Дом для кошки

Глава 2

Глава 3.

Убежать можно, если бежишь от кого-то, но от самой себя не убежишь. Всю дорогу, пока не устала, и пока лёгкие не начали гореть огнём от недостатка воздуха, Нари пыталась избавиться от чёртовой дымки превращения, но та полыхала как факел. В какой-то момент девушка просто упала на землю, перевернулась на спину и закричала в небо:

– Пожалуйста, хватит!

Она почувствовала как горячие дорожки слез покатились из глаз по вискам, теряясь потом в волосах.

– Хватит… Вспомни, чему ты учишь своих подопечных, которые не контролируют обращение, – заговорила она как можно более спокойным тоном. – Выровнять дыхание. Осознать, что ты не только зверь, но и человек. Каким человеком ты хочешь быть?

Добрым, счастливым, настоящим и…цельным, каким всегда и была, забыв, что это не совсем правда.

В их мире не допускали рождения полукровок. Интимная связь хозяев и оборотней допускалась, если кошки изначально регистрировались, как наложницы или наложники, но за этим тщательно следили. И это было по карману далеко не каждому. Постоянные проверки, уколы, защита. Если беременность всё-таки наступала, женщину принуждали сделать аборт, не зависимо от того, хозяйка она или оборотень. В случае сокрытия факта беременности или побега мать устранялась. Если полукровки всё-таки появлялись на свет, их всё равно находили. Практически невозможно было спрятаться. На нарушителей доносили собственные родственники или соседи. Но любая система несовершенна, в каждой есть пробелы. Нари повезло. Маме удалось скрыть беременность, родить, а перед смертью передать девочку сестре. Тётя и вырастила Нари, как свою дочь, дала ей свою фамилию и научила быть человеком. Благодаря безупречной репутации тёти удалось избежать проверок, и Нари спокойно поступила в Академию и стала тем, кем являлась сейчас – первоклассным наставником и Мастером своего дела. А связь со звериной ипостасью благополучно стиралась с прошествием лет, и Нари надеялась, что превращения никогда не произойдёт.

– Ещё недостаточно тепло, чтобы ты валялась на земле. Вставай, простудишься.

Она вздрогнула и приподнялась на локтях, чтобы увидеть, как Ушик стоит рядом, прислонившись плечом к стволу дерева. Причина, по которой, всё это произошло. Но стоит ли его винить? Ведь он сам по сути жертва.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь не оставить тебя одну после первого превращения, – просто ответил тот.

– Ты тоже полукровка, – поняла девушка, и это открытие немало её удивило.

– В точку, – он говорил спокойно с лёгким налётом грусти.

– Я думала, что Юнги разделается с тобой, пока меня нет, – грубо, но извиняться Нари не собиралась.

– Ты хотела этого? – хмыкнул парень и подошёл ближе, протянул раскрытую ладонь. – Вставай, твой полосатый и так не в восторге, а если ты заболеешь…

– Как ты быстро его раскусил, – усмехнулась она и приняла помощь. Встала, стряхнула налипшие на одежду ветки, листья и травинки.

– Ты не ответила на вопрос.

– Я тебя не понимаю, – Нари посмотрела Ушику в глаза. – То ты с большими глазами, полными ужаса, хватаешься за меня, боишься, то спокойно уходишь от двух взрослых кошек, одна из которых едва не разорвала тебя на части. Что с тобой не так?

– Мой отец глава крупной мафиозной группировки, – пожал плечами тот. – Я не знал, как себя с вами вести, поэтому попробовал всё. Согласись, сбивает с толку?

От того ангела, которого она видела пару дней назад, не осталось и следа. Теперь перед ней стоял уверенный в себе парень. Он не то, что совсем не опасался за свою судьбу, а скорее был уверен, что ни за что не погибнет просто так и будет бороться до конца.

– И что ты будешь делать? Проводишь меня домой и сбежишь?

– Нет, я не бесчувственная сволочь. Если меня привёз сюда Кан, вы с ребятами в заднице. Я не собираюсь оставлять вас один на один с мафией. Придумаем как победить, и я спокойно вернусь домой, – Ушик улыбнулся. – Идём или тебе нужно время, чтобы собраться с мыслями?

