Фантомная жизнь. Учись отпускать…

Глава 4

Когда ты один, твое странное поведение вовсе не кажется странным.

Вера зашла домой и первым делом открыла сайт больницы на ноутбуке.

– Хирург, ревматолог, терапевт… – возбужденно шептала она, быстро пролистывая список с тусклыми фото. – Нашла! Главный врач – Кудовлатова Александра Львовна. Теперь в соцсети, – бормотала Вера, не слыша надрывающегося телефона в сумочке.

«Не то, не та, не эта…»

На площадке что-то громыхнуло, и внезапно погас свет. Ноутбук, тихо пискнув, выключился. Батарейка полностью разрядилась.

«Черт. Я только нашла…»

Тяжелые стальные тучи затмили солнечный свет. В комнате, несмотря на день, стало темно.

Адреналин, бушевавший в крови пару минут назад, утих, и Вера широко зевнула.

«А ведь безумные выдались выходные, и неделя началась совсем не так, как обычно. Как будто пришло время перемен. Время разрушать и строить заново…»

Мысли путались, и она крепко заснула. Никакие сновидения в этот раз не беспокоили. Но проснулась Вера неожиданно и с бешено колотящимся сердцем. Резко села на диване, на котором и отправилась в царство Морфея. Где-то раздавался тихий шепот, разобрать который не получалось.

Электронные часы равнодушно светили – 21:21. За окном царствовала темнота, и Вера шумно вздохнула. Вспомнилось, что во сне ее кто-то сильно ударил по плечу. Она прикоснулась к правой руке – больно…

На кухне что-то громко лязгнуло и с шумом упало на пол. Ледяной пот выступил на лбу, переходя в колючие мурашки по всему телу. Жуткий страх схватил цепкими когтями.

Вера прижалась к стене, в панике вспомнив, что мобильный остался в сумке в коридоре.

«Кто-то пробрался, пока я спала. Может, и свет – его проделки? Господи, почему я одна…»

Страх парализовал, горло сковал железный обруч, не давая выдавить из себя ни звука. В квартире царствовала пронзительная тишина, которая давила на уши сильнее бетонной плиты. Напряжение нарастало в каждой клеточке тела, и Вера поняла, что может запросто умереть от разрыва сердца.

С больной ногой шансов убежать совсем не было. Кричать бесполезно. Соседи справа укатили в отпуск, слева – добирали последние теплые деньки на море. Сверху квартира давно пустовала. Помощи ждать неоткуда.

Набравшись смелости, Вера медленно поднялась с дивана, таращась в темноту, как слепая мышь. Под руку попался утюг – отлично. Она сразу почувствовала себя увереннее. Сердце колотилось возле ушей, дыхание замерло.

Нога невыносимо болела. Наверное, закончилось действие лекарств, а дневную норму она так и не приняла. Тут же вспомнила, что не позвонила на работу. Впервые за три года Вера бросила на произвол судьбы коллег и клиентов компании. И, что самое странное, совесть ее при этом совсем не мучила.

Глубоко вдохнув, Вера неожиданно для себя громко сказала: «Выходите молча, у меня пистолет, и я истеричка!»

Грозные требования, однако, остались без ответа.

Потихоньку доковыляв до кухни, Вера попробовала включить свет – работает.

Она ожидала увидеть всё что угодно: двух бугаев в черных масках, непонятно зачем забравшихся в ее квартиру, огромную бродячую собаку, незаметно забежавшую следом, соседскую кошку, которая любит гулять по чужим балконам, может, даже парочку зеленых инопланетян…

Но на кухне было…

Пусто. Никаких бандитов на собаках. Ни грамма инопланетян с кошками.

Вера обошла квартиру, включив везде свет. Проверила шкафы и потыкала палкой от пылесоса за шторами. Потом осмелела и вышла на застекленный балкон. Пусто. Модные деревянные окна закрыты защелками изнутри.

Входная дверь, между прочим, тоже закрыта на массивную задвижку.

Включив чайник и выпив сразу пару таблеток обезболивающего, Вера села за стол и задумалась.

