Роковой ремиз. Вакуумный миттельшпиль
- -
- 100%
- +
Не привыкший к управляемому сну, Ник долго приходил в себя после гипновирта, и Ли решила пока не тревожить его. Встав на ноги, она направилась в душ. Конечно, после стерильной медкапсулы гигиенические процедуры были излишни, но девушке просто захотелось ощутить на себе бодрящие струи воды.
Сразу после операции Ник не мог скрыть своей тревоги, часами сидел рядом с ней в медотсеке. Чтобы как-то скоротать это тревожное время и избежать бесконечных вопросов: «Как ты?», Ли предложила сыграть вместе с ней в «Богов». Раньше Ник всегда отказывался, но, отвечая пациентке томящейся в медкапсуле, он не смог сказать «нет».
Вода приятно массировала плечи, ласково текла по спине, груди… Ли вспоминала, как сама начала играть в «Богов», с тех пор прошло почти пять лет.
Это был очередной взлом корпората – опытного и осторожного. Доступ к его данным обеспечивала клавишная матрица, с которой он не расставался. Единственным способом взлома была подмена адреса устройства за секунду до того, как будет введён код. Поэтому Ли проникла в домашнюю сеть корпората и дни напролёт следила за ним через камеры, ожидая, когда тот наконец введёт ключ.
Корпорат не спешил делиться кодами, убивая время за просмотром сериала «Хроники Теотропии». Наконец, на третий день, его вызвали, он достал матрицу, и Ли взломала её – всё прошло успешно. Однако через день после взлома кибермонгерша поймала себя на мысли, что ей стало интересно, как поступит богиня Эрна с неверным богом Кафом. Так, наблюдая за своей жертвой, Ли "подсела" на сериал. Когда сезон закончился, она узнала, что продолжение сюжета можно узнать в многопользовательской онлайн-игре «Теотропия». Поборов свою брезгливость, Ли «выпотрошила» клиент игры, закрыв в нём десяток уязвимостей, и влилась в мир Теотропии.
Исправленным клиентом Ли поделилась с разработчиками игры, а те в благодарность подарили ей уникального персонажа. Позже выяснилось, что игровой процесс можно совмещать с тренировками на тренажёрах, делая их не такими обременительными… Так у Ли появилась новая привычка.
Игра быстро стала успешной. К ней даже подключились демы – сначала на отдельных серверах, а затем произошло эпичное слияние миров. Это был первый случай, когда космики, постимперцы и демы неформально включились в общий культурный контекст. Шумиха в СМИ только добавила популярности всесолярной игре. Так как к Теотропийской Империи добавились владения Асаков – Великая Асакия, игру сначала переименовали в «Битву богов», но позже решили отказаться от слова «битва» в пользу менее конфликтного и более лаконичного – «Боги».
Ли не любила ионную сушку – ей больше нравилось вытираться мягким полотенцем, которое убирало влагу, но меньше сушило кожу. Да, это дольше, но она никуда не спешила. Когда девушка вышла из душа, Ник, сонный, сидел на краю своей медкапсулы.
– Ты как? – зевая, задал он свой надоедливый вопрос.
– Лучше всех! – привычно парировала Ли, поспешив сменить тему. – Мы сегодня хорошо сыграли!
Когда Ник наконец согласился подключиться к игре, Ли с воодушевлением взялась за планирование характеристик его персонажа. Зная таланты своего парня и досконально разбираясь в нюансах игры, она детально спланировала его будущую игровую жизнь. Разумеется Ли хотела играть вместе с Ником, но её персонаж достиг такого положения в игровом обществе, что присутствие героя с низкими навыками в её окружении было недопустимо. Следовательно героя Ника нужно развить как можно быстрее!
Изначально Ли играла на «Исконных Землях» – так назывался земной сегмент игры. Однако, покинув Землю, она больше не могла там играть из-за световых задержек сигнала. Поэтому ей пришлось запросить перевод своего персонажа на основной игровой кластер «Теотропия», находившийся на Поясе. Обычно такой трансфер занимает мало времени, но так как её персонаж был ключевым, для его перевода потребовалось скорректировать задания других игроков и составить специальный сценарий, который не нарушал бы естественный ход событий игры. В итоге, путешествие Верховной Жрицы Безымянной Богини из Исконных Земель в Эпиклион – столицу Теотропии, заняло больше месяца. Поскольку игровой день длился четыре часа реального времени, в оффлайне прошло всего около недели.
