С любовью, Вадик!
- -
- 100%
- +
Оказалось, что хозяин того частного старого домика – Толик, который тоже приехал с горой друзей на дачу под новый год. Лёнька с Ланкой, пока я спал, решили сгонять до магазина, потому что, видите ли, вину передо мной почувствовали за то, что ничего мне из еды не оставили. В «Маяке» встретили этого Тольку с ещё парой пацанов, ну и разговорились. Тем как раз хотелось ещё больше компанию насобирать, вот Лёнька с Ланой и согласились. Келлер вообще сказал, что они тут местные и всё знают. Зачем? Не понятно.
Их пригласили в этот самый домик к пяти часам. Лёнька, конечно же, сразу «загорелся» идеей сходить и готов был даже сразу пойти, всё бросить, но Ловенецкая так просто пойти ему не дала. Сказала, мол, надо макароны сварить, да котлеты пожарить. Сами они там ужинать собирались, а мне оставить решили. Я, конечно, задал вопрос: почему меня не взяли с собой? Но ребята нашли отговорку: «ты спал.»
Это всё они мне рассказали утром. Я, как истинный хозяин дачи, встал в семь часов, растопил печь, хотя так давно этого не делал, растопил баньку и пожарил себе яичницу. А они пусть вчерашние макароны едят, я их всё равно не трогал. Ну а потом до «Маяка» сгонял, пока они тоже ещё спали, купил хлеба, молока, по мелочи всяких сладостей, к чаю. По пути позвонил Ире. Она, оказывается, тоже не спала уже – бабушке помогала. Полы мыла, а Мишке бабулька отдохнуть дала, ведь они там всё продумали, мол, Журавлёв дяде Коле что-то там ремонтировать помогал и каким-то инструментом ударился, отчего и фингал нарисовался. В общем, он ей тоже всё рассказал, как на самом деле было, и как он попал к этим отморозкам.
Оказалось, что Миша всё-таки отправился после моих слов на поиски Лёни с Ланой, побрёл не пойми куда сначала. А потом додумался Келлеру позвонить. Тот уже весь на эмоциях дал ему точный адрес, и Журавлёв притащился к ним. Они там что-то спорить начали, вот этот хозяин дома-то и стал накидываться на Михайло, да в помощь ещё одного такого же накачанного паренька взял. Они и сделали Мишке «красивый рисунок» на личике.
Вот такие вот у нас с Иркой друзья. А она, кстати, смелая такая. Не испугалась ради друга в чужой дом заявиться, да и вообще не лень же ей было по посёлку разгуливать? Я бы, наверное, ради Келлера с Ловенецкой так не смог…
Короче, дали нам они вчера жару…
После обеда мне в голову вдруг пришла такая мысль, что нам можно сходить покататься на лыжах в лес. Тело, так сказать, размять. Лёнчик сначала мялся, но всё-таки согласился. Ланка во всём поддерживала парня. Я сходил посмотрел, «живы» ли мои лыжи в сарае, оказалось, что всё-таки «живы».
В зимнем заснеженном лесу было очень сказочно и красиво. Надо было фотик брать, всю эту красоту завпечатлить. На телефоне памяти нет уже. Я на лыжах каждую зиму в школе на физкультуре гоняю, раньше, в классе шестом-пятом даже места призовые занимал. Сейчас ленюсь. Да и не моё это, наверно. Я больше гуманитарий, который вечно любит «тонуть» в море стихотворений и всяких поэтических штучках.
Лёнька укатил от нас с Ланой дальше на полкилометра, наверное. А мы с Ловенецкой шли наравне друг с другом. Она особо кататься не хотела, но всё это делала ради того, чтоб хорошо и весело было Лёньке, вот как она его любит. Ребята встречаются уже где-то полтора года, и я до сих пор удивляюсь, как кто-то так надолго смог удержаться возле Келлера? Когда у них с Ланкой это всё только начиналось, я даже помню говорил ему: «Это опять твоя очередная пассия, с которой вы повстречаетесь месяц, и она тебя бросит.» Мы даже тогда спорили, ставки ставили. Я, не раздумывая, сказал, что не больше месяца он с ней пробудет. Потому что, зная Лёнькиных бывших – именно так и было. А он сказал, что это у них навсегда. Что ж, надеюсь так и будет. Они друг другу подходят, пара хорошая. Я даже стихотворение один раз про них сочинил…
Любите тех, с кем хочется проснуться,
Молчать, обнявшись, в комнате пустой!
