Земли ушедших богов

Обреченно вздохнув, Сергей стянул их и с помощью меча превратил в шорты. Плохо, конечно, но лучше, чем без ног остаться, сейчас главное их сберечь. Благодаря росту у него в руках оказалось два приличных отреза материи, теперь не напортачить бы. Не сказать, что он был мастером, но, распустив штанины на широкие ленты, он плотно обмотал их вокруг ступней и обвязал на щиколотках, сверху натянул носки. Вроде как держалось неплохо. Хватило впритык. Хорошо, это были оригинальные левайсы, хоть и поношенные. Встав на ноги, он пару раз притопнул, проверяя, не развяжутся ли, и остался доволен. На все про все у него ушло минут семь-восемь. Бой стих, и ориентироваться стало куда сложнее.

Меч, чтобы руки не оттягивал, закинул на плечо, не катана, порезаться сложно, так было практичней. Бежать он не стал, шел не спеша, в импровизированной обувке это стало куда как приятней и безопасней, внимательно прислушиваясь к происходящему в лесу. Да и невозможно бежать в такой темноте. Как он раньше это делал, неясно, видимо, на адреналине и запредельном везении, ведь ни разу не споткнулся о корень, не приземлился пяткой на сучок, а теперь, не пройдя и двадцати метров от поляны, на которой отдыхал, чуть не выбил себе глаз, налетев на ветку. Погони слышно не было, а значит, и торопиться не стоило, спешка могла дорого обойтись. Прикинув, что ушел от места боя километра на три, а то, может, и больше, заложив приличную дугу, он стал сворачивать обратно к дороге. Вот только, сколько ни шел в ту сторону, ничего кроме черных стволов деревьев не видел.

Снова проснулся страх. Теперь не то, что его убьют или снова в кресло усадят на внутривенное питание, а то, что он сгинет в этом лесу в одиночестве. У него на секунду даже возникло желание взять и заорать в голос клич всех, кто потерялся в лесу - Аууу! Задавить это желание было довольно легко, Сергея это даже развеселило. Но улыбка быстро сползла с лица. Он один, обмотки держались, но рано или поздно им придет конец, грудь и спина исцарапана, как и правая щека, прохладно. Из оружия меч, которым надо уметь махать, а он не умеет. В плюс разве что можно отнести хорошую физическую форму и выносливость, но он уже чувствовал усталость. Особенно бесила железка, называющаяся мечом, хоть и весил он чуть больше килограмма, но таскать его в руке быстро надоело, только вот некуда его сунуть, ножны он не догадался с покойницы сдернуть, и плечо было единственным выходом. Также сказывалось, что он давно нормально не ел, не пил и не двигался. Прислонившись плечом к стволу большого дерева, он задрал башку вверх, ища просвет сквозь довольно густую листву, больше всего он сейчас жаждал рассвета. Тьма давила, не давала нормально двигаться и ориентироваться. Была мысль остановиться, забраться на дерево, чтобы хоть как-то обезопасить себя, дождаться утра и уже спокойно искать дорогу, и потом, топая по ней, найти людей, но именно в этот момент в глубине леса кто-то завыл. И вой этот мало походил на волчий. Несмотря на то, что Чугунов вырос в городе, тот был небольшим, и иногда в холодные зимы волки выходили к окраинам. Так что, как воет волк, он знал, и это был точно не он, от этого пробирал озноб, хотелось бежать прочь, не разбирая дороги. Только сцепив зубы, он смог перебороть это желание.

Следующие полчаса Сергей двигался по прямой. Зашел в небольшое болотце, промочив свои обмотки, что хорошего настроения не добавило. Образовалось оно в низине, неподалеку от родника, и здесь он смог напиться. От студеной чистой вкусной воды заломило зубы, но в этот момент парень был счастлив. На тропу, довольно широкую, даже, скорее, на лесную, заросшую травой, дорогу, машина может проехать, Чугунов вышел совершенно случайно. Света от трех тусклых лун стало больше, видимость увеличилась метров до пятнадцати. Теперь бы не ошибиться с направлением, ведь она наверняка выведет его на ту дорогу, с которой он так поспешно удирал. Но вот проблема, он потерял вообще все ориентиры. Парень столько раз обходил завалы, болото, пару оврагов, что не удивился бы, если бы уже давно сделал полукруг и шел в противоположную сторону. В лесу и днем не проблема заплутать, а ночью, без огня и знания местности, это стопроцентная вероятность. Сунув руку в маленький кармашек, он достал оттуда пятирублевую монету, ее дали на сдачу, когда бегал за куревом пару недель до похищения.

