Виртуалка
- -
- 100%
- +
Эфирка проследила за её взглядом.
– Я бы на твоём месте не стала. Поверь, мы пробовали.
Эфирка задумчиво принялась чесать руку. Одну, потом вторую. Поморщилась.
Медянка поверила.
Некоторое время они просто сидели, потом Медянке стало скучно.
– Значит, вы ищите выход. – Задумчиво сказала она.
– Ага.
Медянка посмотрела на стену, к которой крепились лестницы. Они крепились боком – ступеньки одной стороной вмонтированы в стену, а со второго края над ними поручень.
– А если посмотреть сверху? – Спросила она. – Залезть по боковым лестницам? Может, что-нибудь полезное увидим?
Эфирка вздохнула и закатила глаза. Молча встала.
– Пошли.
Они пробрались мимо отвисшей сетки к стене, где начиналась одна из лестниц. Эфирка протянула руку, схватила одну из ступенек и дёрнула. Раздался скрежет металла. Она дёрнула ещё раз, сильнее. Потом передохнула, обхватила ступеньку обеими руками и дёрнула в третий раз.
Медянка с интересом наблюдала за происходящим. Но для неё стало неожиданностью, когда Эфирка вдруг отпрянула от стены, а в руках у неё осталась ступенька. Та показала железку, повертела ею и бросила на пол.
– Поняла?
– Да.
Медянка вздохнула. Глупо было думать, что они не догадались бы залезть по лестнице и посмотреть на помещение сверху.
– Но на самом деле мы проверяли. – Смилостивились Эфирка. – Вольф на доске поднимался.
– На доске? – Медянка нахмурилась и оценивающе посмотрела вверх.
– Ага. Я же говорила, он крут. – Эфирка довольно прищурилась. – Прямо над лестницей! И поверху пролетел над этими всеми этими… – Она помахала рукой, подбирая слова. – В общем, вон там сверху. Представляешь?
Медянка прищурилась. На самом деле она вдруг поняла, что очень хорошо это себе представляет. Так хорошо, будто сама пробовала! Доска ведь устроена так, что парит только над твёрдой поверхностью, иначе не было бы никакой сложности пересечь любую пропасть. И этот их Провал, каким бы он ни был! Но нет, доска держится только когда внизу, в полуметре, земля. Если нет устойчивой поверхности – сразу же наклоняется, дёргается, переворачивается, в общем, падает. А подняться по лестнице и там летать на высоте по этим дырявым мостикам… это нужно особое умение. Прямо мастерство!
И отсутствие всякого страха, ведь ей даже подумать жутко, как легко оттуда свалиться!
А он летал!
Невольно она почувствовала раздражение. Вольф то, Вольф сё! Достали уже его нахваливать! Она подавила слабый голос восторга, который пищал, что проделать такой полёт под потолком мог только очень смелый человек. И только обладающий большим опытом полёта на доске. И что это достойно восхищения. Нет уж! Этого Вольфа… его слишком много!
Эфирка продолжала нахваливать его, а Медянка сжала губы и отвернулась.
– Ты чего? Устала что ли? – Удивилась та.
– Да голова снова болит. – Соврала Медянка.
– Тогда ложись, отдохни.
– Где? Тут?
Вокруг был только бетонный пол, странные сломанные машины и мусор.
– Да. На. – Эфирка со вздохом протянула ей рюкзак. – Под голову. Хоть что-то.
Ну, Медянка подумала и решила попробовать. Чего терять? Она улеглась на бок, еле пристроила плечо и бедро, чтобы косточки не сильно давили, положила рюкзак под голову – так можно немного полежать.
Эфирка сидела на месте, но кажется, совсем не устала. Она что-то напевала себе под нос, ковырялась в железках, которые лежали вокруг, хватала их, рассматривала и бросала обратно, потом расчёсывалась маленькой расчёской, в общем, чувствовала себя бодрой.