Любите, когда хочется коснуться,
До сердца – сердцем, до руки – рукой!
Любите тех, кто вас в минуту грусти,
Обнимет, пожалеет! Не предаст!
И если все на свете отвернутся, -
Всегда вам руку помощи подаст!!!
Любите тех, кто любит и не ранит,
Не обижает глупо, невпопад!
Любите тех, кто, все изъяны зная,
Быть рядом с вами несказанно рад!
Любите тех, кому нет страха верить,
С кем хорошо и просто, без затей!
Любовь и страсть, увы, нельзя измерить!
Любите тех, с кем хочется детей!
Любите тех, которые как воздух,
Как солнце, иль, как в засуху вода!
За поцелуи! Ласки! Несвободу!
Любите тех, кто с вами навсегда!
Нарушив тишину, Лана вдруг спросила меня:
– Ты чего Иру не позвал?
Она так хитро улыбалась, что я даже сам выдавил неловкую улыбку и проговорил ей в ответ:
– А должен был?
– Ну я думала у вас уже шуры-муры. Вы же так друг на друга смотрите.
– Ой, Ловенецкая, я тебя умоляю, ты просто перечитала этих своих любовных романов. В жизни всё немного по-другому.
– Посмотрим, – опять также улыбнулась она. – Потом ты мне ещё скажешь, что я была права.
Сзади к нам «подлетел» восторженный Келлер. Как он оказался сзади – я так и не понял. Опять нашёл где-то проход.
– Там твоя эта Ирка! И какой-то паренёк с ней, вроде не Мишка, – произнёс Лёнька, указывая лыжной палкой куда-то влево.
Я только нахмурился и сказал:
– И чё теперь? Пусть гуляет.
Друг и его девушка явно увидели, что я разозлился. Ну а что? Для чего было сначала со мной флиртовать, даже не сказав, что у неё в этой деревни парень есть. Я ещё, как дебил, к её бабушке в дом припёрся. Бедная бабушка… Как ей, наверно, неловко было. Подумала, что её внучка с тем парнем рассталась.
– Винник… Ты разобраться не хочешь? Типа случайно тут оказался? – предложил друг.
– А на фига?
– Пусть ей неловко станет, м?
– Да не буду я ни с кем разбираться, – я только буркнул ему в ответ, собираясь ехать дальше.
– Не хочешь, как хочешь, я справлюсь сам, – сказал Лёня и поехал в сторону нашей новой знакомой.
– Ты придурок?! – только крикнул я ему вслед. – Ты дебил? Что ты ей сказать собираешься?
– Что надо, то и скажу!
Мне кажется, наши крики слышала и сама Ирка, и её этот ухажёр. Пришлось ехать за Келлером. Иначе он там такого напридумывает, что уже не отвертишься потом. Ехали прямо через сугробы, чтоб те быстро не угнали. Хотя в принципе они и не старались убежать, шли спокойным, медленным шагом, гуляли.
– Вот что ты делаешь, Келлер? – запыхавшись, проговорил я, когда догнал друга.
– Я спасаю тебя. Ты там уже надежды на неё строил, а она вот так. Беспардонно!
– Я никаких надежд строить не собирался, придурок. Поехали назад?
Хотя самому уже хотелось взглянуть этому дебилу в глаза.
– Если я поехал, то я уже назад не развернусь, – упрямо пробубнил Лёня.
– Нас Ланка потом потеряет, – пытался отговорить я.
– Не потеряет, мы рядышком.
Поняв, что уговаривать друга бесполезно, собрался с силами и с серьёзной рожей подъехал первым к сладкой парочке.
– Привет! Гуляем? – старался быть невозмутимым.
– О, Вадим, ты тоже на лыжах? Привет! – улыбчиво произнесла Ира. Я даже чуть ей в ответ не улыбнулся, как у неё это так красиво получается?
Сразу за мной подъехал Лёнька.
– О, Лёнь, и тебе привет! – улыбнулась Келлеру Ира.
Парень, который был с ней, оказался таким щуплым уродцем, что я чуть не уехал обратно, лишь бы не видеть его рожу. На голове была одета какая-то старомодная шапка с тоненьким бумбоном, а куртка вся была какой-то рваной. Сам он стоял и, будто предъявлял нам какие-то претензии. Мол, откуда вы с моей девушкой знакомы.
