Разговор с душой

Дискомфорт как непривычная среда для души

Человеку хочется взять высокую планку – душевного спокойствия и отсутствия забот. Сама природа души, ее основа – это то, что не должно иметь в чем-то нужды, никаких проблем, оно создано для удовольствия. По этой причине человеку хочется убежать и сразу перейти на последний уровень, пропуская все промежуточные этапы. Человек позволяет себе помечтать, подумать о возможностях будущего, которого сейчас нет. Он думает о богатстве, которое еще не заработал, о предстоящих послаблениях, но ему их не дают. Он теряет духовное усилие, в настоящем живя мечтами и лишая себя духовных результатов в будущем. Мир не просит его о жертве, человек сам назначает себя жертвой. Ему кажется, что он жертвует важным моментом в бизнесе ради детей, обретения чем-либо, но мир говорит, что это твой выбор и Творцу такая жертва не нужна. Да, я могу жить в «команде» с Богом, делать это во имя добра, любви и с самыми добрыми намерениями, но это не так. Если я на самом деле делал все свои дела ради Творца, ради добра, то я бы не переусердствовал с усилием, не пытался получить сверх, не пытался прыгнуть выше головы, не пытался быть жертвой. По причине своего эгоизма, игры в одиночную игру я начинаю пытаться ускорить то, что желанно мне, и притормозить то, что не желанно. Здесь мое желание, нетерпимость, интересы, которые никакого отношения к Богу, добру, любви они не имеют. Я просто недостаточно верю, что Творец мной занимается, что получу то, что мне приготовлено, поэтому стараюсь сделать сверх положенного, желаю сделать от себя больше и становлюсь жертвой.

В тяжелые и непростые времена в жизни человеку необходимо стараться не жить ожиданием будущего послабления. В момент рождения ребенка женщина берет новую высоту. Это прекрасный пример, поскольку он имеет не кратковременное усилие и попытку. Это большое испытание, но мысль о послаблении обычно приносит лишь послабление морального духа. Когда она станет свободна от забот, то начнет вспоминать с горечью о том времени, что было у нее, о лучших годах, в которых она мечтала о будущем. Эта глупость присуща всем. Попытка убежать от настоящего забирает сон, делает мечтателем и несчастным человеком. В привычке мотивировать себя телесным в момент утраты всякой телесной попытки очень тяжело нести бремя усилия сугубо духовным, которое еще неразвито и недостаточно сильно, чтобы удержать человека в настоящем. Ему требуется уход в будущее, полет мечты, потому что в такой фантазии он как бы заочно возвращается в телесные мотивы. Там он питает настоящее телесными фантазиями, недоступными сейчас. Женщины в период ухода за ребенком склоны перебарщивать со сладким, с покупками. Даже самые стойкие, заботящиеся о своей фигуре, отчаиваются и уходят в заедание пончиками, в сериалы и любые другие заменители телесного в настоящем. В духовном испытании сложно найти телесное удовольствие, поэтому оно возлагает на духовные силы огромные усилия, которые душа не способна выдержать. Проблема возникает не только у женщин, просто уход за ребенком более отчетливо иллюстрирует эту перегрузку, в которой из-за временной продолжительности испытание становится более ощутимым, чем когда-либо. Мужчина страдает заданиями, сериалами, походами в бар с точно такой же степенью, только у него, как правило, всегда есть чуть больше возможности вырваться и получить желаемую порцию телесного в качестве поддержки своей мотивации и сил.

Любое сложное время возлагает на духовные силы нагрузку, которую человеку хочется снять с себя. Он не желает дискомфорта, не желает испытывать тяжесть в душе, поэтому предпочитает уйти в жалость к самому себе. Он позволяет себе послабление, жалость к себе и роль жертвы – просто большой зеленый светофор, открывающий путь к безоговорочному позволению всего, что он хочет.

– Ты хочешь пирожное?

– Да, было бы хорошо!

– Может, еще новое платье или поход в кино?

– Но у меня сейчас нет возможности.

– Ты жертва! Ты живешь ради ребенка, ради мужа. Ты жертвуешь, а тебя даже не благодарят!

