Алая роза – символ печали

© Оформление. OOО «Издательство «Эксмо», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Глава 1

«Пить надо меньше, надо меньше пить» – эта ставшая крылатой фраза героя бессмертного фильма «Ирония судьбы, или С легким паром!» звучала в моей несчастной голове этим утром. Признаюсь как на духу: накануне мы с моим последним (кстати сказать, весьма милым и симпатичным) клиентом очень весело отметили благополучное завершение следствия.

Представьте себе: роскошный ресторан, великолепнейший стол и дивное «Бордо» семилетней выдержки, которое мы пили как воду, совершенно не задумываясь о последствиях.

– Вы – уникальная женщина! – пел мне хвалебную песню клиент. – Такая очаровательная! Я, признаться, когда вас увидел в первый раз, невольно подумал, что приятель надо мной подшутил: ну не может такая прелестная блондинка раскрыть махинации в нашем банке, у нее просто мозгов не хватит… Хватило! Вы, дорогая моя, умница и красавица, переплюнули всех, и за это вам – мое огромное человеческое мерси!..

Можете себе представить, как приятно было слышать в свой адрес такие замечательные комплименты, и все это – вдобавок к весьма кругленькому гонорару! Так выпьем же за это!..

Стоп, стоп, стоп! Увы, похмельное утро до жути безжалостно: в голове – бесконечное кружение, как будто пары «Бордо» еще не до конца выветрились, и каждый звук извне – словно молот, который отчаянно бьет по моей очаровательной и несчастной голове. Ах, отчего же, когда мы вновь и вновь поднимаем полные бокалы, никто не советует нам оставить это опасное занятие и переключиться на что-нибудь полезное и безобидное – к примеру, на уборку пылесосом или вышивание гладью… Господи, прости меня за все сразу!

Итак, на календаре было двадцать первое июня (очко!), на часах – два часа пополудни, в моей голове, повторюсь, – вихри враждебные, но я все-таки заставила себя подняться с кровати и принять контрастный душ, который почти привел меня в норму. Слава воде!

Следующим моим шагом было священнодействие с кофе. Всякий, кто меня знает, в курсе: без кофе у меня не начинается день. И вот я, уже улыбаясь, насыпала в турку молотого кофе «Jardins» и поставила ее на огонь, наслаждаясь ароматом, который в одно мгновение заполнил всю мою кухню. Кофе поистине напиток богов!

Не помню где, как-то я прочитала любопытные сведения о моем любимом кофе. Дескать, именно этот волшебный напиток помогает дамам поддерживать отличную форму, не набирая лишний вес, – главное, начинать утро с чашечки крепкого кофе. Но есть один маленький нюанс: кофе необходимо пить без сахара. Что касается меня, то я давно пью его, так сказать, в чистом виде – то бишь без сахара и прочих сладостей типа шоколада или пирожных. Только так, на мой взгляд, и можно почувствовать вкус настоящего кофе.

И вот, как только я налила себе первую чашечку и закурила под горячий аромат сигаретку, раздался телефонный звонок. В голове моментально что-то тюкнуло, я невольно поморщилась и осторожно взяла трубку.

– Алло, слушаю…

– Добрый день. Татьяна Александровна Иванова?

Кстати, разрешите представиться: меня действительно зовут Татьяна Александровна Иванова, я благополучно проживаю в славном городе студентов Тарасове и тружусь частным детективом – такая изящная и длинноногая, вечно молодая блондинка. Прошу любить и жаловать!

– …Так точно, Татьяна Александровна – кстати сказать, можно и без отчества, по-европейски.

– Согласна. В свою очередь – меня зовут Виктория Сергеевна Трубникова, но я, как и вы, предпочитаю без отчества – Виктория, хотя мне уже давно за пятьдесят. Мне рекомендовал вас один мой знакомый – в прошлом году вы замечательно распутали историю с его пропавшей дочерью… Могу я нанять вас, чтобы выяснить, кто на самом деле убил мою сноху?

Вот так вот – кратко и четко, без лишних эмоций и слез, хотя их отзвук и ощущался в произнесенной Викторией фразе «убил мою сноху».

– Разумеется, Виктория.