– Здрасьте, здрасьте, – ответил ей Келлер. А затем обратился к тому пареньку: – А вас как зовут, можно узнать?
– Да, конечно. Ребята, знакомьтесь – это Эдик, – представила нам его Ирка. А он до сих пор стоял как вкопанный и рассматривал нас с другом. – Эдик, а это Вадим и Лёня.
– Приятно познакомиться, – буркнул Келлер. – А можно узнать, Ир, давно вы с ним в отношениях?
Мне даже стало немного стыдно за выражения Лёньки. Но друг был настроен решительно.
– Это мой сосед, вы чего? Внук дяди Коли. Помнишь, Вадик, я тебе его дом показывала, когда Мишку искали?
– Ах сосед… – как-то грустно проговорил Лёня. А потом покосился на меня: – Ну приятно познакомиться, сосед.
– Мы уже домой собирались, не хотите на чай? К бабушке, – предложила Лисицына.
– Сходи, Лёнь, развейся, к тому же там Михыч, наверно, – сказал я другу, даже не смотря в сторону Иры. Всё-таки меня охватила небольшая обида, особенно раздражал пронизывающий взгляд этого Эдика.
– Вадим, а ты что не хочешь? – спросила меня Лисицына, а я так и не повернул голову к ней.
– Винник ревнует, – усмехнулся Келлер, хотя сам пару минут назад ещё больше меня паниковал. – А я с радостью на чай схожу. Только Ланку свою прихвачу!
Тот щуплый даже заулыбался от вечно позитивного Лёнчика. А я развернулся и поехал туда, где мы спокойно и размеренно гуляли до этой нелепой встречи.
Я впервые надеялся, что кому-то понравился. Ведь и Ира мне тоже симпатична. Но всегда находится кто-то, кто испортит весь мой продуманный любовный сценарий… Я, как девчонка, которая любовных романов перечитала, а ещё что-то Ланке про это говорил. Пора смириться с тем, что никому я ещё никогда по-настоящему не нравился…
Я шел по городу с улыбкой,
Давясь холодной шаурмой.
Я точно был твоей ошибкой,
А ты моей, о ангел мой.
… От любви остаются стихи
И на сердце глубокие шрамы.
Как сгорают в огне мотыльки,
Так и люди внутри выгорают.
От любви остаются стихи -
Чёрным пеплом по белому чувства,
Словно крики распятой души
Перед богом, на грани безумства.
От любви остаются стихи
И красивых иллюзий осколки…
Снова к свету летят мотыльки,
Снова штопает сердце иголка.
Я только оглянулся, когда уходил с того места. Но за мной никто не шёл. Видимо, и вправду нужно меньше о любви думать.
9 глава
Ира
Честно признаться, я не поняла реакцию Вадима на Эдика. Я знаю Петрова с «детскосадовского» возраста, и он не казался мне даже ни чуточку симпатичным, а Винник что-то себе надумал. И даже, мне показалось, обиделся.
Я встретилась с Эдиком случайно, когда вышла занести дрова в дом, ведь Мишка у нас был весь побитый, то, сё, и бабушка его совсем не хотела напрягать. Зато меня – родную внучку, можно. Эдик с дядей Колей, как раз в лес шли, на лыжах собирались кататься. Меня в огороде увидели и окликнули. Дядя Коля сказал, что ему сейчас крайне некогда, а внуку покататься охота, вот он и предложил мне вместе с Эдькой сходить в лес, лыжи свои дал.
Я, конечно, давно не общалась с Петровым, уже года три, наверное, мы не виделись. Мы с Мишкой в одно время приезжали, а Эдик в другое. Поэтому, мне так захотелось пообщаться со «старым» знакомым. Особенно, когда вдруг совершенно случайно удалась такая возможность.
Внука дяди Коли я никогда не считала каким-то симпатичным или привлекательным парнем, но сейчас он заметно изменился за эти три года. Вырос сантиметров на пятнадцать, наверное, под метр семьдесят пять. Стал более мускулистый, причёску модную себе сварганил. Короче, преобразился. Но меня всё равно, кроме интересной внешности, в нём больше особо ничего не интересовало.
Вечером дома, пока бабушка с Мишкой на весь дом обсуждали какого-то там актёра из детективного сериала, я сидела на кухне и решила зайти на профиль к тому стихотворцу. А ведь теперь я знаю, что это Вадик.
Ты не считай друзей на пересчет!
