Остров Коруэн

Глава 2

Старая женщина в поношенном белом чепце с испугом смотрела на появившегося рядом с ее прилавком мага. Ее руки были скрещены в особый знак, ограждающий от порчи.

Дорлан оглянулся по сторонам. Центральная рыночная площадь, как всегда в это время дня, была заполнена почти до отказа. Здесь, над городом, висела душная жара, которую заполняли запахи вяленой рыбы, жареного мяса и человеческого пота.

Несколько покупателей, стоящих у прилавка, осторожно отошли в сторону, увидев его.

– Что это за дьявольщина?! – сварливо закричала продавщица. – Тебе кто разрешал тут людей пугать, колдун проклятый?!

– Думаю, я только привлек их, бабушка. Вот увидишь, скоро к тебе соберется целая толпа, – спокойно ответил Дорлан.

Старуха махнула рукой, отгоняя его от груды овощей, выложенной на прилавке.

– Чего встал? Иди, колдуй себе в другом месте…

Дорлан пошел по длинному торговому ряду, не обращая внимание на заинтересованные взгляды

Город стоял на пересечении важных торговых путей. В морской порт ежедневно прибывали корабли из далеких стран, нагруженные диковинными товарами, затем вереницы повозок и животных отправлялись во все уголки Танакейских земель. Но немалая часть добра оседала в самом Торре, и торговля здесь всегда была выгодным делом.

Дорлану никогда не нравились большие скопления людей. Слишком много слов, криков, эмоций чувствовалось в воздухе – причем львиная доля этих эмоций была не из приятных. В толпе у него часто начинала болеть голова.

Однако в присутствии людей Богача она болела еще сильнее.

«Нужно найти его как можно скорее, – подумал маг. – Найти и направить по ложному следу. Или вообще заставить думать, что я давно умер»

Через пару минут он оказался возле большого красного шатра, вход в который представлял собой атласное полотно с вышитой на ней головой дракона. Этот шатер принадлежал Согрейху – старому перекупщику древностей и ведовских эликсиров, к тому же человеку с довольно дурной репутацией в городе. Почти все бандиты и грабители имели с Согрейхом какие-нибудь дела, и если в городе появился соглядатай, задающий странные вопросы, то этот торгаш должен был знать о нем.

Осторожно отодвинув полотно с драконом, Дорлан пригнулся и прошел внутрь шатра.

Там было втрое более душно, чем на улице. У волшебника даже мелькнула секундная мысль призвать морозный ветер. Однако, Согрейх славился вспыльчивым характером, и Дорлан решил не вмешиваться в то, к чему привык старый торговец.

Плотная, крепко сбитая фигура перекупщика стояла в полутени возле большого чучела какого-то уродливого животного. Кроме него в шатре были еще две полноватые женщины, сидевшие за низким столом и пьющие что-то из дымящихся чашек.

– Здравствуй, Согрейх, – обратился Дорлан к торговцу.

Тот лениво шагнул к магу и растянул губы в лживой улыбке.

– Господин волшебник! Вот это гость! Каким ветром тебя сюда занесло?

Дорлан указал на стенд с рядами темных бутылок и колб, занимающий всю заднюю часть шатра.

– Говорят, у тебя есть зелья превращений. А мне как раз нужно несколько.

Согрейх хохотнул.

– Как же это? Ты сам, насколько я знаю, можешь превратить что угодно во что угодно. Зачем они тебе? Кроме того, такие зелья – запрещенный товар…

Маг взглянул торгашу в глаза.

– Когда мы с тобой дрались за Угнетенных в Локарке, ты не очень–то обращал внимание на запреты, – понизив голос, сказал он.

Во взгляде Согрейха мелькнули, сменяя друг друга, досада, затем – гнев.

– Эти времена прошли, волшебник, – отозвался он. – И если ты пришел, чтобы промывать мне мозги чертовыми нравоучениями, то лучше сразу проваливай.

– Я слышал, кое–кто в городе ищет меня, – прямо сказал Дорлан, не отводя взора от утонувших в тени маленьких глаз торговца.

Согрейх кивнул.

– Я подозревал, что тебе нужно именно это.

– Может, ты знаешь и то, кто хочет меня увидеть и зачем?

– Ничего я не знаю! – энергично замотал головой Согрейх. – Все, что могу сказать – парни видели какого-то завешенного с ног до головы урода, который шлялся здесь по рынку и выспрашивал о седом колдуне из Школы. Урод не заплатил за кое–какие колдовские зелья местным перекупщикам, и с ним начали говорить по-нашему.

