Эскорт для мальчика-мажора

Однако, какой бы ни была причина, следствие не заставило себя ждать. Сергей потерял равновесие и стал падать прямехонько на стальной нос Буратино, который в финальной части падения грозил воткнуться ему аккурат между лопаток, в то место, где находится сердце.

Не видя того, что у него за спиной, Сергей похохатывал, пытаясь замедлить свое движение вниз не слишком настойчивым цеплянием за соседей. Мне же было совсем не до смеха.

Уже не церемонясь, я активно расталкивала остатки толпы, когда тот же самый парень, который ударил Сергея по лодыжкам, снова то ли случайно, то ли умышленно налетел на него всем корпусом, лишая уже всякой возможности замедлить падение.

Но я была начеку.

Ринувшись вперед, я буквально выдернула Сергея, находившегося сейчас между острием стального носа Буратино и телом то ли чересчур неуклюжего, то ли и впрямь замыслившего зло парня. Подавшись вместе с ним в сторону, кажется, я отчасти осуществила его мечту о тесном контакте.

– Ух ты, – просияв от восторга, проговорил еще не догадывающийся в чем дело клиент. – Какая ты у меня страстная!

Между тем неуклюжий парень, увидев, что между ним и веселой девушкой больше не существует прослойки и теперь буратиний нос грозит уже ему самому, сразу утратил легкомысленное выражение лица. Он извернулся ужом и умудрился приземлиться на руки.

В отличие от Сергея он хорошо видел, в каком именно положении находятся и голова Буратино, и держащая ее девушка. Парень перевернулся в воздухе, чтобы оказаться лицом, а не спиной к острию, и в последний момент успел подставить руку, когда острый нос всего лишь на миллиметр отстоял от его грудной клетки.

Уже не контролировавшая себя развеселая танцовщица продолжала хохотать, парень, так удачно избежавший травмы, несовместимой с жизнью, опираясь на руки, смотрел на нее сверху вниз и тоже улыбался, а голова Буратино, чуть было не ставшая орудием двух смертей, все так же задирала вверх острый любопытный нос.

– Смотри, – проговорила я, руками развернув голову Сергея в направлении этой живой картины и отвлекая его от настойчивых действий по продолжению нашего сближения.

Не сразу сообразив, он несколько минут бессмысленно пялился на веселую танцовщицу и Буратино. Дожидаясь, пока до него дойдет, я совершила ошибку.

Поскольку благодаря моей оперативности и изумительной ловкости парня ничего ужасного не произошло, музыка продолжала играть, и те, кто находился на периферии танцующей толпы, по-прежнему веселились. Только охранники в зале как-то напряглись и выдвинулись вперед. Но и они, видя, что привычное беснование завсегдатаев клуба никакого особого материального ущерба не влечет, постепенно расслабились.

Пользуясь тем, что никто не расценил возникшую ситуацию как внештатную, и наверняка зная, что по большому счету здесь никому ни до кого нет дела, парень, доставивший мне столько хлопот, слез наконец с ушедшей в нирвану девицы и убрался восвояси.

Занятая Сергеем, я упустила из виду этот момент. О чем неоднократно пожалела потом, когда было уже поздно.

– Вот это ни хрена себе, – ошалело проговорил прозревший наконец Сергей, глядя на нос Буратино, уже не нацеленный ни на чье тело. – Так это что, это я чуть на это шило не налетел, что ли?

– Именно.

– Вот это ни хрена себе!

– Еще смеялся чему-то.

– Да-а. Слушай, а пойдем-ка отсюда. Что-то мне расхотелось веселиться.