Безусловно, человек не всегда может взять заявленную высоту, но иногда он сдается раньше времени, думая, что впереди будет послабление. Внутреннее усилие, готовность проиграть – единственное требование мира к человеку. Иногда признание: «Господи, нет больше сил!» – единственное, требуемое от человека признание, чтобы взять тайм-аут, но часто он делает это чуть раньше, когда еще были силы, когда можно было постараться продержаться, не заедая, не подкупая себя мечтами, фантазиями или чем-либо еще. Ведь именно в такой критической точке, словно мышцы на теле, тренируется духовная сила, которая в следующий раз позволит пройти аналогичное испытание без труда.

Жизнь длиной в день

Попытка не жить будущими ожиданиями, послаблением или каким-то предстоящим наслаждением, приводит к лимиту во времени, где жизнь со всеми хлопотами, радостями ограничивается одним днем. Если день служит прообразом всей жизни, то ночь представляется его завершением, точкой, после которой нет продолжения. Когда начинаю плохо спать, я понимаю, что, скорее всего, слишком увлекся планами на будущее, слишком много обдумываю перспектив, возможностей. Умение спать спокойно и жить настоящим – очень близкие вещи. Напротив, возложение на себя множества своих и чужих забот лишает человека спокойствия. Когда человек живет одним днем, он дарит себе силу настоящего дня, даже если в нем есть хлопоты и сложности. Он будет жить этим днем, пока не начнет сдаваться и уходить в мечты, тогда он потеряет настоящее.

На самом деле, писать легче, чем делать. Когда ты живешь в прямом взгляде, понимая смысл своей жизни и целей, к которым идешь, не отвлекаясь на бытовое и житейское, такому осознанному человеку Творец никогда не даст упасть низко, чтобы сломаться.

Чтобы человек сломался, ему нужно нарисовать линию в будущее. Эта линия ожидания – словно стеклянная дорога, твердая спираль, которую легко разломать. Из-за негибкости она ставит человека в уязвимое и шаткое положение. Нет того, кто смог реализовать 100 % своих ожиданий. И то, что он не реализовал, приводит к болевому ощущению. Чем больше его ожидания, тем тяжелее приземление в реальность. Когда человек живет одним днем, тогда он существует в темпе, ритме с миром. Он и этот мир идут нога в ногу, а мир никогда не будет разрушен случайно, ему не дано погубить мир. Гарантия этому дана Творцом, находящимся вне рамок этого мира, и попытка жить в гармонии с миром дает человеку гарантию в неспособности по какой-либо случайности сломать его. Только будучи шелковым платком, изгибающимся вместе с миром, человек может продолжать жить и не бояться быть сломленным.

Иногда нам рассказывают истории, как человек, летящий с атомной бомбой, чуть не разрушил страну и весь мир, как летящий рядом астероид может разрушить землю. Такие рассказы, истории щекочут нервы и поднимают рейтинги, но в мире есть духовные законы, по которым мир не может быть разрушен какой-то случайностью или неловким движением зазевавшегося инженера на атомной станции. У мира есть сила, возможность всегда выровняться и выпрямиться в нужную сторону. Есть основания, по которым возникают различные опасения, есть несчастные случаи, произошедшие в прошлом. Но в той крайности, в которой нет всякого ограничения: к полной трагедии, утраты всего, нет никакого основания. Человек может испытывать утраты, боль, тяжесть, но в рамках этого мира он не может уйти к полной утрате, бессмысленности и случайности всей своей жизни. Почувствовал крайнюю степень отчаяния, горечи, боли и наступающее ощущение безразличия к проблемам и заботам этого мира дает почувствовать гарантированную стену – ниже уже не упадешь. Это короткое ощущение и есть та гарантия, в которой человек пребывает, живя настоящим одним днем.

