Скандал в Академии, или Любимая проблема инспектора

Мистер Аймор присел на корточки и склонился над натурально торчащей из земли трубкой. Скорее всего, это была не просто какая-то трубка сама по себе – она являлась частью некоего устройства, которое, судя по всему, было спрятано глубже.

– Там ещё одна! – махнула я рукой в сторону.

Мы с господином инспектором обошли округу, повсюду валялись странного вида обломки, словно тут когда-то разбился самолёт.

– Похоже, выход Исполина спровоцировал движение поверхности острова, и всё это вскрылось, – сделал вывод Анастериан. – Раньше я тут такого не замечал.

– А вы тут раньше бывали? – полюбопытствовала я.

– Бывал. После соединения со Штормом бродил здесь порой. Думал, что-то изменится. Впрочем, неважно. Видишь, часть этих, так скажем, коммуникаций находилась снаружи, а вот это, – он пнул носком сапога обломок металлической трубы, – под землёй.

– Это может быть какой-то мерой предосторожности против Исполинов?

“Пф-ф, – сразу фыркнула Неала. – От их выхода из рифта ещё никто не спасался”.

– Нет, это невозможно, такую силу ничем не сдержать. Её можно лишь подавить после и заставить утихнуть на время. Значит, это было сооружено здесь в последние несколько лет. Возможно, именно эта система, – Анастериан махнул рукой вперёд, – и стала причиной формирования нового Исполина. Всё это явно создано кем-то из магов-конструкторов. Надо взять с собой образцы. Выясним, что это может быть, когда вернёмся в Академию. Только пока не распространяйся об этом.

– Поняла, – кивнула я.

Мы побродили ещё немного, собирая самые интересные обломки в сумку Анастериана, а затем нас внезапно настиг страшный ливень! Похоже, вихрь притянул дождевые тучи, и постепенно они сгустились в плотное полотно прямо над островом. Пришлось искать укрытие.

– Вы не можете с этим справиться? – дрожа, спросила я у мистера Аймора, когда мы забрались в небольшой грот между каменистыми островными насыпями. – Ваш дракон – Шторм, в конце концов!

– Это претензия? – Анастериан улыбнулся одним уголком рта. – Нет, здесь моя сила подавлена, я даже взлететь не могу.

– Что, снова терпеть? – захныкала я.

– Придётся. – Мистер Аймор обнял меня за плечо и притянул к себе.

В грот затекало, он был недостаточно глубоким, чтобы в него можно было спрятаться полностью, поэтому моя юбка быстро намокла по краю, да и ботинки начали напитываться неприятной влагой. Мы замерли, прижавшись друг к другу – так и правда было теплее.

– Что тебе сказал герцог Вирнаж? – внезапно спросил Анастериан после довольно долгого молчания. – После разговора с ним ты стала какой-то… другой.

Я потёрла ладонями друг о друга, собираясь с мыслями, но делая вид, что просто хочу согреть их.

– Если вкратце: чтобы предотвратить конфликт государств, мне придётся выполнять все условия, которые мне навяжут.

– А именно? – нахмурился инспектор.

– Полный список мне ещё не предоставили. Но герцог ясно дал мне понять: буду упрямиться – пострадают все: и студенты, и вы тоже.

– Я? – слегка удивился Анастериан.

– Ну а что, вы считаете, что неуязвимы? – Я передёрнула плечами.

– Нет, я вовсе так не считаю. Особенно в последнее время, – он загадочно смолк. – И всё же…

– Меня выдадут замуж. Вернее, хотят выдать, но я, конечно, против. Что это вообще за блажь такая?! Замуж за какого-то там принца, которого я даже и в глаза не видела.

Моя болтовня становилась всё ворчливее, а тело мистера Аймора всё напряжённее. Кажется, он уже и не слушал меня: его взгляд застыл, устремившись в пустоту, лишь складка между бровями углублялась больше и больше.

– Это исключено, – внезапно уронил он.

Я осеклась.

– Ну вообще-то я вам об этом и толкую! Не собираюсь я замуж. Мне учиться надо и заниматься своей магией. Так ведь?

