Танцы в формалине

«Её руки подготовлены не были к драке,

И она не желала победы, я теперь буду вместо неё»

Flёur – Формалин

Пролог

Формалин оставался позади.

Сбивая дыхание, она несется через узкие ряды стеклянных банок. Слабое тело ударяется то об одну сторону, то о другую. Стекло сыпется на пол, разбивается в осколки.

Формалин растекается под ногами.

Зажав нос, она бросается к окну.

Закрыто.

Бросив ругательство себе под нос, она хватает с полки ведро с формалином, выливает содержимое на пол, обмочив ноги, а потом бросает его в окно.

Раздается оглушительный звон.

Зажав уши и закрыв глаза, она замирает на месте, чтобы пережить это мгновение.

Они уже ищут ее…

Они идут за ней…

Она не может здесь больше оставаться.

Ведро не выбивает все стекло в окне – в нем остаются острые осколки. Ей придется быть аккуратной, чтобы выбраться.

В лицо дует ледяной ветер. Внутрь комнаты без спроса врывается метель.

Она перелезает через разбитое окно наружу.

Один из осколков стекла откалывается и врезается ей прямо в лодыжку.

Ощущая острую жгучую боль, она визжит и падает в снег.

Удар.

Хлопок.

Она выбралась…

– Черт!

Она лежит в снегу и смотрит, как из ее ноги торчит кровавый осколок. На белый снег стекает алая струя.

– Проклятье!

Но это ее уже не остановит.

Она хватается за осколок, зажмуривается и дергает его вверх.

Сдержав вопль боли, она быстро отбрасывает осколок прочь и пытается встать.

Ногу пронзает кинжальная боль.

Она снова падает в снег на колени.

– Только не так… прошу…

В глазах уже стоят слезы.

Она видит перед собой лишь метель… и тьму…

Приходится ползти.

Впиваясь голыми пальцами в снег, она ползет по земле, уходя прочь от проклятого места.

Формалин уже позади…

Она спасется…

Пусть они все гниют в этой тюрьме!

Пусть они все поубивают друг друга!

Пусть они все сдохнут!

Господи! Милостивый! Прошу! Убей их всех! Убей этих мразей!

– Пусть они сдохнут! Сдохнут! Сдохнут!

Она ползет дальше.

Прочь от этого кошмара и ужаса!

Прочь от них всех!

Она хочет жить…

Только бы выжить… только бы выжить…

– Спасите… кто-нибудь…

Ее пальцы снова погружаются в снег, и она ощущает под ними что-то плотное и непонятное.

Она опускает взгляд вниз и…

Страх защепляет ей горло.

Голова.

Рыжие клочки волос в снегу.

– Что они с тобой сделали…

Убийцы…

Пусть они сдохнут!

Все до единого!

Из ее горла вырывается отчаянный стон, вмещающий в себя всю боль и все страдания, которые она испытала до этого.

Она почти не чувствует боли в ноге, но продолжает ползти, не в силах подняться на ноги.

– Только бы выбраться…

Только бы выжить…

– Выжить…

Впереди лишь метель.

И больше ничего.

Где все?

Где этот гребаный мир?

– Я не хочу… не хочу так… Господи… помилуй!

А потом перед ней появляется тот, кого она совсем не ожидает увидеть.

Она медленно поднимает взгляд.

И в голове все мысли сгорают…

– Это… ты?..

И голос ей отвечает:

– Да, милая. Это я. Хочу, чтобы ты… посмотрела… напоследок…

А потом… тьма разверзается перед ней.

И она видит огромную пасть, полную сотни красных клыков. Пасть раскрывается во весь человеческий рост.

И она уже знает, что ее ждет.

Смерть.

– Ты следующая.

И демоны забирают ее в Ад.

Глава 1. Разлитый кофе

– Что будешь?

– Давай латте.

– Латте? Хорошо. Я буду капучино.

– Я тебе переведу. Сколько там надо? Сто десять?

– Эй, не стоит! Я угощаю!

– Прекрати! Я всегда перевожу. Ты же знаешь.

– Ох, уж эти женщины двадцать первого века! И как за вами ухаживать?

– Так, чтобы мы этого не замечали.

Денис вскинул брови, услышав колкий ответ Серафимы. Выпустив вдох смирения, он повернулся к панели заказов и принялся искать кофе.

– Народу так немного…

Серафима осмотрела скромный зал «Макдональдса».

