Прорыв к звездам. С. П. Королев

В наши дни полет в космос стал считаться обыденным делом. Сейчас почти никого не удивит сообщение по телевидению или статья в газете о запуске спутника или космического корабля с космонавтами. А было время, в октябре 1957 года, когда известие об успешном запуске первого искусственного спутника Земли было встречено с восторгом значительной частью населения нашей планеты. Весь прогрессивный мир праздновал эту победу человеческого разума над силами Природы. Во многих странах люди ликовали, осознав, что советским специалистам-ракетчикам наконец-то удалось осуществить прорыв в космос, и теперь перед человечеством безгранично раздвинулись границы освоения и познания Вселенной.

Вместе с тем, сами советские специалисты, создавшие мощные ракеты, разорвавшие оковы земного притяжения, остались неизвестны широкой общественности. Лишь в январе 1966 года в связи со смертью одного из них была частично приоткрыта завеса этой тайны: главным конструктором советских ракетных систем был Сергей Павлович Королев. При жизни личность этого человека, участвовавшего в создание ракетно-ядерного щита Советского Союза, была засекречена, и он был известен лишь узкому кругу лиц. С 1957 года в открытой печати и на телевидении его называли только «главный конструктор».

Ореол тайны вокруг Королева породил множество легенд о его жизни и деятельности, порой далеких от реальных событий. С его именем связывали создание «Катюш» – грозных мобильных реактивных установок Второй мировой войны и зенитных ракет, одна из которых сбила самолет-разведчик «Локхид У-2» с Ф. Пауэрсом над Уралом 1 мая 1960 года, но он никакого отношения к их созданию не имел, так же как и к ракетам М. К. Янгеля Р-12 и Р-14, размещенным на Кубе во время Карибского кризиса. С. П. Королев был причастен к не менее значительным достижениям советских специалистов-ракетчиков. Под его руководством были созданы первые в мире ракеты, несущие ядерную боеголовку и запускаемые с подводной лодки, а также первая межконтинентальная баллистическая ракета.

Наиболее широко раскрылся его талант при организации штурма космоса советскими учеными. Смелым полетом мысли и упорной работой ему первому удалось воплотить в реальность заветную мечту людей – приблизиться к звездам. Королев был главным техническим руководителем советской космической программы. В этом человеке сочетались: гениальный конструктор, талантливый ученый и крупный организатор производства. Под его непосредственным руководством был создан и запущен первый искусственный спутник Земли. Он руководил запусками ракет, когда был совершен облет Луны и сфотографирована ее обратная сторона, невидимая с Земли, успешно выполнены первые космические полеты граждан СССР: Юрия Алексеевича Гагарина, Германа Степановича Титова и женщины-космонавта Валентины Владимировны Терешковой.

Почти все крупные успехи, достигнутые советскими ракетчиками под руководством С. П. Королева, были осуществлены впервые в мировой практике, как, например, одновременный групповой полет двух космических кораблей, пилотируемых космонавтами А. Г. Николаевым и П. Р. Поповичем, а также совместный космический полет сразу трех космонавтов на одном корабле:

В. М. Комарова, К. П. Феоктистова и Б. Б. Егорова. Он же готовил запуск космического корабля, во время полета которого Алексей Архипович Леонов впервые в мире осуществил выход в открытый космос.

Сергей Павлович прожил яркую интересную жизнь, в которой были и взлеты, и падения. Будучи еще студентом МВТУ, он сконструировал планер, на котором впервые в Советском Союзе была выполнена фигура высшего пилотажа – «мертвая петля». В 1932 году он возглавил МосГИРД, где исследовали основы реактивного движения и приступили к созданию ракетной техники. В 1938 году Королев был репрессирован, шесть лет провел в заключении, добывал золото на Колыме. В 1942 году, оставаясь заключенным, он вновь вернулся к проектированию ракетной техники. С 1945 года, используя опыт фашисткой Германии, Сергей Павлович стал совершенствовать дальние баллистические ракеты для Советского Союза. На его долю выпали тяжелейшие психические нагрузки при испытаниях ракет. Далеко не все их старты были удачными. Часто имели место отказы при запуске, ракеты взрывались на старте и в небе.