- Решка - направо, - вслух произнес он, - орел - налево. - После чего щелчком большого пальца отправил монету вверх, та сделала несколько оборотов и легла на широкую грязную ладонь.

Выпало право. В принципе, он и сам склонялся к этому варианту, и теперь жребий подтвердил, что направление верное, как иначе-то? Так и потопал по заросшей дороге. Идти было по ней куда удобней чем по лесу, обмотки и упакованные в них ноги не так страдали.

Существо, скакнувшее на дорогу метрах в семи перед ним, заставило Сергея вздрогнуть и отпрянуть на пару шагов. Было оно уродливым - вытянутое туловище, обезьяньи лапы, которыми так удобно хвататься за ветки и передвигаться по ним, на длинной шее, с половину руки, башка с вытянутой пастью и алыми светящимися в темноте, как два рубина, глазами, черный мех. Почему оно не свалилось ему на голову загадка, за весь путь Чугунов вверх ни разу не взглянул, только под ноги, боясь их поранить, все же обмотки не ботинки,

Тварь оскалилась, не сводя с него взгляда своих алых глаз. Парень понятия не имел, как она зовется, но одно абсолютно точно - это не друг и не питомец, это враг.

Именно в этот момент самую крупную луну закрыло облако, и видимость сразу упала. Если раньше он мог что-то разглядеть шагов за пятнадцать-двадцать, то теперь не дальше трех. Единственное подспорье - это глаза, продолжавшие светиться в темноте, только по ним можно было засечь, где сейчас его противник.

Сергей сделал еще один шаг назад и замер. Ситуация и до этого была поганой, а стала еще хуже. Он поднял меч, взявшись за рукоять двумя руками, и направил в сторону твари. Рубить он был готов, ему уже доводилось убивать, не сказать, что давно, четыре года прошло. Но одно дело батин «вепрь», другое - железка, созданная, чтобы рубить, и, наверное, даже отлично сбалансированная, если бы он в этом что-то понимал, но которой нужно уметь махать. Это не бейсбольная бита, которую он держал дома за дверью, так, на всякий случай, и не черенок от лопаты, тут навыки нужны. А он последний раз фехтовал на палках, когда ему было лет шесть, может, семь. Символы на клинке, который он держал на вытянутых пред собой руках, тускло засветились голубоватым, призрачным светом. Благодаря им стало чуть светлее. Пока вокруг тварей не было, он был обычным стальным, и если следовать логике, то светятся они потому, что рядом враг, и эти знаки сделаны против него. «Прям, как во «Властелине колец», - пришла в голову шальная мысль.

Тварь нападать не спешила. Она таращилась на человека из темноты и чего-то ждала. Чугунов же судорожно вспоминал, что он знал о рубке на мечах. Основной источник знаний - кино. Не сказать, что парень был большим фанатом исторических фильмов, но парочку любимых имел, среди них один как раз под ситуацию подходящий, «Царство небесное». Там Лиам Нисон учил своего великовозрастного сынка-бастарда сражаться на мечах, стойка называлась «Удар сокола». Как ни странно, процесс обучения в памяти Сергея сохранился неплохо, и парень поднял меч над головой, выставив правую ногу вперед, а левую, наоборот, отведя назад. Корпус тоже вперед наклонил, вроде получилось, как в фильме. Во всяком случае, он был готов встретить атакующего врага мощным ударом сверху вниз.

- Выгляжу, наверное, совершенно по-идиотски, - произнес он шепотом себе под нос.

Видимо, это и послужило спусковым крючком. Из темноты раздался короткий злобный рык. Он был настолько далек от человеческого, что Чугунов вздрогнул, и едва не попятился, а потом алые глаза взмыли вверх и рванулись прямо на него. Быстро, стремительно, но прежде, чем лапы с когтями или зубы дотянулись до его тела, он сделал то, чего сам от себя не ожидал. Правая нога ушла назад, левая вперед, тело скрутилось, пропуская летящую на него тварь чуть в сторону, а потом он нанес тот единственный удар, но не прямой, сверху-вниз, а наискосок - от левого плеча. Не было никакого свиста стали, как в кино, лезвие упало и рубануло промахнувшуюся тварь в заднюю часть, рассекая мясо и отрубив лапу.

