Будет все, как ты захочешь!

Глава 3

Утром я проснулась почти в хорошем настроении. Я была полна решимости действовать. Так, сегодня у меня очень ответственный день. Утром я знакомлюсь с Денисом, вечером с коллегами Кати и, если удастся, с ее женихом Артемом. Сокращенный вариант утренней разминки и контрастный душ быстро привели меня в состояние боевой готовности. Чашечка кофе и сигаретка добавили оптимизма. В начале десятого я уже заводила мою «девятку».

Семен Яковлевич был на месте. Он ждал меня, листая папку с надписью «Дело».

Увидев, улыбнулся и кивнул:

– Доброе утро, Танечка!

– Здравствуйте, Семен Яковлевич. Прошу прощения за опоздание.

– Ну что вы! Доставили удовольствие старику ждать женщину, прямо как в молодости! Кстати, вы и не опоздали, это я приехал рано. Все равно старику не спится…

В СИЗО мы проходили контрольные посты, показывая свои удостоверения. Потом зашли в комнату, где была перегородка из металлических прутьев до самого потолка. С нашей стороны стоял стол и два стула, а за перегородкой – только стул. Вскоре охранник привел и усадил на этот стул невысокого роста паренька с затравленным взглядом. Он кивнул Семену Яковлевичу, а на меня посмотрел мельком, тут же опустил голову и застыл как изваяние.

– Здравствуй, Денис, – по-отечески мягко сказал адвокат. – Это Татьяна Александровна Иванова, частный детектив. Она тоже ведет расследование твоего дела. У нее будут к тебе вопросы, ты готов ответить?

Денис едва заметно кивнул, не поднимая головы. О, тяжелый случай, подумала я. Семен Яковлевич спросил еще молодого человека о самочувствии и настроении, что отвечал ему Денис, я, честно говоря, не поняла. Ну что ж, попробую и я пообщаться с этим Маугли.

– Денис, скажи, пожалуйста, во сколько ты приехал в гостиницу в тот злополучный день?

Денис что-то вякнул себе под нос, я не разобрала, что именно, и вопросительно посмотрела на адвоката.

– В четыре часа, – подсказал Семен Яковлевич.

Ну нет, так дело не пойдет, подумала я. Получается диалог с переводчиком. А вслух сказала:

– Денис, я понимаю, тебе сейчас нелегко. Я здесь именно затем, чтобы помочь тебе быстрее выйти отсюда. Ты ведь хочешь скорее вернуться домой к родителям? Давай так: ты отвечаешь на мои вопросы, но только немножко погромче. У меня проблемы со слухом. Договорились?

Денис кивнул.

– Так, в четыре ты приехал. Ты куда-нибудь уходил из номера?

Денис опять кивнул.

– Куда? – спросила я.

– Гулять, – едва слышно ответил он.

Ну, это уже прогресс.

– Рассказывай, где гулял и что делал во время прогулки, это важно.

– Гулял на соседней улице. Позвонил знакомой, пригласил к себе.

Немногословен парень, ничего не скажешь. Ну, оно и правильно, краткость – сестра таланта.

– Как зовут твою знакомую и во сколько она обещала приехать?

– Земфира. В семь.

– Так, потом ты вернулся в номер и что делал?

– Смотрел телевизор.

– А в душ во сколько пошел?

– В шесть.

– Во сколько вышел? – спросила я и подумала: как партизан на допросе.

Денис дернул плечом, что означало, очевидно, что он не знает. Не смотрел на часы. Ну и правильно, зачем ему время засекать, он же не на скорость мылся.

– Так, Денис, ты вышел из душа и что увидел?

Юноша молчал. Было ясно, что ему тяжело вспоминать и говорить о том, что он видел. Я поняла: парню надо помочь, иначе мы и до вечера не выясним, что там произошло.

– Ты увидел девушку на кровати?

Кивок головой.

– Ты сразу понял, что она неживая?

Мотнул головой, понятно: не сразу.

– Ты подошел и посмотрел, может, даже спросил ее о чем-то?

Кивок.