Работая в оборонной отрасли, С. П. Королев старался выйти за рамки узкоспециального применения ракетной техники. В ряде случаев он сумел убедить руководство страны в том, что Советскому государству и его народу нужны не только баллистические ракеты с ядерными зарядами, спутники-шпионы и военные базы в космосе, но и мирные программы освоения космического пространства, создание спутниковой связи и нового вида транспорта, способного доставить человека на другие планеты. Королев ставил перед космической отраслью страны новые необычайно сложные технические задачи, сам брался за их решение и добивался их блестящего выполнения.

Завистники часто упрекали Королева в том, что «заслуженный академик» не открыл каких-либо законов или закономерностей Природы, нет ни одной формулы, названной его именем, как у Ньютона или Эйнштейна, хотя значительное число проведенных его организацией исследований и рискованных экспериментов с использованием ракетной техники стали фундаментальными в освоении космического пространства. Обиженные им военные и учение, злословили, что он больше работает на ТАСС, чем на оборону страны, забывая сказать, что каждым своим фантастическим достижением он в первую очередь заставлял противников СССР опасаться военного конфликта с Советским Союзом. Весь советский народ искренне радовался успехам своих ракетчиков, ставших лидерами мирового технического прогресса. На волне всемирного признания советских космических побед повысилось самосознание граждан СССР, которые стали еще больше гордиться своей Родиной.

Запустив первый спутник и первых советских космонавтов, Королев не стал почивать на лаврах. Будучи очень энергичным и любознательным человеком, он упорно шел к еще более высокой цели – высадке человека на Луну, но интриги завистников и преждевременная смерть прервали цепь, завоеванных им побед. После него Советский Союз уже не имел тех громких успехов в освоении космического пространства, которых добился СССР, когда главным техническим руководителем советских космических программ был С. П. Королев.

Многих людей, интересующихся развитием космонавтики, до сих пор удивляет каким образом СССР смог опередить мощнейшую экономическую державу США в запуске на околоземную орбиту первого спутника и первого космического аппарата с человеком на борту, и восхищает упорство Королева, с которым он шел к достижению этой цели. Задача этой книги – рассказать о наиболее интересных фактах из жизни и деятельности необычайно одаренного человека, Сергея Павловича Королева, и обстоятельствах, повлиявших на развитие его необыкновенной личности, оставившей значительный след в истории человечества. Известно, что деятельность человека определяется его природными качествами и приобретенными в процессе жизни знаниями и навыками, поэтому изучение формирования личности С. П. Королева следует начинать с первых лет его жизни.

Детство Сережи Королева

Сергей Павлович Королев родился 12 января 1907 года на Украине в городе Житомире, в семье учителя гимназии. Его отец – Павел Яковлевич Королев – окончил Могилевскую духовную семинарию, после которой поступил в Историко-филологический институт в Нежине, известный тем, что в свое время там учился великий писатель Н. В. Гоголь. Во время учебы в Нежине Павел Яковлевич часто бывал у своего институтского товарища Юрия Николаевича Москаленко, в доме которого познакомился с его родной сестрой Марией Николаевной, ставшей впоследствии женой Павла Яковлевича, а затем и матерью Сергея Павловича.

В семье Москаленко было два сына и две дочери. Они жили в большом собственном доме с садом площадью около гектара, огороженным высоким забором. Этот дом вместе с подсобными помещениями для засолки и хранения огурцов был куплен на приданое бабушки Сережи Королева Марии Матвеевны. Ее предки были выходцами из Греции, торговавшими в России с разрешения императрицы Елизаветы. Приобретя этот дом, Мария Матвеевна стала заниматься засолкой и оптовой продажей огурцов. Летом она нанимала людей, закупала большое количество огурцов, засаливала их в больших бочках, которые хранила в огромном погребе во дворе дома. С осени Мария Матвеевна по коммерческим делам часто выезжала в Либаву, Ригу, Вильно и Санкт-Петербург, где наладила широкую сеть клиентов, в том числе среди придворных и императорской родни.

Дед Сергея Павловича Королева по материнской линии Николай Яковлевич Москаленко очень рано остался без родителей. Сироту взял на воспитание родной дядя купец Лазаренко. Очень практичный дядюшка решил «не забивать голову» племяннику различными науками, а сразу привлек его к работе в продовольственной лавке. Как только Николай вырос, дядя доверил ему управление лавкой. Вскоре после женитьбы на приданое жены он завел свою кондитерскую лавку, и сам в ней торговал.