Ближайшей целью для персонажа Ника стало назначение в эльфийский спецназ, это гарантировало быстрый прогресс героя. Однако путь в спецназ лежал через егерскую ветвь развития, а для этого сначала нужно было попасть в егеря и освоить начальные навыки магии воздуха. Перк «пустынный эльф-полукровка», хоть и стоил недёшево в начальных очках навыков, давал важное преимущество – сродство с магией. Но главное, этот перк открывал доступ к секретному квесту – «Белый Кречет».
Ли была членом Совета Мастеров Игры Исконных Земель, поэтому её иногда просили протестировать секретные квесты в других игровых сегментах. Именно так она узнала о «Белом Кречете». Этот квест длился уже почти пять лет, и, похоже, о нём забыли все гейм-мастера. Птица, связанная с заданием, успела абсурдно состариться. Такой шанс упускать было нельзя.
Финальным штрихом стало имя игрового персонажа. Ли предложила взять имя «Улль» – оно не только звучало внушительно, но и имело «божественные» бонусы к навыкам стрельбы из лука, а также усиливало умения охотника и следопыта. Мало кто знал об этой скрытой особенности игры, и Ли рассчитывала, что это сделает персонажа Ника идеальным кандидатом в егеря и значительно повысит его шансы на успешное выполнение секретного квеста.
На основной медкапсуле загорелся жёлтый индикатор – пациентке пора было возвращаться. Чмокнув капитана в сонную щёку, она наскоро позавтракала безвкусной, но должно быть полезной едой и послушно вернулась в капсулу. Едва герметичная створка закрылась за девушкой, в медотсек вкатил стюард-бот с чашкой кофе для Ника. Так как Ли нельзя было пить кофе по медицинским соображениям, Ник решил не соблазнять её кофейными ароматами и приказал боту подождать, пока она не вернётся в капсулу.
«Да, это была неплохая игра», – мысленно согласился Ник. Сначала он играл без особого энтузиазма, просто поддерживая Ли, но постепенно втянулся и начал получать удовольствие. Самым сложным оказалось правдоподобно отыгрывать своего персонажа. После полного погружения в сказочный мир требовалось постоянно следить за тем, чтобы его поступки и слова соответствовали игровому лору. Ли пояснила, что за качественный отыгрыш полагается бонус к получаемому опыту.
Первое время ошибки следовали одна за другой. Например, когда егерь-рекрутер спросил:
– Каким оружием владеете?
По флотской привычке Ник ответил:
– Я канонир 1-го разряда.
Егерь сделал вид, что не расслышал:
– Луком владеете? – спросил он.
– Да, – соврал Ник с подсказки Ли.
К счастью, на начальных уровнях игра была снисходительной к новичкам.
Чтобы погрузиться в мир игры, Ник вместе с Ли посмотрели несколько серий сериала «Боги», который снимали прямо в игре. Сюжет сериала в основном разворачивался вокруг отношений девушки Вессы и воина Биора. Ли пояснила, что Весса была внебрачной дочерью бога Кафа. Три сезона назад ревнивая богиня Эрна, жена Кафа, подстроила гибель матери Вессы и прокляла девочку. Несмотря на это, Весса выросла доброй, красивой и мудрой. Когда её полюбил могучий воин Биор, она долго не отвечала ему взаимностью, опасаясь, что проклятие Эрны падёт и на её избранника. Несколько месяцев она служила в храме Эрны, надеясь на прощение. Благодаря доброму сердцу и острому уму, Весса сумела заслужить расположение своенравной богини, и та, смилостивившись, подарила Биору своё божественное кольцо, чтобы он мог сделать предложение. Все с нетерпением ждали грандиозного финала многолетней сюжетной арки.
Благодаря природному обаянию актрисы, игравшей Вессу, и харизматичному Биору, мир Теотропии легко захватывал зрителей и не отпускал до самых титров. Съёмки сериала проводили в гибридной технике: на одной из станций был построен полный макет Эпиклиона. Игроки «Богов» могли посещать столицу Теотропии лично, прибыв на станцию и одевшись в теотропийском стиле, – все их действия там также считались игровым процессом. Некоторые из них месяцами жили в игровой реальности полностью отдаваясь миру меча и магии. Сцены сериала часто разыгрывались на глазах у игроков, поэтому у актёров не было права на дубль, и прописанный сюжет приходилось играть сходу, порой сильно импровизируя.