«Определенно происходит что-то странное. Что-то, чего я не могу понять. Звуки, голоса, странные события и необъяснимый страх. С кем же посоветоваться, чтобы не упекли в психушку?»

Чайник протяжно засвистел, обдавая горячим паром кухонный шкаф.

Вера заварила чабрец и быстро набрала номер.

– Свет, привет! – торопливо начала она.

– Привет, а кто это? – недоуменно раздалось в ответ.

– Как кто? Вера! Мы с тобой вчера возле библиотеки встретились, помнишь?

– Библиотека, вчера… Вера… – забормотала Светка, – не помню. Вера из фитнес-клуба?

– Да какого клуба? Из универа. Мы пять лет на сессии бегали, а вчера встретились на улице.

– Простите, девушка, вы меня с кем-то путаете… В институте никаких Вер точно не было, я бы запомнила. Имя-то редкое. До свидания.

Сухой щелчок в трубке отозвался глубоко в животе предательским страхом.

Губы затряслись от обиды, тут же навернулись слезы.

Вера любила читать фантастику, но никогда не верила, что такое возможно в обычной жизни. Как получилось, что Света ее забыла? Они не очень близко общались, но обедали вместе на парах и делились конспектами. Поддерживали друг друга на экзаменах. Работали вместе в торговой компании. После того как Вера закрылась в себе, потеряла работу и перестала общаться с внешним миром, постепенно отдалилась и Светка.

Единственной подруге звонить не хотелось, а больше и некому. Не коллегам ведь жаловаться, давать лишний повод для сплетен. Она надеялась на поддержку старой знакомой, но зря. Почему та предпочла сделать вид, что вообще не знает Веру, – загадка.

Вера не осуждала Светку, лишь горькая обида и чувство предательства немного кололи душу.

«Неужели ей настолько больно со мной говорить? Вчера она выглядела весьма бодрой и веселой, без намека на прошлое…»

Допив ароматный отвар, Вера понемногу успокоилась. Дрожь утихла, а в голове воцарилась удивительная пустота.

«Утро вечера мудренее», – благоразумно решила Вера.

Она не стала проверять почту и читать сообщения. Не хотелось портить и без того отвратительное настроение. Наверняка ее ждут тонны писем с работы. Главное – она предупредила, что на больничном и общаться не может.

«Вот бы у меня голос пропал… Тогда бы точно на работе от меня отстали… Завтра ведь всё начнется заново».

Одиноко горевший фонарь за окном несколько раз моргнул и погас.

Вера нахмурилась. Она жутко боялась темноты, и рассеянный свет за окном помогал заснуть без страха.

Не расстилая постель, устало рухнула на диван, прижалась щекой к холодной подушке и, не выключая свет, забылась тревожным сном. Перед тем как провалиться в сумрачный мир, подумала, что нога совсем не болит…

Глава 5

Мы выбираем не случайно друг друга… Мы встречаем только тех, кто уже существует в нашем подсознании.

Босые ноги Веры касались ледяных бетонных плит. В углу мелькал небольшой огонек. Девять свечей в кромешной тьме освещали фигуру девушки в длинном платье. Она стояла спиной к Вере, простирая руки перед собой. Непривычная тишина вокруг, даже ушам стало больно. Лишь едва слышный треск свечей и неровное дыхание девушек напоминали о том, что тут теплится жизнь.

Вера не понимала, как здесь оказалась и кто это. Осторожно протянув руку, чтобы дотронуться до девушки, она услышала в голове жуткий звон…

Старый будильник едкими колокольчиками трезвонил на тумбочке, как сумасшедший.

«О боже, – застонала Вера, – опять на самом интересном… Шесть утра. Разве я заводила будильник на такое время?»

На улице было темно. Глухими ударами раздавались раскаты грома и мелькали редкие вспышки молнии. Голова раскалывалась, словно с жуткого похмелья, мешая ясно мыслить и соображать. Нога опухла и противно ныла. Вера осторожно сняла лонгет и тут же побледнела от страха. Кожа посинела и выглядела, как пакет с раздавленными сливами.

