Два начала

Глава 3

Уже как две недели Натан прибывал в Лондоне, мальчик не знал чем себя занять, он перечитал все любимые книги, устал от парков Лондона, часто слонялся по улицам вместе со своей няней, которая никак не находила чем заинтересовать ребенка. Ее волновало такое унылое состояние Натана, его родители были заняты другими делами, мама находилась в Италии и по непонятной причине не захотела брать с собой Натана, отец же до сих пор находился на черноморской вилле.

К счастью для няни в Лондон приехала ее дочь вместе с мужем и детьми. Зять занимался продажей картин, в Лондон он приехал на аукцион. Натали, дочь няни, приехала отдохнуть и навестить мать. Они остановились в отеле Rubens at the Palace, который считается одним из старинных отелей города, располагался он вблизи Букингемского дворца. В четверг вечером Натан и няня пришли к ним в гости в отель:

– О, мама, как давно я тебя не видела, ты, кажется, уменьшилась,– Натали кинулась обнимать маму, затем свой взор она обратила на Натана,– А ты Натан, какой ты белокурый, очень приятно,– она протянула ему руку.

– Здравствуйте, Натали, приятно видеть Вас в Лондоне, я много слышал о Вас от моей няни,– Натан протянул ей руку следом и слегка улыбнулся.

Натали была женщина дружелюбная, достаточно пухленькая, что придавало ей шарм, ее карие глаза давали жизнь, а рыжие огненные волосы больше склоняли ее к шотландке нежели к француженке, что не мудрено, ведь ее родной дед по отцовской линии был шотландец. У Натали было двое детей, старший мальчик был на год младше Натана, а младшей дочке было не больше двух лет.

После Натали познакомила Натана со своим сыном, а так как маленькая девочка спала гостям было велено особо не шуметь. Натан и сын Натали на удивление быстро нашли общий язык. Сына Натали звали Август, он, так же как и Натан, учился в пансионате, только во Франции. Натану, которому было сложно найти друзей Август показался интересным собеседником, его привлекла его коллекция машинок, которую мальчик бережно хранил в специальном чемоданчике, каждый раз, когда брал какую-либо машинку в руки, то тщательно ее протирал тряпочкой. Это любовь и педантичность к машинкам показалась Натану очень милой. Натан не мог не обратить внимание на другие взаимоотношения в семье, нежели у него дома, его поразила любовь, который каждый из членов испытывает друг к другу и показывает: Натали не ленилась проходя мимо сына погладить его по макушке, а когда пришел его отец Натан и вовсе обомлел от внимание отца к мальчику, он уселся к ним болтать, а после и вовсе позвал их гулять оставив дам наедине. Гулять по Сент-Джеймскому парку в копании отца Августа было куда интереснее, чем с няней и прозой. Даже кормить уток было веселее.

– Мальчики, я знаю как нам скоротать вечер, совсем забыл, что у меня завалялись три билета в кино и угадайте на какой фильм?– с затаенной улыбкой проговорил отец Августа.

– Неужели Безумный Макс три?, – улыбаясь ответил Август.

– Нет, сын, я купил билеты на Джеймс Бонда «Вид на убийство» с Роджером Муром,– торжественно выговорил он.

– Ур-а-а-а!,– закричали мальчики.

Отец подхватил ребят на руки, каждого в отдельную руку и чуть покружился вокруг себя. В этот момент Натан почувствовал ту радость, которую ощущал только на Черном море. Он забыл, что через пару недель ему в пансионат, а в голове у него промелькнула мысль, что таким и должен быть папа, который любит своих детей.