– Как-нибудь ты меня отвезёшь в Эпиклион, – взяла с капитана обещание Ли после просмотра очередной серии.
Кофе привычно разгонял мысли Ника. Капитан обыденно прошёлся по статусу корабля: Нау уже почти полностью завершил переход по орбитальной магистрали А-8, связывающей Церцею и Гардарику – крупнейшее скопление станций СВК вокруг «Гагарина-5». Их текущий наниматель, следователь разведки СВК Ве·Тер, вёл расследование похищений девушек и ещё не выбрал конечную точку назначения в Гардарике. Последние дни он собирал статистику по своему делу и обещал определиться ближе к вечеру.
Время не поджимало, и Ник выбрал переход по орбитальной магистрали, которая была хорошо маршрутизирована и регулярно очищалась от космического мусора, что позволило избежать любых перегрузок – идеальные условия для восстановления Ли.
Неутомимый Эф·Ес, главный механик корабля, все эти дни возился с линейной пушкой. Хотя ранее они отказались от её полной модернизации, инженер решил улучшить всё, что сможет, и, судя по бортовому журналу, Ксю – андроид на базе сексюнита, сейчас была у него на подхвате.
Капитана охватило приятное чувство, знакомое только флотским, – когда на корабле всё идёт своим чередом.
Ковчег Предтеч
Хор тессерактов взял высокую волну меандра. Бегущие потоки букв озарились светом святости и заполнили вены дежурного голема. Его вторая рука подняла стило и внесла новую запись:
«Геракл 71 познал Сон. Лахесис сплела. Клото видит дважды. Атропа отмеряет. Отклонения нитей – в пределах Судьбы. Боги спят.»
Башня и Десятка Мечей
«Уж вечер близится, а Ветра всё нет», – раздражённо подумал Ник. Пора бы уже знать, куда лететь – до схода с магистрали оставались считанные часы. Капитан хотел думать, что его раздражает неопределённость пути, хотя на самом деле тревогу вызывала комбинация карт дня, выпавшая агент-адмиралу утром: Башня и Десятка Мечей.
«Сочетание катастрофического события и глубокого горя, указывающее на внезапную и болезненную утрату», – бесстрастно прокомментировала Верховная Жрица со своей золотой карты. Ник почувствовал, как его настроение мгновенно испортилось.
Башня на карте отдалённо напоминала Нау – в её вершину ударяла молния. Намёк? Десятка мечей, торчащих из спины лежащего человека, также не внушала оптимизма. Форма мечей напоминала отметки от попаданий линейного снаряда на типовой карте повреждений корабля: десяток почти параллельных траекторий, уходящих в корпус – очень похоже на линейный залп.
Ник постарался не углубляться в мрачные мысли и запомнил только: «Событие, горе, утрата».
Поступил титр от Ветра: «Нужно поговорить».
«Наконец-то», – подумал Ник и быстро отбил: «Через минуту, в кают-кампании».
Когда капитан вошёл, Ветер уже сидел за пустым столом, угрюмо уставившись в одну точку. Ник машинально взял чашку кофе, чувствуя, что это уже стало привычкой.
– Определились, куда нам лететь? – спросил он.
– Не совсем. Поступили новые сведения, – Ветер говорил устало, без обычного оптимизма.
«Событие», – отметил Ник, – «судя по тону разведчика, дальше идут горе и утрата».
– Новое похищение? – сделал вывод Ник.
– Да, – подтвердил Ветер. – Но не хочу повторять одно и то же несколько раз. Соберём весь экипаж?
Ник кивнул, взвесив в голове варианты.
– Ли в капсуле. Эф в нижнем киле. Удалённо?
– Хорошо, – согласился Ветер.
Через мгновение в пространстве кают-кампании появилась проекция лежащей Ли, которая огляделась, осматривая обстановку. Чуть позже проявился Эф в замысловатой позе, похоже, он пытался пробраться к какому-то узлу. В руках инженера был инструмент, который он называл «звуковая отвёртка». Бросив мимолётный взгляд на собравшихся, Эф вернулся к работе с невидимым для остальных агрегатом.
– У Ветра есть новости. Давайте послушаем, – сказал Ник, коротко кивнув в сторону следователя.
– Вчера стало известно о новом похищении, – начал Ветер. – Случай укладывается в общую схему: девушки исчезли на франке «Космолюкс», их не зафиксировала система наблюдения, на отбывающих кораблях их также не обнаружили. Надо признать, что системы безопасности франков имеют «слепые зоны», которые иногда возникают неслучайно.
