- -
- 100%
- +
– Ты же убил его… – вдруг потрясенно прошептала Лойе. – Ты убил моего брата…
Родак посмотрел на нее безумным взглядом. Затем вдруг вздрогнул, и его лицо исказилось сильнейшим волнением. Он обвел глазами всех, кто был в коридоре.
– Ты убил его… – эхом повторила Зоя, теперь уже не казавшаяся такой торжествующей.
Веселье и насмешки стихли, словно по волшебству. Наступила тишина. Изумление и страх настолько сильно овладели всеми, что никто не двинулся, когда Родак сорвался с места, растолкал стоящих перед ним учеников и со всех ног побежал по коридору по направлению к выходу из Дома.
Звездная Роща осталась далеко позади, и вокруг простиралась обычная танакейская степь. Восточный край неба начинал бледно светиться, звезды сливались с небом и исчезали. Наступал рассвет.
Когда силы окончательно иссякли, Родак молча повалился в высокую траву лицом вниз и замер. Он пробежал без остановки несколько часов – только изредка, когда сердце уже отказывалось работать, ненадолго переходил на шаг. Ему постоянно казалось, что всемогущие маги найдут его, и какая-нибудь неведомая сила вдруг вздернет его в воздух и перенесет обратно в Рощу, где состоится суд… и казнь.
Но вокруг было тихо, только негромко шелестели травы и безмятежно стрекотал какой-то ночной сверчок.
– Я ни в чем не виноват… – прошептал Родак, чувствуя, как травяные волокна щекочут кожу лица. – Я не мог сдержаться, не мог снести такие оскорбления. Смерть лучше, чем такой позор…
Но ужасающее чувство не отпускало, словно яд растекалось по всему телу. Чувство непоправимого, неизбежного, что изменяет жизнь в худшую сторону, и нет средства вернуть все обратно…
Родак уже испытывал это чувство раньше. Именно оно не давало ему спокойно спать все эти несколько лет
– Почему такие несчастья случаются со мной? – простонал он. – Великие Творители, почему?
Несколько минут пролежав без движения, он снова погрузился в полусон-полубред, и события трехлетней давности стали проплывать в сознании, словно движущиеся картинки цирковых фокусников-колдунов.
…вот он видит себя как будто со стороны, стоящим в крестьянском платье рядом с колодцем. В руках – ведро, полное холодной воды, и он уже собирается нести его в сени, но слышит приближающийся лай собачьей своры и крики…
…из-за излучины дороги на холм, где стоит их дом, влетает цветная процессия: роскошные кони, охотничьи собаки, охранники и трепещущее знамя. А в середине – красно-черная фигура с мантией на плечах и покосившимся золотым обручем на лбу – Родак видел это толстое лицо – на гобелене, что продавали рыночные купцы. «Знаток счастья», Богач, самый могущественный человек в Танакее …
…со смехом и бравыми кличами, процессия вламывается во двор, кое-кто перескакивает через забор, и рыхлая огородная земля летит из-под копыт во все стороны. Десятеро мужчин, включая красно-золотого Богача… «Неплательщики, незаконное поселение»… Пьяные рожи вокруг, и смущенные объяснения отца, которые никто не слушает. Родак отпускает ручку ведра, и вода разливается по земле…
…мать и старшая сестра появляются на дворе, вытащенные за волосы из дома. «Пощадите!… Оставьте в покое!…». Один из ублюдков, радостно скалясь, поворачивает пьяное лицо к красно-золотому: «хозяин, удачная охота»…
…отчаянные крики женщин, хриплый стон отца, скорчившегося с пронзенной грудью, жадные похотливые выкрики, доносящиеся из дома. Оказывается, у Богача голос в точности похож на мычание теленка… Родак в ярости бросается на мучителей с кулаками, но кто-то, смеясь, огревает его древком копья по голове, и он падает в грязь…
… вечернее небо подсвечено пламенем горящего дома. Там, внутри, остались два истерзанных женских тела. Родак в забытьи смотрит на то, как пылающие доски рушатся, погребая все то, что дорого его сердцу. Отец, мать, сестра. Пьяная охота…
…он поворачивается к дороге, по которой умчалась окончательно опьяневшая свора… в которой собаки были самыми благородными и чистыми существами. Проклятая память не может удержать все их обрюзгшие лица. Всем не отомстишь, всех не убьешь… Жаль…
…но одного он знает точно. «Знаток счастья» знатнейший Богач Танакеи. Может, ты и забудешь, как веселился на этой охоте. До поры… но вспомнишь, когда перед смертью будешь смотреть мне, Родаку, в глаза…
Глава 4
Рассвет прокрадывался в окна, словно бесшумный вор. Бледное свечение постепенно выхватывало из темноты угловатые линии деревенской мебели, неровности стен, складки ткани на скатерти – и замершие лица двоих спящих сойторэ – пожилых мужчины и женщины. Раздутый живот хозяина дома медленно приподнимался и опадал, заставляя покрывало еле слышно шуршать.
