Юное сердце на Розе Ветров

Только на следующий день Юу посчастливилось отомстить Мике за свой позор. Он бы сделал это в первый же день, после первого урока, но Шиндо почему-то очень заинтересовался работой учителя и каждую свободную минуту проводил возле преподавателя. Стоя за спиной и внимательно следя за его работой или же спрашивая что-то или покидая вместе с ним класс, при этом лукаво подмигивая Юичиро, чье нетерпение в желании поквитаться рвало на куски. Он мог только смотреть на своего врага, в беседе с учителем не обращающего на него внимания, словно его и не было в этом мире.

Следующим днем для мести Юу представилась прекраснейшая возможность, причем с самого раннего утра. Когда дети пришли в класс и среди одноклассников Юу заприметил знакомую прядку волос на макушке, а потом взору предстал и сам Микаэль в своей аккуратной школьной форме, Амане не раздумывая бросился выяснять отношения. Учитель вошел в класс уже когда, сцепившись черно-белым клубком на полу, Мика и Юу отстаивали свою независимость, а вокруг них собралась восхищенная толпа. С разбитыми носами, синяками и ссадинами, в запятнанных кровью рубашках мальчики уже на второй день пребывания в школе получили возможность детально познакомиться с кабинетом директора, куда были приглашены их родители.

– Дурак, все из-за тебя, – утирая снова выступившую из носа кровь, бросил Мика, когда они с Юу сидели в коридоре, в то время как в кабинете директора с их родителями велась беседа.

– Сам дурак, – огрызнулся Юу, потирая ушибленное плечо. – Нечего было нарываться.

– Если бы ты не был таким тупоголовым, сейчас бы ничего не было, – хмуро заметил Шиндо.

– Это кто тут тупоголовый?! – со злостью впился в него взглядом Амане.

– Ну не я же, – ехидно фыркнул Микаэль. Не сумев совладать с этим оскорблением, нанесенным в такой издевательской манере, Юу схватив обидчика за грудки, нанес ему удар по лицу.

– Юу! Прекрати немедленно! – крикнула Эрика, как раз вышедшая из кабинета. Испугавшись, Юичиро немедля отпустил Шиндо, схватившегося за и без того окровавленный нос и приглушенно зашипевшего.

– Зачем ты его ударил?! – стараясь быть строгой, мать схватила сына за руку и оттащила в сторону. – Юу, что с тобой? Нельзя драться. Никогда нельзя. Ох, – она закрыла лицо рукой. – Простите, пожалуйста, – обернувшись и виновато взглянув на высокого, хорошо сложенного мужчину, вышедшего следом за ней, произнесла она. – Он всегда такой спокойный. Я просто не понимаю, что на него нашло.

– Ничего страшного. Это же дети, тем более мальчишки. Мало ли что они не поделили, – усмехнулся он, однако в его глазах улыбки не было. Он скорее с сожалением взглянул на Микаэля, низко склонившего голову. Взяв мальчика за руку, мужчина повел его по коридору.

– Удачи, – сказал он матери Юу.

– Ты еще об этом пожалеешь, – сверкнул глазами Шиндо в сторону Юичиро, которого передернуло от досады, что он не может продолжить начатое. Вскоре Мика вместе с отцом скрылись с глаз.

– Юу, может ты сейчас объяснишь, почему меня вдруг вызвали в школу из-за драки? Что вы не поделили? – взволнованно и строго спросила мать, разумеется, не услышав угрозы златовласого мальчика, равно как и его родитель.

Уткнувшись взглядом в пол, Амане не отвечал на вопрос. Эрика тяжело вздохнула.

– Я надеялась, что ты вырос и такого как в саду больше не будет.

Юичиро и тут предпочел промолчать. Сказать в свое оправдание было нечего, и обещать матери, что он оставит попытки навредить Мике он также не мог.

– Пойдем домой. И дай слово, что такого больше не будет, – она взяла Юу за руку, так и не дождавшись его обещания.