– И что же? – спросил Дорлан.

– А ничего. Оказалось, уродец-то не из простых. Раскидал пятерых бандюков из ватаги Кремня, а двоих даже резанул каким-то кривым ножом. И ушел – в подземный город.

– Кремня? Главаря продавцов колдовских зелий?

Согрейх кивнул.

– Похоже, эта тварь любит повидаться с демонами.

Маг задумчиво поджал губы. Такое поведение было не в духе ищеек Богача.

– Где я могу найти тех, которые дрались с этим человеком?

Согрейху, похоже, все меньше и меньше нравился этот разговор.

– Слушай, господин фокусник, с чего ты взял, что я буду докладывать тебе обо всех проблемах на моем рынке? Разве я тебе обязан?

Дорлан пожал плечами.

– Я могу оказать тебе весомую услугу.

Торговец презрительно фыркнул.

– Сомневаюсь.

Вытянув руку ладонью вверх, маг закрыл глаза, напряженно нахмурился – и Согрейх удивленно отшатнулся, увидев, как на ладони Дорлана загорелся багровый огонь. Он взметнулся почти до купола шатра, на секунду ярко осветив все товары и невозмутимо пьющих женщин, но затем уменьшился и потускнел, приобретая определенную форму.

Согрейх с шумом выдохнул и разжал кулаки. Маг же открыл глаза и удовлетворенно улыбнулся. В его вытянутой руке лежала ромбовидная пластина из полупрозрачного вещества, изнутри налитого темным огнем.

– Ты торгуешь редкостями, друг Согрейх, – спокойно произнес Дорлан. – И должен знать, что я сейчас держу.

– Чешуя огненного дракона из Круга Вулканов… – пробормотал перекупщик. – Целое состояние…

– Теперь ты мне подскажешь, где найти людей Кремня?

Согрейх пожирал глазами слабо светящийся предмет, но все же не торопился соглашаться.

– Откуда я знаю, что эта штуковина не растает в воздухе сразу после твоего ухода?

– Ты знаешь меня, торговец, – произнес Дорлан. – Разве я хоть раз прибегал к дешевым трюкам?

– Надо сказать, у Угнетенных ты тогда был на хорошем счету, – почесав голову, признал Согрейх.

Маг улыбнулся.

– Я бывал в Круге Вулканов. Чешуя там просто валяется на земле. И поверь: сейчас одной лишней чешуйкой там стало меньше.

Торговец осторожно принял драгоценный предмет из руки Дорлана. Чешуя дракона была тяжелой, горячей на ощупь – и вполне реальной. Довольная ухмылка медленно расползлась по неприятному лицу Согрейха.

– Ну так?… – подбодрил его маг.

– Пройди до самого конца мясного ряда, – не отрывая глаз от чешуи, быстро сказал Согрейх. – Там увидишь старый дом и дверь в подвал. Постучи три раза, скажи, что я прислал и велел рассказать, что знают.

Дорлан кивнул.

– Благодарю.

– Проваливай из моего шатра, – сказал торговец и, не прощаясь, снова отошел в свой угол.

Оказавшись на улице, Дорлан Лаэд взглянул на небо. Небольшие облака начинали наползать на город со стороны моря. Стало немного прохладнее.

Ну что же, – пробормотал маг, – похоже, вечер обещает быть интересным.

Он стоял возле обшарпанной деревянной двери с грубо нарисованным на зеленом фоне черным топором. Дом, о котором говорил Согрейх, на самом деле выглядел ужасно ветхим и заброшенным; и трудно было поверить, что внутри мог кто-то обитать. Впрочем, наверное, таким и должен был казаться притон контрабандистов.

Дорлан трижды с силой ударил по двери. Прошло несколько секунд, и в глубине погреба зазвучали приглушенные голоса. Затем послышались приближающиеся шаги.

– Кто? – лающий голос из-за двери заставил мага поморщиться.

– Меня прислал Согрейх, – отозвался Дорлан.

После недолгого промедления, засовы стали отодвигаться со страшным лязгом. Затем дверь приоткрылась, и на волшебника глянула небритая физиономия с выпяченными губами.

– Чего тебе?

– Есть разговор. Это касается типа, который напал на ваших людей сегодня.

Бандит с присвистом выдохнул и подозрительно посмотрел на длинный плащ Дорлана.

– Ты волшебник что ли? Тот самый, кого искал этот гад?

– Да, это я.

Дверь с кошмарным скрипом распахнулась.

– Проходи, – поманил Дорлана бандит.