Любой звук или луч света привлекал внимание Айны. Когда смарагда готова к охоте и бою, то пространство вокруг должно быть под контролем. Она так же бесшумно, как рассвет, отделилась от стены и пару раз шагнула через комнату по направлению к кровати.
«Сойторэ, проклятые люди… Мучители земли, природы, искусства, любви… Каждый сойторэ заслуживает смерти. Даже если он – всего лишь крестьянин. Ради блага смарагдийских долин, ради выживания моего народа – он заслуживает смерти!»…
Айна взглянула на зажатый в правой руке длинный кинжал. Он для нее был все равно что продолжение тела – верный, надежный товарищ. Ей было неприятно, что эта благородная сталь должна погрузиться в кровавые внутренности человека.
Но другого пути не могло быть. Эти двое - худшие враги и осквернители Святыни смарагдов… А старуха лично унесла Свечи из родового гнезда. За это полагалась только одна расплата.
Задержав дыхание на вдохе, Айна молниеносно прянула вперед и одним движением вонзила кинжал по рукоять прямо в сердце лежащей женщины.
Та выгнулась всем телом, захрипела, бесцельно взмахнула руками, открыла глаза… Айна увидела в них непонимание и сонную поволоку, но не страх и не боль. Сойторэ часто не верили в то, что умирают. Через пару секунд глаза женщины закрылись, и с ней все было кончено.
Мужчина дернулся, издал горловой звук и тоже открыл глаза. Несколько секунд он не понимал, что происходит – наконец, обернулся и увидел мертвое тело рядом с собой. Он смотрел на темную рану, вокруг которой растекалось по светлой ткани кровавое пятно. Свистящий выдох вырвался из его груди, все тело напряглось и задрожало мелкой дрожью. Затем он быстро повернул голову и посмотрел на стоящую перед кроватью Айну.
– Ведьма… – прошептал он одними губами. И сразу, набрав воздуха, перешел на крик:
– Ведьма! Кровожадная тварь! Ведь…
Сверкнув в рассветном свечении, обагренный кинжал метнулся к его горлу. Старик сразу же умолк, будто подавился; в его глазах блестел суеверный страх.
– Смарагды – не ведьмы и не колдуны, – спокойно ответила Айна. – Это вы, проклятые сойторэ, наговариваете на нас.
– Зачем ты убила ее? За что? – сдавленно спросил он. – Мы не стали бы упираться. Ты могла взять все, что хочешь.
Айна хищно улыбнулась.
– Нет, торгаш. Не стоит врать так нахально. Я чувствую, как жадность прячется в тебе даже сейчас. Ты думаешь, как бы обхитрить меня и избежать смерти, все еще мечтаешь нажиться на наших Святынях.
– Каких святынях? Что ты мелешь?…
Свободной рукой она размахнулась и влепила старику пощечину; его голова откинулась назад.
– Заткнись! – велела Айна. – Не смей говорить так о Свечах Воли!
Старик смотрел на нее глазами, в которых видны были смертный страх… и неуемная алчность.
– Где Свечи? – Айна приблизила острие кинжала к его горлу. – Говори, сойторэ, если хочешь умереть легко!
Он указал трясущейся рукой на лежащий на полу ковер.
– Там… В погребе… Сундук. В нем ключ от старого склепа в степи. Ваши Свечи – в этом склепе.
– Где он? Где этот склеп?
– В степи… На краю моих ржаных полей, там, где излучина Торрской дороги, – старик дрожал все сильнее. – Тебе нельзя убивать меня. Наложено заклятье, чтобы только я один мог войти туда… Я нужен вам, смарагдам…
– Ты пытаешься обмануть меня!
