- -
- 100%
- +
Аннотация
Попав в прошлое, так и хочется изменить его в лучшую, по своему разумению, естественно, сторону. При этом в голове, словно давно готовился к заброске, куча полезных сведений от ядерного реактора до лунного трактора, готовность сделать всё и даже больше ради великой цели. Но есть маленькая проблема – ты ещё даже не родился! Да и, появившись на свет, ещё не скоро сможешь приступить к реализации смелых задумок. Но ждать и догонять – не наш выбор, мы будем делать то, что можем, там, где мы есть, с тем, что дала природа и… немного магии.обро пожаловать в СССР 60-х, малыш! Тебя ждут великие дела, но для начала нужно подрасти!
Жизнь только начинается
Вторник, 30.12.2025, Москва.
Предновогодняя суета захватила и меня, хотя, если честно, праздновать особо не собирался. Не было желания. Да и не с кем. Позвонил Фёдору – старший сын – дежурные вопросы «Как дела? Как здоровье?» и не менее дежурные ответы «Жив-здоров! Подарки отправил на твой счёт, раздашь своим сам в Новый год!». Такое ощущение, будто сын занят чем-то крайне важным, чтобы впустую тратить время на телефонные разговоры. Спасибо, прозвучавшее, как пока и гудки в трубке. Это нормально? В нашей семье да.
То же самое и с Дашкой – дочка, в чём-то похожая на мать. Не внешностью, повадками прирождённой хищницы, постоянно просчитывающей варианты извлечения выгоды из всего, что её окружает, невзирая на степень родства. Несмотря на молодость, тридцати ещё нет, за спиной два замужества, ни одного ребёнка, зато собственная квартира в центре и неплохой счёт в банке. Самое весёлое, оба её бывших абсолютно уверенны, что вся вина за развод лежит на них, поэтому даже не пытались поделить имущество.
Слава богу, деньги решают многие проблемы. Цинично, но, брось хищнику кусок мяса, и он на какое-то время перестанет тебя замечать. Так и с детьми. Моими детьми. Была семья, точнее, я так считал, что у меня есть семья, но жили мы не просто в разных плоскостях, а в двух несоприкасающихся реальностях.
В последнее время всё чаще посещают странные мысли – смог бы я стать богатым и успешным, не сдуйся проект «Советский Союз»? Если бы история пошла по иному пути, если бы Политбюро, состоявшее из полутрупов и циничных карьеристов, не создавало преград на пути к коммунизму, а искало пути его достижения? Если бы на смену Брежневу пришёл кто угодно, но не Горбачёв, продавший Союз и продавшийся сам американцам с потрохами? И ещё куча «если бы», не имеющих отношения к реальности. История не терпит сослагательного наклонения, она застыла, как муха в янтаре времени, и мы можем лишь судачить о ней, фантазируя, вот бы…
Если бы, да кабы, то в носу б грибы росли. Если бы у бабушки были яйца, она бы была дедушкой! Кто ты в сравнении с теми исполинами, что создавали историю? Да, они тебе не нравятся, ты бы поступил иначе, ты бы сделал так, чтобы Союз жил и развивался на зависть всему миру, стал передовой державой и построил коммунизм на одной шестой части суши. Хотя, как профессионал, я понимаю, не владея всей информацией, нельзя строить проекты будущего.
Сейчас архивы открыты, читай, учись, думай, но есть одна тонкость – историю пишут победители, поэтому за любой исторической личностью тянется шлейф образов, устраивающих ту или иную коалицию во власти. То он победитель и спаситель, то тиран и кровавый диктатор, то никто и звать его никак. Школьник, вступающий в жизнь, видит историю такой, какой её нарисуют к его времени, и отношение его к конкретной исторической личности будет именно таким, как в учебнике, потому что собственного мнения у него нет. А думать он должен так, как это удобно и выгодно стоящим у власти, иначе страной вообще сложно управлять.
Но так хочется сесть в машину времени, вдарить по педалям, отправиться к первоисточникам и развернуть телегу истории оглоблями в сторону светлого будущего, невзирая на нежелание власти и сопротивление оболваненного народа. Принудительно, насильно, ломая через колено, как в 1917-м! А сможешь, Лёха? Не надорвёшься? Не думаешь, что можешь остаться в памяти неблагодарных потомков таким же кровавым тираном, как все, канувшие в Лету до тебя? Вот этого и боюсь.