Я едва успела произнести с необходимой толикой сочувствия данные слова, как эта решительная дама просто виртуозно завершила наш телефонный диалог предложением-приказом:

– Отлично. Встречаемся в три часа на террасе кафе «Восточная сказка» на Центральном проспекте. Знаете такое?

– Знаю. Но…

– Вот и хорошо. До встречи.

И тут же в трубке зазвучали раздражающие, пронзительные телефонные гудки, заставив меня в очередной раз поморщиться – голова, признаться, у меня до сих пор была далека от стопроцентно нормального состояния. Я отложила трубку в сторону и со вздохом сделала первый глоток кофе.

Итак, вывод до чрезвычайности прост: не успела я отдохнуть после благополучного завершения одного дела, как мне подкинули новое, да к тому же связанное с убийством. Не знаю, как вам, а для меня распутывать клубки чужих историй, а подчас трагедий – лучшая работа на свете.

Я допила свой кофе, достала косметичку и тут же, как говорится, не отходя от кассы, нарисовала себе глазки-губки-бровки и прочее; затем я прошла в гардеробную и, недолго думая, надела светлые бриджи и майку-тунику фисташкового цвета. Каких-то двадцать минут, и я была готова: красавица «чуть старше двадцати» (хотя на самом деле мне уже под тридцатник), тонкая и звонкая и, несмотря на вчерашнюю гулянку, как новенькая!

Учитывая то, что живу я в каких-то двух шагах от Центрального проспекта с вышеупомянутым кафе «Восточная сказка», времени до встречи с новой клиенткой оставалось вполне достаточно для того, чтобы по старой доброй традиции бросить кости. Надеюсь, вы в курсе, что такое гадание на костях? Кому любопытно, могу рассказать немало интересного на эту занятную тему. А что может быть волнительнее тайн древних оракулов?

Представьте себе: в глубокой древности, задолго до рождества Христова кочевники, которые гнали впереди себя стада баранов, изучали движение звезд и стадии роста трав, приметы погоды и способы самоисцеления, а также предсказывали будущее, используя для этого астрагалы – позвонки или лодыжки принесенных в жертву богам овец. Вспомним хорошо известную легенду: прежде чем перейти Рубикон и во главе легионов захватить власть в Риме, Юлий Цезарь воскликнул: «Жребий брошен!» Между тем во многих переводах эти слова Цезаря звучат несколько иначе: «Кости брошены». Выходит, и Гай Юлий баловался предсказаниями.

Прошли века, и к древним гаданиям проявили пылкий интерес люди нового времени – в том числе и я, грешная. На сегодняшний день у меня есть добрая традиция: каждое новое дело я непременно начинаю с того, что делаю самой себе прогноз. И прошу поверить мне на слово: ни разу предсказания меня еще не подводили. Все точно, как в аптеке.

Итак, я бросила кости. Десятка, пятнадцать и вновь очко – двадцать один, этот расклад означал следующее: много страхов, много проблем, переплетение работы и личного, но все завершится благополучно, если я не побоюсь рисковать – «Кто не рискует, тот не пьет шампанского».

Признаться, на последнюю фразу моя несчастная голова ответила легким дребезжанием, но я мужественно улыбнулась (назло всем «Бордо»!) и лишь небрежно пожала плечами. В каждом деле всегда много если не страхов, то уж проблем-то точно, и практически в каждом приходится идти на риск – ведь если кто-то тебя нанимает, чтобы найти ответ на какой-то конкретный вопрос, значит, есть кто-то, кто желает этот ответ запрятать как можно дальше с глаз долой.

Слово «риск», в свою очередь, натолкнуло меня на рассуждения в совершенно новом направлении. Конечно, насмотревшись американских боевиков, вполне можно представить себе Татьяну Иванову этакой безупречной и крутой, лихо стреляющей из всех видов оружия, укладывающей в ряд самых накачанных амбалов с помощью искусств карате, дзюдо и кикбоксинга. Сколько раз я и сама представляла себя именно такой героиней и даже давала себе слово записаться в секцию каких-нибудь восточных единоборств и в клуб юных стрелков до кучи…

Увы! Все это так и осталось в разделе «Светлые мечты юности», а в каждом новом деле я вполне обхожусь лишь своими мозгами да внешней привлекательностью. Порой очаровательная улыбка гораздо проще может «уложить» на лопатки самого крутого бойца, нежели прием контактного карате.

