Гелиос 58. Том 3. Комиссар Поляков
- -
- 100%
- +
– Прости меня, конечно, – произнёс он, – но я тут неделю буду подниматься…
– Тебя ждут, брат, – мягко сказало существо и, шагнув во внезапно появившийся серый туман, исчезло.
– А провожать гостя, значит, не надо, – криво усмехнулся он и, глядя на закрывшийся дверной проём между залом и башней, произнёс, – и, естественно, пути назад тоже не предполагается.
Он встал на первую ступеньку и, вздохнув, начал свой путь наверх.
Лестница вела и вела его вверх. Он уже не видел начала своего пути – оно давно скрылось позади и глубоко внизу, а его окончание всё ещё не проглядывалось из длинной и бесконечной спирали ввысь. И чтобы хоть как-то развлечь себя, он стал вспоминать песни. Но память не желала выдавать ему ни строчки, ни даже мотива. Тогда он стал сочинять на ходу. И выходило, на его взгляд, не самое ужасное произведение для человека, идущего по бесконечной лестнице:
– Эй-эй-эй, ступеньки поскорей! Эй-эй-эй! Кончайтесь вы уже!
И так много-много раз. Новый мотив в голову не приходил, а старый хоть как-то отвлекал от бесконечной череды лазурных ступенек, таких же стен и светильников из оранжевого минерала на них.
Каждый путь, начатый с первого шага, приводит к цели. И, потерявшись во времени и количестве шагов, он всё-таки достиг самого верха башни. Помещение, в которое он вошёл, имело уже знакомые лазурные стены и светильники из оранжевого минерала. Посреди помещения стояла клетка из золотых прутьев, в которой можно было разглядеть едва уловимое глазом струение воздуха. Рядом с клеткой находилось крылатое существо в голубой тунике под золотой кирасой, на его ногах были золотые поножи и сандалии. Существо повернулось к нему и жестом пригласило подойти.
– Рад, что ты добрался брат, – крылатое существо посмотрело на него своими золотыми глазами. – Я – Мефаэлет, верховный правитель гелан, народа рождённого среди звёзд.
– То есть, вы не ангелы? – удивлённо спросил он.
Мефаэлет улыбнулся:
– Возможно, вы, люди на Земле, так нас воспринимаете, но мы не ангелы. Хотя, тоже принадлежим свету.
– Хорошо, значит, я не умер и не в раю, – в очередной раз облегчённо выдохнул он. – А как меня зовут?
– Ты наш брат и попал к нам, потому что в тебе есть желание нести справедливость в этот мир, – с нотками торжественности произнёс Мефаэлет.
– А как меня зовут? – повторил он свой вопрос.
– Имя твоё мы откроем позже, – сказал Мефаэлет. – А теперь пройдём в наш реликварий и я тебе кое-что покажу.
Перед ними заструился серый туман и они шагнули в него. Это было похоже на лёгкий порыв ветра, на моргание глаз и на ощущение, что всё пространство сжалось до точки, а потом вновь раскрылось. Их перенесло в огромное помещение со светло-серыми стенами, высокими стрельчатыми окнами и множеством прозрачных стеклянных цилиндров, внутри которых клубился серый туман. Мефаэлет подошёл к одному из таких цилиндров и туман в нём рассеялся. Внутри этого своеобразного хранилища находился очень похожий на человека экспонат, но вместо ног у него был змеиный хвост.
– Это представитель цивилизации змеелюдей, которых вы называете нагами, – сообщил Мефаэлет. – Неудачный вид для жизни на Земле.
– Почему неудачный? – поинтересовался он.
– Просто смотри, – сказал верховный правитель гелан и пригласил пройти к следующему цилиндру.
В следующем оказался четырехрукий гуманоид, который был очень похож на человека – его лицо светилось разумом, но взгляд казался застывшим и изумлённым, словно бы его застали врасплох.
– Он выглядит удивлённым, – произнёс он.
– Ему повезло больше, чем его собратьям, – Мефалет смотрел на цилиндр, который уже затягивал серый туман. – Они исчезли в процессе эволюции… А вот здесь ты видишь тех, кто долгое время безраздельно правил на твоей родине.
Туман в следующем цилиндре, к которому они подошли, рассеялся и он увидел рыжего жука около полутора метров длиной – его длинные усы были закинуты назад, а лапки застыли так, словно тот был пойман в момент движения.
– Представитель расы диктиоптеров, – сказал Мефаэлет. – Их было очень много и все они были чрезвычайно агрессивны и прожорливы, но не обладали необходимыми для дальнейшей эволюции качествами.