– Еще только одиннадцать часов. Среда. После двенадцати точно нахлынут. Ты хочешь здесь попить или на улице?

– Пойдем прогуляемся.

– Не холодно?

– А мы для чего еще кофе берем?

– Ай! Как скажешь!

Денис сделал еще несколько нажатий на сенсорной панели и приложил банковскую карточку к аппарату.

– Вот и чек!

Он выхватил выскользнувший чек и обратил свой взор к табло заказов, висящему над кассами.

– Какой у нас номер?

– Сорок четыре.

– Сейчас переведу тебе денежку.

Серафима достала телефон, чтобы перевести Денису оплату за латте через банковское приложение.

Серафима практически никогда не позволяла за себя платить. Она же не состояла с Денисом в отношениях. Он был для нее просто хорошим другом. Сама она точно не знала, что у них может получиться в дальнейшем, но на данном этапе… она сама может заплатить за свой кофе.

– Готово! Перевела.

Денис не высказал по этому поводу никакой радости.

Он лишь взглянул на окно. На улице пошел снег.

– Там начинается…

– О! Снежок! Прекрасно! Сейчас пойдем гулять.

Возможно, Серафима понимала, что Денис хочет остаться в теплом и уютном зале, чтобы сидеть напротив нее и рассматривать ее лицо. Но сегодня она не позволит этому случиться. Она устала находиться в четырех стенах. Зимней сессии ей хватило!

Пришло время выйти и подышать свежим воздухом.

– Наш заказ!

Денис забрал два стаканчика с кофе и передал латте Серафиме.

– Благодарю.

– Куда теперь?

– Давай на набережную?

Так они «по-местному» называли маленький парк, тянувшийся вдоль реки. Там были скамейки, деревянные длинные качели и, собственно, больше ничего интересного. Спокойное тихое место для прогулки.

Выйдя на улицу, Серафима поправила белый шарф. Снег ударил ей в лицо.

– Ох! Ну и ветер!

– Ты не передумала?

– Нет-нет! Пошли, пошли… погуляем.

Она повела его в самый мороз, надеясь, что ветер скоро утихнет.

Шли они медленно, чтобы была возможность распробовать вкус кофе.

– Сахар не нужен? – поинтересовался у нее Денис.

– Нет, спасибо. Я всегда без сахара.

– Как скажешь. Тогда… можешь подержать?

– Конечно!

Денис передал ей свой стаканчик с капучино, вскрыл пакетик с сахаром и добавил его в кофе.

– Спасибо.

К тому времени, как они преодолели путь от «Макдональдса» до набережной, Серафима уже успела согреться от горячего латте. Ее пальцы стали теплыми, а не такими ледяными, как всегда.

– До сих пор не могу поверить в то, что это происходит, – заговорила снова Серафима, вернувшись в своих мыслях на несколько часов назад.

– Я тоже, – кивнул Денис, – как мы это смогли?

– На морально-волевых!

Денис не сдержал смешок.

– Это точно! Учитывая то, как нам преподавали гистологию… вернее, нам ее совсем не преподавали – мы смогли справиться с этим чертовым экзаменом! И препараты, и ситуационные задачи, и билеты… как мы сами это все подняли за время новогодних каникул?

– У меня так вообще режим был! Просыпалась в семь. И садилась в девять. А потом… вставала в двенадцать!

– И совсем не ела?

– Я чуть себя не угробила тотальной голодухой. Мне кусок хлеба в рот не лез во время этой сессии! Как же я замучилась тогда учить нервную систему! Я думала, что я скорее в окно выйду, чем выучу все эти нервы и через какие дырочки они идут!

Студенты-медики прекрасно друг друга понимали. Говоря о нервной системе, Серафима перескочила на тему «подготовка к экзамену по анатомии».

– На анатомию у нас практически не было времени, – поддержал ее Денис.

– Это точно! Сколько там мы готовились? Дней пять? Это же ужас! Просто все подряд штудировала! Все свои записи, все лекции, все атласы… все видео! Просто все! Кости, мышцы – один день. Изучала суставы и повторяла мышцы – второй день. Вся спланхнология – третий день. Вся сердечно-сосудистая – четвертый день. Вся нервная – пятый день. Да еще эти картинки! Да еще и задачи! Боже… как я это все смогла?..

– И как же сейчас хорошо, скажи? Когда все сдал!