Я вздохнула и постаралась отвлечься от этой темы, весьма болезненной в самом прямом смысле при имеющем место похмельном синдроме. Гораздо полезнее было подумать о чем-нибудь милом и мирном… Интересно, а «переплетение работы и личного» – не намек ли это на то, что в меня может влюбиться некто из имеющих отношение к делу людей или даже сам убийца? Я тут же представила себе красавца в стиле Джеймса Бонда, который грохнул некую «сноху Марго», небрежно и дерзко творит зло в моем родном светлом городе Тарасове, а при первом же взгляде на меня теряет голову, кается во всех грехах и падает передо мной на колени. Я, разумеется, в ответ говорю ему презрительное «Фи!», и бедолага с горя тут же уходит в монастырь. Тибетский.

Да, что ни говори, а порой в моей голове разворачиваются великолепнейшие сюжеты для интереснейших сериалов.

Я собрала кости в мешочек и убрала его на полку. Как бы то ни было, а главное, что все «завершится благополучно».

Пора было отправляться на встречу с Викторией.

Глава 2

Этот день выдался на редкость чудесным: ослепительное солнце, теплый ветерок, чистое синее небо и сплошные улыбки вокруг – каждый второй из встретившихся мне по пути людей так широко улыбался, словно враз исполнились все его самые заветные и сокровенные мечты.

Я и сама шла, улыбаясь немного блаженной улыбкой: мягкий ветерок словно уносил остатки головной боли, и жизнь казалась дивной и прекрасной. Только когда я случайно увидела свое отражение в стеклянной витрине (изящная блондинка в черных очках, улыбающаяся так, словно ее только что одарили рублем или еще чем-то), то постаралась срочно изменить выражение своего лица, приняв вид серьезный и вдумчивый, как и подобает частному детективу. Отследив изменения во внешнем облике с помощью все той же витрины, я сдержанно улыбнулась и направилась к террасе знакомого кафе, где была назначена встреча.

Кстати сказать, Викторию я заметила сразу же: за крайним столиком сидела стройная дама в скромном черном платье с легким шифоновым шарфиком на шее, в черных очках. Она с грустной улыбкой наблюдала за проходящими мимо юношами и девушками – шумными, хохочущими, загорелыми и беззаботными. И пусть раньше я никогда в жизни не встречала эту самую Викторию, однако готова была поклясться, что это именно она: слишком уж редко в эти летние солнечные дни можно встретить на улицах дам в черном. А она была в черном, увы.

– Добрый день.

Я стояла перед ней, сдержанно улыбаясь.

Она вздрогнула, внезапно прервав свои грустные размышления, перевела взгляд на меня и тут же слегка вздернула брови – готова поспорить, что и она, как вышеупомянутый последний клиент, удивилась моему молодому и великолепному облику (сам себя не похвалишь, никто не похвалит), одновременно усомнившись на мгновение в моих умственных способностях.

Впрочем, Виктория тут же улыбнулась и кивнула, предлагая мне сесть.

– Присаживайтесь, моя дорогая Татьяна. Как это у Александра Сергеевича: «Итак, она звалась Татьяна…» Я ведь всю жизнь работаю преподавателем в университете – русский язык и литература. А вы, признаться, меня удивили: такая молодая, такая красавица и – частный детектив? Но я тут же вспомнила рекомендации знакомого. Он мне сказал, усмехнувшись: «И учти, дорогая, что эта девушка – красавица и умница в одном лице». Что ж, он полностью прав насчет красавицы. Будем надеяться, что окажется прав и насчет умницы.

Мне оставалось только смиренно и вежливо улыбнуться и повесить сумочку на спинку своего стула.

Подошел официант, и Виктория все с той же улыбкой развернулась ко мне, предложив сделать заказ.

Это был некий каскад супервежливых улыбок с обеих сторон. Я, в свою очередь, ответив новой ослепительной улыбкой, заказала для себя, любимой, кофе латте, чтобы окончательно вернуться в нормальное состояние, а Виктория тут же удвоила заказ, без вопросов согласившись на латте и для себя, сделав официанту соответствующий жест. У меня осталось такое впечатление, что этой красивой женщине в данный момент было абсолютно все равно, что пить и есть, так же, как было все равно – светит ли солнце или льет дождь.