Эф, отложив «звуковую отвёртку», уточнил:
– Сколько девушек похищено?
– Две, – ответил Ветер. – Если считать с ними, то за последние четыре месяца исчезли уже триста тридцать восемь девушек. И это только те, о которых нам известно. Вероятно, есть и такие, кого ещё не хватились. Но нам повезло… – Ветер осёкся, – если это уместно так назвать. Этот случай особенный – похищение произошло всего несколько часов назад, и мы узнали о нём сразу. На франке уже ведётся оперативная работа. Осложняет ситуацию то, что одной из пропавших была Инн·Аа.
– Та самая Инн·Аа? – спросила Ли с тревогой.
– Что значит «та самая»? – уточнил Ник.
– Да, это она, – признал Ветер.
– Это актриса, играющая Вессу в «Богах», – пояснила Ли.
– Так и есть, это одна из ведущих актрис всесолярного популярного шоу, – подтвердил Ветер. – Надеюсь, всем понятно, как это меняет ход расследования. Дело получило статус коммерческой тайны. Факт исчезновения решили пока не разглашать. Инн·Аа дали кодовое имя «Эхо Один», а её спутнице – «Эхо Два». Привыкайте их так называть.
В кают-кампании повисла пауза, экипаж Нау обдумывал новые сведения.
– Берём курс на «Космолюкс»? – капитан перешёл сразу к делу.
– Нет, – покачал головой Ветер. – Там уже работают наши люди, да и до франка лететь пару дней. Перед полётом на «Космолюкс» Эхо Один посетила свой родительский детинец на «Гагарине», где встретила Эхо Два. Похоже, именно Эхо Два инициировала их поездку на франк. Сначала посетим детинец, узнаем, зачем они отправились на франк и с кем связывались, – проведём предварительное расследование. А затем сами отправимся следом, уже зная, где искать.
– Принято, – ответил капитан. На секунду он выпал в вирт и добавил: – смена курса через полтора часа – сойдём с магистрали. Завтра без пятнадцати одиннадцать нас пришвартуют на «Гагарине». На этом пока всё – расходимся.
– Погодите, – задержала всех Ли, – мне медсканер показывает, что я полностью восстановилась после операции! Понимаю, что новости были печальные, но, может, скромно отпразднуем моё возвращение? Мы уже давно не собирались все лично!
– Наконец-то хоть что-то хорошее! – поддержал Эф, – я только «за»!
– В таком случае, раз Ли восстановилась, то её уже можно зачислить в экипаж. Мы это запланировали ещё несколько дней назад, – объявил Ник, а его компаньонка радостно кивнула. – Ли уже сдала флотские тесты и официально получила квалификацию корабельного кибермонгера.
– А можно посмотреть сертификат? – вдруг заинтересованно спросил Ветер.
– Зачем? – удивился Ник. – Там всё сдано по высшему баллу, Ли сразу присвоили кибермонгера второго класса. Для первого требуется флотская практика.
– Все тесты на высший балл?! – недоуменно уточнил разведчик. – Даже по взлому и кибердайвингу?
– Ну да!
– Удивительно! Теперь понятно, почему постимерская разведка так задёргалась! – Ветер улыбался, размышляя о чём-то своём.
– Поясните, – потребовал капитан, – что в этом такого, что Ли так талантлива?
– Она не просто одарённый архитектор артинов и дайвер, – ответил Ветер поясняющим тоном. – Она автор госалгоритма! То есть, несколько месяцев опытный взломщик и датадайвер работал напрямую с ГосПланом и даже внедрил в него свою сеть! А ведь для ГосПлана пришлось утвердить дополнительный уровень спецдоступа: «абсолютно секретно». Постимперцы крупно промахнулись – такой актив нельзя было отпускать с Земли! – На мгновение могло показаться, что Ветер рад ошибке коллег.
Ник задумался, осмысливая ситуацию с новой стороны.
– Ве, дайте слово, – наконец строго потребовал он, – что вы и не подумаете вербовать члена моего экипажа в свою разведку!
– Не могу… Я уже подумал, – Ветер поделился своей лихой улыбкой, но тут же придвинулся к Нику и серьёзно добавил: – обещаю, что любые действия буду согласовывать с вами. Договорились?
– Иначе и быть не могло! – отрезал капитан.