* * * * * * * * * * * * * * * *

Прошел месяц, как Натан уехал в Лондон. Кари тосковала по нему, с каждым днем она все четче понимала, что Натан очень далеко от нее. Но вскоре детские заботы перешли в учебу, Кари сама попросила бабушку подготовить ее к школе. Бабушка и дедушка с радостью принялись за это дело, утром после завтрака, когда дедушка был занят домашними делами, бабушка и Кари учились читать, а затем и писать, вместе с дедушкой после обеденного сна Кари учила английский язык, немецкий язык и арифметику. Девочке нравилось учиться, тем более что Натан ее многому уже научил. В октябре от Натана пришло первое письмо и Кари под руководство бабушки читала его вслух, многое ей давалась еще тяжело, но она росла способной девочкой. От Натана приходили письма часто, мальчик писал не много, но старался описать все важные события которые с ним происходили, для Кари это было нужно, потому что Натан был ее первым другом.

Уже к новому году Кари старательно выводила первые буквы на ответ Натану, написала она немного, всего лишь, что ждет его летом и что учит азбуку. Для мальчика получить это письмо было неожиданно и приятно, однако, он уже с головой ушел в учебу, играл в футбол и старался получать отличные результаты. Но с ответом для Каролины не стал медлить, ощущая, как необходимо ему писать ей и как необходимо ему получать письма от нее. «Эта маленькая девочка с необыкновенным миром внутри»,– часто думал Натан про Каролину. Его, также, поражало, что порой ему недоставало заводного смеха Кари и ее улыбки, ее глупых детских вопросов. Иногда его, наоборот, могло раздражать, что он так привязался к ней, но в миг старался забывать об этом, закрывая глаза и представляя то волшебное лето.

Прошла осень, зима и наступила весна. Натан с отличием заканчивал этот год, а Кари все лучше ему писала, за это время дети еще подросли, вытянулись и окрепли. Натан ждал, что вот отец обрадуется его успехам и отвезет их на Черное море, пусть даже на несколько недель. Но под конец учеба тянулась все медленнее, что не давало спокойствия Натану. В его планах была скорейшая встреча с Кари.

Летом Лондон был усыпан зеленью, во всех парках и скверах благоухали цветы, лето являлось любимым временем Натана в Лондоне, свои дни он проводил как правило в Кенсингтонском парке. Няня брала с собой корзинку, в которой лежал приготовленный заранее ланч, укрытый пледом для приятного провождения времени под деревом. Натан всегда выбирал одно и тоже дерево, под широкой кроной которого он ощущал себя в безопасности. С этого места им с няней открывался вид на реку и других отдыхающих людей. Многие играли в крикет, иногда и сам Натан присоединялся и заводил новые знакомства. Однако, такое времяпровождение наскучило Натану через неделю, этому и поспособствовала и неожиданно дождливая погода в Лондоне. Два дня Натан и его няня находились в доме из-за жуткой грозы, без остановки лил дождь, мальчик только сидел на кушетке возле подоконника и посматривал на огромные пузыри в лужах. В этот момент ему хотелось ощутить теплый морской воздух и вдали увидеть дом Кари, а там поглядеть и она стоит со своим дедушкой, пуская змея, невольно он заплакал, ощущая насколько он одинок, отец никак не приезжал за ним в Лондон и за целый год мама ни разу не написала ему ни строчки, а мальчики с которыми он учился в гимназии были лишь его товарищами по учебе. Казалось, к нему опять возвращается меланхолия. Это негативное настроение ребенка начало снова волновать няню и с позволения отца Натана она отправилась с ним во Францию к берегам Средиземного моря, на Лазурный берег, где располагалась летняя вилла ее Натали. Невозможно точно сказать был ли рад Натан такой перспективе, ведь в его голове была Румыния и долгожданная встреча с другом, но и увидеть Августа он был не прочь, тем более мальчики были заинтересованы в общении друг с другом.

Небольшая вилла располагалась в нескольких шагах от моря, поэтому Август и Натан все время проводили на пляже, Август познакомил Натана со своими летними друзьями. Ребята быстро сдружились, придумывая каждый день себе досуг, Натан и вовсе забыл о своих бедах, он стал более радостным и дружелюбным, в его глазах появился огонек и теперь их нельзя было назвать небесно-голубыми с ноткой грусти и печали, это был синий, лучезарный искрящийся взгляд. Изменения в мальчике сразу заметила его сердобольная няня, а затем и ее дочь, обе поняла, что приятная компания и свежий воздух помогли Натану избавиться от его меланхолии.