А она действительно была красива: высокая сухопарая миледи с безупречным лицом, словно выточенным из мрамора, с палевыми волосами, небрежно собранными на макушке заколкой из слоновой кости; а когда она сняла черные очки, устало потерев виски, оказалось, что ее глаза, чуть удлиненнее к вискам, удивительного бледно-голубого цвета – цвета вечного льда.

– Давайте для начала я расскажу вам нашу трагедию – так, как ее представляли посторонние люди, которые передавали друг другу всю эту историю, словно увлекательный бульварный детектив.

Она горько усмехнулась и закурила длинную сигарету, предварительно поинтересовавшись, не против ли я. Разумеется, я была не против, в свою очередь, достав еще не распечатанную пачку «Vougue».

– Итак, все это произошло совсем недавно – в ночь на воскресенье, девятнадцатого июня. Рано утром одна из студенток театрального института проснулась в комнате общежития, что на улице Цветочной, – знаете, такое семиэтажное здание? – выглянула в распахнутое окно… и истошно закричала. Закричала, потому как далеко внизу, на зеленом газоне, лежала моя дорогая Марго – жена сына Павла. Марго была мертвая, с разбитой головой, на ее груди была красная роза, а руки были раскинуты в стороны – так, словно она хотела обнять небо…

Несколько нервных сигаретных затяжек.

Официант принес наш латте, и Виктория автоматически отпила из поставленного рядом с ней высокого бокала, скорей всего, даже не поняв, что пьет. Ее ледяные голубые глаза отрешенно смотрели куда-то поверх голов посетителей, сидевших в кафе за соседними столиками – куда-то далеко, словно возвращаясь в то утро, о котором она теперь мне рассказывала.

– Естественно, тут же вызвали полицию, место оцепили. Я рассказываю вам как профессионалу: тело лежало в центре зеленой клумбы, причина смерти – удары по голове твердым продолговатым предметом, как чуть позже выяснилось – антикварной вещью, медным мечом, который обнаружился рядом, чуть в стороне, рядом со спящим бомжем. Тут же, на обочине газона, стоял и «Форд» Марго – надо отметить, моя сноха была просто виртуозным водилой, садясь за руль, она словно сливалась с машиной. А уж свой «Форд» она просто обожала, называла его Федей и разговаривала, как с лучшим другом. Мой сын Павел как-то со смехом сказал мне, что даже немного ревнует Марго к этому самому Феде.

Еще несколько затяжек.

– Так вот, возвращаясь к сухому протоколу, который я подробно изучила в следственном отделе полиции… Дверца «Форда» была распахнута, но внутри не было ничего необычного. Вот только две мобилы Марго бесследно исчезли, в то время как ее портмоне с карточками и наличными плюс бутылка водки «Серебряная» (а надо отметить, что именно эта водка была любимой маркой Марго, другого спиртного она не признавала) – все это обнаружилось у того же бомжа, который мирно дрых себе тут же, недалеко, под козырьком черного хода общежития.

Бомж был пьян (выпил половину бутылки «Серебряной») и ничего вразумительного сказать не мог. Но наша бравая полиция, дабы не забивать себе голову лишними проблемами, лихо завершила дело. По их версии, убийцей Марго стал именно он. Увидел подъехавший к общежитию дорогой автомобиль, увидел женщину, которая вылезла из него, замерев перед общежитием, где прошла ее юность… Бомж тут же подошел к ней, богатой и благополучной, попросил прикурить или деньжат на вино. А она послала его куда подальше. Вот он и разозлился, схватил старинный меч, который, как полиция все-таки сумела разузнать, Марго накануне купила в антикварном магазине, да и огрел гордячку по голове. Захапал ее кошель и водочку, дорогущую зажигалку, духи от «Gucci» и пачку сигарет, а когда сделал парочку глотков водки, у него проснулось воображение, и он уложил погибшую красиво: и ручки в стороны, и цветок, который, скорей всего, также находился в машине, на грудь. Потом выпил половину бутылки хорошей водки и отключился. Вот и все. Как вам такой славный сюжет для индийского фильма?

