Операция «Любовь и прочие неприятности»

Глава 1

Ниночка

Быстро переступая ногами, я шла по длинному коридору, стараясь не смотреть по сторонам. Я всегда так делаю, когда не уверена на все сто процентов. Дело в том, что очень, сильно-сильно, хочу стажироваться именно в этой фирме. Здесь дают отличные рекомендации, делятся огромным опытом и даже могут позволить закрепиться в офисе уже не в качестве стажера, а основного работника. И, если говорить начистоту, я за это место буду бороться! Все-таки, не зря я лучшая студентка на потоке, которую рекомендовали именно в эту фирму.

Но есть одна большая и жирная проблема. Ладно, проблема совсем не жирная, а очень подтянутая. Она может своей очаровательной улыбкой испортить мне всю жизнь, заняв место стажировки. И имя этой проблемы – Валера Мирошниченко!

Быстро достаю трезвонивший телефон и стараюсь незаметно подтянуть узкую юбку чуточку выше, чтобы шаг был шире и уверенней. Все-таки на собеседование я должна попасть первой.

– Хьюстон! У нас проблемы! – орет в трубку Сашка, моя лучшая подруга. Следом раздается фраза, которая как никогда ранее описывает эту самую проблему. – Валерка уже в офисе!

Вот что значит – не везет! Ради того, чтобы первой приехать в офис, я даже раньше проснулась и на целых полчаса раньше вышла из дома. Моя подруга была приставлена к нашему одногруппнику в качестве следящего инструмента. Но что-то пошло не так! Либо Валера вышел заблаговременно, либо Саша проспала и не уследила.

– Вот же! – ругаюсь и прибавляю шагу, потому что до заветной дверцы остается каких-то пять, нет четыре, три, два, один шаг…

– Наумова! – на мою руку, которая уже дотянулась до ручки двери, опускается широкая ладонь Мирошниченко, и мне нужна секунда, нет пять, чтобы прийти в себя. – Ты что здесь делаешь?

А вот эта фраза и приводит меня в чувство.

– Пришла на стажировку! – огрызаюсь, пытаясь открыть дверь. Но сделать это не так-то просто!

– Какое совпадение! – широко улыбается парень, – я тоже.

И после этих слов открывает моей же рукой дверь! Так что в кабинет начальника мы входим вдвоем. И я не могу передать словами, что чувствую сейчас, потому что этот самоуверенный, настырный, пробивной и невероятно красивый парень мне до коликов в животе нравится. Но отдавать свое место ему я не намерена!

– Доброго утра! – здоровается Валера и мое скромное “здравствуйте” на фоне его приветствия выглядит жалко.

– Так-так-так! – начальник, мужчина в годах, привстает со своего места и оценивающим взглядом проходит по нам. – Мирошниченко и Наумова?

– Это мы! – мой одногруппник так широко улыбается, что хочется стукнуть локтем в бок и попросить не отпугивать  потенциального работодателя таким напором. Но мужчина улыбается так же – широко и открыто, словно только нас и ждал.

– Тогда добро пожаловать на стажировку! – он достает из лежащей перед его носом папки документы и говорит, – с вашими характеристиками я ознакомился, с деканом факультета созвонился, узнал о вас, так сказать, много интересного. Мы, как развивающаяся организация, готовы сделать в этом году исключение и взять на стажировку двух выпускников с вашей кафедры.

– Как чудесно! – поддакивает Валера и поворачивается ко мне.

– Только есть одна проблема. Кабинетов свободных нет, поэтому работаете фактически плечом к плечу и за одним столом, – завершает наш работодатель, а улыбка на лице Мирошниченко гаснет очень быстро, как и моя.

Потому что, быть влюбленной с первого курса в самого знаменитого парня нашего факультета – то еще удовольствие. Особенно, когда он тебя ни во что не ставит. Вот как сейчас… И когда ты понимаешь, что не нравишься этому человеку даже на один процент из ста имеющихся, становится очень обидно и горько.

В кабинет легкой походкой входит девушка, а лицо Валеры снова озаряется.

– Римма проводит вас, – раздается голос начальника, – познакомит с наставником, расскажет, что и где находится. Встретимся через три месяца и посмотрим на работу каждого из вас. Там и примем решение, кто останется, а кто получит хорошие рекомендации и отправится искать свое счастье в другом месте.