Внезапно, в глаза Айне ударил первый солнечный луч. Свет, проходящий сквозь пыльное стекло окна, был оранжево– красным.
Несколько секунд длилась пауза; они смотрели друг на друга. Айна сцепила зубы, и воздух с легким присвистом проходил сквозь них. Она сжимала кинжал изо всех сил.
– Что?.. Неужели тебе так сильно хочется меня убить? – вдруг спросил старик с нотками отчаянной просьбы в голосе. – Вы, смарагды, обвиняете нас в жадности, в невежестве. Но ты уже зарезала спящую женщину… на моих глазах! Разве тебе не знакома жалость?!
– Заткнись!! – вдруг выкрикнула Айна. – Ни слова больше, а то сдохнешь, проклятый сойторэ!!
Убийственное лезвие почти касалось его заплывшей жиром шеи. Сделать только одно движение – и одним врагом станет меньше.
«Жалость… Это чувство – для глупых сойторэ! Воительницу–смарагду ведет необходимость!..»
Почему эта мысль уже не казалась ей такой убедительной?
– Я дам тебе всего один… – начала она говорить, но вдруг раздался резкий звон разбитого стекла и стремительный свист. Окно раскололось на осколки, брызнув на пол блестящей крошкой. А в стену напротив окна с глухим ударом ударилась длинная стрела с красным оперением.
Смарагда отпрыгнула от окна и прижалась к дальней стене. Ее сердце словно оборвалось и на секунду перестало биться – но не от страха, а от горечи и досады: их обнаружили.
– Айна!! – донесся крик из-за пределов дома. Это был голос Полуры – напарницы, которая осталась ждать снаружи. – Айна, беги! Здесь стражники и…
Голос прервался – вместо него раздались громкие окрики деревенских жителей. Они приближались к дому со всех сторон.
Айна судорожно оглянулась по сторонам, не зная, что делать. Если дом был на прицеле у лучников, скрыться будет очень трудно. Как жаль, что ее собственный, надежный и меткий лук остался у Полуры…
– Не делай глупостей, – явственно окрепшим голосом сказал следивший за ней старик. – Не делай глупостей, и, может быть, тебе сохранят жизнь.
Она посмотрела на него и вдруг рассмеялась.
– Трусливым сойторэ никогда не заставить смарагда сдаться!
Больше не раздумывая, Айна прянула вперед, мощно оттолкнулась от пола и прыгнула головой вперед в разбитое окно. Она изогнулась всем телом, и, как только оказалась за пределами дома, изменила направление движения. Это был прием смарагдийской боевой техники; ни один сойторэ не способен на такое.
– Огонь!! – закричал низкорослый усач, стоящий на улице перед домом. Все стрелки одновременно спустили тетивы – если бы из окна выпрыгнул человек – пусть даже самый ловкий – его бы пронзило с десяток стрел. Но это был не человек. Как будто темная тень, неразличимая в рассветных лучах, метнулась от окна вправо – и через секунду смарагда была уже на дороге в десятке шагов от дома.
– Убейте ее! Убейте!! – закричали крестьяне, толпящиеся в округе. Многие из них бросились Айне наперерез; у них в руках были вилы, мотыги и топоры. – Убьем ведьму!!
– Пусть сдохнет, сука!! – закричал старик– торговец, высовываясь из разбитого окна. – Убийца!! Держите!!
– Берите живьем!! – донеслось с другой стороны. – Принесем ее в жертву на алтаре!
«Залог спасения – в движении!» – она бежала изо всех сил, то и дело петляя по улице, обегая крестьян, уворачиваясь от их оружия. Кроме них, в деревне было несколько конных и пеших стражников. В нее то и дело летели стрелы, но то ли Айну хранила судьба, то ли танакейские лучники не были искусниками своего дела – пока ни одна стрела не попала в цель
Один здоровяк со ржавой секирой в руках встал на пути – на лице его горела волчья уверенность в своей силе. Он ринулся к Айне, размахнулся – но она присела на бегу и стремительно крутнулась, отставив в сторону руку с кинжалом – и секира упала на землю. смарагда понеслась дальше, а здоровяк остался изумленно смотреть на собственные внутренности, показавшиеся из распоротого живота.