Медянка закрыла глаза. Она попыталась вспомнить… что было раньше. Ну, до того момента, когда раздался оглушительный грохот и она появилась в бетонном кубе. Она ведь там появилась? Не была всегда?
Голова тут же отозвалась болью. Она невольно вздрогнула.
– Ты опять думаешь? – Спросила Эфирка.
– Не могу не думать.
– Можешь. Песни пой. Или считай. Песни лучше помогают.
– Ты поэтому поёшь?
– Ага. Мы все чуть что петь начинаем.
– Хорошо, я попробую.
Медянка зажмурилась и вспомнила хорошую песню. “Огни над башней острокрылой, и два десерта на обед”. Хм. Это кто-то придумал… кто-то…
Голову снова сжал стальной обруч. Ах ты ж чёрт!
Надо что-нибудь попроще… Она стала просто напевать какой-то мотив без слов. Со временем попустило.
Медянка почти задремала. Эфирка чуть позже тоже легла, приспособив под голову свою короткую курточку. Под курткой у неё была только майка с тонкими бретельками, но в помещении было тепло.
Потом Медянка открыла глаза. Сон не шёл. Вот совсем не спалось, хотя она чувствовала себя уставшей.
Эфирка смотрела на неё, потом вздохнула.
– А у тебя есть парень? – Вдруг спросила она.
– Парень? Нет. – Уверенно ответила Медянка.
– А у меня есть.
– Да? И кто он? Где он?
Лицо Эфирки напряглось… потом она резко зажмурилась и застонала. Нос у неё побелел. Она сжала зубы и стала быстро напевать какую-то песенку.
Медянка впервые видела со стороны, как выглядит человек, который слишком много думал. Да уж, приятного мало. Кажется, её сейчас удар хватит.
Эфирка пела и всхлипывала. Но кажется, отвлечься ей не очень удавалось.
Тогда Медянка сказала:
– Слушай, а внизу? Вы искали… люки какие-нибудь в полу? Решётки, которые можно убрать? Ну, трубы там какие-то?
Эфирка резко замолчала. Убрала руки, которыми сжимала голову, выдохнула.
Через время сказала нормальным голосом:
– Ну, мы смотрели под ноги, было дело. Но специально в полу ничего не искали.
– Почему?
Медянка прищурилась. И ощутила какое-то превосходство. Вот оно! То, что они не смогли придумать. А она – смогла.
– Да потому что у нас нет инструментов, чтобы отодвигать тяжёлые машины… или те же кубы, к примеру. А открытые участки мы осмотрели. Могли и пропустить, конечно, если проход замаскирован, ну так его тоже без инструментов не обнаружить. Нужен хотя бы простенький сканер. А у нас ничего нет. В общем, Вольф решил специально ресурсы на это дело не тратить.
– Вот как.
Медянка еле сдержалась, чтобы обиженно не нахмуриться. Она уже почти почувствовала себя особенной, и тут такой облом.
Они снова замолчали.
Медянка основательно отлежала бока к тому времени, когда, наконец, раздались шаги и вернулся Уран. Он подошёл и с тяжёлым вздохом упал с ними рядом.
– Ну как? – Лениво спросила Эфирка.
– Ничего нового.
– Тогда отдыхай и дальше пойдём.
– Дай пакетик. – Попросил тот. – Это ускорит отдых.
– Фиг тебе.
– Ну почему? – Кажется, действительно удивился он.
– Не дам и всё.
Уран тяжко вздохнул, но больше не просил.
Медянка подумала было, а чего это Эфирка распоряжается пакетами, ведь они все вместе их нашли, просто к ней в рюкзак сложили, но решила не лезть. Непонятно пока, какие у кого в этой группе обязанности. А начнёт выступать – могут и прогнать.
Она вдруг подумала, что мало кто бы её принял… вот так вот, просто потому, что она по дороге попалась. Очень мало кто.