– О, да! Это просто что-то невероятное!

Серафима подошла к краю набережной и встала у железной ограды, за которой начинался спуск к воде.

– Второй курс нас круто потрепал. Я не думала, что мы справимся с этим. Честно. А наши ребята… те, что не сдали… мне их очень жалко.

– Им еще повезло, что пересдача весной. С летней сессией так не прокатит.

– Да, им придется пересдавать уже осенью. А за лето… никто готовиться не станет, что бы они там ни говорили.

Серафима сделала еще несколько глотков кофе, чувствуя, что становится холоднее.

Минувший экзамен, который они сдали несколько минут назад, не выходил у нее из головы. Все больше события недавнего прошлого становились похожи на страшный сон.

Сейчас Серафиме казалось, что все это происходит не с ней, а с кем-то другим.

– Когда я увидела свой билет… я думала, что это конец. Чертов коленный сустав! Печень. Мозжечок… и ветви сонной артерии. Мне еще повезло, так ведь?

– Ага! Кому-то вообще анастомозы достались, промежность и пары черепных нервов.

– Ой!.. Точно не завидую! Я уже кроме тройничного и блуждающего ничего не помню! Кошмар! Как же это все быстро забывается! Я из гистологии-то теперь с трудом что-то вспоминаю…

– Ты просто устала. Это был большой стресс. И теперь так все кажется, потому что мозг не хочет об этом думать.

– Это точно. Мой мозг совершенно отказывается об этом думать!

– За успешную сессию?

– Да! За успешную сессию!

Они ударились стаканчиками и сделали по глотку кофе.

– Хочешь посидеть?

– Недолго, а то холодно.

На самом деле Серафима сама хотела присесть. Они пошли на качающуюся скамейку. Свободных качелей вечерами и не сыщешь. Всегда заняты. Сейчас же еще полудня не было. Все разбежались по своим делам.

А они… они наконец свободны!

– Что же дальше будет? – задалась вопросом Серафима.

– Пришло время следующего этапа.

Она с интересом взглянула на Дениса.

– Пора основательно разобраться с бэхой и физой [биохимия и нормальная физиология]. То еще будет! Новое путешествие по орбите слез и страданий!

– Ой, и не напоминай! Вообще не представляю, как это сдавать! У меня еще не закрыт первый итог по физе! Божечки… надо будет сразу этим заняться, как начнется учеба, чтобы не накапливать этот снежный ком.

– Правильно. Чувствую, что с летней сессии студентики полетят из меда, как птенцы из гнезда. Так и не научившись летать…

– Думаешь?

Денис сделал сильный толчок ногами, заставив качели раскачиваться с большей силой.

– Да, обычно это главный «фильтр». Физу много, кто не сдает. И уходят. А потом еще фарма [фармакология] на третьем курсе будет. Тоже отчислят немало.

– Фильтры, значит…

– Да, это все теории заговора такие о том, что им надо бюджетников урезать.

– Только бюджетников?

– Денежки они потерять не захотят. Платников придержат, натянут как-нибудь.

– Тогда мне придется напрячься…

– Ты справишься, Серафима. Я даже не сомневаюсь в этом. Ты очень усердно и упорно занимаешься, все записываешь, учишь днями и ночами… не то, что некоторые! Имею в виду себя.

– Но ты ведь тоже сдал!

– Сдать-то я сдал… но так лень было все делать! Теперь вот не знаю, как справлюсь с бэхой и физой. Там же вникать во все надо. Просто взять и выучить… на этот раз такая тактика не сработает. Нужно основательно все изучить.

– Никуда не денешься. Изучишь. Будем вместе учить.

Сейчас она сидела и держала стаканчик с латте в руках, чтобы еще раз отогреть руки. Ветер стих, и на набережной стало совсем бесшумно.

Денис сделал несколько крупных глотков. Кофе начал быстро остывать.

– Надо нам это отметить, что скажешь? – Серафима посмотрела на Дениса, наклонившись вперед.

Денис снова сделал толчок ногами о землю, чтобы раскачать качели.

– Это большое событие. Первая серьезная сессия в меде. Сдали анат и гисту! Мощно. Верно?

– Да…

Его взгляд заметно изменился.

Серафима заметила некую озадаченность в выражении лица Дениса. Ее слова явно заставили его о чем-то задуматься.

О чем-то… не таком простом…

– Что с тобой?

