Проделки обезьян

© Серова М.С., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

За окном вовсю бушевал март. Он был, как и положено в наших краях, суровый, брутальный, колючий.

– Марток оставит без порток, – в такие дни приговаривала Мила словами своей бабушки.

Вот и сейчас тетушка подошла к окну, за которым так быстро сгущались сумерки, что не понять вообще – был ли день или нет, задернула плотные шторы цвета какао и уселась в любимое кресло. Возле него стояла пластиковая корзина, которая притворялась натуральной плетеной. Она доверху была наполнена разноцветными мотками пряжи – весной на тетушку нападало вдохновение, и она принималась за рукоделие. Нападало оно исподтишка и совсем внезапно, потому что буквально за один вечер наша комната превращалась просто в какой-то филиал магазинчика для ручного творчества – тут тебе и отрезы ткани, и ленты, и вышивка, и даже порой бусины с бисером. Сегодня вот Миле под руку попалась пряжа со спицами, и она решила осчастливить меня.

– Женечка, свяжу тебе свитерок, чтоб в апреле можно было ходить в нем.

Я попыталась сначала отбрыкаться от столь щедрого, но совершенно ненужного мне подарка, но Мила отказов не принимала и уже начинала слегка обижаться на меня.

– Ты видела бы, какую я красоту вязала по молодости! Все девчонки в институте мне завидовали да спрашивали, где я такие костюмы и свитера покупаю. А я только улыбалась да посмеивалась. Особо любопытные-то и за шиворот умудрялись порой заглянуть. После чего вообще и слова сказать не могли – дар речи теряли.

– А что у тебя там было? Ярлычки, на которых твое собственное имя? – я легонько поддела Милу.

– Какой там, – она лукаво улыбнулась, – мне как-то мамина подруга из ателье подарила целый ворох ленточек с иностранной надписью, а я их приспособила для своей одежды. Все думали, что она у меня импортная.

– Вот это ты хитрюга, Мила! Модница заграничная! – я на самом деле сейчас восхищалась умом и сообразительностью своей тетушки.

– Такая модница, и не говори! Хочешь, я и тебе такую вещичку с ярлычком сделаю? Только поискать его надо. Где-то там в шкатулке еще небольшой хвостик от той ленты оставался, берегу до сих пор. А можно и сходить до магазина, у нас как раз тут рядышком на проспекте «Пуговичка» открылась, там столько интересного! – На лице тетушки появилось такое мечтательное выражение, которое бывает у ребенка, когда он рассказывает о том, что написал в письме Деду Морозу.

Ну и как в таком порыве щедрости прикажете мне останавливать Милу? Для нее заграничный наряд – это до сих что-то очень качественное, модное и просто сверхъестественное, она до сих пор гордится своим умением не только так ловко вязать обновки, но и преподносить их. Что делать? Спасительная мысль пришла, как всегда, из ниоткуда.

Я, желая сесть поудобнее, наступила ногой на ту часть пола, что не была застелена уютным ковриком с длинным ворсом. Пол был как кусок льда.

– Ай! – внезапно тихонько вскрикнула я от холода.

– Что, Женя? На иголку наступила? Или укололась чем? Это я растяпа, уронила что-то да недоглядела. Больно? – тетушка суетливо поднялась с дивана и наклонилась посмотреть, что же там.

– Да нет, просто пол у нас холодный, словно босиком в сугроб наступила. Кстати, Мила, я теперь точно знаю, что мне нужно. Свяжи-как мне носки – теплые, длинные и… – подумав, я добавила: – Полосатые.

– До колена и с помпонами?

– Ага! – я улыбнулась и тут же предалась нахлынувшим воспоминаниям.

Вот я точно так же сижу рядом с Милой в этой квартире. Только на улице стоит не март, а промозглый ноябрь. Мы набегались во дворе с Тимуром – другом детства, накатались на велосипедах, измерив все лужи, в общем, промокли с ног до головы.

