Хватайся за соломинку. Жар бабьего лета

Я ловко увернулась. И словно спохватилась:

– Ой, заболталась я. Скажи-ка мне лучше номер телефона Валеркиного друга. Тоже высокий такой, только темноволосый. Валерка как-то раз проездом был у меня с ним. Забыла, как его звать. Ну, такой… – Я обвела руками пространство, как бы обрисовывая не видимого в данный момент плечистого друга Валерки, и добавила: – Они даже чем-то похожи.

– Антон Васильевич Саранцев, – Славика уже изрядно развезло. И ему хотелось показаться передо мной весомым, значимым. Хотелось говорить о сотрудниках фирмы, как о равных себе. – Тоже ничего пацан. Только они не похожи. Просто одежда одинаковая всегда делает людей похожими.

Что ж, верное замечание, отметила я про себя. А Славик продолжил развивать эту мысль:

– У нас все менеджеры как с конвейера сошли. Одинаковые кашемировые пальто, шарфики. Ну а что ты хочешь? – парнишка прищелкнул пальцами. – У нас же не шарага какая-нибудь. Фирма. Между прочим, «Кентавр» спонсирует избирательную кампанию Луки Ильича Шлюпкина. Слышала? Наши пацаны подписи собирают, электорат, так сказать, просвещают и подковывают. Шлюпкин им за это отдельно платит. И надо сказать, совсем недурно.

Парнишка пьяно улыбнулся и икнул.

Так вот откуда мне знакомо это имя! Могла бы, между прочим, и вспомнить. Надо же, какие люди Елене Михайловне честь оказали…

Да, да, как раз в тот момент, когда случилась эта глупая история, когда у людей авитаминоз из-за зимнего периода и когда хрупкие ауры при плохой погоде сами по себе дырявятся, наш город усердно готовился к очередным выборам мэра.

На данный пост было выдвинуто несколько кандидатур, причем две из них довольно, на мой взгляд, достойные.

Но ныне действующий мэр Денис Федорович Пухлячихин сделал так, что эти кандидаты оказались за бортом, так сказать. Они, видите ли, неверно и не вовремя представили на регистрацию нужные документы. А если говорить правду, то он просто боялся этих кандидатов, потому что они имели реальный шанс выиграть выборы. У мирных тарасовцев уже давно челюсти сводило, когда Пухлячихин появлялся на телевизионном экране, с большим трудом на нем умещаясь.

В итоге на финишной прямой до кресла мэра оказались сам Пухлячихин, старавшийся как можно меньше появляться на голубом экране, Лука Ильич Шлюпкин и Тимофей Иванович Мурляев. Пухлячихин понял, что рекламные ролики ему уже не нужны: оставшиеся оппоненты, изощряясь в пакостях и поливая друг друга грязью, сами себя скомпрометируют. И тихо выжидал, выступая изредка в местных новостях и насмешливо бросая едкие реплики в их адрес.

Денис Федорович высокопарно заявлял, что ему лично реклама не нужна, народ его по делам оценить может. Правда, по каким именно великим делам, он не снизошел уточнить. Вероятно, имел в виду строительство нового Дома правительства города. Но он не учел, что за два срока правления так, извините, осточертел народу, что шансы двух смехотворных претендентов значительно выросли. Поскольку представители электората говорили напрямую так: лучше черт лысый, только не господин Пухлячихин.

И вот теперь, когда у Шлюпкина и Мурляева появилась реальная возможность быть избранными на должность мэра, они усилили свои нападки друг на друга. В итоге их рекламные ролики напоминали зарубежные комиксы.

Толстая и красная (скорее всего от частых возлияний) физиономия Шлюпкина появляется на экране. Лука Ильич самозабвенно дает обещания, что только он сможет вытащить Тарасов из болота, в котором город на данном этапе погряз.

– Нет криминалитету! – с пафосом скандирует он. – Мы не будем раскармливать толстое мурло за счет простого народа!

В это время на экране идут мультипликационные кадры: маленькие людишки спешат к огромному пирогу, видимо, предназначенному ему, нищему электорату. Но к пирогу появляется огромный жирный рыжий кот, с явным намерением проглотить его за один присест. Причем кот, которого зовут, надо думать, Тимофеем, чем-то неуловимым жутко похож на господина Мурляева. Ну а о том, что «мурло» и Мурляев – слова однокоренные, упоминать, по-моему, совершенно излишне.

