К черту мамонтов!
- -
- 100%
- +
Она окунулась в воду, присела и побрела по шею в воде к своему оке.
– Я тебя одного не оставлю. Я не настолько жажду месить воду, чтобы позволить своему оке утонуть.
– Я останусь на мелководье. Что со мной случится?
– Вода – штука коварная. Мне виднее.
Карина выпрямилась, подзывая к себе Лёшу.
– Повторим первое упражнение. Смелее. Я страхую.
Брызги соревнующихся Ани и Влада быстро приближались.
Влад остановился и встал ногами на дно. Аня вовсю молотила руками и, когда оказалась рядом, он поднырнул и выловил свою оке, как рыбу.
– А-а-а-а! – завопила она, пытаясь отбиваться.
Пара на несколько мгновений была похожа на фигуру из балета, забредшую в океан. После чего рухнула, обдав волной Карину с Лёшей.
– Нечестно! – заявила Аня, выныривая из воды.
– Честно, – возразил Влад. – Я тебя догнал, перегнал и поймал. Ну и да, я крупнее. Зато ты легче и можешь быть быстрее. Тут шансы уравниваются. В утешение могу тебя покатать.
Аня тут же влезла на сцепленный Владом замок из рук. Он резко выпрямился, и оке с визгом взлетела в воздух.
Влад развернулся к Карине и распорядился:
– Вы тут заканчивайте. Карина, дай парню передохнуть и объясни, как играют в Сгибателей. Скоро сразимся с Ли-1. В командах нас будет по двое: наст с оке.
– Лёша, – Карина тронула своего оке за локоть, – ты про игру Сгибатели слышал?
– Нет.
– Я не удивлена. Для нее нужно дорогое оборудование. Игра популярна только у «Наших Служб». Сгибатели – это вариант пляжного волейбола в дополненной реальности. Выигрывает не тот, кто больше умеет, а кто больше старается. Очки присуждает ИИ. У нас это делает Вася. Он анализирует и оценивает все движения игрока. Самые высокие оценки он ставит за неожиданные творческие решения. Остальное тебе Вася лично объяснит.
Карина взяла один из четырех пластиковых пеналов, прихваченных Владом из УТки, и показала Лёше очки дополненной реальности. Тот посмотрел в стекло на свет и собрался надеть.
– Стоп, – приказала Карина. – Сначала высуши волосы. С тебя вода ручьями льется.
Лёша огляделся, потянулся…
– А-а-а… – протянула Карина и накинула полотенце ему на голову.
Через мгновение она уже интенсивно терла шевелюру подопечного.
Лёша попытался выкрутиться.
– Я сам.
– Поздно.
– Ты поосторожнее с парнем, – посоветовал Влад, – голову ему оторвешь!
– Как-нибудь обязательно это сделаю, – пообещала она, – но не сейчас.
Они смеялись, растираясь полотенцами, затем надели очки.
– Лёша, выбирай, какая реальность из наших трех тебе больше нравится. Будет время, я помогу тебе создать свою, – пообещала Карина.
Лёша надел очки и стал водить в воздухе руками. Когда он перепробовал всё, сообщил:
– Вот эта мне нравится, с подводным царством.
– Меня это ни разу не удивило, – отозвалась Аня. – Оке всегда выбирают реальность своего наста, сами того не осознавая.
– Это потому, что он уже засинхронизировался с наставницей. Отличный результат для двух недель, – похвалил Влад.
– А мне сейчас нравится реальная реальность, – заметила Аня. – Красиво тут, как в сказке. Нет смысла заменять на выдуманный мир. Только мяч будет модифицирован, как у всех. Для синхронизации.
Они пошли навстречу команде Ли-1, которая уже ожидала их у воды.
Глава 16
Мальдивы. Краснопёрка
3 июля 2029 года 9:15
На втором этаже за стеклянными дверями оказалось большое помещение, похожее на командный пункт космической службы. Пульты, мониторы, мигающие огоньки приборов, сосредоточенные люди за работой. Всё это напомнило Наташе кадры из новостной ленты. Похоже, центры управления выглядели одинаково, будь то космические корабли или служба безопасности стиллов.
– Всем привет! Как дела? – оглядевшись, спросила Лиля.