Мила, увидев, в каком виде я вернулась домой, усадила меня парить ноги, потом растерла мне их докрасна и дала симпатичные оранжево-зеленые то ли чулки, то ли высокие носки, по верху которых была продета перекрученная веревочка с двумя огромными помпонами на боку. Дала мне бокал теплого какао и мятный пряник и еще, укутав меня в мягкое тонкое одеяло, включила видик с кассетой, где был старый черно-белый фильм, «Девчата», кажется, или «Весна на Заречной улице». А потом пришла и сама с таким же бокалом какао и сладкой булкой, от которой я периодически отщипывала понемногу. В углу стоял торшер, который своим светом очерчивал на полу желтый круг, верхний свет не горел. Мы сидели, прижавшись к друг другу, словно кошка с котенком, и чуть ли не мурлыкали от удовольствия. Настолько тепло, хорошо и уютно было нам вместе. И мне казалось, что в этом мире есть только я и моя любимая тетушка.

Я улыбнулась от воспоминаний, взглянула на Милу. Судя по ее взгляду, витающему в облаках, она вспомнила о том же, что и я. Значит, вместо свитера у меня точно теперь будут носки. И это здорово. Полосатые носки для дома я переживу, а вот свитер домашней вязки, который нужно будет надевать на прогулку и под неусыпным тетушкиным взглядом «выгуливать», я точно не вынесу. Ну не любитель я вязаной одежды, не мое это.

Внезапный звонок телефона раздался так резко и громко, что я подскочила на диване и разлила себе на колени остатки чая из кружки, хорошо хоть, уже остывший.

Кто это? На экране высветился абсолютно незнакомый мне номер, состоящий практически полностью из одинаковых цифр. Опа, а это интересно.

Я подняла трубку.

– Алло, слушаю вас.

– Евгения Максимовна Охотникова? – раздался вкрадчивый голос.

Я сразу себе представила тигра, идущего аккуратно на мягких лапах к ничего не подозревающей косуле. Что за странные ассоциации от одного только голоса?

– Да, это я. С кем имею честь разговаривать?

– Мое имя вряд ли вам что-то скажет.

– Ну, тем не менее мне хотелось бы знать, с кем я беседую.

– Лев Максимов.

О, насчет тигра я почти оказалась права. Лев и тигр – они же почти родственники.

– Так вот, Евгения Максимовна, есть одно дельце, с которым можете справиться только вы. Естественно, за определенную плату.

Я не стала ходить вокруг да около и петлять в разговоре красивыми фразами и сразу спросила в лоб, не видя, естественно, своего собеседника:

– Кого нужно охранять? В какой период?

Собеседник закашлялся. Видимо, он еще думал, как мне сообщить о задании. Но потом собрался, прекратил кашлять, убрал из голоса вкрадчивость и почти нормально сказал:

– Вам предстоит стать телохранителем для обезьяны.

Теперь закашлялась я, охранять животных от каких-либо покушений мне еще не доводилось:

– Кхе, кхе. Простите, для кого?

– Для обезьяны.

– Признаюсь честно, такого в моей практике еще не было.

– Я, наверное, ввел вас в заблуждение своей формулировкой. «Обезьяна» – это не животное, как вы могли предположить. Это человек, который может достать что угодно и откуда угодно. Ему предстоит встреча с обменом. Для того чтобы все прошло благополучно, с моим человеком ничего не случилось и, соответственно, с товаром, который ему передадут, я и хотел бы нанять вас. Единственное условие – «обезьяна» не должна знать, что за ней следят и что ее охраняют.

Ну, в принципе, это не так уж усложняет дело. С такими условиями мне приходилось уже работать и не раз. Что ж, сопроводить человека на встречу, проследить, чтоб у него все было в порядке, вернуть с товаром в целости и сохранности в руки заказчика. Все подходит.

– С расценками на мои услуги, я так понимаю, вы уже ознакомились, раз знаете, чем я занимаюсь, и уверены, что только я справлюсь с этим заданием, – ответила я не задумываясь.

– Да, я в курсе. Если беретесь за это дело, аванс перевожу в течение пяти минут.

Подумав, что ничем особо интересным в эти дни я и не планировала заниматься, все равно просто сижу дома, решила смело взяться за дело. Хоть домашний отдых – это приятное занятие, но деньги с неба не сыплются да и на дороге не валяются. Можно, значит, сейчас и поработать.

– Ну, раз мы с вами друг другу подходим, то я согласна взяться за это дело.

– Вот и хорошо, тогда по рукам. Продиктуйте адрес своей электронной почты – вышлю фото «обезьяны».

– Записывайте. А хотя давайте я лучше сброшу сообщением, так будет надежней и чуть быстрее.

– Договорились. До свидания. Рад нашему сотрудничеству.

