, мне стало совсем нехорошо. Да я умру на месте, как только он ко мне прикоснётся!

– Мечтаю о детях. Трое! А лучше пятеро! – довольно прищурился Асберт.

Я громко гавкнула от невыразимого душевного порыва.

– Точно! Шестеро! – радостно добавил мессир Пелиан, ткнув в меня пальцем. – Ваш пёс понимает толк в этом, да?

Он перегнулся через подлокотник плетёного дивана и снисходительно потрепал меня по холке. Я возмущённо заурчала, но от того, чтобы хватануть его за руку, удержалась из чистого благоразумия.

– Да сколько угодно, – устало вздохнул Бастиан. – Но будьте осторожны, всё-таки Изабель довольно хрупкая девушка. Не все они приспособлены рожать много детей.

– Ничего, её питанием я тоже займусь.

Я прикрыла глаза лапой, чем вызвала у мужчин приступ умиления тем, какой Анкаро «забавный». Дай мне волю, с такими челюстями, как у него, я уже давно показала бы всем, как забавно бежать через сад с разодранными сзади штанами! А сейчас у меня не осталось совершенно никаких сил слушать весь этот патриархальный бред.

Похоже, на предложение Сатины придётся соглашаться! Хуже мне уже точно не будет. Даже в тюрьме, если всё пойдёт не по плану.

– Как только наша с Изабель свадьба состоится, вы получите всё, о чём мы договаривались, и отличный государственный контракт, само собой, я уже занимаюсь подготовкой документов. – Асберт отпил из чашки, слегка оттопырив мизинец. – Но в дело я пущу их, только когда всё будет решено.

– Разумеется, – с лёгкой прохладой в тоне подтвердил Бастиан. – Свадьба – дело решённое, и на данном этапе согласие Изабель не требуется. Она всё равно сделает так, как нужно.

– Вот и прекрасно. А пока я рекомендовал бы вам поговорить с ней по-отечески и объяснить, что я человек довольно высокого положения и, если она будет вести себя хорошо, её жизнь сложится вполне замечательно.

Я так и представила себя раздобревшей женой мелкого дворянина, окружённой кучей детей, нянек, приживалок и ещё Трёхликий знает кого. А по вечерам я вынуждена буду терпеть общество своего очень состоятельного, но совершенно омерзительного, на мой вкус, мужа только потому, что однажды мне так сказали сделать.

Это точно чья-то чужая жизнь, не моя.

– Тем более говорят, назревает большой династический конфликт, – продолжил рассуждать Асберт. – И мы с вами можем хорошенько на этом нажиться, если успеем перехватить контракт на поставку продовольствия в военные лагеря.

– Что случилось?

– Говорят, Дартас шан Родвилл вернулся из-за Льдистого моря с целым войском чудовищ, – мессир Пелиан скептически хмыкнул. – Ну вы же знаете людскую тягу приукрашивать слухи. Подождите, и через неделю его войско будет состоять из самих сынов Трёхликого.

– Тем доблестнее будут победы наших военачальников, – рассмеялся Бастиан. – Но вы правы, без поставок продовольствия ни одна битва не будет выиграна.

– Нам стоит поторопиться со свадьбой, чтобы успеть схватить удачу за хвост. Как только будет объявлено о контракте, на него найдётся множество желающих. Поговаривают, генерал Рикард шан Дегрейн уже собирается выдвигаться на позиции.

– Мне бы его годы и происхождение, я жил бы и радовался жизни, а не лез бы в пекло, – с сожалением вздохнул опекун, разглядывая перстень на своём сухом, как палка, пальце.

– Теневые драконы вообще странные, – ответил Асберт. – Но какое нам дело до его судьбы? Нужно заняться своей.