– А она молчит. Ты…

– Наклонился, – совсем тихо сказал Денис.

– И понял, что она не дышит. Пояс сразу увидел?

Кивок.

– И что ты сделал?

– Испугался. Выбежал и закричал.

Лаконичный ты мой. Насчет последнего я сомневаюсь, трудно поверить, что он может кричать. Он нормальным голосом говорить не может.

– Денис, вспомни, пожалуйста, когда ты пошел в душ, ты запер дверь на защелку?

Денис кивнул.

– А когда ты выбегал, дверь была заперта?

Пожал плечом.

– Денис, вспомни, это важно.

Долгое молчание. Пожал плечом. Ясно, это ему вспомнить уже трудно, он был в шоковом состоянии.

– Кто прибежал на твой крик?

– Администратор.

– Что она делала?

– Посмотрела на девушку и позвонила по телефону.

– Кого она вызывала?

– Милицию. Потом «Скорую».

– Еще что-нибудь можешь добавить?

Мотнул головой.

– А ты знал убитую?

Кивок головой.

– Видел в гостинице?

Кивок. Я посмотрела на Семена Яковлевича. Тот развел руками, мол, что поделаешь. Тогда я попросила у него разрешение посмотреть дело. Он дал мне папку. Я полистала ее. Документов в деле было совсем немного, оно и понятно, дело только недавно открыли. Я вернула папку адвокату и спросила, есть ли у него вопросы к Денису.

– Тебя здесь не обижают? – спросил Семен Яковлевич своего подзащитного.

Парень мотнул головой.

– Маме с папой что передать?

Денис молчал, опустив низко голову.

– Держись, мой мальчик, я знаю, тебе здесь не сладко. Мы делаем все, чтобы тебя отсюда поскорее вытащить.

Тут я встряла в их «разговор»:

– Денис, ты можешь дать мне телефон твоей… подружки?

Он поднял голову и удивленно посмотрел на меня:

– Ее там не было…

– Но ты все-таки дай, мало ли… мне надо всех опросить. И обязательно вспомни, была ли заперта дверь комнаты, когда ты выбегал. Хорошо, Денис? Если вспомнишь – скажешь Семену Яковлевичу.

Он кивнул. Потом продиктовал номер сотового телефона. Я внимательно посмотрела на него:

– А сотовый своего отца помнишь? А мамы? А Семена Яковлевича?

Денис каждый раз кивал головой.

– И сколько же номеров ты помнишь?

Он пожал плечами:

– Десять или больше, не считал.

– А еще несколько номеров сможешь запомнить? Вот так: услышать и запомнить?

– Могу.

Молодец, память действительно хорошая. Потом адвокат задал ему несколько, на мой взгляд, незначительных вопросов, и мы стали прощаться.

Дома, попив кофейку и выкурив сигарету, я почувствовала, что начинаю приходить в себя. Да, этот Денис настоящий сюрприз. Даже и не знаешь, как с ним работать. А вообще-то он производил тяжелое впечатление. Неудивительно, что Андрей подозревает его. Молчит, причем с таким видом, опустив голову, словно провинился. Но я нутром чувствую: это не он, и мне надо это доказать. Сегодня я поговорю с Артемом, а вечером, попозже, с девочками из гостиницы. Сегодня будет интересная встреча: это ведь те девочки, которые дежурили в субботу вместе с Катей. И особо ценный фрукт Юля: она первая прибежала на крик Дениса. Это свидетель номер один.

Я набрала телефон Артема. Мне ответил приятный мужской голос.

– Я слушаю.

– Это Артем? Здравствуйте.

– Здравствуйте, – несколько удивленно ответил он.

Я представилась.

– Артем, нам надо увидеться.

– Зачем?

– Мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Мне сейчас не до ваших вопросов, – ответил он довольно грубо, – у меня любимую девушку убили, вы понимаете?

– Да, я понимаю, но это очень важно, Артем. Я как раз расследую это дело.

– Вы ведь не следователь! – Артем явно не торопился встретиться со мной.

