Пепельные Миры

Селена вырвалась вперед, схватила госпожу Гризельду за плечо и остановила на полпути.

– Что произошло?– обеспокоенно спросила она.

Госпожа Гризельда одарила Селену ледяным и суровым взглядом, как будто винила в этом ее.

– Когда ты ушла, чтобы сражаться с Ахероном, то он сражался с нами,– ответила она.

У Селены это просто не укладывалось в голове! Как такое возможно? Они… мертвы… Их нет.

– Не думай, что ты – единственная, кто борется с этим чудовищем,– после короткой паузы заговорила госпожа Гризельда,– Ахерон организовывал ряд атак на наш клан. В одну из его задач входило избавление от всех ведьм Пепельных Миров, чтобы ослабить Сопротивление против своей власти. Мы сражались с его мерзкими тварями, отбивали атаки… Многие полегли после прошедших битв.

Но Селена чувствовала в этих словах злость к ней самой, а не к Ахерону.

– Госпожа Гризельда,– обратилась она к ней серьезно,– мне, правда, очень жаль за то, что здесь произошло. Вы должны понять, что, не смотря на то, что я ушла из клана, мне не перестали быть дороги люди, которые остались здесь. Да, я сражаюсь с Ахероном и поверьте – сейчас мы, как никогда, близки к победе. Я уверена, что конец этой войны близок. Анатас принял кардинальные меры…

– Не говори мне о нем! Мы не говорим об Анатасе или об Ахероне… Мы говорим о тебе, Селена.

Селену удивило, как быстро Старшая Ведьма избавилась от своей маски и показала настоящее лицо, демонстрируя свои истинные намерения.

– Но я же ведь… не виновата в том, что они погибли! Как вы не понимаете, мне тоже очень жаль! Они были и моими друзьями… я их любила!

– Только не надо врать,– процедила сквозь зубы госпожа Гризельда,– ты же знаешь…

Да, она знала.

– Селена, ты не умеешь любить.

Селена бросила короткий взгляд на Себастьяна, пытаясь дать ему понять, что она в порядке.

– Оставим эту тему, Селена,– закончила госпожа Гризельда,– что случилось, то случилось. Не будем искать виноватых.

Под этим она твердо говорила, что винила во всем Селену. А Селена оказалась права: ее не простили.

– Да, о мертвых не спорят, кто виноват в их смерти. За мертвых мстят.

– У тебя такая философия?

– Она ваша, не моя.

Госпожа Гризельда хмыкнула и продолжила путь по коридору.

Наконец они вышли в большой зал, на красном полу которого белым мелом были начертаны разные знаки и символы. Они занимали всю площадь большого прямоугольного зала! В самом центре на небольшом возвышении была каменная плита, на которой совершались различные обряды. У этого зала не было крыши. Над головами открывалось ночное звездное небо. Помещение освещал только свет Луны.

Войдя в зал, несколько ведьм распределились по углам. Две из них остались рядом с госпожой Гризельдой по обе стороны, как личные телохранители. Старшая Ведьма прошла вперед и встала за каменной плитой. Селена и Себастьян стояли напротив, но с другой стороны.

– Вернемся к делу,– спокойно нарушила тишину госпожа Гризельда,– что вы хотите?

Селена и Себастьян обменялись взглядами. Охотник позволил Селене все объяснить самой.

– Сестру Себастьяна убили. Вернее, заточили в Зазеркалье. Это сделал…

– Вельмонт,– продолжила госпожа Гризельда,– Зеркальщик. Только он способен на такое.

– Вы его знаете?

– Это он возглавлял все атаки на наш клан.

Опять она за свое!

– Но он убивал,– продолжила Старшая Ведьма,– именно убивал, отправляя в мир духов. А что у вас?

– Вельмонт заточил Ориану, сестру Себастьяна, в мире Зазеркалья. Мы подумали, что вы сможете помочь нам вернуть ее, спасти.