Сотрудники оторвались от работы и поприветствовали вошедших. Некоторые в белых комбинезонах НС-38 подбежали обнимать Лилю, досталось и Наташе. Она, отмахнувшись от обнимашек, сделала вид, что ей очень интересно посмотреть на пульт, где остались работать только несколько человек в голубых комбинезонах с черными рукавами. Проходя мимо, Наташа прочитала на их эмблеме «НС-703». Она, продолжая рассматривать оборудование, отошла подальше в угол, но так, чтобы слышать разговоры.
Высокий парень в белом, с длинными светлыми волосами, обнимая Лилю разъяснял обстановку:
– Первый набор кадров завершен. Четырнадцать человек Сергей взял из «Нашей Службы-38». Вася его консультировал. Десять – из семьсот третьей. Еще нам будут помогать двадцать специалистов из наших и пятнадцать – из семьсот третьей. Через две недели помощников отпустим. Ну, в крайнем случае, через три недели.
– Конечно, – улыбнулась Лиля. – Вижу, всё идет штатно, по протоколу.
Окружающие люди довольно улыбались, было видно, что им нравится Лилина компания.
– Среди них четырнадцать ищут оке для себя, – заметила Юля. – Как всегда, желающих много, есть из кого выбирать. Будем набирать со старших курсов академии, добавим еще из первой линии. У нашего стилла первая линия по численности сравнится с колонистами на Денебе.
Все засмеялись, и Лиля предложила:
– Если их так много, вы не соскучитесь! Может, я вам оставлю помощников на полгода?
– Нет, не нужно. Сергей сказал, что справится. Все молодые «Службы» справляются. И мы сможем. Не нужно делать для нас исключение. У Сергея есть несколько соображений для ускорения подготовки оке. Если получится хоть вполовину расчетного, проблема с персоналом будет принципиально решена. Для всех.
Лиля поискала глазами подругу и позвала:
– Наташа, перестань глазеть на выключенное оборудование. Иди сюда!
Наташа не успела придумать, что возразить, как двое сотрудников в белом подхватили ее под руки и поставили перед Лилей.
Она показала Наташе в центр экрана во всю стену и задумчиво проговорила:
– Наташа, смотри, Сергей решил вести стилл по программе «Восемь би»!
– И что? – протянула Наташа, непонимающе хлопая ресницами.
– Беспокоюсь… – бросила Лиля и обратилась к сидящим за пультом: – А это не резко для стилла из десяти элементов?
От пульта оторвалась немолодая женщина в белом и возразила:
– Последние данные за программу «Восемь би». С тех пор как вы, Лили, застиллились, развитие стиллостановления не прекращается. Сейчас это признано нормой. Почти нормой.
И она распорядилась показать состояние элестов.
На большом экране появились портреты десяти человек и рядом с каждым несколько графиков. Большинство – идеально совпадали.
Лиля облегченно вздохнула:
– Я уверена в компетенции Сергея. Мне элестов просто жаль. Они сейчас переживают самые потрясающие впечатления в жизни. Кто этого не пережил – не поймет. И скоро куратор лишит их этого. Пусть делает, что должен. Пора элестам ощутить первое в своей жизни расстилливание. Жаль маленького стилльчика, он решит, что умирает.
Глава 17
Москва
26 марта 2025 года 20:50
Наташа пришла с работы пораньше, переступила порог студии, поставила тяжелую сумку и крикнула:
– Лиличка! Я дома!
– Хорошо-то как! – донеслось из ванной. – Поужинаем вместе. Прям как в выходной. Я скоро.
Наташа прошла в так называемую гостиную с кухонной нишей и оглядела пятнадцатиметровую комнату, в которой они с Лилей жили уже больше полугода. Лилины вещи валялись на полу бесформенной кучей.
«Опять упахалась Лилька-бедолага! Она вообще-то дама аккуратная… Была, – со вздохом констатировала Наташа. – И у меня спину ломит. Был бы хвост, отвалился бы».
Белые крашеные стены и потолок напоминали Наташе белёный сарай, и она поморщилась.
«Мода дурная какая-то, всё в белый красить. Денег у хозяев на обои нету, что ли?» – поворчала она по привычке.
Всё остальное Наташе нравилось. И расположение, и вид на Москву с двадцать третьего этажа, и высокие потолки в галогеновых светильниках, и огромный шкаф-купе в коридоре, и большая чистая ванная. Но двоим в квартирке-студии всё-таки было тесно. Если бы не убирающаяся в шкаф двуспальная кровать, жить было бы негде.
У входа вдоль стены, граничащей с ванной, располагался вместительный холодильник, большая плита на четыре конфорки и шкафчик с мойкой.
