Граф (не) желает жениться, или Фиктивная семья для наследника

Глава 11

Оскар

Очередной день, который не задался с самого утра. Слишком часто за время, что я нахожусь на родине, ловлю себя на мысли, что лучше бы и не возвращался сюда.

В Ардории мне было весьма неплохо. Да, без наследных земель, но это дело наживное. Главное, нервы были целее, и люди окружали приятные.

Но тогда я бы не попрощался с сестрой.

И ладно. Не буду ругаться, но каких–то светлых чувств между нами не возникло даже в самый последний момент. Лишь тупая боль, не до конца выплеснутые обиды и облегчение от того, что не придется терпеть друг друга дальше.

Жестко, но правдиво. И такие чувства испытал не только я, но и сестра. Уж в этом мы всегда были солидарны, от начала и до конца.

Но, с другой стороны, не появись я в Умбрии, Мэрилин сдали бы под опеку государству. Я так и не смог узнать, кто отец девчонки, но, к счастью, ни в каких документах он не числится, а значит, еще один претендент на земли мне не грозит.

Что касается самого ребенка… Ох.

Тяжело нам с ней. Обоим тяжело. Очень.

И вроде как я взрослый, должен быть терпимее, умнее, мудрее и черт знает, каким еще, но не могу я. Обычно при взаимодействии с ней у меня включается только – я старший, значит, меня должны беспрекословно слушаться. Эх.

Был бы еще мальчик, может, мы бы смогли наладить контакт. А так, что мне с ней делать? В куклы играть и косички заплетать? У меня своих дел полно. Нужно еще договор составить, чтобы соседка играла свою роль до конца. Еще одну рядом с собой терпеть. Но эта хотя бы взрослая.

– Ваша милость, девочка так и не позавтракала, – забегает ко мне в кабинет экономка. – Я звала, звала, ее любимые блинчики с сиропом приготовила, а она ни в какую! Оставила поднос под дверью, но он не тронут. А уже время обеда!

Перевожу взгляд на часы, действительно, обед. Смотрю на рабочий стол, а в договоре снова ни строчки. В голове пустота, а в груди раздражение. Если в скором времени не возьмусь за себя, Сандерс приберет все загребущими лапами государственной системы.

– Проголодается и выглянет, Кейтлин. Успокойтесь.

Никакого желания идти к девчонке у меня нет. Снова поругаемся, а нельзя. Я понял вчера, что для мира, нам лучше, как можно меньше пересекаться.

– Ваша милость, она не отвечает! И дверь заперта! – экономка никак не хочет угомониться.

– Хорошо, – тяжело вздыхаю, – я схожу.

Поднимаюсь на ноги, мысленно уговаривая себя не вестись на провокации ребенка, сохранять невозмутимость и не повышать голос. Сложно даже мысленно.

– Вы только не ругайте ее, девочка потеряла маму, она напугана и растеряна, –причитает рядом прислуга.

– Мама не слишком–то ею занималась по вашим словам, – справедливо возражаю.

– Но все–таки она мама, – объясняет Кейтлин таким тоном, словно я неразумное дитя, – даже женское равнодушие воспринимается мягче.

Раздраженно закатываю глаза. Именно что равнодушие, а мои попытки воспитать человека воспринимаются в штыки.

– Мэрилин! – стучу в дверь. – Открывай!

– Помягче, – подзуживает рядом экономка.

Качаю головой, но подчиняюсь.

– Пожалуйста, открой дверь. Кейтлин волнуется, что ты до сих пор не поела. И нельзя закрываться, вдруг тебе помощь понадобится, а мы не сможем ее быстро организовать.

Тишина.

Дергаю ручку, не поддается.

Черт. А вдруг с ней действительно что–то произошло, а мы тут стоим? Мамочкин ритуал не должен был срикошетить на ребенка, но кто знает.

По моей спине тут же пробегает холодок страха. Я не могу потерять еще и девчонку. Плевать на наследство, лучше пусть будет рядом кто–то родной.