Купец второй гильдии Николай Яковлевич Москаленко хоть и не получил хорошего образования, но любил книги, выписывал и читал газеты, журналы. Его жена получила образование в женском пансионе, имела либеральные взгляды, была очень общительна и под ее покровительством в их доме часто собиралась большая компания, проходили молодежные литературные, музыкальные и театральные вечера и даже политические сходки. Она старалась дать детям кроме высшего гуманитарного и музыкальное образование. Сама Мария Матвеевна хорошо играла на скрипке, старший сын Юрий хорошо пел, а младший сын Василий играл на фортепиано и вечера в их доме превращались в концерты украинской и русской песни.

Особенно приглянулась Павлу младшая из сестер Москаленко – Мария. Она была невысокая, очень красивая с большими черными глазами и бойкая. Девушка старалась одеваться по последней моде, любила музицировать с родными и друзьями. Павел влюбился в Марию и стал одним из ее поклонников. Поначалу она отдавала предпочтение одному молодому офицеру, который объяснился ей в любви, и Павел Яковлевич очень переживал по этому поводу. После окончания института Королеву предстояло несколько лет отработать по распределению в Екатеринодаре, преподавать русский язык и словесность в мужской гимназии, и выплатить в государственную казну часть заработка за свое бесплатное обучение. Перед своим отъездом он сделал Маше предложение, однако получил отказ.

Маша не любила Павла. Он был старше ее на одиннадцать лет, и между ними не было духовной близости. Было заметно, что собиравшаяся у Москаленко молодая компания ему не особо нравится. Его раздражали легкомысленные разговоры и бесконечные танцы. Павел Яковлевич приходил сюда из-за возможности увидеть Машу и с тяжелым сердцем подмечал, как за ней ухаживали молодые люди, пытавшиеся добиться ее расположения, а она при этом весело смеялась и охотно танцевала со всеми, правда, никому не отдавая особого предпочтения.

В разговоры Павел Яковлевич, как правило, вступал редко, своего мнения без повода не считал нужным высказывать. Был, правда, один случай, который удивил всех, когда Юрий в присутствии Королева назвал босяком бедного, но преуспевающего в знаниях студента. Павлу это не понравилось, он не стерпел и раздраженно заявил:

– Щедрость ума, Юрий Николаевич, всегда ценил, ценю, и буду ценить выше туго набитого кошелька.

Королев казался Маше скучным и нудным «букварем», который видел в ней не творческую личность, а домашнюю рабыню. Кроме того, после окончания гимназии девушка собиралась продолжить учебу на женских курсах в столице, и женитьба не входила в ее планы. Она хотела стать преподавателем французского языка, что гарантировало бы ей высокий и стабильный заработок, только родители Маши опасались отпускать ее одну в чужой город без присмотра старших, полагая, что в столице пруд пруди легкомысленных щеголей, которые непременно воспользуются неопытностью девушки и легко собьют ее с толку.

Начиная с Петра Первого в России входило в моду все передовое, европейское, особенно ценилось знание иностранных языков. Выгодное географическое положение Франции в окружении высоко развитых стран (Италия, Испания, Англия и Германия) способствовало превращению французского языка в язык межнационального общения. Русскому подданному, отправлявшемуся за границу, достаточно было сносно владеть французским языком, чтобы уверенно чувствовать себя в любом европейском государстве. Его знание давало возможность знакомиться с передовыми научными статьями и богатой художественной литературой, а также изучать труды великих французских вольнодумцев по подлинникам, вместо знакомства с переводами, подвергнутыми российской цензуре, в результате чего произведение теряло смысл. Со времен нашествия Наполеона в России еще не были забыты времена, когда, кроме высокородного происхождения, особо ценилось знание французского языка, когда все дворянское сословие изъяснялось между собой только по-французски, и на официальных приемах в крупных городах России все старались вести беседу, подражая французскому этикету. В редком доме, где воспитывались отроки благородных кровей, не было гувернантки из француженок. Даже после революции 1917 года в Советской Республике еще находились более 300 гувернанток – француженок.