«В больницу. Сегодня же. Вдруг что-то страшное. Боже, только бы с ногой всё оказалось в порядке! Сейчас ехать рано, чем-то нужно отвлечься, пока не сошла с ума от страха».

С этими мыслями Вера неожиданно навела порядок дома и даже смахнула пыль с нижних полок книжного шкафа. Привычные действия гнали прочь жуткие мысли. Пополоскав тряпки и приняв душ, она заварила ароматный кофе с корицей и присела у окна. Аппетит почти пропал. Но, как ни странно, сил хоть отбавляй. Только вот на что их потратить?

В частые дедлайны на работе Вера мечтала хоть об одном тихом дне. Чтобы насладиться неспешным тиканьем часов, бездумно смотреть в окно и никуда не торопиться. Выходные не в счет, потому что тратились на уборку и накопившиеся за неделю дела. Об отпуске тогда и не мечталось…

«Аглая Михайловна правильно говорила про время. У меня был всего один день без работы и куча времени. И что? Новую книгу не прочитала, фильм не посмотрела, подруге не позвонила – да и не хочется, что самое странное… В квартире убралась, есть не хочу, и, выходит, делать уже нечего? Может, поэтому работа заполняла все мысли и дни, потому что я не знаю, чем заняться?»

Мысли прервал громкий стук из комнаты.

«Боже мой, опять…»

По коже поползли ледяные мурашки, а волосы на затылке встали дыбом.

Вера осторожно заглянула в комнату. Разумеется, никого. А это что?

Возле шкафа на полу лежала толстая белая книга.

Окна и двери закрыты, так что это точно не сквозняк. Домашних животных тоже отродясь не водилось…

За окном тем временем разыгралась настоящая буря. Крупные капли дождя с размахом ударялись об оконное стекло. Грохотал гром, порывы ветра гоняли по двору мелкие обрывки смятых газет. Было немножко страшно. Да что там немножко, Вера испытывала ужас от событий, которые взяли ее в плотное жуткое кольцо.

Взяв книгу в руки, она сильно удивилась.

«Найди себя и свое предназначение», 1985 г. Год ее рождения.

Но она раньше не видела эту книгу. Совершенно точно не видела. Вера бы запомнила необычное название и смешного паренька на обложке. Худое вытянутое лицо, острый нос и внимательные карие глаза. На голове у парня громоздилась огромная шляпа с широкими полями. А на полях зеленая лужайка, грубовато сколоченные светлые скамейки и яркие цветочные клумбы. Десяток людей с потертыми книгами. Собаки с нелепыми огромными мячами и невероятные птицы с длинными и пушистыми золотыми крыльями. Вера присмотрелась – возле скамейки стояла невысокая старушка с розовыми волосами. Ой, да она похожа на Аглаю Михайловну – один в один!

Вера радостно подпрыгнула, ощутив в груди приятное тепло. Так бывает в детстве, когда неожиданно встречаешь хорошего знакомого.

«Но как же это? Удивительная книга, которая взялась не пойми откуда. И Аглая Михайловна на обложке. И я, между прочим, до вчерашнего дня знать ее не знала…»

Вера включила желтую настольную лампу, закуталась в плед и открыла книгу.

Резкий звонок телефона прозвучал слишком громко в тишине. Раздраженно вздохнув, Вера мельком посмотрела на экран.

«Ого, уже девять. Как быстро время пролетело, пора в больницу ехать. Но ответить всё равно придется…»

– Вера! – голос ее начальницы не сулил ничего хорошего, – ты что себе позволяешь?

– Ксюш, да я… – начала говорить Вера, но вместо звуков издала едва слышный хрип. Прокашлялась на всякий случай, попробовала вновь – безрезультатно.

– Алло, ты где? Почему молчишь? Я же слышу, как ты дышишь, – продолжала злиться Оксана.

А Вера словно наяву услышала свои вчерашние мысли: «Вот бы у меня голос пропал, чтоб совсем отстали…»

В полном оцепенении сбросила звонок и написала Оксане сообщение: «Лежу в стационаре. Нога сломана. Голос пропал».