– Например? – спросил он.
– Любовь, сострадание, милосердие, – перечислил верховный правитель гелан, – но вот что интересно – управляли ими чёрные жуки кермабициды. Один такой жук мог вести в бой до десятков тысяч диктиоптеров.
– А здесь они есть? – поинтересовался он.
– Нам не удалось захватить ни одного представителя кермабицидов, – ему показалось, что Мефаэлет вздохнул. – Диктиоптеры-воины погибали тысячами, защищая своего предводителя, а он в это время формировал портал и уходил в неизвестном направлении. После чего все диктиоптеры просто разбредались в разных направлениях.
– Интересная тактика, – усмехнулся он, – но к чему ты мне это всё рассказываешь?
– Дело в том, – Мефаэлет подвёл его к следующему цилиндру, – что агрессивность, безжалостность и гордыня овладели подобными существами и они подняли руку на святыню, что дорога существам подобным тебе.
В следующем цилиндре в неподвижности содержалось существо по виду напоминавшее, в этот момент память подкинула ему нужное знание, самого настоящего демона, выглядящего именно так, какими их и изображали в книгах по мифологии – смуглая коричневая кожа, чёрные жёсткие волосы, светящиеся оранжевые глаза и грубые роговые отростки на голове, руках и ногах.
– Я думал, демоны, это миф, – он с недоверием посмотрел на Мефаэлета.
– Это балгр, – пояснил верховный правитель гелан. – Демоны же, не имеют телесных оболочек и обитают в мирах недоступных сознанию большинства существ.
– А как же контакты с ними? – поинтересовался он.
– Всё это голографические проекции, – улыбнулся Мефаэлет. – Балгры – высокоразвитая цивилизация, которая попала в наш инвариант реальности в результате неудачного научного опыта и вынужденная как-то приспосабливаться.
– Говорят они исполняют желания, а взамен требуют душу, – произнёс он.
– Это сказки для малограмотных, – спокойным голосом произнёс Мефаэлет, – а реальность гораздо неприятней – они могут снабдить всем необходимым, но за это потребуют плату…
– Рабство в аду, – усмехнулся он.
– Нет, – Мефаэлет, не обратив внимания на то, что его перебили, продолжил, – плата – высокочастотные энергии сознания. Падение в бездну с пониженной мерностью и эволюция почти с самого начала.
– Как-то непонятно, – он задумчиво посмотрел на неподвижного балгра, – и к чему всё это?
– К тому, что тебе предстоит путешествие в мир балгров, – загадочно произнёс Мефаэлет, – но сначала мы тебя оденем.
Серый туман окутал их и они вышли в мастерских, где все стены были заняты стеллажами с оружием и экипировкой, а за верстаками трудились крылатые существа в серых туниках. К ним подошло одно из этих существ и выложило на стол костюм из тёмно-синей ткани и светло-коричневые ботинки на высокой шнуровке с прямоугольными носами.
– Благодарю тебя, брат, – произнёс Мефаэлет.
Существо в серой тунике совершило лёгкий поклон и вернулось за свой верстак.
– Одевайся, а я подберу тебе оружие, – сказал ему верховный правитель.
Он скинул белую простыню и стал одеваться в костюм из тёмно-синей ткани. К удивлению, костюм сидел на нём как влитой, словно портной, что шил его, снял с него мерки с неимоверной точностью.
– Вот твоё оружие, – Мефаэлет положил перед ним на верстак изделие, напоминавшее пистолет, но без ствола и состоящее из деревянной рукоятки, к которой были приделаны два медных штыря, связанные между собой перемычками в нескольких местах.
– Что это? – взял он в руки, выданное ему изделие. – Не очень-то оно напоминает оружие.
– Осторожнее с ним, – предупредил его Мефаэлет. – Это дефазировщик пространственных связей и применять его следует лишь в крайнем случае.
– Выглядит не очень убедительно, – усмехнулся он и поместил оружие в специальный держатель на поясе.
Едва он отвёл руку от держателя, тот скрыл дефазировщик и сделался не толще ткани из которой был пошит костюм. Он с удивлением посмотрел на Мефаэлета.
– Атомарный уплотнитель, – улыбнулся тот, – а теперь вернёмся.
Серый туман, мелькание света и выход в помещении на самом верху башни.
– Можно было меня и не заставлять подниматься по лестнице, – произнёс он.