Наташа помнила, как настаивала, чтобы в квартире обязательно должна быть плита. Не только микроволновка.
Большая плита.
Лиля не представляла – зачем. А Наташа повторяла бабушкины слова, прекрасно понимая, что к современной жизни они не подходят: «Печка и плита должны быть большими! Плита же кормилица наша. Большая кормилица больше кормит!»
Наташа сама не знала, зачем это ей нужно, но через месяц после переезда оценила полезность своего выбора. Теперь ее микробизнес по изготовлению и продаже пирожков процветал.
Она, не переодеваясь, первым делом разгрузила сумку. Осторожно достала пакеты с ванильным кремом, убедилась, что они не протекли, и положила на блюдо. Колбасную нарезку сунула в холодильник. Говяжьи кости вывалила в кастрюлю и поставила варить.
Из ванной вышла Лиля. Красная распаренная страшная без косметики.
– Что у нас на ужин? – спросила она и посмотрела на блюдо с пакетами. – Крем?
У Наташи сжалось сердце при виде подруги: «Чуть больше тридцати и у Лили уже морщинки вокруг глаз, веки припухшие, глаза мутные. Работа няней у трехлетки оказалась не сахаром. Очень дерганый ей ребенок попался. Не зря родители десяток нянек поменяли. Не молодеем мы. Я, наверное, не лучше выгляжу».
– Не жалеешь, что в няньках? Устаешь же. Может, к нам в ресторан пойдешь, на кухню? – спросила Наташа.
– Да ну тебя! – махнула рукой Лиля. – С кастрюлями грязными? Ты же знаешь, не терплю мыть посуду и вообще руки мочить. Уж лучше с детишками возиться.
– Любишь не любишь, а я вот с работы могу хоть еды принести. Сегодня от вчерашнего банкета мне колбаски отсыпали. А ты что с работы можешь принести? Грязный подгузник или колесико от поломанной машинки?
– Э-э-э… Ничего. Зато ты у нас за двоих меркантильная! За что и люблю! – Лиля подбежала и чмокнула подругу в щёку.
– Да. Я такая. Только и ты, хоть и тихоня, квартирку эту не сама оплачиваешь. Родичи твоего оболтуса вкладываются.
– Да, повезло мне с ними. Где там твоя банкетная колбаса? – спросила Лиля и бухнулась в большое кресло у окна.
Наташа, накрывая на стол, выдала последние новости о личной жизни работников ресторана.
Лиля слушала сосредоточенно, задавая наводящие вопросы:
– И ты думаешь, что ее муж ни о чём не догадывается?
– Уверена, – жизнерадостно заявила Наташа, – он лопух. Чудной такой.
– Не представляю, где бабы таких берут? И почему не ценят? – Лиля помрачнела.
– Потому что ищут. А кто ищет, тот и находит! Тут главное – втянуться в процесс. Это как с поиском квартиры в аренду. Сначала долго врубаешься, пробуешь, ошибаешься, а потом – бац! И нашла отличный вариант. Как я. Но внутри-то всё уже настроено на поиск, и сложно остановиться. Остается или другим помогать, или менять что есть на лучшее.
– Тебе виднее, – Лиля положила на хлеб тонко нарезанные кругляшки колбасы, понюхала и откусила.
– Вот ты когда последний раз на свидание ходила?
– Летом. В августе, – пробубнила Лиля с набитым ртом.
– А вот и не в августе, в апреле. Прошлого года. Позапрошлого. С такой интенсивностью через сто лет попадется тебе пенёк дряхлый. И сама такой будешь. Ты в личный кабинет заходила? Помнишь, неделю назад тебя регистрировали в службе знакомств?
– Фу! У меня времени нет.
– Найди.
– А сама ты? Где муж-москвич? Говорила, надо в Москву ехать – и заработаем, и замуж выскочим.
– Я же говорю, сначала нужно долго врубаться и пробовать. За меня не беспокойся. У меня всё под контролем.
– Ну, ты тогда нам обеим найди братьев близнецов. Двоих.
– А чё только двоих? Троих или четверых. Чтоб запас был!
И они смеялись, придумывая, зачем еще могут понадобиться близнецы и в каких количествах.
Глава 18
Мальдивы. Краснопёрка
3 июля 2029 года 9:30
Лиля села на одно из свободных кресел напротив центрального экрана. Два телохранителя встали рядом.
– Присаживайся. Устроимся поудобнее. Уверена, тебе в первый раз будет очень интересно понаблюдать за стиллом.
