- -
- 100%
- +
БЕРЁЗОВСК
Вырывы[1] из виртуального текста
Берёзовск-8
за Арзамасом-26
Эк-роман-лёт
Чтение для сверхчеловека
61 из 7500012
Всходит месяц обнажённый
При лазоревой луне.
Пилеволе — главное в реальности. Умирающий врёт сам себе, на пару секунд погружается в галлюцинации о потустороннем. Но в пилеволе даже семь-девять атомов дления почти вечность, а дурманные видéния — твёрдая действительность, что размножается, распрямляется, зудит, превращается в кватердециллионы параллельных жизней Стоп! И обычное бытие до названных секунд — дорассветное мудрствование той же природы, обман, иллюзия, путаная попытка достижения того не знаю чего — игры пилеволе в волепиле.
ПРОЛОГ-111
Всевозможных рукописей Михаила Ревякина уйма, хотя он и относился к писателям, еликие до первого приступа геморроя не пользуются туалетной бумагой. "А ведь хранил, хранил! Такую-то фигондерию!" — воскликнул я. Кому она понадобится? Небось воображал, сулит великий дар культуре! Расплодилось горе-литераторов больше, чем крыс и воробьёв. А бардак и пылища вокруг! Где взять Геракла, который очистит эту конюшню? Сюда бы Прометея с напалмом или Герострата с канистрой бензина. Но стоит ли мечтать? Довольно и спички у Мальчика-с-пальчика. Но нет. Нужно средство иное. Я ударил кулаком в шкаф из фальшивого ореха и услышал звон металлической дверцы. Пришлось позвенеть ключами. Их было штук семнадцать. Какой из них? Для передыха сел в шезлонг и принялся размышлять о том о сём. И в первую очередь — о Михаиле.
— Мы с Сидоровым выпиваем по полтора литра водки — и ни в одном глазу, — когда-то бахвалился Ревякин в телефонную трубку.
— Хе-хе, друг! — спрашивал я его на следующий день. — Не ты написал статью о духовной наркотизации России? И приплёл туда Мерло Понти?
— А что? Написал! — воскликнул Михаил и забубнил длинно и туманно о моральных проблемах церковной мыши.
— Вот тебе наркотизация! А сам говорил, полтора литра водяры выпиваешь...
— Не я говорил, — скромно ответил Ревякин. — На писательские трудодни не проживёшь и не напьёшься. Подрядился маляром в музей Ивангорода и в заграничный монастырь. Буду ходить по мосту с будкой до эстонского автобуса за Нарвой.
Не минуло десяти суток, как Ревякин употребил "фронтовые" литераторские полтора литра, но почему-то всосались они не совсем типично. Отправился радостно-наркотизированный Михаил в лучший мир, не доехав ни до крепости в Ивангороде, ни до монастыря вблизи Кохтла-Ярве.
Попробовав воткнуть ключ в несгораемый шкаф, я обнаружил в замочной скважине засохшую жевательную резинку. Не собираясь чистить, машинально повернул ручку. Стальной сезам открылся. А в нём — папки. Папки. Здоровенные, архивные. Внизу — ящики с картотекой. Жёлтые, но аккуратно расположенные куски картона. Да здесь не Михаил Ревякин трудился! Это дело его брата, выпускника Московского историко-архивного института. Что там Михаил сболтнул по пьяни? Де брат — полковник некоих фантастических ДРД-войск. Работник спецслужбы Пи-3-сигма (или, мигма?). Слава богу, забыл точное название! Чем меньше знаешь — тем спокойнее. Про существование этой склизкой конторы и чёрт не слышал! Но я ухмыльнулся, отбрасывая в паутину папки с надписями: "М-ский треугольник", "Невидимые ракетопланы", "Плазменные НЛО". О-о! Заметил другие паперки! Ах ты, Митрохин номер два хренов — изменник э-родины! Интересненько поступал. Проносил копии документов в плавках через КПП! Накручивал на член и наверняка фольгой от плавленых сырков обертывал! Возникла лишь заморока: до Лондона не добрался! Пристукнули, по слухам, на Рязанском проспекте без суда и следствия. Во избежание утечек. Но провести обыск у сокровников за пределами Московской области не догадались! А это? Якобы особо прочные магнитные диски фирмы "Барракуда". Э! Господа-товарищи! Разматывать глюковые терабайты можно всю жизнь — и времени не хватит! Где дополнительно сотню жизней подзанять? Ах, пэ-эр-эс-тэ! Ещё окрашенный под орех шкаф! Не найти только щелкунчика с мощными челюстями, расколупать его оболочку.