– Я поняла,– кивнула госпожа Гризельда,– я не уверена, что у нас это получится, но мы постараемся сделать все, что в наших силах. Для этого нам нужно подготовиться.

– Конечно…

Неожиданно госпожа Гризельда обратилась к охотнику:

– Ты видишь ее в зеркалах?– спросила она.

Себастьян кивнул.

– Тогда нам понадобится зеркало и сила Луны, чтобы вытащить вашу сестру из Зазеркалья,– заключила госпожа Гризельда и обратилась к остальным ведьмам,– начать необходимые приготовления.

Две девушки кивнули и удалились.

– Я ничего не обещаю, но сделаю все, что смогу,– повторила еще раз госпожа Гризельда индивидуально для Себастьяна.

– Мы благодарим вас, госпожа Гризельда,– слегка поклонилась Селена.

– Ложитесь,– велела Старшая Ведьма охотнику.

Себастьян понял, что ему предложили лечь на плиту, на которой, возможно, совершались обряды жертвоприношения. Он искал спасения во взгляде Селены, но та спокойно кивнула ему, и только ей он мог довериться.

Себастьян Кейн спокойно лег на каменную платформу.

Селена обратилась к госпоже Гризельде:

– Могу я встретиться с ней?

Селена знала, что госпоже Гризельде не нужны имена, чтобы понять, о ком идет речь.

– Я прошу отвести госпожу Селену к ее сестре, заключенной,– велела госпожа Гризельда.

Вперед из тьмы в углу вышла блондинка в черном платье. Он спокойно посмотрела на Селену и сказала:

– Следуйте за мной.

На прощание Селена посмотрела на Себастьяна и сжала его руку, сказав:

– Все будет хорошо. Я скоро вернусь.

– Конечно…

И Селена направилась за начинающей ведьмой, которая двинулась прямо по темному коридору, который освещал слабый свет огней.

– Как она?– обратилась к ней Селена.

Послушница молчала.

– Понятно,– закатила глаза Селена,– дисциплина. Знаю-знаю… Но я тоже здесь училась! И в конце концов – ты и я – ведьмы.

Но это не развязало рот послушной ученице.

– Она же моя сестра в конце концов!

После короткой минуты тишины, ведьма ответила:

– Эта наша единственная пленница. Для нее обеспечена самая строгая система защиты из заклинаний и блокирующих чар. Она не сможет выбраться отсюда. Охрана сильна. Вам не о чем беспокоиться.

– Угу…

Они миновали несколько коридоров и залов для тренировок, пока не спустились по лестнице в подземелье. Здесь было ужасно сыро, влажно и пахло плесенью.

В глубине коридора Селена почувствовала запах фекалий и мочи. В сопровождении юной ведьмы она миновала весь этот коридор, ощущая на каждом шагу мощные защитные барьеры, которые действовали только на заключенную.

В конце коридора их ждала железная заколдованная дверь. Ведьма сняла печати и дверь слегка скрипнула.

– Она там,– пояснила ведьма,– вы можете войти.

С этими словами ведьма встала в сторону, пропуская вперед Селену.

Дрожь пробежала у нее по спине. В голову лезли самые худшие мысли. Ее бил озноб. Кажется, Селена сама чувствовала себя не готовой к этой встречи. Все происходило слишком быстро.

И что бы там ни было, там… это была ее сестра, родная.

Она осталась единственным родным человеком для Селены и главным предателем в жизни.

Селена собралась с мыслями и вошла в камеру-одиночку, прикрыв за собой железную дверь.

Здесь она чувствовала пульсирование магии, как нигде больше. Она знала, что в этой комнате находятся самые мощные защитные чары. Юная ученица оказалась права – отсюда невозможно сбежать.

Селена попала в густую тьму. Здесь не было абсолютно никаких источников света и тем более окон – свет Луны придает ведьмам невероятно мощную силу.

Только тьма, а под ногами – липкая тинистая грязь. Селена не видела абсолютно ничего.