Маг осторожно спустился вслед за ним в слабо освещенную подвальную комнату, тесно заставленную сундуками и обмотанными тканью кувшинами. В середине комнаты в тесном кругу вокруг горящего светильника сидели четверо человек. Поодаль на огромном сундуке лежал еще один – накрытый покрывалом до шеи. Он слабо стонал при каждом вдохе и мучительно сжимал свисающую из-под покрывала руку. Видимо, это был один из раненых.

Дорлан остановился за несколько шагов от круга сидящих. Все они молча повернули к нему головы и стали изучать пришельца бесцеремонными взглядами.

– Темновато у вас, – нарушил молчание маг. – На улице день, а вы в потемки кутаетесь…

Один из бандитов – похоже, главный, судя по массивной золотой цепи на жилистой шее – неспешно поднялся и ткнул в сторону Дорлана пальцем.

– Ты, чертов колдун! Эта черная шваль искала тебя. Из-за тебя эта сука повредила моих парней!

– Кремень, как я понимаю? – невозмутимо спросил Дорлан.

– Правильно понимаешь.

– Как выглядела эта черная шваль? – спросил маг.

Кремень злобно оскалился.

– Ты пришел мне вопросы задавать? Может, мне еще твою бабью одежонку постирать, а?

Бандиты дружно захохотали. Дорлан спокойно ждал, когда они утихнут.

За спиной у него лязгнули засовы, и стало темнее. кто-то снова запер дверь.

– Меня прислал Согрейх, – повторил маг то, что уже говорил на улице. – Сказал, чтобы вы помогли мне.

– Вот как? Жалкий барыга посмел указывать мне, что делать с тобой? – Кремень харкнул и сплюнул под ноги Дорлану. – Считай, что эта крыса просто пожелала тебе смерти!

Волшебник пожал плечами.

– Зря ты злишься – я знаю не больше твоего. Хочу выяснить, зачем кто-то искал меня. Кроме того, насколько я знаю, вы повздорили вовсе не из-за меня, а из-за вашего товара.

Резким жестом руки Кремень поднял сидящих в кругу бандитов на ноги.

– Это не твое собачье дело, колдун. Ты теперь в долгу у меня, и должен расплатиться. И запомни: здесь я задаю вопросы.

Дорлан оставался неподвижным, но его взгляд посуровел.

– Я бы не хотел причинять твоим людям лишние проблемы. Все, что мне нужно, это описание незнакомца.

– Заткнись, – процедил бандит, с хрустом сжав кулаки. – Заткнись и слушай, что ты должен делать, чтобы отработать долг.

В глазах Дорлана засветились слабые огоньки.

– Я узнаю, что мне нужно, – стальным тоном сказал он. – И я рекомендую рассказать мне все по– хорошему.

– Ты что, не понял меня, падаль? – рассвирепел Кремень. – Хочешь, чтобы тебя научили уважать сильных?! – он повелительно взмахнул рукой. – А ну– ка, ребята, покажите этому цветочнику настоящую силу!

Одновременно выхватив из-за поясов кинжалы, трое бандитов бросились к Дорлану.

В комнате стало очень светло. Волшебника мгновенно окутала прозрачная оболочка, играющая сполохами желтого сияния. Столкнувшись с ней, люди Кремня пронзительно закричали от боли и сразу же, выпустив из рук оружие, откинулись навзничь на спину.

Сам Кремень, вытаращив глаза, молча смотрел на Дорлана.

– Не ожидал, что я знаю боевую магию? – по-обыденному спросил волшебник. – Да, я могу не только лечить и управлять погодой.

Сквозь сцепленные зубы главаря вырывалось частое дыхание.

– Я достану тебя… Я тебя на куски разрежу, сволочь… – прошипел он.

Магическая оболочка мгновенно исчезла, но Дорлан протянул к Кремню правую руку – и вдруг пальцы его ладони стали испускать длинные и узкие волокна света. Они стремительно протянулись к Кремню и за долю секунды опутали его тело с ног до головы. Бандит громко закричал, пытаясь вырваться, но огненные нити держали крепко.

Дорлан, удерживая путы, приблизился к Кремню почти вплотную и поглядел в его расширившиеся от ужаса глаза.

– Как он выглядел? Какие покупал у вас травы? Где их можно еще купить в Торре? Говори!

Самоуверенность Кремня, похоже, исчезла без следа. Он заговорил, с натугой шевеля дрожащими губами:

– Низкорослый… куртка холщовая, рваная такая… маска на роже, капюшон… явно не из наших мест. Ему нужен ведьмин демон… много…Ведьмин демон – это заколдованная пещерная плесень… для любителей кровавых драк…

– Я знаю, – прервал Дорлан. – Где он еще сможет найти эту плесень?