Так миновал второй день обучения в одной школе Юичиро и Микаэля. А за ним были еще шесть лет учебы двух заклятых врагов в одном классе. Что касается сверстников, то Амане потребовалось еще несколько раз показать свою силу в стычках с противником, дабы отношение мальчишек смягчилось и они стали видеть в нем не сопливого неудачника, рожденного чтобы быть побитым Микой, а нечто достойное их уважения. Однако, учитывая, что тягаться с Микаэлем Юичиро было нелегко, удерживать свое положение ему было трудно вдвойне.

Вот в таком подобном воинственном ключе стали тянуться друг за другом школьные будни, разбавленные постоянными подножками, толчками, пинками и затрещинами. А периодические поистине крупные драки приводили двух мальчиков к состоянию полной несовместимости и вражды. Визиты родителей в школу стали обычным делом. С трудом удавалось уговаривать учителей не исключать детей из школы за непристойное поведение и почти ежедневные срывы уроков.

Поздняя весна. Мике и Юу 7 лет.

– Юу.

На переменке к Амане обернулся круглолицый парень. Оторвав взгляд от тетрадки, в которой он старательно выводил подобие самолета, Юу поднял на него глаза.

– А правда, что ты собираешься в школьную секцию футбола? – услыхав вопрос, на Юу с интересом покосились другие мальчишки.

– Угу, – кивнул Юичиро. – Это моя мечта, играть в команде и когда-нибудь выступить на национальном стадионе.

– Ого, здорово! – раздался одобрительный гул со всех сторон.

– Да, – Юу чуть склонил голову. «Я помню, как когда-то был на этом стадионе вместе со своим отцом. Помню, как нам было весело. Помню, как он рассказывал, что сам стремился покорить его. У него был такой воодушевленный взгляд, и, глядя на него, я будто сам наполнился его стремлением. Наверное, в тот момент я и заразился этой мечтой»

Невольная улыбка от теплых воспоминаний скользнула по его лицу. Обернувшись, Юу остановил взгляд на Микаэле. Тот сидел один за партой и играл телефоном. Потом Мика поднял взгляд на Юичиро. Несколько секунд длился безмолвный зрительный контакт, после чего Шиндо презрительно хмыкнул и, поднявшись с места, вышел из класса.

– С кем водится Шиндо?

Юу поглядел на ребят. Видимо не он один задавал себе этот вопрос, провожая глазами врага, выходящего из аудитории. Однако в силу своей неприязни к блондину, не позволял себе углубляться в подобные размышления.

– Вроде ни с кем, – ответил мальчик в круглых очках.

– Как ни с кем? Возле него же постоянно кто-то трется, – удивился другой. – Вот ты, Ибуки, сам недавно с ним ходил.

– Ага, но мы только за мелом ходили, нас учитель послал, – отозвался с соседнего ряда мальчишка, чье лицо было усыпано веснушками.

– А потом?

– А потом, он ушел.

– Куда?

– Не знаю, – пожал плечами Ибуки. – Он мне не сказал. Вообще помалкивал больше.

– Наверное, ему с тобой было скучно, – засмеялся кто-то из парней. – Кто с таким неряхой говорить захочет?

– Ахах, точно-точно! – зазвучал дружный мальчишеский смех, в то время как Ибуки недовольно скривился.

– А ты-то что? – он покосился на бросившего обидную реплику. – Тебя он тоже проигнорировал? Помню, как ты к нему в раздевалке с вопросами лез, а он тебя отшил.

– Ничего не отшил, он просто сказал, что ему нужно в класс.

– Это и есть, что называется отшил, – хмыкнул Ибуки.

– Да хватит уже о нем. Слушать противно! – прервал болтовню Юичиро и, закрыв тетрадь, попытался встать, но не тут то было. Встать со стула оказалось невозможно. Сколько бы Юу не дергался на месте, но подняться он никак не мог.

– Ты чего дергаешься? – осведомился паренек в очках.

