Эскорт для мальчика-мажора

3

– Нет, это просто невозможно! – с порога встретили меня возмущенные возгласы. – Это не работа, а просто безобразие какое-то!

– Тетушка, не нужно кипятиться, – миролюбиво начала я. – Думаю, в этот раз ты, наоборот, должна радоваться. Клиент богатый, работа несложная. Вот похожу за ним денек-другой, разберусь, в чем там дело, а потом гонорар получу – глядишь, и в Майами съездим. Отдохнем, свежим воздухом подышим.

– Съездишь без меня, – категорически отрезала тетя. – Я просто не доживу. В воскресенье на целый день уходит неизвестно куда. Хоть бы слово сказала – как, что. Нет! Полнейшее равнодушие! Даже мысли не возникает, что тут кто-то волнуется, переживает за нее.

– Тетушка, ну что ты, – раскрыв объятия, направилась я в сторону уже не на шутку расходившейся тети Милы. – Я наоборот. Я только о тебе и думаю. О тебе – прежде всего. А есть у нас что-нибудь вкусненькое? А то я так проголодалась.

Умудренная опытом, я хорошо знала те волшебные слова, которые всегда приводили мою тетю в нормальное состояние.

Мгновенно переключившись, она стала перечислять мне содержимое холодильника, как будто и не было всех этих возмущенных излияний, обрушившихся на мою голову не более чем минуту назад.

Отведав стряпню своей неподражаемой тетушки, я сосредоточилась на подготовке к сегодняшнему вечеру.

Свято чтя строгий наказ клиента не облажаться и теша уязвленное самолюбие, я твердо решила показать, на что способна. Выбирая туалет и продумывая макияж, я старалась, чтобы они не только соответствовали моим личным требованиям, но и производили сногсшибательное впечатление на окружающих.

Оценив возможные варианты, я остановилась на образе строгой учительницы, в котором стильный, без излишеств черно-белый костюм сочетался с не менее стильным, но гораздо более ярким макияжем.

Белая свободная рубашка, черные классические брюки и жилет предоставляли самые широкие возможности для маскировки разнообразных средств защиты и нападения. Рассовав повсюду ножи и сюрикены, я уже всерьез подумывала, не надеть ли мне наплечную кобуру. В качестве финального аккорда я прихватила еще и револьвер.

Но, вспомнив, что в ночных заведениях, подобных «Буратино», как правило, присутствует бдительная охрана, я отказалась от этой затеи.

«Положу в бардачок, – решила я. – В клубе наверняка будет полно народу, вряд ли представится возможность стрелять, даже если возникнет крайний случай. Обойдусь как-нибудь ножами».

Вопреки уверениям Сергея, «Буратино» был все-таки не совсем обычным ночным клубом. Самой мне не приходилось бывать там, но из рассказов очевидцев следовало, что заведение это класса люкс и цены там по сравнению с другими клубами выше на порядок.

Чтобы соответствовать уровню такой тусовки, мне необходимо было приложить некоторые усилия. Покончив с туалетом, я старательно поработала над макияжем, доводя его до совершенства.

Когда процесс был завершен, я воочию могла убедиться, что теперь не проиграю в конкурентной борьбе, даже с какой-нибудь Деми Мур.

«Посмотрим теперь, какие ты будешь строить рожи», – злорадно думала я, припоминая пренебрежительные взгляды Сергея.

Думала я еще и о том, что неплохо было бы навести кое-какие справки и разузнать подробности и о самом Сергее, и о его отце, занимавшемся загадочной «химией», приносящей столь неплохой доход. Да и в целом хорошо бы побольше узнать о тусовке, в которой мне предстоит вращаться как минимум ближайшие несколько дней. Но при всем желании получить ответы на эти вопросы я пока не представляла себе, кому можно было бы их задать.

В бесплодных поисках подходящего респондента у меня мелькнула даже крамольная мысль расспросить обо всем у Элеоноры, но почти сразу я поняла, что мысль не самая удачная. Несомненно, Элеонора могла поведать мне много нового и интересного о жизни богатых и знаменитых нашего благословенного города. Но одно воспоминание о ее стиле общения с окружающими отбивало всякое желание с ней беседовать.

К тому же я ни минуты не сомневалась в том, что, как только закончится наш с ней разговор, она тут же выложит его содержимое своей подруге, а это не входило в мои планы. Незачем Ариадне знать, что я навожу справки о ее семействе.

