Астро-Сказочный Подвох

Глава 1

– Диа-а-а-на-а-а-! Ди-а-а-а-на-а! – слышу я сквозь сон голос моей кошки, – Па-а-а-адъем!

– С какого это перепугу? – огрызаюсь я и закапываюсь поглубже в одеяло.

– У тебя сегодня первая лекция на 09:00!

– Я не пойду! У меня причина уважительная есть!

– Это какая еще причина? Случайно не та согласно которой ты, ложившись вечером спать, не рассчитала, и так сильно упала головой на подушку, что утром проснулась с сотрясением мозга. Но и это было бы еще ничего, если бы тебя при этом, еще и одеялом не придавило, да так, что тебе в прямом смысле слова, пришлось отдирать себя от простыни? – хмыкнула моя сардонически настроенная кошка.

– Ха-ха-ха! – покачала я головой, – очень смешно! Я всего лишь забочусь о душевном спокойствии мужской половины города. Срок действия зелья до двух часов дня. Так, что я действую исключительно в интересах нашей академии, вернее, даже не академии, – поправила я себя, понимая, что скромничаю, – а целого города, а может быть даже и целого королевства!

– Ух, ты как загнула! Круто! А, знаешь, меня ты убедила!

– Еще бы я тебя не убедила! – теперь пришла моя очередь сардонически хмыкать, – ты же, как и я, смогла поспать только два часа.

– Ты это… полог тишины накинь! – напомнила кошка. – А то ведь доброжелателей, которые захотят позаботиться о том, чтобы ты не проспала в университет, хватает! И далеко не все они такие же сознательные как я!

– Уже! – щелкнула я пальцами. – И осчастливленные возможностью проспать еще, как минимум, шесть часов, мы обе дружно засопели.

Вот только паранойя моей кошки оказалась отменно работающей интуицией. И таки нашлась одна доброжелательница, которой отключенный коммустр, и полог тишины, и защита на моей комнате – все оказалось оказались нипочем.

– Ты почему бабушку обижаешь? – обиженно поинтересовалась она, прокравшись в мой сон.

И вот что интересно, по её мнению, обижаю я, а огромная лопата у неё в руках! И ладно б пустая, так нет же: у неё на этой лопате сидела я! И что-то… ни то моя паранойя, ни то раскочегаренная печь подсказывало мне, что неспроста… ой неспроста я на лопате сижу!

– Какую бабушку? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Ме-е-е-еня-а-а-а-а-а-а… – еще более обиженно выдает она, – я за тебя поручилась, поручилась! А ты?

– А что я? Я готова? Но у меня еще семь дней!

– А контракт, почему не подписала?

– Так, зато его высочество уже подписал…

– Та на кой мне сдался твой высочество! Мне твой контракт нужон!

И вот не поверите, и понимаю, что дура я, потому что уже прямо на лопате сижу и в печь гляжу, и вся ситуация мне весьма непрозрачно намекает на то, что скоро быть мне аппетитно пахнущей и с румяной корочкой. Ну, это я все к тому, что радоваться то, по существу, было нечему. Однако, моей истерзанной родительским и королевским неодобрением душе так приятно стало, что она аж запела. И песнь эта была о том, что ну, хоть кому-то именно я нужна, а высочество – на фиг сдался. Во как!

– Так это… папа прочтет, и я сразу подпишу! – честно отвечаю я, не в силах сдержать растягивающую мои губы улыбку.

– Не, ну, ты хотя бы для проформы испугалась бы! – обиделась Яга, – а то сидишь на лопате, и лыбишься! Мне же нужно репутацию поддерживать!

– Так я испугалась! Честное слово испугалась! Это, бабушка, нервное…

– А ну тогда ладно… – растаяла Яга Пантелеевна. – Отцу своему для связи со мной вот это зелье передай… – и она исчезла.

А я… Если вы подумали, что я тут же проснулась, то вы меня плохо знаете. Я продолжила сладко спать. И выспалась я так замечательно, что проснувшись и включив комустр, я даже ни разу не ужаснулась то ли двести пятидесяти трем, то ли двести пятидесяти пяти пропущенным звонкам. Наоборот, восприняла их как подтверждение того, что… если звонят, значит, соскучились и беспокоятся… А ведь приятно, дракон подери, когда за тобой скучают и когда о тебе беспокоятся!