Так, значит, мессир Мелес решил не просто избавиться от обузы в виде меня и улучшить своё положение в обществе. Он буквально продал меня! Да ещё и пытается получить дивиденды от такого выгодного вложения! На этом моё терпение окончательно иссякло. Я встала и спокойной рысцой выбежала из беседки. К счастью, за Анкаро никто особо не следил, поэтому хозяин даже не обратил внимания на его уход.

Ещё издалека, не добежав до сарайчика, в котором оставила Анкаро и своё платье, я услышала страшный грохот и лай. Бедный пёс! Он, наверное, испугался, когда очнулся! Похоже, действия духа хватило ненадолго, или я просто задержалась, слушая свой приговор из уст двух крайне неприятных мне мужчин. Надо успокоить Анкаро и идти спать, к гостю я больше не выйду, пусть хоть силой меня тащат.

Спрятавшись за кустом, я трансформировалась обратно в человека. По колючей траве добежала до кладовки и убрала подпорку, которую оставила на всякий случай, чтобы Анкаро не выскочил раньше времени.

Зато теперь он вылетел, как брошенный камень, едва не сшиб меня с ног и пропал в недрах сада, громко ворча на такую несправедливость. Ничего, поймает пару мышей и успокоит нервы. Проводив его взглядом, я вошла внутрь и ахнула: все мои вещи, включая нижнее бельё, были изодраны в клочья! Вот спасибо, Анкаро, не думала, что ты такой обидчивый!

И как прикажете бежать до дома?

На сегодня я уже растратила энергию трансформаций, и так поддерживала облик целый день и несколько раз его меняла. Ещё один оборот не потяну.

Вздохнув, я выбрала самый большой и наименее рваный кусок платья и кое-как им прикрылась. Анкаро явно развлекался, как мог, дырявая ткань мало на что годилась. А мне ещё по дому идти! Ладно хоть туфли пёс пощадил.

Я обулась и перебежками от укрытия к укрытию понеслась через сад. Увлекшись этим занятием, не сразу услышала приблизившиеся мужские голоса, а увидев почти рядом перед собой Бастиана и Асберта, присела за развесистым кустом и только через миг сообразила пригнуться.

Но меня уже заметили.

– Изабель! – радостно воскликнул опекун. – Как хорошо, что ты тоже решила прогуляться. Подойди!

Прямо бегу и падаю! Как же!

– Я уже нагулялась и хочу пойти спать, – попыталась я отговориться.

– Подойдите, мисси, – ласково попросил Асберт. – Наше знакомство не задалось, но мы ещё можем всё исправить.

Он прищурился, сделав пару шагов ко мне, и его лицо расплылось, как блин, от довольной улыбки. Ещё бы! Сейчас я была в привычном облике, а он, на мою беду, устраивал абсолютно всех.

– Господа, – строго сказала я, старательно прячась за кустом так, что над ним торчала только моя голова. Честное слово, со стороны можно было подумать, что я присела тут по нужде. – Я хотела бы побыть в одиночестве. Прошу меня простить… Сегодня я не настроена на знакомства.

– Твои капризы сейчас неуместны! – начал злиться Бастиан.

– Не нужно давить! – снисходительно одёрнул его Асберт. – Девочкам положено капризничать. Мы обязательно встретимся снова.

Бр-р! Как представлю, так вздрогну!

Но, к счастью, увещевания гостя наконец урезонили Бастиана. Напоследок он ткнул в меня гневным взглядом, но всё же удалился. Я выдохнула и, тратя нервы на каждый шаг, наконец добралась до своей комнаты, обставленной как гигантский кукольный домик.

Вошла, прислонилась спиной к двери и наткнулась на недоуменный взгляд горничной, которая хлопотала над моей постелью, готовя её для сна.

– М-мисси? Что с вами случилось?!

Судя по ужасу, что заплескался в её глазах, она подумала буквально самое плохое, что только можно было подумать.

– Гуляла, – вздохнув, ответила я.

Ну а что я ещё могла ответить? Платье Школы пало смертью храбрых, а значит, прошлому пришёл конец, пора идти вперёд, но только своей дорогой.