Я старалась говорить как можно более беззаботно, а у самой сердце колотилось так быстро, что становилось жарко. У меня, наверное, и уши сейчас красные. Какие только мысли не полезли мне в голову тут же, но продолжать рассуждения на эту тему мистер Аймор не стал, только промычал нейтральное “угу”.

Что-то подсказывало мне, что он намеренно не желает делиться со мной своими планами, чтобы я нечаянно их не нарушила. А я могу – это уж точно!

К счастью, терпеть ливень и сырость нам не пришлось слишком долго. Вернее, момент, когда он закончился, я пропустила, потому что от тепла мистера Аймора меня сморило. Я проспала неизвестно сколько, положив голову на его плечо, а проснулась от ощущения, что рядом что-то происходит, а ещё оттого, что у меня страшно затекли ноги.

Когда открыла глаза, то сразу увидела, что на некотором отдалении от нашего укрытия приземлился здоровенный дракон графитовой масти, в сумраке непогоды он выглядел довольно устрашающе. Но надо признать, что все драконы выглядели так ровно до того момента, пока рядом не появлялся Шторм.

– Как он сюда попал? – спросила я вяло.

– Рифт закрылся, и магический фронт утих, – коротко пояснил Анастериан. – Это герцог Вирнаж.

Ах вот оно что! Раньше-то я не видела его дракона, поэтому и не узнала. Мы выбрались из своего укрытия и по раскисшей пепельной грязи потопали ему навстречу.

– Кажется, вас предупреждали, чтобы вы соблюдали дистанцию, – сразу накинулся герцог на господина инспектора.

– В таких условиях это почти невозможно, – развёл руками тот. – Мы выполнили наиважнейшую задачу. Теперь, надеюсь, можем вернуться в кампус? Каково мнение правительства Ланселойфа на этот счёт – вы успели у них уточнить?

Герцог, раскусив явный сарказм в его словах, поиграл желваками, но наконец кивнул:

– Можете возвращаться. Но ваши студенты будут освобождены только после того, как все убедятся, что Исполин не собирается выходить снова. И да… мисс Гроу полетит со мной.

– Зачем? – нахмурился Анастериан.

– Я вам не доверяю, – растянул губы в едкой улыбке Вирнаж.

И нам с мистером Аймором осталось лишь закипать от бессилия как-то повлиять на ситуацию прямо сейчас. Нужно быть осторожными, чтобы не прослыть бунтовщиками, которых следует немедленно обезвредить.

Поэтому нам с Неалой пришлось терпеть компанию герцога Вирнажа до самого Минлойта, а энергетика от него исходила не самая дружелюбная. Шторм летел на приличном отдалении и, судя по всему, старался держать нас в поле зрения. Так мы и добрались до кампуса Академии – уже почти к вечеру.

Лайан даже до комнаты меня проводил, не оставив мистеру Аймору ни единого шанса обмолвиться со мной хоть одним лишним словом.

– Вы теперь постоянно будете за мной ходить? – не удержалась я от замечания, когда мы остановились у двери. – Как-то это не подобает герцогу Вирнажу, приближенному самого короля и супругу ланселойфской принцессы.

Он прищурился, глядя куда-то в центр моего лба, словно избегал встречаться со мной взглядом. Ну или резко окосел.

– Если понадобится. Потому что ты у нас теперь довольно ценный ресурс.

– Ресурс… – я хмыкнула и повернула ключ в замке. – Так это теперь называется.

И как-то так получилось, что намёк в моём голосе прозвучал слишком явно, хоть и говорила я как будто совсем о другом. Герцог внезапно схватил меня за локоть и втолкнул в гостиную. Магические огни тут же зажглись, озарив её желтоватым светом.

– Ты, вижу, всё знаешь… – прошипел Лайан над моим ухом.

Я подняла на него взгляд, надеясь, что он вышел достаточно недоуменным.

– О чём это вы?

– Ещё в день нашей первой встречи я понял, что ты подозреваешь, будто я твой отец, – вполне себе легко пояснил герцог. – Всё пытаешься подобрать слова, но не уверена до конца в своей догадке, поэтому молчишь.

