Москва атакует

Тарановск. Город Солнца. Аэродром. 5 июня 2015 г.

На широкую бетонную полосу садился уже третий борт. Ястреб стоял в окружении десятка солдат, наблюдая, как тяжёлый транспортный самолет бежит по полосе. Таран дал «зелёный свет» на переброску имущества, выделил склады, жильё на окраине города. Пока что прибыло около восьмисот бойцов, фирма Ястребова понесла огромные потери в Африке, в Северной и Южной Америке, на Ближнем Востоке, максимум, на что он мог рассчитывать, – это пять тысяч бойцов. Но если удастся собрать хотя бы этих, то можно будет пободаться с Тарановым.

Эта мразь не щадила никого, цифры, звучащие с экрана телевизора, даже отдаленно не соответствовали реальности. Уже сейчас население Земли сократилось до четырёх миллиардов. По какой-то причине в России дела обстояли лучше всего, и это довольно сильно напрягало Таранова, он опасался, что выживет слишком много соотечественников, жаждущих его крови, что было бы вполне логично, ибо теперь каждый второй стал кровником Тарана.

Штаты, Австралия, часть Европы – всё обезлюдело, в лучшем случае по всей планете уцелеет около миллиарда. А вот Россия обескураживала, погибло что-то около сорока миллионов, но страна ещё продолжала бороться.

Таранов беспокоился, торопил Ястреба с переброской всех возможных ресурсов. Таран уже вышел на воинскую часть и предложил офицерам и контрактникам службу в обмен на вакцинацию. Те думали недолго – у командира части умирала жена, и Таранов получил почти четыре сотни бойцов, которых сейчас эвакуировали вместе с семьями, складами и техникой в окрестности города.

Транспортник остановился, из него выскакивали бойцы, выезжали бронированные машины «Тигр», погрузчики сгружали паллеты, забитые ящиками с оружием и боеприпасами. Это был уже второй борт с центральной базы. Но там оказалось столько добра, что потребуется как минимум ещё пять бортов, чтобы вывезти всё. Таранов, не скупясь, вышвыривал доллары, которые скоро будут никому не нужны.

Сергей Ястребов, прихлёбывая ароматный горячий кофе, спокойно наблюдал за разгрузкой самолёта. Справились за час. Рабочие под присмотром сотрудников «Ястреба» перекладывали имущество в транспорт, предоставленный Тарановым. Никакой суеты, всё четко, как на учениях.

– Прибыли сорок человек, – доложил Всеволод, появляясь рядом с машиной. – Врачи прямо на борту вакцинировали, двое скончались в полете.

Полковник кивнул, в этот момент из самолета вынесли пару носилок с телами погибших бойцов.

– Сегодня мы ожидаем ещё три самолета, – продолжал доклад заместитель, – из европейских филиалов. Если всё пойдет хорошо, то к вечеру мы будем иметь полторы тысячи личного состава.

– Сева, я думал о нашем плане, – оглядевшись по сторонам, сказал Ястреб, – пока нам не стоит выступать против Тарана. Чего мы добьемся? Да, мы хорошо подготовлены и вооружены, ну зальём мы этот город кровью, может быть, убьём эту мразь, а дальше что? У него здесь уже налажена жизнь, всё подчиняется ему. Развалим это и обречем людей на смерть.

– Я тоже так думаю, командир, мне не нравится работать на Таранова, но другого выхода я не вижу.

Сидевший в полукилометре от них наблюдатель с чувствительным микрофоном прекратил запись и достал сотовый:

– Иван Олегович, они отказались от плана, полковник пришёл к выводу, что ему лучше работать на вас. Да, запись есть. Хорошо, в течение часа она будет доставлена.

Сотрудник службы безопасности убрал телефон в карман и начал сворачивать наблюдение. Дорогущий микрофон отправился в пластиковый футляр, плед – в багажник «Нивы». Вскоре машина ушла в сторону города.

Звонок на мобильный Ястребова раздался тут же, как только «Нива» с наблюдателем стартовала с места.

– Сергей Александрович, наблюдатель снялся с позиции, он уже доложил о результатах перехвата.

– Спасибо, – бросил Ястреб и отключился.

– Ну вот и всё, Сева, Таран в курсе, что мы против него не выступаем, причём в курсе от своего источника.

– А может?

– Нет, Сева. То, что я говорил сейчас, не было спектаклем, я реально так думаю. Нам теперь с этим чудовищем идти одной дорогой.

Всеволод нехотя кивнул, отряд бойцов из двадцати человек ждал команды на штурм центральной башни «Taran Industries».