Оставалось надеяться, что в больничном не укажут подробности диагноза.

Боль немного утихла, и Вера осторожно ступила на пол правой ногой. Острые иглы моментально расползлись по всему телу, на лбу выступили капельки пота. Вздохнув, она потянулась за тростью.

Быстро собравшись, вызвала такси и уставилась на себя в зеркало. Высунула язык, посветила маленьким фонариком в горло и несколько раз покашляла. Попыталась что-нибудь сказать – ни единого звука.

***

Медсестра проводила ее в процедурный кабинет, попросив немного подождать врача. Вера посмотрела на плотно закрытую дверь соседней комнаты. Сквозь щель внизу слышался неутихающий шум дождя. По ногам пробежал ледяной ветер.

«Дежавю… Вот бы туда заглянуть…»

Размашистым шагом врач быстро приближался к кабинету.

– Ну, как дела? – бодро спросил доктор, открыв дверь и приглашая Веру зайти.

Показав жестами на горло, пациентка прохрипела: «Ххххх…»

– Та-а-ак, это еще что такое? Голос пропал?

Вера кивнула.

– А нога как? – нахмурил брови врач.

Вера закрыла лицо руками и покачала головой.

Доктор ловко снял лонгетку и быстро осмотрел ногу.

– Интересно девки пляшут – по четыре прямо в ряд, – протянул врач, – сильно болит?

Пациентка рьяно закивала.

– Сейчас вколем тебе обезболивающее, а потом на рентген. С голосом позже выясним. Возможно, психосоматика.

– Степан Фёдорыч, там в пятой срочно вас требуют, – на пороге кабинета заныла медсестра в белой косынке, – ничего слышать не хотят.

– Таня, иди-ка сюда. Поставь этой барышне укол, проводи на рентген и возьми вот эти анализы. До скорой встречи, – неловко пошутил он, обращаясь к Вере, и быстро вышел.

Холодная игла легко коснулась Вериной руки и тут же исчезла.

– Тсс, – прошептала медсестра и смешно округлила глаза.

Вера судорожно почесала вмиг покрасневшую ладонь. Вдруг стало очень жарко.

– Я помогу тебе выйти отсюда, пошли, – Татьяна спрятала в карман широкого халата капельницу и потянула Веру к выходу.

«Что значит „помогу тебе выйти отсюда“? Меня ведь здесь никто не держит насильно. О чем она говорит?»

Но послушно поплелась за медсестрой, снедаемая жгучим любопытством. Внезапно к горлу подступила тошнота. Выйдя в коридор, Вера невольно зажмурилась. Яркий свет падал сверху крупными желто-золотыми ручьями. Слепящие белые стены отражали яркие лучи, увеличивая их в несколько раз.

«Я это видела в каком-то фильме, – удивилась Вера, – или в книжке читала?»

Как бы то ни было, на районную больницу это совсем не походило. Множество дверей по бокам узкого коридора исчезли. Вместо них появились широкие высокие окна, в которые ярко бил золотистый свет.

Нескончаемо длинный и пустой коридор. Ни единой души. Тихо, но в ушах что-то не прекращая гудело. Вновь возникло чувство дежавю.

Медсестра подвела Веру к темно-вишневой двери возле окна.

– Дальше сама, – тихонько шепнула она и вдруг скрылась за шторой.

Вера нажала на ручку двери, увидела серые бетонные стены и ступеньки, ведущие вниз. Всё как в тумане.

Она спустилась и не поверила своим глазам. В углу возле небольшого окошка стояла девушка из ее сна.

Вот почему Вере казалась знакомой обстановка. Она видела это во сне!

Свечи в невысоких плошках и подсвечниках, холодные ступени и отсыревшие стены. Невозможная для реального мира тишина и эта странная девушка. Она что-то держала в руке, но Вера издалека не видела, что именно.

Дыхание вырывалось неровным шумом. Сердце стучало, как бабочка в стеклянной банке. Кружилась голова, а ноги подгибались от слабости.