Но промолчала. Не спрашивать же, в самом деле, зачем они её подобрали? Они что, всех ущербных подбирают? А то спросишь, глядишь, и передумают дальше за собой тащить. Поэтому она сидела, вернее, лежала, тихо-тихо, а потом, когда все отдохнули, молча слушалась каждого слова и делала, что говорили.
И вот через пару часов они пошли вдоль стены в другую сторону. Шли довольно долго, но было не скучно благодаря окружающим предметам. Они всё время менялись. То громоздкие машины, то бетонные кубы, то груды ящиков, то пластиковые бочки. Разглядывать было интересно.
Так они дошли до прорехи в стене. Медянка даже не поняла вначале, что это такое. Оказалось, что стена в одном месте раскололась и теперь через эту огромную трещину можно было пройти дальше, за стену.
– Вот. – Уран остановился напротив широкой щели. Внутри было темно.
– Кажется, они ещё не вышли? – В голосе Эфирки прозвучало удивление и тревога.
– Это было бы хреново.
Уран отошёл, осмотрелся.
– Они внутри. – Эфирка указала на какую-то горку из камней. – Видишь? Они оставили знак.
– Что значит этот знак? – Спросила Медянка.
– Значит, что они сюда не возвращались.
Уран подошёл, посмотрел на пирамидку, потом нервно потоптался на месте.
– Ну, чего? – Отрывисто сказала Эфирка. – Или ждать, или за ними идти. Чего мы ещё сделаем?
– Знать бы ещё, где Вольф.
– Может, с ними?
– Может.
– А как он с ними? На доске в темноте? – Удивилась Медянка.
Эта парочка снова переглянулись, будто услышали вопрос от младенца.
– Доску можно выключить. – Сказал Уран.
Ну да, у Медянки сразу уши покраснели. Конечно же! Глупый вопрос. Правда, она тут же выкрутилась.
– Просто доска тяжёлая. А тут её не оставили. Видите, нигде нет? Логично предположить, что хозяин доски не внутри.
Ха! Наверное, она собаку на отговорках съела! Так быстро найти выход. Просто молодчина!
– Логично предположить… было бы, если бы речь шла о ком-то другом. – Вздохнула Эфирка.
– Угу. – Поддакнул Уран. – Вольф фиг бы доску тут оставил.
– А почему нет? – Удивилась Медянка.
– Да потому что это Вольф! Он с собой доску потащит, я не сомневаюсь. Но не оставит.
– Ну, ладно. – Буркнула Медянка и отвернулась. Вольф то, Вольф сё! опять этот Вольф! Носятся с ним и его дурацким характером как неизвестно кто!
– Предлагаю ждать. – Тем временем со вздохом сказала Эфирка. – Кто его знает, что там, в лабиринте.
– Ну, наверняка они пошли по обычной схеме. Направо вдоль стены. – Ответил Уран.
– Предлагаешь идти следом?
Они подошли к проёму. Медянка даже представления не имела, отчего стена потрескалась, но это точно не был запланированный при строительстве проход. Через огромную трещину виднелись белые ровные стены. Какой-то коридор шёл мимо трещины, одинаково тёмный направо и налево. А на стене была большая надпись “Три-Зерг”.
– Три-Зерг… – Бездумно прошептала Медянка. – Ну, три, ладно, порядковый номер. Но что такое Зерг? Вы уверены, что это номер коридора?
– Думаешь, нет? – С интересом спросил Уран.
– Если бы это был настоящий вход… логично было бы считать надпись нумеровкой. Но ведь это… дыра в стене. Это обозначение на стене может быть чем-то другим.
– Ну, эта надпись что-то означает, кто спорит. – Сказала Эфирка. – Что, мы не знаем. Но называть по надписи это место удобно.
– Будем ждать. – Вдруг заявил Уран, подошёл к ближайшим ящикам и уселся на них. Покосился на рюкзак Эфирки, но лишь тяжко вздохнул.