– Давай им отбой, Сева, – приказал Ястреб. – Мир проиграл Ивану Таранову.

Всеволод набрал номер.

– Бабушка вернулась, двигайте домой, – и, не дожидаясь ответа, отключился. – Вот и все, теперь мы действительно служим ему, – подвел итог зам Ястреба.

– Для меня это было очевидным решением, – сказал Ястреб, запрыгивая в кабину бронированного «Тигра», двое сопровождающих полезли в десантный отсек.

Водитель выжал газ, и машина пошла в сторону Тарановска, пристроившись в хвост длинной колонне грузовиков с имуществом компании, Всеволод проводил её взглядом и глянул на часы: через двадцать минут ожидалось прибытие борта из Европы.

Тарановск. Город Солнца. Главная башня корпорации «Taran Industries». 5 июня 2015 г.

Сергей Мокрицкий, бывший полковник ФСБ, а ныне глава службы безопасности «Taran Industries», сидел в приёмной Таранова и спокойно попивал кофе. Аня умела варить этот великолепный напиток как никто больше, именно поэтому Мокрицкий любил, когда шеф просил подождать его за дверьми кабинета.

Что ж, почти все планы осуществились, никому больше нет дела до корпорации и её амбиций, в стране почти не осталось влиятельных фигур, которые могут усложнить жизнь. Пара генералов, взявших власть в Москве и пытающихся удержать столицу от анархии, были не слишком опасны. Правительство прощелкало момент, когда корпорация стала представлять серьёзную опасность, зато корпорация не упустила возможности от этого правительства избавиться. Теперь на полуопустевшей Земле один хозяин. Единственный человек, который преодолел нулевой барьер новой эры без потерь.

Мокрицкий посмотрел в окно и сделал очередной глоток из большой чашки. За последние дни он очень устал. Благодаря политике Тарана, окрестные городки с их мэрами и даже одним губернатором полностью перешли во владение «Taran Industries». Мокрицкому пришлось носиться по области, пытаясь наладить службу безопасности на местах. Были сформированы небольшие отделы СБ в каждом городе, в их задачу входило сохранение интересов корпорации на физическом уровне, дабы мелкие князьки не забывали, с чьей руки едят. Вторая задача – посадить по правую руку каждого градоначальника своего советника.

В итоге Мокрицкий справился: где уговорами, где лестью, где прямыми угрозами и шантажом, но он добился своего, люди из корпорации вошли в вертикаль власти. Только в одном маленьком городке всего в сорок тысяч жителей молодой мэр оказался упрямым и недальновидным, послал Мокрицкого с его протеже подальше, заявив, что лоялен к Таранову, но не будет плясать под дудку одного из его советников. Спустя сутки мэр погиб в автокатастрофе, а его место занял вполне лояльный зам.

Мокрицкий был доволен собой. За два с половиной дня он сделал очень многое, жаль, что не мог быть в нескольких местах одновременно. Честно говоря, бывший фээсбэшник опасался, что за время его отсутствия Ястреб предпримет какие-то действия, но обошлось. Наружка не отпускала полковника ни на минуту, а недавний перехват поставил в этом деле жирную точку, тезка окончательно отказался от своих планов. Если бы Мокрицкий знал, что в здании напротив сидит элитная группа бойцов фирмы «Ястреб», он был бы обескуражен. Но он не знал. А теперь спецбригада уже получила отбой и готовилась незаметно покинуть позиции.

Мокрицкий краем глаза посмотрел в тихо бормотавший телевизор, укреплённый под потолком, и, взяв с журнального столика пульт, прибавил звук.

– …ситуация в Москве близка к критической, – вещал журналист. – После вчерашнего массового побега из следственного изолятора «Матросская Тишина» обстановка в городе существенно накалилась. Большинство сбежавших заключенных уже арестованы или убиты, но несколько крупных банд ещё терроризируют город. За последние сутки в столице погибли тридцать шесть сотрудников полиции. Среди военнослужащих срочной службы участились случаи дезертирства с оружием в руках, аналитики предполагают, что с каждым днём процент дезертиров будет увеличиваться. По данным медиков, жертвами вируса стали больше семи миллионов человек, и это только в столице. Но медики оптимистичны в своих прогнозах, по мнению главного санитарного врача России, эпидемия идёт на спад…

Мокрицкий приглушил звук. Он чувствовал себя словно в грязи вывалялся. Он был изначально против плана. Но кто слушает маленьких, кому интересно их мнение? Теперь сам замаран по самые уши. С того момента, как Сергей покинул родную службу, он совершил множество преступлений. Именно его спецы под видом террористов захватили научный институт микробиологии и подорвали его.