Ворчу, как старый дед! Хотя а кто я, если уже седьмой десяток пять лет тому назад разменял? В душе до сих пор молодой, словно и не было всех этих лет, событий, людей. Но зеркало врать не будет – дед, старый пень, отжил, отдай всё детям и на кладбище! Но нет уж, дудки, придётся вам, родственнички дорогие, потерпеть немного, у меня большие планы на эту жизнь!
Есть у меня радость на старости лет – Настенька! Нет, не любовница! Просто тёплый свет для души, сокровище моё тайное, скрытое от всех, тайна за семью печатями. Не с моей работой светить таким знакомством: найдут слабое место, обязательно в него ударят, чтобы заставить смягчить условия договора, решить именно их проблему без очереди или, что тоже вероятно, отказаться от уже взятого контракта. Не хочу, чтобы она и её дочка однажды стали заложниками и пострадали.
Это произошло весной прошлого года. Познакомились неожиданно и абсурдно – я чуть не задавил её, когда она переходила дорогу на пешеходном переходе. Ей горел красный свет, но это ведь женщина – шла, погружённая в какие-то свои внутренние разговоры, не обращая внимания на мелочи жизни вроде светофоров. А тут катит хозяин жизни на крутом Мерседесе, рядом на сидении портфель с гонораром от удачно завершённой сделки, пакет с дорогим бухлом и адреналин в мозгах, от желания отметить шумно это событие.
До последнего не верил, что она ступит на дорогу, толкая впереди себя коляску. Свет. Ведь. Красный. Вдавил тормоза резко, подумал, продавлю пол, мысленно готовясь к самому страшному. Представив, как сметаю с пешеходного перехода девицу и коляску, превращая всё это в кровавое месиво. Душа не улетела в пятки, а напряглась, как струна, расползлась по машине, вцепилась в неё, пытаясь помочь тормозам. Сердце замерло, пропали звуки, время остановилось.
Она, обнаружив неожиданную опасность, поступила чисто по-женски – ойкнула и закрыла коляску своим телом! Ага. Круто. Две тонны железа против пятидесяти килограмм мягкого тела. Повезло. Просто космически повезло – машина замерла, слегка упёршись в девушку бампером, а сзади не оказалось желающих дать мне пинка за неожиданную остановку.
Адреналин, в избытке выброшенный в кровь, вытолкнул меня из машины болидом неотвратимого наказания. Но желание высказать этой тупой овце всё, что думаю о подобных ей, пропало махом, как только встретился с ней взглядом. Куда-то исчезли слова, обида, злость, желания, мысли. Утонул в их бездонной синеве и каком-то волшебном чарующем сиянии.
– Алексей… Алексей Владимирович… – с трудом выдавил я, чувствуя себя отчаянно глупо. – Мальчик, девочка? – ткнув пальцев в коляску, спросил, боясь оторвать от неё взгляд, опасаясь, что она испарится, исчезнет, окажется галлюцинацией.
– Настя, – улыбнувшись, ответила девушка, будто и не было никакого происшествия, словно её жизнь только что не висела на волоске. – Девочка… пять месяцев… – и добавила, вздохнув, – извините, со мной такое случается!
И я пропал. Разом. Был жёсткий, циничный, уже ни во что человечное неверящий прагматик Алексей Владимирович Волков: решала, способный за деньги, точнее, за очень большие деньги разрулить любой вопрос в сфере экономики, финансов некриминальным путём. И вдруг на его месте волшебным образом оказался наивный романтичный юноша преклонных лет, отчаянно влюблённый в доселе незнакомую ему девчонку. И вопроса не возникло, а вдруг замужем? Ребёнок ведь не от святого духа! Но нет, чётко знал – она моя и я её никому не отдам!
Снова почувствовал себя молодым, полным жизни, энергии! Бес в ребро? Нет, не похоже. Будто в душе зажглась лампада счастья, а от меня требовалось не погасить её случайно, уберечь от всех зол нашего сложного времени, делиться её светом с теми, кто внезапно стал мне ближе собственных детей и бывшей жены.
А потом закрутилось, понеслось, как на санках с горы. Коляску в багажник, Настю с дочкой в салон. Где детское кресло? Не положено! А попробуй меня остановить, мало не покажется. Мы болтали, как малолетки на скамейке, обо всём и ни о чём. Я не спросил, где она живёт, она даже не подумала мне об этом намекнуть.
