Кошачий переполох, или Снова сюрприз

96

А потом началась предсвадебная суета, балы, празднества… Помолвка короля была тайной и в кругу приближённых. Его Величество не хотел раньше времени привлекать к свадьбе особое внимание. Родители леди Эстел повозмущались, но покинули двор. Да и объяснять всем и каждому, куда делась дочь, – не очень-то приятно. А рассказать правду король не позволит. Поэтому торжества были более чем скромные. Леди Эстел на всех балах не отходила от короля ни на шаг, не давая даже возможности приблизится к монаршему телу хоть кому-нибудь из соперниц. Придворные активно перешёптывались, видя такое наглое поведение новой, по их мнению, королевской фаворитки. В общем, все были заняты.

Удивительнно, но у меня все мысли о короле и связанные с ним сложности отошли на второй план.

Про Ника и Мартина я уже давно никаких известий не получала. Хотя иногда к нам и заходил граф Энгор, он старался даже и не упоминать имени своего сына, видимо, для него сложившиеся обстоятельства тоже были болезненными. Дарес про племянника и вовсе не заговаривал, щадя моё душевное здоровье.

Ситуация с моими близняшками очень повеселила Фальтавского, особое же удовольствие он получал от разговоров с Рессой, которая вовсю демонстрировала свой необузданный характер. Он даже как-то оговорился, что в роли невестки такая вот девица его устроит больше, чем я. Мы с Даресом тоже посмеялись над этой шуткой.

Я мучительно ожидала окончания своих мытарств, главным из которых стала моя новоприобретённая сестрица. Не знаю, какой она была кошкой, но человеком оказалась очень непростым. Мало того, что кошачьи инстинкты в ней никак не хотели исчезать, что проявлялось в повышенном свободолюбии, дерзости и наплевательском отношении ко всякого рода приличиям и правилам, так она ещё была не в меру любознательной и совала свой нос всюду, привлекая к себе всякого рода неприятности. Причём, по их количеству она во много раз превосходила невезучую меня. Так что заниматься размышлениями по поводу своих душевных терзаний мне было некогда. Дарес тоже порядком устал от новой родственницы и просто мечтал поскорее отправить нас подальше.

Помолвка, наконец, состоялась, причём королю всё-таки удалось выторговать полгода до свадьбы. Хоть он и объяснял всем это необходимостью полноценной подготовки к такому важному мероприятию, но мы с магистром прекрасно понимали, что это только очередная затяжка времени. Видимо, леди Эстел даже с моей внешностью его не очень-то и вдохновляла. Наше присутствие до самой свадьбы не требовалось, чем мы и спешили воспользоваться.

Наконец настал долгожданный день нашего переезда в поместье. Я нетерпеливо прохаживалась вдоль кареты, в которую слуги заносили наш довольно-таки внушительный багаж. Хотя Ресса всячески старалась избавиться от новомодных платьев с множественными засежками и крючками, мы с магистром настаивали на необходимости их одевать. Сестрица фыркала, злилась, но магистр был более чем убедителен. И в конце концов она сдалась. Впрочем, мягкий брючный костюм с минимумом пуговиц ей всё же заказали. Вещей в карете оказалось довольно-таки много, благодаря присутствию второй особы женского пола.

Вещи уложили, указания оставшимся приглядывать за столичным домом слугам розданы, и мы выдвинулись навстречу новым приключениям.

В дороге Ресса спала, а мы с магистром негромко переговаривались, обсуждая наше дальнейшее будущее. Дарес выторговал у короля целых две недели отдыха от дворцовых интриг, хотя согласие Ральф дал с видом приговорённого к смерти преступника. Видимо, справляться без магистра с проблемами как государственными, так и личными, ему не хотелось.

Я глупо улыбалась, представляя себе те возможности, которые получу по приезду в имение. Я уже строила планы по обустройству дома и прилегающих земель, в общем, вела себя, как настоящая хозяйка. Это было очень приятно. Иметь свой уголок вдали от шума и суеты придворной жизни, от тревог и лишних душевных терзаний. Бр-р-р… Я даже поёжилась, вспомнив последние дни.