Дом старика был на краю деревни, и через несколько секунд Айна выбежала на ржаное поле. Тут она была на виду, но иного выбора не оставалось. Приходилось лишь надеяться на собственную скорость. Она вложила всю волю в мышцы ног, пригнулась – и побежала по прямой. Высокие ростки цеплялись за обувь, незаметные бугры каждую секунду подворачивались под ноги. Встающее солнце, должно быть, хорошо освещало ее. Сил не хватит…
Надежды мало, но смарагд не может сдаться…
«Проклятые сойторэ! Вам не убить меня! Только не в этот раз!…»
Но крики не стихали, и топот десятков ног все так же слышался за спиной. К нему добавился лай собак и размеренный лошадиный галоп. Похоже, конный лучник…
– Все равно я не сдамся!! – в голос крикнула Айна и побежала еще быстрей, из последних сил.
– Не сдамся!… – и тут что-то сильно толкнуло ее в правую лопатку, и острая боль разлилась по телу. все-таки, один выстрел нашел свою цель…
Айна, не удержавшись на ногах, кубарем покатилась по траве. Кинжал выпал из руки, все тело свело мгновенной судорогой. Но перед тем, как упасть, она успела заметить впереди одинокую фигуру. кто-то приближающаяся навстречу к ней. Наверное, еще один ловчий…
«Проклятые сойторэ!»… – она скорчилась на земле со стрелой, пронзившей тело насквозь. Красно-фиолетовая смарагдийская кровь стала пропитывать искусно вышитую куртку.
«Свечи Воли не должны пропасть в руках людей!»… – эта мысль придала немного сил, и Айна упорно поползла вперед. Стук копыт приближался – оставалось всего несколько секунд…
Но вдруг чья–то рука схватила ее за здоровое плечо. Айна повернула голову и, оскалившись, посмотрела в лицо молодого полуголого мужчины с сетью шрамов на лице.
– Ну же, чего ждешь, сойторэ! Добивай, если осмелишься! – она закашлялась: кровь пошла горлом, и стало трудно дышать.
– Они хотят догнать тебя, – звенящим от напряжения голосом сказал парень. – Я знаю, каково это – убегать ото всех. Я помогу.
– Ты – человек! Мне не нужна твоя…
Не слушая, полуголый парень вдруг навалился на нее и обхватил стан Айны руками.
Боль с новой силой пронзила смарагду; она почувствовала приближение смерти. Тем временем, странный парень, прижавшись к ней, вдруг напрягся всем телом – и произнес какую-то странную фразу на незнакомом языке…
И сразу их обоих окутала неясная дымка. Айна ощутила себя летящей в пространстве; само ее тело, казалось растворилось в пустоте. Даже боль исчезла.
«Это прямолуч», – поняла смарагда. – «Этот парень – волшебник».
Прошло несколько секунд, и Айна снова почувствовала под собой землю. А через мгновение вернулась и боль.
Парень с изможденным вздохом отцепился от нее и распластался рядом, на песке.
Неторопливый прибой наползал на широкий и абсолютно безлюдный – если не считать их двоих – берег. Восходящее солнце золотило воду.
– Кто ты? – прохрипела Айна, обращаясь к юноше. – Зачем спас меня?
– Я – Родак, – ответил он. – Я случайно оказался рядом. А зачем спас тебя – не знаю. Наверное, просто хотелось лишить эту озверелую толпу удовольствия.
Айна тяжело дышала.
– Моя рана тяжела. Ты знаешь волшебный способ меня вылечить?
Родак покачал головой.
– Нет. Я был всего лишь учеником, да и то сбежал из Школы. Тебе не повезло, смарагда.
Она снова закашлялась.
– Меня… Меня зовут Айна.
– Красивое имя, – сказал Родак, приподнявшись и повернувшись к ней. – У смарагдов всегда красивые имена. И ты сама… тоже красивая. Жаль было бы видеть тебя растерзанной на части.
Айна покосилась на него и насмешливо фыркнула.
– Так ты полюбоваться решил? Не рано для сойторэ в твоем возрасте заглядываться на женщин?..
Родак обиженно умолк. Присмотревшись, Айна поняла, что он, все-таки, уже взрослый, хотя и моложавый, человек. Его взгляд и лицо говорили о пережитых страданиях и горестном опыте. Похоже, перемещение на этот берег отняло у него много сил, потому что Родак был смертельно бледным и изможденным.