В панике выбиваю плечом дверь. Замок хлипкий, быстро поддается.

Вбегаем с экономкой внутрь, спотыкаясь о блины с сиропом, а внутри как будто никого. Расправленная постель, раскиданные вещи, открытый шкаф и окно. Тоже открытое.

Кейтлин еще на что–то надеется, заглядывает под кровать, за шкаф, зовет девчонку, я же уже точно знаю, что ее здесь нет.

Подхожу к открытому окну, второй этаж, но выступы широкие, и совсем рядом толстые стебли винограда, что канаты, ребенка выдержат. Дергаю их. Может, и меня выдержат.

А она ловкая и находчивая. Верну домой, найму учителя по физической подготовке, чтобы талант развивала.

– Неужели сбежала? – всплескивает руками экономка. – А как она без еды и воды? В комнате ведь ничего не было.

Ага, а с сообразительностью не очень. Нужно будет еще учителей, чтобы и с этой стороны подтянули.

Глава 12

– Ваша милость, – в комнату заглядывает служанка, – там к вам пришли.

– Кто пожаловал? Мэри Крокфорд? – отрываюсь от рассматривания внешней стороны стены дома и выпрямляюсь.

Соседке я сам должен назначить встречу, но с нее станется, прийти без приглашения, снова качать права. Такая может. Да еще и жених тот ее странный… К чему?

–Нет, это господин Сандерс, – лепечет испуганно бедная девушка.

В прошлый раз я был не слишком доволен его приходом, а также вмешательством Крокфорд, а потому устроил разгром собственной прислуге.

Н–да, стоит научиться управлять собственными эмоциями, окружающие не виноваты в бардаке, творящемся внутри моей головы.

И кому я в сущности делаю лучше своими всплесками эмоций? Прислуге? Она от этого добросовестнее трудится? Вернее к своему хозяину относится? Или, может, племянница стала вдруг идеальным некапризным ребенком? Да она вообще сбежала из дома. А возраст еще далеко не бунтарский, маленькую девочку довел.

И сам потом хожу весь злой, нервы внутри кипят, совесть вступает с недовольством окружающими в резонанс. Нет. Нужно завязывать.

– Что ж, – отвечаю со вздохом, – пригласите его в гостиную. Чаю ему с закусками подайте и скажите, что я подойду.

– Хорошо, ваша милость, – кивает горничная и ретируется.

– А что делать нам? Как девочку искать? – на меня взирает заплаканная Кейтлин. – Я могу пойти на поиски, мы с Мэрилин дружим, она ко мне подойдёт, если увидит. Я надеюсь.

– Дружите? – поднимаю наверх обе брови. – Уверены?

И снова этот мой скептический тон. Только что обещал самому себе быть милее с людьми и вот опять.

– Да, ваша милость, – экономка вздергивает подбородок. – Должен же кто–то заботиться о никому не нужном ребенке! – на глаза Кейтлин снова наворачиваются слезы. – Ни матери, ни отцу, ни, – она наверняка хочет сказать «ни вам», но в последний момент передумывает. – Извиняться не буду. Хотите – увольняйте. Я все равно оставалась в поместье только из–за Мэрилин.

Смотрю внимательно на прислугу, она не отводит взгляд. Какая смелость из–за девочки.

– Не стоит, Кейтлин, я доволен вашей работой. А раз у вас контакт с Мэрилин, вы тем более важный для меня человек, – отвечаю медленно.

– Контакт, но ребенка нет, – она принимается рыдать, – и непонятно, найдем ли. Статистика преступлений чудовищна! – она завывает в голос. – У дочки муж трудится городским стражником, он порой такое рассказывает.

«У вас есть дочь?» – почти срывается у меня с языка, но я вовремя останавливаю себя. Просто Кейтлин в поместье как будто круглосуточно семь дней в неделю, так странно, что у нее помимо этого дома есть жизнь.