Наконец-то выдастся возможность отдохнуть и спокойно поразмышлять о случившемся да и планы на будущее тоже обдумать. Моё настроение не могло испортить даже то, что в имении я буду не одна. Ресса воспринималась досадной помехой, но не более того. Да и присутствие магистра добавляло оптимизма.

Посматривая в окошко кареты, я любовалась ухоженными полями, что тянулись вдоль дороги. Скоро я смогу рассмотреть их поподробнее, ведь Дарес сказал, что имение моё уже близко, значит, прилегающие окрестности уже можно воспринимать, как свои.

«Да, кошка, а ты зазналась! Кто ещё недавно гонял воробьёв по двору? А вот сейчас – поди ты – хозяйка имения!». Я фыркнула своим мыслям и поймала удивлённый взгляд магистра. А что я? Да ничего, так, глупости. Я невинно похлопала ресницами и пожала плечами. Но Дарес неплохо меня знал, а потому заинтересованность с его лица не исчезла.

– Так, – осторожно начал магистр,– и о чём же мы размышляем с таким интересным лицом?

– Да, ничего такого, обычные мысли.

– Странно… Чтобы у тебя и обычные?

Я покраснела, но всё же ответила:

– Дарес, ну зачем вы видите во мне только неприятности?

– А что я ещё должен видеть? Прости, Таиса, но последние месяцы моей жизни выдались намного насыщеннее на события, чем вся прошедшая жизнь, и это при том, что на месте я никогда не сидел, да в разных переплётах пришлось побывать. Но ты – это нечто из ряда вон…

– Вы преувеличиваете, господин Королевский магистр, – обиженно надулась я.

– Ну, может быть, чуть-чуть, – согласился Дарес, а я снова фыркнула. – И всё же, о чём думала?

– О том, как приятно быть знатной дамой, – с улыбкой ответила я.

– А-а-а, это… Ну да, с этим не поспоришь. Наряды, украшения, развлечения, поклонники…– сладенько пропел магистр.

– Дарес, прекратите! – возмущённо отозвалась я.

– А что, не так?

– Не так! Вернее… так, но мне это не нужно. Вот совсем!

– Ага, и герцог тут не при чём, и король, и племянник мой, а уж про Фальтавского и вовсе молчу, – ехидно поддел магистр.

– Они сами, я не виновата!

– Ну, конечно, сами, а я разве сомневаюсь? – улыбка мага стала ещё шире.

– Дарес! Хватит! Нечего лезть в мою личную жизнь! – я вспыхнула до корней волос, но всё же решилась на отповедь.

– Ох, Таиса, я бы с удовольствием, но только твоя, как ты выражаешься, «личная жизнь» уж очень сильно отражается на моём здоровье, – уже серьёзно выдохнул Дарес.

Я окончательно смутилась, понимая справедливость упрёка.

– Простите, магистр, я не права.

– Да права, права, только мне от этого не легче. Теперь вот как с твоей новоявленной сестрицей быть?

– С которой?

– Хм, ну, о леди Эстел, думаю, король позаботится, а вот что делать со вторым рыжим чудом? – Дарес указал на затаившуюся в уголке Рессу.

– Воспитывать? – полуутвердительно спросила я.

– Ну-ну… – с сомнением покачал головой магистр.

– Мне кажется, это у неё сейчас такой дурной характер из-за того, что кошачья сущность ещё доминирует, а потом всё изменится.

– Ты думаешь? А я вот не уверен. Мои эксперименты на розах показали, что эликсир повторяет только внешние свойства, а вот характер… это вряд ли…

– Посмотрим.

Магистр согласно качнул головой, и разговор на этом прекратился. Остальную часть пути мы преодолевали в тишине.

Солнце уже уверенно склонялось к линии горизонта, когда мы, наконец, добрались до приобретённого имения. Шум подъезжающей кареты привлёк внимание немногочисленной челяди, которая с любопытством и некоторой боязливостью разглядывала новых хозяев.

Дарес первым вышел из кареты и помог выбраться нам. Я с удовольствием покинула пусть и комфортабельное, но довольно поднадоевшее устройство для перемещений, а вот Ресса покидала карету неохотно.