– Только в подземном городе… На постоялом дворе у верхогляда Кауры… Отпусти меня, я сказал, что знаю…

Дорлан отступил на шаг и опустил руку. Светящиеся волокна, стягивающие тело Кремня, исчезли. Сгустилась темнота – светильник давно опрокинулся и погас, и теперь видны были только два слабых огонька в глазах мага.

Главарь бандитов бессильно сполз на землю.

– Ты не вспомнишь, что сегодня произошло, – тихо, но повелительно промолвил Дорлан. – Ты и твои люди перепились вчера в любимой таверне, и весь день провалялись с похмельем. Вы будете знать только это. Ты никогда не видел меня.

– Никогда не видел… – монотонно повторил Кремень как в бреду.

– Теперь – спи, – приказал волшебник, и бандит сразу же затих.

Дорлан повернулся к выходу. Было темно, но он смог различить возле лестницы сгорбленную фигуру еще одного бандита – того, что говорил с ним из-за двери.

– Я ничего не скажу… – сдавленным голосом проговорила эта фигура.

– Не скажешь, – подтвердил Дорлан. В ту же секунду бандит, как и остальные, сполз на землю и стих.

Тогда Дорлан осторожно прошел между людьми Кремня, поднялся по лестнице и вышел наружу.

Подземная часть Торра располагалась внутри огромной естественной пещеры со многими разветвлениями, гротами и залами. Под сводами всегда царила одна и та же слегка прохладная температура, и поэтому подземный город служил гигантским складом для торговцев, а также прибежищем для тысяч бедняков, неспособных найти себе жилище под солнцем. Расположение улиц здесь определялось не зодчими, а капризом природы, и поэтому человек, попавший под свод этой пещеры, рисковал надолго заблудиться.

– Возможно, мне стоило бы продолжать занятия с группой… – сказал Дорлан сам себе, осматриваясь по сторонам. – Многовато неприятностей за один день…

В мужчине, стоящем на темной подземной улице, теперь нельзя было узнать достойного учителя магии природы. Поняв, что его внешность хорошо узнаваема в городе, Дорлан воспользовался иллюзией и изменился. Теперь он был высоким верзилой с квадратной челюстью и короткими светлыми волосами, одетым в крестьянскую холщовую рубаху и кожаные штаны. Просто деревенский здоровяк, желающий подзаработать на каком– нибудь мокром деле…

У входа в пещеру Дорлан спросил у проходящего мимо уличного менялы, как найти верхогляда Кауру. Тот за пару монет был готов даже проводить крестьянина до места, но Дорлан предпочел выслушать долгое и запутанное объяснение. Это стоило ему лишних полчаса плутаний по закоулкам и узким гротам, где жили преимущественно городские нищие – но в конце концов Дорлан вышел к кварталу верхоглядов.

Это был просторный пещерный зал, дно которого поднималось к сводам наподобие амфитеатра. Улицы освещались тусклыми оранжевыми фонарями, а по обе стороны от тротуаров тесно лепились друг к другу каменные дома верхоглядов, похожие на саркофаги.

– Извините… – Дорлан остановил невысокого даже для верхогляда бородача в коричневом камзоле, степенно идущего по улице. – Где находится постоялый двор?

– Ишешь старину Кауру? – громко и гулко воскликнул верхогляд.

Дорлан кивнул.

– Да ты почти рядом с его пыльной норой! – бородач указал на одно из немногих двухэтажных строений. – Заходи и чувствуй себя как дома… но не забывай, что ты у верхоглядов в гостях! – и верхогляд раскатисто захохотал.

Помотав головой, Дорлан направился к входу в гостиницу.

Тяжелая и добротная дверь заведения была явно рассчитана на посетителей ростом пониже людей. Пришлось согнуться чуть ли не вдвое, чтобы проникнуть внутрь.

Прихожая комната гостиницы Кауры была на удивление уютной. Стены украшали разноцветные ковры с причудливой и искусной вышивкой, изображающей знаковые события истории верхоглядов, а также охоту на дракона и веселое застолье. В настенных канделябрах играло яркое пламя свечей. Две двери – такие же низкие, как и входная – были приоткрыты, и из-за них доносились голоса и явный запах жареного мяса. Массивный каменный стол в центре комнаты был завален кучей свитков и книг, а посреди стола красочно стояли большой откупоренный графин и недопитая склянка с прозрачной жизкостью.