«Ладно, выясню так как-нибудь, по ходу дела, – думала я. – Может, удастся расспросить кого-нибудь в самом этом клубе».

– Эх! – встретила меня у входной двери бдительно охранявшая ее тетя Мила, брови ее изумленно приподнялись. – Куда это ты так расфуфырилась?

– Как куда? На работу, разумеется. Ты ведь сама говорила – сегодня выходной. Значит, и на работу нужно идти как на праздник.

– Как-то подозрительно все это, – с интересом оглядывая меня, уже гораздо мягче произнесла она. – А ты точно на работу? Или снова что-то скрываешь?

Чуя, что с ее губ вот-вот готовы сорваться наводящие вопросы о женихах, я поспешила чмокнуть ее в щечку и, загадочно улыбнувшись, выпорхнула на лестничную площадку.

С Сергеем мы договорились, что я подъеду к девяти часам. Закончив все свои подготовительные мероприятия, я с чувством глубокого удовлетворения констатировала, что уложилась в срок. Времени оставалось, как раз чтобы доехать до коттеджа. Не отвлекаясь ни на что, я завела движок и стартовала в направлении поселка «Речное».

По-видимому, бдительные стражи за непродолжительное время моего отсутствия еще не успели позабыть номер моей машины, поскольку ни на одном из въездных кордонов меня не остановили. Никто не закрыл шлагбаум, когда я въезжала на территорию поселка, и ворота в доме Сергея послушно начали открываться, лишь только я появилась в зоне видимости камер, расположенных на заборе.

Въехав во двор, я увидела, что Сергей выходит из дома и мне нет необходимости снова втискивать скромный «Фольк» в ряды навороченных автомобилей.

– Выспался? – заботливо поинтересовалась я, когда, махнув кому-то невидимому, чтобы не закрывали ворота, он плюхнулся на переднее сиденье.

– Вполне. А ты что это, какая-то другая совсем? Какая-то красивая вся. Крутая.

Поняв, что усилия по созданию сегодняшнего имиджа не потрачены даром и что стратегия приносит плоды, я молча наслаждалась производимым впечатлением, внимательно глядя на дорогу и совершенно не замечая восхищенных взглядов Сергея.

– А что это ты там говорила по поводу интимных услуг? – вдоволь налюбовавшись и вновь обретя дар речи, поинтересовался он. – Что-то про отдельный тариф, кажется? А какие там расценки?

«Ага! Забрало тебя! – внутренне ликовала я, торжествуя победу. – То-то же. А то еще будет мне тут каждый пренебрежение выказывать».

Впрочем, определиться с расценками упомянутого тарифа я считала пока преждевременным. Всего лишь несколько часов назад приступив к своим новым обязанностям и еще не разобравшись в ситуации, я не собиралась смешивать профессиональные интересы с личными.

– Не стоит торопить события, – усмехнулась я, бросив на разукрашенное лицо Сергея один из тех снисходительно-пренебрежительных взглядов, которыми сам он одаривал меня весь сегодняшний день. – Сначала восстановись после травм.

По-видимому не ожидавший отказа, парень надулся и весь остальной путь провел, уставившись в окно и не произнеся ни единого слова, так что я даже заскучала.

Клуб «Буратино» располагался в довольно удачном месте. Он находился почти в самом центре города, причем к нему вели удобные подъездные пути. Задним фасадом одноэтажное здание выходило на дворовые территории близлежащих жилых домов. Шустрые владельцы клуба, смекнув, что примыкающие пустые пространства можно с успехом освоить, каким-то образом выхлопотали у городских властей разрешение и, отгородив часть дворовой зоны, устроили автостоянку для клиентов.

– Вон туда заезжай, – руководил Сергей, когда мы оказались в непосредственной близости от входа в клубе. В этот вечерний час благодаря иллюминации он производил сильное впечатление. – Сейчас – левее, потом здесь вот объедешь, и там будет вход.

Въезд на престижную стоянку престижного клуба, как и следовало ожидать, был перекрыт шлагбаумом и дополнительно охранялся бдительным стражем.

– Дядь Коль, это я, – почти целиком высунувшись в открытое окно, проговорил Сергей. – Пропусти нас, это девушка моя. Мы машину поставим?

Дядя Коля, седой и чрезвычайно усатый мужчина, пронзительно глянув, нажал какую-то кнопку, и шлагбаум стал медленно подниматься.