– Спасибо! – говорю, выходя из кабинета последняя, потому что Валера и Римма уже ушли.

Догоняю их в коридоре, пристраиваюсь в конце и лишь слушаю, о чем говорит девушка, которую мне уже мысленно хочется придушить вон в том углу или в этом? Ну нельзя же так открыто смотреть на молодого выпускника школы, то есть ВУЗа! Да он же младше вас, женщина, раза в два! Но и Валера хорош, лыбиться своей фирменной улыбкой, что придушить хочется и его. За компанию.

Отмечаю, что на этаже в этой огромной организации есть своя кухня, где сотрудники могут разогреть принесенную с собой еду или что-то убрать в холодильник. Но, как правило, ей пользуются лишь для того, чтобы взять себе кипятка в чашку и вернуться на рабочее место. Весь персонал принимает обеды на первом этаже в буфете или столовой, и на втором – в неплохом и доступном ресторане. Мне даже интересно, что же за заведение там располагается с доступными ценами, потому что я пока могу ходить только в буфет. И это далеко не точно.

Когда мы резко заворачиваем в сторону, то попадаем в просторный кабинет с единственным свободным столом чуть в стороне у окна. Именно там и располагается два рабочих места друг напротив друга. Хорошо еще имеется два отдельных компьютера, не придется драться за мышку.

– Итак, – улыбается Римма, совсем не обращая на меня никакого внимания. –  Сейчас подойдет Алла Николаевна и обо всем вам расскажет. В любой непонятной ситуации можно будет обращаться к ней… Или ко мне.

Ну конечно же лично к Римме сможет обратиться только Мирошниченко, на меня же совсем не смотрят. Зато когда входит Алла Николаевна, центр обожания резко смещается, потому что женщина кривит нос, когда смотрит на моего “напарника”, зато мне широко и приветливо улыбается.

– Так, молодежь, готовы трудиться во благо клиентов и своей зарплаты? – активно киваю и получаю еще одну улыбку, – тогда приступим!

Плюсик к карме получаю сразу же за то, что достаю из сумки блокнот и ручки и начинаю активно записывать за наставником. Валера слушает, возможно даже запоминает, но когда дело доходит до цифр и номеров телефонов, судорожно ищет листок и то, чем можно все записать. Алла Николаевна сжалилась над парнем, но одарила его очень строгой улыбкой, словно намекая: “Я за тобой слежу!”

В первый рабочий (если так можно назвать) день, мы больше следили за работой других сотрудников, лично я записывала на всякий случай то, что казалось мне интересным или необычным. Валера лишь осматривался и поглядывал на часы. Но как только нас в третьем часу отпустили на вольные хлеба, первым покинул этаж. Я, не буду скрывать, поторопилась за ним, но только для того, чтобы понять, куда он так спешит? А этот…. человек мужского пола, сел в припаркованную машину и уехал! Мимо меня! Даже не предложил подвезти!

– Привет, – говорю, когда замечаю, как машина скрывается за поворотом.

– Ну как? Как все прошло? – моя лучшая и единственная (к большому сожалению) подруга, спрашивает так быстро, что даже удивленно смотрю на телефон.

– Меня взяли, – отвечаю, все же улыбаясь. Это ли не радость?

– А Валеру? – да-да, она в курсе того, какого я мнения о парне.

– И его, – отвечаю упавшим голосом и пересказываю в красках и подробностях, как прошел мой день. Да-да, особенно ярко говорю о Римме, которая до сих пор не дает мне покоя.

– Ничего себе, – шепчет Шурочка, – где ты?

– Да у офиса, – пожимаю плечами, – Мирошниченко даже не предложил меня подвезти.

– Если бы он это предложил, мы бы не разговаривали, – доносится голос подруги.

– Почему? – не понимаю.

– У тебя бы случился сердечный приступ на радостях. Диктуй адрес, сейчас подберу тебя.