– Ну, Ресса, смелей, – подбодрил её магистр. – Смотри, какой великолепный дом, а уж сколько места для обследования, новых возможностей…

Сестрица заинтересованно закрутила головой и фыркнула:

– Место, как место. Трава, деревья, дом, люди, соба…

Последнее слово Ресса не договорила. Истошно завизжав, она бросилась обратно в карету и хлопнула дверью.

Мы с Даресом недоумённо переглянулись. Прислуга тоже заинтересованно смотрела на развивающееся действо.

– Магистр, мне кажется, или Ресса боится собак?

– Ну, судя по тому, что она и сейчас визжит, – не кажется, – обречённо махнул рукой Дарес.

Он отправился к воротам,. возле которых, радостно высунув язык и громко дыша, на толстенной цепи сидел мохнатый пёс внушительных размеров. При виде нового человека он заинтересованно поднялся, втягивая носом запах подошедшего, и отчаянно заработал хвостом, выражая восторг от знакомства. Дарес дружелюбно взлохматил довольную морду собаки и обратился к прислуге.

– Эй, кто-нибудь, уберите зверя с глаз, – приказал магистр.

Слуги зашевелились, после чего двое парней кинулись к собаке, отцепили привязь от забора и потащили упирающегося пса в сторону конюшен.

Дарес устало вздохнул, поморщился, но всё же подошёл к карете, открыл дверцу и влез внутрь. Визг, пусть и не сразу, но прекратился. Ещё некоторое время слышался негромкий голос магистра, видимо, убеждавшего Рессу в отсутствии опасности, после чего дверь снова распахнулась, Дарес спрыгнул на землю и подал руку Рессе.

Рука была принята, но из кареты сестрица выбиралась с опаской. Долго смотрела по сторонам, выискивая новые неприятности.

– Ну же, давай скорей, – нетерпеливо подгонял маг.

– А оно-у точно меня-у не съест?

– Не съест и даже не надкусит. Вот никогда не думал, что ты такая трусиха.

– Кто-у? Я-у? Трусиха?! – возмущению Рессы не было предела. Глаза сверкнули, кулаки сжались…

– А раз такая смелая, давай побыстрее, все устали с дороги, а тут ещё твои концерты.

Ресса тут же сдулась, оскорблённо фыркнула, но отвечать не стала.

– Дарес, кажется, я была права, – негромко сказала я.

– Ты о чём?

– О воспитании… Думаю, получится.

Магистр хмыкнул, оглянувшись на Рессу, но промолчал. И мы наконец-то пошли в дом. Знакомиться.

***

Король сидел в своём кабинете и задумчиво вертел в руке бокал. Содержимое было давно выпито, а сам бокал помогал Ральфу сосредоточиться. Он загнал себя в ловушку, и выхода из неё, казалось, не было. Но король не привык отступать. Поэтому он одну за другой прогонял в голове возможности избавления от леди Эстел. Видеть её перед собой он вообще не мог. Раньше было даже легче. А теперь, видя перед собой миленькое личико Таисы, а слыша сюсюкающий голос Эстел, монарх приходил в бешенство. Да, лучше иметь дело с преступниками… С преступниками? Да, конечно, с преступниками!

Ральф был доволен. Выход нашёлся, да и какой! Одним ударом расправиться и с надоевшим родственником и с ещё более надоевшей истеричкой – это просто подарок небес!

Король вызвал охрану и отправился в подземелье – обрабатывать Вьеннского.

Уж что-что, а уговаривать Ральф умел. Бонус был великолепен – рыжая прелестница, которую герцог очень часто вспоминал, хотя и не всегда приличными словами. Да и жить ему всё-таки очень хотелось. Поэтому ничего удивительного в том, что Вьеннский быстро согласился забыть про корону и всё сопутствующее, не было.

План был уточнён и принят к исполнению. Герцог был срочно переведён в другую камеру, более мрачную и сырую, и всем это было представлено, как желание наказать непокорного родственника, но мало кто догадывался об основной причине: в дверях не было ни одного магического замка, а ключики уже лежали в кармане Вьеннского. Поэтому побег состоялся через положенные для подготовки всего остального два дня.