Заехав на эту не слишком обширную, но весьма интересную территорию, я сразу поняла, что, побывав во дворе коттеджа в поселке «Речное», видела далеко не все.

Не скажу, что автомобили стоимостью от трех миллионов и выше, выстроившиеся на стоянке, давили чрезмерной солидностью, как какой-нибудь представительский «Майбах». Но изысканностью форм и яркостью красок они точно способны были неподготовленного зрителя повергнуть в шок.

Сразу припомнив красочные фотографии в Интернете, на которые я любовалась сегодня утром, я порадовалась за счастливцев, способных сделать сказку былью. Следуя указаниям Сергея, я встала на свободное место рядом с «Порше Кайманом».

– Моя красавица, – произнес Сергей, выйдя из «Фолька» и ласково проведя рукой по капоту ярко-оранжевой спортивной машины, выделявшейся даже среди не менее крутых автомобилей. – Соскучилась. Обратно поедем на моей, – коротко бросил он, обернувшись ко мне. – Оставишь пока здесь свое ведро. Я договорюсь.

Оскорбленная до глубины души столь пренебрежительным отзывом о своем любимом «Фольке», я уже собралась ответить в том же духе, но своенравный клиент не стал дожидаться моей реакции и сразу же направился к выходу со стоянки.

Пришлось последовать за ним, оставив эту выходку без комментариев и отложив отмщение до лучших времен.

Всякий, желающий попасть в клуб «Буратино», войдя в двери, первым делом натыкался на фейс-контроль в виде двух невероятного размера мужчин, бдительно стерегущих проход.

Один из них очень внимательно взглянул на разукрашенное лицо Сергея, и я уже подумала, что нас сейчас выставят как не соответствующих местным требованиям. Но Сергей, приветливо улыбнувшись, по-свойски обратился к охраннику:

– Привет, Сева! Как жизнь, как дела? Что-то хреновато вы тут охраняете. Видишь, как меня утром отделали? Прямо на выходе, не отходя от кассы, можно сказать. А вам и дела нет.

– Мы работаем внутри, – кратко ответил ни на секунду не ставший менее серьезным и сосредоточенным Сева, но задерживать нас не стал и переключился на других гостей, уже входивших следом за нами.

Внутри помещения, оформленного с большим знанием дела, имелось все необходимое для развлечений самого широкого спектра.

Высокий подиум, на котором сейчас орудовал подвижный и шустрый паренек, сидевший за диджейским пультом и выдававший неожиданные миксы известных и не очень мелодий, спускался к небольшим площадкам для танцев возле шеста. Еще несколько площадок были расположены практически под потолком.

Середина зала была свободна, на ней подергивались в конвульсиях немногочисленные пока танцующие, а по периметру возле стен располагались столики, часть из которых стояла просто так на свободном пространстве, а часть находилась в нишах, отделенных друг от друга перегородками.

– Ба! Химик! Снова в строю? – донеслось из такой ниши, едва мы с Сергеем вошли в зал.

Улыбаясь, мой клиент обернулся на голос, и вскоре мы уже сидели за столиком посреди довольно многочисленной и шумной компании.

Начался обмен последними новостями. Сделав вывод по взаимной доброжелательности, что мы сейчас среди друзей, я переключила внимание с присутствующих на общую обстановку, отмечая детали и обозначая для себя возможные источники опасности.

– Может, познакомишь? – услышала я вдруг над самым своим ухом.

– Легко, – ответил Сергей симпатичному брюнету, сидевшему слева от меня и с нескрываемым интересом меня рассматривающему. – Жека, прошу любить и жаловать. Каратистка. Интим не предлагать.

– Занято?

– Опасно. Если неудачно замахнется и врежет куда-нибудь не туда, не говори потом, что я не предупреждал.

– Так это она тебе морду разукрасила? – хитро улыбнувшись, спросила одна из сидевших за столом девушек, держа холеными пальчиками высокий стакан с энергетиком. – А Костик говорил, какие-то неизвестные тебя тут утром избили.

– Так они и избили, – ничуть не смутившись, ответил Сергей. – А Женечка со мной всегда ласкова. Такая добрая, такая умница!

Говоря это, он довольно развязно приобнял меня, понимая, что в присутствии посторонних я должна поддерживать легенду и не смогу дать явный отпор. Не зная, как себя вести и будучи вовсе не в восторге от этой фамильярности, я изобразила улыбку и мысленно пообещала себе, что, когда буду жестоко мстить за попранную честь своего ненаглядного «Фолька», припомню еще и это.