– Я тоже. До свидания. – Попрощавшись, я стала набирать адрес своей электронки, чтобы ее отправить как можно скорее по тому номеру, с которого мне сейчас звонил новый заказчик. А то потом заболтаемся с Милой, и я забуду. В последнее время за мной появился такой грешок, хотя я четко знаю со времен Ворошиловки, что планирование и контролирование – это основа основ. Если что-то запланировала сделать, то нужно расписать план и сразу сделать то, что возможно.

– Ты снова при деле? – Мила отвлеклась немного от своего вязания.

– Да. Мила, я же все равно сижу бездельничаю.

– Хочешь, я научу тебя вязать?

– Что ты, что ты, Мила, – я картинно замахала руками, – я и вязание – это как обезьяна с гранатой.

– Ну ты и сравнила, Женечка, – рассмеялась Мила. – Ладно, не хочешь вязать, можно вышивать. Ты бы посмотрела – у меня в шкафчике такие наборы красивые лежат – там и розы в букете, и пальмы на морском берегу, и обезьянки смешные – лапами зажимают кто что себе – одна – глаза, одна – рот, последняя – уши.

Забавно, что такой сюжет нашел отражение в вышивке. Три обезьяны вообще символизируют идею отрешенности от всего зла и невозможности его совершения, но чаще всего этот сюжет связывают с нечистоплотными чиновниками в наше время.

Хотя они стали популярными еще с давних времен благодаря резному панно над дверьми конюшни в знаменитом японском святилище в городе Никко. Есть чудесная фраза, которая трактует этих обезьян. «Не смотри на то, что неправильно; не слушай того, что неправильно; не говори того, что неправильно». Да, моя деятельность и жизнь достаточно далеки от этого. Вышивать подобный сюжет я точно не буду.

– Мила, предложение, конечно, очень заманчивое, но вот от вышивки обезьян я откажусь сразу. Мне тут скоро предстоит одну обезьяну как раз охранять.

– Что?

– Нет-нет, это я уже сама с собой разговариваю. Давай лучше телевизор включим, там у нас в подписке как раз должны были каналы какие-то обновиться. Вот про разных зверушек и посмотрим с тобой что-нибудь.

– Это хорошая мысль. А я как раз чайничек поставлю, устроим с тобой посиделки сегодня в комнате, не на кухне. К чаю я как раз трубочки пекла с вареной сгущенкой. Ты их так любила, когда помладше была и на каникулы ко мне приезжала. Один раз так и сказала: я, мол, тетушка, к тебе только ради трубочек и приезжаю. Баба Маруся с бабой Лёлей так смеялись, что чуть со скамеек не попадали.

– Ой, помню! Я стою у подъезда с таким чемоданом огромным и не понимаю, что смешного-то я сказала. Ну, правда же, у тебя вкусные трубочки. Я тогда подумала, что они просто не пробовали их и не знают, какую вкуснятину ты печь умеешь.

Мила отложила вязание, воткнула спицы в клубок и, немного потянувшись, красиво выпрямилась по-королевски и пошла на кухню. Я же, включив большой телевизор, что висел напротив дивана на стене, стала искать тот самый канал, про который только что рассказала тетушке. Он нашелся достаточно быстро.

Я надела мягкие муслиновые домашние брючки, а те, на которые пролила чай – спортивные черные, оставила кучкой возле дивана – пойду принимать ванну, захвачу с собой, закину стирать. Снова забралась с ногами на диван, укуталась мягким пледом, который Мила связала на прошлых выходных из какой-то особой пряжи – для нее не нужны были ни спицы, ни крючок, а только ловкие руки. Мила, конечно, попыталась мне рассказать, как и что она делала, но я в это особо не вникала. Ну где я и где рукоделие?

На темном экране бесконечно крутилась синяя штучка, видимо, интернет-соединение сегодня было не особо хорошим, картинка часто висла. Но наконец канал прогрузился, и моему взгляду предстал дивный вид – бескрайнее лазурное море, белоснежный песчаный пляж без единого человеческого следа, высоченные пальмы, которые своими макушками подпирали небо, – просто райские места. Эх, вот бы сейчас оказаться там!

Камера перешла с красот природы на ведущую передачи, а точнее, девушку-блогера – она была небольшого роста, крепкая, но не полная, с копной мелких кудряшек, то ли собранных в хвост, то ли закрученных ракушкой и уложенных заколкой-крабом. Одета она была в нежно-сиреневый джинсовый комбинезон и белоснежную футболку с каким-то логотипом. Каким именно, прочитать не представлялось возможности.

