Разговор с душой

Теория и практика

Эдхард Толле прекрасно описал состояние, которое обозначал как «присутствие», когда человек не ассоциирует себя с тем, что вокруг, с существующими проблемами. Духовные советы и наставления – это то, с чем человек может соглашаться, но потом он вступает в новый день, в новую сложность, и очень быстро забывает то, с чем соглашался.

Когда я читал эти книги и советы, рассказывающие о необходимости отстраняться от отождествления, от погони за жизненным адреналином, я был согласен, но присоединял свои личные особенности. Я был свидетелем ситуации в аэропорту Абу-Даби, где однажды почти все рейсы отменили. Возникла жуткая неразбериха, администрация не хотела решать вопросы быстро и решительно, сотрудники ходили из угла в угол, не отправляя людей ни в самолет, ни в отель. Один человек, наверное, американец, жутко уставший, дошедший до изнеможения от непонимания, почему не решается его вопрос, вступил в спор с супервайзером. Он требовал помощи, которую ему не оказывали на должном уровне. В крайней точке своего гнева, на пике ярости, со сжатыми кулаками, в поту он вел себя интеллигентно и уважительно к своим оппонентам. Тогда я подумал: «Да, знал бы он, как злятся в моем городе…» Некоторые люди с рождения имеют спокойный склад характера, культуру и воспитание, а у кого-то, напротив, более горячий нрав. Я знал, что в такой ситуации у себя на родине услышал бы куда больше криков, пылкий и нескрываемый гнев. Когда я читал книги о том состоянии «присутствия», о котором рассказывал Эдхард Толле, то понимал, что, может, кому-то и вправду не нужно давать рекомендации и упражнения, но в моей крови от отсутствия возможности прокатиться на мотоцикле или какого-то другого всплеска адреналина просто вскипала голова. Мне нужны были некие этапы и ступеньки, как утихомирить того безудержного быка, который кипел в крови. Молитва – один из тех инструментов, который дан человеку, чтобы, несясь по жизни, он не забыл, куда и зачем бежит, а взгляд его вновь стал трезвым.

Желаний много, истина одна

Вчера я неудачно влез в торги на бирже. Мое поспешное и необдуманное решение заставило следующую половину дня наблюдать таяние денежного вклада прямо на глазах. Поначалу сложно было признать ошибку, надеялся на что-то, приободрял себя, но не воспринимал реальность. Я делал усилие, чтобы не впасть в отчаяние, но чем дольше длился этот марафон, тем тяжелее было сохранять взгляд трезвым, хотелось немного соврать себе. И когда окончательно признал и принял последствия, только тогда тяжесть ситуации стала отступать. Душевный подкуп затмевает трезвый и адекватный взгляд.

Если взять 10, 20, даже 1000 калькуляторов и умножить 4 на 4, то все как один выдадут 16 – тут нет спора. Когда же есть некая жизненная ситуация, то у десяти человек не то что одного взгляда на нее не окажется, а у всех будет свое видение. Аналогичные ситуации возникают, когда входишь в затяжной конфликт с женой, близким человеком или с кем-то на работе. Чем дольше длится конфликт, чем больше высказано слов, тем больше возникает желание «дать сдачи», доказать, поставить оппонента на место. Редко кому-то захочется задаться вопросом: почему возник конфликт? Что хотели от меня? Но в момент гнева, обиды человек ограничивается своим видением ситуации, своей гордостью и желанием оказаться правым.

Человек никогда не был носителем истины, ее источником, но ему этого хотелось. Однако истина находится вне желаний, взглядов и предпочтений, вне предвзятого «Я». Почему человеку не хочется выяснить в момент конфликта, из-за чего все произошло, провести анализ, попытаться взглянуть чуть глубже поверхности и происходящего? Потому что это ближе к истине, где нет «Я», нет доказательства, что прав определенный человек, поэтому меня меньше всего тянет туда, ведь чтобы туда попасть, нужно проявить некоторое усилие.