«Не очень–то благодарна я к своему спасителю», – запоздало подумала Айна. Превозмогая боль, она подняла руку и слегка прикоснулась к голой груди парня, на которой красовался огромный синяк.
– Ладно, извини… Спасибо тебе, Родак. Поверь, мне нелегко говорить добрые слова сойторэ, – Айна неловко пошевелилась, и застрявшая в теле стрела вдруг стала причинять ужасную боль. Сцепив зубы, смарагда застонала.
– Как мне помочь тебе? – спросил парень.
– Сними платок у меня с шеи… помоги перевязать рану… – несвязно проговорила она; перед глазами шли цветные круги.
Родак опасливо смотрел на торчащий из ее тела наконечник.
– Я не мастер по части медицины… – его голос прервался, когда Айна резким движением отломила наконечник и вытащила стрелу.
– Ахх!.. – она едва не сорвалась на крик: настолько было больно.
– Держись, Айна! – Родак склонился над ней, протянул руки к завязанному на шее платку.
На некоторое время все звуки и цвета померкли у нее в сознании. почему-то в памяти всплыло лицо напарницы – Полуры – которая беззвучно смеялась. Айна никогда не видела раньше улыбку на ее лице… Полура, ты была хорошим воином, горько, что твои останки сейчас терзают жадные собаки деревенских сойторэ…
Но мерный звук прибоя все же начал просачиваться сквозь это бредовое видение. Айна резко вздохнула, и очередной приступ боли – уже не рвущей, а разлитой по всей груди – вернул ее к реальности.
– Ты жива? Ты в порядке? – Родак косой петлей обвязывал платок вокруг ее груди.
– Вопрос, достойный мудрости сойторэ… – насмешливо сказала Айна, переводя взгляд на небо.
– Что означает это слово? Ты постоянно его повторяешь.
– «Человек» на моем языке, языке смарагдов… Дословно это означает – «невежда».
Родак хмыкнул.
– Не все люди невежды. Хотя, наверное, исключений теперь все меньше и меньше.
Солнце уже забралось довольно высоко, и обычная дневная жара стала разогревать песок. Айна оглянулась – пляж выглядел совершенно диким. Подступающие к берегу крутые скалы, песок – и море.
– Где мы? Куда ты переместил нас? – спросила она.
Родак пожал плечами.
– Я не знаю. Не было времени подумать. Да, если честно, мне не из чего было выбирать. Просто – оттуда…
– А как же твоя Школа? Может, там меня могли бы вылечить?
Он хмуро усмехнулся.
– Только после того, как прикончили бы меня.
Айна удивленно посмотрела на него.
– Что ты натворил такого?
Родак взглянул ей в глаза.
– Убил своего обидчика. В гневе.
– Прямо в Школе? В Звездной Роще магов? – смарагда недоверчиво покачала головой. – Но это неслыханно! Даже мой народ считает это место островом мира.
– Твой народ ошибался, – отрезал Родак. – Везде найдутся любители поиздеваться над одиночкой.
– Да… Мир сойторэ становится все хуже. Наши мудрецы говорят: истоки света иссякли – сказала Айна.
Родак ничего не ответил, но в его глазах засветилось понимание.
Айна осторожно уселась на песке, а затем медленно встала на ноги. Парень помог ей подняться.
– Ты очень выносливая, – уважительно сказал он.
– Я же смарагда. А не какая–нибудь изнеженная горожанка…
Родак улыбнулся, и его некрасивое лицо в момент улыбки несколько оживилось и похорошело.
– Я рад, что помог тебе.
– Я тоже, – сказала Айна. – Но только не знаю, куда нам идти и где найти еду. Сдается мне, ты нас забросил куда-то совсем далеко…
Родак нахмурился.
– Я не уверен… Но почему-то у меня есть ощущение, что мы здесь не случайно. По-моему… – он нерешительно вытянул руку на север, вдоль береговой линии, – нам нужно идти туда.
– Куда? – Айна всмотрелась, но увидела лишь песчаный пляж, тянущийся до горизонта.
– Там есть что-то… что влечет меня, – Родак помотал головой. – Мне кажется, там и ты сможешь найти помощь.
Она с недоверием взглянула на тщедушную полуголую фигуру Родака.