Когда человек принимает ситуацию, тяжесть настоящего дня, человек идет с самым прочным материалом, самой крепкой стеной, которая никогда не рухнет. Если же он начинает индивидуальное путешествие со своими желаниями и планами, то заходит в зону опасности, где он сам за себя, где есть внутреннее волнение и возможность потерь. Мир чувствует человека, когда под силой обстоятельств его ноги подкашиваются. Когда одна неприятность приходит сразу за другой, кажется, что нет сил, единственное, что требуется от человека, не попытаться ускользнуть взором в сторону, не убежать и не испугаться. Прижавшись к этому миру, неприятности непременно отступят, потому что за спиной человека целый мир, который создан для него и служит средством для человека, он не может просто так уйти в небытие.

Человек может прямо сказать, что нет сил, нет возможности больше сражаться. После глубоких слез наступает спокойствие, приходит время утешения. Ничего в этом мире не приходит, чтобы уничтожить его, стереть. Все имеет размеренную силу и идет с какой-то целью, и часто усугубление, как поедание мороженого после болезни, – лишь неосторожность и небрежность самого человека. «Мы тебе только ангину послали, а мороженое и воспаление легких… извини, ты сам сделал».

Важно понимать смысл приходящей в мой день тяжести. Так, зачастую неудача, сложность кажется мне результатом моих действий или бездействий, где я тот, кто виноват, кто мог исправить и не исправил, мог повлиять и не повлиял. Хочется прилипнуть к ситуации и позиционировать ее с точки зрения зависимости от моих действий и тех результатов, которые я получил, но это не всегда так. Многие события происходят, имея свою причину, не связанную с тем, хорошо я себя веду или нет. Мой день не может быть наполнен лишь комфортом, удовольствием и достатком. Почему? Потому что мне бы в голову не пришло куда-то двигаться, идти к совершенству, задумываться о смысле и пытаться найти свой путь, стараясь обрести Бога у себя в душе. Комфорт не является нормой каждого дня и наличие сложности в моем дне – не причина всякий раз обвинять, наговаривать на себя. Любовь к собственным обвинениям кроется в любви позже приписать себе успех. Так как внутри меня много фантазий и иллюзий, где все они наполнены лишь позитивными событиями, моими желаниями, то появляется желание прилипнуть к событиям, происходящим в моей жизни. Внутри – калькулятор, который на основе фантазий считает:

– У меня впереди только успех! Я планирую вот в этом преуспеть, вот это купить, это сделать…

– А неудачи?

– Нет, я их не планирую.

И в этой связи появляется желание отожествлять себя с событиями, полагая, что таким образом буду чаще подниматься и взлетать, чем падать и страдать. Это словно попытка подружиться с успешным, богатым человеком: вроде бы ничего не дает, но как-то отожествляешь его успех с собственным. На деле фантазии не имеют под собой оснований, и явная любовь к отожествлению себя и происходящего вокруг теряется. Ты понимаешь: есть время взлетов, время падений, но мое участие в этом не столь обширно и значительно, как хочется видеть. В таком случае неудачи переживаются проще, тогда падения не столь болезненны, а жизнь приобретает более ровный, гармоничный характер.

Миру не нужны жертвы, человек порождает их сам в своем стремлении взять слишком много, отождествляя себя с происходящим, живя ожиданиями. У мира есть своего рода автопилот, который ведет каждого человека по его жизненному пути, но вот только сам человек не всегда согласен с теми обстоятельствами, которые даются ему. Он хочет убрать препятствия, умножить наслаждение, комфорт, полагая, что это никак не перечит воле Творца, управляющего посредством этого миром. «Съешь, сколько хочешь пирожных, а когда будешь сыт, приходи, но только не приходи, постоянно оглядываясь. И когда будешь есть, не сделай это самоцелью». Но зачастую хочется делать, как моя маленькая дочь: съедая одну сушку, которая по нашему договору была последней, сразу просить другую.

– Договор? Нет, не слышала.

Воля Творца не может заключаться в моем желании кушать пирожки, жить в полном комфорте и изобилии. Моим телесным мотивам хотелось бы, чтобы это было так. Я даже готов придумать всякого рода оправдания, мол, Бог добрый, ему хочется, чтобы я ел вкусняшки и наслаждался жизнью, но это мне хочется, моим телесным мотивам и никакого отношения к воле Творца не имеет.