– Сейчас будет нести какую-нибудь чушь про отдых на Бали или где она там сейчас, – слегка посетовала Мила, входящая с подносом в комнату.

– Может, что интересного расскажет, давай посмотрим. Не понравится – переключим. – Я посмотрела на Милу и помогла ей установить поднос на стеклянный столик возле дивана.

– Ладно, уговорила, – Мила присела на диван, вытянула ноги и показала на овальное белое блюдо, где горкой лежали ароматные домашние пирожные, – бери трубочки, они сегодня удались на славу! И какао сварила настоящее, такое, как ты любишь. Не разведенное из банки.

Я улыбнулась и, не удержавшись, обняла тетушку, чмокнув в щеку. Я и раньше к ней относилась очень нежно, а уж после смерти мамы и подавно. Мила стала для меня самым родным и дорогим человеком на всем белом свете. Я готова сделать многое ради того, чтобы она была счастлива. Даже порой слушать и не принимать близко к сердцу все попытки тетушки выдать меня замуж, причем как можно удачней. Но, думаю, сегодня разговор не будет касаться отбора кандидатов в мужья, мы все-таки сели смотреть не «Давай поженимся», а познавательную передачу про мир природы.

Я сделала чуть громче звук, и мы услышали довольно приятный, ровный голос:

– Приветствую вас, дорогие мои зрители и подписчики канала «Тревел-блог на своих двоих». Сегодня две мои прекрасные ножки занесли меня на Бали. Да-да, то самое райское местечко, где только ленивый еще не побывал.

Мы с Милой переглянулись и рассмеялись.

– Мила, это все от нашей лени, понятно? А ни от чего-то другого.

– Точно, Женечка, точно.

А девушка на экране продолжала вещать под прицелом камеры, которая, видимо, медленно вращалась вокруг нее, показывая дивные виды.

– В сегодняшнем выпуске я расскажу вам не о месте, о котором вы и так все наслышаны, а о необыкновенном животном, которое проживает здесь, и об одном напитке, благодаря которому он стал достаточно знаменитым. Сегодня мы попадем туда, где обитает животное из семейства виверровых, название его – мусанг, или малайская пальмовая куница. Мусанги обитают на территории Юго-Восточной и Южной Азии, их можно встретить в Индии, Индонезии, Южном Китае, на Филиппинах и во многих других странах. Зверьки эти в длину ровно столько, сколько и их хвост – чуть больше полуметра. Весят совсем немного, от двух с половиной до четырех килограмм, практически как взрослая кошка. В основном они серые, с черными полосками и пятнами, а на мордочке есть небольшой белый узор. Совсем скоро вы и сами убедитесь, насколько зашкаливает милота этих животных.

Камера снова перешла на дальний план, показывая природные просторы, в которые хотелось сейчас просто занырнуть с разбега из нашего слякотного тарасовского марта, в лето на Бали. Интересно, а что же это все-таки за зверек, о котором рассказывает блогерша?

В этот момент я увидела на экране, как она поднимается по узкой вытоптанной тропинке на небольшую возвышенность.

– Мы с вами приближаемся к месту, где выращивают мусангов. А для чего именно – сейчас узнаем вместе.

– Только бы не для еды! – воскликнула Мила. – Не люблю смотреть, как из кого-то что-то готовят на моих глазах или рассказывают, как полезна и вкусна та или иная часть тела, во время того как на экране резвится симпатичный зверек. Женя, может, переключим, а?

– Мила, давай еще немного посмотрим. Если она заикнется про блюдо из мусангов, сразу так и сделаем.

– Что сделаем? Блюдо? – Мила чуть ли не в ужасе отпрянула от меня.

Я рассмеялась:

– Переключим канал. Благо, их сейчас сколько душе угодно – на любой вкус и цвет.

Девушка-блогер на экране прошла через небольшую калитку, и мы вместе с ней словно очутились в необычном саду, где-то слышалось на фоне журчание то ли родника, то ли ручейка, пели незнакомые мне птицы, шелестела листва – в общем, умиротворяющие звуки неслись из телевизора, что и не говори. Голос ведущей был созвучен и картинке, и настроению, которое она вызывала.