– Отставить слезы! – я неуклюже похлопываю женщину по плечу. Я понятия не имею, что делать со своими эмоциями, а тут чужие градом льются. – И ходить искать Мэрилин в таком состоянии тоже не надо. Потом еще и вас искать придется. А зятя пригласите к нам. Скажите, граф велел. Возможно, они уже нашли Мэрилин на улицах города и теперь не знают, кому ее передавать.

– Н–но, –всхлипывает Кейтлин, – как же. Я могу! Но да, позову, конечно.

– Я выпровожу Сандерса и сам отправлюсь на поиски вместе с вашим стражником, договорились? Только не говорите никому, в том числе и дочери, что Мэрилин сбежала, ладно? Я потом введу в курс дела, при личной встрече.

– Х–хорошо, –наконец–то соглашается экономка и выходит из комнаты.

Ох. Огласка мне точно не нужна. Сейчас выпровожу Сандерса, пока он не пронюхал, что у нас проблемы.

Решительно шагаю в сторону гостиной.

–Сандерс, – намеренно опускаю вежливое обращение, – какими судьбами? – Игнорирую протянутую для приветствия руку и сразу сажусь в кресло. Беру чашку чая и салютую ему с улыбкой. – Мы с Мэри никак не можем выбрать дату свадьбы, так что вы рано, друг мой, очень рано, – качаю головой. – Но документы на опеку уже готовим, мы такие, да, ответственные.

– Как раз об этом речь, ваша милость, – произносит мрачно госслужащий, – раз вы всерьез намерены оформлять опеку, я должен каждую неделю навещать ребенка и проверять, в каких условиях она содержится.

– А то вы не видите в каких, – обвожу рукой гостиную, пытаясь сохранить непринужденный вид.– Право, глупостями каким–то занимаетесь, делать вам нечего.

– Это моя работа, граф. Но да, условия я вижу. Этим не буду вас донимать, – говорит Сандерс, но не успеваю я выдохнуть, как он добавляет, – но девочку все равно должен увидеть. Пригласите? Мы поговорим буквально минуту в вашем присутствии. Я прекрасно понимаю, что в этом поместье о ней хорошо заботятся, но служба, вы ж понимаете.

– А–хах, – вырывается из меня нервный смешок, – конечно, понимаю.

Понимаю, что попал.

Глава 13

– Ваша милость, так что, вы попросите привести девочку? – спрашивает Сандерс минуту спустя.

А все потому, что я так и сижу в растерянности, глядя в стену напротив.

– Ах, да, Мэрилин, моя любимая племянница, – киваю. – Я сам за ней схожу. Хочу лично сказать, что ей ничего не угрожает. После ухода моей дорогой сестры, нашей Оливии, – почти натурально всхлипываю. – Ай, ладно, – машу рукой. – В общем, девочка сейчас в не самом лучшем душевном состоянии. Попрошу это учитывать.

– Конечно, ваша милость, я все понимаю, – с готовностью соглашается Сандерс.

Удивительно, вроде госслужащий, а на лице как будто искреннее сочувствие.

Машу головой, прогоняя собственную совесть, и выхожу, плотно прикрывая за собой дверь. Вот только что теперь делать–то? Едва ли Мэрилин нашлась чудесным образом. Как показывает практика, везение – не моя сильная сторона.

– Ваша милость, – ко мне спешит Кейтлин.

– Что, неужели девчонка вернулась? – спрашиваю удивленно.

–Нет.

– И чего вы тогда такая радостная, –перебиваю экономку. – Уже бросили переживать за несчастного ребёнка?

Кейтлин тут же меняется в лице, выпрямляется и надевает на себя чопорную маску. Обижается еще, как будто я неправду говорю.

– Там пришла госпожа Крокфорд, она вам сама все расскажет, – произносит экономка и тут же удаляется.

Крокфорд! Только ее мне сейчас не хватает.

– А зачем вы ее пустили? – кричу вдогонку Кейтлин, но женщина уже скрылась за поворотом.

Прекрасно, теперь мне еще и с Крокфорд самому разбираться. А моя экономка, кажется, записала меня в кровные враги. Мне стоит питаться не дома?

