Сорняк – цветок любви
- -
- 100%
- +
Аямэ вернулась в школу и ей почему-то очень сильно захотелось увидеть Шин Хе. Ей казалось, что когда на него посмотришь, всегда на душе становится хорошо. Такой счастливый, такой благополучный, красивый. Ей кажется, что природа перестаралась и слишком много хорошего вложила в одного человека. Тайком она наблюдала раньше за Шин Хе, заходя и выходя из школы, когда он с подругами и друзьями стоял на крыльце. Он всегда сиял радостью. Он настолько остроумен и заносчив, что Аямэ иногда становилось просто противно. Она сама не поняла, зачем ей так хочется увидеть Шин Хе, но она чувствовала, что это сделать ей просто необходимо.
Аямэ встретилась со своими подругами и спросила у них о Шин Хе. В школе Аямэ лучше всего общается со своей одноклассницей – Даниеллой. Даниелла – очень добрая и отзывчивая девочка. Но, несмотря на свою доброту, у неё очень сильный характер. Аямэ для себя поняла, что добрый человек – это сильный человек, так как мало кто может позволить себе быть добрым.
– Зачем ты спрашиваешь о Шин Хе? Ты же вроде им не интересуешься? – Даниелла не могла понять, с чего это вдруг Аямэ спрашивает про Шин Хе. Шин Хе, понятное дело, в школе знали все, но просто Аямэ… Для Даниеллы Аямэ – это далеко не ВСЕ.
– Не знаю, просто охота увидеть его вечно улыбающееся лицо. Когда его вижу, как-то спокойнее становится на душе, у него всё всегда хорошо. И я заряжаюсь положительными эмоциями. Я типа вампира.
– Да уж, вампир, честно, не знаю. На каникулах я его не видела. Давай спросим в его классе. Я там знаю нескольких девчонок. Но только давай после уроков? Потерпишь?
– Да конечно, – почёсывая затылок, сказала Аямэ. – Я, в принципе, уже не очень и хочу его видеть. Увидела тебя, мне этого достаточно! Ты тоже очень светлый человек.
– Ну спасибо! Я рада, что я у тебя могу вызывать положительные эмоции на уровне этого красавчика Шин Хе. Да, Шин Хе конечно хорош. Кстати, недавно подрался сильно он. Мне это рассказали девчонки из его класса.
– Почему? Что-то случилось?
– Не знаю, да ведь Шин Хе похож на молодого задиристого петушка, когда дело доходит до мальчишеских разборок. Он ведь за словом в карман не полезет и поэтому всегда всё оборачивается драками.
Прозвенел звонок, и Аямэ с Даниеллой отправились на урок. После первой пары, в коридоре было какое-то оживление. Учителя столпились около класса, где учится Шин Хе и наперебой о чем-то говорили. Что же случилось? Аямэ с Даниеллой вышли из своего класса и, увидев это оживление, направились в ту сторону.
– Нам нужно что-то предпринять, – сказал учитель химии.
– Что же вы предлагаете? Все и так узнают! О Господи, бедный мой мальчик, как же его так угораздило, что же делать?.. гордость нашей школы. У них, к тому же, скоро выступление, группа «Таль», как они будут без него? Мальчики уже в курсе? – со слезами на глазах проговорила учительница биологии.
– Не знаю, им сегодня сообщат. – сказала учительница английского языка.
– Ладно, пойдёмте на занятия. Всё равно мы ничем не можем ему помочь. – сказал быстро учитель химии и отправился к лестнице, чтобы спуститься на первый этаж.
Две учительницы долго вздыхали, но потом последовали примеру учителя химии и отправились по своим классам. Аямэ с Даниеллой поняли, что дело касается Шин Хе, но что же с ним случилось? У Даниеллы есть хорошие знакомые в классе Шин Хе, и она, недолго думая, зашла в класс Шин Хе и выспросила у знакомой, что же произошло с Шин Хе. Аямэ её ждала в холле. Через пять минут Даниелла вышла из класса. На ней не было лица. Аямэ увидев это, почувствовала сильное жжение в области желудка. Сердце защемило.