– Не знаю, не могу встать, – конвульсивно дергаясь на месте, ответил Юу.

– Попробуй сильнее, – сказал мальчик и, став около Юичиро придержал стул, чтобы он не двигался, когда тот пытается подняться.

Юу послушал и, собрав все силы, резко вскочил на ноги. Послышался треск разрываемой ткани.

– Ой, перестарался, – послышался испуганный голос одноклассника, хотя и без него Амане понял, что произошло кое-что плохое.

«Черт, черт, что же делать?», прикрывая руками зияющую на седалище дыру, пока никто не заметил. Бросив взгляд на стул, он увидел приклеенный к нему клочок ткани с его брюк и трусов. В момент лицо залила краска.

– Я домой, – в панике выпалил он, схватив портфель и, прикрыв ним оголенное место, ринулся к двери.

– Я придумаю что-нибудь и скажу учителю, – крикнул ему вслед мальчишка.

Юу слышал смех девочек позади и был убежден, что они смеются именно над ним. Стыд охватил все его сознание. Хотелось провалиться сквозь землю. Он несся к двери из класса, моля чтобы никто не остановил его и он смог поскорее вернуться домой. Кто? Кто посмел сделать это?

Ответ на последний вопрос показался сам по себе. Стоило только Юичиро вылететь из класса, как он наткнулся на Микаэля. Тот, будто ожидая его появления, стоял, подпирая плечом стену, и, когда Амане выскочил, прикрывая оголенный зад портфелем, в его глазах промелькнул торжествующий злой огонек.

– Ты?! – устремил на него разъяренный взор Юичиро.

– Давай, разминайся, спортсмен, – хихикнув, Шиндо развернулся и направился прочь, махнув Юу рукой.

– МИКА! – Амане ринулся за ним, но тут вспомнил о своей маленькой, но весьма позорной проблеме и, решив, что отомстит за это Мике позже, поспешил домой, в душе проклиная ненавистного врага.

Когда разрываемый жаждой отмщения Юу на следующий день явился в школу, его всю дорогу смущали устремленные на него взгляды, смешки и перешептывания детей, из которых он улавливал фразы вроде – «это он», «ну точно он». То же самое было и в классе. Как только он возник на пороге, странная реакция одноклассников ввела его в ужасное смущение. Смех преследовал его и тут, и он знал почему. Вчерашний позор явно не остался незамеченным, теперь он был убежден в этом. Шагая как пришибленная собака между рядами парт, устремив стыдливый взор в пол, он добрался до своего места и тут увидел то, что повергло его в ужас. На парте лежала его собственная фотография с оголенным задом. Именно тот самый момент, когда он только вскочил со стула и еще не успел прикрыться. На мгновенье остолбенев, в следующую минуту он схватил фото со стола и скомкал. Дабы убедиться, что его больше никто не увидел, он прошел взглядом по классу и тут только он понял, почему его преследовал всеобщий смех. Оказывается, еще несколько таких фото были развешены по стенам, парочка висела на доске. Юу словно окаменел. Такого позора он уже давно не испытывал. Смех за спиной привлек его внимание. Несколько парней сбились в стайку и над чем-то смеялись. Когда Юу подошел ближе и заглянул им через плечо, ему захотелось, чтобы кто-то убил его на месте. Все что угодно лишь бы не испытывать такое унижение.

Как оказалось, одноклассники просматривали выложенное в соцсети видео, где один идиот демонстрирует свою филейную часть.

Сомнений в том, кто мог сделать это видео у Юу не возникло ни на миг и, устремив взор на последнюю парту, он отметил отсутствие вещей блондина.

– Где Шиндо?! – дрожа от стыда и негодования, Амане бросился к первому встречному однокласснику.

– Я его с утра не видел, – отозвался тот, а потом растянув губы в улыбке, произнес: – Юу, не знаю, че там произошло, но это самое прикольное видео, что я только видел. А ты у нас теперь звезда. О тебе все говорят.