Визг раненой зверушки огласил половину ночного леса. Напоследок она хлестнула его по груди хвостом, от души хлестнула, так, что Сергея смело, откинув на какие-то низкорослые кусты, которые расцарапали спину острыми колючками и вышибли из груди воздух.

Тварь тоже приземлилась не слишком удачно. Оставшиеся три лапы проскользили по дороге, выдирая куски дерна. При этом она завалилась на правую утерянную, и ее кувыркнуло, словно машину, ушедшую в занос. Да, она быстро оправилась, снова встав на лапы, но теперь о прыжках и мощных толчках и речи не шло.

Сергей к этому моменту тоже оказался на ногах. В небе снова показалась большая луна, света прибавилось и сразу стало как-то легче. Теперь осталось добить тварь без последствий для себя. Хотя какое? Так-то у него уже спина в кровь расцарапана. Но если мерить ущербом, раунд за Чугуновым.

Все замерло в шатком равновесии. Сергей снова поднял меч над головой. Стойка себя уже разок оправдала, так почему бы не повторить? Только руки уже отваливались и начинали ощутимо дрожать. При этом он не забывал вертеть башкой, поскольку тварь, лишившись конечности, визжала на весь лес.

На этот раз его попытались атаковать снизу. Существо бросилось в ноги, но это была жалкая попытка. Лишившись толчковой лапы, оно потеряло пятьдесят процентов своей скорости, и попыталось достать Чугунова зубами. Но парень повторил свой маневр, уйдя с линии атаки. Меч упал вниз и врубился в длинную и не слишком толстую шею. Видимо, силы у Сергея хватило, и голова противника покатилась по земле.

Парень с полминуты смотрел на отрубленную башку. И тут на него накатила волна ликования, захотелось прыгать, орать, ведь сейчас случилось нечто очень важное - он выиграл свой первый бой, сам выиграл. Да, он уже убил одного, что терзал ту брюнетку, но в спину, а сейчас был именно поединок. Возможно для тех, кто тут обитает, это не бог весть какая победа, и этот противник вообще не котируется, что-то типа бешеной бродячей собаки на окраине, но для почти босого, полуголого парня, который ни сном, ни духом, в какую историю угодил, это был настоящий триумф. Эта победа придала уверенности, он смог раз, значит, и дальше получится. Захотелось сесть, покурить, но ничего такого не было, даже зажигалки нет, чтобы зажечь костер и дождаться утра.

Надолго на месте стычки он не задержался, труп, от которого он отошел метров на семь, смердел. Пах он совершенно неправильно, чем-то горьким, и чем больше времени проходило, тем сильнее. Опасаясь, что это может быть ядом, Сергей решил свалить от греха подальше. Теперь он смотрел не только по сторонам, вперед и под ноги, но и вверх поглядывал. Оказалось, что имеются тут твари, отлично скачущие по деревьям. Больше всего его терзал вопрос, почему противник, созданный для атаки сверху, этого не сделал, а сначала спрыгнул на дорогу, дав себя увидеть, и только после большой паузы решил напасть. Вариант, что причина этого меч, он не рассматривал, тварь спокойно перла на клинок, но других предположений не имелось. Ведь кроме обрезанных штанов, трусов и обмоток на ногах, у него ничего не было. Ах, да, пять рублей в маленьком кармашке, но сомнительно, что непонятная тварь боится меди с мельхиором. Ну, разве что у зверушки было плохое зрение, и она ориентировалась на слух и запах, но это сомнительно… Гадать можно было бесконечно, хотя чем еще заниматься, топая по ночной дороге, петляющей между оврагов, коих стало куда больше. Так прошел час, затем еще один. Он отмотал километров семь-восемь, и это только по этой заросшей тропе. Люди ее давно забросили, все следы стерлись, трижды Сергей перебирался через завалившиеся на нее деревья, в одном месте даже куст с него ростом вырос. Видимо, он все же ошибся с направлением и сейчас удалялся прочь от той дороги, по которой его везли неизвестно куда и зачем.