– Я сейчас нахожусь в одном из тропических лесов, в котором как раз и водятся пальмовые куницы, они же – мусанги. Днем они достаточно спокойны, а вот ночью проявляют высокую активность. Большую часть жизни эти зверьки проводят на деревьях, и, как правило, поодиночке. Вы только посмотрите, какие они милахи! – в этот момент камера показала ветку дерева, на которой сидел то ли хорек, то ли куница, то ли остромордый кот с огромным хвостом. Глаза-пуговки смотрели с экрана прямо на меня.

Я улыбнулась, и правда, симпатичная особь. Мне захотелось ее даже погладить, хотя к животным я отношусь довольно ровно, без яркого восторга.

– Рацион мусангов, – рассказывала ведущая, – состоит как из растительной, так и животной пищи. Несмотря на то что они выглядят вполне безобидно, они достаточно ловко могут охотиться на небольших птиц и млекопитающих, а еще добывают себе на завтрак или обед насекомых и червей. В неволе они могут дожить до своего серебряного юбилея, а вот в дикой среде живут значительно меньше. И, наверное, друзья мои, сидящие перед экраном, вы сейчас гадаете и хотите меня спросить, а чем же так ценен и популярен этот зверек? Я отвечу буквально через несколько секунд. Думаю, многие из вас слышали о способе «производства» дорогого кофе под названием «копи лювак», а если не слышали, то сейчас узнаете все в подробностях, прямо с места его создания.

Девушка махнула рукой куда-то в сторону, и на экране показались низкие столики, на которых ровным слоем были разложены какие-то коричневые шарики. Кофейные зерна, что ли? Вроде бы непохоже.

– Это не просто шарики или деревянные бусины, как вы могли подумать, на моей ладони сейчас окажется … кофе, – девушка подошла и, взяв горсть шариков, пересыпала ее себе с руки на руку. – Именно этот кофе считается лучшим в мире, а его цена, к примеру в Европе, достигает четырехсот долларов за один килограмм. Ценители кофе во всем мире признают, что именно его вкус и аромат наиболее изысканны и превосходны.

Я поежилась. Четыреста долларов по сегодняшнему курсу – это тридцать семь тысяч рублей – отдать такие деньги за килограмм кофе? Да ни за что в жизни. Хоть я заядлая кофеманка, но на такой отчаянный поступок ради любимого напитка не способна. Мне есть куда деньги тратить.

– С дуба вы там, что ли, рухнули? Или с пальмы? – Милу, видимо, тоже поразила названная стоимость. – Интересно, чем же он так хорош?

Словно услышав нас, блогерша продолжила свое повествование:

– Секрет изготовления этого кофе таится в самом названии: индонезийцы называют мусанга луваком, а кофе – копи. Что произойдет, если соединить мусанга и кофе? Догадываетесь, как же все-таки они его делают? Нет? Тогда слушайте внимательно.

Мы с Милой даже сели ровнее в этот момент, боясь пропустить хоть одно слово. Я подумала, может, зверьки как-то его унюхивают и по особому запаху приводят туда, как проводники, своих хозяев?

Я хотела развить свою мысль, но именно в этот момент девушка-блогер четко и раздельно произнесла ту фразу, что повергла нас с тетушкой в еще более шоковое состояние.

– Вот эти милые мусанги поедают кофейные ягоды, а после избавляются от них самым естественным образом – ходят в туалет. И как раз в процессе пищеварения ягоды обрабатываются теми ферментами, которые и придают этому кофе неповторимый вкус. И как вы заметили, – девушка обвела рукой то пространство, где она сейчас стояла, а мы увидели еще несколько низких столов, – фермеры собирают то, что сделали мусанги, сушат, промывают, снова сушат, а после этого будут обжаривать.

– Тьфу, – Мила резко выплюнула конфету, которую только что взяла, себе в ладонь. – Придумают же гадость всякую. Кофе из… из фекалий. Никогда в жизни больше не возьму в рот эту гадость.

– Мила, – я поспешила успокоить ее, – чтобы купить крохотную баночку именно такого кофе, как раз потребуется потратить все то, что ты откладывала на покупку своих рукодельных штучек.

И словно в подтверждение наших слов блогерша сказала:

– Да-да, вы все правильно поняли – «копи лювак» изготавливают из какашек мусангов. А вот дороговизна такого кофе обусловлена тем, что из целого килограмма ягод, скормленных мусангам, получается всего лишь пятьдесят граммов подходящих зерен.