– Согласитесь, для этого у меня есть немало оснований, – решила я пойти напролом. – Ваш роман с моей матерью…

– Давно закончился, задолго до того, как она забеременела, – оборвал меня Вирнаж. – И к её побегу я не имею совсем никакого отношения. Это была обычная истерика и паранойя.

– Откуда вам знать? – Я сделала шаг назад, когда почувствовала давление магии герцога.

Даже Неала, молча слушая наш разговор, слегка напряглась.

– Я интересовался её судьбой. Она никогда не была мне безразлична.

– Это очень мило с вашей стороны.

Нет, слишком много издёвки в тоне – не поверит. И он действительно не поверил, судя по тому, как сжались его губы.

– Готовься к Балу Первокурсников. И привыкай к тому, что теперь я буду постоянно за тобой наблюдать. Любая хитрость, любая опасная задумка – и твоя жизнь будет окончательно разрушена. Я не твой никчёмный дядюшка – ты должна это понимать. И да… Все твои расходы я теперь беру на себя. Скоро к тебе приедет портной для снятия мерок на платье к Балу.

– Вам не кажется, что ваш жест благотворительности будет выглядеть странным для окружающих?

– Не будет, – загадочно улыбнулся герцог. – Я уже признал тебя своей дочерью. Разумеется, исключительно для того, чтобы спасти от гнева ланселойфцев, и в память о наших когда-то тёплых отношениях с твоей матерью. Это не означает, что я действительно твой отец, а ты можешь претендовать хоть на что-то большее, чем положенная в этом случае забота. Осталось подписать лишь некоторые документы – и тебе больше не нужно будет беспокоиться о своей судьбе.

Его слова настолько меня оглушили, что я пропустила мимо ушей то, как он попрощался, и не сразу заметила, как он вышел. Пожалуй, без его признания мне жилось гораздо лучше, а теперь он получит надо мной полный контроль – так выходит?

“Вот теперь мы с тобой действительно попали…” – подытожила мои мысли Неала.

Анастериан

Я не стал беспокоить Элис вечером, хоть и дождался, когда герцог Вирнаж покинет Преподавательский корпус. Пока он уходил по дороге через сквер, в окне комнаты девушки стоял тёмный силуэт: она тоже наблюдала, словно хотела убедиться, что он не вернётся. Как-то странно всё закрутилось. И для непривычной к таким поворотам судьбы студентки всё это довольно сложное испытание, которое свалилось на неё внезапно – буквально в один день.

Да и я никогда не любил все эти подковёрные политические игры, дипломатические реверансы и старался держаться от них подальше. А теперь просто утонул в них с головой – всё потому, что Элис собирались превратить в обыкновенную дань за сохранение спокойствия между государствами. Но такой расклад меня совершенно не устраивал: отдавать сильного канниара с уникальными способностями потенциальному противнику – крайне неосмотрительно. Да и сам факт того, что это именно Элисанна, доводил меня до состояния, близкого к бешенству, а бешенство в моём случае опасно для всех окружающих. Странно, что этого как будто никто не понимал.

Почти полночи я провёл в раздумьях, как избежать всего того, что было уготовано для Элис дальше. Вариантов было несколько, какие-то из них нравились мне больше, какие-то выглядели не слишком надёжно, другие – безумно, но при необходимости попробовать стоило все. Даже самые, на первый взгляд, неоднозначные.

А начать я решил с обращения к ректору Строунду: он, как ни крути, фигура довольно влиятельная, которая способна повернуть многие события в иную сторону. Другой вопрос, поддержит ли он меня. Нужно прощупать почву.

И мне даже не пришлось просить его о встрече: с самого утра он прислал мне записку с просьбой зайти, как только буду готов.

– У меня для тебя очень важные новости, – заявил Оррел, как только я ступил на порог его кабинета.

Он обеспокоенно смотрел в окно, и причины для этого были самые весомые. С ночи в Минлойте разразилась непогода. Я знал, кто тому виновник, но ничего не собирался с этим делать. Шторм был неспокоен, ему, как и мне, не нравилась опасность потерять Элисанну вместе с Неалой. Он как будто в некотором роде к ним привязался, хоть раньше я считал, что Исполины вообще на это не способны.