Мы ехали по Москве, наслаждаясь стоянием в пробках, потому что могли говорить и наслаждаться откровениями, рассказывая о себе всё самое сокровенное… ну, почти всё. В каком бы состоянии я ни был, никогда не путаю жизнь и работу.
Да и не вся моя жизнь чистая и светлая, много в ней пятен, побольше, чем на Солнце. Не стоит даже намекать на существование тех самых пятен, лучше будет, спокойнее. Не мне лучше, а тому, кто случайно может узнать подобное. Не самые хорошие люди с теми тайнами связаны. Были и сплыли, ушло, быльём поросло, не доказано, не раскрыто, сдано в архив, а там и уничтожено.
Не люблю оставлять подобные следы. И болтать о таком категорически не люблю. Поэтому и бухло пью исключительно дома за семью замками – сам себе лишнего не сболтнёшь, а надраться иногда хочется до зелёных чертей, чтобы забыть многое из того, что сделано.
Но теперь в моей жизни есть по-настоящему близкие люди, с которыми хочется быть рядом всегда, но работа… С моей работой это невыполнимо. Урывками… звонками… встречами на прогулках. Но я был согласен на всё, лишь бы видеть их обоих как можно чаще.
– Настя, привет! Я подарки купил к Новому году – тебе и Валюшке! Скоро приеду! – расплывшись в счастливой улыбке до ушей, радостно сообщил в микрофон машины. – Как вы там?
– Ой, Лёша, ну, зачем столько подарков? Валюшка уже не знает, какую игрушку выбрать, чтобы поиграть, – она хихикнула и почти шёпотом сообщила, – не поверишь, она сегодня мне сказала «Ёша»! Представляешь?
– Круто! Значит, будем биться до победного, чтобы услышать – Алексей Владимирович, – засмеялся я, чувствуя, как напряжение последних дней мало-помалу отпускает.
Погода праздничная – мягкий снежок падает с небес, укрывая блестящим покрывалом асфальт и пряча от глаз проблему уходящего года. Настроение отличное, будущее видится исключительно в розовых тонах, планы грандиозные. Открываю окно машины, чтобы вдохнуть свежести. По радио играет весёлая музыка, диджеи поздравляют с наступающим, предчувствие праздника заполняет каждую клеточку моей души.
Все дела прочь. У меня теперь есть своя жизнь. Пусть её и немного осталось в силу возраста, но это счастливая жизнь. И я сделаю всё от меня зависящее, чтобы у Настёны с Валюшкой всё было хорошо! Обеспечу. Поставлю на ноги. Выучу. Дам путёвку в жизнь. И, самое главное, не допущу прежней ошибки – буду рядом душой и телом… по мере возможности. Очень буду стараться. Не упущу шанс, подаренный судьбой.
На следующей неделе подпишу договор купли-продажи и будет у моих девчонок новая квартира в элитном районе! Настя ничего пока не знает, и не надо ей знать, чтобы не портить праздник. Иначе обидится, скажет, что это слишком дорогой подарок. Она не содержанка и может сама заработать на квартиру. Ага. С её-то доходами. На квартиру в Москве. Лет через сорок. Да и то, если найдётся сумасшедший, готовый продать квартиру за дёшево.
Правильная девочка. Чистая душой и помыслами. Сейчас таких практически нет. И точно не содержанка и не любовница. Хотя сейчас это не редкость, когда папику за шестьдесят, а девочке едва за двадцать – никого не смущает разница лет в 40-50, потому что старичку хочется молодого тела, а девочке ни в чём себе не отказывать.
Так вот это точно не про Настю. Она считает, я какой-то чиновник, раз катаюсь на крутой тачке, но мелкого пошиба с небольшой зарплатой. Одинокий старик, скучающий по любви и семейному счастью, не навязывающий себя, просто находящийся рядом и помогающий там, где нужна мужская рука.
По большому счёту я, конечно же, решал и многие другие её проблемы, но так, чтобы она об этом даже не подозревала. В должности продвинул, убедил директора поднять ей зарплату и регулярно выплачивать премии из внебюджетных фондов, сформированных в его компании из моих средств для «поощрения перспективных сотрудников».