– Граф! Рада, что застала вас, – Мэри сама меня находит, пока я так и стою, лелея свое раздражение на всех вокруг.

– Что вам надо, Мэри, – кривлюсь, – мне совсем не до вас. У меня племянница сбежала из дома.

Правда срывается с моего языка, прежде чем я успеваю подумать. Хотя какая в сущности разница, ведь когда Сандерс поймет, что девчонки нет, весь город узнает о моей пропаже.

– Отлично, – Крокфорд реагирует неожиданно, – значит, я по адресу. Фамилию я не спросила, но вряд ли во всей Умбрии найдется еще один такой дядя.

– Вы о чем, Мэри? – гляжу на нее с подозрением.

– Вашу племянницу как зовут?

– Зачем вам это знать? – кошусь на нее подозрительно.

– Перед Сандерсом не хочу впросак попасть, – она раздраженно закатывает глаза. – Я помню, вы называли имя девочки, но я тогда была слишком ошарашена, чтобы анализировать услышанное.

– Мэрилин, – выгибаю бровь. – Но вам вряд ли придется что–либо разыгрывать перед Сандерсом, я же сказал, ребенка нет, а Сандерс есть. Сидит за этой дверью, чай пьет, ждет, что я приведу к нему девочку, а девочки нет!– на последней фразе развожу руками и понимаю, что распинаюсь непонятно зачем. – В общем, Мэри, вы свободны. Было приятно сотрудничать и соседствовать, – добавляю и тяжело вздыхаю.

– Да погодите вы! Мэрилин у меня дома. Я ее на главной площади увидела, торговец собирался отдать ее стражникам за воровство. А ребенок был голоден всего лишь! Представляете? – возмущается Крокфорд.

– Что вы сказали? – боюсь поверить услышанному. – Моя племянница у вас? Это точно?

– Да куда уж точнее. Она рассказала мне, почему сбежала из дома, и вы подходите под описание ее дяди. Так что не думаю, что существуют такие совпадения.

– О, свет, Мэри! – радостно восклицаю. – Вы чудо!

Поддаюсь внезапному порыву, заключаю улыбающуюся виконтессу в объятия и целую. Прямо в губы. Снова. Эдак, это скоро войдет в привычку.

Глава 14

Мэри

Я ожидала чего угодно, в основном, плохого. Скандала там, оскорблений, но точно не еще одного поцелуя…

Стою в объятиях графа и ловлю себя на мысли, что мне не хочется его прерывать. Эдак я скоро замуж по–настоящему захочу, надо ведь получить то самое, чего, очевидно, желают все девушки. Правда, не все получают.

–Кхе–кхе, – кашель позади прерывает нас. А жаль.

Уильямсон неспешно отстраняется от меня, но из объятий не выпускает, что заставляет мою внутреннюю женщину петь. О свет, как же я, оказывается, истосковалась по простому мужскому участию и ласке.

– Сандерс, – произносит Оскар, – у вас чай закончился?

Из меня вырывается смешок. Манера общения графа бесподобна.

– Нет, – тот удивленно приподнимает брови, – но вы, кажется, шли за своей племянницей. А до этого с грустью вспоминали сестру.

Кошусь на Уильямсона. Он и с грустью – что–то необычное.

– Проявление чувств к своей невесте никак не мешает ни тому, ни другому. А Мэрилин сегодня в гостях у Мэри, я совсем забыл с заботами о ваших бумажках, которыми вы меня закидали.

– Хорошо, тогда давайте сходим к госпоже Крокфорд, – отвечает Сандерс. – Это замечательно, что ребенок привыкает к вам обоим, но осведомится ее душевным состоянием я обязан.

– В смысле? – спрашиваю, прищурившись. – Вы по совместительству лекарь?

– О нет, моя дорогая, он госслужащий, – отвечает мне Уильямсон с сарказмом, – а госслужащие – они везде. Каждую бочку готовы заткнуть собой.