Денис даже ответил, сделав перед этим короткую паузу, чтобы собраться с духом.

– Видишь ли… об этом я хотел с тобой поговорить.

– О чем же? О том, как отметить сессию?

– Именно. Поступило одно интересное предложение. Я не стану настаивать, если ты не захочешь…

– Что за предложение?

Серафима не могла сдержать свое любопытство. Ей хотелось, чтобы Денис как можно скорее перестал скрытничать и раскрыл ей все карты.

– Это предложил Андриан. Помнишь его?

– Да… из девятой группы. Вы с ним в школе учились?

– Именно. Он предложил собраться нам и еще кое-каким ребятам в… необычном месте, чтобы дружно отметить сдачу экзаменов.

– Собраться? Это хорошая идея. А кто еще пойдет?

– Ну… его девушка будет, Дайна. Думаю, что Мадлен и Ника пойдут, они не откажутся. Они тоже давно общаются с Андрианом и Дайной. Еще Андриан сказал, что позвал Еву. Такая… скромная девочка.

– Хм… не припомню.

– Увидишь.

– И кто еще?

– Ребята из хим-теха пойдут. Кое-кто из них тоже наши бывшие с Андрианом одноклассники. Например, Клим и Влас. Мы с Андрианом и Дайной с ними учились вместе в школе. И их друзья из хим-теха пойдут.

– Я никого не знаю из хим-теха. Не общаюсь…

– Они – классные ребята. Я тебя уверяю. Клим и Влас, хорошие парни. Думаю, они пригласят своих девушек с хим-теха. Возможно, они позовут кого-то еще.

Кого-то Еще?

Заметив недоумение на лице Серафимы, Денис поспешил добавить:

– Андриан что-то говорил про Эмиля…

– Эмиль?

– Да. Он – гей. Тоже из хим-теха.

Серафима выгнула бровь. К такому раскладу она явно не была готова.

– Но он – славный малый. Клим и Влас быстро нашли с ним общий язык.

– И это не странно? – усмехнулась Серафима.

– Мне так не кажется…

– Ладно… проехали…

На самом деле Серафима никогда не имела ничего общего с подобными персонажами, а потому совершенно не знала, как на это реагировать.

– Выходит, моих знакомых там будет немного…

– Я там буду! Ты же мне доверяешь? Пойдем вместе. Я тебя со всеми познакомлю. На самом деле они там тоже не все друг друга знают. Например, девушки Власа и Клима. Их мы с Андрианом в глаза-то не видели. Так что этот вечер будет для всех полон знакомств.

Серафима понимала, что ей нужно время, чтобы принять такое решение. Приглашение звучало приятно, но… она была не уверена в себе: слишком много незнакомцев.

Но Денис… она его хорошо знает и верит ему.

Она не сомневалась, что он общается с хорошими людьми.

– Что скажешь? – прервал ее раздумья Денис.

– Пока не знаю… а где вы решили собраться? У кого-то в гостях?

– Не совсем… вообще, это идея просто безумна. Не знаю, как тебе аккуратно сказать об этом.

– Говори так, как оно есть. Прям в лоб!

– Это идея Андриана на самом деле… я сам был в шоке, когда услышал его предложение, но потом он смог меня убедить, что нам ничего за это не будет, что он обо всем договорится и…

– Где будет вечеринка, Денис? Не томи! Говори же!

Она внимательно следила за каждой его реакцией и даже остановила ход качелей.

Денис сглотнул. Не отводя взгляда с ее лица, он произнес:

– В анатомичке.

Все случилось в одно мгновение.

Стаканчик с латте соскользнул с ослабевших объятий пальцев Серафимы и упал ей в ноги.

Крышечка отскочила, и все содержимое вытекло на холодную каменную плитку, покрытую слоем снега.

Брызги слегка испачкали сапожки, джинсы и край кораллового пальто Серафимы.

– Черт!

Серафима тут же вскочила с качелей и отбежала прочь от «места преступления».

– Ничего страшного! Ты не сильно испачкалась?

– Ну… как сказать…

Серафима осматривала свою одежду.

– Подержи-ка.

Она передала Денису свою сумку, а сама достала из крайнего кармашка упаковку влажных салфеток.

– Тебе помочь?

– Нет-нет! Просто держи сумку.

Серафима ловким движением вскрыла упаковку, достала пару салфеток и принялась в ускоренном темпе вытирать пальто, джинсы и сапожки.