+ +
За три рейса я вывез нежданное богатство в Рощино. Легко догадаться, ваш покорный слуга оказался не таким уж трудоголиком, чтобы изучать предназначенное для HSIS, а то даже просто для MИ6 добро. И конечно, не звонил на Иксовую, 4. За отсутствием иных вариантов затеял наобум вытаскивать документы и соединять их в порядке, наиболее подобающем на первый взгляд.
+ +
Добавить подробность? Опрокинули в омут заворотокишечной закосмической жути не угрозы деятелей ФРУ, БРУ или японской разведки. Не марсиане и не потусторонние силы из иных миров. Именно я вздумал угрожать себе. Вмиг допетрил: некоторые негосударственные, сугубо частные бумаги из секретных шкафов составил сам. Но когда? Ничего из описываемых в них событий не помнил, но вот изобретённые мною словечки, свою манеру выражаться постиг. Не надо приглашать экспертов-матлингвистов! Однако провалами памяти не страдал, зазоров и покрытых тайной стыков в биографии у меня не было. Прошлое обозримо как пять пальцев на правой руке. Даю левое яйцо на отсечение.
ПРОЛОГ-422
Сов. секретно
Записка подлежит немедленному уничтожению после прочтения
Подпись. /Л. А. Фотиева./
Феликс Эдмундович!
Простите любезно, милейший, но подтверждаю еще раз мое предыдущее распоряжение по этой теме. Признаюсь, Троцкий понял суть неверно, но гораздо лучше ваших чекистов! В первую очередь обратите внимание тт. Уншлихта и Агранова на религиозную сволочь среди философов и писателей, а равно на зараженных поповщиной ученых. Смотрите, как удобнее: поездом в Ригу или двумя пароходами из Петрограда. Главное — спровадить лукобесов вон из страны.
Теперь о буржуазно-феодальных словесниках, логиках, махистах, прудонистах, агностиках, релятивистах и других рупорах светских измышлений. Интеллигентскую нечисть (профессора Борисова, Семковича, Кагатовского и проч.) нужно арестовать; только позволят обстоятельства, сослать на восток, дальше Перми, а то и в Сибирь. Пожалуй, годится Сугримск. Пусть живут там сибариты и нэпствуют, но под строгим надзором красногвардейцев. И физическую трудовую повинность им чуть-чуть в день помимо умствований и торговли! Хотя бы делать порох! Иначе не давать им конских колбас! Не забудьте, что я говорил о тунгусском случае. Благо, перепуганный царь сжег не все бумаги о взрыве. Вот заодно поселенцы поломают головы на досуге. Да охранять их как следует!
Председатель СНК В. Ульянов (Ленин)
21 мая 1922 г.
000
УКАЗ
Президиума Верховного Совета РСФСР
"О переименовании
автономного закрытого города Сугримск-4"
23 октября 1940 г.
Переименовать автономный закрытый город Сугримск-4
в Бериевск-6.
Председатель Президиума Верховного Совета РСФСР
А. Бадаев
Секретарь Президиума Верховного Совета РСФСР
П. Бахмуров
Москва, 23 октября 1940 г.
000
УКАЗ
Президиума Верховного Совета СССР
о переименовании
автономного закрытого города Бериевск-6
27 августа 1953 г.
Переименовать автономный закрытый город Бериевск-6
в Берёзовск-8.
Председатель
Президиума Верховного Совета СССР
К. ВОРОШИЛОВ
Секретарь
Президиума Верховного Совета СССР
Н. ПЕГОВ
Москва, Кремль. 27 августа 1953 г.
Для П. я. 716/443-8
И. 00 9764-Д
Москва. Кремль.
Секретариат Президента СССР
Рачинскому Г. Я
Уважаемый Григорий Яковлевич!
Ваши проекты мне на стол положили. Почитал и с удивлением узнал о еще одной злободневной вещи — проблеме раскупорки Берёзовска. А ведь многое мы без того легализовали. Но вопрос можно повернуть по-другому. Буду откровенен с вами: в Москве о диком фортеле никому не посмел бы сказать. Мы сломали Берлинскую стену. И на тебе — привет! Я почти уверен: стена возродилась и потихоньку двигается в нашу сторону, уже готова разделить союзные, затем и автономные республики. Или уничтожить их. Европа, похоже, объединяется, а мы... Идет мощное давление. Но пусть люди разберутся.