– Я бы попросил без оскорблений, ваша милость, – хмурится Сандерс.

–Что вы! – граф прижимает свободную руку к груди. – Никаких оскорблений, я, наоборот, хвалю вас и вам подобных.

– Хорошо, если так. Но девочку я должен увидеть.

–Конечно, идемте, – Уильямсон жестом приглашает Сандерса пойти в сторону черного хода.

– Оскар, – шепчу графу на ухо, пропустив вперед Сандерса, – там Мэрилин в очень плохом настроении. Она сейчас такого может про вас наговорить, что страшно подумать. Она просилась остаться жить у меня! А видит меня фактически впервые. Оливия нас не знакомила.

– Мэри, мы ведь перешли на ты, – спокойно произносит Уильямсон.

– Да, но, – снова шепчу.

– Если ты продолжишь в том же духе обдавать меня своим горячим дыханием, то мы оставим Сандерса и оккупируем ближайшую нишу, – говорит Оскар, беззастенчиво опуская свою руку с моей талии ниже.

– Что?! – громко восклицаю от удивления, так, что Сандерс останавливается и оборачивается в нашу сторону.

– Историю веселую невесте рассказал, – произносит непринужденно Уильямсон и притягивает меня еще ближе, не давая возможности сбежать. – правда, милая?

– Угу, – сдавленно киваю.

Далее, к счастью, никаких странностей не случается. Но граф не выпускает меня из своих крепких объятий.

– Э, – перед входом на свой участок меня охватывает стеснение, – мой дом гораздо скромнее и…

– Ничего страшного, милая, – перебивает меня Уильямсон, – это нормально, что жених богаче. Давай уже, пускай нас, Сандерс не на смотрины к тебе пришел, хватит с нас других желающих, – очевидно, граф намекает на Николсона.

– Ладно, – открываю калитку, а там…

– Ааа, – на Сандерса запрыгивает белое животное и валит его с ног, – овечка? – спрашивает он испуганно.

– Именно об этом я и хотела предупредить, но мой дорогой жених, как всегда, не дал, – произношу с чувством, делая акцент на слове «дорогой».

– Ах да, – говорит он сожалением в голосе, – овечки. Про них я позабыл. Видите ли, Мэри считает, что им лучше в тесноте ее участка. Я–то предлагал на своих просторах разместить животных, но она говорит, что у них шерсть тогда портится, представляете?– кивает Уильямсон.

– Чего?! – восклицаю в возмущении.

– Ничего, милая. Ты нас к Мэрилин обещала проводить, – обрывает меня граф.

– Конечно, Оскар, – цежу сквозь зубы.

Сандерс с опаской следует дальше. Боится, наверное, как бы я тут еще кого не разводила.

Заходим в дом. Мэрилин оказывается ровно там, где я ее оставила. Она сидит, листает книжку, а рядом с ней большая кукла. Наверное, Гретхен принесла. Это еще моя игрушка.

С улыбкой смотрю, как девочка любовно поправляет кукле бантики и показывает картинки в книге. И где тут проблемный ребенок? Обычная девочка.

–Мэрилин! – идиллию нарушают, как всегда, мужчины. Удивительно, но в этот раз не граф. – Здравствуй.

– Здравствуйте, – испуганно лепечет она, но, увидев меня, немного успокаивается.

– Я мистер Сандерс, госслужащий. Твой дядя хочет оформить опеку над тобой вместе с госпожой Крокфорд, потому я здесь.

– Крокфорд – это кто? – озадаченно спрашивает Мэрилин.

– Это я, – с готовностью отвечаю.

– Так вот, я должен спросить, тебя не обижают эти люди? – Сандерс возвращает внимание к себе.

Н–да, вопрос, конечно, прямо в яблочко. Аж зажмуриваюсь в ожидании нашего неминуемого провала.

Глава 15

– То есть Мэри станет мне вместо мамы? – Мэрилин прищуривается и оценивающе смотрит на нас троих.

– Да, совершенно верно, – кивает Сандерс.