Вот только, судя по распределению звонков, если не считать поклонников-новобранцев, то скучала по мне в основном Элька, немножко Мила, ещё меньше мои родители и совсем не скучал – Его Высочество. И только я собралась по этому поводу расстроиться, как комустр известил меня о звонке от отца.

– Выспалась, наконец-то? – ворчливо поинтересовался отец.

– Ага…, а откуда…

– От Рауля…

– А Рауль откуда?

– Он предположил и оказался прав…

– Что предположил? – и вопрос этот волновал меня чрезвычайно, так как к богатой фантазии его высочества я со вчерашних пор относилась весьма подозрительно.

– Что, так как всю ночь вы воевали с котами, то ты, как и он будешь отсыпаться до обеда…

– А-а-а-а…

– Кстати, хорошая идея… усыпить котов, твоя?

– Угу… моя! – искренне похвасталась я.

– Умница моя! Вся в отца! – констатировал он гордо. – А, если учесть дурь и мощь наследника, – хохотнул он, – то не просто хорошая, а однозначно спасительная идея, а то ведь не факт, что хотя бы от квартала в котором я живу, что-то бы осталось…. Но я по делу звоню. Хочу контракт твой забрать, могу я сделать это сейчас?

– Ой! Минут через двадцать пап, а то я только-только проснулась…

– Договорились, буду через двадцать минут, – и он положил трубку. Он-то положил, а вот я не смогла, потому что мой комустр возвестил о том, что со мной желает пообщаться еще и мама, потом Элька, потом Мила, потом еще и его высочество. Я могла бы конечно его проигнорировать, но понимала, что звонит он не из праздного любопытства, а потому что проголодался, а раз уж я по-прежнему его желудкохранитель, то придется и на звонок отвечать и на завтрак, вернее обед, приглашать.

– Что проголодался? – проворчала я вместо приветствия.

– Неужели спала до обеда и не выспалась? – вместо ответа ехидно поинтересовался он.

– Я готовить не буду, – не повелась я на провокацию. Тоже мне манипулятор местного разлива, неужели он думал, что укажи он мне на мою невежливость и строптивость, я тут же исправлюсь и стану милой и покладистой. Ага, не дождется! – В общем, греби сюда уже с подносом чего-нибудь съедобного… – добавила я.

– Уже гребу…

– Э-э-э-э… прямо «уже» не надо… мне переодеться еще нужно…

– Скажи ему, чтобы и для меня чего-нибудь вкусненького прихватил, – вставила Маркиза.

– Ты слышал?

– Слышал, будет ей вкусненькое. У тебя десять минут…

– …или что? – насмешливо уточнила я.

– Я начну есть без тебя… – он сделала многозначительную паузу. – И если со мной что-нибудь случиться…

– Шантажист!

– Тик-так, тик-так, тик-так, – засмеялся он и положил трубку. Я же поступила более кардинально, но только потому что от двадцати минут, отпущенных мне отцом на переодевание, у меня оставалось всего лишь… тридцать секунд – я жестоко и беспощадно умертвила мой комустр, временно разумеется. И так как времени было катастрофически мало и думать над тем, что одеть было совершенно некогда, а выглядеть красивой почему-то очень хотелось, я щелкнула пальцами и мысленно пожелала одеть что-нибудь… приятно-особенное, выглаженное и чистое, облачилась, не глядя в первое, попавшее под заклятие платье, сняла защиту с комнаты и впустила отца.

– Солнышко, спешу очень, поэтому давай твой талмуд, и я понесся дальше…

– Пап, а талмуд Рауля ты уже изучил?

– Не до конца еще…, но достаточно для того, чтобы понять, что кое-какие зацепки есть… особенно, если вы все-таки с ним поженитесь…

– А что пап у тебя есть сомнения? – кокетливо уточнила я.

– У Рауля есть сомнения… – вздохнул он.

– Лю-у-би-и-ма-а-я, а вот и я… – перебил нас вышедший из портала «мой жених», – Верховный канцлер? А что вы тут делаете?

– В смысле? – ощетинился мой отец, – я что уже и к дочери не могу в гости заглянуть… без вашего позволения… Ваше Высочество! – грозно закончил глава тайной канцелярии.

– Можете, конечно… – спасовал принц. – Я просто не ожидал вас увидеть…

– Да, шучу я, сынок! Ну, разве отец может злиться на жениха своей дочери, который пришел к ней с целым подносом еды! Ладно, пошел я. Не буду вам мешать… – и он исчез в портале.