«Разумеется, я не сплю. Это всё наяву, и сейчас я разгадаю эту загадку».

– Кто ты? – робко спросила Вера.

– Что с тобой? Это опять ты? – взволнованно раздалось в ответ.

– Что значит «опять»? Разве мы встречались?

Вдруг Веру качнуло в разные стороны, кто-то легонько ударил ее по щеке.

– 70/60, да вы с ума тут посходили?

– Что происходит?

– Каталку, быстро!

– Тихо, не поднимайте панику.

– Быстрее, вводи.

– Вышел отсюда немедленно!

– Очнись уже, давай! – раздался сбоку испуганный голос.

«Неужели опять сон?» – раздраженно подумала Вера и резко приблизилась к девушке. Вдруг резко кольнуло бедро.

– А ну отвечай, в чем дело? Ты от меня так просто не избавишься!

Силуэт девушки померк, и Веру обдало холодом и горькой тоской.

Ее сильно затрясло, в глаза ударил яркий свет.

– Господи, да что происходит?

– Происходит серьезный повод начать расследование.

Вера моргнула и увидела перед собой напуганное и разъяренное лицо парня из сна про Пушистика, бледного врача и несколько людей в белых халатах.

– Что случилось? – тихо спросила она. – Голос вернулся, вернулся, ура! А что со мной? И где Татьяна?

– Татьяна поставила тебе капельницу, а потом ее срочно вызвали ассистировать на операции. А у тебя случилась острая аллергическая реакция. Ты чуть не умерла… Если бы не он… – врач указал на парня и нервно сцепил пальцы рук.

– Норма-а-ально… – Вера с трудом сглотнула липкий комок.

Она часто, особенно подростком, говорила о депрессии и тяжести мира. Что умереть легче, чем жить. Но так близко к смерти еще не была, по крайней мере сама.

…Холодная больничная палата. Невкусно пахнет переваренной капустой и гречкой. Сквозь неплотно закрытые окна пробивается свежий воздух.

– Вера, открой окно, пожалуйста, – попросила мама.

– Ну мам, ты же знаешь, что нельзя. Врач что сказал? Никакого контакта с внешним миром, это может убить тебя. Вот восстановишься – и поедем в лес, надышишься власть.

– Поедем-поедем, – грустно ответила мама. Глаза ее затуманились, и она моментально заснула, тихонько посапывая…

«Я хочу жить!» – подумала Вера. Впервые это желание стало четким и осознанным. Словно туман перед ней рассеялся, а из головы исчез каменный груз.

– Вера, как ты себя чувствуешь? – спросил Степан Фёдорович.

– Нормально.

– Да она же в шоке! – возбужденно крикнул парень, – я вас засужу.

– Я домой хочу, – жалобно сказала Вера, – и на работу пора, раз у меня всё прошло.

– Какая работа? – всплеснул руками доктор.

Врачи переглянулись, а Кирилл закатил глаза.

– Ты могла умереть, – медленно повторил Степан Фёдорович, – раньше, чем через три дня, я тебя из больницы никуда не отпущу.

– Три дня… – Вера уставилась на Кирилла и зарделась. – А он откуда здесь взялся?

– Попробуй его выставить, – устало сказал врач, вытирая лицо бумажным платком, – да и не до того было. А сейчас марш по своим делам. А ты, – он повернулся к Вере, – отдохни.

«Я помогу тебе отсюда выбраться…» – Вера услышала тихий шепот Татьяны и крепко заснула.

Глава 6

Доверие, оказываемое вероломному, дает ему дальнейшую возможность вредить.

Офис равномерно гудел. Тут и там раздавались резкие звонки телефона. Тихонько шумел принтер, булькал чайник.

– Да, поставка товара будет завтра, не переживайте.

– Кто вы? ИП у вас какое, спрашиваю?

– Да вы что? Уже три недели без товара?

– Как это сверка не подписана, а квартальная?

Офисная жизнь иногда напоминала улей пчел. Разбуженных и голодных.