– А стилличик молодой сразу называет себя Ям? Или первое время путается с новыми местоимениями?
Лиля покачала головой:
– Ему сейчас не до разговоров – он в эйфории. В нирване. А когда придет в себя, ничего не напутает.
Наташа вспомнила давний разговор с элестом Арсением из пятого стилла, еще весной двадцать пятого. Тогда она его спросила: «А почему ты и вы странно говорите? Мым?»
«Эти новые местоимения? Пришлось создать их для насм стиллов. Иначе сложно отделять Я от Ям. Добавляя «м» в конце местоимения, получаем его значение для стилла. Ям – говорю от лица стилла, а Я – от лица элеста. Понятно?»
Наташа вздохнула, с сожалением вспоминая, что по глупой случайности перестала общаться с элестами первых стиллов. Потом одернула себя, спохватившись, что чем дальше держишься от сотрудников НС, элестов и антипальмовцев, тем лучше. А Лиля – это исключение из правил, она понимает, что не стоит человеку постоянно на мозги капать, агитируя в глоферы податься.
Наташа почувствовала, что Лиля ждет вопросов, и ляпнула первое, что в голову пришло:
– Сейчас стилл распадется?
Лиля мельком взглянула в планшет на коленках.
– Пока время для этого не пришло. Сначала нужно наших элестов искупать, переодеть и накормить. Они ели последний раз пять часов назад. Сергей начнет с купания, оно же и дезинфекция.
На центральном экране графики сменили четыре картинки с камер, показывая с разных сторон большую хорошо освещенную комнату без окон с минимумом мебели. На белых стенах висели картины с пейзажами иных планет, чертежи космических кораблей и фотографии сложных приборов. На полу, на пушистом ковре лежала груда подушек.
Наташа узнала лица элестов, которые сидели на двух диванах друг напротив друга. С тех пор как Лиля их показала, мало что изменилось.
Одна из камер транслировала, как Сергей подошел к самому молодому парню, взял за руку и повел в душевую.
Лиля пояснила:
– Юношу зовут Глеб Налесов. Ему полных девятнадцать лет. Это его четвертая Встреча. Он активист «Антипальмы» из Новгорода. Проходил интенсив в линии Захара. Два дня назад выпустил седьмую подопечную – юнгу. Новую еще не взял.
Лиля увидела на лице Наташи непонимание и пояснила:
– Ты же знаешь, что в «Антипальме» наставники интенсива называют себя командирами, а подопечных юнгами. Он приехал во Владивосток в составе группы приглашенных. Там бум «Антипальмы», активистов катастрофически не хватает. С сегодняшнего дня одним командиром у них будет меньше.
Она вздохнула и продолжила:
– Глеб высокоорганизованный человек. Он, в отличие от остальных, не только испытывает эйфорию первого слияния, но и понимает, что происходит. Думаю, он сможет помогать Сергею. Будет транслировать в стилл его просьбы.
Наташа увидела, как в огромной душевой Сергей снимает с Глеба футболку, расстегивает пряжку на ремне и отходит в сторону, кидая футболку в большую корзину для белья. Глеб, покачиваясь, расстегнул джинсы, снял и кинул в корзину, но промахнулся. Сергей улыбнулся и подобрал джинсы с пола.
– Здорово! – всплеснула руками Лиля. – Я же говорила, он контролирует себя. Видишь, сам раздевается!
– Вижу, – ответила Наташа и пожала плечами. Она не понимала восторга…
Ну раздевается парень, и что?
Глеб уже стоял под струями воды и медленно тер себя мочалкой. Сергей пошел за вторым элестом.
Наташа с трудом перевела взгляд с обнаженного юноши на трансляцию гостиной с элестами. Сергей выбрал женщину лет сорока с рыжими короткими волосами и повел в душ.
– Ой! Они что, вместе будут мыться? – изумилась Наташа.
Лиля потерла ладонью лицо и медленно заговорила, тщательно выговаривая каждое слово:
– Да. Все десять. Наталья, напомню, это не простые люди – это элесты одного стилла. У насм во время слияния сексуальных переживаний не бывает. Стилл – это же один организм. Не может нога испытывать влечение к руке. Ты же это знала. Я тебе сто раз говорила, что не сексом мым занимаемся во время слияния.
– Знала. Только увидеть своими глазами – это не то же самое.
– Что? Передумала в элесты подаваться из-за стеснительности? – улыбнулась Лиля, тыкая Наташу в плечо. – Да. Такое видео в сеть не выкладывают! Я считаю, зря.