– Что случилось? Не томи, говори быстрее! – Аямэ смотрела на Даниеллу и ловила каждый её взгляд.
– Аямэ, Шин Хе… в тюрьме. – Даниелла хотела сказать как-то мягче, но как не говори, слово «тюрьма» всегда слышится очень больно и холодно.
– Как? Ты что? Ты уверена? Как он может? Он же весь из себя такой правильный и хороший? Да, он задиристый, как петушок, но ведь это нормально, ведь он парень… парни всегда дерутся! – Аямэ не знала, что и думать. Она отвернулась от Даниеллы, чтобы та не увидела внезапные слёзы, хлынувшие из глаз Аямэ.
– Не переживай так сильно. Он не в самой тюрьме. Он же несовершеннолетний! Ему всего семнадцать лет. Так что он только в колонии для несовершеннолетних.
– Всё равно. Как он мог туда попасть? Это же странно? Такой парень, как Шин Хе…
– А что это ты вдруг так заговорила? Пополнила ряды поклонниц обаятельной улыбки Шин Хе? – с усмешкой сказала Даниелла. Она тоже сильно расстроена. Но она всегда верит в то, что всё будет хорошо. Как бы ни было тяжело сейчас. И она сама симпатизировала Шин Хе. Было бы странно, если бы он ей не нравился. Шин Хе относится к такому типу мальчиков, которые нравятся практически всем девочкам, а которым не нравится, те или же уверены просто, что они не нравятся Шин Хе и не хотят попусту расстраивать себя переживаниями, либо же это девочки, которые хотят чем то выделиться, и поэтому не смотрят на таких парней. Они ощущают себя более независимыми от толпы девочек, тупо влюбившихся в таких мальчиков, как Шин Хе.
– Да я просто… да мне просто интересно, почему так получилось? Тебе не сказали девчонки? – Аямэ смутилась от такого вопроса Даниеллы и хотела быстрее перевести тему.
– Нет, хотя говорят, что его обвиняют в краже украшений из дорогого ювелирного магазина.
– Зачем они ему сдались? Он что хотел их кому то подарить?.. вообще нелогично, он же не такой?
– Такой, не такой, а факт есть, раз уж все в школе так переполошились, значит он реально в детской колонии, самое главное – на сколько?
– Ясно, ладно, пошли на урок свой, – Аямэ хотела как можно быстрее вернуться в класс и сесть за парту. От всего услышанного ей кажется, что сейчас она сойдёт с ума. – Как такое может быть? Как такое вышло? Он же такой… О боже! Аямэ не может понять, как тот парень, который так её поддерживал, мог так вляпаться. Мир на самом деле несправедлив.
После уроков Аямэ с Даниеллой не спеша вышли из школы. Возле школы они увидели девочек из класса Шин Хе. Они сели на скамеечки и бурно обсуждают новость дня.
– У него же нет отца, у него же отчим, наверное, что-то произошло, – говорит одна из одноклассниц Шин Хе.
– Помните, как мы несколько раз видели его в синяках и в слезах возле школы рано утром? – проговорила другая одноклассница.
– Да, помню, он часто в школу приходил рано. Когда я его спрашивала, что же случилось, он лишь улыбался в ответ и говорил, что всё хорошо. Что с соседским мальчиком подрались, – говорит третья подружка.
Аямэ с Даниеллой слушали и стояли рядом. Через некоторое время Даниелла взяла за руку Аямэ и отвела её в сторону.
– Тебе не кажется всё это странным? – спросила Даниелла у Аямэ.
– Что именно? – переспросила Аямэ.
– Да всё, история с отчимом. Давай пойдём к нему домой и спросим, что же произошло, расследуем это дело.
– Ты что, возомнила, что мы с тобой Шерлок Холмс и доктор Ватсон? – Аямэ заинтересовала мысль Даниеллы, но она не знала, как им это сделать.