А потом раздался какой-то железный шелест, и внезапно на полу зажегся золотой круг магических нитей. Точно такой же круг Бальтазар очертил вокруг постамента с Печатью Картеса. Это самая мощная защита, создать которую способны только демоны. Видимо, заклинание активируется при малейшем движении заключенного.

Но в данном случае – заключенной.

Тоже мне! Селена понимала, что ее упрекают в сделке с демоном, когда сами ведьмы этого клана используют магию демонов и не стыдятся. Да, госпожа Гризельда была права – здесь многое изменилось.

Золотое кольцо стало слабым и единственным источником света. Тогда Селена создала второй – над ее ладонью загорелся сгусток зеленого пламени.

Селена взмахнула рукой, и огненный шарик взлетел в воздух, став своеобразной лампочкой в этом темном помещении.

При свете огня Селена увидела все, что ей нужно.

Перед ней стояла женщина в цепях. Стальные цепи были прикреплены к запястьям и к ногам в области голеностопного сустава. Цепи были сильно натянуты и прикреплены к боковым стенам, но поскольку свет огня был мал, то Селена видела только как они утопали во тьме. Из-за того, что цепи были натянуты, то заключенная предстала перед Селеной с широко расставленными ногами и распластанными руками с обвисшими кистями.

До чего же неприятно Селене было осознавать, что перед ней стоит ее родная сестра.

Девушка была немного старше Селены. Она была ужасно худа. Костлявые руки и ноги, на которых ярко проступали синие, слабо пульсирующие вены. Вся она была ужасно грязная и изуродованная. Ногтей у нее не было, а руки и ноги по локоть измазаны в запекшейся крови. Кажется, это был труп, настолько бледной была ее кожа. Девушка не дышала. Немного ниже ростом Селены, она оказалась отвратительно грязной и побитой. Босые ступни черные от грязи и крови. Полностью расслабленная, она висела, прикованная к цепям. Кормили ее на расстоянии, запихивая помойную пищу в рот. Или вообще не кормили – слишком ужасная худоба. Кахексичная, она была покрыта крупными по площади гематомами, которые блестели у нее на руках, плечах и ногах. Пальцы неправильно вывернуты, что можно было смело говорить о том, что они сломаны, а костей там целых, может, нет вообще. Вся изувеченная, она стояла с опущенной головой. Грязные мокрые белые волосы спадали вперед. Одета девушка в такие же грязные рваные лохмотья. Фактически обнаженная, одежда прикрывала отчасти немного ее груди и часть изодранного платья болталось на поясе. Больше на ней ничего не было.

Селена увидела, как от опущенной головы на пол капает алая кровь… капля за каплей.

Шокированная увиденным, Селена замерла. Она не могла шевелится. Все в ней гудело и кричало: это ее родная сестра.

– Здравствуй, Селена…– раздался слабый холодный голос.

И заключенная подняла голову.

Ужасное изувеченное изуродованное окровавленное грязное лицо предстало перед Селеной. Разбитая губа, сломанный нос, окровавленный язык, синие от гематом щеки, большая кровавая трещина на лбу и… искрящиеся зеленые глаза.

Селена не могла поверить! Она не узнавала ее… Но знала: это была она.

– Мессалина…

Девушка внимательно изучала сестру пустым взглядом. Но этот взгляд не был пустым, как показалось Селене.

– А ты похорошела,– выдавила из себя Мессалина.

– Тебя не кормят?

– Раз в две недели.

– Бьют?

– Сучки-ученицы тренируются на мне каждый день. У них нет ни единого шанса стать такими же, как мы с тобой, Селена.

Такой же, как она, Селена не хотела быть.

– Он все еще с тобой?

Речь шла о демоне Мессалины.

– Всегда.

Как и с Селеной.

– А твой?– поинтересовалась Мессалина.

– Тоже.

Окровавленные губы Мессалины преобразились в довольную хищную улыбку. Учитывая положение заключенной, Селена могла представить, как ей тяжело далась эта улыбка.