– Правильно, что не выкладывают. Хоть элестам всё равно, а вот их родственникам будет неприятно, что на их жён, сыновей, матерей может любоваться любой желающий. Твоя мать не обрадуется, если сосед ее – дядя Григорий, будет тебя в неглиже в сети разглядывать.
– Ты права, Наташа. Смотри, их уже трое в душе. Глеб трет спину Диане, а Диана намыливает Генриха. Ты не в курсе, но это очень хороший показатель слаженности. Это дает уверенность в стабильности стилла.
Сергей привел пожилую даму, которая сама начала вяло раздеваться.
Лиля прочитала в планшете:
– Это Ксения Георгиевна Маркова. О, она рекордсменка! Она застиллилась с шестьсот сороковой попытки. В семьдесят пять лет стала активистом «Антипальмы» и научилась рисовать. Это всё для увеличения вероятности застилливания. Видишь, она сделала всё что могла, и у нее получилось!
Наташа недовольно хмыкнула и с завистью произнесла:
– Повезло.
«Активисты “Антипальмы” застилливаются на семь процентов чаще, не прошедших обучение людей. Умеющие рисовать – на пять процентов. Всего двенадцать процентов. Это так мало! Что из-за этого шум поднимают? Я тоже стану элестом. И без повышения шансов. Только чуть позже. Схожу еще на пару десятков встреч. Делов-то!»
И тут Наташа вспомнила о моратории. И в голове у нее мелькнула неприятная мысль, что возможно, именно этих двенадцати процентов ей и не хватило для инициации: «Лилька специально мне это рассказала. Теперь мозги будет промывать повышением шансов. А я-то знаю, что инициация – это случайность».
Она завертелась на стуле и уже собралась встать в выйти в коридор, чтобы подумать в одиночестве, но Лиля взяла ее за руку и тихо сказала:
– Не дергайся. Я с тобой. Всё уладится – верь мне.
Наташа чувствовала, что подруга смотрит на нее, но встречаться взглядом с ней не хотелось. Она дернула рукой, пытаясь освободиться, но Лиля держала крепко.
– Пусти. Я сама.
– Я с тобой.
– Отстань, – зашипела Наташа и выдернула руку.
Неожиданно Лилю загородил сотрудник в белом. На его лице от доброжелательной былой улыбки не осталось и следа. Наташа испуганно пискнула.
Лиля тихо приказала:
– Отставить. Опасности нет. Мы просто беседуем.
Телохранитель отошел на пару метров и замер, не спуская глаз с Наташи.
Лиля погладила подругу по голове, приговаривая:
– Всё хорошо. Это у моих бывших работников старая прошивка срабатывает. Пока не поставят прошивку на своих элестов, будут по-прежнему беречь меня, охраняя, как золотое яичко, и бояться, что я разобьюсь. Пора тебе привыкнуть.
– Пора. Только мне не привыкается что-то, – буркнула Наташа, показыв язык, отвернувшемуся на секунду охраннику.
Лиля хихикнула и кивнула в сторону экрана, где все десять элементов стилла-1476 стояли под струями воды. Надо было всматриваться, чтобы разобрать происходящее в сплетении рук и ног. Мылись не люди, а стилл из десяти элементов. Он мыл себя и не разбирал, чьей рукой чьё тело моет.
Наташе от просмотра этой картины стало дурно. Она не понимала, почему закружилась голова, почему она так часто задышала. Может, от неестественности происходящего? Может быть, от монотонной синхронности движений двадцати рук или от обилия обнаженных тел?
Она отвернулась, пытаясь отдышаться.
– Да! Я тебя понимаю, – радостно воскликнула Лиля, – в первый раз впечатляет. А сейчас они будут одеваться. Координация движений становится всё лучше. Да, они у нас прогрессируют в ускоренном темпе!
Наташа мельком взглянула на экран.
Сергей стоял в стороне и смотрел, как стилл одевается. Элесты натягивали друг на друга свободные штаны и рубахи. Не всё у стилла получалось гладко. Временами элесты не попадали в штанины, а бывало, теряли равновесие, но не падали, поддерживаемые спинами, руками и ногами соседей.
Наташу опять замутило, и она отвернулась.