Не тот твой друг, кем любопытство движет,
а тот, кто с радостью с тобой разделит взлёт…
и кто в беде… твой тихий плач… услышит…
«Это я о своём друге… Которому обычно на меня просто-напросто наплевать! Он не делает ничего, чтобы укрепить нашу дружбу, а только рушит её.»
«Вот уже завтра тридцатое декабря, а я не чувствую нового года!»
Я читала блог Винника и вытирала с глаз потёкшие слёзы. Ему явно не хватает Лёньки. Ему просто не хватает друга, с которым бы он смог разделить все свои проблемы, да и радости тоже. А мне бы не хотелось, чтобы у Вадима не было настроения на самый главный праздник в году. Я уже чуточку привязалась к Вадику, что кажется нас связывает какая-то невидимая нить… А может я просто много мечтаю… Чем мы с ним очень похожи.
Человеку нужен человек,
чтобы пить с ним горьковaтый кофе,
остaвaться рядом нa ночлег,
и интересовaться о здоровье.
чтобы улыбaться просто тaк,
чтоб нa сердце стaло потеплее,
чтобы волновaться, тaм сквозняк,
одевaй-кa тaпочки скорее.
человеку нужен человек,
позвонить, послушaть его голос:
"a у нaс сегодня выпaл снег.
кaк ты без меня тaм? Беспокоюсь!"
чтобы был приятель, друг, сосед,
и еще сопящaя под боком,
без которой счaстья в жизни нет,
без которой очень одиноко.
«Я любил. Я любил, а мной всегда играли… Точка. Напишу в новом году. Когда ощущу любовь вновь…»
В конце конов я совсем расплакалась от душеных и очень грустных высказываний в блоге Винника. Откуда он этому научился, и кто поспособствовал тому, чтоб он так выражался? Мне дико жаль Вадима. Сейчас мне хотелось только одного: подойти и крепко обнять его. Но дело в том, что уже восемь вечера.
***
Сказала бабушке, что прогуляюсь до дяди Коли с Эдиком, поиграю с ними в шашки, всё равно обсуждать актёров для меня занятие скучное и бессмысленное. А на самом деле вышла на свежий воздух и написала Вадиму. ВКонтакте. Он ответил тут же, будто очень ждал. Надеюсь, бабушке не взбредёт в голову позвонить дяде Коле и проверить, там ли я на самом деле или нет.
Вадим: «Я дома. Валяюсь на диване, ничё не делаю. Келлер с Ланкой в карты играют.»
А я-то знаю, чем он там на самом деле занимается. И почему Вадим скрывает своё хобби? Писать стихи – это же то ещё искусство!
Я: «Прогуляться не хочешь?)»
Вадим: «Не знаю».
Я: «Если хочешь – выходи, я только вышла из дома».
Ответа нет. Но он сразу прочитал это сообщение. Типа молчание – знак согласия? Мне кажется, Винник дуется на меня из-за ситуации с Эдиком. Хотя ему, наверное, вообще пофиг, а я просто выдумываю.
Вадим: «Подойду к «Маяку».
Он написал, а у меня от этого сообщения с положительным ответом даже бабочки в животе вспорхнули. Не знаю, почему я так радуюсь его сообщениям. И что на меня влияет…
Я узнала его походку уже, стоя у супермаркета. Стояла и переминалась с ноги на ногу, чтобы не замёрзнуть. Надеюсь, что в новогоднюю ночь будет не такой мороз. Хотя что мне волноваться, я всё равно выйду посмотрю салюты и в пол первого лягу спать.
– Привет, – первым поздоровался Вадик. – Долго я?
– Да нет, нормально. Надо было мне к тебе навстречу идти, а то стоять холодно.
– Надо было. Чего ж не пошла?
– Не знаю. Куда пойдём?
– Эх, было бы здесь куда сходить… – призадумался парень. – Может просто по главной погуляем?
– Пойдём… До знака «Никитино» сходим.
Мы шли навстречу падающему снегу, который «щипал» глаза. Мороз отступает, на его смену пришла метель. Шли молча, изредка поглядывая друг на друга. Казалось, что эта тишина между нами будет вечной, но Вадим всё же решился начать разговор первым:
– Эдик не будет ревновать, если узнает, что мы с тобой гуляли? – усмехнувшись, спросил он.
Я с недоумением посмотрела на него.
– Ну просто щас вообще не до драк… Или ему всё равно, что ты общаешься с другими парнями?
– А почему Эдик должен ревновать?