Сказать по правде, версия эта не стоила выеденного яйца: ежу понятно, что никакой бомж не будет размахивать антикварным мечом, а угрохав мадам, не станет присваивать ее дорогущие зажигалки да духи!

Но, признаться, когда Виктория произнесла последние слова и перевела на меня взгляд своих глаз… У-у-ухх! Меня словно ведром ледяной воды окатили. Взгляд Снежной королевы. Или Фемиды – ведь никто не знает, что за взгляд прячется под знаменитой повязкой? А вот я, грешная, ощутив на себе взгляд Виктории, пришла к выводу, что именно таким он должен быть у богини правосудия – ледяным, пронизывающим тебя насквозь, до самых печенок… Если ты виновен – запросто упадешь перед ней готовым трупом.

И еще один интересный момент, который я тут же взяла на заметку: Виктория – настоящий преподаватель, который привык, что все безропотно слушают лишь его, и заранее предугадывает все возможные реплики и вопросы аудитории. С самого начала я не произнесла и двух слов: только я открывала рот, чтобы что-то спросить, как моя собеседница менторским тоном отвечала на еще не заданный вопрос, словно читая мои мысли.

– Думаю, вы полностью со мной согласны: следствие закрыто, виновный найден и скоро предстанет перед судом. При этом полиция легко закрыла глаза на многие серьезные факты и нестыковки.

Первое – на месте, где лежал труп, обнаружено слишком мало следов крови. Я лично переговорила с экспертом, и он нехотя, но признал, что Марго, скорей всего, убили где-то в другом месте. И он тут же озвучил мне официальную версию: убийство, видимо, произошло где-то в другом месте, но неподалеку, после чего бомж перетащил труп в центр газона.

Виктория нервно затушила свой окурок в пепельнице и усмехнулась – горько, словно все ей давно опротивело.

– На мой взгляд, как выражается один из моих студентов, все это чистая липа, а мне просто необходимо знать имя настоящего убийцы.

Глава 3

Солнечный проспект, наводненный беспечными людьми, переполненное кафе, гудевшее от радостных голосов, и мы с Викторией, еще каких-то несколько часов назад понятия не имевшие друг о друге, теперь сидели в молчании, слыша, как оглушительно стучат колеса времени.

Произнеся последнюю фразу внезапно дрогнувшим голосом – «Мне просто необходимо знать имя настоящего убийцы», – Виктория с силой сжала губы. Даю голову на отсечение: эта сильная уверенная женщина неожиданно для самой себя едва не разрыдалась – быть может, впервые за все дни после смерти снохи.

Мы с ней одновременно закурили по новой сигарете и с минуту помолчали. Наконец, она вновь взяла себя в руки и даже попыталась улыбнуться, продолжив монолог сухим деловым тоном:

– Я повторюсь: мне необходимо знать имя настоящего убийцы Марго. Знаете почему? Потому что с первого дня Марго стала для меня родной. Понимаете, как родная дочь. Говорят, матери обычно ревнуют единственного сына к его избраннице. У меня все было не так.

На какое-то мгновение взгляд ее ледяных глаз потеплел.

– Я очень люблю своего сына, Павла, Павлушку. Он немногословный мальчик, очень добрый и трудолюбивый. Но когда в его жизни появилась Марго, мы влюбились в нее одновременно! Она была такая… шумная! Очень веселая, жизнерадостная, виртуозно владела словом и так шутила, что все вокруг буквально умирали со смеху! Каждый, кто ее видел, тут же начинал улыбаться, и все проблемы, если они были, моментально исчезали. Да, у Марго был дар божий дарить людям радость одной своей улыбкой. Вот почему для меня так важно, чтобы наказание понес настоящий виновник. Вы меня понимаете?

– Понимаю.

О, господи, наконец-то мне удалось вставить слово! Я поспешила этим воспользоваться, пока Виктория вновь не закусила удила.

– Виктория, вы рассказали мне о трагедии с точки зрения полиции и простых любопытных. Расскажите теперь, как все выглядело в ваших глазах. Вы сами когда и при каких обстоятельствах видели Марго последний раз?

Виктория довольно долго молчала, словно преподавателю университета пришлось не по душе то, что некто столь бесцеремонно его прервал да еще смеет задавать свои собственные вопросы.