Неожиданно лес кончился, и пошла пустошь, заросшая каким-то не слишком высоким кустарником. Дороге тоже досталось, но идти по ней все равно было можно. Теперь стало светлее, не сильно, конечно, но все же. И вот что его беспокоило - с момента побега прошло часов семь, а может, даже и восемь, а он не наблюдал никаких признаков рассвета. Это начало напрягать. Ночи он любил, так как был по жизни совой, и от души недолюбливал жаворонков, которые собрались и решили, что основная жизнь должна проходить днем, совы в голосовании не участвовали, они спали. Но вот сейчас он бы был не против солнышка, но три луны как висели в небе, так и висели, и никуда не собирались.

Сергей неторопливо шагал по дороге, вернее тому, что от нее осталось, огибая кусты, в некоторых местах срубая колючие ветки, однако старался это делать пореже, поскольку меч ему точить нечем, да и не умел он это делать. Вообще у него к самому себе по реализации побега были серьезные вопросы. Нет, то, что сбежал он - вполне удачно, еще один плюс - это то, что он прихватил оружие, сомнительно, что ему удалось бы отмахаться палкой от той твари, что он обезглавил несколько часов назад. Но вот дальше шли сплошные минусы. Почему он походя не схватил рюкзак? Почему не взял валяющиеся рядом с мертвой брюнеткой очки? Почему не глянул на ее обувь? Хотя вряд ли на него налезли бы бабские ботинки, учитывая его сорок четвертый, а искать другого покойника с нужным размером было некогда. Но рюкзак, очки и пистолет могли стать вполне реальным подспорьем для выживания.

Минут через десять он смог разглядеть на горизонте какие-то строения, ничем иным это темное, кое-как видимое, быть не могло.

Прыжок какой-то мелкой твари, которая атаковала его из колючих кустов, он проморгал. Она угодила бы ему в лицо, куда и метила, но Чугунов успел хоть как-то среагировать, и подставил левую руку, в которую тварь и вцепилась довольно нехилыми зубами. Парень взвыл и, резко дернув рукой, сбросил ее с себя. Та была размером с небольшую собачку, гуляют такие во дворах на тонких ножках и облаивают всех подряд, но у этой «собачки» ножки были не тоненькие, да и пасть открывалась, дай боже. Та, улетев в заросли, вернулась довольно быстро, и не одна, сразу две идентичные особи выпрыгнули на дорогу позади него и стали расходиться в разные стороны, окружая.

Решать, что делать, надо было быстро. Первое - сражаться. Троих он, может, и вальнет, но кто сказал, что из этих кустов через пару минут не явятся еще с полдесятка, а то и дюжина этих зверенышей? Второй вариант нравился ему куда больше - бежать, бежать к строениям, найти место, где ему не придется биться в окружении, и вот тогда... Все это пролетело в голове парня за считанные мгновения. Он выбрал второй вариант и, развернувшись, кинулся прочь. Та тварюшка, что атаковала его первой, снова прыгнула на него, целя в лицо, но на этот раз Чугунов был готов, и просто подставил под летящую тушку меч. Визг раненой твари разнесся над пустошью. Он даже не стал пинать упавшую к его ногам тушку, просто прибавил хода, молясь, чтобы портянки, которые он недавно перемотал, не развязались.

За спиной раздался возмущенный писк, две зверушки были крайне недовольны его бегством. Сергей даже оборачиваться не стал, чтобы узнать, преследуют его или нет. Его больше беспокоило другое, на зов тварей ответили, и этих ответчиков было куда больше десятка. Писк раздавался отовсюду - и сзади, и спереди, не говоря уж о боках, парень оказался в окружении. Но он продолжал бежать. Строения приближались, дорога слегка заворачивала к ним, оставалось преодолеть еще метров двести, в темноте, при свете трех лун, было очень сложно оценивать расстояние.

Пара зверушек атаковала справа. Сергей неумело отмахнулся мечом, и, как ни странно, попал по одной из них. Правда, плоской частью клинка, а не острой кромкой. Руку рвануло, и зверушка с возмущенным громким и противным писком, от которого по спине побежали мурашки, отлетела в сторону, попутно снеся тушкой товарку. Захочешь нарочно повторить, не выйдет, а так удача снова улыбнулась.

До строений, которые оказались руинами, Чугунов добрался за пару минут. Были бы у него нормальные ботинки, и не росли бы по пути колючие кусты, через парочку которых он просто перескочил на скорости, добежал бы куда быстрее. Под конец дорога пошла вверх, уклон был не слишком крутым, градусов тридцать. Руины располагались на небольшом холме и возвышались над местностью. Плоская вершина, опоясанная полуразвалившийся крепостной стеной, высота которой была метра четыре, разбитые ворота, часть наполовину сгнивших деревяшек висела на массивных петлях, другая часть валялась под ногами.