– Так надо было, брат, – улыбнулся Мефаэлет. – Это было частью испытания, как и эпизод с дверной ручкой. Подойди сюда.
Верховный правитель гелан стоял перед клеткой из золотых прутьев.
– Я думаю, он ждал тебя.
– Кто? – не понял он.
– Протяни мне свои руки, – попросил Мефаэлет.
На его вытянутых запястьях верховный правитель защёлкнул два золотых браслета. И в его голове возник сначала шёпот, а затем и голос:
«Ты всё-таки пришёл, я готов идти с тобой.»
– Кто это? – удивился он.
«Я твой слуга, я твой работник», – пропел голос.
Он вопросительно посмотрел на Мефаэлета.
– Этот разумный сгусток мы назвали Терафимом, – произнёс верховный правитель гелан.
«Можно просто – Теф», – прозвучал в его голове голос, при этом он поймал на себе внимательный взгляд Мефаэлета.
– Я не могу понять, что он тебе говорит, – пояснил тот, – но это очень хорошо. Вам предстоит работать в паре.
«О, да! Я буду добрым копом, а ты злым», – раздался голос Тефа.
– А если я откажусь? – при этих словах ему показалось, что Теф изобразил гримасу ужаса. – Что тогда будет?
– Тогда, – голос Мефаэлета стал холодно-безразличным, – ты вернёшься в свой мир, где всё начнёшь с самого начала, а мы найдём другого. Но лучше тебе согласиться, поскольку возвращение тебе не понравится, а мы желаем лишь добра.
– Похоже у меня нет выбора, – кивнул он. – Но что будет после того?
– Всё будет зависеть от тебя, комиссар Поляков! – торжественно провозгласил Мефаэлет. – Тебе предстоит расследовать преступление против человечества! Это твоё призвание и судьба и это именно то, чем ты занимался в своей жизни на Земле!
– И моя память вернётся ко мне? – с надеждой спросил он, неожиданно ставший комиссаром Поляковым.
– И не только память, – заверил его верховный правитель гелан. Золотые прутья клетки сдвинулись в стороны. – Он пойдёт с тобой и поможет во всём, а браслеты на твоих руках имеют встроенный исследовательский комплекс и квантовый генератор и будут очень полезны в расследовании.
Комиссар Поляков почувствовал мягкое тепло над правым плечом, а в голове прозвучал голос Тефа:
«Надеюсь не давит? Должно быть комфортно. Но ты если, что, только скажи.»
– Откуда мне начинать? – спросил комиссар у Мефаэлета.
Перед ним возникло облако струящегося серого тумана и он сделал в него шаг.
Глава 4
Закрыл глаза – темно, открыл – яркий солнечный свет. Комиссар Поляков стоял около самого края густого леса и смотрел на раскинувшиеся перед ним зелёные поля.
«Пшеница и рожь, – любезно сообщил Теф, – а нам придётся немного пройтись.»
– Судя по всему, – усмехнулся комиссар, – идти буду я.
«Ну-ну, меньше пессимизма! Прогулки на свежем воздухе весьма полезны для здоровья! – подбодрил Теф. – Кстати, моего веса ты не почувствуешь совсем, а вот я, – тут его голос исполнился театрального трагизма. – Понесу весь багаж наших с тобой знаний.»
– Ладно, – прервал его Поляков, – лучше скажи куда нам идти.
«Поскольку твои новые друзья очень беспокоятся о психическом здоровье своих подопечных, то шагать мы будем около трёх километров вот по этой колее от телег, – улыбнулся Теф. – Это же элементарно, босс!»
Комиссар усмехнулся и мысленно укорил себя за невнимательность – колея от колёс прекрасно выделялась среди травы и было видно, что ей пользуются регулярно.
Место куда они попали было очень похоже на родную планету комиссара. Правда такого количества берёзок и осинок он в своей стране не видел, но это его сильно и не беспокоило. Главное, что он был жив и мог наслаждаться сиянием Солнца, пением птиц и ароматами природы. По его прикидкам, они попали в самое начало лета – деревья только-только отцвели, вскоре на их ветках появятся первые завязи плодов, а земля ещё дышит приятной весенней свежестью, ещё не уставшая от продолжительной изнуряющей жары и ещё не покрытая сухой и растрескавшейся коркой, томящаяся в ожидании первых капель живительного дождя. Шагать было легко. Оказалось, что его тёмно-синий костюм не нагревался под прямыми солнечными лучами, а ботинки поддерживали ноги в приятном комфорте.