В общем, небо клубилось густыми зеленоватыми тучами, вдалеке громыхало, простреливало молниями. Гроза приближалась. Подозреваю, ректор догадывался, отчего сегодня так пасмурно.

Он обернулся и внимательно на меня уставился, а затем продолжил:

– Думаю, тебе не стоит напоминать о том, что с Нилом Трейтом случилось непоправимое.

Вот о нём мне сейчас хотелось говорить меньше всего. Да, когда-то мы были друзьями, но события последних нескольких лет немало изменили моё к нему отношение. А уж его выходка с Исполином – и вовсе…

– Да, я видел это собственными глазами. Как и его странное поведение до того, как Исполин его уничтожил. Он намеренно разорвал связь со своим драконом, чтобы слиться с ним, но где-то явно просчитался.

За окном прокатился громовый рокот. Мистер Строунд слегка насторожился.

– Я понял это, когда его дракон вернулся на территорию Академии. Сейчас он остался без носителя, и его настроение сложно назвать благостным. Смотрители Юношеского корпуса приглядывают за ним, но положение опасное: покинутые драконы способны на самые разные поступки. К тому же недавно у нас обосновался дракон Виллема Ромберга – тоже неприкаянный страдалец. – Ректор помолчал. – Да и вообще на факультете сейчас неспокойно, ходят самые мрачные слухи. Нам срочно нужны хоть какие-то хорошие новости. Рифт закрылся, магию студентов необходимо восстановить в кратчайшие сроки.

– Я посодействую ускорению этого процесса, как смогу, если вы об этом. – Странное предчувствие чего-то важного нарастало.

– Я искренне надеюсь на твою помощь, – кивнул Оррел. – И потому собираюсь выдвинуть на обсуждение академического Собрания вопрос о назначении тебя деканом Драконьего факультета.

– Нил погиб только вчера, – уронил я, пытаясь побыстрее уложить в голове всё происходящее. – А вы уже думаете, кого бы назначить на его место?

Ректор вскинул брови и подошёл чуть ближе.

– А что нам остаётся делать? Мистер Трейт сам себя опорочил, запятнал репутацию факультета. Семестр начинается уже через неделю, в Академию стягиваются студенты, а на них сыплется такой поток сплетен, что я боюсь, как бы их недовольство не нарушило весь учебный процесс, – ректор гневно выдохнул. – Сейчас во главе факультета нам нужен сильный дрэйг, который зарекомендовал себя как тот, кто способен решать самые сложные проблемы.

– Кажется, со дня выхода Исполина их стало только больше.

– Это уже не так важно! – взмахнул рукой Оррел. – Главное, Исполин вернулся в рифт. Это самая важная победа. Признаюсь, однажды я побоялся предложить тебе должность декана. После твоего соединения со Штормом у всех были сомнения насчёт того, как ты будешь с ним справляться. Поэтому выбор пал на Нила. Но с тех пор я не раз об этом пожалел. Назначь я тебя тогда, и всего этого не было бы. Ну так что, ты согласен?

Я выждал паузу, сделав вид, что всё это мне ещё нужно обдумать, хотя, по сути, думать тут было не над чем. Если стать деканом – это то, что нужно мне, чтобы оставаться рядом с Элисанной, то я согласен заочно.

– У меня будет одно условие.

– Если ты о том, чтобы оставить абитуриентку Гроу на факультете, то не сомневайся, она остаётся. Даже в свете претензий к ней Ланселойфа.

– Не совсем. Я прошу вас выписать запрет на любые сторонние магические воздействия на неё до полной стабилизации её ореола.

– Не понимаю… Зачем это? – нахмурился ректор. – Её ждёт обычный учебный процесс. В нём нет совершенно никакой угрозы развитию её ореола.

Всё это верно, но рассказывать ему о планах герцога Вирнажа было ещё рано, к тому же я пока не был уверен в полной поддержке ректора. Поэтому пришлось объясняться наиболее обтекаемо.

– Это обезопасит её от попыток подвести к расщеплению или экспериментов особо любопытных преподавателей, – принялся многозначительно рассуждать я. – Вы же должны понимать, что её исключительные способности вызовут острый интерес профессоров.