– Короче, я знаю его адрес. Пошли.
Даниелла и Аямэ направились в сторону дома Шин Хе. Подойдя к дому, Аямэ почувствовала дрожь в коленях. Даниелла же, напротив, выражала столько уверенности и решимости в своих действиях, что Аямэ была очень рада, что они идут вместе.
Даниелла подошла к входной двери и позвонила в звонок. Дверь открыла женщина лет сорока, очень красивая. Наверное, Шин Хе пошёл в неё.
– Да, что вам нужно? – спросила тихим и невозмутимым голосом женщина.
– Мы… э-э-э… мы одноклассницы Шин Хе – проговорила Даниелла. Наступило долгое молчание. Женщина внимательно разглядывала девочек. Обе девочки показались женщине очень симпатичными. Аямэ ей понравилась больше всего. Что-то в ней было.
– Шин Хе… в общем, вы должны сами знать, что вы спрашиваете, а если хотите разведать что-нибудь, то убирайтесь, – последнюю фразу женщина проговорила сквозь зубы.
– Нет, мы просто не верим, что это правда!.. нам просто совсем не верится, что Шин Хе способен на такое, – Аямэ набралась смелости и высказала свою точку зрения.
– Это уже не важно, это есть, – сказала, смягчившись, женщина.
– И сколько он будет в колонии? – спросила Даниелла.
– Где-то полгода, – ответила женщина.
– Там о нём хорошо позаботятся? Его никто не будет трогать? Ведь это, всё-таки, как не крути, тюрьма, а он мальчик видный… а там таких не любят и даже бьют – сказала смелая Даниелла. Аямэ толкнула ее в бок, но Даниелла не смутилась и даже не почувствовала, что сказала что-то не то. Она сказала то, что ей кажется правильным. Мать должна позаботиться о её красавчике-сыне. Раз уж сын красавчик, так заботься теперь о нём! А то волки могут загрызть его, ведь мало мужчин любят красавчиков. Особенно если этот красавчик настолько обаятельный, что перед ним никто не может устоять, только такая как Аямэ, такие мысли проносились у Даниеллы в голове.
– С ним всё будет хорошо, он может за себя постоять. Так что девочки, возвращайтесь-ка к себе домой. И хватит ходить сюда, как в какой-то музей, это неприятно. Поймите наше горе.
– Мы всё понимаем…
Даниелла с Аямэ попрощались с мамой Шин Хе и отправились к дороге. Через некоторое время они разошлись и пошли каждая к себе домой.
глава 11
Шин Хе очнулся в одиночной камере. Ему было больно в области желудка. В голове проносились слова матери «Сдайся же, наконец!». Шин Хе помнит её взгляд, в тот момент когда он ударил отчима, который находился около его сестрёнки. Что происходило, почему мама на его стороне?
Это было пару дней назад, когда Шин Хе в очередной раз поругался с отчимом за завтраком.
– Какое вы имеете право меня оскорблять? – взорвался Шин Хе, когда отчим в очередной раз подкалывал его насчёт внешности. Отчим Шин Хе всегда доставал его тем, что он выглядит не как мужчина, как смазливая девчонка, которая постоянно только и делает, что ноет по каждому пустяку.
– Ох-ох-ох, наш красавчик взбесился! – отчим сказал это и в глазах его сверкнуло дьявольское удовольствие от того, что он достиг своего, смог вывести из себя подростка.
– Хватит уже! Перестаньте! – крикнула мама Шин Хе, видя как её сын не на шутку разозлился. Мама встала из за стола и начала успокаивать расплакавшуюся дочку, которая всегда очень болезненно воспринимает раздоры между отцом и братом.
– Перестаньте уже сводить меня с ума! Шин Хе, закрой рот и иди в свою комнату! – Мать яростно посмотрела на Шин Хе.