Медянка села как можно ближе к дыре, подпёрла рукой подбородок и стала смотреть на эту загадочную надпись. Что это значит? Что?
Не то чтобы она верила, что поняв надпись, сможет найти отсюда выход, но надо же было чем-то заниматься.
Впрочем, скучала она недолго. Всего-то успела придумать несколько трактовок странного названия, дурацких и бессмысленных, так что о них даже говорить не стоит, как раздался тихий шелест и к ним из-за ближайшей громадной машины вылетела доска, на которой, конечно же, стоял Вольф.
Опять этот Вольф! Медянка его уже терпеть не могла! Он её уже раздражал. Носятся с ним, будто он сахарный!
Вольф притормозил и спрыгнул с доски, которая осталась висеть в воздухе. Окинул их всех быстрым взглядом, но казалось, от него ничего не укрылось. Ни полный рюкзак за спиной Эфирки, ни задумчивая поза Медянки, которая в упор смотрела в дыру.
– Давно они там? – Сразу же спросил Вольф.
Глава 2. Провал
В прошлый раз Медянка не успела хорошенько расслышать его голос, а оказывается, он довольно необычный. Будто Вольф охрип и его сорвал. Немного. Слышались такие странные сипы. С таким голосом просто невозможно кричать, кстати, только говорить. И то ненадолго хватит.
– Мы разошлись несколько часов назад. – Сказал Уран и тут же встал, будто не мог сидеть при Вольфе. – Сюда пришли полчаса назад.
– Что нашли?
– Жёлтые пакеты. – Эфирка с готовностью потрясла рюкзаком. – Будешь?
– Потом.
Холодные глаза остановились на Медянке и ей снова стало не по себе. До чего же неприятный взгляд! Так и хочется попросить не пялиться!
– Медянка говорит, что проход может быть под землёй. – Вдруг сказала Эфирка. – Под полом.
– Может. – Спокойно ответил Вольф и наконец, отвёл взгляд. – Не слушали?
– Ничего не слышно. – Ответил Уран.
Тогда Вольф пошёл ко входу в дыру. Пролез в коридор и скрылся с глаз. Медянка вытаращилась и повернулась к Эфирке.
– Не, он далеко не пойдёт. Послушает и вернётся. – Сказала та, но как-то не очень уверенно.
– Послушает?
– Ну, в замкнутых коридорах очень хорошая слышимость. Если они недалеко, их можно услышать.
Тогда Медянка посмотрела на Урана. Она не знала, что делать. Хотелось бежать следом за Вольфом и посмотреть, что там, и тоже послушать, но вряд ли это нормально воспримут. Хотя…
Почему нет? Она же не собирается мешать или вредить? Почему просто не попробовать? Тем более им и самим надо было послушать! Сразу!
Медянка вскочила с места и быстрым шагом, не оглядываясь, пошла к дыре. Эфирка и Уран её не останавливали.
Медянка переступила через трещину и оказалась в коридоре. Пол был вымощен глянцевой плиткой. Она сразу посмотрела налево, туда, куда ушёл Вольф.
Он стоял на расстоянии метров десяти. Видимо, на границе света, потому что в темноте был виден лишь его силуэт. Медянка огляделась и пошла к нему. Стены… стены и потолок совершенно ровные, никаких больше надписей. По крайней мере, в тех местах, где ещё было что-то видно. Но вскоре стало совсем темно и Медянка смотрела только вперёд, на силуэт.
Вдруг впереди зажглись два синих огня. Она вздрогнула и остановилась.
На миг они потухли. Или приглушились. Всего на миг. А потом зажглись снова. Что это?
Огни горели, но иногда пропадали… с такой периодичностью… как будто… мигание?
Да это у него глаза светятся!
Невольно Медянка почувствовала восхищение. Глаза в темноте светятся? Обалдеть!
Она подошла к Вольфу и не удержалась.
– У тебя глаза в темноте светятся, да?
– Да.
