Трилемма субъекта. Свобода, сила, независимость

4.2. Свобода и сила требуют сцепления — и потому отменяют независимость

Удерживать свободу и силу одновременно — значит существовать в двух модусах сразу: в зазоре и в контакте. Зазор есть расстояние между субъектом и миром, в котором субъект не закреплён ни одной из своих определённостей. Контакт есть точка, в которой субъект приложен к миру, точка, через которую возможно действие, изменяющее мир. На первый взгляд эти два модуса не сталкиваются: зазор оставляет открытым, что именно сделает субъект, а контакт реализует сделанное в действительности. Если один открывает пространство, а другой работает в этом пространстве, их совмещение кажется не только возможным, но и естественным — даже желаемым.

Вглядевшись, замечаешь общее. Зазор и контакт суть формы отношения к внешнему: один — как открытость к нему, другой — как сцепление с ним. Открытость и сцепление — два разных способа быть обращённым к миру, но оба обращены. Это сходство и есть то, что делает их совместимыми в одной фигуре существования: оба модуса требуют внешнего как поля своей работы. Свобода без мира, на который она открыта, превращается в пустоту, не имеющую содержания. Сила без мира, в котором она прилагается, превращается в напор, не имеющий точки опоры. Свобода и сила в этом смысле говорят об одном и том же — о субъекте, обращённом к внешнему как к своему собственному полю.

Это обращённость — не дополнительная характеристика пары, а её структурное условие. Чтобы свобода и сила удерживались одновременно, субъект должен быть сцеплен с миром: не прикован к нему, не сросшийся с ним, но существующий через отношение к нему. Зазор без внешнего исчезает: ему нечем быть, кроме как зазором между субъектом и тем, что не есть он сам. Контакт без внешнего исчезает: ему нечем быть, кроме как точкой соприкосновения. Оба модуса конституируются миром как своим полюсом, и в этой двойной конституции лежит структурное условие их совместного удержания — быть-в-отношении.

Сцепление в этом значении — не выбор, который субъект мог бы отменить, а структурный факт его собственного устройства; поскольку оба модуса, удерживаемые им, существуют только в обращённости к внешнему, отказ от обращённости отменяет их сразу. Свободно-сильный субъект существует через мир: его открытость есть открытость к чему-то, и его действия совершаются в чём-то. Без этого «к» и без этого «в» нет ни свободы, ни силы; они исчезают как формы и превращаются в имена несуществующих состояний.

Если предъявить эту обращённость в её собственной форме, она выглядит как двойное стояние: субъект стоит в открытости к миру и одновременно стоит в точке его сцепления. Открытость не предшествует сцеплению и не следует за ним; они суть две стороны одной обращённости. То, что субъект свободен, означает: мир для него ещё не закрыт ни одним из его прежних определений. То, что субъект силён, означает: в этой открытости он находит точки, через которые мир приложен к нему, а он — к миру. Свобода даёт пространство, в котором действие имеет место; сила реализует в действительности то, что свобода оставляет возможным. И одно, и другое существует именно в этом — в обращённости, держащей субъекта в отношении к миру как к своему полю.

Третий модус — замкнутость. Замкнутость есть свёртывание отношения к внешнему внутрь, опора на собственные основания, существование, не нуждающееся в другом. Это не подавленность, не отказ от мира как враждебной силы и не невозможность с ним соприкоснуться; это способ быть, при котором субъект конституирует себя из себя самого, не из мира. Замкнутый субъект не открыт к миру как полю возможностей: возможности он находит в себе, не вовне. Замкнутый субъект не приложен к миру в точках действия: его действие исходит из его собственной формы, а если оно касается мира, то не сцепляется с ним в смысле зависимости от него. Структура замкнутости — закрытие отношения, не его удержание.

И потому, удерживая свободу и силу, субъект отменяет независимость. Не как этический выбор, в котором независимость могла бы быть предпочтена и оказывается отвергнутой; не как ошибку, при которой можно было бы стремиться к ней и не достигать; не как ослабление, при котором она удерживается частично. Структурно: модус, требуемый парой, и модус замкнутости — два разных способа быть. Сцепление есть отношение к миру как к собственному полю; замкнутость есть свёртывание этого отношения внутрь. Один модус включает мир как условие; другой исключает мир как условие. Они не складываются в одну позицию, потому что описывают противоположные структурные движения по отношению к внешнему.

Если бы свободно-сильный субъект попытался удержать рядом с двумя своими модусами ещё и замкнутость, ему пришлось бы одновременно быть обращённым к миру и свёрнутым в самом себе. Замкнутость требовала бы, чтобы основания его существования лежали в нём самом, не в отношении к миру; обращённость требует, чтобы те же основания — основания зазора и основания контакта — лежали именно в этом отношении. Один и тот же предмет, основания существования, не может находиться сразу в двух противоположных местах. Это не диалектика, в которой противоположности соединяются на новом уровне, и не парадокс, который мог бы быть разрешён более тонкой формулировкой. Это структурное несоответствие двух модусов: они дают противоположные ответы на один и тот же вопрос — где субъект находит то, через что он есть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.