– Мама?! Почему ты всегда винишь только меня? Почему ты всегда меня затыкаешь? Тебе не больно от того, что твой муж достаёт твоего сына? – Шин Хе не собирался успокаиваться. Напротив, он встал из-за стола и, уже стоя разговаривал с мамой, показывая жестом на своего отчима, который в этот момент спокойно сидел и попивал чай. Когда Шин Хе посмотрел на своего отчима в следующий раз, он снова заметил искорки удовольствия от того, что снова разгорелся скандал дома.
– Прекрати!! Ой… – Мама выкрикнула первое слова, и внезапно почувствовала, как у неё кольнуло сердце и она согнулась. Дочка в этот момент крепко обняла мать, стараясь удержать её в вертикальном положении.
– Мама! – Шин Хе подбежал к матери и подхватил её под руку.
– Я прошу тебя, перестаньте ругаться… ради Бога, молю… – прошептала мать, глядя на Шин Хе. Глаза Шин Хе наполнились слезами. Его глаза были полны решимости всего лишь несколько секунд назад, но видя сейчас мать и сестру в таком положении, он понимал, что нужно успокоиться и позаботиться о матери.
– Ой, наши девочки расплакались! – отчим Шин Хе, продолжая сидеть за столом, смотрел на всё и даже не думал встать и помочь своей жене. Глаза его сияли от счастья, что он вывел из себя Шин Хе.
Шин Хе мельком глянул на своего отчима. У Шин Хе были взлохмачены волосы, глаза его были полны боли и обиды, и когда он всмотрелся в глаза отчима, он вновь увидел нечеловеческую жестокость и удовольствие от того, что кому то плохо.
– Ты не человек, ты дьявол! – сквозь зубы проговорил Шин Хе, и, обняв маму, пошёл в ее комнату. Сестрёнка Шин Хе, Ай Лин, крепко обнимая мать, последовала за ними.
Дойдя до комнаты, Шин Хе открыл дверь и дошёл до кровати. Мать Шин Хе теряла сознание. Шин Хе очень испугался, но он старался оставаться спокойным ради своей сестрёнки, которая сейчас очень напугана. И единственная опора её сейчас – это Шин Хе. Шин Хе положил мать на кровать и сказал сестрёнке посидеть около неё, а сам в это время побежал звонить в скорую помощь. Пробегая мимо столовой, он краем глаза успел разглядеть, что его отчим сидит на том же месте и совершенно не беспокоится. «Чёрт возьми, что происходит! Почему он сидит?.. ему совсем наплевать на мою мать!.. блин, как я хочу его ударить… Господи, почему ты всегда на его стороне, почему всегда я чувствую себя побеждённым в стычках с ним… но сегодня, сегодня он не похож на себя… эти глаза, столько ярости, столько недоброго света я увидел в них, как будто в теле отчима нечто, что я даже не могу назвать… кто это, что происходит?..» Шин Хе добежал до телефона. Лоб его весь вспотел, дыхание участилось. Шин Хе казалось, что он сам начинает терять сознание. Наконец он набрал номер. В трубке слышатся долгие и гудки. Наконец-то кто-то поднял трубку. Нежный и сонный голос проговорил: «Алло», Шин Хе тут же начал быстро говорить: «Девушка, у нас… Моя мать, ей вдруг стало плохо и она теряет уже сознание…», через несколько секунд голос из трубки продолжил: «Сколько лет? Какой район? На что жалуется?». «Да какая разница, сколько лет?? Блин, тут моя мама коньки может отбросить, а она тут несёт какую-то чушь!» – подумал про себя Шин Хе, но вслух сказал совсем иное: «41, улица Роз Хил Стрит, жалуется на сердце», «Всё понятно! Ваш телефон зафиксирован! Ожидайте! В течении 5 минут к вам приедут! Ещё могу вам чем нибудь помочь?»
– Нет, спасибо, ждём. – Шин Хе положил трубку. Всё, теперь осталось только ждать.