Глава 3

Для того чтобы на следующий день встретиться с Сатиной, мне пришлось проявить недюжинную изворотливость. «Любимый» всеми фибрами моей души опекун решил установить надо мной прямо-таки тотальный надзор и запретить мне выходить из дома без его ведома. Но, на счастье, Канна доверяла мне больше, поэтому вступилась.

Аргумент для выезда в город был прост: мне нужны новые платья. Уж в удовольствии принарядиться девушке никто из мужчин отказать не может. Тем более если этот самый мужчина заинтересован в том, чтобы она выглядела подобающе.

Поэтому на первый раз мне повезло. Пришлось побороться с деспотическими замашками мессира Мелеса, но на встречу с Сатиной я всё-таки успела вовремя. Ну почти.

– Я уже собиралась уходить, – с лёгким укором в тоне заметила она. – Надеюсь, впредь вы будете более пунктуальны.

Она деловито посмотрела на часы, которые, точно у мужчины, хранились в кармашке её платья. И в этот миг я задумалась: а кто она на самом деле? И вообще – замужем ли она, ведь её поведение очень отличается от поведения женщин, которые привыкли прятаться за спиной своего мужчины.

– Простите. Сейчас мне не так-то просто выбраться куда-то без надзора.

И это я ещё забыла о выданном в Школе браслете, который мне приходится носить на лодыжке постоянно.

– Поэтому от него нужно избавляться! – ответила Сатина сразу на все мои мысли разом. – Но некоторое время для конспирации придётся потерпеть. Я правильно понимаю, что ваше появление здесь означает согласие на моё предложение?

Я огляделась, давая себе ещё миг раздумья. Последние сомнения никак не желали оставлять меня, ведь Сатину я тоже совсем не знала. В небольшом ресторанчике было довольно людно, но никто не обращал на нас внимания и вряд ли подслушивал. Обстановка казалась умиротворяющей, а моя новая знакомая не стремилась к строгой скрытности. Это немного успокаивало.

– Да, я согласна выслушать подробности задачи, которая будет передо мной поставлена.

Женщина прищурилась, оглядев меня чуть пристальнее, чем раньше.

– Вы не так наивны, как может показаться сначала. И это хорошо! Просто замечательно.

– И мы подпишем контракт, – добавила я вдогонку.

Хоть и понимала, что дело мне предстоит вряд ли легальное.

– Дело в том, что я не представляю никакую организацию, – вздохнула женщина с сожалением. – И вам так или иначе придётся мне довериться. Предупрежу сразу: условия задачи изменились, стали проще. Вам не нужно будет пробираться во дворец и подменять влиятельного человека на голосовании. Потому что само голосование перенесли из-за некоторых неприятных событий. На восточных рубежах королевства назревает военный конфликт, и это изменило планы Его Величества.

– Да, я слышала о наступлении некоего Дартаса шан Родвилла.

– О! – Сатина дёрнула бровями. – Похвальная осведомлённость. Так вот. Цель вашего задания останется та же. Изменится лишь метод. Вам нужно расстроить свадьбу одного очень влиятельного дракона. Ничего сложного: пробраться в церемониальный зал и нейтрализовать магию источника, который должен соединить пару и завершить ритуал.

– И кто этот влиятельный дракон? – уточнила я, повертев чашку с чаем на блюдце.

– Генерал Рикард шан Дегрейн.

О нём я уже слышала, но пока совершенно не представляла, чем он так важен и почему ему обязательно нужно насолить. Но на нём, похоже, были завязаны очень важные события.

– Если вы обратились ко мне, значит, в этот зал не может войти кто угодно?

– Нет, конечно. – Сатина покачала головой. – Туда может зайти только служительница Трёхликого определённого ранга. Она встречает пару в зале и провожает к источнику. Ответственной на церемонию генерала шан Дегрейна назначена Эмилия Риваль.