И да, я та самая студентка, у которой самая простая семья рабочих. Живем мы не роскошно, но вполне прилично. Можем и на море выбраться и маму с папой в санаторий отправить, но в нашем арсенале нет лишней машины, на которой я могла бы свободно разъезжать по городу. Как и нет второй квартиры, где я бы могла организовывать тусовки с друзьями. У папы старенькая, но добротная Тойота, которая каждое лето отвозит нашу семью на дачу. У нас хорошая квартира с приличным ремонтом. У меня имеется своя просторная комната, хорошая одежда, да и еда на столе, что немаловажно. Но на фоне других студентов я, конечно же, выделяюсь. Почему со мной дружит Шурочка, непонятно. Она из того круга молодежи, которая может позволить себе все: хороший новомодный телефон, брендовую одежду, перелеты на море не реже трех раз в год и свободный доступ в дорогие заведения нашего города. И этот “звездный” человек на всем первом курсе не нашел ничего лучше, как подружиться со мной. Льстит и радует. Мы с Сашкой быстро нашли общий язык, ведь она была далеко не ленивой девочкой, училась сама, посещала лекции, которые за редким случаем могла проспать. И, что удивительно, имела вполне четкие планы на жизнь. Она мечтала стать моделью – она ею почти стала. Но при этом получила высшее образование, чтобы можно было работать в фирме отца и быть ему помощницей.

Красная двухдверная машинка останавливается рядом со мной минут через пятнадцать. Я сразу же села в просторный и светлый салон, где даже пахнет особенно приятно, и сидится удобно.

Шурочка тянется ко мне, крепко обнимает и даже звонко целует в щеку.

– Мы его дожмем! Не переживай!

Вот уж точно.

Машина плавно двигается вперед и совсем скоро проскальзывает в поток машин на дороге. Сашка рассказывает, как прошел ее день и жалуется на нового стилиста, который подобрал для всех сегодня просто ужасное сочетание цвета и качества ткани для платьев. Его, конечно, быстро отстранили от работы, но подруги было жаль потраченного времени. Она у меня вообще ценит каждую свободную минуту, и день у нее буквально расписан. С самого утра Шурочка делает пробежку, ради которой встает в пять часов утра, потом либо спешит домой под прохладный душ, либо едет в открытый бассейн. Только потом плотный завтрак и съемка, которая плавно перетекает в посещение косметолога или тренировку. Шурочка не любит шумные компании, поэтому и в клубе (с ее слов) была от силы раза три или четыре. И, кстати, верю ей на слово, потому что на моей памяти она очень часто отказывалась от совместных тусовок с группой, за что и получила обидное прозвище. Сама девушка совершенно ни на кого не обижалась. Как говорил ее тренер по кикбоксингу: «Если сильно будут надоедать, она знает – куда необходимо бить». Так Саша тренировалась и ждала своего звездного часа.

Меня она, конечно, неоднократно пыталась познакомить со спортом, но мы с ней разной физической подготовки. И признаюсь честно – люблю поспать и вкусно поесть. Так что ранний подъем, который сопровождается еще и быстрым переставлением ног не для меня.

Машина Саши довольно скоро сворачивает в сторону набережной, куда мы приехали прогуляться, попить кофе и проработать новую стратегию. Да-да, я все никак не могу отказаться от мысли, что до сих пор не произвела должного впечатления на Мирошниченко. И не нужно меня от этой идеи отговаривать! Саша пять лет пытается это сделать и у нее ничегошеньки не выходит. Это какой-то пунктик в голове, словно цель, не преодолев которую, не сможешь сделать шаг вперед. Вот и мучаю себя, еще и Шурочку. Последняя, кстати, замученной и не выглядит. Ей интересно и смешно. Поэтому, наверное, и принимает активное участие в моей жизни, и отчасти в жизни Валеры.

Мы покупаем в небольшом ларьке по стаканчику кофе и выходим на просторную дорогу вдоль воды. И застываем…

– Так вот он куда торопился! – эти слова произношу не я, зато во все глаза наблюдаю за парой, которая идет впереди нас, держась за ручки.

И, пусть это похоже на детский сад, но мы с Сашкой переглядываемся и идем следом за парой, которая любезничает и смеется. А у меня зубы сводит от негодования.

Ну чем? Чем я хуже?!

***

Со стороны мы похожи на двух подруг, которые неспешно, крайне медленно идут вдоль воды и периодически останавливаются, чтобы посидеть, завязать шнурки и сделать еще какое-то бестолковое дело. И только внимательный заметит, что все наши поступки, так или иначе связаны с парой, за которой мы двигаемся. Как только парень с девушкой останавливаются, мы моментально отходим в сторону, как только они начинают… кхм, целоваться, мы кривим губы и находим себе другое занятие. Так мы, незаметно для Валеры и его спутницы, но заметно для других, провожаем пару до припаркованной машины.