Он отправился в холл, сел на пуфик около входной двери. У Шин Хе поднялась температура. Ему казалось, что он сейчас взорвётся, но больше всего его бесила наглость отчима. Просто так сидеть, когда его мать в таком состоянии! Шин Хе встал со стула и отправился в столовую комнату. Кулаки его сжались. Глаза его стали ясными и полными решимости. «Если не сейчас, то когда!» с этой мыслью Шин Хе стремительно вошёл в столовую. Его отчим так и продолжал сидеть. Спокойно макая кусок хлеба в чай. Это привычка выводила Шин Хе из себя.
– Что такое? Тоже хочешь полакомиться, детка? – улыбаясь, проговорил отчим. Отчим Шин Хе невысокого роста, с отчетливыми усами, и недоброй ухмылкой. Он кореец, который всю жизнь прожил в Айдахо и считал себя коренным американцем. Мать Шин Хе, Со Ён, переехала в Айдахо после тяжелого расставания с отцом Шин Хе, который бросил её ради молодой, подающей модели Кореи – Кан Ю Син. Шин Хе не мог простить отцу его измены, но он понимал, что такое бывает, и старался успокоить мать все эти годы, внушая ей, что она у него просто красавица и ещё встретит своего мужчину, который будет любить и ценить её. Так же Шин Хе всегда утверждал матери, что он примет любого мужчину, которого его мама посчитает хорошим человеком для себя. И к несчастью для Шин Хе, когда они переехали в Айдахо, им попался первый толковый риелтер, который был настолько приветлив и обаятелен, что мама Шин Хе сразу же прониклась к нему симпатией. Конечно, Шин Хе поначалу тоже нравился Кан Дже Иль – его отчим, и он сразу же дал согласие матери. Тем более, что у Кан Дже Иля на тот момент уже был этот небольшой домик, в котором они сейчас вместе живут. Через пару лет, Кан Дже Иль начал сильно меняться. Он начал интересоваться другими девушками. К тому времени Шин Хе уже был очень симпатичным парнем, и многие подружки Кан Дже Иля, которые приходили домой чисто по работе, замечали Шин Хе и прочили ему великое будущее модели или актёра. Кан Дже Иль лишь усмехался на такие изречения своих подруг и называл Шин Хе плаксивой девчонкой. Мол, парень не может быть таким красивым. Он всегда говорил, что он сомневается в мужской ориентации Шин Хе, чем очень бесил самого Шин Хе. Когда Шин Хе исполнилось полных четырнадцать лет, он изъявил желание заниматься айкидо, и мама его в этом поддержала. К этому времени она уже родила дочку от Кан Дже Иля и ей исполнился годик. Шин Хе был хорошим братом все эти годы. Он гулял со своей сестрёнкой в те дни, когда его отчим приводил домой очередных клиенток, посмотреть выгодные предложения недвижимости.
Бывали дни, когда Шин Хе напивался в одном из местных баров и друзья его в буквальном смысле волокли через всю улицу домой. Мама Шин Хе на всё закрывала глаза.
– Сынок, ты не употребляешь наркотики? – это самое главное, что волновало его мать. Наслушавшись по телевизору новости про растущую среди молодёжи моду употреблять наркотики, мама Шин Хе всегда этого опасалась.
– Нет, не волнуйся, я знаю что я делаю! Я никогда не буду этого делать! – Шин Хе был похож на наивного молодого подростка, который каждый раз взъерошивался, как молодой петушок, которому лишь бы защитить себя. Его лохматые волосы на голове, выглядели всегда так хорошо, что мама его перестала просить подстригаться коротко, как это делает Кан Дже Иль.
– Мама, волосы – это мой характер! Такие же взъерошенные и смелые, как и я сам! – Говорил Шин Хе с его знаменитой обаятельной улыбкой, перед которой не могла устоять даже его мама и всегда всё ему сходило с рук.