Всегда хочется быть правым. Пока человек живет в плоскости кривых калькуляторов, то все, что он может среди них найти, – это различные варианты одной и той же задачи с кучей неверных ответов. Каждый будет утверждать, что прав.

Есть много мнений, на которые можно найти ответ, исходя из того, что внутри человека, из того, чего он хочет и к чему стремится. Когда человек идет с молитвой к Творцу, он идет самой близкой дорогой, которая может быть. Например, кричат в лесу: «Ты слышишь?» – а в ответ: «Да, я тут!» Расстояние может быть между ними большим, люди не видят друг друга, но человек ощущает близость. Человек протаптывает тропинку в густом лесу день за днем, и с каждым разом ему будет проще двигаться к нужному ответу.

Короткий путь

Привычно думать, что усилие, которое прикладывает человек, равно результату, но это не всегда так. Один человек таскает мешки и зарабатывает 100 $, а другой двумя кликами мышки продает тысячи баррелей нефти и зарабатывает миллионы в день, – они прилагают неодинаковые усилия. Порой непросто судить о мире не по обложке, не по чьим-то представлениям, а по сути вещей, видеть дальше завтрашнего дня. Вдруг перед человеком открывается глубина и понимание, к нему приходит мудрость. Помню, как решил ознакомиться с Писанием, потому что осознал: раз на его базе строится вся современная цивилизация, я просто обязан прочитать. Когда же дошел до псалмов царя Давида, очень захотелось их пропустить: не понимал ценности молитвы, казалось, там нет информации. Людям порой хочется идти сложным путем, но там, где можно выбрать легкий, они почему-то сворачивают.

Молитвой, наверное, в широком смысле можно назвать довольно много вещей, разумеется, помимо ее классического варианта. Молитва – это когда человек отделяет себя от забот, желаний, предвзятости и сосредотачивается на том, что вне его. Молитвой для кого-то могут служить одинокие прогулки по лесу, тихие и спокойные, для кого-то это может быть медитация и расслабление тела, классическая музыка, творчество, устремление взора к душе. Молитва – это то, что останавливает человека во время бега, молитва – то, что не связано с этим миром или связано минимально. Возможно, каждый может найти ее там, где другой не видел, понять немного иначе. Момент молитвы там, где твоя душа. Людям нравятся экстремальные виды спорта, потому что в какой-то степени там присутствуют духовные элементы, например, это требует сосредоточенности. Человек не рассеян, не озабочен ничем, кроме спорта, и это не дает возможности думать сразу о многом, не думает он и про заботы.

…Вчера я заплакал и отчаялся: «Тебе бы только бульварные романы писать», – обратился гневно к себе. Я кружу, как орел, вокруг добычи, и не могу, боюсь идти прямо – к раскрытию сути. Я отчаялся и поник, начал грустить о том, что для меня стало стеной, хотя это не имеет за собой никакой явной причины. Все пытаюсь обойти длинным путем, говорить не прямо, и путь кажется вечностью. Когда-то я увидел на Афоне священника, преодолевшего тысячи километров, чтобы задать вопрос старцу. В тот момент у меня возникла мысль: «Почему он не спросил у Бога?!» Это как пытаться играть в шахматы очень сложными комбинациями, когда перед тобой простое решение проблемы длиной в один ход, но ты идешь в обход. Тогда мне было непонятно. Но как сложно писать о таком, порой проще не открываться до конца, оставлять в себе какую-то тайну, загадку. На самом деле это лишь темнота в душе, которая не хочет, чтобы ее увидели. Я пытаюсь быть идеальным для себя, хочу быть безошибочным даже тогда, когда осознаю, что так быть не может, – не в этом мире. Обращаясь к Богу, иду туда, где нет обмана. Не хочется идти на полумеры, идти в обход. Мне хочется спросить совета у друга, у жены, хочется почитать в интернете, даже когда знаю в душе правильный ответ, знаю, что хочет Творец от меня, но когда есть что-то инертное в душе, оно сопротивляется и говорит: «Поищи еще, есть другие пути». Но они длинные и сложные. Порой человеку проще пролежать часами в медитации или долго ходить по лесу вместо 5 минут искреннего обращения к Богу. «Я вроде верю, но как-то не идет, может, у Бога есть свои дела?» – отговариваешь сам себя. Даже в обычном общении всегда легче находиться в компании, где можно легко выбрать удобную позицию: промолчать, сделать вид, что не заметил. Но разговор один на один с собой вызывает большее напряжение, ведь нет возможности отсидеться в стороне. К тому же человек напуган правилами и ответственностью: «Кто я, а кто Бог?» – и он остается на том же месте, боится обратиться напрямую.