За это лето Натан и Август действительно сдружились, теперь они считали себя лучшими друзьями и Натан, осмелившись, решил рассказать Августу о Кари.

– Ты в нее влюблен? – вдохновленный историей Натана спросил Август.

Натан в легком недоумении поднял глаза на Августа и увидел выжидающий диковатый взгляд, мальчик был очень похож на маму, у него были рыжевато-красные волосы, лицо слегка усыпано веснушками, а в глазах был не то что огонь, там бушевало пламя и та жизнь, которую Натан с радостью перенимал у него. Возможно, именно эта жизнь напоминала ему Кари, которую он всегда вспоминал с досадой. Его волновало, что она до сих пор не ответила на его письма. Первым делом он подумал, что неправильно написал адрес во Франции, тогда он написал еще письмо, а адрес ему писала няня. Однако, ответ не приходил и несмотря на то, что каждодневные прогулки с новыми друзьями не давали об этом думать, каждый раз оставаясь с собой один на один он возвращался к этим мыслям.

Август щелкнул Натану по носу, засмеялся и повторил вопрос.

– Тише, Август,– встревожено сказал Натан,– Своим заводным смехом ты разбудишь свою маму и она нас выругает!

– Моя мама никогда нас не выругает и тем более тебя, она просто в восторге, что ты проводишь у нас свои каникулы, еще никогда я не видел, чтобы она любила моих друзей, на каждого моего знакомого, приятеля или друга у нее находится bon mots (острое словцо, фр), про тебя я слышу только похвалу и это не может не радовать меня, ведь я и сам в восторге от тебя, mon ami (друг, фр),– Август искренне похлопал Натана по плечу.

– Спасибо, mercy! Ведь раньше теплые слова я слышал только от учителей,– смущенно добавил Натан.

– Так что же, как говорит мой папа у тебя amour?

– Да нет же, Кари не может не нравиться, как я тебе рассказал у нее такие черные волосы, а еще пахнут цветами, глаза же ее полны жизни еще больше, чем твои и она самая милая девочка на планете, правда с другими я и не знаком особо.

– Ха, это я без проблем тебе устрою. Завтра мы пойдем пугать девчонок из пансионата: три сестры, из школы для девочек живут неподалеку, обычно мы одеваем черные балахоны и говорим в трубку, слышал бы ты как они визжат, особенно младшая София, это так смешно Натан,– Август покрылся красными пятнами и начал пародировать крик девочки, мальчики стали смеяться и подняли весь дом.

Так и прошло лето Натана, ближе к осени он вернулся в Лондон и, не увидевшись с родителями, изъявил желание на следующий день уехать в гимназию раньше намеченного срока. Он не тосковал по лету, он был рад тому как он его провел, огорчен, тем, что Кари так и не ответила ему, мама не интересовалась им, отца он слышал только по телефону. Проезжая красивые поля Англии по дороге в гимназию, Натан был разочарован лишь мыслями о Кари, он смотрел из окна вагона, подперев голову обеими руками, надеясь на следующее лето, а может даже зиму, как утверждал его отец. Няня наблюдала за Натаном весь путь до гимназии и она, конечно, обратила внимание насколько вырос мальчик за лето, как он повзрослел внешне и как без остановки растет умственно, она пообещала себе, что по приезду в Лондон обязательно поговорит с его отцом об отношении родителей к мальчику.

Глава 4

Кари уже не могла писать Натану, одним майским днем ее мама приехала за ней навсегда. Кари долго плакала, она не хотела покидать любимую бабушку, завсегда веселого дедушку, Лютеина и надежду на приезд Натана. В то же время, она всегда скучала по маме, но скорее успела привыкла к их редким встречам. Мама Каролины явилась, как вестник перемен, спустя годы она встретила новую любовь и собиралась вместе с дочерью и новым мужем обрести счастье семьи в России.