Друзья Шин Хе уважали его и он всегда был и есть душа компании. Некоторые его друзья называли его обаяшкой из-за его привлекательной внешности, искры в глазах и улыбки, которая не могла оставить равнодушной не одну из представительниц слабого пола. Его взъерошенные волосы, спереди небольшие локоны, закрывающие его соболиные брови, показывали его свободный и сильный нрав. А стоило ему открыть свой лоб, чтобы брови были его на виду, он сразу же перевоплощался в красавца, из наивного и симпатичного подростка. Несколько раз, когда он находился в душе, за ним подглядывали девочки из группы поддержки, которые были от него без ума. Не смотря на свой смелый и свободный характер, он всё же смущается и стеснятся, когда девушки ведут себя чрезмерно открыто с ним. Шин Хе всегда старался быть первым. И в футболе тоже. Он стремительный нападающий.
– Шин Хе мог бы участвовать на гладиаторских боях! В нём столько игривости, смелости, и петушиного азарта, который точно мог бы понравиться публике Древнего Рима – говорил тренер Шин Хе по футболу. Он очень симпатизировал Шин Хе. – несмотря на свою симпатичную мордашку, он способен наносить смертельные удары! У него очень высокий болевой порог!
– Да ну, что вы, – Мама Шин Хе всегда смущалась таких высказываний тренера. Все уже заметили, что тренер Шин Хе не ровно дышит к матери Шин Хе. Ну этому не стоит удивляться. Внешность, Шин Хе в основе своей унаследовал именно от матери. Эти соболиные брови и чистую, как яйцо кожу. Её коже могла бы позавидовать самая красивая модель в мире. И несмотря на это, мама Шин Хе умудрялась оставаться очень и очень неуверенной в себе.
Так вот, Шин Хе зашёл в столовую и увидел своего отчима. Кан Дже Иль макал хлеб в чай и предложил тоже самое Шин Хе. Шин Хе не стал молчать на этот раз. Он подошёл к столу, с той стороны где стоял его недопитый чай, и, схватив чашку, плеснул её Кан Дже Илю прямо в лицо. Кан Дже Иль закричал и встал из-за стола. Шин Хе смотрел на него без капельки страха. Его глаза так же были полны решимости и гнева. Кан Дже Иль подбежал к Шин Хе и ударил его в глаз. Шин Хе упал на пол. Кан Дже Иль схватил салфетку со стола и протёр им своё лицо. Шин Хе встал и нанёс удар по голове Кан Дже Илю. Кан Дже Иль с воплями упал на пол.
– Да как ты смеешь? Ты, щенок недоношенный? Молоко ещё не высохло на губах, а всё туда же? Не вырос ещё, чтобы тягаться со мной! – Кан Дже Иль смотрел злобно и яростно на Шин Хе.
– Мне плевать, первый раз в жизни я дал тебе отпор! Хватит, перестань обижать мою мать! – Шин Хе с каждым словом повышал голос. И в конце его глаза стали такие ясные и такие смелые, что Кан Дже Илю на миг стало не по себе. Он понял, что перегнул палку и на этот раз, Шин Хе не будет молчать.
– И что же ты намерен сделать, молокосос? Заявишь на меня в полицию?
– Если надо будет – то да, я знаю про все твои чёрные делишки и про твоих «клиенток» я тоже знаю! Стоит мне только захотеть, и они мне всё расскажут про твои выкрутасы – в глазах Шин Хе Кан Дже Иль увидел уверенность в своих словах.
– Ах ты, мелкий ублюдок, шантажировать меня вздумал! – Кан Дже Иль поднялся и нанёс удар ногой по ноге Шин Хе. Шин Хе устоял на ногах и нанёс ответный удар в челюсть Кан Дже Илю своей левой рукой, так как Шин Хе левша. Кан Дже Иль снова упал на пол. Шин Хе стоял перед ним и не собирался сдаваться.
– Не смей, больше никогда не смей, подходить к моей матери!!! И не смей трогать мою сестрёнку!!! Хоть она и твоя дочь, ты не отец, ты – чудовище!
– Значит, так, я упеку тебя в тюрьму за такие действия – сказал Кан Дже Иль с привычной ухмылкой.
– Давай! Это самооборона! Тем более моя мать будет на моей стороне!