– Артем, я веду параллельное с основным расследование…

– Давайте как-нибудь потом… Мне надо прийти в себя, я не могу сейчас никого видеть.

– Потом – это когда? – решила уточнить я.

– Ну… дней через… пять, нет, через неделю… я не знаю…

– Я не могу ждать так долго, Артем. Поймите: сидит невиновный человек…

– Так вы что, этого урода хотите отмазать?! Да я сам его придушу, если его выпустят!

– Артем, поймите, этот парень не виноват, он сидит ни за что…

– Не виноват?! Он один там был, больше никого, я знаю! И как он вообще уговорил ее прийти к нему в номер? Да я его живьем закопаю!

– Откуда вы знаете подробности?

– Неважно… Сказали…

– Вот давайте встретимся и обсудим это…

– Нет, не сегодня, потом. Я… я сам позвоню, у меня ваш номер определился…

– Артем… – Гудки были мне ответом.

А жених-то не торопится помочь следствию. И это подозрительно. Будь я на его месте, все бы бросила, но помогла бы найти виновного в смерти моего любимого человека. Так-так. Возьмем это на заметку. Я набрала еще один номер, который дал мне Анатолий Романович. Это был номер Маши, Катиной подруги.

– Да, слушаю вас.

– Это Маша?

– Да, с кем я говорю?

Я представилась. Потом сказала, что нам необходимо встретиться. Маша отреагировала незамедлительно:

– Я готова. Я сегодня освобожусь в семь. Куда приехать?

– Маша, я не знаю точно, во сколько освобожусь я, но примерно в это же время. Я перезвоню вам вечером. Хорошо?

– Да, звоните, я могу встретиться в любое время.

Вот это подруга, подумала я.

Я едва дождалась вечера. Дорога в гостиницу не заняла много времени, пробок на дороге почти не было.

Как обычно, перезвон колоколов, и строгий на этот раз голос из домофона:

– Администратор Юля, добрый вечер!

Я представилась, и мне открыли дверь. Я прошла в холл. А Юля отличалась от своих сотрудниц. Если Оксана и Елена были милыми девушками, улыбались и хлопали ресницами, то Юля смотрела взглядом управляющей: строго, без намека на улыбку.

Она была невысокого роста, худощава, некрасива, с веснушками. Немного угловатые движения, косметики – минимум. На вид ей было лет двадцать семь, не меньше.

– Юля, а сегодня гостей в отеле много? – начала я разговор.

Девушка посмотрела на меня внимательно, как бы прикидывая в уме, зачем мне это нужно, и наконец ответила:

– Почти все выехали. Занят один номер на первом этаже и один на втором. А чуть позже заедут в два номера.

– Ну, и хорошо, значит, нам не помешают. А горничная Соня еще в гостинице?

– Соня сегодня не вышла на работу.

– Как? – удивилась я. – Сегодня ее дежурство?

– Я не знаю, что с ней случилось, – холодно ответила Юля. – Утром она не пришла на работу, я звонила ей, но она не брала трубку. Тогда я позвонила горничным из другой смены и вызвала их.

– Очень жаль, я хотела поговорить и с Соней. Ну ладно, вы дадите мне ее телефон, и я тоже попытаю счастье.

Юля молча взяла с ресепшн листочек бумаги и написала на нем телефонный номер.

– Спасибо. Юля, расскажите, пожалуйста, что вы видели в тот злополучный день.

Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она по-прежнему строго смотрела на меня, когда начала говорить:

– Долгов заехал в шестой номер ровно в четыре. Через несколько минут он вышел, но вскоре вернулся. До шести в его номере была тишина. А в шесть я услышала его крик, я прибежала и увидела, что он сидит на корточках около двери и плачет. Я заглянула в комнату и увидела Катю. Она лежала на кровати, вокруг ее шеи был намотан пояс. Я поняла, что она задушена, и вызвала «Скорую», потом милицию. Все это я уже говорила следователю.

– Юля, уточните, пожалуйста: вы вызвали сначала «Скорую», а потом милицию, так?

Девушка посмотрела на меня удивленно:

– Это имеет значение?

– И большое.