– Хорошую одежду мне выдали гелане, – вслух сказал он, желая привлечь внимание Терафима.
«Мог бы и просто подумать, – отозвался Теф. – Я слышу все твои мысли. А так, да – главное, чтобы костюмчик сидел! Он настроен на твою ДНК-структуру и поэтому одень его кто другой, то уже бы давно вспотел и начал чесаться…»
Комиссар вопросительно посмотрел на правое плечо, где, теоретически, должен был находиться его напарник.
«Про почесаться я пошутил, – без тени смущения произнёс Терафим. – Ха-ха, три раза. Ты, вот, лучше лицо начни посерьёзней делать – скоро уже появятся первые дома, а там тебя могут увидеть… И увидеть они должны человека серьёзного, а не шута горохового.»
Слова про шута горохового комиссар не понял, но решил внять совету Тефа и, подсобравшись, сделал максимально спокойное выражение на лице. И это было очень кстати, потому что из кустов выскочил мальчик лет девяти в простой домотканой рубахе и коричневых шортах и понёсся в сторону уже видневшихся невдалеке домов, сверкая босыми ногами.
«А-а! – закричал Теф. – Зайца спугнули!»
«Ты всегда так эмоционально на всё реагируешь?» – поинтересовался у него комиссар.
«Ну-у, – протянул Теф. – Не всегда, но должен же я тебя развлекать, а то ты такой серьёзный идешь.»
«Так ты же сам мне только что сказал…»
«Ну да, – согласился Теф. – Но я же не знал, что ты воспринимаешь всё так буквально и без чувства юмора.»
Они подошли к первым домам и Теф наконец-то замолчал, позволив комиссару спокойно рассмотреть деревянные строения. На первый взгляд, все дома в деревне были одинаково одноэтажными, с двускатными соломенными крышами, потемневшими от времени. Окна домов были занавешены расшитыми шторами, а на ночь их прикрывали деревянными ставнями, на которых, очень похоже, что одной рукой, были нанесены разноцветные природные узоры. Невысокие деревянные заборы отделяли дома друг от друга, а раздававшееся за ними кудахтанье, блеяние и хрюканье, говорило о том, что местные жители держат домашнюю птицу и скот. Комиссар шёл по утоптанной улице вдоль домов и не встречал никого из местных жителей, никто не выглядывал из окон и никто не прятался за заборами. Вскоре улица вывела его на центральную площадь и сразу стало ясно, куда подевались все местные жители. С первого взгляда, на площади собралось всё население деревни и, сбившись в толпу, они на что-то смотрели и что-то громко обсуждали. Комиссар подошёл к ним поближе и заметил в толпе мальчишку, который в полях первым увидел его и побежал в деревню докладывать о чужаке. Мальчик так увлечённо рассказывал мужчине в белой рубахе и широких синих штанах об увиденном чужаке, что не заметил, как тот заявился на площадь собственной персоной, а мужчина не перебивал юнца, лишь внимательно слушал его и кивал головой, поглаживая время от времени свою русую бороду. Когда мальчик закончил, мужчина потрепал его по голове и направился в сторону хорошо одетого господина в красной рубахе, светлом жилете в полоску, тёмно-синих штанах, ткань которых очень походила на ткань костюма комиссара, и чёрных блестящих сапогах. Хорошо одетый господин руководил командой мастеров, разбиравших завалы непонятного строения, подбадривая усердных и покрикивая на нерасторопных. И когда он обратил своё внимание на односельчанина, подошедшего к нему с новостью о чужаке, то сразу же указал тому на кучу досок, дав понять, что все новости и слухи он будет выслушивать позже.
– Ты слыхала? – комиссар прислушался к одной из женщин, стоявших перед ним. – Ночью-то, ночью, как бабахнуло, а утром-то – горе-то какое!
– Ну как, Эвдокия-то, как не слыхала! Жуть-то какая! – посмотрела на свою односельчанку вторая, одетая практически, как и её собеседница – в выцветшее зелёное платье, льняную рубаху и коричневый жилет на пуговицах. – Как же мы теперь-то без храмы-то? Как жить-то будем?
– Ой, Проша! Беда будет нам без храмы… – закивала головой первая и тут они обе обратили внимание на комиссара, стоявшего прямо у них за спиной.
– А ты кто таков? – почти одновременно произнесли они. – Чей будешь? Тебя впервой-то видим тута.
– Прошу прощения дамы, – вежливо улыбнулся комиссар. – Мне нужен ваш глава.