– Надо же было так…

– Хочешь зайдем еще раз в «Мак»? Я тебе куплю новый латте.

– Ох, не стоит… я уже достаточно выпила.

– Хочешь мой капучино?

– Нет, Денис! Все в порядке. Пей. Это твой капучино.

Он так и стоял со стаканчиком в одной руке и сумкой Серафимы в другой. Серафима тем временем израсходовала четыре салфетки, но избавилась от всех пятен кофе на одежде. Конечно, следы на джинсах еще остались, но это было не слишком заметно.

– Нормально?

– Вроде, да. Все чисто.

– Спасибо. Давай сюда.

Она выкинула использованные салфетки в урну, стоявшую рядом с качелями, и забрала свою сумочку, накинув на плечо.

– Просто я… никак не ожидала такого ответа! В анатомичку? Ты серьезно?

Она сунула руки в карман и нашла варежки. Надев их, чтобы согреть руки, Серафима пустилась шагом по набережной. Денис поспешно последовал за ней.

Оглядевшись вокруг, она убедилась, что людей поблизости нет. О таком никто не должен услышать.

– Это же… неэтично… как минимум!

– Знаю-знаю, но… сама подумай! Это будет что-то вроде… символического прощания с анатомичкой! Мы же туда больше не вернемся.

– И слава богу!

– Серафима! Послушай же! Я знаю… да, когда Андриан мне предложил это, я и сам был в немалом шоке, но потом он меня переубедил!

– Переубедил? И как же?

Серафима терялась в своих мыслях.

Она совершенно не представляла, как ей следует реагировать на такую безумную авантюру!

Она отдавала себе отчет в главном: если кто-то узнает – их отчислят.

Серафима наслышалась историй о том, как студентов медицинского ВУЗа отчисляли за фотографии с анатомическими препаратами, которые они выкладывали в социальные сети. Отчислили их без права восстановления! И лишения работы в области – на тот случай, если они отучатся в другом университете.

Всего одна фотография… и такие серьезные последствия!

А это!.. Это!..

– И еще вы хотите привести в анатомичку людей не из меда! Из чертового хим-теха! Вы там рехнулись, нет? Совсем уже шарики за ролики поехали? Жить надоело? Учиться больше не хотите?

– Да подожди же ты! Куда так погнала?

Она и сама поймала себя на том, что начала буквально убегать от Дениса скорым шагом.

– Постой!

Денис схватил ее за руку и заставил силой остановиться.

– Выслушай меня. Я все объясню.

– Слушаю. Постарайся только хорошенько. Прости, Денис… но меня эта идея совсем не радует! Тебя могут отчислить! Понимаешь? Прости, но мне плевать на твоего Андриана! И на всех его баб и баб ваших бывших одноклассников из хим-теха плевать! Мне не плевать на тебя, Денис! Я не хочу, чтобы тебя выгнали из института за такую глупость! Вы же там… напьетесь… кто знает, чем это все может закончится?

Что-то подсказывало Серафиме, что они там не только выпивать собрались…

– Послушай, Серафима. Я понимаю… ох! Я понимаю, как сильно ты сейчас озадачена подобной новостью. И я сам был не в восторге от такого предложения! Смотри… завтра будет последний день экзаменов. И анатомичка закроется на все каникулы. Ее придет проверять только сторож. Андриан уже с ним договорился.

– Уже? Договорился? Со сторожем?

– Именно. Сторож согласился пустить нас вечером и оставить там до утра за… небольшое вознаграждение.

– Бухло?

– А ты все схватываешь на лету!

Но его бодрый тон нисколько не развеселил Серафиму. А только взбесил еще сильнее!

Она поверить не могла в то, что ее друг согласился стать участником такой опасной авантюры!

Это же безумие!

Абсолютное!

Неэтичное, аморальное! Полное нарушение всех правил института! Да что там – даже личных установок!

Распивать алкогольные напитки и отмечать сдачу сессии среди анатомических препаратов… среди формалина, костей, внутренних органов и мумий…

– Денис!

– Серафима… Послушай!

Она демонстративно отвернулась от него и посмотрела на реку.

Он поставил свой стаканчик с капучино на землю и положил обе ладони на ее плечи.

Она почувствовала на себе горячее прикосновение. У него очень теплые руки.