– Я так понимаю… ты никогда не устанешь мне напоминать?! – ледяным тоном произнес принц, телекинетически отправив поднос с тарелками на стол, где тот и приземлился, совершив чрезвычайно жесткую посадку: и несчастные тарелки, при этом, подпрыгнули так, что я просто не понимаю, как они вообще умудрились удержать все свое содержимое в себе.

– О чем? – озадачилась я, все еще сочувствуя тарелкам.

– О том, чем ты пожертвовала ради меня! – продолжал бушевать его непонятно почему злое высочество.

– И чем же? – этот мой вопрос прозвучал совершенно искренне, без тени иронии, потому что мне действительно была интересна его версия по поводу моих жертвоприношений.

– Об Андрэ! – ядовито выплюнул он.

– А причем тут Андрэ? – запуталась я окончательно.

– Твое платье! – рявкнул он.

– Моё платье? А что с моим платьем не так? – снова не поняла я и побежала к зеркалу.

– О-о-о-о-о! Это случайно получилось! У меня просто не было времени выбрать, что одеть, и я просто щелкнула пальцами, чтобы что-то одеть… – совершенно искренне объяснила я, непроизвольно заливаясь краской по самые уши.

Да, уж, что и говорить с этим платьем моё подсознание здорово маху дало: хотя оно и было невероятно красивым и удивительно шло мне, подчеркивая своим глубоким изумрудным цветом не только зелень моих глаз, но и золото моих волос, оно было совершенно неподходящим для свидания с Его Высочеством.

– И меня это, по-твоему, должно успокоить? – саркастически заметил пышущее праведным гневом высочество.

– А почему бы и нет? Я же не одела его назло тебе! Я одела первое попавшееся чистое и выглаженное платье!

– То есть ты одела его НЕОСОЗНАННО?! – его голос снова стал ледяным и теперь звучал убийственно-констатирующе факт моего вопиюще-скандального преступления. – И, сегодня, если я помню правильно, ты ужинаешь именно с Андрэ! Что решила ещё больше оживить его воспоминания? – ядовито поинтересовался он, и он потянулся за кусочком аппетитно пахнущей ветчины.

– Стой! – в мгновение ока я оказалась возле него и схватила его за руку, – это блюдо отравлено!

– Чем? Моим унижением… и твоим пренебрежением?

– Нет… Не так кардинально отравлено! – иронично парировала я. – Это блюдо всего лишь окропили слюной Тайпана1 Пустынного!

Глава 2

– Отлично! – иронически захохотал молодой человек. – Просто отлично… моя так называемая невеста для совместного обеда со мной выряжается в то же платье, которая она надевала на помолвку со своим бывшим женихом, а этот самый бывший жених – пытается убить меня этим же обедом!

– Что за бред сумасшедшего? Да, причем здесь вообще Андрэ? Да, с платьем этим – нехорошо получилось… – согласилась я. – Но я же не специально! Я сама не знаю, как это получилось…

– Знаешь, что?! – заорал он.

– Что?! – не выдержала я и заорала в ответ.

– Лучше бы ты знала! И лучше бы ты специально это сделала! – психанул Рауль. После чего достал из кармана коммустр и набрал главу тайной полиции.

– Эрик! Меня только что опять пытались отравить, яд был в ветчине, которую мне подали на обед во дворце. Я считаю, что пришло время взять под стражу Андрэ де Громейона!

В ответ Эрик, по-видимому, попытался протестовать, но его высочество был непреклонен.

– Это приказ, а не просьба, Эрик!

– Не смей! – возмутилась я. – Если ты это сделаешь, то я… я… я…

– Что ты? – насмешливо переспросил принц.

– … не выйду за тебя замуж… – срывающимся голосом пригрозила я.

– Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! – прозвучало зловеще-издевательски, – Диана, ты действительно слишком избалованна и слишком самоуверенна! Причем эгоцентрична и самозациклена настолько, что все время забываешь о том, что это Я женюсь на тебе по доброте душевной и из уважения к твоим родителям! И что это Я – спасаю твою репутацию!

– Откуда ты знаешь про платье? – задала я неожиданный, но беспокоящий меня вопрос.

– Какое платье? – оторопел он.

– Это платье! – я указала на платье, в котором я была.

– Я видел тебя! – дернул он плечами.

– Но ты не был приглашен на мою помолвку! – и это я знала наверняка.