Я думаю так: если раскупорим Берёзовск, не закупорится ли СССР? А не закупорим сами, то закупорят нас. Не вообразить всего, потенциально выплескивающегося из закрытых гуманитарных НИИ и расползающегося по планете.
Ваши референты не помнят об Арзамасе-26? Греметь тройным кольцом "ящиков"? Являть просвещенному миру? Cлышал, у вас могут воскрешать организмы. Воскресите лучше Менакера.
М. С. Горбачев
29 сентября 1991 г.
Дописано от руки:
В последний раз спрашиваю: "Куда там запропало подлинное тело Владимира Ильича?" Пришло время сообщить: пока я Президент СССР, не остановлюсь перед любыми мерами, чтобы это выяснить.
Погружение-312
Левый угол оплывал. Настроишь зрение на близь — покажется: из тёмного нутра торчат сероватые гвоздики. При взгляде в самую даль делается плохо и подташнивает. Первореальность чуется гигантской, в ней свербит не чёрное, не мрачное — ни с чем не сходное. Стараюсь не дергаться. Можно считать: мы люди, которыми слыли... Я человек и не более. Всякие углы? Ну их! Фокусы хоро-медицины слишком обнажают невзрачную данность. Окочурился бы и окочурился. Бублик от дырки. Но здесь живи и бодрствуй. Хи-хи! Без левого нижнего угла! С кипящей в нем первотерией. Пардон! Какой инфантерией?! Едва не купился на академическую лажу. А это? Хо-хи-хи! Телефон позвонил. Чудеса в решете! Точнее, из-под решета!.. Нет различий между сном и Эх, припеки с наварами, пончо мать! Эх, тригонометрия японская! И несомненно, на том конце кто-то одушевлённый. Решето в моем положении? Сон? Давно забыл о нём. Прежде рождались сон и сновидения. Так-таки вливались, ровно живые. Бытие — воля и представление. Что представляешь — то и есть. Прогуляться? Вот, вельбот! Обычное выйти на улицу и пройти пару кварталов — никак нельзя. Потайная пружина втягивает назад. Иногда виртуального трона-подиума нет. Африканское претворение в интактного духа, возвращение сердцевинных истин дается не сразу, а рывками, по частям. Не требуется и голова профессора Доуэля. Фантасты догадались отпиливать её. Чисто воображаемое? Вечное, премудрое шествие из ниоткуда в никуда. Не надо его прятать. О! Зря подумал. Идёт пузырение
Погружение-814
В длинном дворе — старый деревянный дом и маленький домишко с террасой. На ней шумная компания. В главном доме три человека и собака.
— Что там? Что там?
— Там! Там! Да как назвать!.. До сих пор не понял. Пьеса только репетируется. А начнётся ли?
Он распрямил руки, вместе со стулом отодвинулся и зацепил стеклянную безделушку. Раздался звон, а вслед за звоном — тявканье выскочившей Ринки. Болонка зарычала громче, агрессивнее, выщеривая в качестве кукольной угрозы тонкие зубы. Стало звенеть в ушах.
— Ещё не хватало. Всю жизнь о подобном мечтал...
— Хох! На террасе узнают о твоем прибытии. Всласть поплачешь!
— Не плакал сто двадцать пять гармошкиных лет и сегодня не заплачу, но скверно, если узнают. Впрочем Плохо будет не мне. Мне уже тутошнее не страшно.
Болонка почувствовала: может оказаться причиной чего-то дикого, пискнула и замолкла. Она словно бы вспомнила то да сё похожее, но более мелкое по значению, и даже повела носом направо, потом налево. "Способна ли она отменить тяжёлое, необоняемо склубившееся высоко, выше лежащих на небе белых нестриженых пуделей?"
Георгий воззрился на лоб животины, но проникать в её душу не хотелось: "Многое в ней таится, хватает иных забот". Он зашагал по комнате. Его космы некрасиво сбились на один бок, разрушая форс четырёхдневной щетины на щеках.
Мариэтта Петровна поглядела в окно на летний домик. Оттуда слышны громкие голоса и смех.
— Не пропустить бы, когда кто-то из веселящихся попытается зайти сюда, — встревожилась она.
У другого окна сидел упитанный флегматик и лениво произнёс:
— Не нужно устраивать пе-ре-по-лох. Обнаружат. Побегут докладывать?
— Какой ты, Семён, однако! — воскликнула Мариэтта Петровна.
— Был. Не был. Мир поменялся.