Но тут на помощь пришли бдительные друзья, несомненно давно знакомые с отсутствующей сейчас Лерой и знающие, какие у них с Сергеем отношения.

– Сережа! – картинно округлив глазки, проговорила одна из девушек, сидящих за столом. – Как ты можешь? Что скажет Лера?

– А что она скажет? – сразу потеряв кураж, проговорил Сергей, возвращаясь в исходное положение. – Я в случае чего и сам могу это сделать. А то отвалила, даже слова не сказала. Не предупредила даже. Как будто я пустое место.

– Ты ведь знаешь, там были причины, – многозначительно проговорила девушка.

– Не знаю я ничего! Причины там какие-то у вас, – с досадой ответил ей Сергей. – Много чести будет, если из-за каждого дурака с места вскакивать и нестись куда глаза глядят. Воображение у некоторых чересчур богатое. Сами себе напридумывают, а потом причины у них из ниоткуда возникают.

Почуяв, что разговор идет именно о тех сокровенных тайнах, которые могут пролить свет на все, что происходит, я навострила уши. Но неугомонный брюнет слева, кажется, и впрямь подумывающий о том, чтобы «предложить интим», оборвал говорившего на самом интересном месте.

– Слушай, Химик, это, между прочим, невежливо. Девушку ты нам представил, а нас даже не соизволил. Сам сидишь треплешься, а она, бедная, даже слова не может сказать, не знает, к кому обратиться. Меня зовут Леонид. Женя, если что, обращайся.

– Если что, обращусь, – стараясь не выказывать досаду, в том же духе ответила я, сообразив, что, по-видимому, это и есть тот самый чудаковатый Леня, который звонил сегодня утром.

– Да, Жека, познакомься, – как бы опомнившись, проговорил Сергей. – Самара, Дакота, Жлоб, Костик…

Перечисляя клички и имена, Сергей по периметру перебрал всех, сидевших за столом, и с чувством выполненного долга поднялся с места.

– Пойдем выпьем чего-нибудь, – неожиданно дружелюбно предложил он, протягивая мне руку.

Разыгрывая девушку своего парня, я улыбнулась в ответ, и в обнимочку мы направились к барной стойке, сопровождаемые пронзительными, исполненными любопытства взглядами, которые я лично ощущала спиной.

– Пускай перетрут пока, обменяются впечатлениями, – доверительно проговорил мне Сергей, когда мы удалились из зоны слышимости тех, кто сидел за столом.

– Новеньким всегда моют кости?

– А ты как думала? Я ведь предупреждал. Если не понравишься нашим девочкам, такую жизнь устроят – смотри. Хотя ты в целом проходишь, – произнес он, в очередной раз окинув меня оценивающим и сейчас уже далеко не столь пренебрежительным взглядом. – Молодец, постаралась.

Сергей заказал два энергетика. Потягивая через соломинку бодрящий напиток, я с интересом наблюдала, как некий бойкий юноша на заднем плане активно снует туда-сюда, то скрываясь в каких-то помещениях клуба, то снова выныривая в зал, чтобы незаметно передать из рук в руки очередному страждущему маленький, целиком умещающийся на ладони пакетик.

– Употребляешь? – спросила я, кивнув на продавца «дури».

– Очень надо, – на удивление равнодушно, с некоторым даже презрением ответил Сергей. – Неинтересно. Сначала вроде ничего, торкнет – ловишь кайф, а потом вырубаешься, не видишь, не слышишь, ни хрена не соображаешь. Как будто нет тебя. Неинтересно. Скорость – круче. Сегодня сама увидишь. Там такой адреналин – никакая дурь не сравнится.

Впрочем, заводная музыка в сочетании с энергетиком и без дополнительных стимулов действовала вполне возбуждающе. Немного постояв возле стойки с напитками, Сергей присоединился к толпе беснующихся в середине зала. К этому времени она стала уже довольно многочисленной, за столиками остались только самые ленивые, да те, кто уже не в силах был бороться с последствиями приема наркотиков. Танцующие, пользуясь тем, что невозможно было ничего разобрать в бликующих вспышках светомузыки, выделывались кто во что горазд.

Не желая присоединяться к этой оргии и терять контроль, я вернулась за столик и обнаружила, что там осталась только одна девушка, которую представили мне как Дакоту.