– Ты, наверное, и видишь в темноте?
– Да.
– Это… здорово. – Она покачала головой. Украдкой поднесла к своему лицу ладонь и взглянула на неё – вдруг и её глаза светятся – но ничего не произошло, следов на ладони не было.
– А у тебя какая способность? – Спросил Вольф.
– Способность?
Она медленно опустила ладонь и посмотрела на него. Так, вблизи, были видны не только глаза, а и лицо. В таком голубоватом холодном свете, словно они в ледяном плену.
– Да. Я очень хочу знать, что ты можешь.
В его голосе появились какие-то агрессивные нотки. Медянка вдруг напряглась. Нет, она не боялась, что Вольф что-то сделает с ней… а, собственно, почему не боялась? Она ведь, ну… одна. Они тут одни! Вдруг он… ну, набросится и придушит?
– Ты глухая? – Спросил Вольф. – Или твоя особенность – тупить?
– Чего? – Тут же разозлилась Медянка. – Тупить?
– Ну, ты же не отвечаешь.
– Да я просто не знаю ничего про особенности! У меня никаких нет.
– Есть. У всех есть.
– А у меня нет! – Огрызнулась Медянка.
– Ясно.
И он замолк. И даже отвернулся.
– Почему ты ко мне придираешься? – Не унималась Медянка. – Зачем ты меня оскорбляешь?
На ней снова сосредоточился синий свет его взгляда.
– Я тебя не знаю.
– То есть?
– Всех остальных я знаю. Тебя – нет.
– Как знаешь?.. – Она нахмурилась. – Вы же все… вы просто вместе появились. Как и я.
– У нас у всех есть это. – Он вдруг задрал рукав и показал на запястье знак. Такой же, какой был у Ртути на ладони – круг с мелкими надписями в центре. – А у тебя есть?
– Может и есть!
– Может быть. – Вольф вдруг наклонился и уставился ей прямо в лицо. – Но дело не только в знаке. Когда я вижу их, я… я их знаю. Тебя нет.
– Ничего не понимаю. – Медянка отвела взгляд. Было как-то неловко стоять в полной темноте, где только его глаза и слушать его сиплый голос. – Но если тебе что-то не нравится, лучше прямо скажи.
– Мне не нравится, что я тебя не знаю.
– Да почему? Нельзя же знать… ну, знать всех! Может быть, ты просто ошибаешься, просто не помнишь.
Глаза застыли. А потом так странно засветились, будто выцветали, становились бледными.
Медянка невольно задержала дыхание и подалась вперёд.
Вольф задрожал. Его лицо стало как маска, он мелко задышал, силясь… будто что-то хотел вспомнить.
Ему больно. Вот что происходит. Очень больно.
Он что… он думает о том, о чём не нужно?
– Что ты делаешь? – Спросила Медянка. – Зачем ты это делаешь?
Вольф молчал, только лицо становилось всё более напряжённым. Глаза тускнели, а кожа белела, и билась вена на виске, и сжатые зубы разве что в порошок не стирались.
– Остановись!
Он не слышал. На это было ужасно смотреть! Будто у него голова раскалывалась, ещё немного – и она треснет и череп раскроется, словно орех! Медянка сглотнула от страха, она просто не знала, что делать – Вольф её совсем не слышал! Он продолжал усиленно думать, он пробовал вспомнить что-то, и, кажется, это его убивало.
– Не надо!
Она подошла и положила руку ему на грудь. Сердце билось быстро и слабо, будто на последнем издыхании.
– Пожалуйста, не надо! – Повторила Медянка и провела по его груди рукой вверх до шеи. – Не думай.
Вольф замер. Моргнул.
– Что вы там делаете, чтобы не думать? – Прошептала Медянка. – Стихи читаете? Считаете до ста? Песни поёте? Хочешь, я тебе спою?