– Сегодня вечером жду тебя в «Гоане», – говорит Валера, когда девушка садиться в маленькую белую машинку с дорогим логотипом на капоте.

– В шесть буду! – с этими словами она посылает ему воздушный поцелуй, а Шурочка уже тянет меня за руку в сторону.

– В шесть и мы будем готовы! –  зловеще говорит она и смотрит на новомодные часы, – должна успеть!

– Но…

Я знаю, что такое «Гоана», знаю, кто туда может зайти. И прекрасно осведомлена о стоимости даже самого простого напитка. Но подруга настроена воинственно.

– Где это видно, чтобы он тебя не замечал! – она садиться в машину и быстро пристегивается. – Едем ко мне. Одеваемся, красимся и к шести успеем приехать в этот клуб. Но!

– Но? – не понимаю я.

– Есть три правила, которые мы соблюдаем. Первое, напитки ни у кого не берем. Второе, пробудем там только час. Третье, ни с кем не знакомимся.

– Фух, – выдыхаю, – думала, правила будут строже.

– Вот поэтому я с тобой и дружу! Ты крайне адекватный человек, Наумова! Жаль иногда тормозишь!

– Это где? – делаю вид, что сильно обиделась на слова подруги.

– Да хоть в любовном плане! Не живется спокойно, подавай ей Мирошниченко! Даже интересно, чем твое упорство закончится. Но имей в виду, самое дорогое и вкусное вино лежит у меня в холодильнике. На случай твоей победы или поражения.

Показываю язык и отворачиваюсь к окну. Да, сама понимаю, что с головой я порой не дружу, но находиться с ней в ладу порой очень скучно. Да и будет мне лет тридцать, тогда и можно становиться занудой. Пока же я хочу быть такой… немного странной и фанатичной.

К шести часам мы успеваем все. И я в очередной раз понимаю, как хорошо иметь рядом человека, который с тобой и в огонь и в воду. Сашка помогает мне во всем: отдает свое новомодное платье, делает макияж и прическу, даже туфельки мне подбирает с сумочкой. И только после того, как долгим оценивающим взглядом смотрит на меня, неожиданно говорит:

– Ты просто обязана принять участие в съемках! –  я таких вещей боюсь до икоты.

– Ни за что!

– Ну уж нет! – перебивает Шура. – Я помогаю тебе, а ты поможешь мне! Это будет закрытая съемка в черных коктейльных платьях! Ты обязана там быть. Ну и как приятный бонус – хорошая оплата за потраченное время. А если еще твой снимок и выберут, то будешь в огромном плюсе.

– Лаааадно, – тяну я, не особо уже желая спорить. Лишняя монетка в кошельке нужна.

Кстати, сегодняшние расходы Саша также берет на себя, но мы договорились на два безалкогольных коктейля, а плотно наелись у нее дома.

И вообще, мы едем не жрать, а следить! Да! Потому что моя любовь от меня просто так не уйдет, только с переломанным носом….или ногами.

Валера 

Светомузыка, громкая музыка и красивые девушки… наверное это мой рай. Каждая из них надеется на что-то большое, но мне их желания совсем не интересны. Когда-то я верил в эту самую любовь, а теперь все, хватит. Как бы это смешно и не звучало в мои двадцать пять.

В девятнадцать лет я еще верил в неё, даже бредил. Порхал на ее крыльях и был счастливчиком. По крайней мере, именно так и думал, пока не ушел в армию. Провожали меня со слезами на глазах и клятвенными обещаниями ждать, надеяться и верить. Первое время регулярно писал письма и даже звонил в отведенное время. Гордо улыбался, когда понимал, что моя девушка держится дольше других и до сих пор со мной. Но постепенно письма от нее перестали приходить, на звонки стала отвечать реже, пока в один из моментов не услышал «Номер не существует». Вот так меня и бросили – не сказав ни слова, позорно сбежав. Я – горевал. Это было предательство чистой воды, а все слова – пустой звук.

А после того, как вернулся из части и увидел свою девушку в объятиях жирного папика, понял, что любовь – пустой звук. Привязанность, помешательство или что-то из этой серии возможно и существует, но не более того.

Над столиками зазвучала песня «Беломоре», которая как всегда отзывалась во мне, даже руки покрывались мурашками. Но сегодня скучать и грустить мне не дали. Лариса, с которой я проводил вечер, вернулась с танцпола.