– Я был там с той, которая была приглашена…

– Но я не помню тебя…, вернее, я не видела тебя…

– О-о-о! Так я не задержался надолго! Пришел, увидел, понял, что все очень и очень и очень скучно и прозаично… и ушел!

– Ты ведь не думаешь, на самом деле, что это Андрэ сейчас пытался тебя отравить?

– Ага, разумеется, я не думаю… – усмехнулся он, и я расслабилась, – Я СОВЕРШЕННО УВЕРЕН в этом! – он не проговорил, но припечатал этой фразой, настолько уверено звучал его голос.

– Но почему? – недоумевала я, – почему? На каком основании ты делаешь столь голословные выводы?

– Почему, почему… да потому что он вне себя от ревности! – скучающе произнесла Маркиза, – по крайней мере, я так это вижу!

– Что? Кто? Андрэ? – это была удивленная я.

– Нет. Его высочество! – хмыкнула Маркиза.

– Что-о-о-о-о-о? – это был озверевший принц. – Что за чушь ты несешь, глупая кошка? Причем тут моя ревность? Да, будет вам известно ОБЕИМ, что ваш Андрэ сразу попал под подозрение! Он – Бета! Он влюбил в себя второю половинку Тубан, тебя Диана, если ты этого еще не поняла, для того, чтобы уничтожить связь рода Ларуан с Альфой Дракона. Причем здесь ревность, если все, что я защищаю – это право на существование и продолжение моего рода! Но он, он – хорош. Я должен отдать ему должное! Он так дьявольски натурально изображал ни в чем не повинного светлого ангелочка…, что я почти поверил ему! Если бы… – и он замолчал.

– Что? Если бы? – нетерпеливо спросила я, потому что подозрительному высочеству все-таки удалось зацепить меня на удочку его параноидальных сомнений.

– Если бы не его увлечение тобой. Как я понимаю, его задача была влюбить тебя в себя, а он и сам тобой увлекся…, а под воздействием заклятия на привлечение любви – у него просто крышу снесло… и он высказал мне все, что он обо мне думает в весьма колоритных и распространенных предложениях, включая и то, что он думает о моем отце как о короле. Для тебя, он должен был играть роль идеального суженного, которая бы контрастировала со мной, противопоказанным тебе, как будущий муж, самими звездами. В этом случае, ты бы продолжала тянуться к нему, что ты и делаешь сейчас, а я продолжал бы считать это нормальным развитием событий. Ведь Андрэ такой замечательный! Ну, просто ангел воплоти! – хмыкнул он.

– Не играет он со мной никакой роли! Просто его отношение ко мне, оно вне твоего понимания, – искренне возразила я. – То, что Андрэ испытывает ко мне – это называется «ЛЮБОВЬ»! Но тебе этого не дано понять, потому что ты – безумно и самоотверженно любишь только от одного человека – себя самого!

– Расслабься, Ди! Да, он любит тебя, по крайней мере, он искренне верит в это, но в его желании освободить тебя от меня, им движет не столько любовь… Сколько стремление к власти. И ты в его видении… козырная карта… Вот только, он также опасен для тебя, как и для меня, Диана!

– Учитывая то, что он опасен только в твоем больном воображении, я совершенно и определенно не вижу повода для беспокойства! – уверенно парировала я. – Ты обвинил его даже не озаботившись узнать, кто готовил тебе обед, кто доставил, кто вообще имел доступ к блюду. Ты ведь отлично понимаешь, что у злоумышленника ушло не более тридцати секунд на то, чтобы сбрызнуть ядом твое блюдо! А значит, это мог сделать кто угодно! Даже невидимка! – я и мой Меркурий, мы просто задыхались от негодования, а Сатурн, Венера и Юпитер недоумевали, как его высочество может быть таким предубежденным на пустом месте по отношению к нашему Андрэ.

– Диана, это само собой разумеется, что всех, кто имел доступ к моему обеду – проверят, уже проверяют. Но, я более чем уверен, что мы, как и всегда, не найдем прямых улик против Андрэ…

– Извините, ваше высочество, – вставила Маркиза, – но даже я, хотя я, морда, скорее заинтересованная в вас, чем в графе де Громейон не очень понимаю сейчас, что вы имеете против него и чем конкретно он опасен для Дианы, если он ее, как вы сами утверждаете, любит?!