Уважение к знанию языков привила Маше мама Мария Матвеевна. В царской России украинцы считались второсортной нацией. Правительство тщательно насаждало в стране знание русского языка, сделав его официальным. Торгуя в крупных российских городах, Мария Матвеевна порой сталкивалась с ироничным отношением граждан к национальным языкам. Люди, имевшие национальный акцент, высмеивались, поэтому Мария Матвеевна специально искала и привела в дом русскую няню Прасковью для своих детей, чтобы они легко владели русским языком. С этой же целью она поощряла посещение своего дома русскими знакомыми мужа и детей, среди которых частым гостем был Павел Яковлевич Королев. Он считался лучшим учеником своего курса и в совершенстве владел русским языком.

Отказ девушки не остановил Павла Яковлевича. Ему было около тридцати, и он считал, что ему пора обзавестись семьей. Пройдя стены духовной семинарии и педагогического вуза, он уже имел большой опыт по части убеждения людей. Он был очень гордым и упрямым человеком, и решил во что бы то ни стало добиться руки девушки. Используя тонкое психологическое воздействие в виде расчета на уважение традиций и честолюбие родителей изъявить свою волю детям относительно их суженых, что в те времена часто решало их судьбу, он попросил руки Марии Николаевны у ее матери.

Окончившему институт Павлу Яковлевичу был назначен оклад в 150 рублей, что по тем временам считалось большими деньгами. Армейский офицер, ухаживавший за Марией Николаевной, получал в два раза меньше. К тому же офицера могли в любой момент отправить в район боевых действий, и тогда ее ожидала незавидная доля стать вдовой или иметь мужа инвалида. Терпя поражение в войне с Японией и участвуя в расстреле мирной демонстрации в Санкт-Петербурге в печально известное Кровавое Воскресенье, когда было убито 1200 человек и ранено более 6 тысяч, русская армия теряла уважение в народе. Даже не попади он на войну, его в любое время могли перевести служить в таежную глухомань, где Маше казалось, она могла бы умереть со скуки. Королев же должен был переехать в более крупный, чем Нежин город. Его обращение к матери с просьбой руки дочери заставляло считать его порядочным человеком. Разницу в возрасте родители девушки также не считали помехой браку. Сам Николай Яковлевич женился на Марии Матвеевне в 42 года и был старше ее на 20 лет. На их взгляд, взрослый мужчина из небогатой семьи, накопив жизненный опыт, и скорее всего не раз перегоревший чувствами, гораздо больше ценил бы семейный очаг, чем молодой юноша, не искушенный мирскими соблазнами. В конце концов, родители уговорили дочь выйти замуж за Павла.

Свадьба состоялась 15 августа 1905 года. Вскоре молодожены уехали из родного Нежина в Екатеринодар. На новом месте они не прижились из-за склочного характера мужа, который не сошелся с коллегами по работе, и по просьбе Королева его перевели в Житомир. Там они сняли четырехкомнатную квартиру за треть зарплаты Павла Яковлевича. В декабре 1906 года Мария Матвеевна приехала навестить беременную дочь. Она же и принимала роды. Мальчик родился здоровым и крепким. За Сережей стала ухаживать няня Маша.

На новом месте у Павла Яковлевича никак не складывались отношения на работе по политическим взглядам. Он сильно сочувствовал революционной интеллигенции и имел неосторожность высказать письменно свое особое мнение по вопросу обучения в гимназии не очень благонадежного ученика, участвовавшего в распространении листовок революционного содержания. По совету жены Павел Яковлевич отправился в Киев, где ему удалось договориться о приеме на вакансию учителя в мужской гимназии.

В июне 1909 года Королевы переехали в Киев, где сняли небольшую двухкомнатную квартиру. Вскоре от туберкулеза умер отец Павла Яковлевича.

Дед Сергея Павловича по отцовской линии – Яков Петрович Королев – отставной унтер-офицер служил штабным писарем. После отставки он устроился служащим банка. Кроме Павла в семье Якова Петровича были еще два сына и две дочери, которые после его кончины оказались на иждивении Павла Яковлевича.