– Пупс, пошли танцевать!

Почему бы и нет? Программа стандартная, только героини меняются.

Лариса была очень приставучей. Закралась даже мысль, что может не стоит продолжать вечер? А то вдруг потом не избавишься от неё. Но сбегать было уже поздно. Тем более, увидел возле барной стойки Нину с Шурой.

Хм, не думал, что наша заучка ходит по клубам. Да ещё и в таком виде! Сногсшибательная! Да, именно так она и выглядела! Если бы не Шура, лучшая и, на мой взгляд, единственная подруга Нины, Наумову я бы не узнал.

Так что вечер обещал быть весёлым.

У нас с Ниной с самого первого курса противостояние. Мне учеба давалась играюче. Да и постарше я был. Уже прошёл юношеский максимализм и желание шляться всю ночь напролёт. Плюс армия хорошо так вправила мне мозг. Если бы не она, наверное, ничего толкового из меня бы не вышло или спился бы, как многие. Если вспомнить, как мы гуляли по юности и сколько пили! Бедные наши родители!

Из воспоминаний меня бесцеремонно вырвала Лариса, которая стала дергать за руку. Пришлось возвращаться за столик, к которому тут же подбежал официант. Я ограничился колой, потому что пить не хотелось. Да и тем более завтра на работу. Не хотелось бы с больной головой сидеть за документами и еще при этом  показывать из себя отличного работника. Данное место я так итак получу, но хочется показать себя с хорошей стороны.

Лариса заказала «Голубую лагуну», надеюсь, тащить её на себе мне не придётся, потому что коктейль был не первым и уже явно лишним.

Пока несли наши напитки, Лариса пошла пудрить нос. Причем она это с таким подтекстом сказала, что я, наверное, должен был бежать за ней. Но увольте, не любитель экстрима в общественных местах. Так что сделал вид, что ничего не расслышал и не понял.

Взгляд сам переместился в сторону барной стойки, Лариса как раз шла мимо того места, где сидели девчонки. А потом я не понял, что произошло.

Как-то раз и Лариса резко повернулась и через секунду вцепилась в волосы Нины. Пришлось подскакивать с места и идти их разнимать. Потому что к барной стойки уже направлялся охранник, который имел довольно свирепое  лицо. У них разговор с дебоширами короткий. Ну и конечно собрался круг любителей поглядеть на зрелище. Диджей, уж не знаю специально или так совпало, выбрал трек «Пошла жара».

Было жарко, это точно. Лариса верещала как ненормальная и не хотела выпускать волосы Наумовой. Но та тоже не отставала. Если поначалу и растерялась, то затем довольно смело начала себя защищать. Чувствую, у Ларисы тоже не будет хватать волос на голове.

– Лариса! – орал я, тряс ненормальную за плечи, с ужасом рассматривая звериный оскал на лице. Вокруг меня, драки и охранников, прыгала Шурочка, прикладывала ладони к красным щекам и заламывала руки. Смотрела она исключительно в сторону лучшей подруги.

Как только моя спутница была скручена, охранники сказали сразу – нам в клубе делать нечего. Так что пришлось быстро расплачиваться и идти на выход.

Да уж, все-таки первое впечатление было правильным. От Ларисы нужно избавляться как можно скорее!

Выйдя на улицу, вызвал ей такси и отправил домой. Что она будет делать по приезду, не знаю: может, зайдет в квартиру и останется дома или же подправит макияж и пойдет гулять дальше. Это уж ее право.

Наумову и Шуру уже как ветром сдуло, так что мне тоже ничего не оставалось, как поехать домой. Вот и расслабился, называется. Лучше бы уж дома остался.

Полночи снилась всякая дребедень. Так что проснулся еще более усталым, чем ложился.

Собрался, правда, быстро, хоть и откровенно зевал. Но кофе и завтрак сделали свое дело – стал похож на человека.

На работе первым делом увидел Нину, которая уже сидела за столом. Рядом красный блокнот с клубниками и пачка текстовых выделителей. Заучка, одним словом. Всегда такой и была – слишком старательная и внимательная, не пропускала лекции и практические занятия, назубок знала материал и могла в любой момент подменить преподавателя.