Впрочем, она вовремя вспомнила, что сама обратилась ко мне с просьбой взяться за это дело.

– Сейчас июнь, горячий период – идет сессия, кроме того, грядут вступительные экзамены, я лично веду несколько подготовительных групп… Словом, из-за всего этого я давно не видела сына и его жену. Постойте, когда же мы встречались последний раз?

Виктория слегка нахмурилась, словно перебирая в уме все дни, даты, события последнего месяца.

– Пожалуй, последний раз это было на Девятое мая – и праздник Победы, и день рождения Павла.

Ее лицо на мгновение просветлело.

– Точно! Девятого мая. Мы решили, что, поскольку день рождения рядовой – Павлу исполнилось тридцать четыре года, – мы не будем заказывать ресторан, а попросту посидим у них дома. Марго заказала пиццу и салаты в ближайшем кафе – признаться, по части кулинарии она не была асом. Впрочем, как и я – так что, сами видите, мы с ней сошлись буквально во всем… Так вот, мы неплохо посидели: смотрели детские фотографии Павла, вспоминали в очередной раз историю их с Марго знакомства – первые взгляды, слова, улыбки. Понимаете, Павел и Марго были практически уникальной парой, потому что, и прожив вместе семь лет, они любили друг друга так, словно познакомились только вчера.

– А вам не показалось, что Марго чем-то озабочена, удручена? Все было, как в любой другой день?

– Стопроцентно, как обычно! Марго была веселой, обаятельной, очаровательной – как всегда.

Виктория посмотрела на меня как на бестолкового студента и даже с легкой укоризненной улыбкой покачала головой:

– Будь по-другому, я первым делом рассказала бы вам об этом. Но в том-то и беда, что смерть Марго случилась при абсолютно благополучных обстоятельствах – ничто не предвещало трагедии.

Тут она резко посмотрела на часы на своем запястье.

– Извиняюсь, Татьяна, но я очень ограничена во времени. Скажите, вы беретесь за это дело?

Ну, разумеется, она и тут пыталась диктовать мне свои условия. Не на ту напали, уважаемая!

– Я возьмусь за ваше дело. Поэтому вношу предложение: давайте вы все-таки немного задержитесь, чтобы мы сразу расставили все точки над «i». Итак, для начала я предлагаю рассмотреть всех участников драмы. Марго – ее возраст, профессия? То же самое – о вашем сыне, друзьях и соседях. И такой вопрос: а вы сами кого-нибудь подозреваете?

Бледно-голубые задумчивые глаза в очередной раз заставил меня вздрогнуть, и я поспешила прикурить, посмотрев на вспыхнувший огонь зажигалки, отведя взгляд от этих ледяных глаз.

– С вашего позволения, я сразу отвечу на последний вопрос, – Вероника небрежно махнула рукой. – Ответы на ваши вопросы насчет возраста, профессии и прочего я заранее подготовила…

Тут она нагнулась и вынула из своей плетеной сумки объемистую папку, протянув ее мне.

– Я заранее подготовила для вас это досье, там есть, пожалуй, все, что я знаю об этом деле и его персонажах.

Она несколько секунд изучающе наблюдала за мной – как я открыла папку и пролистала несколько отпечатанных листов с образцовыми досье: ФИО, возраст, образование, профессия…

– А теперь о том, кого я подозреваю… На самом деле это непростой вопрос. Павел и Марго жили душа в душу. Не было никаких ссор, измен и прочей ерунды. Но, с другой стороны, все эти дни я постоянно думаю и задаю себе простой, банальный вопрос: кто мог убить Марго? Кто? Кому это выгодно или попросту могло бы согреть душу? Единственный вариант, который приходит в голову, это некто, связанный с работой Марго, с ее статьями. К примеру, та самая ведьма!..

Пока она прикуривала очередную сигарету, я поспешила уточнить:

– Ведьма – в смысле стервозная женщина?

– Нет, ведьма – в смысле настоящая ведьма, – Виктория тут же покачала головой. – Что я говорю – не настоящая ведьма, в том смысле, что и тут дар нужен! Ведьма по профессии, если так можно выразиться. Из тех, что публикуют объявления в духе «сниму порчу, предскажу будущее, наколдую удачу» и прочее, и прочее…

– А на самом деле…