Она думала ровно минуту, потом сказала:

– Честно говоря, я точно не помню, но, по-моему, сначала «Скорую».

– А как быстро она приехала?

– Через пятнадцать минут.

Так-так. Это мне о многом говорит. Ну что ж, пойдем дальше.

– Юля, скажите, вы ведь учитесь, я имею в виду институт?

– Да, на последнем курсе, на факультете «Туризм и гостиничный бизнес». Заочно.

– О, это похвально. Я вижу, вы серьезный человек. Вы местная?

– Нет, я приехала из области. Здесь снимаю квартиру. Между прочим, сама себя кормлю, – не без гордости сказала девушка.

– Да, это, несомненно, достойно уважения. Сейчас молодежь такая ветреная, все с родителей деньги тянут…

– Я в Тарасов после школы приехала. Сначала техникум окончила, в кафе работала, в магазине. Теперь вот в гостинице. Я тут горничной начинала, полгода номера вылизывала, потом повысили.

– Понятно, – сказала я. – Еще такой вопрос: а может ли кто-то без вашего ведома проникнуть в гостиницу?

– Нет. У постояльцев свои ключи от входной двери, точнее, магнитики. А я пропускаю только тех, кто собирается снять номер.

– Но вы ведь уходите с ресепшн… ну, я не знаю… в туалет или чаю попить. Дежурить сутки, я знаю, очень тяжело, вы не выдержали бы сидеть двадцать четыре часа на одном месте.

– Нам разрешается отлучаться ненадолго в туалет или перекусить.

Я подумала немного, а потом предложила:

– Юля, а давайте проведем эксперимент. Можем мы сейчас пройти в бар, там ведь никого нет?

– Нет, гости приходят туда только на завтрак.

– Прекрасно. Ну что, идем в бар?

Мы пошли по коридору. На первой двери висела табличка «Бар». Юля открыла ее и включила свет. Это было небольшое помещение с барной стойкой, на которой стоял электрический чайник. Четыре небольших стола, вокруг которых расположились стулья. Один большой стол, на котором были микроволновка и подносы. Стол для блюд, поняла я. На стене висели плоский телевизор, цветы в кашпо, картины. Все мило и уютно. Юля встала за стойку лицом к двери.

– Здесь я стою утром, когда подаю блюда гостям, – сказала она.

– А когда вечером заходите сюда перекусить или попить чая, как вы стоите?

Девушка вышла из-за стойки и подошла к ней с другой стороны, встав, таким образом, к двери спиной. Я вышла в коридор.

– Юля, включите чайник, – попросила я, – вы ведь его включаете или пьете чай холодным? И вообще, ведите себя как обычно, когда заходите сюда перекусить.

Через несколько секунд чайник начал шуметь. Я пошла по коридору на цыпочках. Да это было и не нужно: ковровая дорожка отлично заглушала мои шаги. Я прошла мимо бара, заглянула в дверь, Юля все так же стояла ко мне спиной. Она ждала, когда чайник закипит. Я дошла до конца коридора и позвала Юлю. Она выглянула из бара, посмотрев в ту сторону, где я стояла раньше, не увидев меня, посмотрела в другую. Я подошла к двери бара.

– Так, – сказала я, – вы не слышали, как я шла по коридору.

– Нет, – призналась она.

– Остается выяснить, можно ли зайти в гостиницу без вашего ведома.

Юля посмотрела на меня с легкой насмешкой, но ничего не сказала.

– Но это мы выясним потом, а сейчас расскажите, пожалуйста, мне о Кате все, что знаете.

Мы вернулись опять в холл, Юля села на свое место, так как ей приходилось иногда отвечать на телефонные звонки, я устроилась на диване.