– Вот уж, дамы, – тихонько засмеялись женщины. – В деревне-то…
– Деревне? – удивился комиссар. – Это что?
– Соловьями это место зовётся, – смерила его взглядом Эвдокия. – Сразу видно не местный. Откуда барин прибыл?
И от необходимости объяснять, его спасло появление на площади ещё одного неместного – сквозь толпу протиснулся человек в белых доспехах и прямиком подошёл к руководящему строителями господину.
– О, глянь, Проша! – воскликнула Эвдокия. – Чудной какой заявился и сразу к Серафим Исаевичу, сразу…
– Может, барин, знает, что это за чудовый наряд такой-то, – посмотрела на комиссара чистыми голубыми глазами Проша.
Молчащий до этого момента Теф, встрепенулся и любезно подсказал:
«Это воинский доспех армии Териса. Технократическая цивилизация в этом рукаве галактики, расположенная в созвездии Клещи. Четвёртая планета от звезды Свелар. Ведёт политику агрессивной экспансии своей…»
– Это воин в парадном мундире, – перебил поток объяснений Тефа Поляков, заодно ответив на вопрос своих собеседниц.
– Воин в нашей деревне! Во, дела-то! – произнесла Проша.
– Деловой какой, сразу к голове нашему пошёл-то, – вторила ей Эвдокия.
«Я обиделся», – мысленно показал язык Теф.
Деревенский глава наорал на какого-то щуплого мужичонку, что вытаскивал доску из кучи, а потом повернулся к воину в белых доспехах и они вместе направились на осмотр места, где ещё сегодня ночью находился храм.
– Дамы, благодарю за помощь следствию, – сказал комиссар. – Вынужден покинуть вас.
– Ты, вижу, человек, серьёзный, – посмотрела на него Эвдокия, – остался бы здесь, а то мужиков-то мало у нас рождается, а рук-то по хозяйству, ой, как не хватает.
Она наклонилась ближе к Проше и стала что-то ей шептать на ухо, одним глазом бросая взгляды на комиссара. Он сухо улыбнулся ей и стал пробираться к центру событий.
Храм когда-то являл собой гигантское строение из дерева, что возвышалось над каждым домом в деревне и внушало благоговейный трепет всем её жителям. Сейчас же от величественного строения остались лишь неизвестно каким чудом уцелевшие, тончайше выделанные статуи из мрамора, да кучи сваленных досок. Разбором этих деревянных куч и руководил деревенский глава – крепко сложенный упитанный мужчина с тёмной бородой и густыми бровями на суровом лице. Он развернул перед воином в белых доспехах чертёж, которым недавно так истово махал на своих подчинённых, и они о чём-то беседовали, водя пальцами по линиям на бумаге. Комиссар тихонько подошёл к ним и, став у них за спиной, стал слушать о чём они говорят. Воин в белых доспехах показал на купол высокого флигеля и предложил установить громоотвод.
«Дельная мысль», – прокомментировал Теф.
«Я думал, ты ещё обижаешься», – передал ему свою мысль комиссар.
«Ха-ха, насмешил, – мысленно заулыбался Теф, – чтобы обижаться нужна причина, а у меня её нет.»
«Какими-то ты загадками говоришь», – подумал комиссар.
Он мысленно усмехнулся и решил привлечь к себе внимание деревенского главы и воина в доспехах:
– Вижу вы уже занялись сборкой.
Они одновременно повернулись и посмотрели на него. В глазах воина комиссар прочитал обычное человеческое любопытство, а вот во взгляде деревенского главы промелькнул страх и тот низко поклонился.
– Комиссар Поляков, – представился комиссар, смотря на воина. – Твою форму я знаю и тебя здесь быть не должно. Отойдём в сторонку и поговорим.
Они отошли подальше от притихшего деревенского главы и от обеспокоенно посматривающих в их сторону местных жителей.
– Габриэль Анхеев, – представился воин в белых доспехах, – тактик армии Териса, а до этого проживал на планете Земля.
«Планета Земля, мой родной дом, – подумал комиссар. – Может ты мне поможешь вспомнить её.»
«Прости комиссар, – раздался голос Терафима, – мне очень надо.»
Комиссар не успел ничего подумать и даже ответить вдруг заговорившему Терафиму, как его сознание словно подвинули и он стал чувствовать себя зрителем в своём же собственном теле.