Тяжелый день. Отчего и как облегчить?

В тяжелую минуту хочется себя пожалеть, дать слабину, немного сойти с дистанции, чтобы отдохнуть и набраться сил. Порой, переступая через себя, человек пытается жертвовать собой. Сегодня все в моей семье заболели, на работе завал, есть серьезные вопросы, требующие решения. В такую минуту хочется пренебречь и сказать: «Давай утром не будем ничего писать, когда-нибудь появится больше времени». Но от 30 минут в день в моей жизни не станет больше времени, нет необходимости совершать такую жертву. Я знаю и верю, что делаю то, что должен, мир позаботится об остальном. Много раз был в ситуациях, когда казалось, что все пропало, но я выходил из них. Уверен, так случалось не только в моей жизни, часто, казалось бы, находился выход там, где совсем не ожидал. Не могу воспринимать мое спасение как чью-то обязанность, но надеюсь, как военнослужащий, исполняющий свой долг, что забота о том, где жить и что есть на плечах командира части. Это может показаться не совсем верным взглядом. Оправдано ли такое упование? Может, такая уверенность чревата? Человек пытается сместить на себя все заботы, все дела и всю ответственность происходящего, лишая себя духовного источника, духовной перспективы и движения, и тем самым ущемляет себя, накапливает обиду: «Я так хотел жить по-другому, но пришлось кормить семью, заниматься воспитанием». В тяжелую минуту хочется сократить духовные усилия, подкупая себя телесным мотивом. Однако тяжелое время требует духовного усилия и духовной подпитки. В такие минуты тяжело смотреть трезво, анализировать и не уходить в крайности. Что же поможет удержаться и не уйти в сторону? Прежде всего, само понимание, почему в этом мире есть место тяжести и проблемам и как я должен стараться относиться к этому, как должен действовать, чтобы не утяжелять ситуацию еще больше.

Первая и основная проблема утяжеления видения ситуации заключается в желании узнать целостную картину происходящего. Проблема в том, что никто не знает, что впереди, и основой будущих переживаний являются лишь фантазии, страхи и предрассудки. Сложно бороться с преградами, стоящими на пути, если рассматривать их в масштабе, увеличивающем их силу и сложность, но куда проще и легче смотреть на преграды, ограничиваясь одним днем. Непоколебимая проблема в месяц, год моей жизни наделяется неимоверной силой, против которой хочется сразу сдаться, сложив руки.

Живя одним днем, всегда можно найти время для маленького усилия сегодня, маленького шага. Тяжело представить катастрофу, веря и уповая на Бога, на то, что он позаботится обо мне. И куда проще видеть свой удел, свое место в этом мире, живя малым. В масштабе сложно верить и думать о себе как о достаточно важном субъекте мира, о котором Бог имеет заботу. Человек начинает переключать заботы о себе лишь на свои силы и возможности. Нужно либо раздуть свою гордость до масштабов проблемы, чтобы видеть себя способным преодолеть ее, либо уменьшить, живя одним днем и не пытаясь предсказывать и загадывать будущее. Борьба с фантазиями, страхами является самой провальной, поскольку вход в эту борьбу означает поражение в той или иной степени. Поэтому как бы человек не был силен, разумен и уверен в себе, стоит избегать больших размышлений о предстоящем будущем, где нет точной информации, а лишь фантазии, страхи и предрассудки.

Вторая проблема заключается в желании уйти в телесные мотивы, приглушив боль. Тяжелое время является нагрузкой, прежде всего, на духовные силы. Чем сильнее человека попирает жизнь, чем больше усилий нужно приложить, чтобы не утратить связь с душой: «Со мной так поступили, я должен теперь бороться за жизнь сам». Но уверен ли человек, что именно это пытались донести до него? Как и любой гнев, обида является средством манипуляции. Человек временами желает манипулировать Богом, ссылаясь на то, что он сейчас перестанет на него полагаться, если тот не пошлет ему помощь. Но у неприятностей есть своя цель, зачастую чтобы пробудить человека. И если вместо того, чтобы посмотреть на свою жизнь и увидеть промахи: поел мороженое – заболело горло, ему хочется лишь укрыться, стать жертвой, пожаловавшись на Бога и свое положение.