– Знаю, это все звучит крайне… абсурдно! И да, это очень опасная затея, но… все «на мази»! Понимаешь?

– Нет, Денис, не «на мази»…

– Серафима, я знаком с Андрианом с младшей школы. Мы выросли вместе. Я ему полностью доверяю. Он и сам понимает весь риск затеи, но идет на него…

– Ради чего?

– Веселья…

– Веселья? Угу… зашибись!

– Серафима! Он договорился со сторожем. Андриан обещал ему много коньяка и виски в качестве… взятки. Хотя сам он называет это «подношением».

– «Подношением»?

Вот на этой ноте Серафиме стало даже весело и почти смешно. Но это было какое-то истерическое веселье. Что-то нервное.

– Сторож уйдет вечером и вернется в шесть часов утра. Нас там быть уже не должно. Сторож ставит ряд условий. Одно из них – все останется на своих местах. В анатомичке должен быть полный порядок, когда он вернется. И никаких фотографий и видео в социальных сетях. Только если… для личного архива. А лучше вообще не фотографировать. Никаких бутылок и прочего мусора. Если мы что-то нарушим – он сообщит в деканат о взломе.

– То есть… сдаст всех нас?

– Да, мы у него поименно будем записаны…

Она взглянула ему прямо в глаза и широко улыбнулась.

– Отлично! Блеск! Я согласна!

– Правда?

– Нет, Денис. Нет! Это безумие! Безумное… безумие!

– Серафима…

– Что?! Денис! Боже… это так… глупо! Господи, как же это все глупо! Я совсем не ожидала от тебя такого! Честно! Вот от кого-кого, но не от тебя! И что еще ты от меня скрываешь? Темная моя лошадка! Чертов тихушник! О, боги! Ты хочешь вот так взять и вылететь из меда из-за своего школьного приятеля?

– Я же сказал, что он не просто приятель! Андриан – надежный человек. Я сразу предупредил тебя: ты можешь не соглашаться.

– А теперь я уже не могу не согласиться!

Денис выгнул бровь в недоумении, и Серафима поспешила развеять его сомнения:

– Потому что ты идешь! Да, Денис! Теперь и я пойду, чтобы следить за тобой и всеми вами! Если уж отчисляться, то…

Она не сказала «вместе».

– Серафима, правда, если не хочешь, я не настаиваю.

– А ты еще и манипулятор! Ух!

Она обреченно выдохнула.

– Ладно… кажется, я остыла. Если все пройдет тихо, то никто ничего не узнает, верно?

– Именно так мы и планируем!

– Что вы хотите нести с собой?

– Нам пригодится вкусная еда и побольше. За выпивку не переживай. Ее будет навалу.

Она и не сомневалась в этом.

– Я принесу теплые вещи. Будет холодно. Анатомичка не отапливается. Так что одевайся как можно теплее.

– Хорошо, я подумаю, что взять. Есть какая-нибудь беседа?

– Да-да, Андриан вчера создал. Я тебя туда добавлю и сообщу всем, что ты пойдешь со мной. С нами.

– Давай.

Серафима ощутила колкую боль в висках. Она совершенно не представляла себе, во что ввязывается и чем это все может закончиться.

Денис тем временем принялся копаться в телефоне, чтобы добавить ее в «беседу» к остальной компании.

Вскоре Серафима получила уведомление: «Денис пригласил Вас в беседу «Ночная туса в анатомичке».

Прочитав это, Серафима поняла: назад дороги уже нет.

Глава 2. Холодные сны

– Уже совсем скоро.

Серафима стояла в нескольких десятках метров от двухэтажного здания кафедры анатомии – историческое бетонное сооружение с колоннами у больших массивных деревянных ворот. Потрескавшиеся ветхие колоны шли стройным рядом вдоль торцовой стены. Треугольная крыша утопала в голых заснеженных ветвях деревьев. Этому зданию давно требовалась реконструкция, но до дела никогда не доходило. Анатомичка окружена бетонной высокой стеной. Единственным входом на территорию служили зеленые металлические ворота для проезда машин. Территория совсем небольшая и почти пустая. Кроме мусорных контейнеров и строительных материалов, сложенных в кучу на заднем дворе, куда студенты никогда не заходили, там ничего не было. Кроме основных двух этажей, анатомичка располагала цокольным этажом, где также располагались учебные комнаты и помещения, предназначенные для хранения всех анатомических препаратов.