— Не у вас, — сквозь зубы проговорил Георгий.
Свет бросил на пол изломанную тень его туловища, а внизу на стену у плинтуса — профиль лица.
Комната увешана картинами. В них звучало слабое эхо благополучно сгинувших "материковых" нонконформистов, но в целом впечатление оставалось ярче. Художества подчёркивали двусмысленность ситуации: картины будто собирались бежать.
— Куда теперь? — задала неотвязно нависший вопрос Мариэтта Петровна.
— Имеете в виду легально? Только в материал!
— Ха-ха-ха! — выдавил флегматик. — Зато пожили на славу! Рай и ад посмотрели. В отличие от андропод. Ну ты!.. Всю вселенную насквозь! Не просто Солнечную систему!
— Попрыгунья Стрекоза — пропел в тон Георгий.
— А я бы согласилась побывать Стрекозой! — заявила Мариэтта Петровна.
— То побывать! — усмехнулся Семён. — Лишь побывать и я бы не отказался.
— Кто мешает вам отправиться в заведение Пафнутия? На двести процентов поприсутствуете.
— Терпеть не могу цирк, носовые платки, слюнявчики и скафандры, — прогудел Семён. — Где наблюдали стрекозу в скафандре?
— И с титановым канализационным коллектором между крылышек, — добавила Мариэтта Петровна.
Во флигеле:
"Ну, и? — спросила Полина, разглядывая себя в зеркале. И ответила: — Есть следует меньше. Вернее, есть не то. И будет хорошо. Иначе чуть-чуть не того — и ты уродина. А здесь выкладывают на стол пудинги с мальтозой".
Докатился очередной взрыв хохота. "Богема несчастная! И в них — мальтоза! И ещё желают! Поди, устремятся в «Сьерра-шараду!»"
— Полина! — позвал архитектор. — Куда исчезла? Уходим.
— В «Шараду»?
— Очень нужно напрягаться. В «Неоновый»!
— А «Ву-а-ля» не требуется?
— О-хо-хо! Не издевайся над престарелыми перестарками. Теперь оное слово читают по-другому. Совсем уморили каллиграфы. И мягкий знак у них, и второе "в"...
— Известно! Опять к напиткам?
— В меру... — голоса поутихли, публика вывалила на улицу. В зеркале появился силуэт, и Полина не испугалась, когда плеча коснулся Тёр:
— А давай, не пойдём в дурацкий «Сперматозоид»! Обойдутся и без нас!
По физиономии Полины поплыли, живо сменяясь, изумительнейшие чувства. Она высунулась из окошка и крикнула:
— Гуляйте, ребята, без меня!
Трик-экспозиция
Из посадок выбежал молодой лось, скакнул перед бампером автобуса, оглянулся, нечто сообразил и помчался к линии горизонта. "Километр в секунду! Был возле — и уже в иной дали!" — прикинул Николай.
— Быстрее самолёта, — обронил водитель.
— Ровно артиллерийский снаряд. И представить трудно, — поддакнул Николай.
— Снаряд не снаряд, но будем считать, искажаются восприятия на этих ясных просторах. Лошадь помстится величиной со слона.
Аэродром пропал из вида. Миновали длинный туннель, и дорога пошла через второе кольцо Арзамаса-26. Здесь Николая настигла мысль: возвращаться назад не придется. А ландшафт? Что за пейзаж? Гигантские застывшие, но ещё переливающиеся языки пламени. Ими заполнено пространство вне дороги.
— Красная зона, — отозвался на эмоцию водитель. — Подобных зон не счесть. Некоторые пусты и относятся к Берёзовску, а не к Арзамасу. Пламя ныне холодное, в нём есть тропинки для туристов. Используют в качестве лабиринта.
"Да-а! — решил Николай. — Это вам не Златоуст-3х, не Пенза-х2 или Свердловск-ku-ku!"
Возникли напоминающие газоны луга и поставленные на попа большие и средние "дирижабли", соединённые в сотни батарей. Рядом с шоссе — поле. Земля чернее антрацита, а в ней — неглубокие ямы-траншеи и согнутые, как при прополке, люди, но выдергивали они из антрацита не сорняки, а модели геометрических фигур: пирамиды, цилиндры, шары, кубы
— Не заморачивайся, — молвил, поворачивая руль, Харон, — происходящего нет в природе. Слегка подтаявшие замороженные сновидения.
"Наконец-то дождался комментария!" — подумал Николай и проговорил вслух: — Не в коре ли головного мозга мы едем?