– О чем ты говоришь?
Он растерянно взглянул ей в глаза.
– Понятия не имею…
Айна вздохнула.
– Ох уж эти сойторэ!… Или жестокость, или слабость… Ну что же, мой спаситель, веди! Мне нет разницы, куда идти…
Медленно шагая, они пошли вдоль линии прибоя. Родак поддерживал Айну: ей было довольно больно наступать на правую ногу. Солнце грело все сильнее, и только морские брызги иногда доносили приятную прохладу.
– Расскажи о себе, – попросил Родак. – Как ты попала в эту переделку в деревне? За что крестьяне преследовали тебя?
Айна усмехнулась.
– Главным образом, за то, что я – смарагда. Злобная, кровожадная ведьма.
– У них были основания так думать?
– Надо признаться, я убила нескольких человек, в том числе женщину… – вздохнув, призналась она. – Но, думаю, моя раса злила их гораздо сильнее моих преступлений.
– Что же ты делала в деревне? – снова спросил Родак.
Она попыталась пожать плечами, но тут же скривилась от боли.
– Ты действительно хочешь услышать?
Он молча кивнул.
– Хорошо, – согласилась Айна. – Я расскажу тебе. Ты должен гордиться, потому что тайны смарагдов никогда не проникали к сойторэ. И я не знаю, почему я хочу нарушить этот закон…
Народ смарагдов, Родак, гораздо древнее человеческого. Я не знаю, откуда пришли в мир люди, знаю одно – они несут разрушение. Живое существо, наделенное истинной душой, стремится жить в гармонии с миром, с природой, с самим собой. Люди же – наоборот, желают подчинять все вокруг себя своим страстям.
Родак понимающе кивнул, но не сказал ни слова.
– С тех пор, как вы, сойторэ, появились, – продолжала Айна. – народ смарагдов стал заражаться этой же болезнью. Войны, борьба за власть, желание повелевать другими… Мы всегда говорим, что мы, смарагды, лучше вас, и я действительно хочу в это верить… Но грани постепенно стираются. Многие смарагды теперь такие же, как сойторэ…
– Что же делать? – спросил парень.
– Именно для решения этой беды наш род, Воители Синего Льда, создал Свечи Воли. Это магические предметы, огонь которых сжигает пороки в душах смарагдов. Если у общины есть Свеча – мы будем счастливы.
К несчастью, Свечи сработаны из золота и рубинов. Они очень красивы – и очень дороги для жадных кошельков сойторэ…
Родак снова кивнул. Айна посмотрела на него и заговорила снова:
– Семь Свечей было у нашего рода. После атаки стражников танакейского Богача, подкупленных торговцами – не осталось ни одной. Я знала, что один из этих торговцев живет в той деревне. Его жена вынесла Две Свечи из нашего дома, когда всех предательски перебили – и они были спрятаны. Моей задачей было вернуть Свечи и отомстить.Но я не успела. Моя напарница погибла, а святыня осталась в грязных лапах проклятого сойторэ…
Она словно рассказывала печальную смарагдийскую былину. Родак, словно зачарованный, смотрел на идеально правильные, словно выточенные из живого камня, черты лица Айны, на ее черную косу, на серые раскосые глаза. Смутная мысль мелькнула у него в голове – о том, что эта смарагда, должно быть, во много раз старше его; о том, что страдание странным образом подходит ее образу; о том, что она, без сомнения, гораздо красивее всех тех девушек, которых он встречал. Холодная, гордая красота…
– Смотри–ка – Айна прервала свой рассказ.– Там что-то есть! Там, у горизонта!
Родак всмотрелся, но его глаза могли уловить лишь едва видимую точку на границе моря и песка.
– Что это? – спросил он. – Ты видишь?
– Да, – она кивнула, поднеся к глазам руку. – Это… лодка.
– В ней есть люди?
– Я не вижу… – она задвигалась быстрее, хотя это причиняло ей явную боль. – Пойдем! Возможно, нас смогут довезти до какого-нибудь селения.
Родак тоже ускорил шаг.
– По-моему, это и есть наша цель. Мы здесь не случайно, я чувствую.
– Это судно – наша цель?
Он кивнул.
– Ты говоришь какими– то глупыми загадками, – раздраженно сказала Айна. – Ты знал, что нас будут ждать какие-то мореходы?