– Я о том, что де Громейон не понимает, что, убрав с дороги меня, он тем самым станет виновником неминуемой смерти Дианы тоже, – объяснил он Маркизе. – И, это не просто мое предположение, это статистика, на которую обратил внимание твой отец, Диана. Тубан, как вы обе знаете, это система из двух звезд, которые совершенно взаимозависимы друг от друга, то есть: как только перестанет существовать одна звезда, перестанет существовать и другая. И проблема в том, что и освященные Тубан, связаны между собой по образу и подобию этой системы.

– Но это же чистой воды проклятие, а не дар! – не удержалась я, чтобы не высказаться. – И как долго один освященный этим проклятым светом может прожить без другого согласно этой вашей статистике?

– По-разному, от одного месяца до семи лет… – мрачно ответил мне высочество.

– То есть и жизнь ты мне спасал из-за этой самой статистики? – прежде чем успела подумать, что говорю, выпалила я.

Глава 3

– Жизнь я тебе спасал, потому что не мог поступить иначе! – Голос Рауля был тихим и спокойным, но всё же чувствовалось, что мой вопрос его задел. – Если не веришь, просто сложи один плюс один: твой отец только вчера от нас с тобой узнал о том, что мы Тубан…

Мой разум был полон сомнений, но слова высочества звучали убедительно.

– Но, если даже мой отец только вчера узнал о том, что мы Тубан, откуда Андрэ знал об этом пять лет назад? – поинтересовалась я, пытаясь найти истину среди его слов. – По-моему, ты или слишком уж запутался в своих конспиративных теориях… либо слишком хочешь обвинить Андрэ в том, чего он не делал!

Рауль криво усмехнулся.

– Учитывая наличие только тебя и меня, Эрман точно знал, кто будет следующей парой Тубан после смерти короля и верховного канцлера. Эту статистику смертей, и еще некоторые весьма занимательные документы мы нашли при обыске у Эрмана де Громейон. – Эрик и наши отцы считают, и я с ними согласен, что Эрман рассчитывал на то, что после смерти короля, твой отец тоже долго не проживет, так как именно на это указывала статистика. Именно поэтому меня пытались убрать до смерти моего отца. Таким образом, после смерти короля – род де Ларуан бы угас, а после смерти твоего отца ты бы осталась единственной, на кого мог снизойти свет Тубан.

– Но Тубан – двойная звезда? – возразила я.

– Вот именно. Возможно, Эрман предполагал и предполагает, что свет через тебя снизойдет на ваших детей с Андрэ. Сама понимаешь, Эрман молчит, так что о степени утопичности или наоборот продвинутости его теорий мы можем только догадываться…. Но Эрман не мог предугадать, что из-за критичности ситуации для королевства вмешается Звездный Дракон и свет Тубан пометит тебя и меня еще до смерти наших отцов, и начнет оберегать. Другими словами, ни Эрман, ни Андрэ не знают, что ты теперь тоже подпадаешь под статистику.

– Так почему бы мне тогда не сообщить об этом Андрэ прямо сегодня?

– Потому что мне выгодно, чтобы Андрэ делал попытку за попыткой в надежде покончить со мной. Таким образом, он подставляется снова и снова, а значит, растут наши шансы получить улики против него…

– Рауль, я знаю Андрэ лучше тебя, и он никогда даже не заикался о том, что ему нужна корона! Ты судишь его по себе и по своему дяде Эрману! И это твоя проблема, а не его! И то, что до сих пор у тебя на него ничего нет, значит только то, что Андрэ абсолютно и кристально чист перед тобой и перед короной!

– Диана, помнишь, Дракон говорил, что наши способности будут расти?

– Разумеется, помню, и что?

– А то, что мой дар предвидения теперь позволяет мне видеть нити событий…, то есть, в каком-то смысле я могу заглянуть в прошлое. Так вот я потянул за ниточку ваших отношений с Андрэ и увидел, что вначале его интерес к тебе был очень далек от романтического. Неужели тебя никогда не удивляло то, насколько спокойно он воспринимал все твои отказы? Неужели тебя не смутило то, как легко он согласился быть тебе только другом? И то, как легко он переносил твои многочисленные увлечения другими парнями в течение четырех лет? Он методично шел к цели, изучал тебя и лепил из себя идеального влюбленного, и попутно завоевывал твоих близких. Это ведь не была любовь с первого взгляда для тебя, ты просто долго думала и анализировала ваши отношения, а потом решила: красивый, умный, добрый, из хорошей семьи, в тебе души не чает, и все без исключения близкие и дорогие тебя люди твердят – какая вы замечательная пара, ну, что еще тебе надо? И все! Ты полюбила его за то, что он любит тебя.