– А Верка-то что творит, видели? – сказала Яна, густо намазывая сметаной песочное кольцо.

– Что еще? – с набитым ртом живо отозвалась Оксана.

– Половина сверок не подписана, бухгалтерия «Степановских» на ушах стоит. Она им третью неделю обещает документы исправленные привезти.

– Ой, – поддакнула Тамара, – а мне вообще, ее клиенты звонят без остановки, за что Верка зарплату получает?

– Она точно в больнице лежит или прикидывается?

Несколько пар глаз возмущенно уставились на начальника отдела – Оксану Сергеевну.

– Да кто ее знает, – раздраженно вздохнула та. – Она мне все показатели портит уже не первый месяц. А работать больше некому. Я еще три недели назад объявление разместила, но никто на собеседование не идет. Ума не приложу, что делать…

– Давайте ее навестим? – неуверенно предложила новенькая, Лида.

– Тебе делать больше нечего? – фыркнули девчонки. – Тогда иди, раз времени полно.

Прижав к щеке кружку с теплым чаем, Лида задумалась.

Не так она себе представляла рабочий коллектив, совсем не так. Все заняты одним делом, но общей идеей никто не горит. Все нудно выполняют свою работу и торопятся домой. Склизкие сплетни, пересуды и колючая зависть между отделами жутко не нравились девушке. И Веру жаль… Лежит, бедняжка, в больнице, а ей кости все перемывают. «Обязательно позвоню и навещу ее», – решила Лида и принялась за работу.

Вера помнила едва слышный шепот и неуловимое чувство легкости и свободы. Сон ускользнул, как желанная рыба с крючка неопытного рыбака. Открыв глаза, она сразу увидела своего врача. Усталое лицо, мятый халат.

– Проснулась… – тихо сказал он. – Ну и напугала ты нас…

– Что со мной произошло? Я ничего не поняла.

– У тебя на лекарство непереносимость. Аллергия, в общем. – Он опустил глаза.

– Мне такое раньше и не ставили. – Вера пошевелила правой рукой. – Болит…

– Отлежала. Шутка ли, сутки проспать в одном положении.

– Как это сутки? Ведь всего несколько минут назад… она была здесь. И вы. И он.

Слова путались, и Вера замолчала. В голове противно колотил звонкий молоточек, а во рту поселился неприятный вкус железа.

– Отдохни, тебе надо сил набираться. Скоро принесут обед, а я зайду чуть позже, – сказал врач и вышел из палаты, плотно закрыв дверь.

«Наверное, боится, что я в суд пойду. Да ну, больно надо. Наоборот, я немного рада, что здесь оказалась. Отдохну от работы и непонятных событий».

Вера осторожно села на кровати и потянулась. За окном светило яркое солнце, слышалось щебетание птиц. Редкие гудки автомобилей словно напоминали о городской и реальной жизни.

Белая дверь с тонкими, словно невесомая паутинка, трещинками медленно открылась, и в палату зашла приятная полная женщина в белом фартуке.

– Встала! – радостно воскликнула она.

– Здравствуйте, – вежливо сказала Вера.

– Привет-привет! Давай-ка, садись поудобнее, поешь горяченького.

Она закатила в палату металлическую тележку как в отелях. На серой скатерти стояла большая тарелка с куриным супом. Небольшие кругляши золотой моркови напомнили бабушкин суп с лапшой – она так же резала овощи. Рядом аккуратной горкой возвышался рис с котлетой. Аромат от еды стоял неземной, и рот Веры невольно наполнился слюной. Большая кружка сливового компота довершала аппетитную картину.

– Как всё вкусно выглядит! – обрадовалась Вера, ощутив страшный голод, – впервые вижу, чтобы в больнице так обед приносили.

– Главный распорядился. Да ты попробуй, – весело засмеялась женщина, – может, и не по вкусу придется.

– Быть такого не может! М-м-м, невероятная вкуснотища. Когда бабушка колдовала на кухне, я совсем не интересовалась стряпней. А готовила она просто потрясающе! Теперь хотелось бы повторить, а рецепты узнать уже не у кого…