Мария Николаевна не нашла общего языка с родными мужа. С самого начала семейной жизни молодожены жили скромно, а после переезда бедных родственников стали жить еще скромнее. Мария привыкла к достатку: родители ей ни в чем не отказывали. Считать деньги она не умела, и это раздражало мужа, которому едва удавалось сводить концы с концами. Свекровь и золовки могли устроить обыск ее личных вещей в ее отсутствие и забирать деньги, заработанные Павлом Яковлевичем. К тому же у Марии Николаевны были подозрения, что все ее новые родственники больны чахоткой, и при стесненных условиях проживания вызывало у нее опасения за здоровье сына и свое собственное. Муж был очень ревнив, как жестокий иезуит контролировал каждый ее шаг и никуда не отпускал одну свою молодую жену, а сам позволил себе увлечение на стороне, после чего Мария Николаевна решила расстаться с Павлом Яковлевичем и ушла от него с сыном.

До десяти лет Сережа Королев воспитывался в семье матери в городе Нежине. В семье считали, что твердую волю и инициативность Сергей Королев унаследовал от бабушки. Вместе с этими качествами внук унаследовал от бабушки и красивые черты лица. В юности она считалась первой красавицей в Нежине.

Несмотря на то, что зажиточная семья Москаленко имела свое отдельное место в Николаевском соборе Нежина и по большим церковным праздникам приглашала к себе в дом священников, дед Сережи, Николай Яковлевич, в душе был атеистом. Кроме того, что он никогда дома не молился, очень часто нарушал пост, и в тайне от жены «грешил» еще больше, подкармливая детей во время поста. Его атеистическое мировоззрение передалось детям, а вместе с ними и внуку.

Расставшись с мужем, Мария Николаевна собиралась получить образование и найти высокооплачиваемую работу. Она поступила на женские курсы в Киеве, и одновременно устроилась на работу в канцелярии курсов, чтобы не платить за учебу. Сережу пришлось оставить на попечении бабушки с дедушкой и русской няни Варвары Ивановны. Мальчик был очень привязан к матери, но так сложилось, что она могла навещать сына только по выходным дням. Во время ее приезда мальчик не отходил от нее ни на шаг и обещал бабушке, что будет вести себя хорошо, лишь бы мама не уезжала.

Во время редких встреч с Марией Николаевной Павел Яковлевич выражал желание забрать сына к себе. Зная упрямый характер мужа, Мария Николаевна опасалась, что он может выкрасть сына, и просила бабушку, чтобы Сережу не отпускали гулять одного. После развода отец Сергея подал заявление в суд, чтобы оставить сына у себя, но ему было отказано.

Как и все мальчики, Сережа в детстве шалил и играл в войну: когда ему подарили игрушечную деревянную саблю, он отрубил в саду головки всем посаженным бабушкой пионам, радостно заявив, что таким образом разделался с японскими самураями. Мама пыталась развить у мальчика смелость и часто отправляла его, как стемнеет, в сад, чтобы тот собрал и принес оставленные там игрушки. Сережа с трудом преодолевал страх, но все же шел в темный сад и возвращался с игрушками. Мария Николаевна очень любила читать фантастические романы Жюля Верна, и не раз рассказывала Сереже о профессоре Аранаксе, капитане Немо и полете на Луну, чем возбуждала у сына интерес к технике и покорению неизвестных миров.

В нежинском доме Сережа был одним ребенком. Воспитывающие его взрослые были часто заняты по хозяйству, и мальчик много времени проводил один, играя во дворе дома или рассматривая окрестности с высокой крыши погреба. Такое одиночество развивало у него мечтательность, как у «маленького принца» из одноименной повести Сент Экзюпери. Когда из института приходил брат мамы Василий Николаевич, Сережа не отходил от него ни на шаг. Дядя Вася привлекал внимание мальчика своими поучительными рассказами, богатыми добрым юмором. Ему нравилось опекать любознательного племянника, лишенного постоянного родительского участия. Он брал его с собой гулять на улицу, катал на велосипеде, учил проявлять и печатать фотографии и играл с ним в крокет. Общаясь в основном с одними взрослыми, Сережа стал не по годам серьезным, даже очень деловым мальчиком, способным принимать самостоятельные обдуманные решения. Один раз, навещая сына в Нежине, Мария Николаевна увидела, что построенная Сережей пирамида покосилась и предложила мальчику помочь ее выровнять. Однако сын ультимативно отказался от помощи, и сам устранил недостаток в созданной им конструкции.