Амане издал звук напоминающий тихий скулеж. Если все кругом смотрят это видео, тычут пальцами и смеются над ним, оставаться в классе все равно, что залезть в бочку со змеями. И не теряя ни минуты времени, чтобы не получить еще какого-нибудь более жесткого и насмешливого замечания от одноклассников, Юу был вынужден покинуть поле боя. Еще с неделю после этого злосчастного видео, он не появлялся в классе, взращивая в себе еще больше злости по отношению к Микаэлю, который, к слову, спокойно явился на второй урок и с довольной улыбкой, со стороны, наслаждался плодами проделанной работы. Эта школьная неделя, пока Юичиро отсутствовал, выдалась одной из его самых спокойных за минувший год.

Мике и Юу 9 лет

– Если мы и дальше будем драться в школе, нас исключат. А с твоими выдающимися талантами к учебе тебя больше ни в одну школу не примут.

– И что делать? – хмурит брови Амане, из-под лба взирая на провоцирующего его на драку своей наглой ложью блондина. Однако надо признать, с его уст слетает суровая истина, что и удерживает страстный порыв заставить его ответить за оскорбление. Юу не хочет огорчать мать заявлением, мол, меня отчислили из школы за драку, ведь ей и без того приходится волноваться из-за его постоянных конфликтов в школе.

– Предлагаю перенести все разъяснения за пределы школы. Драки только на нейтральной территории.

Юичиро нехотя пожимает протянутую Микой руку и тут же вскрикивает, отпрыгивая назад.

– Черт! Что это? – глядя на красную точку на ладони, он гневно косится на Мику, который молча, просто показывает ему ладонь правой руки, между пальцами которой сверкает длинное острие шипа.

– Ах ты, – Юу уже готов броситься на обидчика, но следующий текст Микаэля заставляет его воздержаться и начать слушать.

– Тебе лучше поторопиться. Шипы этого растения ужасно ядовиты. Их яд уже в твоей крови и если в ближайшие пять минут тебе не окажут соответствующую помощь, ты просто помрешь. Беги, Юу, – прищуривается Микаэль, растягивая губы в улыбке.

– А, э, ты… – Юу давится словами. Мысль о близкой кончине затмевает рассудок, он забывает даже о том, что хотел отыграться. Разворачиваясь, он сломя голову несется к школьному медпункту.

– Дурак, розу не узнал, – глядя ему, вслед фыркает Мика. – Это тебе за жвачку в моих волосах. – И разворачиваясь, идет в класс. А там, стоя у окна, с удовольствием, отраженным в уголках приподнятых вверх губ, наблюдает, как машина скорой помощи забирает одного из учеников на полное обследование с диагнозом – отравление неизвестным ядом.

– Ну всё, тебе конец, – ликующе восклицает Юичиро, когда после очередного удара, который Мика не сумел отразить, тот оказывается на земле. В довесок Юу ударяет его в район плеча. Согнувшийся пополам, Микаэль только сильнее морщится и приглушенно стонет, сквозь плотно стиснутые зубы, хватаясь за ушибленное место.

– Получил? Теперь будешь знать! – победоносно фыркает Амане и, утирая тыльной стороной ладони разбитую в хлам губу, удовлетворенный победой, уходит домой.

Следующим утром, когда Юу приходит в школу, место Шиндо пустует. Юу только ухмыляется, усаживаясь за парту. Ликование победы над врагом, не явившимся из страха на занятия, не имеет границ.

– Как в больнице? – разносится гул одноклассников, после того как учитель сообщает детям о случившемся.

– У него серьезная травма и некоторое время Мика будет отсутствовать, – проговаривая эти слова взгляд учителя устремлен в середину одного из рядов, за которым темноволосый мальчик с весьма внушительным синяком под глазом и ссадиной на губе, делает вид будто это его ни в коей мере не беспокоит.

– А что у него за травма? – осведомляется девочка с первой парты, поднимая руку.