«– А ведь он прав! – буркнул мой Меркурий, – именно так все и было.

– Но мы ни разу не пожалели о своем выборе, так ведь? – оправдывалась Венера.

– Нет, ни разу! – вторили Луна, Сатурн и Юпитер.

– Да и кому нужны страсти-мордасти, если имеются отношения со стопроцентной гарантией успеха, – констатировал Сатурн».

– Возможно…, но ключевое здесь то, что я все-таки полюбила его, – гордо вздернула я подбородок, – и это значит, что я доверяю ему, и буду защищать до тех пор, пока не получу неопровержимые доказательства его корыстного интереса ко мне. Извини, но твои новопроявленные чудо-способности, в моем понимании, абсолютно не котируются как неопровержимые доказательства! Поэтому, я с ним поговорю…

– Вперед и с песней, но только, будь благоразумной, а это значит, ни слова о Тубан с Андрэ, – делано-равнодушно благословил он меня на беседу с моим бывшим женихом, – а сейчас давай к Луи, а то, что не удалось отравителю, удастся голоду…

– Но ты арестовал Андрэ… – напомнила я ему.

– И-и-и… это мешает тебе отправиться к Луи?

– Да. Потому что мы отправимся к Луи только после того, как ты мне пообещаешь, что я получу свидание с Андрэ! – выставила условие я.

– Так я же сказал, вперед! – хмыкнул он, – что тебе еще от меня надо? Чтобы я отвел тебя к нему за ручку? Извини, но этот вариант мне не подходит, вы должны с ним наедине остаться и тогда, возможно, он потеряет бдительность, и ты получишь свои доказательства, а я свои!

– Ты ведь женишься на мне еще и потому, что надеешься на то, что у Андрэ опять крышу сорвет, и он сделает ошибку?! – осенила меня запоздалая догадка.

– Нет, я женюсь на тебе, исключительно для того, чтобы защитить твою репутацию, потому что обязан твоей матери жизнью, и потому что уважаю твоего отца, – с постно-серьезной физиономией ответил он.

– Нет, – покачала я головой. – Ты женишься на мне, потому что у тебя ничего нет на Андрэ! – не отступила я, – ты провоцируешь его!

– Хорошо, ты права. И судя по этой новой попытке моего отравления, провокация работает отменно. Однако, прошу не забывать, что и твою репутацию – я тоже спасаю. И, кроме того, наша свадьба укрепит мою и твою связь с Тубан…, а значит и уровень силы.

– Благодарю за откровенность и доброту, – желчным тоном, но с церемонным поклоном, произнесла я.

– Благодарна настолько, чтобы переместится, наконец, к Луи? И не дать мне умереть с голода?

– Да, можем, отправляться к Луи, – согласилась я. – Маркиза, кстати, твоя рыба не отравлена, можешь есть, – сообщила я кошке.

– Ик…, – облизнулась сытая кошка, обгладывая рыбные кости, – Спасибо за информацию, а то я так нервничала по этому поводу, что даже вкуса рыбы совсем не ощущала.

– Маркиза! Это было очень опрометчиво с твоей стороны, есть рыбу, не получив от меня разрешение! А вдруг она бы тоже была отравлена?! – раздраженно отчитала я ее.

– Дык! – потупилась кошка, – вы так злобно-страстно-увлекательно ссорились…, что совсем не хотелось вас отвлекать по таким мелочам, как умирающая от голода кошка. А тут еще эта рыба пахла так, что кишки заворачивались. В общем, я подумала, так как выбор у меня все равно ограниченный: умереть от заворота кишок, но голодной или умереть от отравления, но сытой, то нужно выбирать меньшее из двух зол! И, слава Дракону, не прогадала!

– Плутовка! Ты просто принюхалась и поняла, что яда Тайпана в рыбе нет, – улыбнулась я.

– Ага, до тебя мне, конечно, далеко, – начала с лести Маркиза, но затем самодовольно добавила: – но, как видишь, мы и сами с усами!

– А вот я без усов! И поэтому по-прежнему голодный! – вставил принц, и насильно впихнул меня в портал.

Глава 4

– Андрэ, спасибо, что согласился встретиться со мной! – и я не удержалась, кинулась ему в объятия. Андрэ бережно обнял меня и так нежно посмотрел на меня, что сердце мое екнуло, Луна до слез расчувствовалась, а Венера – так и вообще чуть не упала в обморок от избытка чувств.