Любуясь на дикие пляски сотоварищей, она время от времени лениво прикладывалась к высокому уже наполовину опустевшему стакану с каким-то темным напитком.

– Что не танцуешь? – равнодушно скользнув по мне взглядом, произнесла она.

– Не хочу, – коротко ответила я. – А ты почему?

Дакота усмехнулась и вместо ответа снова отпила из стакана.

– Ты правда каратистка?

– Правда.

– Прикольно. А как с Химиком познакомилась?

Не имея ни малейшего желания объяснять, как и по какому поводу состоялось это знакомство, я решила последовать примеру самой Дакоты и на вопрос ответить вопросом.

– Почему Химик?

– Не знаешь? – во взгляде, вновь обращенном ко мне, читалось неподдельное удивление. – У него отец переработкой занимается. Превращает одни вещества в другие. Химичит.

Поняв, что имел в виду Сергей, говоря, что папа его занимается химией, я сразу перестала удивляться наличию дома в поселке «Речное».

В окрестностях Тарасова достаточно промышленных объектов, имеющих самое непосредственное отношение к «превращению одних веществ в другие», так что я могла только порадоваться, что некоторые из них, по-видимому, принадлежат папе Диме.

Даже цены на рядовые изделия бытовой химии, продающиеся в супермаркетах, могли дать некоторое представление о степени благоденствия лиц, причастных к производству всех этих полезных вещей. Если же добавить сюда промышленные заказы, наверняка имевшиеся у бизнесмена, давно трудящегося на этой ниве, то наличие парка автомобилей стоимостью от пяти миллионов и выше сразу начинало восприниматься как.

«Владелец заводов, газет, пароходов. Понятно теперь, откуда все это благополучие, – думала я, стараясь не потерять из виду резвящегося на всю катушку Сергея, то пропадавшего во тьме, то вновь появлявшегося во вспышках света. – И неудивительно, что находятся те, кто ему завидует. Есть чему. Вопрос, до каких пределов может дойти эта зависть и окажется ли она достаточной причиной для убийства.

В то время как я предавалась этим глубокомысленным размышлениям, от толпы танцующих отделилась веселая девушка, явно подогретая не только энергетическим коктейлем. Подбежав к барной стойке, она выдернула оттуда деревянную голову Буратино, укрепленную на деревянной же ножке в специальном пазу, по-видимому, не слишком надежно.

Довольная, что диверсия удалась, девушка вернулась в толпу, радостно размахивая своим трофеем, и, уже не будучи в силах выражать обуревавшие ее эмоции, просто завизжала от восторга.

Но меня этот частный акт вандализма заставил насторожиться и усилить внимание.

Деревянный нос Буратино имел стальное острие. Когда я находилась у барной стойки, на нем был подвешен золотой ключик, но сейчас никаких подвесок не наблюдалось. Острый как игла наконечник, хаотично и непредсказуемо перемещавшийся туда-сюда в близости от клиента, меня ощутимо напрягал.

Чтобы не потерять контроль над ситуацией и в случае непредвиденных происшествий суметь вовремя отреагировать, я встала из-за столика, вклинилась в толпу танцующих и начала пробираться в ее центр, туда, где веселился Сергей и куражилась находившаяся, видимо, на самом пике девушка.

Получая ежемгновенные толчки и удары локтями от неистовых плясунов, я была уже довольно близко от интересующих меня персонажей, когда скачущая девушка ойкнула, захохотала и начала заваливаться на пол.

Толпа была довольно плотной, и упала она не сразу. Облокачиваясь о чьи-то спины и пытаясь уцепиться рукой, девица увлекла за собой еще нескольких человек, образовав в самом центре танцующих настоящую свалку.

Впрочем, ситуация ни у кого, кроме меня, не вызывала недовольства. Все визжали и хохотали, всем безумно нравилось. Видя, что и Сергей готов присоединиться к общему движению вниз, я забеспокоилась уже по-настоящему.

Лежа на чьих-то спинах, веселая девушка так и не выпустила из рук Буратино, чей острый железный нос, находящийся сейчас строго перпендикулярно линии пола, на мой взгляд, представлял собой немалую опасность. Но, кажется, только на мой. Толпа продолжала восторженно орать, музыка гремела, вспышки света только подливали масла в этот огонь страстей. Когда я заметила, что один из танцующих сильно ударил Сергея по ногам, я даже не сообразила, было ли это сделано специально или нечаянно, по ходу очередного безумного танцевального па, которыми старались отличиться присутствующие.