Мокрицкий снова посмотрел на экран, показывали кадры с массовых захоронений: огромные котлованы, к которым армейские грузовики и самосвалы дорожных служб везли жертв вируса. Тупая игла кольнула прямо в сердце, именно в этот момент бывший фээсбэшник понял, что всё происходящее на экране – дело его рук, и неважно, что ему отдали приказ, это не освобождает его от ответственности, и он виновен. Виновен в миллионах смертей и в том, что будет после. Сергей Мокрицкий испугался.

– Сергей Юрьевич, с вами все в порядке? – спросила Аня, вышедшая из кабинета.

Глава СБ только кивнул. Дрожащей рукой он медленно вытащил пистолет. Он всегда заранее передергивал затвор так, что оставалось только снять с предохранителя и нажать на спуск. Щёлкнул предохранитель, Аня загипнотизированно уставилась на пистолет в руке Мокрицкого.

– Сергей Юрьевич, что… – Закончить она не успела.

Мокрицкий приставил дуло к голове и спустил курок.

Дежуривший в соседней комнатке охранник вбежал в приёмную с пистолетом наперевес. Он уставился на откинувшегося в кресле Мокрицкого, на кровавое пятно на стене, убрал пистолет и вызвал начальника караула.

Услышав выстрел, Таранов сначала испугался, затем взял себя в руки и вывел на монитор изображение с камеры в приёмной.

– Гад ты, Сергей Юрьевич, – пробормотал бизнесмен, – не мог в другом месте застрелиться, – он убрал с монитора изображение и вернулся к прерванному телефонному разговору.

Вечером в офисе фирмы «Ястреб» собралось всё руководство компании, всего шесть человек, не хватало ещё двоих, но они, вероятно, были мертвы. На столе стояло несколько бутылок хорошей дорогой водки.

– Начнём, пожалуй, – разливая спиртное, предложил Ястребов. Шесть человек молча подняли стаканы, седьмой стакан, накрытый куском черного хлеба, остался в центре стола. – Скажу первым… Я мало знал Мокрицкого, но все отзывались о нём хорошо. После недавних событий я думал, что предо мной редкостная циничная гнида. Я ошибся. Прости меня, Сережа. Ты умер, как солдат, осознав, что натворил. Жаль, ты не прихватил с собой Тарана… Сделанного не воротишь. Прощай, солдат!

– Прощай, солдат, – эхом разнеслось по комнате, после чего, молча постояв, мужики выпили.

Город Владимир. Вадим Токарев. Похоронная команда. 5 июня 2015 г.

Вадим оторвал голову от подушки, когда будильник проорал шесть, голова трещала. Токарев посмотрел на бутылку водки, которую вылакал в одиночку.

– Всё, больше ни капли, – разгоняя тишину квартиры, громко произнёс он.

Вадим вообще пить не любил, но вчерашний день оказался настолько жутким, что нужно было выпить, и не просто выпить, а нажраться в хлам, иначе он просто не смог бы заснуть. У него очень давно был знакомый, который работал в морге, так вот за полтора года, что парень там работал, Токарев его трезвым не видел ни разу.

Водка помогла – Вадим спал без сновидений, просто провалившись во тьму. Проснувшись, он глянул на большую фотографию сына, стоящую на столе, стало паршиво, снова захотелось нажраться. Вадим стиснул зубы и отвёл взгляд, рывком встал и пошёл в ванную. Несмотря на весь хаос, творившийся в стране, в домах был свет и горячая вода. Токарев не раз представлял себе конец света, и, по его мнению, эти блага цивилизации должны были исчезнуть первыми. Вадим умылся, побрился, принял душ, быстро позавтракал. Ещё вечером он снял с карточки все деньги и истратил их на продукты, забив маленькую кухню консервами и крупами. Все, что удалось найти в магазине. По приказу губернатора торговцам было запрещено искусственно завышать цены, а после того, как был расстрелян представитель сети магазинов «Добряк», решивший поднять цены втрое, с приказом стали считаться. Лучше поиметь мало, чем получить пулю. Тем более что скоро старым деньгам придёт конец: продукты, патроны и золото снова станут реальными критериями оплаты.

Обрядившись в камуфляж и закинув за спину автомат, Вадим поехал на «работу». Спускаясь по лестнице, наткнулся на соседа со второго этажа.