Сергей на бегу обернулся и вздрогнул, его преследовало, как минимум, с десяток этой писклявой мелочи. Хотя, скорее всего, куда больше, десяток - это только те, кто бежал за ним следом по дороге. И отказываться от большого куска мяса они явно не собирались. А сколько их по кустам шарится, Чугунов старался не думать.

Молясь не повредить ноги в заваленных разным хламом воротах, он влетел во двор. В центре небольшого периметра, радиус которого метров десять от силы, стояло квадратное строение из дикого камня. Пять ступеней частично разбитых, частично сглаженных временем, узкие окна-бойницы, выбитая дверь валяется внутри. Опаленная дыра размером с малолитражку на уровне второго этажа, какие-то сараи вдоль крепостной стены. Больше всего это напоминало форпост крохотного гарнизона, человек на десять-пятнадцать. Но все это он увидел мельком. Больше всего его интересовало, что за тусклое белое сияние внутри квадратной башни. Это был первый источник света, увиденный им с момента побега, красные луны не в счет.

Идти внутрь было боязно. Чугунов остановился в дверях, стоя боком, чтобы видеть ворота и внутренности башни. Он не знал, что его больше пугало, преследующие его зверьки, или свет в мертвых руинах. И то, и другое не сулило ему ничего хорошего. Вопрос решился просто. Три десятка тварей прыжками ввалились во внутренний двор, и это были не все силы пищащей мелочи, обитающей в этих местах, к ним постоянно подходили новые. О том, что изрубить их всех, и речи не шло, тут был не меч нужен, и даже не пистолет, да и пулемет, наверное, не помог, уж больно цели невелики размером. Тут бы с полсотни гранат не помешало, а еще лучше огнемет «шмель» с объемным взрывом. Но у Сергея был только меч. Его преследователи замерли шагах в десяти от крыльца, глядя на человека. Теперь он мог рассмотреть их более детально. Размером с половину кота, явно грызуны. Меха нет, только шкура, как у рептилий. Вытянутая мордочка с довольно внушительной пастью, коготки на лапах, острые зубы, с которыми он уже успел свести знакомство. Вообще, они напоминали ему тушканчиков, только крупнее раза в три, а может, даже в пять.

Опустив взгляд, Сергей осмотрел свою левую руку. Хорошего было мало - четыре рваные дырки глубиной в полсантиметра, из которых сочилась кровь, капающая на каменный пол. Только сейчас он понял, как болит рука. Хорошо бы все антисептиком залить и перевязать, но антисептика не имелось. Да и на бинты нечего было пустить.

Твари качнулись вперед, и Сергей решился. Он поднял меч, выставив его перед собой, и шагнул внутрь башни. Сейчас для него это был единственный шанс спастись. Против мелочи в широком дверном проеме, который был больше метра, без шансов. Его будут атаковать массой, бросаясь в ноги, прыгая на грудь, метя в голову. Тут нужно искать место, где они не смогут реализовать численное преимущество, узкую щель, в которую им будет тяжело протиснуться. Но они куда мельче Чугунова, ему в такую узость с его габаритами не забраться. Может, наверху найдется целая дверь, которую можно прикрыть и отбиваться, разрубая лезущих зверьков?

Свозь тусклое свечение он смог разглядеть внутрянку башни. Лестница на второй ярус была обрушена. Да и выгорело там все, пол был завален обугленными досками, бревнами, камнями, рухнувшими сверху, и ржавыми железками, которые отдаленно напоминали его меч. А вот этот кусок дерева явно когда-то был щитом. Ценности в этих находках было ровно ноль. С противоположной стороны был квадратный лаз, который раньше закрывался люком. От него ничего не осталось, кроме обломков. Но лезть в темное подземелье башни нельзя, черт его знает, есть ли там лестница, а даже если и есть, он окажется во тьме, и тогда точно конец. А еще он смог разглядеть источник света, это был белый шар, висящий в воздухе на высоте метра. Размером он был с футбольный мяч, скорее даже с баскетбольный, а еще Чугунов ощутил исходящий от него холод, словно дверцу морозилки открыл.