Подобным образом человек склонен бояться обращаться к людям, которых он считает выше его по статусу. Богатые, успешные, известные люди могут как притягивать, так и отталкивать, делать их недостижимыми для человека. Человек сам наделяет другого, неизвестного ему, свойствами, пропитывает фантазиями и своими страхами, которые могут отталкивать. Недавно у меня возникла необходимость обратиться к одному человеку, которого можно назвать духовным авторитетом, он мог помочь в одном вопросе, но я видел его, а вокруг него свиту, людей, которые создают вокруг него некоторую ауру святости, и у меня возникают в душе сомнения – где он, а где я, как я попрошу у него помощи в не столь жизненно важном вопросе. Ведь я обычный человек, живущий как все, а он человек большой величины. Его уровень затрудняет для меня обращение к нему, кажется, я немного не дотягиваю, хотя понимаю в душе: если он и вправду такой, как я думаю, – с истинно духовными качествами, то он с радостью поможет.

Страх все равно не покидал меня. Подобное наблюдается у людей, для которых порой проще пролететь тысячи километров, чтобы задать свой вопрос проверенному старцу, погадать у бабушки в деревне, чем напрямую обратиться к своему Источнику знаний. Это кажется с точки зрения логики неразумным, но на деле часто происходит именно так. Поиски секретных книг, проверенных представителей мудрости, особого места, посредника между человеком и Богом – окольные пути к истинному. Искренность тяжела, она пытается замениться чем-то более простым, но с ярлыком «проверено и гарантировано».

Если вижу большого в моих глазах человека, могу поинтересоваться, когда к нему обратиться: день, время, как это лучше сделать, чтобы он помог. Страх есть той преградой, с которой человек должен справиться, это та гордость, боязнь оказаться отверженным, остаться обиженным. Ведь человек в душе порой тешит себя каким-то самомнением, высокомерием: «Я чего-то стою». И когда появляется возможность задать вопрос напрямую Богу, он увиливает. Перед Богом нет высокомерия. Конечно, можно обратиться не снизу, а со второго этажа, слегка небрежно или с каким-то условием, но стоит ли ожидать ответа в такой ситуации? Даже неверующий не всегда дерзнет пренебрегать этим, в душе боится. Мне нравятся многие формы «молитвы», когда я пишу, слушаю классическую музыку, когда любуюсь красотой пейзажей, но есть то, что стоит отдельно, – это искреннее обращение к Творцу. Человек должен переступить себя, сделать усилие, шаг назад в своей гордости и тщеславии. Это порой очень тяжело.