Она стала тихо напевать какую-то известную мелодию. Слов в ней не было, или были какие-то простенькие, неважно. Эту песню все знали… кажется. В любом случае, она хорошо отвлекала.
Он остановился, перестал ломать себе голову. Медянка и представить не могла, что заставляло Вольфа так отчаянно и настойчиво пытаться вспомнить. Претерпевая боль, каждую секунду делая себе всё хуже и хуже!
Наконец, его глаза прояснили. Он поднял руку и положил поверх руки Медянки, которая до сих пор лежала на его груди.
– Спасибо.
Она еле расслышала.
– Ничего. Всё закончилось.
– Иногда случается такое и я не могу остановится. Хочу, но не могу.
– Теперь всё хорошо.
– Да.
Они почему-то шептали, хотя вокруг никого не было.
В ту же секунду Медянке стало как-то неловко. Она убрала свою руку и опустила глаза. И, конечно, не стала спрашивать, что произошло. Он не скажет, это видно из всего его характера и поведения. Пусть Медянка и не так сильно его изучила, но достаточно, чтобы убедиться – не скажет.
И что дальше?
– Ты слышишь? – Вдруг спросил Вольф и нахмурился.
Слышишь что? Медянка прислушалась. Да, что-то есть. Какие-то звуки. Наверное, остальные где-то неподалёку. Может, возвращаются? Может, крикнуть?
Но звуки были совсем непохожи на шаги или голоса. Это было… будто что-то шуршало. Например, волочилось по полу. Или крылья, которые задевали при взмахе стены. Что-то приближалось и оно было… не человеком.
– Осторожно! – Вдруг завопил Вольф и бросился вперёд. Он оттолкнул Медянку прямо в стену, встал в проходе, откуда они пришли и взмахнул руками.
Медянка, которая врезалась в стену так сильно, что в глазах от боли побелело, а плечо, кажется, отвалилось, тут же про боль забыла.
Впереди что-то было. Оно ползло по полу и подпрыгивало. Несколько штуковин каждая размером с кошку. Но без лап. И тело сплошное. И хвост длиннее.
– На выход! Быстро! – Заорал Вольф.
Одна из штуковин подпрыгнула ему на уровень груди. Вольф отмахнулся, попал по ней кулаком – и она, вереща, врезалась в стену. Тут же прыгнула следующая. Вольф встретил её пинком. А третью не успел – та опустилась ему на плечо и вгрызлась сбоку в основание шеи.
А из дыры в коридор лез Уран.
– Что случилось?
– Выйди!
Вольф схватил штуковину, которая висела на его шее за хвост и резко дёрнул. Раздался мерзкий чавкающий звук. Потом он бросил её на пол и с силой наступил. Раздался ещё более мерзкий звук раздавленной плоти. Будто пузырь лопнул.
– Иди! – Закричал Вольф и Медянка, наконец отмерла. Она нащупала стену и пошла вдоль неё к выходу.
Вольф снова пнул прыгнувшую штуку. Это какие-то живые существа, поняла Медянка. Время будто замедлилось, она очень медленно соображала. Но послушно двигалась к выходу. Уран скрылся, Вольф тоже двигал вперёд. Медянка поняла, что если задержится, останется тут одна.
Очередной пинок. К счастью, эти существа бросались на Вольфа по очереди и он не позволял больше ни одному из них приблизиться настолько, чтобы укусить.
А если… вдруг они там, сзади? Вдруг они у Медянки за спиной? А она даже не видит?!
Волосы на голове зашевелились. Сама не ожидая от себя такой прыти, Медянка залпом пронеслась до щели и выпрыгнула в помещение, где ждали Уран и Эфирка.
Те стояли близко, но оперативно отхлынули в стороны и пропустили Медянку. Сразу же за ней выпрыгнул Вольф. Он был в крови, а в руках сжимал одно из этих существ. Как только Вольф оказался снаружи, оно пронзительно заверещало. А остальные, в коридоре, метались по полу на границе света, но наружу не лезли.