– Ты так в этом уверен? – В глазах Кан Дже Иля вновь появилась эта искра, его глаза заблестели, и на миг Шин Хе показались ядовито-жёлтыми. От этого взгляда у Шин Хе начали трястись поджилки, но он не показал вида.
– Да, я так думаю – Шин сказал спокойно и уверенно и вышел из столовой.
Выйдя из столовой, он направился в комнату своей матери. Мама была в таком же состоянии. Ай Лин заснула около её кровати. Шин Хе заглянул ненадолго и вышел из комнаты. Он не знал что думать. «Что это было? Почему его глаза мне показались жёлтыми? Может со мной что-то не в порядке?» эти мысли проносились в голове Шин Хе уже несколько раз, после того, как он поднимался в комнату своей матери.
Спускаясь со второго этажа в холл, Шин Хе увидел тень отчима, промелькнувшую возле входной двери. Дверь захлопнулась. <<Куда он направился? Что он задумал?». Шин Хе спустился и подбежал к входной двери. Открыв дверь, он никого не увидел. След отчима словно простыл.
Через пару минут звонок в дверь. Это была скорая помощь. Две медсестры зашли в дом. Шин Хе сразу отвёл их в комнату матери. Пока они были там, Шин Хе забрал сонную сестрёнку и отнёс её в свою комнату. Пока он её нес, она проснулась начала хныкать. Шин Хе взял её на руки и они пошли снова в комнату к матери. Со Ён уже пришла в себя и очень обрадовалась увидев Шин Хе и Ай Лин.
– Шин Хе, где Дже Иль? – сразу же спросила мама, когда увидела что с левой стороны на лице Шин Хе небольшая ссадина. Со Ён сразу же поняла, что была драка. От этой мысли ей стало не по себе – Отвечай! Где Кан Дже Иль?
– Я не знаю, он вышел из дома. Как ты мама? Как ты себя чувствуешь? – Шин Хе хотел выглядеть спокойно и уверенно.
– Всё нормально, мне дали успокоительное – Со Ён ответила, опустив глаза, понимая, что Шин Хе ей не расскажет, что случилось и где Кан Дже Иль.
Одна из медсестёр поправила подушку Со Ён, вторая медсестра повернулась к Шин Хе и начала с ним разговаривать.
– Почему вы доводите свою маму до такого состояния? Вы же знаете, что у неё слабое сердце?
– Я… я не хотел, это просто… в общем, хорошо, я понял!
– Ей нужен постельный режим в течение нескольких дней. Мы выписали лекарства. Желательно быстрее сходить в аптеку и начать их принимать. Там есть лекарство для успокоения нервов и одно лекарство для сердечников на травах. Так что они оба будут работать на то, чтобы ваша мама как можно быстрее оправилась от стресса. И, пожалуйста, больше не доводите свою маму до такого состояния. Мама одна.
– Я всё понял, – Шин Хе стало очень неудобно из-за слов медсестры. По её словам, это он её довёл до такого состояния. Внутри у него всё кипело, ему хотелось кричать: «Это всё он!! Это всё этот мужчина!!! Блин!!! Почему опять я виноват!!!»
– Пожалуйста, позови Кан Дже Иля и сходи в аптеку, – Со Ён говорила очень слабым голосом.
– Хорошо, ты посидишь с Ай Лин?
– Да, оставь её около меня… иди к мамочке, малышка! – Со Ён приподнялась и протянула руки. Ай Лин сразу же побежала к маме и обняла её.
Шин Хе вышел из комнаты вместе с медсёстрами и проводил их до двери. После того, как они ушли, Шин Хе оделся и вышел на улицу. Кан Дже Иля во дворе не было. «Блин, куда он мог пойти?» Шин Хе направился в сторону аптеки. По дороге он заметил небольшой бар, и в окне этого бара он увидел своего отчима, сидящим за стойкой и мило беседовавшим с дамой средних лет. Внутри Шин Хе снова вскипела ярость. Он сжал кулаки и быстро направился в сторону бара. Зайдя в бар, он стремительно подошёл к стойке.