Помню, как впервые увидел человека, который становился в молитве на колени. Первый мой возглас в душе: «Как же человеческое достоинство?!» Внутри меня все сопротивлялось. Это казалось абсурдным и неверным, потому что я не желал ни перед кем кланяться. Я это я, и у меня был свой вес – так я полагал. Хотя я верил в Бога, но вера – это та линия, ведущая от моих выводов, знаний в мою жизнь, часто она где-то прерывается. Вера – это когда человек знает, понимает и действует в соответствии со своим знанием, а не пытается отделить – это мое, это твое, а это Богово. Это хитрый раздел, где человек, как ребенок, пытается играть, обманывая, обделять всех. Проблема отношения моего «Я» к Богу проявляется в аналогии моей позиции к ближнему, когда «я» нахожусь значительно выше него. Будучи обладателем богатства и власти, человек, скорее всего, подумает свысока о тех, кто обратится к нему снизу: «Я бы ездил на презентабельных машинах, ходил в дорогие рестораны и на всех смотрел пренебрежительно». Грубовато, но в этом есть правда, ведь если бы человек не думал так и не пытался подняться над окружающими, близость к Богу ему не казалась бы столь недосягаемой. К царю Давиду мог обратиться любой человек, даже самый бедный и немощный, и он помогал всем. У него не было большой охраны, которая отделяла его от людей, и это делало его близким к Творцу, он не отделял себя от других, не поднимался над ними. Нам часто хотят показать на экране, как политик общается с простыми людьми, и каждый может пожать его руку, он «доступен» для всех. В телевизоре знают о том, что людей подкупает правильный антураж, им нравится, когда он такой же, как и они. Если это правильно, то каждый человек может обратиться к Творцу, задать интересующий его вопрос, ради которого он готов ехать за тысячи километров к старцу или другому духовному наставнику. Если человек способен на такие большие усилия, то он наверняка может рассчитывать на помощь с небес, но часто для него намного проще преодолеть тысячи километров, нежели обратиться к тому, кто знает истину. Конечно, человек имеет долгие и тяжелые отношения с детьми, родителями, друзьями или есть какие-то сложности, обросшие кучей обид, страданий, предвзятостей. Когда человек спросит: «Виноват я или он?» – то, вероятно, не получит такого ответа, который хочет. Ответ будет немного другим, расширенным, чуть более глубоким. Если бы ширины и глубины взгляда было достаточно для ответа, то он и сам смог бы решить вопрос; ответ лежит и ждет, нужно лишь расширить свое понимание, свой взгляд, чтобы он пришел, находишь его совсем в другой плоскости. Ты думаешь, что имеешь проблемы на работе, где начальник – «дуб», а оказывается, что у тебя напряженные отношения с женой, которые ты в упор не хочешь замечать. Человек, который ищет ответ, не должен искать подтверждения своей правоты или удобного для себя варианта. Если он хочет правды и истины, то должен быть готов принять ее, какая она есть, и не бояться. Истина не змея, она не ужалит в спину, а если и ужалит, то только в самолюбие и гордость, которую он часто защищает, принимая за свое. Обманчиво то мнение, что точка зрения определенного человека, ощущение собственного веса и значимости – это его. Человеку куда проще живется без килограммов и тон гордости и тщеславия, хвастовства и пустых самомнений. Когда он сбрасывает все, ему становится легче.

Помню, как искал способы борьбы с гордостью, читал всякие обзоры и советы, упражнения, но нашел, что стоять на коленях в пустой комнате, будучи открытым к Богу, – это тысячи упражнений по преодолению гордости, описанных в книгах. Сделать так – значит сделать очень большой шаг к решению своих проблем.

Что же такое молитва

Я обманчиво полагал, что близкие и друзья – это те люди, что находятся рядом. Но часто замечаешь, как люди, живущие далеко, некоторых из них ты даже не знаешь лично, становятся близкими и дорогими, теми, кого ты будто бы знал всегда, – это близость духовная. Когда я переступаю через себя, иду к добру, совершенству, любви, – это то, что делает меня ближе к Богу, потому что это Его «качества». Когда человек молится, идя этим путем, он тоже неизбежно будет становиться ближе к Нему. Когда человек увлекается машинами, он вступает в клуб любителей определенной марки, если человек любит бегать, плавать, прыгать с парашютом, он общается в социальных группах в интернете, этот интерес объединяет людей. Когда человек идет к добру, любви, – он стремится вступить в такой «клуб», где обитает Творец.