Леди Эстел, накачанную сонным зельем, вынесли в приготовленную заранее карету, а затем к ней присоединился и герцог. Как удачно, что господин маг находился далеко и вмешаться в столь хорошо продуманный план не мог. Король в сопровождении всё тех же невозмутимых охранников присоединился к герцогу.

– К храму, – строго приказал он кучеру. Карета тотчас же тронулась. Герцог внимательно смотрел на короля, тот же, нисколько не смущаясь под пристальным взглядом, поигрывал кинжалом.

– Ну, дядюшка, готовы ли вы к обряду?

– Если вы не передумаете.

– А с чего бы мне передумывать? Сделка честная. Вам нужна свобода и жена, а мне нужна спокойная жизнь.

– Тогда и я согласен.

– Вот и славно. Так не хотелось проливать родственную кровь, – наигранно посетовал король, пробуя пальцем остроту кинжала. Герцог передёрнулся. Он не был трусом, но понимал, что сейчас его жизнь висит на волоске. Стоит ему сделать одно неосторожное движение, и он будет мёртв.

– Как же вам повезло. Такая красавица, – продолжал светскую беседу король. – Правда, будут некоторые трудности…

– Может быть, просветите, какие именно?

– Зелье может несколько повлиять на память девушки, да и характер может испортиться.

– Ну, насчёт памяти, оно и к лучшему, – ехидно улыбнулся Вьеннский, вспоминая подробности знакомства с «невестой». – А характер у леди и так непростой.

– Что есть, то есть. Да, ещё… Способности к смене ипостаси теперь тоже потеряются, но это ведь к лучшему?

– Конечно.

– Ах, как будет горевать магистр. Сильно горевать…

Герцог внимательно посмотрел на короля.

– Не дайте боги ему узнать, куда делась его протеже, – Вьеннский совершенно чётко уловил в голосе Ральфа очередное предостережение.

– Не узнает, в королевстве мы больше не покажемся.

– Надеюсь на ваше здравомыслие, – улыбнулся Ральф.

Карета остановилась. Король вышел первым, затем выбрались его охранники, и только после этого карету покинул Вьеннский, неся на руках одурманенную девушку.

В храме уже всё было готово к обряду. Король протянул герцогу пару браслетов. Вьеннский удивлённо приподнял бровь.

– А вы думали, что я не обо всём позаботился? Право, я был разочарован вашим мнением обо мне.

– Я благодарен и за этот подарок.

– Не стоит, дядюшка. Это такая малость для родной крови.

После этого короткого обмена любезностями компания подошла к алтарю. Жрец недоумённо посмотрел на девушку, черты которой показались ему хорошо знакомыми, затем на короля. Ральф хмыкнул, но счёл необходимым пояснить ситуацию.

– Любовь – вещь непредсказуемая. Сегодня любишь одного, завтра другого.

Жрец поклонился и приступил к обряду. И уже через четверть часа молодожёны снова находились в карете, которая теперь должна была увезти бывшую леди Карегейл к новой жизни вдали от родного дома.

Кони тронулись, а Ральф, закутанный в тёмный плащ, радостно помахал вслед.

97

Первая неделя нашего пребывания в имении выдалась суматошной. Во-первых, нужно было привести в порядок сам дом. Нет, сказать, что там не убирались и не делали ремонт, было нельзя, просто хотелось преобразовать имеющееся под себя. Во-вторых, я никак не могла привыкнуть к прислуге. Хоть её было и немного, но запомнить, кто за что отвечает, у меня сразу не получалось. А потом встал вопрос с моей новой младшей сестрицей. Она ни в какую не хотела покидать отведённую ей комнату. И хоть и объясняла это желанием привыкнуть к новому образу жизни, мы с Дареом в этом сильно сомневались. Пережитый страх от встречи с дворовым псом не давал сестрице возможности чувствовать себя спокойно. И как мы ни старались убедить её, что собака не опасна, что она сидит на цепи, да и вообще на конюшне – Ресса только демонстративно фыркала, делая вид, что ей дела нет до каккой-то там дворняжки, но из комнаты не выходила…