– Ну как… Я бы свою девушку, наверное, ревновал. Боялся потерять…
– А я него его девушка, – всё же улыбнулась я, хотя так долго старалась держать эмоции в себе.
– Ха-ха, смешно! – саркастично засмеялся Вадик. – Что из этого делать тайну? Будто и так неясно.
Он продолжил идти навстречу непрекращающемуся снегу, а я молча остановилась, смотря на его красивый профиль.
– Вадим… Ты ошибаешься, – тихо сказала я.
– Разве? – обернулся он, но всё равно продолжал идти вперёд.
– Вадим… Ты мне нравишься… – смущённо сказала я, подняв глаза на тёмное небо.
Он продолжал идти и даже не оглядывался. Казалось, даже ускорил шаг. Если бы мне вот так вот резко признались в симпатии, я бы, наверное, сошла с ума. Такого мне ещё никогда не говорили, правда… Я продолжала наблюдать за его красивой грациозной походкой и улыбалась от счастья. Вот-вот мы подойдём к тому самому знаку с надписью «Никитино», в самое начало деревни. А дальше ему уже будет некуда идти и придётся посмотреть в мои глаза. Я вдруг вспомнила стих, его стих, который выучила наизусть. Один единственный, который мне больше всего понравился. И сейчас он звучал в моей голове…
Говорят, что о чувствах не нужно кричать,
Но бывает ведь так, что не можешь молчать.
А как выразить всё, что бушует внутри?
Всё увидишь сама – лишь в глаза посмотри.
Если буквы считать, то их в слове лишь шесть,
А оттенков эмоций у слова не счесть.
Произносят его очень часто, но я
Сделал всё, чтоб душа ощущала твоя.
То, что значит оно для тебя и меня.
И пускай, колокольчиком в сердце звеня,
Они дарят нам свет и нас радуют вновь,
Эти шесть нежных букв… Это слово «любовь»!
Вадим обернулся спустя какое-то время, когда до знака с названием нашей деревни оставался метр.
– Это правда?
Его глаза прямо сияли. Сияли каким-то незнакомым блеском, от которого мои засияли в ответ.
– Правда, – улыбнулась я, побоявшись подойти ближе. – Ты мне понравился сразу.
– И хочешь сказать этот Эдик типа не твой парень? – Винник смотрел куда-то в пустоту.
– Хочу сказать, что не мой. Мы с Петровым друзья детства, также, как и с Мишкой, просто щас так получилось, что мы только вдвоём пошли в лес.
– Вау, ну ты даёшь, Ира, – засмеялся Вадим.
– В смысле?
– Всё своё детство проводила с пацанами.
– А я что виновата, что у меня с девчонками дружить не получается, – улыбнулась я со смущением, а он так смотрел на меня… – Почему ты так смотришь?
– Как?
– Как-то интересно…
– Как интересно?
– Объяснить не могу.
– А я не могу поверить…
– Во что?
– В то, что нравлюсь тебе.
– У тебя душевные стихи…
– А ты это откуда знаешь? – он сразу же убрал эту милую улыбку с лица и, скорее всего, испугался.
– Честно? Когда мы ехали в поезде, я увидела твою тетрадку… И… Подсмотрела, что там.
– Серьёзно? – удивился парень. – Ну ты и проныра, конечно, Лисицына. Я думал, ты вся такая скромная, в чужой карман не полезешь.
– Вадим, почему ты никому о своём хобби не рассказываешь?
– А зачем?
– Потому что так красиво писать – это прекрасно! Нужно куда-то это отправить. Давай ты поговоришь с издательством? Какие там сейчас популярные?
– Да зачем мне это всё, Ир? Я же для себя пишу, для души.
– А про кого ты пишешь? Ты в кого-то влюблён?
– Есть одна муза…
10 глава
Вадим
Я чуть не выдал ей свой секрет, который почему-то сразу раскрывать не хотелось. Ира тоже мне нравилась, но я бы не хотел, чтобы она думала, что я просто проявил симпатию в ответ, чтобы её не обидеть. Мне кажется, я влюбился в неё давно, будто знал её уже с самых первых лет своей жизни. Но так боялся в этом признаться, почему-то…
В тот вечер мы прошатались по деревне ещё около часа, пока совсем не замёрзли. В полдесятого разошлись по домам. Я шёл, смотрел на свои следы и думал, как мне обо всём ей рассказать.