Нари не была наивной и видела, что парень не так прост, но ему хотелось верить. Несмотря на представление, что он устроил, Ушик располагал к себе мягким голосом, улыбкой, настроем. Что ж, ладно.

– Думаю, я придумаю, что сказать Юнги и Минхо, пока мы возвращаемся. Идём.

Парень кивнул и первым двинулся по лесу в сторону фермы, первым и прервал молчание.

– Ты неплохо держишься, – похвалил он. – Моё первое превращение вывело меня из строя дней на пять. Валялся с температурой и лихорадкой. Весёлое было время.

Говорил он об этом легко, но Нари чувствовала – Ушик не хотел оборачиваться, хотел отказаться от второй ипостаси так же, как она. Преимущество полукровок перед чистокровными оборотнями – ты можешь выбрать. И даже сейчас, когда девушка пережила половину обращения, она может его не заканчивать.

– Почему ты обратился? – спустя недолгую паузу спросила Нари.

– Из-за мамы. Она не хотела, чтобы я забыл, кто я есть на самом деле. Считала, что отказаться от звериной половины, значит, обманывать себя и других всю жизнь. Неполноценный, с изъяном, лжец, – парень криво усмехнулся и замолчал. Воспоминания делали больно, и ему было тяжело об этом говорить.

– Прости.

– Не извиняйся. Я едва тебя не убил, и ты вправе узнать обо мне всё, что пожелаешь.

– Это настоящий Ушик или Ушик, сын отца-мафиози? – полушутливо поинтересовалась девушка.

– Настоящий, – совершенно серьёзно отозвался тот.

Прошли молча ещё немного. Из-за деревьев уже показалось открытое пространство и ферма.

– Будет сложно завоевать доверие твоих котов, верно? – поинтересовался кот, остановившись у кромки леса.

– Тебе придётся задействовать всё своё обаяние, – фыркнула Нари.

– А ты разве не можешь…ну…убедить их?

– Они мне не рабы, – предупредила девушка.

– Это я понял. Так вы трое…? – он не договорил, но мазнул пальцем по носу и хитро посмотрел на неё исподлобья, что не трудно было догадаться, какие мысли блуждают в его голове.

– Это не твоего ума дело, – жёстко ответила Нари, готовая защищать свою личную жизнь до последней капли крови. Это было слишком опасно, разбрасываться такими подробностями.

– Расслабься. Хоть я и вырос в другой стране, где оборотни свободны, и полукровок не трогают, но теперь я здесь, в равных с тобой условиях. И вздернут нас на одной виселице, или что там делает Трибунал с такими, как мы?

– Расстреливает.

– Вот. Вместе у стенки будем стоять, если что. Я знаю твой секрет, ты знаешь мой. Достаточная гарантия? – Ушик подмигнул ей, зашагал по тропинке, но обернулся и добавил. – И мне абсолютно всё равно с кем ты спишь.

Нари надеялась, что нужные слова и мысли придут к ней по пути домой, но нет. В голове было пусто. За эти несколько дней произошло слишком много всего, хотелось просто отключиться. Заснуть, а проснувшись понять, что всё у них как прежде – никаких связанных душ, полукровок и мафии, только ремонт дома, занятия с Ёном и уютные тихие вечера в компании Юнги, Минхо или обоих котов. Ну как тихие… С перебранками и вечным подначиванием друг друга. Нари всегда это раздражало, а сейчас стало не хватать. Они устраивали словесные войны, а сегодня подрались. По-настоящему. С кровью и наверняка сломанными костями.

Ферма встретила возвращающихся тишиной и выломанной дверью, остатки которой разбросало по террасе и траве у подножия небольшой лестницы, что вела в дом. Нари грустно пнула щепку носком кроссовки, нехотя преодолела три ступеньки и вошла внутрь.

Если на улице было тихо, то дом встретил её двумя недовольными голосами.

– Ты мог не бить в грудь! Боги, что это за мерзость? Почему так воняет?

– Не дергайся! Это мазь от зуда. Рана открылась, ты хочешь ещё неделю чесаться?!

Коты обнаружились на кухне. Ён тоже был при них, помогал Минхо обрабатывать и заклеивать раны Юнги пластырем.

– Можно и нам по стаканчику? – Нари кивнула на бутылку крепкого алкоголя, что стояла на столе среди разбросанных медицинских принадлежностей.