В сложное время хочется не делать работу над ошибками, а вернуться к привычному комфорту, не делая никакого духовного усилия. Но отказ от духовного усилия лишь утяжеляет натиск и оттягивает завершение испытания, которое человек упертостью временами провоцирует. В отсутствие неприятностей гордость имеет свойство расти как на дрожжах, но когда жизнь бьет меня по голове и немного придавливает сложной ситуацией, то вся гордость начинает сгорать, и это очень неприятное ощущение. Вместе с ней сгорает и «толстокожесть», неспособность понимать духовный мир и его причины. Усилие в духовном дает более ясное понимание, к чему меня хотели подвести, в чем смысл происходящего и в чем его урок. В таком положении каждая тяжелая ситуации обретает смысл, пользу. Как таблетка, лечащая мою душу, тогда как игнорирование, страдание и роптание на Бога являются лишь отмашкой от желания понять, пробудиться и духовно вырасти. Отказ от духовного усилия никак не делает его жителем другого мира, где нет хлопот, тревог и переживаний, просто они будут для него случайными, не связанными и ничему не учащими.

Третья важная ошибка, которую подсознательно хочет совершить любой человек в сложное время, – это предвзятость в оценке себя и своих духовных заслуг. Если я подвергаюсь какому-либо испытанию, неприятности, страданию или горю, значит, несу в себе отрицательный баланс духовных заслуг. Во мне появляется сомнение в ценности меня для Бога. Если ко мне пришла такая неприятность, значит, Бог забыл меня, баланс моих заслуг перед Ним ушел в отрицательную сторону, и с меня взыскивают мою задолженность. Причина появления такой мысли в желании пожалеть себя и непонимании того, что наказание и награда – совершенно разные счета, никак не связанные между собой. Хотя, на первый взгляд, человек представляется «единым счетом», где плюсуются позитивные стороны и отнимаются негативные, но такое восприятие лишь поверхностное, субъективное понимание вещей, без глубокой вдумчивости. Так, если у меня прекрасные отношения с близкими людьми, и даже бабушек через дорогу я перевожу через день, но есть во мне другие стороны, в которых мне требуется исправление. Я могу обладать жадностью к деньгам, еде или другим пристрастиям, взглядам. Приходящие неприятности вовсе не отрицают мою положительную сторону, мои добрые поступки точно посчитаны и не остались незамеченными, но при этом это не исключает места и области, где нужно исправиться или научиться.

Каждому взрослому понятно, что хороший поступок его чада может быть похвальным и одобряемым, тогда как в скором времени явное нахальное, дерзкое, резкое поведение ребенка может вызвать реакцию обратную. И хотя ребенок оценивает это как одно общее отношение, «общий счет», тем не менее, задача взрослого объяснить причину, по которой хорошее и доброе отношение изменилось. Это дает ребенку понимание не общего счета, где он является плохим или хорошим, а отношение к какой-то ситуации, стороне его поведения, требующей исправления. Такое понятное поведение порой тяжело понимаемо самыми взрослыми, где «я» либо плохой и ко мне приходит наказание, либо хороший и у меня все в порядке. Если в момент неопрятности в душе возникает протест по поводу своей праведности, благоразумности и исключительной положительности, то налицо отрицание всякой негативной стороны своего характера, привычек, поступков. Такие поступки не дают оценку, не лишают звания любимого сына или дочери, оставляют меня тем же, кем я был. Признание, видение своих промахов, ошибок, плохих привычек не может служить отчаянием или мыслью о том, что теперь Бог не будет меня любить. Он всегда любил. Ему всегда было известно, кто я есть, вот только я о своих ошибках и недоработках узнаю постепенно и с удивлением.