А я напрягаюсь от такой формулировки. Ребенок ведь сейчас поверит нам, поверит в меня, а Уильямсон явно не настроен на наше долго и счастливо втроем. Да мне самой оно не нужно. Правда, за ребенком я бы по собственному желанию присматривала, мы ведь здесь рядом, это будет несложно.

– Что ж, с ней можно иметь дело. Я согласна, – заявляет царственно девочка, а я впервые отчетливо вижу, что они с графом близкие родственники. – Нет, мистер, они меня не обижают.

– Отлично, – произносит Сандерс с улыбкой, а мы с Оскаром уже готовы облегченно выдохнуть.

– Дядя, правда, – произносит Мэрилин, делая трагическую паузу, во время которой липкий страх успевает пробежаться по моим позвонкам, – но он мужчина, да и мы с ним долго не знали друг друга.

Какие рассуждения в ее возрасте. Оливия вложила?

– Что ты имеешь ввиду, крошка? – ласковым тоном спрашивает Сандерс, а Оскар при этом так сильно стискивает зубы, что я переживаю, как бы они у него не начали крошиться.

– Успокойтесь, граф, – глажу его по руке, – все нормально, это всего лишь ребенок.

– Нет, Мэри, – шепчет он мне на ухо, – не ребенок, а посланник тьмы. И мы перешли на ты, – он снова опускает свою руку ниже талии.

– Эй! – возмущенно вскрикиваю, чем перевожу внимание всех присутствующих на себя. – Я хотела сказать, мистер Сандерс, что маленькую графиню не подобает называть «крошкой», – быстро нахожусь, как объясниться. – Этикет должен быть всегда на первом месте, даже в общении с ребенком, – чопорно вздергиваю подбородок и выпрямляюсь.

– Сказала девушка, которая держит коз чуть ли не на первом этаже дома, – бормочет мне на ухо Оскар.

– Овечек, – больно пихаю его локтем вбок, – у меня овечки. А я сейчас вашу шкуру спасаю.

– Да, госпожа Крокфорд, вы абсолютно правы, – говорит Сандерс. – Вижу, с вами ребенок будет под должным присмотром. По поводу графа у меня были сомнения, но вы их развеяли. Что ж, я откланяюсь, спасибо за беседу и чай. И, ваша милость, не затягивайте с помолвкой.

– Конечно, у меня все под контролем, – Уильямсон навешивает на себя любезную улыбку.

– И вам спасибо, что зашли, – изображаю радушную хозяйку.

Провожаем взглядом Сандерса, смотрим, как за ним закрывается дверь, а потом как по команде разом расслабляемся.

– Уберите от меня свои руки, граф, – отпихиваю Уильямсона, – нечего меня лапать.

– Ты моя невеста, Мэри! И я велел перейти на ты! – возмущается он в ответ.

– Велел он, как будто мне есть до этого дело! Я сама себе хозяйка.

– Уже нет, милая, – ехидничает Оскар, – я на правах жениха забочусь о тебе. Оберегаю от всяких непонятных личностей!

– Ты мне будешь вспоминать Николсона до старости?! В последний раз повторяю, я его не подговаривала устроить перед тобой ту сцену!

– Вот, перешла на «ты», не сложно ведь, правда? – самодовольно отвечает Уильямсон.

– Ты невыносим, – качаю головой и отворачиваюсь, скрещивая руки на груди.

– И весь твой, представляешь? – он снова нарушает мое личное пространство и наклоняется к уху.

– Да какой мой?! Какой мой?! – взрываюсь праведным возмущением. – Ко мне даже непонятный Николсон пришел с колечком, а ты лишь выгнал моих овец!

Все. Шах и мат, господин граф.

– Хм, – на удивление спокойно отвечает Оскар, – мое упущение. Но его легко исправить! – делает шаг назад и вдруг опускается передо мной на одно колено. – Мэри, солнце мое соседско–неземное, ты окажешь мне честь и станешь моей невестой? – договаривает и достает из кармана кольцо.