– Катя была моей подругой, – сказала Юля почти без эмоций, – правда, дружили мы только на работе. У меня свободного времени почти нет. На дежурстве не всегда получается поспать ночью. Это со стороны кажется, что сидит девушка за ресепшн и только на звонки изредка отвечает. На самом деле у нас работы много: ежедневные отчеты по расходованию средств, утром в шесть надо начинать готовить завтрак, в восемь в бар уже тянутся постояльцы по одному. То кто-то выезжает поздно вечером, то приезжает, такси им вызови, самим же тяжело трубку поднять. В общем, ночью на работе, как правило, не спишь. Хорошо, если часа три удается подремать. Так что следующие сутки у нас не зря называют отсыпными. Вот и посчитайте: сутки на работе, потом полдня спишь, на жизнь остается один день. Надо контрольные делать, я стараюсь не копить все к сессии. Так что на личную жизнь и друзей времени нет. А здесь, на работе, мы общались. Катя иногда задерживалась, мы с ней чай пили, про жизнь говорили. Хорошая она девчонка… была. Предки у нее бедные, такие же, как мои. Отец на заводе работает, мать – продавцом. Катьке пришлось после школы работать идти, саму себя одевать. Только с женихом ей и повезло. Артем нормальный парень, зарабатывать умеет, и характер… настоящий, мужской. Знаете, как они познакомились? Года два назад Катя у подруги задержалась допоздна, вышла на остановку, стоит, уехать не может: маршрутки уже не ходят. Она чуть не плачет: денег на «шашечки» нет, пешком до дома далеко. Что делать? Тут около нее такси останавливается, водитель предлагает ее подвезти, она отнекивается, мол, у меня денег двадцать рублей. Он ей: «Садись, за двадцать довезу!» Она боится, что он ее заставит другим расплачиваться, ну, вы понимаете?.. В общем, он ее уговаривает, она – ни в какую. Тут он не выдержал, вышел из машины, заднюю дверку открыл, чуть не силой туда Катю усадил, довез до самого подъезда и проводил до квартиры. И денег не взял, хотя она ему те двадцать рублей пыталась отдать. А на другой день приехал к ней, ну, и стали встречаться. Артем молодец, кружится на своей машине и день и ночь. Но зато зарабатывает – будь здоров. У него квартира своя, представляете? Вот повезло, а тут мотаешься по чужим углам… И прикид у этого Артема приличный, и при деньгах всегда. И при всем том деньги не проматывает. Выпивает редко. Катя говорит, они иногда в кафе ходили, а в ресторан – только один раз. Артем на свадьбу деньги копил, хотел в свадебное путешествие жену свозить, а потом мебель дорогую хорошую купить. Вот такой серьезный парень.

Юля замолчала.

– А вы лично этого Артема видели? – спросила я.

Юля ответила, как мне показалось, неохотно:

– Да, он иногда приезжал за Катей, встречал после работы на машине, когда время свободное было. Я и видела-то его пару раз.

– А вот Соня, вторая горничная, кто она? – спросила я.

– А, эта… Так, ни рыба ни мясо. Работает вроде нормально, живет с мамой. Она с нами особо не общается. По работе замечаний не имеет. Тихоня, о чем с ней говорить?

– А конфликты у них с Катей были?

– Нет, у нас никто не конфликтует. Вообще коллектив хороший, все девчонки нормальные, без выкидонов.

– Ну что ж, Юля, спасибо, что время уделили, пока у меня вопросов больше нет.

– До свидания, – сказала Юля без эмоций. Если бы она была красивой, ее можно было бы назвать Снежной королевой.

Я вышла из гостиницы и села в машину. Так, ну и что же я узнала? Да кое-что есть. Когда утром я беседовала с Долговым, он сказал, что Юля, прибежав на его крик и увидев Катю, вызвала милицию, потом «Скорую». А вот Юля сейчас мне сказала, что вызвала сначала «Скорую», а уж потом милицию. Это называется расхождением в показаниях. А почему я обратила на это внимание? Я не могла сказать точно, но это было важно, я чувствовала.

В это время к дверям гостиницы подошел тот респектабельный господин, с которым вчера я столкнулась в дверях и который так галантно мне поклонился. Он стал рыться в кармане, ища ключ. А вот сейчас мы кое-что проверим! Я вышла из машины и, с деловым видом подойдя к двери, тоже начала рыться в сумочке.

– Здравствуйте, – увидев меня, сказал господин.