— Почти. Но кора вовсе не кора и не принадлежит конкретному субъекту. Не повторяй материковые бредни о коллективном бессознательном. Такого не существует.
— А наличное перед нами?
— Наплав. Вернее, наплыв внутренних соков из человеческого древа, если выражаться фигурально.
— Тогда к чему шары, прямо- и криволепипеды?
— Ха-ха! Должно, за ними ты сюда и приехал!
У Николая моментально угас интерес к самосущим объемным картинкам.
Завязка-предвязка
Привет, Галя! Это не кто-то, а я, Петя. Не обращай внимания на странный конверт. Или ты меня похоронила? Да не умер я, не умер. И в Африку-Америку меня не послали. Увы, не мог ничего говорить толком. Обретался под надёжным колпаком.
Я в России и всё же вне её. В удивительном местечке между Европой и Азией. Его нет на современных картах. Таки корова языком слизала. Со спутника нормально не сфотографировать. Чудеса науки и техники, какие Большой земле не снились. Одно покажут, другое спрячут — в итоге будто бы сплошная тайга. А на самом деле? Разоблачить несложно. Достаточно сравнить с дореволюционной картой Российской империи. Там район населённый, а сейчас официально словно бы под землю провалился.
Вокруг кольцевые дороги, запретные зоны, номерные предприятия и чёрт что! Но в целом похоже на обычную жизнь, если особо не вглядываться. Зато в центре, центре. Ух, ты! Вместо милиции разгуливают красногвардейцы, чаще бабы, в униформе чуть не двадцатого года. А власть вовсе не рабочих и крестьян, а потомков господ из Временного правительства, Учредительного собрания, колчаковских министерств. Но пока мало знаю, чтобы под этим подписаться. Только сегодня выяснил: сперва всем дирижировали те, кого не спровадили с... философским пароходом. Шутка? Надо проверить, побродить по музеям.
И думать не думал, оказаться здесь. Какие "чёрные дыры", какие полчища гнуса ночью вращаются у каждого фонаря! А чудище, которое я встретил в лесу позавчера? Парнокопытную рысь! Помесь рыси с антилопой! Да такого и не бывает и быть не может! Подобное не сотворил бы и доктор Моро! Но я — видел! Хотя меня попытались осмеять. Городили, это помрачение от болотных испарений. Болото де не совсем простое... Вот уж утки! Фигушки! Отмазоны! Раз видел — значит видел! Скорее усомнюсь в дважды два — четыре.
И вот ещё фокус. О нём следовало бы промолчать. Да я пошлю письмо с оказией. Ну, а ты, полагаю, учтёшь и разбалтывать никому не захочешь. Недавно прошествовал мимо искусственного озера. Не ахти себе озеро. Где-то с гектар. Хи-хи! — с подводными лодками! Да здоровущими. Северодвинск прямо или Полярный! Сверху озера, на высоте метров сорока, — настилы, всё, настилы. Это чтобы шито-крыто было для чужих спутников. Только неясно. Слышал, от самолётов и спутников-шпионов защищает прехитрая электромагнитная алхимия. А настилы сохранились с прежних лет; теперь они на пожарный случай, как вещала та старая дева, надевая презерватив на варежку: "Бережёного бог бережет!" Но дико. Лодки под землей плавают? Их на летающем блюдечке в Индийский океан доставляют? Мыть в нём противогазы и бахилы?
Письма отсюда, конечно, не идут, но найду способ! Будь покойна! Обману всех. И привет Сибкину, он в курсе. Не брось картофельное поле. Ну, ты там постигаешь, на что намекаю!
"Письмо перехвачено УФСБ по Пермской области и переправлено с фельдъегерем в ЧК[2] Арзамаса-26"
ИНД 000-7654947569
/Это одно из семи писем./
ВЫДЕРЖКИ ИЗ РАЗРАБОТАННЫХ ОТВЕТОВ
(Письма отосланы адресату)
Дорогой Петя!
Письмо получила. Очень хорошо! Но ты сбежал! Сбежал! И тихо заманиваешь в сообщники. Заманивал и раньше, до отъезда.
Пишешь то и сё, да невнятно. Кормишь глупостями? Я всё помню Я в своём рассудке. Отчего ты называешь Плащинского Сибкиным? Что за ошибка? Ты решил меня специально проверить? А намёков не надо. Лишнего текста у тебя порядком! Кромешных тайн ждать не приходится. Поэтому греть бумагу, проявлять иначе, выискивать между строк, не собираюсь. Сам требуешь молчания и тут же просишь передать приветы.