Три пары глаз воззрились на неё. Две пары взрослых – с невысказанным миллионом вопросов, и одна детская – с нескрываемой гордостью за себя, что переборол страх и теперь спокойно находится в комнате с котами, что час назад едва друг друга не разорвали. Смелый котёнок, из него выйдет толк.

– Ён, подержи, – Минхо дождался, когда мальчик прижмет ладошкой сложенный в несколько слоев кусок бинта на груди Юнги, достал из шкафа два стакана и разлил по ним янтарную жидкость.

Нари осушила свой одним глотком и подала знак, чтобы его наполнили его снова. Молчание котов угнетало. Лучше бы они кричали, тыкали в неё пальцем и обвиняли во лжи.

– Всё в порядке? – спросила она, устало опустившись на стул.

Оглядев обоих, девушка отметила ссадины, синяки, царапины и кровоподтеки. На шее Юнги сзади красовался большой такой кусок того же бинта. Обожженная рука была густо смазана неприглядного вида мазью. Торс Минхо был и вовсе перетянут тугой повязкой, а на лице расползался синяк, сквозь который алели глубокие царапины. Сосуды в глазу с той стороны, куда ударил лапой тигр, лопнули, и вкупе с темной радужкой смотрелось это жутковато. По груди Юнги уже начали чернеть гематомы.

– Нет, но будет. Не волнуйся, – мягко улыбнулся Лим, давая Нари надежду на положительный исход разговора. – Прости меня, ладно? – девушка кивнула, вернув улыбку. Тогда Юнги поднял взгляд на Ушика. – И у тебе я приношу прощения. Не сдержался. Твой отец....

– Та ещё мразь, – закончил за него тот. – Проехали.

Нари обернулась и поймала взгляд парня, который так и сочился ехидством, будто говоря: не так уж и сложно, как ты думала.

– И когда ты собиралась нам рассказать? – продолжая сосредоточенно лепить пластырь, спросил Минхо.

– Ён, подойди, – ласково позвала Нари, раскрывая объятия. Когда мальчик приблизился, она обняла его и поцеловала в лоб. – Всё хорошо? Да? Ты не голодный? Нам с твоими хёнами нужно очень серьёзно поговорить, посидишь пока в комнате?

– Но я хочу послушать! Они не говорят из-за чего подрались, – котёнок надул губки.

– Я всё тебе объясню, обещаю. Но это взрослый разговор, тебе не нужно его слышать. Когда ты вырастешь ещё устанешь разговаривать на серьёзные темы. Веришь мне? – она погладила ребёнка по голове, терпеливо ожидая ответа.

– Да. Можно я сегодня не буду спать до 12? – мальчишка хитро сощурился.

– Можно, негодник. Но завтра будем усердно заниматься. Понял?

– Понял! – кивнул Ён, помахал всем рукой и быстро скрылся в коридоре.

Нари проводила котёнка взглядом и повернулась к котам. Отпила из стакана и шумно выдохнула.

– Я вообще не собиралась об этом рассказывать, – честно призналась она. – Причина, думаю, ясна? Я защищала себя и своих родных. Если кто-то узнает, что Мастер Шим Нари полукровка, под суд пойду не только я, но и моя семья.

– А мы, значит, тебе не семья и нам не стоило знать? – язвительно хмыкнул младший кот.

– Минхо! – прикрикнул на него Юнги.

– Я понимаю, – кот поднял руки в примирительном жесте. – Но по-моему мы заслужили право знать. Ты так не думаешь, хён?

Впервые, наверное, Минхо вот так признал старшинство Юнги. Никогда прежде он не обращался к тигру подобным образом. Если что-то подобное случалось раньше, Нари непременно бы помнила об этом. Они постоянно подначивали друг друга, пытались задеть, спорили, но ни разу не поругались серьезно. До сегодняшнего дня. Наверное, это простое «хён» и подкупило Лима, потому что тот промолчал, задумчиво крутя пальцами свой стакан.

И Минхо был прав. Она поступала с ними несправедливо, умалчивая о такой важной части своего существования тогда, как знала о них всё. Или почти всё. Души и сердца наголо. Что бы не происходило в их жизнях до их встречи, она была в курсе, за исключением некоторых деталей, о которых её коты никогда не хотели бы не то, чтобы говорить вслух, а вспоминать. Она знала, что Юнги первоклассный убийца. Знала и том, что Минхо потрясающий вор. И о том, что они делали, чтобы выжить в мире, где ни секунды до встречи с ней не были свободны.