Маленькая Кари, прилипшая к юбке бабушки, выплакав все слезы уехала с мамой и отчимом в Москву. Для Кари новая жизнь оказалась страшной. Москва по сравнению с ее тихим побережьем была гигантской. Все, что радовало ее в Москве это газированная вода и мороженое в ГУМе. К сожалению, Кари не успела взять с собой ни одного письма Натана, а возвращение в Румынию предвиделось нескоро. Мама записала ее в подготовительную группу, где Кари готовили к первому классу. Жизнь Кари круто изменилась, рядом появились совсем другие люди, из близких была только мама. Все чаще она стала плакать и хотела вернуться к бабушке, тем более она очень боялась, что вернувшись Натан не встретит ее ни на пляже, ни в персиковых садах, ей особенно не хватало общения с другом. Маме она не закатывала сцен и только ночью тихо всплакивала и вспоминала всех по кому очень грустила. Со временем эта печаль немного прошла и в конце концов привыкла к Москве, к новым друзьям и к обстановке. А с сентября следующего года Каролина пошла в школу, что и вовсе заставляло ее меньше страдать, она часто звонила бабушке, а бабушка говорила ей, что Натан пишет каждый месяц, правда никак не могла разобрать адрес, с которого он отправлял письма, но обещала, что они с дедом обязательно разберут его почерк и вышлют в письме и адрес и несколько его писем, дедушка грозил и наставлял Каролине, чтобы она не переставала учить английский и та с трепетом внимала.

Во время учебы в школе Каролина обзавелась подружками, никто не стал для нее близким другом, но провести приятно время она всегда находила с кем. По началу ее весьма расстраивало, что ни с одним новым другом она не ощущает душевной связи и единомыслия, но после она привыкла и осознала, что понимать ее в этом мире, достойно и верно, как на одной волне, может только Натан. Период первых влюбленностей она пропустила. Никто не был мил ей настолько сильно, как было мило воспоминание о Натане, она боялась потерять это воспоминание. Но Каролина не могла не нравиться мальчикам, она и сама понимала это глядя в зеркало, поэтому, если кто-то из противоположного пола проявлял к ней интерес она направляла в его сторону мысль с четким и уверенным: «Не смей ко мне подходить!». Чувствительные шарахались и считали ее высокомерной, настойчивые получила сухие ответы. Когда и ей самой кто-то начинал нравиться, то она быстро разочаровывалась и внутренний голос кричал ей, что это все не ее. Свое она знала с детства.

Конец обучения в школе пришелся Каролине на 1998 год. И это была Россия нового рубежа, смена власти и пять лет смуты до этого. Сокращались рабочие места, заработная плата не выплачивалась в большинстве случаев, люди ввергались в забвение. В это самое забвение впала и семья Каролины. Как только она поступила на первый курс в их семье начались трудности, отчиму не выплачивали зарплату, а мама не работала. Тяжелая ситуация в семье привела маму Каролины к обязательству искать работу, устроиться она смогла лишь уборщицей а театре, Кари ходила голодная и очень похудела за это время, к началу второго курса она пребывала в унылом настроении, все чаще не вспоминала о Натане, который за эти годы потерялся для нее и был лишь приятным детским воспоминанием, сказкой. Каждый день она искренне надеялась, что когда-то встретит его вновь, того милого, застенчивого мальчика, которым она его запомнила. А письмо, с обещанным адресом, от бабушки и дедушки так и не дошло до Каролины, не потому, что они не отправляли, а потому что оно было «ПОТЕРЯНО И ТОЧКА»,– говорили в отделении почты.