Равно боюсь писать "До свидания" и "Прощай".
Целую. Бывшая твоя Галя.
P. S. Если заимеешь связи, то не остановят дурацкие кольца и заграды. Давай договоримся! Подожду тебя, скажем, а К-се или похожем месте. Успеешь туда-сюда за пару часов. Да и свободные дни у вас есть! Зачем вечная ссылка?
Ты совсем разманюнился в малобабном Ф-секторе? Шатенка я, шатенка. В каких там снах брюнеток поймал?
ИЗ ОТВЕТА АДРЕСАТА
Конечно, попробую осторожно поинтересоваться. Местные многое знают. Но сомневаюсь. Переписка, новость об озерах... свалились неожиданно. А дорога... Хм... Ребус! Слышал, можно вояжировать, минуя кольца. Некоим сверхсовременным путем. Здесь попадают в занебесье без старта с Земли и ракетоносителей. Увы, по службе далёк от этого.
ИНД 000-76559647804
Часть 22827
дохнуло свежестью. Понеслись звуки, бывшие и в предыдущих снах. Словно пластмассой ударили по пластмассе. Да какая пластмасса! Отчётливее послышалось: "Карр-лл!", "Кар-р-лл!", "Карр-лл!". Наваждения сникли, но висит их звон, их эхо. А "Карр-лл!", "Карр-лл!", "Карр-лл!" летит через широкую форточку с Шахматной площади. Ясно представляются чёрные и белые квадраты из огромных искусственных минералов, бронзовые часы-фонтан в центре. Он не помнит фигуры, поддерживающие часы: амурчики не амурчики, ангелочки не ангелочки, "лели" не "лели"; всё единое бронзовое сооружение. Чуть не из позапрошлой жизни. Не исключено, звук "Карр-лл!", "Карр-лл!" производит не ворона. Куда ей, серой! То иная птица, чёрно-бело-шахматная с длинным хвостом, жуткий гибрид чайки, сойки и галки. Да! Больше в ней галки, но только крупной и длинной галки-кларки. Может ли она делать "Карр-лл!"? И догадаться сложно: прыгают по фигурам фонтана одни, а на отшибе карлкают вторые. Карл. Клары Вот-вот! Где, где мои кораллы?! А в сновидении были шахматно-фигурные кораллы, передвигались и стучали о доску.
Не сразу понял: нынешняя площадь напоминает рыночную. Ту самую с двумя купцами — основателями Сугримска. Чем? Чем? Ни грана общего! Если не оригинальность, то явно триестское, пражское, рижское. А там? Сотворенные из обручей абстрактные "Минин" и "Пожарский"! Плюс топоры да срубы, камни и кирки Контур стогны аналогичный, но непохожи здания. Стоп! Ещё рифма! Площадь Эрнста Маха с памятником Маху[3] из спирального мёбиусно свёрнутого сплюснутого бублика. Главная дырка внутри спирали специально увеличена, чтобы издалека не маячили меньшие просветы. Дырка в форме земного шара. Весь мир — дырка и ничего в придачу. Не сообразил: часы на Шахматной такие же Имеющие форму маховской дырки. Мы до Луны потопаем! Как подстроено — и лакуна в проспектах! Постигайте, пожалуйста! Хорошо! Пусть Мах. Пусть часы. Шахматы. А купцы причём? При том! Вымостка тех же размеров, равноугольная, по золотому сечению расчерченная; дороги в стороне или внизу.
Субпролог
минус 17819164 логопарсек (лп)
Купцы Фома Крыжак, сын Рогов, и Петр Скворица из земли Галицкой, в волости Пиштымской быва и разговоры братий Семенушиных проведав, остановица доле решиша у Пиштымки-реки и промешка до мисяца иулия, испросиша у Макария, дьяка, неприти на взробе рудники серебряны. Думав зело, да приняв в дар от купцов шесь жбанов вина монастырскаго, дозволе дьяк рудник почати меж Пиштымкою и Сугримкою, но не захоте дать казаков и казачонков в помозь, вдругоряд три бадьи вина запросив. Тады ины поступиша Крыжак и Скворица, самоуправство чинити. Созва Крыжак голытьбу из трех деревень Арашуских и рече: "Освободе кто желае от болярина, приити сюды насовсем. Крепости нет на вас, не пред кем отчет держати. Орати неча зря неудобь и бысть задаром чужими холопиами".