Глава 19
Мальдивы. Краснопёрка
3 июля 2029 года 10:00
Влад послал мяч в гущу рептилоидов. Один из них выпустил из пасти фиолетовый язык, поймал им мяч, тут же размахиваясь с явным намерением выбить за раз не меньше двух очков. Влад сжался в живую пружину, готовясь к пакости, и в этот момент услышал входящий звонок. Заснеженное поле с зеленым небом, банда рептилоидов и пулей несущийся мяч побледнели, а на их фоне появилась надпись: «Входящий звонок от Новака-1473».
– Добрый день, Новак. Чем могу помочь? – отозвался Влад, пропуская мяч и устремившихся за ним рептилоидов.
– Мне нужна помощь ваших сотрудников, – отозвался в трубке суховатый голос искина. – Вася разрешил использовать вас. Вы достаточно потренировали свою команду, чтобы найти время помочь мне?
– Да. Сейчас переоденемся и будем в твоем распоряжении. Сообщи моей группе, что я приказываю возвращаться в УТку.
– Уже сообщил. Через десять минут я расскажу о ваших заданиях.
– Договорились.
Небо и поле приобрели прежние краски. Рептилоиды и люди, игнорируя мяч и не смущаясь странным видом друг друга, одной толпой топали к машинам.
Влад снял очки.
Проходившая мимо китаянка из Ли-1, повернувшись к Владу, заметила:
– Конечно, выиграл ваш Лёша с наставницей. Это было очевидно с самого начала. Он новичок, а Вася к таким имеет слабость.
– Не задирайся, Лиска. Он отлично играл. Ты сама всё видела! – вступилась Аня.
Влад улыбнулся, раскрывая навстречу объятья женщине за сорок из команды Ли-1.
Они обнялись как старые друзья, и он спросил:
– Катюша, как твои дела? Собираешься брать оке в ближайшее время?
– За этим я к тебе и пришла. Влад, посоветуй мне кандидата. Вера Владимировна впервые разрешила мне самой выбирать. А я смотрю на них всех и, кто бы мог удивиться, все мне нравятся. Это же ненормально?
– Это потому что ты, Катя, великодушная. В тебе любви на весь мир хватит.
Она звонко засмеялась и ответила:
– Вижу своего наста. Ты не изменился за эти пару лет. Умеешь вдохновить. И всё же, как выбрать?
– Давай завтра после обеда встретимся в Московском офисе и детально рассмотрим всех кандидатов. А как у тебя с Питом?
– С сексом лучше, чем ожидалось, а с личным общением хуже. Он из линии Эндрю. А у нас с этой линией плохая совместимость. Мы об этом знали, когда начали встречаться. Думали, проблемы будут в сексе. Оказалось, что это не без усилий и не без компромиссов, конечно, но решаемо. А вот теплых дружеских отношений завести так и не удалось. Мы коллеги, общих тем для обсуждений море, а почему-то не говорится. А только секс – это не то, о чём я мечтала. Всё-таки несовместимость линий – это серьезно. Я в дневнике всё подробно описала.
– Молодец! Ваш опыт поможет и нашей и его линии. Если в тебе тяга к экспериментам до сих пор не угасла, попробуй встречаться с парнем из новой линии. Новые линии стали появляться всё чаще.
– Я на днях возьму оке, и мне полгода будет не до новых линий и не до старых.
К ним подбежал запыхавшийся Лёша, ловко перекидывая трофейный мяч из руки в руку.
Посматривая на Катюшу из Ли-1, он спросил:
– А кто такой этот Новак? И с чего Вася отправил нас ему помогать?
– Новак – искин стилла-1473. Новак – это временное имя всех молодых, неназванных еще ИИ. Мы будем его звать так до тех пор, пока стилл не даст ему имя. Вася – родитель Новака. Он помогает отпрыску, как каждый родитель. Вот нас, бездельников, выделил ему для временной работы.
– Хотелось бы на этого стилла взглянуть. Влад, не поверишь, но я стилла вживую еще ни разу не видел.
– Терпение, парень. Сегодня к молодому стиллу людей не допустят. Все опасаются перестилливания. И куратор и сам стилл.
– Это когда стилл переформировывается? И может вобрать в себя новых элементов и избавиться от некоторых первоначальных?
– Да. Попроси Карину подготовить тебя к первой встрече со стиллом. И не отнекивайся. Подготовка – дело важное. Второго первого раза не будет. Не сегодня, так завтра, после дежурства, Карина привезет тебя сюда. Тогда и пообщаешься со стиллом лично. Не боишься?
– В смысле? Боюсь ли я взгляда стилла? Конечно нет! Мне скрывать нечего.