– Мы с тобой так похожи…

– Между нами нет ничего общего, кроме…

– Крови.

Это так.

Как бы ни было жаль, это так.

– Ты предала меня – получай свое,– грубо бросила Селена.

– Предала? Это слишком сильно сказано, ты не находишь? Я просто встала на сторону победителя.

– Ахерона!

Мессалина с трудом сглотнула кровавый комок.

– Я предлагала тебе пойти со мной, но ты отказалась.

– Потому что работаю на Анатаса. И посмотри, что с тобой стало? В кого ты превратилась на службе у Ахерона?

– Ты права… теперь я сама по себе. Больше я никому не доверяю, ни Ахерону, ни…

– Мне?

Мессалина тихо засмеялась.

– Знаешь, мне тебя жаль,– сочувственно произнесла Селена,– я даже готова простить тебе смерть наших родителей.

Мессалина закатила глаза.

– Ты же знаешь, что они были ворами и мошенниками.

– Но они были нашими родителями! То, кем они были, не являлось поводом убивать их, чтобы выкрасть у них магическую энергию!

– И все же…

– И все же я готова дать тебе третий шанс, Мессалина. Ты можешь присоединиться к нам и вступить в битву с Ахероном, тем, кто с тобой так жестоко поступил.

– К нам?

– Бальтазар и Себастьян. Охотник, кстати, со мной.

– Он красавчик…

И обе замолчали.

– Что скажешь?– спросила Селена.

– Я рада видеть тебя…

Селена нагнулась к Мессалине слишком близко, чтобы посмотреть ей прямо в глаза. Кажется, она видела всю боль и всю печаль своей сестры, но…

В следующий миг Мессалина быстро плюнула кровью Селене в лицо.

В ярости Селена дала Мессалине крупную пощечину, разбив щеку, и вытерла кровавое пятно со своего лица.

– Убирайся!– завизжала Мессалина.

И сестра Селены заразилась громким смехом.

– Подыхай здесь, тварь!

С этими словами Селена быстро покинула камеру и грубо захлопнула за собой дверь. С той стороны все еще раздавался дикий смех безумной женщины.

– Что случилось?– спросила обеспокоенно ведьма-ученица.

– Бейте ее чаще,– Селена вытирала остатки крови со своего лица,– не дайте ей умереть, а заставьте жить ее в муках.

Селена быстрым шагом направилась к выходу из подземелья.

– Но почему?– раздался голос сзади.

Селена обернулась и грубо, но честно ответила:

– Она считает вас сучками.

По тому же маршруту Селена вернулась в зал, где оставила Себастьяна наедине с госпожой Гризельдой. Сейчас она видела, как большое зеркало поднялось в воздух над Себастьяном. Он все так же лежал на плите и смотрел в зеркало, висящее прямо над ним горизонтально.

Госпожа Гризельда обеспокоенно посмотрела на разгневанную Селену.

– Мы только начали… что-то случилось?

– Бейте эту тварь чаще,– только и ответила Селена,– можете продолжать, я не хотела вас отрывать от дела.

Пожав плечами, госпожа Гризельда вернулась к ритуалу, решив оставить этот разговор на потом.

Но стоило ей начать говорить заклятие, как в зал запыхавшись вбежали две ведьмы-ученицы. На них лица не было! Они не моргали, были красные, облитые потом.

– Госпожа Гризельда! Госпожа Гризельда!

– Что там у вас? У меня дело!

– Она… она…

Две девушки тяжело дышали.

Селена быстро потрясла обоих за плечи, приводя в чувство. На мгновение ей показалось, что сейчас ей сообщат страшную новость о ее сестре.

Как бы Селена не ненавидела Мессалину, смерти она ей не желала. Это была ее родная сестра.

– Что случилось?– спросила требовательно Селена.

Девушки обеспокоенно переглянулись, и одна из них, проглотив слюну, дала внятный и короткий ответ:

– Мессалина сбежала.