– Раз у нас теперь двойной повод: Ли не просто вернулась к нам, а полноценно влилась в наш экипаж, – судя по движениям Эф выбирался из модернизируемого им узла, – то нужно приготовить на ужин нечто особенное! Ли, встречаемся на камбузе! У меня есть идеи на этот счёт!
* * *Поздно вечером, уже после уютной вечеринки, Ник сидел за своим столом в капитанской каюте. Он обновлял штатное расписание корабля и подтверждал новые допуски Ли. Теперь ей полагалась отдельная каюта, как капитан Ник должен был ей сообщить об этом, но как её парень, он не хотел этого делать. Нет, он не боялся, что Ли переберётся туда, проблема не в этом! Сложность была в том, что каюта кибермонгера оборудована киберкапсулой полного погружения. А прошлый опыт общения с Та·Той показывал, что как только Ли получит доступ к этой капсуле, её оттуда будет тяжело выманить. К тому же девушка будет справедливо сердиться из-за того, что на корабле есть КкПП, а он ей об этом не сказал. К тому же сделал это умышленно! Виновен! По всем пунктам виновен!
Ник покосился на Ли, она расслабленно улыбалась чему-то в вирте – такая безмятежная перед грозой!
Принятие Ли в экипаж сразу решало массу проблем. С первого дня Холмс докладывал о её кибердайверской активности. По оценке артина у неё было мало шансов взломать системы корабля, но существовала крохотная вероятность, что она справится. Взлом корабля – серьёзный провал, требующий немедленного рапорта в КиберУправление Флота. Корабль поместили бы на киберкарантин, лишили боевых допусков, а Ли подвергли бы аресту. Много дней Ник оттягивал этот разговор, но подходящий момент так и не наступил. К счастью, проблема разрешилась сама собой: даже если Ли сможет взломать Холмса, теперь это можно будет оформить как внутренние учения киберслужб крейсера.
Сообщение от Эфа отвлекло Ника. Это оказался рапорт о модернизации линейной пушки: катушки заменены на современные, плетельщики обновлены, направляющие усилены. Новые параметры не были столь фантастическими, как у субсветовых пушек, но для обычной «линейки» вполне достойные. Полчаса ушло на обновление боевых конфигураций.
Так, что там дальше? Новая диаграмма толерантности к перегрузкам для Ли. Не скрывая удовольствия, капитан вернул допустимые перегрузки корабля на уровень, достойный боевого крейсера. С новыми настройками, да с новой пушкой боеспособность Нау выросла на порядок! Превосходно!
«Про каюту и капсулу скажу завтра», решил капитан, вставая из-за стола. На кровати Ника ждала его жрица, а затем спать – в «Теотропию»!
* * *Постепенно засыпая, Ник выпал в лимб – так называли промежуточное пространство между реальным восприятием и сном. Это было абсолютно пустое белое пространство, где нельзя было разглядеть ни границы пола, ни неба. Ли уже была здесь и готовилась «нырнуть» в своего персонажа, но отвлеклась на парня:
– Я краем глаза глянула новый эпизод «Богов», – поделилась она. – Знаешь, как они обошли проблему с исчезновением Вессы?
– Жаль девушку, она действительно талантлива, – вдруг заметил Ник. – Теперь я понимаю, как трудно отыгрывать персонажа естественно. У неё это получается так легко, словно она родилась в том мире.
– Согласна, – печально кивнула Ли, – и хотя я её лично не знаю, почему-то ощущение, что лишилась подруги.
– Да, в ней есть природное обаяние, которое к себе располагает даже через вирт, – подытожил Ник. – Так что там с новым сюжетом?
Собравшись с мыслями, Ли вкратце пересказала историю:
– Как помнишь, Биору даровали кольцо с благословением богини. Оно действует постоянно, даже в бою. Поэтому асаки обманом выкрали кольцо, и сейчас весь Эпиклион ищет пропажу. Тем временем, Биору скоро возвращаться в боевой лагерь, но теперь – без благословения! Чтобы помочь ему, Весса взяла обет затворничества и скрылась в храме Эрны, снова вымаливая расположение богини для суженого. Эпизод вышел очень правдоподобно: Весса в тёмной траурной вуали, под покровом ночи скрывается в храме. Похоже, её сыграла дублёрша по трюкам – фигура очень похожа. Думаю, так можно протянуть несколько игровых месяцев. – Ли решительно сжала кулаки, точно как жрица Безымянной Богини: – это значит, что мы должны справиться за две-три недели и отыскать её!