Приходилось маскироваться, премии получали и другие, но Настенька чаще, потому что постоянно получала от руководства сложные задания и успешно решала их. Ну, а я помогал по-дружески – у меня ведь опыт, знания, мне не трудно, а ей приятно.
Валюшке в жизни не повезло и повезло одновременно. Не повезло – с детства диагноз, ставящий крест на нормальной жизни. ДЦП. Повезло – Настенька оказалась из той породы матерей, которые своих детей не бросают. А вот с отцом проблема. Услышав, что она не согласна отказаться от дочки, подал на развод и исчез в далях голубых, не оставив никаких контактов. Так что тянули Настя с Валюшкой, как подбитый самолёт, на бреющем.
Но не унывали – Валюшка не понимала своего несчастья, Настя верила, что любые проблемы можно решить, нужно только настойчиво искать способ. Потом и я подключился, но пока прогнозы были неутешительны. Хотя в Германии совершенно точно есть профессор, способный в какой-то мере решить проблему, но… для начала нужно подрасти.
А потом сделаю всё возможное и невозможное, чтобы у Валюшки появилась надежда на светлое будущее. Отдам любые деньги! Зачем они мне? На тот свет с собой не заберёшь, просто раздать родственникам – заливать пожар керосином, сколько не дай, всё мало. Пусть на благое дело поработают мои богатства, спрятанные до поры по разного рода нычкам в квартире. Надёжно спрятанным!
А пока просто жили и радовались жизни. Встречались по вечерам, если у меня не было срочных дел. Настя кормила ужином или поила чаем, говорили о делах, спорили о событиях в мире и на работе. Именно в таком порядке, мировые события казались ей гораздо важнее того, что происходило рядом с ней.
Но именно в этот Новый год мы не могли встретиться – к ней в кои-то веки приехали родители. Понятно, что я совершенно не вписывался в картинку семейного праздника, поэтому придётся сидеть дома. Хотя мне не привыкать. Праздники заканчиваются, а вот потом…
Можно было, конечно, познакомиться, вместе посидеть за праздничным столом, но, учитывая, что «жених» старше родителей, выглядело бы это не просто смешно, а абсурдно. Потом бы пилили Настеньку, что связалась со стариком из-за денег, хотя, насколько я знаю, от тех самых денег, которые дочка им посылала всё чаще, не отказывались. Причём, что очень странно, даже не интересуясь, как она умудряется жить на одну зарплату, да ещё и родителей крупными переводами радовать.
Посылает, значит, не бедствует. Простые люди, простые нравы. Но что-то не видно и не слышно их было все эти полтора года, словно Настя детдомовская. Какая между ними кошка пробежала, говорить отказалась. Жила так, будто в её мире была она, Валюшка, работа и теперь я – странный дедушка, непонятно по какой причине взявший их под свою опеку.
И пусть этот Новый год мы проведём не вместе, но в душе они всегда рядом, и от этой мысли тепло на сердце. Не чувствую себя одиноким, всеми забытым стариком, от которого требуются только услуги и деньги. У меня снова есть семья! Любимая женщина! Мой, теперь уже, вне всяких сомнений, мой ребёнок! И как это выглядит со стороны, не имеет никакого значения – это моя Брестская крепость и я буду оберегать её до последнего вздоха и даже после него!
Кто-то скажет, думать о смерти глупо, но на мой взгляд не думать о ней преступно, потому что нельзя оставлять тем, кто тебе дорог, проблемы. Просчитай всё, заложи прочный фундамент их благополучия, не зависящий от твоего здоровья и долголетия и тогда можешь со спокойным сердцем отправляться к Богу. Так что есть мне, чем заниматься, пока жив!
Накатался по предпраздничному городу, устал как собака. День в разгаре, а сил нет совершенно, чувствую себя, как лимон выжатый. Смотрю на себя в зеркало, мысли в голове водят хороводы, но главная – что во мне такого Настенька нашла?
Лицо… да что там осталось от него?
Глубокие морщины, как трещины на пересохшей земле – каждая прожитая зима, каждый неверный шаг, каждое «потом». Щёки уже не держат форму, кожа осела, словно устала притворяться молодой. Уголки губ – опущены, будто сама жизнь тихо тянула их вниз год за годом или привычка выглядеть жёстким в разговоре с клиентом.