– Вадик, да ты никак в армию пошёл?

– Доброволец я, – ответил Токарев, – сейчас в похоронной команде.

– Вадим, помоги, – взмолился дед. – Жена померла, третий день лежит. В больницах говорят, что нет транспорта, морги переполнены.

– Все что я могу – это братское захоронение.

– В земле – и ладно, – согласился старик.

– Тогда жди, Дмитрич, телефон я твой знаю. Как увидишь во дворе «Урал», спускайся. – Вадим пошёл дальше, но долго слышал летящие вслед слова благодарности. На первом этаже из квартиры, где жила большая семья, исходил мощный трупный запах. «Надо будет попутно забрать тела отсюда», – решил Вадим.

Договориться с полицией посетить родной дом проблем не составило. Давешний лейтенант Сычев кивнул и пристроился следом за «Уралом». Ему было всё равно, откуда трупы вывозить. В итоге из дома, где жил Вадим, вывезли шестнадцать покойников, вскрыв четыре квартиры по наводке соседей. Ещё предстояло попутно заехать по адресу, с которого звонила девушка, обнаружившая мертвых родителей.

– Это вы звонили? – спросил Вадим, стоя на пороге под дулом дробовика.

– Я, – подтвердила Оксана – она стояла справа от двери, держа в руках ружье, но ствол уже отвела в сторону.

– Простите, мне кажется, я вас знаю, – неуверенно заметил Токарь. – Вы ведущая из новостей или очень похожи на неё.

Девушка вяло улыбнулась одними губами.

– Наверное, вы правы, три дня назад я была ей. А теперь… не знаю…

– Понимаю, – согласился Вадим.

– Они в спальне, – сказала Оксана и отступила на кухню.

Вошедший следом сержант увидел девушку с ружьем и застыл на месте, после чего тоже узнал ведущую, выкатил глаза и не нашел ничего умнее, чем спросить:

– У вас есть разрешение на оружие?

Оксана покачала головой:

– Нет.

– Тогда… – начал сержант, но закончить не успел.

– Дима, оставь её в покое, – попросил Токарь, – она не садит по всем подряд.

– Откуда ты знаешь? – напрягся полицейский.

– Она что, похожа на душегуба или неуравновешенную? Оставь её.

– Хрен с тобой, – уступил сержант и вышел в коридор.

Илья отнёсся к тому, что перед ним известная ведущая, спокойно, поздоровался и прошёл следом за Вадимом. Тела быстро вынесли. Оксана, оставив дробовик дома, спустилась следом.

– Спасибо, – поблагодарила она Вадима, – что вступились за меня.

– Не стоит, – ответил он. – Я же вижу, вы нормальная, и если пустите его в ход, то пустите по делу.

Она кивнула.

– Я из него троих подонков вчера вечером завалила.

Вадим ничего не ответил, но подумал, что если это правда, то девчонка сильная, говорит об этом спокойно, даже равнодушно.

– Можно я с вами поеду, провожу родителей?

Вадим задумался.

– Не уверен, что вам стоит это видеть, братские могилы – жуткое зрелище, да и места у нас в машине нет.

– А у них, – девушка посмотрела в сторону патрульной «девятки».

– А об этом с ними договаривайтесь.

Оксана пошла к стоящим возле машины полицейским. Что она им сказала, Вадим не слышал, но в итоге её пустили на заднее сиденье. «Девятка» пристроилась впереди и теперь уже вела «Урал» по обозначенным ранее адресам. День начался без осложнений, кузов заполнился быстро, трупов было много, и уже через час машина пошла на «разгрузку».

Увидев братские могилы, Оксана ужаснулась. Тошнотворный запах разлагающихся людей, грузовики, полные мертвых, тела, летящие вниз прямо из кузова, – всё это привело девушку в шок.

– Я же говорил, вам не стоит это видеть, – сказал Вадим Оксане, которая стояла рядом с кузовом «Урала» и завороженно смотрела вниз остановившимися глазами. – Вот и всё, что мы можем для них сделать.

– Я понимаю, – с трудом произнесла Оксана, сдерживая позыв к рвоте.

Вадим подошел к «швырялам» и тихо попросил:

– Мужики, там самыми первыми лежат мужчина и женщина в простынях, у борта стоит их дочь, сделайте одолжение, сгрузите их по-человечески. А это от меня, – он протянул чекушку водки.

Старший молча забрал бутылку и вернулся к работе. Просьбу Токаря «швырялы» выполнили, аккуратно спустили два тела на землю и положили на краю котлована.