– Доверимся Ветру, всё-таки он опытнее в этом деле, – рассудил Ник. – Но это завтра, а сейчас завершим нашу миссию в Теотропии!
– Верно! – согласилась Ли и исчезла из лимба.
Когда игрок покидает игровую симуляцию, игра не прерывается – в этот период действия игрового персонажа направляет подменный техин. В отличие от игрока, техин не может принимать ключевых решений и действует на автопилоте в рамках сценария развития, заданного игроком. Подменных техинов игроки между собою называют «потеха», и, соответственно, играть на техине – «тешиться», а прямое подключение к вирту – это «на полном серьёзе».
Перед подключением к игре, Ник наскоро просмотрел сводку событий, произошедших в его отсутствие. Экспедиция далеко продвинулась вдоль Терминального тракта, состояние которого на этом участке было лучше, что ускоряло путь. За это время жрица дважды исполняла свой магический танец, оба раза успешно. Вдали за пиками Обсидиановых гор временами виднелся усечённый конус вулкана Пращур. После третьих ворот показался высокий обелиск Чура, вздымающийся из жерла вулкана. Вершину обелиска всегда скрывала дымка, что затрудняло оценку его высоты. Улль, персонаж Ника, действовал логично – сам Ник поступал бы так же. Казалось, «потешный» техин уже успел хорошо обучится повадкам ведущего игрока.
Когда виртуальный мир загрузился, появилось уведомление: «Внимание, новый квест: найти Кольцо Богини Эрны». Награда обещалась щедрой. Любопытно. Имя «Улль» имело скрытый бонус – перк «сродство с кольцами», увеличивающий шансы на их нахождение. Однако Ник понимал, что до завершения расследования похищения ведущей актрисы этот квест останется невыполнимым.
Вирт привычно моргнул, и Ник стал Уллем.
* * *Вблизи основание обелиска Чура выглядело исполинским – гладкая стометровая стена обсидиана вздымалась высоко в небо, скрывая вершину в далёкой дымке. Тёмно-синяя поверхность монумента была покрыта огромными символами на языке, неизвестном молодому егерю. Загадочность артефакта навевала мысли о высшей магии стратегического назначения.
Небольшой отряд экспедиции выстроился вокруг жрицы на обзорной площадке, примыкающей к обелиску. Пока жрица совещалась с паладином, Улль, с трудом сдерживая зевоту, выпустил кречета и осмотрелся.
Диаметр кратера вулкана оказался меньше, чем это представлялось издали, – около версты от края до края. Каменную чашу заполняло озеро, в центре которого располагался остров с обелиском, тесно окружённым храмовыми постройками. Ветер совсем не достигал дна кратера, поэтому тёмная гладь озера выглядела как зеркало. Длинная колоннада на внешнем берегу озера замыкалась в кольцо, её белые колоны выглядели торжественно и из-за отражений в воде казались выше чем есть. Стройный ряд колон прерывали четыре высокие башни, отмечающие стороны света. Между башнями и островом были переброшены изящные мраморные мостики, а напротив западной башни, в стене кратера, виднелся туннель, с которого начинался Терминальный тракт.
Когда кречет поднялся выше, открылся вид на окрестные горы. Вершины, обступившие Пращур, вздымались выше самого вулкана. На западе горы постепенно снижались, переходя в зелёный кряж, а снежные пики на востоке выглядели неприступно. Тяжёлые плотные облака клубились вокруг них, причудливыми формами напоминая порождения Хаоса. Однако даже такие мрачные облака казались Уллю похожими на подушки – его не отпускало желание поспать. Где-то на краю сознания мелькнула успокаивающая мысль, что он и так спит.
– Скоро Солнце будет в зените, и мы начнём, – звонкий голос жрицы привлёк внимание отряда. – Настало время рассказать вам, зачем мы здесь. Самые внимательные из вас заметили обелиск Чура у меня за спиной. – Дети весело засмеялись, егеря тоже улыбнулись. Когда общая сонливость слегка отступила, жрица продолжила: – Это защитный обелиск, и он ослабевает. Если посмотреть вниз, то можно увидеть озеро – оно служит для накопления маны, но сейчас мана в озере почти полностью исчерпана. Всё потому, что процесс подзарядки озера-накопителя нарушен, и нам предстоит его восстановить.