Ситуация в доме не улучшалась и Кари решилась на отверженный поступок. Однажды она собрала все нужные себе вещи и отправилась в Румынию первым же поездом, она мечтая увидеть бабушку, обнять ее, наверняка ее седина стала еще больше, вновь отправиться на морские прогулки с дедушкой, надеялась, что Натан будет там, будет на своей вилле. Ведь именно сейчас, когда все годы она мечтала увидеть своего друга и сейчас в момент особенно тяжелый, она хотела увидеть его улыбку. Всю дорогу в Румынию она не смыкала глаз, в голове крутились ворохом вопросы, дома она оставила лишь короткую записку, что уехала к бабушке и постарается быть дома через неделю. Она волновалась, что бабушка, которая была уже в преклонном возрасте, не дождется ее несколько дней, что Натан уже там не живет и что могло случиться что-то плохое…

Выйдя на вокзале в Румынии, Каролина почувствовала себя в детстве, ее охватила огромная любовь к этой стране и людям, которые там жили. Как давно она ощущала этот добрый запах детской родины, как хотелось ей теперь увидеть море и ее маленькую бабушку, заглянуть в ее глаза и сказать как она скучала все эти годы, как она была не рада их неожиданной разлуке и как счастлива она теперь, приехав сюда.

Ворота к дому бабушки не изменились, голубая краска почти слезла, виднелась ржавчина, по забору пошел сорняк, персиковые сады, которые были по правую сторону от дома были запущены, но не вырублены. Кари подходила к дому тихо, чтобы никого не напугать своим шумным появлением. Во дворе дома она увидела мужчину, который нес ведра, напоминающие ведра, в которых они с дедушкой носили пойманную рыбу. Приглядевшись к этому седому, сгорбленному мужчине, Кари разглядела своего дедушку и громко крикнула: «Д-Е-Д-У-Ш-К-А!». Она кинулась его обнимать. Тут же ее окутал запах моря и рыбы, тот запах, который ей напоминал чудесное детство, проведенное на море.

– Дедушка это я, Кари,– с заплаканными глазами произнесла Каролина, она смотрела в черные грустные глаза дедушки и увидела как грусть сменилась на радость, а на глазах появились слезы,– Дедушка, я приехала к вам с бабушкой, я так скучала по вам, о Боже, как я не рада такой долгой, мучительной разлуке. Вы моя радость, как мама могла разлучила нас и не появляться здесь, – она снова обняла дедушку и горько заплакала на его плече.

Дедушка, также, как и Каролина заплакал и ответил, отодвинув от себя внучку, чтобы посмотреть на нее:

– Кари, персик наш, ты приехала! Признаюсь тебе, мы боялись с бабушкой уже и не застать этот момент…

– Ну что ты говоришь, молчи не говори такого, я так люблю вас, где бабушка?,– вытирая слеза спросила Кари.

– Она пошла в сады, она всегда в них ходит, вспоминает ваши прогулки, она очень приболела, плохо ходит Кари, ждала тебя каждый день, думала вот ты идешь с мамой, а вот ты и пришла,– плача сказал ее дедушка.

Каролина еще крепче обняла его и что есть сил поцеловала в щеку. Она взяла одно ведро и задорно сказала:

– Каков улов, занесем это в дом, а потом и мои вещи, и я поищу бабушку.

– Да, дорогая, пройдем в дом.

Заходя в персиковые сады Каролина вспоминала все что с ней там происходило, прогулки с мамой, с бабушкой по утрам и, конечно с Натаном, она шла медленно по известному себе пути, который вел к старому колодцу, подул сильный ветер, в воздухе показался запах свежести, Кари закрыла глаза, подняв руки к небу и улыбнулась, подумав: «Вот чего мне не хватало, мой дом, любимый дом».

Подходя ближе к колодцу, Каролина различала фигуру сидевшую на нем, совсем белесая, в своем синем платье, волосы бережно убраны в пучок, слегка сгорбленная – это ее бабушка, уже старенькая и так нуждающаяся в ней. Кари остановилась на секунду, чтобы запомнить этот момент, заплакав, она медленно пошла к ней. Бабушка, которая полностью ушла в свои мысли, услышав шорохи, поначалу подумала, что это дед, но подняв глаза увидела молодую девушку, с черными, длинными, густыми волосами, худощавая, но с живыми глазами, глазами ее внучки.