– Перелом ключицы, – ответил преподаватель, опираясь на пояснение матери мальчика.

Еще одна волна сочувствия пронеслась по классу.

– Юу, – учитель обращается к взъерошенному ребенку. – Ты не знаешь, где Мика мог получить такую травму?

– Я за ним не слежу, – недовольно бросил Амане. И почему с такими вопросами всегда лезут именно к нему? Как будто Мика не мог травмироваться где-то еще, кроме как в драке с ним. А если и так, и это следствие вчерашнего, так он получил по заслугам.

Некоторых мальчишек и подмывает сказать, что вчера видели, как они сцепились по дороге домой, но они предпочитают держать язык за зубами и не мешать ведению военных действий между двумя конфликтующими лагерями, осколками борьбы которых может зацепить и их самих. Будучи осведомленным в позиции одноклассников, Юу совершенно уверен, что его никто не выдаст, значит можно отстаивать свою непричастность до самого конца. Однако учитель не пытается это сделать, он лишь сообщает, что кто-то из класса должен будет навестить товарища в больнице после уроков, и тем, кто составит ему компанию сегодня станет ни кто иной, как Амане Юичиро.

Услышав заявление, Юу невольно сжимается всем телом от досады, однако поспорить с решением учителя не может. Придется принимать судьбу, какой бы жестокой она не была.

– Юу, – к Амане оборачивается паренек с передней парты. – Не боишься, что Шиндо сдаст тебя учителю?

– Не сдаст, – с убежденностью, основанной на многолетнем знакомстве с Шиндо и его повадками, ответил Юичиро. Пожимая плечами, паренек отворачивается от него, в то время как Юу с недовольством глядит на учителя, наверняка нарочно уготовившему ему эту малоприятную участь встречи с врагом. Амане всегда знал – Мика сволочь, но не стукач. И существует большая разница в понимании этих вещей коалицией мальчишек.

Итак, идти навещать Мику… Хуже не придумаешь. Недовольный и смурной Юичиро лениво плетется позади учителя. Да лучше бы у него ноги отнялись и он идти не мог, чем сейчас топать навещать в больнице врага, который позавчера выставил его посмешищем перед всем классом. И то́лько Юу удалось поквитаться за свое унижение, он тут же все переигрывает, и снова Юу оказывается в роли виноватого, а Шиндо все жалеют и сочувствуют. Было бы неудивительно, если бы история со сломанной ключицей оказалась очередным враньем. Жалкой уловкой, на которые только и способен этот тип.

В здании госпиталя их встречает специфический неприятный запах лекарств, отталкивающий гнет белых стен и полупустынные коридоры. Юу изначально питает жуткую неприязнь к подобным местам. Даже посещение школьного медпункта само по себе испытание, на которое его то и дело обрекает одна раздражающая личность. Возможно, что именно частое посещение больничных стен привели к такому отторжению всего, что касается медицинских учреждений или же случаи, когда во время плановых инъекций в школе, Мика умудрялся пакостить.

Вместе с учителем они оказываются у нужной палаты. Дверь отворяется и из нее выходит женщина.

– Добрый день, – обращается к ней преподаватель. – Как Мика чувствует себя?

Юу не слушает ответ матери Шиндо, не желая ничего знать. Он просто стоит в стороне и ждет, когда можно будет уйти отсюда. Некое чувство зависти гложет его сердце, когда он смотрит на эту темноволосую женщину и вспоминает о ее муже, с которым они иногда вместе посещают кабинет директора. Чаще Мику забирает отец, реже мать, но еще реже – оба родителя выслушивают необнадеживающую правду о своем ребенке, после чего уводят его домой. При этом лицо Микаэля мрачнее мрачного, но Юу видит во всем этом только счастливую пару его семьи, уводящую сына домой. Амане только тяжело и мечтательно вздыхает, глядя им вслед, а потом переводит виноватый взор на свою собственную мать, и ее расстроенное его поведением лицо, кинжалом пронзает любящее сердце мальчика.