Мила снова возмутилась:

– Да кому же в голову могла прийти такая мысль дурацкая? Где же это видано, чтоб употреблять такие зерна в пищу?

– Мила, да вряд ли это известно. Какому-нибудь гурману, который перепробовал все, что только можно, или, наоборот, очень голодному человеку, которому все равно, что в рот нести.

Блогерша уже гладила мусанга, который восседал у нее на плечах и тыкался длинным носом в правое ухо, и продолжала свой рассказ:

– Спрос на этот продукт и послужил основанием для разведения мусангов вот на таких фермах, так производство «копи лювак» и было поставлено на поток. Что ж, дегустировать такой кофе я не рискну, хоть у меня и есть прекрасная возможность, а отправлюсь в обычную кофейню, где подают мою любимую арабику. Кстати, если вы захотите привезти необычный сувенир домой, например, вот такого классного мусанга, вместо ракушек или засушенного краба, то из страны-то, может, вас и выпустят, предварительно помотав нервы и вытянув кучу денег на сопутствующие документы, а родная страна принимать откажется. Да-да, вы не ослышались, таможенная служба России запрещает ввоз диких животных в страну. За это предусмотрена как административная, так и уголовная ответственность. На этом у меня все, в следующем выпуске «Тревел-блог на своих двоих» я покажу и расскажу вам о еще одном представителе виверровых, чье название «бинтуронг» удивительный медвекот. Подписывайтесь на канал, ставьте палец вверх и делитесь этой публикацией в соцсетях. До скорых встреч!

– Не до скорых. Совсем не до скорых, – прошипела Мила, – не надо нам такого счастья. Достаточно. Я после этого лювака никакой кофе вообще в рот не возьму.

Я поспешила успокоить тетушку:

– То, что пьем с тобой мы, – относительно хороший, приятный кофе, но до этих зерен ему ой как далеко. И по вкусу, и по цене, и по способу производства.

– Ну и хорошо, ну и славненько, – Мила повеселела. – Но, знаешь, Женя, все-таки мило чаевничать мы в другой раз будем только на кухне или включим какое-нибудь знакомое хорошее кино, чтоб вот таких сюрпризов для порчи аппетита там не было.

– Можно и на кухне. Давай я заберу чашки и отнесу. Я так понимаю, все равно ты к чаю и сладостям больше не прикоснешься?

– Нет, конечно. Как после такого есть-то можно?

Я улыбнулась и, собрав наш нехитрый чайный набор, пошла на кухню. Да, кого и чего на свете только не бывает. Интересно устроен наш мир.

А еще мне стало интересно, что же такого важного будет забирать человек-обезьяна во время встречи, на которую мне нужно его сопровождать? Почему ему потребовалась охрана? И почему заказчик сам не желает это сделать?

Глава 2

Серое утро окутало город липким туманом, в котором погрязло все: дома, машины, деревья; где-то глухо прогрохотал трамвай и замолк, словно провалившись в параллельную реальность. Редкие гудки автомобилей тонули в утреннем тумане и каком-то странном гуле – казалось, именно с такими звуками и просыпается город от зимней спячки. Мартовский Тарасов не особо уж приятное зрелище. Из-под серых оплывших кучек снега начинают появляться банки и бутылки, остатки велосипедов и дорожных знаков, обнажается асфальт, который словно тает вместе со снегом. Причем довольно неравномерно.

Вот и сейчас под колесами моей железной коняшки попалась асфальтовая «проталина», и машина угодила колесом в выбоину, меня тряхнуло так, что я ощутила солоноватый привкус крови – прикусила язык.

«Да уж, утро началось то что надо», – с сарказмом подумала я, решив теперь внимательнее смотреть за дорогой.

Я выглянула в окно. За рулем соседней машины сидела совсем юная девушка и медленно, как черепашка, преодолевала проблемную дорогу.

«Наверное, не так давно за рулем», – подумала я, мигнула фарами, уступая ей дорогу, так как впереди она шла на сужение.

Девушка проехала буквально несколько метров, как вдруг ее автомобильчик тряхнуло. Причем тряхнуло очень даже ощутимо – ее колесо сорвалось и попало в очередную яму. Как она ни пыталась газовать, не получалось ничего. Я, естественно, притормозила, потому что она успела меня немного обогнать.