Глаза…
Когда-то, наверное, в них было что-то – огонь, дерзость, обещание. Теперь – свет приглушённый, осторожный, как лампа у постели тяжелобольного. Не угасший, но уже не зовущий. Взгляд постоянно уходит в сторону, будто боится выдать тайны или внутреннюю боль бесконечного одиночества. Седые брови нависают, придавая лицу вечную задумчивость – или усталость, кто теперь разберёт.
Лоб высокий, прорезанный линиями – не от удивления, нет, от слишком частых раздумий, результатом которых так часто становится крутой поворот в судьбе людей, связанных с очередным контрактом. Чертовски трудно быть судьёй, выносящим приговор, но другого не дано, потому что каждый контракт должен быть закрыт окончательно и бесповоротно. Волосы – серебро, не благородное, а скорее неизбежное. Аккуратные, но уже чужие самому себе.
И всё же…
Есть в этом лице что-то упрямое. Не красота – нет. Что-то другое. Прожитое. Настоящее. Как старая книга: потрёпанная, потемневшая, но, если открыть – уже не оторвёшься.
– Что она во мне нашла? – усмехнулся я, едва заметно покривив губы.
Может, не в лице дело.
Может, она увидела не морщины – а дороги.
Не усталость – а тишину, в которой можно спрятаться.
Не старика – а человека, который уже перестал притворяться и просто живёт, радуясь тому, что имеет, не заглядывая далеко в будущее.
Или… просто посмотрела глубже, чем я сам когда-либо осмеливался, и увидела там ребёнка, который продолжает верить в сказку.
Чёрт, дурацкие мысли, совершенно не к месту и не ко времени. Любовь – это иррациональное чувство, не подчиняющееся законам логики. Её нельзя взвесить или измерить, она есть или её нет, других состояний у любви не бывает. Всё остальное из категории – ну, жить-то как-то и с кем-то надо.
Устал, глаза слипаются, тело наливается тяжестью, хочется бухнуться на диван и уснуть. Плохая идея. Но так не хочется ничего делать. Я ведь не железный. Подождут дела, никто не умрёт, если я прикорну на полчасика. Просто полежу, чтобы тяжесть растеклась по телу, смыла дурацкие вопросы, остановила круговерть совершенно бестолковых мыслей. Всего полчасика, а потом проснусь и буду бодрым как штык! Наверное.
Предвестники
Дурацкий сон. Сколько раз себе говорил: не спи днём. Толку ноль, только вечер насмарку. Лучше перетерпеть, выйти прогуляться, в конце концов. Но сегодня не удержался: голова упала на подушку чугунной гирей, и сон навалился сразу – липкий, тяжёлый, как мокрое одеяло.
Ночной парк. Ярко горят далёкие фонари, лишь слегка освещая скамейку, на которой сижу я, с непонятной тоской вглядываясь в темноту. Жду чего-то, но понятия не имею, что именно. Кого-то или чего-то? Без понятия. Наверное, нужно встать и уйти, но тело не подчиняется моей воле, заставляя ждать неизбежного.
Где-то глубоко, сквозь пелену сна, пробивается дурацкая мысль, что врачи называют это недостатком кислорода. Но здесь, в парке, это не предупреждение организма, а что-то иное – как грядущее откровение. Хочется понять, что меня ждёт, но ответа нет и тоска сменяется страхом встречи с тем самым неизбежным.
Потом появляется он. Непонятного возраста. В тёмном осеннем пальто в любую погоду. В шляпе, надвинутой на нос. Безликий. На месте лица расплывчатое пятно, будто важный свидетель под госзащитой. Проявляется из ночной тьмы, как Чеширский Кот, и смотрит мне в глаза. Лица не вижу, но совершенно точно знаю, куда направлен его гипнотизирующий взгляд.
Обычно на этом сон и заканчивается – незнакомец просто исчезает, а я просыпаюсь в холодном поту, пытаясь расшифровать странные намёки. Не тот уже возраст и здоровье, чтобы отмахиваться от подобного, хочется ещё пожить, разгадав ребус. Тем более, есть сейчас ради кого жить!
На этот раз всё пошло наперекосяк, будто незнакомцу надоело игра в намёки. Он вспыхивает призрачным огнём! По всему его телу бегут фиолетовые всполохи, будто он заряжен атмосферным электричеством и вот-вот из него полетят во все стороны ветвящиеся молнии, уничтожая всё живое.