Сделав еще пару шагов, он вошел в ореол света. Парень развернулся ко входу, держа меч двумя руками, левая в районе предплечья ныла и дергала. Если твари, которые его сюда загнали, ночные, то, возможно, даже этот тусклый свет их будет слепить, это даст хоть какой-то шанс.

Враг ждать себя не заставил, и первые, самые храбрые тушканчики-переростки появились в дверном проеме. Долго ждать не стали. Если тусклое сияние им и мешало, то это никак не сказалось. Короткий разбег и прыжок, в воздухе оказались сразу три зверушки. Две метили в грудь, третья падла нацелилась на пах. Вышло у них это хорошо, метра на полтора вверх и на два вперед, как раз достать цель. Сергей махнул мечом, срубая первого, и отшатнулся. Руку дернуло, лезвие легко преодолело плоть «тушканчика», и половинка зверька пролетела мимо. Второй промахнулся, угодив под ноги, за что получил пинок, улетев к двери. А вот третий достал, боднув его в живот. Парень согнулся, он даже не представлял, что такой маленький зверек может ударить с такой силой. «Тушканчик» отскочил от него, словно от батута, кувыркнулся по каменному полу и приготовился к новой атаке, а тут к нему еще и подкрепление подошло в десять морд.

Сергей, хоть и с трудом, но смог разогнуться и сделал еще два шага назад. Сдаваться он не собирался, но как победить этих грызунов, которых все прибывало и прибывало, шанса не видел. Позиция продать жизнь подороже в данном случае выглядела ущербной, ну что, если он завалит пятерых, да даже десяток, остальные просто обглодают труп и свалят обратно в пустошь.

Новая атака, и на этот раз прыгунов было раза в три больше. Они взмыли в воздух, закрывая своими тушками дверной проем. Сергей махнул мечом параллельно земле, отшагнул в сторону, стараясь убраться с траектории тушканчиков. Пахнуло холодом, спину обожгло морозом. А потом внутрянка башни стала удаляться, его куда-то потянуло, потом начало крутить, пустой желудок рванулся к горлу. Затем белый свет исчез, и он, саданувшись сначала спиной, а затем головой о землю, отрубился.

Глава 3

Пришел Сергей в себя от того, что замерз, не как, если бы в снегу лежал, а просто от того, что похолодало. Голова трещала, тошнило, он попытался сесть, но накатила слабость. Перебарывая себя, Чугунов все же смог сесть и оглядеться. Первое, что он увидел, это искры, они были везде, голубоватые, хаотично перемещающиеся, словно электрические разряды. Тысячи, десятки тысяч. Они сталкивались, вспыхивали, гасли, на их месте появлялись новые. Пахло озоном, как после грозы. Только у самой земли их не было, наверное, поэтому он еще не получил разряда. Сергей вытянул руку, и на нее тут же наткнулась очередная искра. Крохотная вспышка и пощипывание, словно батарейку типа кроны лизнул. Это порадовало, не хотелось бы передвигаться ползком. Хотя, приятного будет мало. Один раз - нормально, два - тоже, десять - не проблема, но если на него будут постоянно налетать сотни искр, как быстро кожа станет к подобному чувствительной?

Сергей встал на ноги и тут же получил с десяток попаданий в голову, грудь и спину. И если два последних особого дискомфорта не несли, так, легкое пощипывание, то вот две искры в затылок были куда неприятней. Это, конечно, не как два пальца в розетку, но достаточно чувствительно. Была бы у него одежда, даже простой капюшон смог бы защитить, поскольку разряды, угодившие в остатки джинсов, не нанесли вообще никакого ущерба его заду, но у него ничего такого нет, разве что шорты снять и разгуливать в трусах, защищая голову плотной джинсовой тканью.

Сергей снова опустился вниз, где концентрация хаотично мечущихся электроразрядов была куда меньше, огляделся. Сколько он валялся тут, совершенно неясно, хотя к его плохому состоянию добавились голод и жажда. Отбив рукой разряд, летящий прямо в лицо, он, медленно поворачиваясь, принялся изучать место, куда попал. Все вокруг затянуто полупрозрачной дымкой. Она существенно ограничивала видимость, и, похоже, была частью электрошоу, поскольку за границей дымки искры быстро рассеивались, поэтому их не было ближе к земле. А еще здесь светлее, чем там, откуда он пришел. Не сказать прям, яркий день, но видимость была как в сумерках, и, если бы не дымка с разрядами, он бы мог, наверное, легко разглядеть, что находится метров за двести, а то и триста.