Самого хозяина не было видно, зато возле одной из дверей проворно работала веником почти круглая по форме тела старая женщина-верхоглядка. Она неодобрительно поглядывала на вошедшего здоровяка (что был вдвое выше ее), но не проявляла желания приветствовать его.

Дорлан заговорил первый.

– Здравствуй, тетушка. Не скажешь ли, где сейчас господин Каура?

– Нет у нас свободных комнат, – угрюмым и почти мужским голосом ответила уборщица, не переставая подметать пол.

– Мне нужно потолковать с хозяином. Я не ночевать пришел, у меня другое дело.

– Что такое? – старуха сразу выпрямилась и взглянула на Дорлана со всей внимательностью.

– Дело… – повторил он, держась в образе простачка. – Купить кое-что хочу…

Верхоглядиха понимающе кивнула.

– А, ясно. Все то же? Мечтаешь поглазеть, как кому-то выпускают кишки… но только, пусть дерутся демоны, да? Чтоб тебе ничего за это не было?

Дорлан ухмыльнулся так глупо, как смог.

– Колдовским тварям все нипочем…

Уборщица отставила веник в сторону.

– Ладно. Стой здесь, парень. Я позову Кауру.

Она скрылась за дверью, из-за которой доносился мясной запах. Похоже, сам Каура сейчас занимался любимым делом верхоглядов – подсчитыванием доходов во время обильного ужина.

Дорлан остался в комнате один. Он, конечно, не имел никакого желания покупать колдовское зелье, не говоря уже о том, чтобы использовать его. Примитивное, но сильное заклятие ненависти, въевшееся в эту плесень, привлекало из астральных сфер безумные темные силы. Тот, кто сжег плесень на костре, несколько минут мог лицезреть искаженное измерение зла, кошмаров, убийств и звериного буйства , где демоны грызли друг друга. Это был временный портал в колдовской адский мир ужасов, сквозь который можно было только подсматривать, но не перейти.

Использование этого зелья считалось мерзостью и извращением… – даже в таком сравнительно безнравственном месте, как Торр. На всей территории Танакеи за продажу ведьминого демона полагалась серьезная кара, впрочем деревенские ведьмы-оборотни не особо боялись тюрьмы, поэтому плоды их злобной магии по прежнему появлялись в злачных местах.

Дорлан не уставал удивляться противоречивому образу своего преследователя. Воин, сыщик – и в то же время морально разложившийся любитель извращенного колдовства. Может быть, это урод, вынужденный прятать шрамы или врожденные дефекты под маской? Неприятие обществом и обида могли породить в нем желание мести – отсюда страсть к кровавым зрелищам…

– Вряд ли он военный агент… – пробормотал маг про себя. – Все это донельзя подозрительно.

В этот миг снова скрипнула дверь – но не та, за которой скрылась верхоглядиха, а входная, та, к которой Дорлан стоял спиной.

– Ка… Каура. Где Каура? – прозвучал странный хриплый голос.

Медленно, Дорлан обернулся.

На пороге стояла низкорослый человек, одетый в черную кожаную куртку. Вся его фигура была какой-то неестественно кривой, словно и руки и ноги были сломаны во многих местах, а потом неправильно срослись. На поясе незнакомца висели короткие изогнутые ножны.

Его голову укутывала грязная тряпка – так, что видны были только глаза.

Дорлан встретился взглядом с вошедшим и вздрогнул, сам не зная, почему. Глаза странного человека были незнакомыми, косыми, широко посаженными, глубоко утопленными в темной коже… – но какое-то до боли знакомое выражение на секунду мелькнуло в них, и Дорлана вдруг пронзил неясный укол памяти.

– Ты кто? – незнакомец сделал маленький шаг вперед. И тут же снова отступил, нахмурив брови.

– Эй, что с тобой такое? Расплываешься, как дым!… – он поднес руку к глазам и потряс головой. – Черт, наверно, ведьмино заклятие все еще действует…

Дорлан посмотрел на свои руки – и в свою очередь удивленно вскрикнул.

По неизвестной причине, иллюзия исчезала сама собой. Образ крестьянина растворялся на теле мага, рассеиваясь, как дым над костром. Через пару секунд Дорлан снова выглядел как обычный волшебник природной Школы.

«Как?!»… – в немом изумлении подумал он.

– Ты… Ты… – незнакомец снова смотрел на него, и теперь в его взгляде светилось сильнейшее волнение.

– Я Дорлан Лаэд, – пересохшими губами сказал маг. – Теперь ты говори свое имя.

Но тут с другой стороны комнаты послышался гулкий верхоглядий голос.