– Мы пришли проведать его. Можно? – Юу возвращается к реальности, ненадолго отступив от нее в свои грезы.

– Конечно, он будет рад, – кивнула женщина и отворила дверь палаты. – Проходите, – жестом пригласила она. – Мика, к тебе гости, – с улыбкой сообщила женщина. – Оставляю тебя с ними.

Микаэль сидит в постели. Его левое плечо и рука перебинтованы и зафиксированы специальными ремнями. Устремляя взор на гостей, Шиндо вмиг меняется в лице. Примечая топчущегося в коридоре Амане, его взгляд на мгновенье наполняется ожесточением. Входя в палату, Юу смеряет одноклассника презрительным взглядом. Он все еще считает, что это игра. Пока учитель справляется о самочувствии Мики, о том, как он тут и тому подобном, Юичиро стоит в стороне, глядя на что угодно, но только не на пациента. Когда преподаватель покидает палату, оставляя их наедине, воцарившуюся тишину нарушает насмешливый голос:

– Ну и чего ты притащился?

Юу поднимает напряженный взгляд на Мику.

– Заставили, – буркнул Амане. – Если бы не учитель, я бы в жизни сюда не пришел.

– Чтоб его, – прошипел Микаэль, отводя взгляд в сторону. – Теперь мне, благодаря ему, придется видеть твою тухлую физиономию тут каждый день.

– Я не собираюсь ходить сюда больше, – огрызнулся Юичиро. – Это был первый и последний раз. Больше я порог этой комнаты в жизни не переступлю. Не хватало мне еще навещать всяких симулянтов!

Мика с непониманием поглядел на него.

– Кончай придуриваться. Думаешь, я поверю в это, – Юу указала на забинтованную руку Шиндо. – Если ты провел родителей и учителей, то меня – нет. Я тебя насквозь вижу.

– Вот как? – сузил глаза Микаэль и его губы растянулись в ироничной улыбке. – А ты еще больший болван, чем я мог себе представить.

– Чего? – взвился Юу.

– Ничего. Просто знай, что я тебе этого так не оставлю, – добродушно сообщил Шиндо, облокачиваясь спиной на подушку и расслабляясь. – Когда выйду отсюда, у тебя ни одной целой кости не останется.

– Угрожаешь?! Да ты слабак, тебя толкни разок, уже падаешь! – прорычал Амане, окидывая хрупкое и слабое на вид тело. Сам он тоже не отличался здоровым и крепким телосложением, но все же в изящности уступал Микаэлю.

– И все равно ты свое получишь, – дразнящая интонация, самоуверенный колкий взгляд, который выражает презрение к его персоне, не может оставить Юу равнодушным.

– Черт, бесишь! – он кидается к Микаэлю, но в этот момент дверь отъезжает в сторону.

– Амане! Немедленно прекрати! – кричит преподаватель и Юу снова вынужден сдерживаться. – Никаких драк в больнице! Ты пришел навестить товарища, а не окончательно искалечить его. Имей хоть каплю сострадания.

– Так он ведь, – попытался оправдаться Юу.

– Прекрати это, – строго взглянул на него мужчина, а потом обратился к нахмурившемуся Шиндо. – Мика, что ты ему сказал?

Белокурый мальчик не отвечал, сколько не задавай ему вопросы. Допытываться у обоих о причине их столкновения было совершенно бессмысленно. Никто никогда не давал разъяснений, а посему привести их к мирному соглашению друг с другом не представлялось возможным, даже применяя стандартные методы, один из которых – оставить двух врагов в одном помещении, которые если не убьют друг друга, то обязательно помирятся. Однако Мика и Юу по сей день не желали идти к примирению, предпочитая оставаться в позиции «уж лучше смерть, чем я буду дружить с этим». И сегодняшний день был ничем не отличим от предыдущих. Те же синяки, те же размолвки, те же побои, та же крепкая, стойкая ненависть к сопернику, что и три года назад.