У них уже была общая тайна, которую коты хранили бережно и ни разу за всё время не подвели её. Почему же она решила, что эту они не сохранят?

– Вы правы, – тихо проговорила Нари, наконец, когда пауза уж слишком затянулась и грозилась превратиться в неоконченный разговор. – Я приняла неверное решение, скрыв от вас правду о себе. И я надеюсь, что смогу однажды искупить вину за это и завоевать ваше доверие снова. Но поймите. Вы оба тоже моя семья, и защищала не только свою тайну, но и вас. Я думала, что в случае, если моя тайна раскроется, вы избежите наказания, если ничего не будете знать.

Коты переглянулись, обменялись молчаливыми мнениями, после чего Минхо отложил ножницы и пластырь.

– Иди-ка сюда.

Нари облегчённо выдохнула, поднялась со стула, подошла к нему и нырнула в его раскрытые объятия. Юнги со своего места взял её за руку. Ушик хмыкнул и отвернулся, чтобы не быть лишним свидетелем этой по-семейному теплой сцены.

Надо быть честным. Он немного завидовал. Отец никогда не проявлял к нему особого внимания. Когда мама забеременела, всё, что он сделал, вывез её из страны и оплачивал содержание. После маминой смерти так же исправно обеспечивал сына, но не интересовался им. Приезжал раз в год, чтобы провести инспекцию по расходам и проверить успехи. Друзей Ушик тоже не завёл. Были кое-кто в его жизни, с кем он проводил достаточно много времени, но привык называть их нейтральным «коллеги», чтобы не подпускать слишком близко. И одиночество его не особо заботило, ровно до сегодняшнего дня. Наблюдая за Нари и её котами, видя их взгляды и понимая, насколько эти трое близки, Ушик впервые задумался о том, чтобы поучиться у других доверию, любви и заботе. Вот такой вот, безусловной. Чтобы не за что-то, а вопреки всему.

– Ну, и кто ты? – тем временем поинтересовался у Нари Минхо.

– Не знаю. Маму я не знала, она не успела мне ничего рассказать. Меня вырастила тётя, которая решила, что уж коли мне никогда не быть той, кто я есть на самом деле, значит и знать свою природу мне не следует. Я никогда не превращалась и не собираюсь заканчивать обращение, – ответила та.

– О, она ирбис, – Ушик бросил взгляд через плечо и повернулся. – Если вам интересно.

– Откуда ты знаешь? – спросил Юнги.

– Только у ирбисов красная дымка превращения, – пожал плечами тот. – Если я редкий экземпляр, то ты уникальна, Нари.

– Почему? – Минхо и Юнги задали вопрос практически в унисон.

– Ген с этой мутацией истребили ещё во времена Империи, сотни лет назад, потому что ирбисам даровали свободу, и это многим не понравилось, – медленно проговорила девушка, вспоминая курс истории из Академии. – Мы касались этой темы во время обучения, но настолько поверхностно, что я многого и не помню.

– Серьёзно? Ирбисы были свободны? Откуда такая неслыханная щедрость? – Минхо переводил взгляд с Нари на Ушика, и обратно.

– Их освободили из-за некоторых…способностей, – уклончиво ответил парень, не зная, хочет ли Нари раскрывать все карты до конца.

– Каких способностей? Нари? – Юнги посмотрел на девушку.

Та же в свою очередь молчала. Это слишком тяжело. Слишком много для неё. И опасно. Опасно для всех. И не потому что она полукровка в мире, где это под запретом, а потому что.... Она зажмурилась и отвернулась, пряча лицо на плече Минхо, давая тем самым молчаливое согласие на раскрытие всех карт.

– Ирбисы способны возвращать к жизни мёртвых. И с таким же успехом забирать жизнь, не пролив ни единой капли крови, прикосновением или взглядом. Поэтому ты и обжегся, прикоснувшись к её дымке, – Ушик кивнул на руку Лима. – Их боялись и боготворили. Вели войны за них и под их знаменами. И если бы не истребление, то мы с вами, простые кошки, были бы сейчас свободны, но мутация слишком редкая. Ирбисам просто не хватило количества, чтобы победить.