Кажется неуместным, порой абсурдным желание поставить человека на колени, выставить его униженным. Вся философия современной эпохи утверждает обратное. Цивилизация словно напевает: человек – это сила: он покоряет космос, добивается всего, и ему не нужно ни перед кем преклоняться. Это движение в разных плоскостях, и много кто не хочет следовать за скромностью, смирением и простотой, а надеется быть значимым и великим. Здесь нет диалога, это разговор на разных языках. Человек говорит, как ребенок, «я сам» и действует. Ошибки происходят не из-за вины неправильно построенного мира, человек счел, что является тем, кто определяет справедливость, обозначает, что такое добро. Ему незачем кому-то уступать, поскольку это жалит гордость, принижает его. Даже обычный вопрос, обращенный к Творцу, делает человека зависимым от него, будто бы он чего-то не знает, словно глупец.

Любая религия не концентрирует внимание человека исключительно на нем, на его «Я». Человеку предлагают уйти в ноль, где нет большого количества его заслуг, больших достижений, но в то же время и нет его ноши. У него роль не творца и создателя, центра, а того, кто пытается хочет измениться. Когда человек перед тем, как съесть яблоко, говорит: «Спасибо тебе, Творец мира, за это яблоко», – он как бы снимает награду, которую мог бы повесить себе на грудь, что это он заслужил, купил. Это гордость. Когда же он благодарит, то снимает и отдает, остается в нуле своих заслуг. Если человек будет благодарить Творца за большой успех в работе, за рождение ребенка, о котором мечтал, за какую-то прекрасную минуту в жизни, – это все он отдаст Творцу. У человека есть шансы научиться не забирать, не присваивать все себе. Он может стать обладателем чего-то нового, быть на уровне с Творцом, ведь если он не пытается все забрать, то у него не нужно забирать обратно и объяснять. Он стал взрослым и имеет все то же, что и Творец. Он не пытается отделять себя от Него.

Много раз при неприятностях, когда была возможность все потерять, я говорил, что никогда не зазнаюсь в успехе. Если выйдет кривая и выведет меня из этой неприятности, то буду помнить, что я никто, что получил это в подарок и по милости, а не в заслугу. Но сколько раз я оступался, в успехе забываясь, принимая полученное за свое достижение. Когда жизнь кружит голову, когда человеку улыбается удача, он на волне, все сделки идут как нужно, он получает, что хочет, все складывается в его пользу, то он быстро забывается и уходит в себя, в сторону своего «Я» и своей значимости. Когда приходят неприятности, снова возникает вопрос: «За что?» – и новый круговорот событий. Но ведь можно иначе!

Опыт общения с гордым, высокомерным человеком кажется очень неприятным, но внутренне каждый уверен, что его гордость и заслуги в глазах других людей не столь огорчительны – я же сам добился, заслужил и т. д. Любая гордость, высокомерие, тщеславие не приветствуются среди людей, это как ложка дегтя в бочке меда, от нее хочется отвернуться, но сложно увидеть это в себе. Успех прилипает быстро, без усилий, становится родным в душе, а смирение, скромность – это что-то противоположное, это тяжело вживить в себя, но именно как приятно такое видеть в других людях. Легко ориентироваться в чужих ошибках, словно играть с открытыми картами: ты знаешь все карты другого, но в то же время свои карты всегда кажутся закрытыми. Я должен стремиться к открытию своих карт.

Обращение к Творцу в любой форме является попыткой найти свет, ответы, это попытка снять с себя тяжесть дня, отдать какую-то ношу. Делая это постоянно, человек становится тем, кто начинает видеть свет, понимать правду и истину не так, как ему хочется, а такой, какая она есть. Порой видишь человека скромного и доброго, простодушного и прямого, он не говорит о себе много, у него добрый взгляд и чистое сердце – это ценно в наших глазах. Даже ошибки и какие-то неуклюжести не кажутся большими. Это греет сердце, потому что каждый в душе знает, где родной дом, в котором родилась его душа, что ей близко. Всем людям нужно стремиться к идеалу, избегая чужих ошибок.

Анализ