Завтра – тридцать первое декабря, не хотелось бы оставлять в прошедшем году какие-то тайны. Но и рассказать я тоже не решался. Что-то останавливало… А ведь она теперь думает, что её симпатия не взаимна. Не знаю, сколько я ещё смогу продержаться.
В двенадцать часов следующего дня я выложил новое стихотворение в свой блог, которое написал сегодня ночью.
Прощай любовь! привет желаньям!
Я так мечтал с тобою быть.
И воздух больше мне не важен, ведь не смогу с тобою плыть.
Ты теплый лучик красоты, Богиня жизненной степи, глухая боль по мне проходит и в хмуром сердце камень тонет…
Прощай любовь в слезах тянущих,
В болоте черствой синевы.
И в океан судьбой по гуще,
Во мраке ночи и грозы
Любовь моя не слишком громко,
Стучит в груди твоей сейчас,
Но я один , один во мраке.
Надежды свет во мне угас…. (Mike Shinoda)
Если Ирка обо всём знает, то она, наверняка, подписана на мой блог. А подписчиков у меня не так много, значит найти её профиль не составит труда. Если она, конечно, туда что-то выкладывает.
Узнал я её страничку по аватарке, на которой была изображена красивая девушка с выразительными чертами лица и длиннющими огненно-рыжими волосами, которые были ей по пояс. Там она искренне улыбалась, даже смеялась, радуясь жизни. Иру смело можно назвать жизнерадостным человеком, это видно сразу. Хотя… Встретив её в первый раз на вокзале, я так не подумал.
Профиль был закрыт. Но написано, что публикаций триста пятьдесят. Значит, фотографироваться это девчонка любит. И много. Даже у меня блог со стихотворениями, а публикаций всего сто с небольшим, в основном я всё выкладываю в истории. Там обычно люди активничают больше.
Заявку на подписку подавать сначала не стал, а потом всё-таки решился. Думаю, она примет.
…Вечером тридцать первого, часов в восемь, Лёньке приспичило поехать и протестировать, работает ли старая тачка, которая стоит здесь, на даче, в гараже. Ей уже лет двадцать, ещё дедушка мой водил. Я, конечно, поначалу был против затеи друга, но потом самого меня взял азарт и захотелось чего-то весёленького. Ланка, конечно же, поплелась за нами. Она никуда, ни ногой без своего парня.
На улице сейчас, как мы думаем, будет немного народу. Все, наверно, сидят и готовятся к празднику, до которого, между прочим, осталось всего четыре часа. А мы тут с каким-то старым драндулетом возимся. Продукты куплены, Ловенецкая даже какой-то салат сварганила, мы с Келлером пожарили шашлыки, как смогли. В общем, фундамент новогоднего стола есть.
Лёнька очень долго разбирался с двигателем и никак не мог завести машину. Я даже помогать не стал. Мне было всё равно. Заведётся так заведётся, нет – значит нет. Посидим дома, возле тёплой печи, послушаем Баскова с Киркоровым, которые сейчас «захватили» все телеканалы, дождёмся двенадцати часов, поиграем ночью в картишки и часа в три завалимся спать.
Но Лёнька всё-таки смог завести драндулет, и вот мы уже ехали по тёмной безлюдной улице под музыку, которую моему другу тоже удалось включить на полу-поломанном дисплее.
– У-у-у-ух, Винник, ты ощущаешь это?! – кричал он на всю катушку, прибавив скорость. Ланка на заднем сиденье охала и ахала от выброса адреналина.
Я промолчал, только довольно улыбнулся, смотря в окно.
Наша деревня длинная. А главное – через каждые пять метров фонари горят. Очень хорошее освещение для водителей. И очень удобное. Мы катались по главной, где ещё сутки назад гуляли с Иркой. Выехали за деревню и направились в сторону леса. Там уже было темно, и фонари, естественно, в лесу не горели. Ланка испугалась темноты, а Келлер принялся пугать девушку. Я только ржал вполголоса.
Мы остановились у старой сосны, не заезжая в сам лес, потому что там вся дорога была в сугробах снега, заметена после ночной метели. Вышли из драндулета, чтоб подышать свежим воздухом и проводить старый год. Я обтёр лицо холодным снегом и поёжился. Пока сладкая парочка выясняла между собой отношения, я отошёл в сторону и заглянул в свой смартфон. У меня высветились два уведомления. Первое – «Лисичка» приняла ваш запрос на подписку. А второе – «С наступающим!» от неё же.