И вид у девушки сегодня весь такой офисный. Она сидела лицом к двери, заняв половину стола, которая располагалась ближе к стене, так что я сразу увидел бирюзовую блузку. Интересно, что внизу? брюки или юбка? За кофе ее, что ли отправить?

– Наумова, я думал ты после вчерашнего пала смертью храбрых, – усмехнулся я, садясь напротив.

– Мирошниченко, не дождёшься, – подмигнула мне эта малявка.

Вот же! И почему меня одновременно и бесит и нравится наше противостояние? Она странная, но интересная. По крайней мере, никогда и никого не обсуждала за спиной, всегда говорила то, что думает, в лицо. Так что вот от кого, а от этого человека никогда не получишь удара в спину.

 Специально подошёл к окну, чтобы осмотреть её с ног до головы. Все-таки на ней юбка, которая была ниже колена. Да ещё и каблуки! Вот же жучка. Не любит быть ниже меня, а на каблуках мы почти вровень. По крайней мере, сверху вниз на неё уже не посмотришь.

Алла Николаевна загрузила нас работой сразу, как появилась в кабинете. Видимо решила, что нужно использовать нас по полной, пока есть такая возможность, поэтому делегировала между мной и Ниной обязанности, обещая помочь, если возникнут какие-то вопросы.

Я зарылся в бумагах сразу, впрочем, Нина тоже. В кабинете мы были одни. Наушники я оставил дома, поэтому через полчаса посмотрел на соседку и предложил:

– Может, музыку послушаем? А то сидим как в склепе.

– Боюсь, у нас разные вкусы, – буркнула Нина, хмурясь.

– А ты радио включи, пусть что-то звучит фоном, – предложил.

– Тебе надо, ты и включай. Я не твоя секретарша!

– Хорошо, – процедил сквозь зубы. Ну сейчас я ей устрою. Думал, включим что-то нейтральное. Но теперь специально начал искать радиостанции с композициями потяжелее. Только межевался между роком и шансоном. Решил, что начнём с рока. Надеюсь, у самого перепонки не лопнут. Спустя полчаса уже сам готов был идти на перемирие, но Наумова меня опередила.

– Валера, давай что-нибудь поспокойнее, – попросила она.

– Как скажешь, душа моя.

 Быстро переключил радио на «Европу плюс». А то Нину я знаю, ответную гадость может сделать быстро. С нее станется.

– Обедать пора, малявка. Ты идёшь? – хорошо, что голову поднял и на часы посмотрел, а то пропустили бы все.

– Я с собой принесла, так что разогрею в кухне, – быстро сказала Нина и, схватив пакет, вышла из комнаты.

Хотел пойти с ней, потом подумал, что, скорее всего, буду смущать. Лучше куплю каких-нибудь пирожных, когда буду возвращаться.

А час обеда решил использовать по полной программе. Мне ещё нужно с Глебом встретиться, моим другом.

– Краш, привет. У меня час обеда, приехать сможешь в нашу кафешку?

– Мирон, привет братуха. Буду через десять минут, я как раз рядом. Закажи мне как обычно.

С Глебом мы знакомы с самого детства. Сначала родители дружили, потом мы родились, росли вместе и так как-то и понеслось. У Глеба фамилия Краш, так что он ещё до новомодных словечек был им.

С Глебом мы не только дружим, но ещё и калымим вместе. Покупаем обычные мотоциклы с пробегом, а потом делаем из них гоночные. Иногда машины тоже берём на перепродажи, но с ними мороки больше и выхлопа меньше. Так что в основном занимаемся мотиками.

В кафе заказал нам по сковородке с мясом, картофелем и овощами на гриле, литр сока, Глебу ещё американо. Он, наверное, опять полночи в гараже провел. Без кофе в себя не придёт. А ещё попросил завернуть с собой эклеры для Наумовой. Надеюсь, она их мне на голову не вывернет.

Когда друг появился в кафе и сел за стол, то мы не стали тратить время на пустую болтовню. Сразу же просмотрели объявления и договорились на выходных с несколькими потенциальными покупателями. Один мотоцикл уже был готов и стоял в гараже. Скоро нам привезут еще один на ремонт и тюнинг. Иногда берём двухколесных друзей от знакомых на переделку. Одним словом, сарафанное радио хорошо работает.

С другом час пролетел незаметно. Так что на работу я слегка опоздал. Наумова конечно уже была на месте и так на меня, укоризненно посмотрела.