– Как ты здесь оказался? – поинтересовался Теф и быстро передал мысль, сидевшему тихонько в углу своего сознания, оторопевшему Полякову. – «Классно получилось – наш собеседник ничего не заметил», – и продолжил уже с Габриэлем. – Терис находится на приличном расстоянии отсюда, а твоего корабля я нигде не видел.
«Ты бы так не подставлялся, – пробурчал Поляков, – тоже мне всезнайка.»
«Хорошо, – мысленно усмехнулся Теф, – учту».
«Терафи! Раз уж я заявил этому Габриэлю, что он здесь не должен находиться, – в сознании Полякова мелькнула догадка, что эту мысль ему внушил Теф, – может ты владеешь способом вызывать серый туман, с помощью которого можно отослать его домой на Терис?».
«Фу, какое неприятное сокращение, – скривился Теф и, показав ему язык, надулся от гордости. – Да хоть сейчас! Пространственное просачивание – мой конёк! Точка входа – точка выхода, раз-два, и он в центральном парке Солинора!»
Габриэль посмотрел на стоящих на площади местных жителей, на одноэтажные строения за их спинами и спросил:
– А что это за место?
«Терафи, только не переусердствуй», – мысленно попросил Поляков.
Комиссар под управлением Терафима пристально посмотрел на Габриэля, а возникшая на его лице кривая ухмылка, которую тот принял на свой счёт, скорее предназначалась Полякову, чем ему:
– Это территория гелан,.. – начал объяснять Теф и стал понемногу отводить своего нового знакомого в сторону, чтобы скрыть момент открытия субпространственного перехода от глазеющих на них жителей деревни.
Как ни искал Теф укромное место за кучами досок, их всё ещё можно было увидеть либо с одной, либо с другой стороны площади.
«Ладно, – хмыкнул он, – потом своим подружкам сочинишь, что-нибудь правдоподобное.»
«Ну спасибо – удружил», – пробурчал комиссар, тихонько сидя в углу своего же сознания.
«Они, кстати, на него уже пальцами показывают, – произнёс Теф, – а может уже и делят кто кому мужем станет. На мой вкус, Эвдокия очень даже ничего».
«Терафи, открой уже выход в центральный парк Солинора!» – приказал Поляков.
Габриэль пристально посмотрел на них и, не попрощавшись, сделал шаг в задрожавшее перед ним воздушное марево, из которого клубясь тёк серый туман. Стелющаяся хмарь свернулась в точку и исчезла, обдав воздушной волной стоявшего рядом с переходом комиссара.
«Мог бы и покультурней попросить, – усмехнулся Теф, – а то он твою мысль услышал.»
«Отдавай моё тело маленький паразит», – прошипел Поляков и тут его сознание словно сдвинулось обратно – он снова стал ощущать себя в своём теле и наконец-то смог начать управлять руками и ногами.
«И не зачем впадать в ярость, – менторским тоном произнёс Терафим. – Я существо культурное и понятливое.»
«Ещё раз так без спроса сделаешь, – не унимался Поляков – вскипевшая в нём ярость требовала найти жертву и отыграться на ней, – сядешь обратно в клетку!»
«Да, босс! – мерзким писклявым голосом проверещал Теф. – Готов служить!»
Комиссар Поляков тяжело выдохнул, понемногу успокоился и, собравшись с мыслями, пошёл в сторону Серафима Исаевича, всё это время исподтишка наблюдавшего за ним и Габриэлем.
Деревенский глава стоял перед чертежом разложенным на, непонятно каким чудом уцелевшим, алтаре и усердно изображал, что очень внимательно изучает схему укладки досок и брёвен на внешних стенах и перемычках. Он не оторвался от изучения линий и схем даже в тот момент, когда комиссар Поляков уже буквально навис над ним и всем своим видом показывал, что пора бы и поговорить. Серафим Исаевич выдерживал паузу и водил пальцем по листу высококачественной меловой бумаги, которую местные жители никак не могли произвести в своей деревне. Палец деревенского главы наконец остановился на куполе флигеля и он повернул голову в сторону комиссара:
– Габриэль предлагал оснастить купол громоотводом. Что думаешь?
– Думаю, что тебе пора прекратить валять дурака и рассказать мне о произошедшем, – ярость ещё не полностью отпустила комиссара и голос его был жёстким и злым.
Серафим Исаевич сник, но с деловым спокойствием свернул чертёж в рулон и пригласил пройтись вместе с ним. Мастеровые, оставшиеся без своего руководителя, прекратили работать и, собравшись в кружок, стали вполголоса обсуждать появление двух чужаков в их деревне в один день