– Каролина, о Бог мой, моя Кари, – бабушка сорвалась с места и кинулась обнимать внучку. Она обнимала ее так долго будто бабушка и внучка приросли друг к другу.

– Бабушка, моя милая,– Кари, оторвавшись от бабушки взяла ее лицо в руки и всматривалась в морщины, которые появились за эти годы. Она уже не была такой маленькой как раньше, она уже была выше бабушки,– Бабушка, как я скучала!

– Внученька моя, я знала, что ты не можешь не приехать в мои последние годы,– со слезами произнесла бабушка Роза.

– Ну что ты говоришь,– передернула ее Кари,– что ты такое говоришь…

Дабы смягчить ситуацию, бабушка приобняла Кари за талию и двинулась с ней в сторону дома:

– Сейчас я покормлю тебя, дед покажет тебе нашего нового пса, ведь Лютеин сдох давно и мы взяли маленького подкидыша, а ты нам с дедом расскажешь как и что у вас дома.

Кари слушала бабушку, качая головой, она робела спросить самый главный для нее вопрос: «где Натан?».

Весь день бабушка и дедушка были заняты своей внучкой, они слушали ее рассказы о Москве, о жизни там, Кари только и слышала охи и ахи. Бабушке не было что рассказать, ее жизнь за это время мало изменилась, разве что деньги стали другими, да и поселок стал меньше, многие люди уехали в город, другие умерли, той детворы, с которой Кари пыталась дружить уже и не осталось, кто женился, кто уехал. Бабушкина подруга, через два дома от них умерла три года назад, так бабушка Роза больше никаких сплетней не знала, ну а дедушка всегда был тихоней, только с семьей и только дома. Изменений в доме тоже не предвиделось, все осталось на своих местах, комната Кари располагалась как и раньше на втором этаже, где из круглого окна открывался вид на морские дали. Кари даже показалось, что бабушка не меняла белье на постели, от того все было по-старому, как в детстве. Ее игрушка, мишка ручной работы от бабушки Розы, стоял аккуратно на большой подушке, не затертый и не потрепанный, аккуратный, точно такой, каким она его и оставила. Кари села на кровать и тяжело вздохнула, ее голова готова была треснуть, столько информации она выложила и не меньше получила, тем более она переживала за маму с отчимом, которые могли сильно обидеться на нее. Но она увидела бабушку и дедушку совсем старенькими, что пугало ее еще сильнее, она не знала где Натан и это словно поедало ее мозг, в конце концов усталость от дороги победили думы, откинувшись на подушку Кари заснула мгновенно, ей даже ничего и не снилось, в четыре утра она просто встала и поняла что хочет пройтись по пляжу. Встав с кровати, она взглянула в окно на небе еще были звезды, все небо было усеяно ими, в Москве, где летом на небе в лучшем случае звездочек десять, Кари вспомнила детство и то как часами с бабушкой и дедушкой смотрели на это усыпанное звездами небо. Она быстро собралась и тихо, чтобы никого не разбудить вышла и дома. Дорогу к пляжу ей не нужно было показывать и в темноте, лишь при свете луны, она помнила как идти. Подходя ближе к морю, Кари слышала тихий шум от волн, она побрела вдоль воды и размышляла обо всем, изредка останавливалась и смотрела на небо, считая звезды. Сейчас отдохнув и выспавшись, она радовалась месту куда приехала, радовалась запаху моря, звездам, бабушке и дедушке. Радовалась, что сейчас она стояла позади виллы, виллы где жил летом Натан, она так хотела увидеть как выглядит сейчас этот белокурый, стеснительный мальчик, с обворожительной улыбкой и ясными глазами. Кари села на песок и смотрела в сторону моря.