Народ об этом, естественно, догадывался. Не такой уж и глупый у нас электорат. И тем не менее некоторые избиратели, к тому же получившие некие «пособия» от Шлюпкина, были жутко довольны тем фактом, что покоривший их кандидат так красноречиво, ничего не боясь, критикует своего оппонента.

Однако Мурляев не терялся. Он тоже позаботился о «подкормке» электората и тоже не стеснялся в выборе средств для достижения великой цели.

В своем рекламном ролике он предстает отважным капитаном, который уверенно ведет красивый белоснежный корабль к солнечному берегу. А рядом тонет ветхая шлюпка. В ней некто очень маленький по размерам борется с постоянно набегавшими на утлое суденышко волнами. Некто, внешне ужасно похожий на… Шлюпкина.

Один из команды отважного капитана кричит ему:

– Присоединяйся к нам, горе ты луковое! И тогда никакие стихии не будут страшны! Мы в силах помочь всем, кому плохо!

Когда я из-за фильма с участием Жана-Поля Бельмондо вынуждена была в перерывах просмотреть эту галиматью, чуть от стыда за господ кандидатов не сгорела. Даже горе, и то «луковое», – явный намек на имя Шлюпкина. А вот соседка моя, благообразная старушка, та ничего. Ей понравилось, как Мурляев этого противного Шлюпкина раскритиковал.

Но я отвлеклась. Бог с ними, с кандидатами. Как умеют, так и завоевывают Олимп. То бишь мэрию. А закончится это все, как в известной ситуации: пока двое дерутся из-за банана, третий его съест. Лично я нисколько не сомневалась, что в итоге на выборах победит Пухлячихин.

Только при чем здесь я, Костя, Димка и моя Ленка? Вот уж и впрямь загадка.

– Так как насчет телефончика Саранцева? – обратилась я с вопросом к захмелевшему Славику.

– Да подожди ты, Танюша. Давай лучше еще поболтаем. Куда тебе спешить? Думаешь, эти двое и в выходной день не расстаются?

– Вполне возможно. Валерка говорил, что Саранцев его лучший друг. Может, все же поможешь – поищешь, а?

Пару минут назад я «не могла вспомнить» имени друга своего названого братца, а теперь смею утверждать, что он ни днем, ни ночью с ним не расстается. Однако эта несуразность вовсе не возбудила подозрений у моего нового знакомого. Он был достаточно пьян, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

– Ну ладно. Сейчас посмотрим, – нехотя согласился охранник.

Он порылся в столе, достал потрепанную тетрадь и принялся ее листать. Тетрадь то и дело норовила выскользнуть из его неверных рук.

– Дай сюда, чудо в перьях, – предложила я.

– Не в перьях, а в камуфляжке, – пьяно хихикнул Славка.

Теперь у меня были домашние и сотовые телефоны Саранцева и Абрамова. Телефона Шлюпкина в тетради охранников не было, да и быть не могло. А вот телефончик их шефа, импонировавшего кандидату Шлюпкину я на всякий случай запомнила. Мало ли, вдруг пригодится?

Выяснив все, что необходимо, я принялась срочно прощаться.

– А как же насчет вечера, Танюша?

– В другой раз, – я обворожительно улыбнулась и пошла к двери.

Он схватил меня за руку.

– Таня…

– Слушай, Славик, ты полегче. Братец у меня, сам понимаешь…

Что я имела в виду под этим «сам понимаешь», один бог знает. Но подействовало.

– Ты еще зайдешь? – спросил Славка, под руку провожая меня к двери.

– Обязательно, – снова улыбнулась я и послала ему воздушный поцелуй.

Димка нетерпеливо топтался около машины и обрадованно бросился мне навстречу, как только я вышла из-за угла дома.

– Наконец-то. Я уж волноваться начал. Думал, что-нибудь случилось. Хотел уже бежать тебя разыскивать.

– А вот это совершенно напрасно, – спокойно ответила я. – Ты же сам говорил, что в выходной никого в фирме нет. И волноваться за меня было нечего. А вот что делать дальше, я совершенно не знаю. И это очень и очень плохо. Просто кошмар да и только. Мы, кажется, подбираемся к таким вершинам, что все сложнее становится уцелеть.

– К каким вершинам? – Дима удивленно посмотрел на меня.

– Да это я так, о своем, о женском. Нам никто не звонил?

– Не-а.

Я уселась за руль и задумалась. Надо было немного поразмыслить, куда теперь направить свои стопы.

Я совсем запуталась. Машинально открыв «бардачок», извлекла из него «кости». Только они мне сейчас помогут.