На самом же деле смысл этой просьбы был совсем в другом. Брачный ритуал между магами, а особенно дрэйгами, – это не просто церемония и подписание бумаг, это ещё и соединение энергий. Они сплетаются и влияют друг на друга в дальнейшем, а значит, приказ ректора поможет затормозить процесс сватовства принца и организацию свадьбы в случае, если избежать её совсем не удастся.

– Что ты недоговариваешь? – недоверчиво нахмурился мистер Строунд. – Не думаю, что дело только в опасности расщепления. Сейчас все уже понимают, что в нём нет необходимости.

– Не спорю, но, возможно, с началом обучения могут всплыть и другие проблемы, – миролюбиво улыбнулся я. – Просто хочется перестраховаться. Защитить девушку, которая оказалась без поддержки родных.

Да, это может и не сработать в случае прямого приказа короля. Тогда я прибегну к другим, менее изящным мерам. Но и распоряжение ректора насчёт Элисанны не будет лишним.

– А вот насчёт поддержки – тут ты не прав. – Ректор взмахнул рукой так, словно что-то вспомнил. Затем он взял со стола едва развёрнутое письмо. – Сегодня мне пришло уведомление, что герцог Вирнаж хочет взять опекунство над абитуриенткой Гроу в отсутствие притязаний родственников.

– Такое возможно? – На меня вновь навалилось нехорошее предчувствие.

– Вполне. Её мать неизвестно где, дядя отказался оформлять документы… Это, надо сказать, хорошая возможность для девочки.

– Хорошая возможность стать игрушкой в чужих руках. Он сможет вертеть ей как хочет.

– Знаешь, у меня есть некоторые подозрения насчёт него. Я прекрасно помню те разговоры насчёт Лайана и Кейнеи… – выражение лица Оррела стало загадочным.

– Думаете, он действительно может быть её отцом?

– Вполне.

Это, конечно, значительно осложняло положение дел. Но подождём подробностей.

– Ну так что насчёт особого распоряжение ректора насчёт Элис? – напомнил я о своём вопросе.

– Хорошо, я его подпишу, если тебя так сильно это беспокоит, – сдался мистер Строунд.

– Тогда я согласен стать деканом при одобрении Собрания.

Ректор протянул мне руку, и я пожал её. Что ж, придётся брату ещё некоторое время заменять меня в Клодинсторе, пока я со всем этим не разберусь. В голове у меня сидела мысль ещё об одном человеке, который мог помочь Элисанне избежать тотального контроля герцога Вирнажа, к которому он так стремился. Загвоздка была в том, что я не знал, где этот человек находится. Однако пути это выяснить были, и нужно было срочно этим воспользоваться.

С намерением немедленно написать письмо в Обитель Сестёр Драконьей Крови я дошёл до своего кабинета, но оказалось, что в приёмной меня ждут. Молодой сухопарый мужчина, по виду недавний выпускник Академии, встал, как только увидел меня. Сервилия бросила на него недовольный взгляд.

– Мистер Аймор! – Незнакомец бросился ко мне с рукопожатием. – Меня зовут Грег Дайлет, и я хотел бы поговорить с вами насчёт студента вашего факультета Виллема Ромберга. Я его лечащий врач.

– Как он себя чувствует? – уточнил я, провожая гостя в кабинет.

– Уже гораздо лучше, думаю, к началу учёбы как раз восстановится. Без учёта возвращения дракона, конечно, – осторожно добавил он. – Но при обследовании мистера Ромберга я заметил одну странность.

Грег сел в кресло напротив. И его слова сразу меня насторожили. Когда врач так говорит, значит, не обошлось без стороннего воздействия.

– Вы обнаружили какую-то аномалию?

– В том-то и дело. Исследуя кровь мистера Ромберга, я нашёл в ней следы одного полураспавшегося вещества… Оно никак не может быть обусловлено тем, что накануне мистер Ромберг выпивал на пикнике. И, по его словам, никаких лекарств до этого он не принимал.

– Получается…

– Получается, кто-то ввёл ему это вещество извне. И, возможно, именно оно стало причиной ослабления его связи с драконом, а следовательно, внезапного расщепления.