Я улыбнулась в ответ и кивнула. В это время он достал ключ, приложил магнитик к кнопке. Дверь открылась, господин пропустил меня и пошел по лестнице наверх. Я сделала вид, что мне нужен администратор, и подошла к ресепшн. Юли за ним не было. Должно быть, пьет в баре чай. Да она мне была и не нужна. Эксперимент показал, что пройти в гостиницу постороннему человеку можно! Вот так, Юля, а вы говорили, что без вашего ведома никто сюда не войдет. Я нажала кнопку около входной двери, дверь открылась, и я вышла на улицу. А теперь надо позвонить Маше, у меня с ней встреча.

Я достала сотовый и набрала Машин номер.

– Алло, это Татьяна, частный детектив. Я освободилась, мы можем встретиться?

– Да, конечно, я же обещала.

– Куда мне подъехать?

– Вы знаете офисное здание на Стрелковой? Подъезжайте к главному входу, я сейчас спущусь. Я буду в голубой куртке и джинсах. Хотя… вряд ли там будет кто-то еще, все уже разошлись.

Через четверть часа я подрулила к указанному зданию. На крыльце стояла девушка в голубой куртке и с сумкой через плечо. Я подошла к ней:

– Вы Маша?

– Да, это я. Где будем разговаривать?

– А давайте в моей машине. Кстати, где вы живете? Может, вас домой отвезти?

– Я живу рядом с Катей, в соседнем доме. Мы ведь одноклассницы, со школы дружим. И со мной можно на «ты».

– Хорошо. Тогда давай подброшу, садись.

В машине Маша спросила:

– А кто вас нанял, если не секрет?

– Родители того молодого человека, в чьем номере обнаружили тело Кати и которого, кстати, подозревают в ее убийстве.

– А вы считаете его невиновным?

– Честно говоря, Маша, я не знаю. Но, скажем так, очень сильно в этом сомневаюсь. Пристегнись.

Я завела машину, мы тронулись.

– А от меня что хотите узнать?

– Хочу узнать, что за человек была Катя и кто ее друзья.

– Человек… Хороший человек. Нормальная девчонка, в школе неплохо училась. Только после одиннадцатого класса никуда поступать не стала, пошла в магазин продавцом. Я-то в техникум поступила на бухгалтера, звала ее с собой. Она уперлась: «Еще четыре года учиться? А жить когда? Да и деньги нужны». А я вот окончила техникум, третий год бухгалтером работаю, – в Машином голосе прозвучали нотки гордости.

– А с Катей вы часто встречались?

– Да как вам сказать? Раньше часто, в кафешку ходили, в лес на шашлыки, в гости друг к другу. Пока Катя с Артемом не познакомилась.

Я повернула голову и посмотрела на мою собеседницу. Что-то в ее голосе мне не понравилось. Я поняла, что Артем не вызывал у Маши того восторга, с которым о нем отзывались другие. Например, отец Кати или администратор Юля.

– А что Артем? – спросила я.

– Да знаете… какой-то он… подозрительный. Денег у него – куры не клюют. Откуда? Парню лет двадцать семь, не больше, – квартира своя. Говорит, купил. Машина – новая «десятка», тоже купил. Вы верите, что в такси можно такие деньги заработать? Катьке часто подарки дарил, игрушками мягкими всю комнату завалил, да и так деньги давал, на тряпки, на туфли. Нет, что-то с этим Артемом не чисто. Я его пару раз видела в машине с такими девицами, которые платные интимные услуги оказывают. Катьке сказала, а она – ему. Так Артем знаете, что ответил: «Я себе клиентов не выбираю. Кто платит, того и везу». А я думаю, Артем с ними завязан. Я не знаю как, но что-то здесь не так. Все ахали: как Кате повезло! А я думаю, совсем наоборот. Только теперь уж все равно…

Вот тебе и раз! Вот тебе и замечательный парень Артем. Придется теперь копать и под него.

– Маша, а знаете, Артем отказался встретиться со мной.

– Ну, я же говорила, действительно мутный тип.