– Кто? – спросил неожиданно Димка. Оказывается, последнюю фразу я произнесла вслух.

– Не кто, а что, – поправила я его. – «Кости» мои магические. Когда я захожу в тупик, всегда обращаюсь к ним.

На сей раз Димка не стал посмеиваться над тем, что я суеверная, он уже имел случай убедиться, что «костям» лучше доверять.

15+8+7 – «Кто-то готовится сделать вам выгодное предложение». Толкование я произнесла вслух и задумалась. А Димку как прорвало – из него посыпались вопросы, которые иначе как риторическими на данном этапе расследования не назовешь.

– И что это значит? Сейчас нам позвонят и предложат поменять Ленку на перстень с бриллиантом? И что тогда делать нам, если мы понятия не имеем, где этот чертов перстень искать? И вообще, при чем здесь он? И как все это связано со смертью Кости?

Дмитрию, конечно же, хотелось, чтобы «косточки» ответили на все вопросы подробно и дали точные инструкции по поводу того, что делать и как себя вести.

– Ничего пока не знаю, – немного устало откликнулась я, – будем думать. Но «кости» никогда не ошибаются – это точно. Сейчас попробуем позвонить по всем номерам, которые я раскопала в «Кентавре».

Попробовала позвонить Саранцеву и Абрамову. Напрасно. Никто не взял трубку. «А в ответ тишина», – как пел мой кумир Владимир Семенович Высоцкий.

– Вот так, друг мой. Влипли мы даже покруче, чем я сначала подумала. Знаешь, кому звонил наш милейший Аркадий Андреевич Корытов?

Я решила посвятить Димку во все тайны, которые несколько минут назад узнала сама. А закончив свой рассказ, спросила:

– Ну, как тебе это нравится? А эти мерзавцы не звонят и не берут трубку. Видно, пока в моих услугах не нуждаются. Скорее всего, пытаются раскрутить на информацию несчастную Ленку, которая знать не знает, чего от нее хотят. Господи, только бы они не применили к ней силовые методы! Только бы ее не били…

– Думаешь, возможно такое?

– Сама не знаю. Если уж наши противники пошли на убийство, то… Но молюсь, надеясь на необыкновенное чудо. И удивляюсь ее стойкости. Ведь раз на нас еще не началась охота, значит, Ленка пока молчит.

– Тань, а может, их просто нет сейчас в городе, раз телефоны не отвечают?

– Телефоны могут молчать исключительно для меня. А для всех остальных работать.

– Как это?

– Так. Ты словно про определитель номера не слышал… Уже и для мобильников есть сейчас такая услуга, отсталый ты человек.

– А если из автомата попробовать?

– Можно, конечно. Но, думаю, тоже бесполезно. Если они решили поиграть со мной в молчанку, то и на звонки из автомата тоже отвечать не будут. Зачем? Ведь у всех их друзей и знакомых есть не только домашние телефоны, но еще и мобильники. Так-то вот – Тань, я совсем запутался, кто, кого и зачем. Ты говоришь, что ребят послал к Лене кандидат в мэры города. Но при чем здесь этот чертов перстень? Неужели из-за него кандидат будет посылать к кому-то крутых ребят, способных на убийство?

– Бред сив кейбл, конечно, как говаривали мы в юности. Но против фактов не попрешь. И я, хоть тресни, должна выстроить мало-мальски правдоподобную логическую цепь. Давай попробуем еще раз. Итак, что мы имеем? Абрамов и Саранцев видят на пальце у Кости перстень с бриллиантом, после чего начинают нас преследовать. Мы ловко уходим от погони. Но парни неутомимы. Они продолжают начатое и выходят на тебя, предположительно через машину, затем на Ленку, зная ее имя, фамилию и отчество. Как они вычислили Костю, не знаю. Но, по всей вероятности, все же вычислили, если он пришел к Ленке без перстня и взволнованный.

Куда делся перстень? Но если эти отморозки все же пришли к Ленке, значит, они его еще не нашли. Костю им пришлось убить.

– Почему пришлось? Может быть, это произошло случайно?

– Молодец. Хорошо башка варит. Вполне возможно. И даже более вероятно. Его ведь ударили по голове сзади. И труп лежал в таком положении, что у меня тоже сложилось впечатление, что ударили пытавшегося сбежать человека. А уж дальше все завертелось. Ленку забрали в милицию. Оттуда ее ни с того ни с сего вызволяет адвокат, который, оказывается, работает на Шлюпкина.