Любое обстоятельство в жизни не должно вызывать ярость или гнев. Так, вчера отломавшийся глушитель в моей машине скреб об асфальт по центру города, вызывая у меня желание поехать завтра же и купить новую машину. Такое желание является попыткой жить завтра. Но важно ли это в масштабах жизни? Ведь каждая неприятность проходит, и каждый день имеет в себе силу, чтобы выдержать и противостоять ей. Любая скорбь, печаль являются попыткой достучаться до небес, найти помощь и обрести спасение. Это подобно родителям, отлучающимся на короткое время и говорящим своему ребенку: мы выйдем в другую комнату ненадолго, ты не переживай, мы рядом. Оставшись один, ребенок начинает плакать, кричать, и его боли нет конца:

– Почему ты плакал?

– Я оглянулся, чтобы увидеть вас, но не нашел. Я звал вас, но вы не отвечали мне.

– Но разве мы не говорили тебе, что будешь один, а мы скоро вернемся?

– Но боль моя была велика и не утихала, я не был уверен, что ты придешь.

Нет разницы, оправдана боль или нет, прав я или нет, – любая боль пронзает, убивает. Стоит лишь верить и стараться принять, что именно это растит во мне духовную самостоятельность и зрелость, веру, что я никогда не останусь один и мои родители всегда рядом, всегда готовы прийти ко мне.

Наличие дней веселых, когда день проходит под лозунгом «У-х-у-у!» и сопровождается духовным подъемом, улыбкой, обременяет меня тем самым появлением дней с лозунгом «Ох, как все плохо». Вспомним, если сегодня у меня пульс 200 ударов, то вероятно, что завтра будет понедельник и пульс уйдет в минус. Кажущиеся странность и противоречия представляются такими лишь на первый взгляд, без попытки посмотреть вглубь. Любой духовный уровень проявляется по-своему. Низкий духовный уровень выражается нестабильностью, скачками и перепадами. Он – словно корабль, плывущий по волнам обстоятельств, и внутренняя жизнь целиком и полностью зависит от того, уважает ли меня водитель такси, похвалил ли начальник, улыбнулась ли официантка и т. д. С ростом духовного уровня у человека пропадает деление дней очень плохих и очень хороших, появляется возможность жить в чем-то среднем, благоприятном для духовного усилия, но недостаточного для ухода в крайность. Это идеал, но чем больше во мне дней со слезами и отчаянием, тем больше есть поводов задуматься, почему они появились. Может быть, я строю слишком большие планы, может, возлагаю на себя слишком большие надежды, беру на себя то, что не в силах унести? Любая радость или печаль словно качели. Любое духовное колебание вызвано наличием амплитуд в ту или обратную сторону. При наличии высокого духовного уровня такие колебания уменьшаются, поэтому меньше возможность уйти в сумасшедшее веселье или упасть в грандиозное отчаяние.

Духовное здоровье

В сложное время есть духовные преимущества и польза, которая часто остается не в поле моего рассмотрения из-за обид и переживаний.

Значимость, крепость духа и возможности при проблемах начинают таять, как снег в весенний день, и кажется, что ты растаешь совсем. Дойдя до предела, где ты уже близок к нулю, ты готов принять все, что может случиться: «У меня было много шансов, чтобы погибнуть, и если я дожил до момента, когда обанкрочусь, меня выгонят с работы, заболею, это даже не смерть, которая могла быть давным-давно». Такое понимание и взгляд на мир истинный и спокойный, где будущее представляется не таким страшным и опасным: «Я умирал много раз, я переживу это». Но такое духовное освобождение не всегда дается легко, не всегда ясны его причины, почему оно должно проходить через боль и страдание. Возникает желание освободиться от переживаний, но не такой ценой, без слез и боли, путем малых потерь и не таких тяжелых переживаний.

Помню, как впервые пошел на причастие, перед которым нужно было три дня провести в строгом посте и воздержании. Я, тогда еще живущий почти одними телесными мотивами, поник: шел на таинство, как на смерть. Кроме лишения всех удовольствий, отказался от радости, оставались, как мне казалось, только работа и тяжелый труд. Я стал воспринимать последний день перед причастием как последний день в своей жизни. Перестал планировать дела после этого события, задумывать наперед: «Кто знает, может, не выживу». Интересно, что позже каждое воскресение я, умирая, оживал, становясь чуть крепче, видел мир чуть ясней.