Всполохи перебирают снежинки у него под ногами, находят дорожку ко мне и взбираются вверх по ногам, оплетая меня светящимся коконом. Чувствую, как кровь закипает, но сердце пропускает удары, не успевая разогнать этот кипяток по телу. Хочется вдохнуть холодный морозный воздух, но лёгкие забыли, что они есть в организме.
Между нами всё ярче фиолетовая пурга. Я слышу шипение электричества, как на электрофорной машине. Волосы должны встать дыбом, но и они не чувствуют притока странной энергии. Ну, что я должен сделать? Говори уже, чёрт бы тебя побрал! Не понимаю я намёков от слова совсем!
Энергия переполняет меня, разрывая тело и голову жутким напором. Каждая клеточка наполнена ей, звенит от усилия, пытаясь не лопнуть, удержаться. Ещё миг и взорвусь, расплескав внутренности по свежевыпавшему предновогоднему снегу. В этот момент незнакомец взмахивает рукой и исчезает, произнеся напоследок загадочную фразу: «Спаси его! Верю, у тебя получится!»
И сразу сон долой. Подскочил, мокрый от пота, сердце стучит отбойным молотком, пытаясь выскочить из груди, дышу, как загнанная лошадь, озираюсь по сторонам в поисках фиолетовых искорок, только что мельтешивших повсюду январской вьюгой.
Но нет, я в кабинете на диване, за окном вечер, обычный предновогодний вечер, ничем не отличающийся от множества ему подобных. Голова гудит. Хочется выпить, но знаю, это не тот клин, которым ватность вышибают – так и спиться можно. Чайку? И тут зазвенел телефон…
«Спаси его!», – повторил я вслух, глядя на телефон. – Кого конкретно? Понимаю, если бы незнакомец намекнул на «неё», можно подумать о скрытом желании спасти Настеньку и, особенно, Валюшку. Но речь идёт о каком-то мужике! Не чувствую за собой долгов по отношению к кому бы то ни было, по всем долгам плачу сразу.
Чёртов сон со своей дьявольской неопределённостью и этим жгучим фиолетовым пламенем, от которого до сих пор всё внутри чешется. И кто там звонит на ночь глядя, чёрт бы его побрал?
Жадность – враг экономии
– Алексей Владимирович? – голос, как у специалиста банка, готового впарить лоху «очень выгодный» кредит на совершенно волшебных условиях, только сейчас и только для вас.
Интересно, а кого ещё он ожидал услышать по этому номеру, известному только клиентам?
– Слушаю, – отвечаю безлико, безэмоционально, заранее смирившись, что пусть и зануда, но это потенциальный клиент, раз у него оказался мой номер.
– У нас образовалась проблема… м-м-м…, – в голосе смущение, как у пацана, которого родители застукали с девчонкой в спальне.
Ну же, родной, рожай уже свою проблему или отваливай. Моё время стоит дорого, я не собираюсь с тобой за чаем судачить следующие полтора часа. Завтра Новый год и я планирую встретить его пусть и в одиночестве, но по-человечески, а не за столом с кучей бумаг и чужих проблем.
– Хотите обсудить это по телефону? Прямо сейчас? Заказ на мыло, комиссию с курьером. Мои тарифы, надеюсь, знаете. Вопросы?
– Тут такое дело, Алексей Владимирович, м-м-м… как раз касательно тарифов… дело совсем небольшое и простое… можем ли мы рассчитывать на скидку?
Удивительно, у них явно подгорает, но это «небольшое и простое дело». А срок, который нарисует прокурор, тоже планируется небольшим? Время сейчас такое, с виду приличные люди и даже с кошечками тетешатся, а вот дела их настолько мерзкие и недостойные совестливого человека, что с души воротит. Но платят хорошо. Цену моим услугам знают и платят всегда, потому что я решаю любые проблемы. Обычно без криминала.
Закон суров, но он ведь, как дышло – в опытных руках можно вывести любую проблему под ноль. Правильно и вовремя составленные бумаги превращают самую гнилую проблему во вполне решаемый за деньги вопрос. Как говорится, спасибо, Господи, что взял деньгами!
– Если вы способны сами оценить размер и качество проблемы, вам её и решать. Ещё вопросы?