– Они боятся света. – Быстро сказал Вольф.
– Попробуй не убивать. – Сказала Эфирка, сосредоточенно разглядывая существо.
Медянка сначала тщательно проверила, что к ней никто не прицепился. Вертелась, как юла, хватала себя за одежду и хлопала по ней, как безумная.
– Стой. – Уран схватил её за руку. – На тебе ничего нет.
– Точно?
– Точно!
Тогда Медянка тоже уставилась на существо, которое Вольф продолжал сжимать в руках. Оно походило на толстого грязно-розового дождевого червя, но с пастью, полной острых как иголок зубов. Существо неистово изгибалось и пыталось дотянуться до Вольфа зубами, но тот был начеку и держал так, чтобы оно не доставало. Кажется, он с трудом удерживался от того, чтобы просто не взять и не раздавить эту гадину. Но та вдруг выпустила из пасти кучу жёлтой пены, задёргалась и сдохла. Сама.
Вольф тут же бросил её на пол и вернулся к дыре.
– Ты куда? – Спросила Медянка. Неужели он ополоумел и собирается лезть обратно в темноту?
– Тише. – Уран придержал её за плечо. – Не мешай.
Вольф подошёл к проходу и остановился. Все замерли.
Секунда, две, три…
– Они ушли.
Вольф тут же развернулся к остальным.
– У тебя кровь! – Воскликнула Медянка.
Тот остановил её резким движением руки.
– Не сейчас.
– Что будем делать? – Спросила Эфирка. В её голосе звучали панические ноты. Только тогда Медянка вспомнила, что там, в лабиринте, вообще-то члены их команды.
Ноги вдруг отказали и Медянка опустилась на пол. Если они там… то что с ними? Они вообще живы? Даже представить страшно, если на них напали… а света нет, бежать некуда.
Не хотела бы она сейчас быть на месте Вольфа.
– Сколько костюмов? – Спросил Вольф.
Эфирка и Уран переглянулись.
– Три.
– Все у них?
– Да.
Вольф резко развернулся и снова подошёл к проёму. Остановился там. Медянка смотрела в его спину и думала, что в любой момент он туда нырнёт и пропадёт в коридоре.
– Тебе нельзя идти! – Воскликнула Эфирка. – Какой смысл идти туда без защиты? Всё равно что в Провал прыгнуть!
– Может, они сумели надеть костюмы. – Подал голос Уран.
– На это нужно время.
– Ртуть одевала, двое отбивалось. Например.
– Там, в глубине, тварей может быть больше. Гораздо больше.
Его слова утонули в наступившей тишине. Медянка сглотнула комок в горле.
Вольф ещё несколько секунд постоял и обернулся. Посмотрел даже слегка растерянно.
– Надо защиту.
– Но все костюмы у них. – Сказал Уран.
– Значит, надо придумать новую. Быстро.
Медянка даже сообразить ничего не успела, а Эфирка и Уран уже засуетились вокруг, то ли не в силах усидеть на месте, то ли уже что-то искали.
Потом она поняла, что второе. К ним присоединился Вольф. Они бегали, как тараканы, заглядывали в каждый угол и ворошили мусор.
Потом они стали доставать из мусора всякие вещи и бросать в кучу. Медянка единственная кто не искал, она просто сидела на месте, поэтому и куча стихийным образом образовалась перед ней.
Железки. Несколько железных пластин, в которых великое множество мелких отверстий. Какая-то сетка из пластиковых нитей. Обрывки пластикового же шнура. Что-то вроде тазика. Куски какой-то синтетической ткани. В общем, чего там только не было.
В какой-то момент они перестали приносить хлам, собрались у кучи и стали этот хлам ворошить. Уран доставал что-нибудь из кучи и прикладывал к Вольфу, выбирая место, где оно плотнее всего прилегает к телу. Эфирка тут же приматывала к нему эти пластинки бечёвкой или синтетическими шнурами.