Любовь бабочки. Оазис
- -
- 100%
- +
Утро уже занялось. Птицы принялись щебетать, дорога была все еще влажной от утренней росы, когда они проезжали по безлюдным улицам все еще спящего города. Единственными свидетельствами того, что город был обитаем, служили фургончики коммунальных служб тут и там, и постовые полицейские, ожидавшие утреннего часа пик.
Они подъехали к дому тетушки Марии приблизительно без четверти шесть. Майкл проводил Вики до двери, на пороге они страстно поцеловались.
«– Я позвоню тебе позже, когда встану», – сказал он.
Вики наблюдала, что он спустился вниз, и послала ему воздушный поцелуй, прежде чем она тихо открыл дверь. Когда Майкл возвратился домой, он навел порядок в гостиной, положил запачканные кровью трусики Вики в корзину для белья. Затем он вернулся в кровать и погрузился в глубокий сон.
Его разбудил телефонный звонок в три часа дня. Это была его мать. Майкл потряс головой, пытаясь проснуться и слушал ее нежный голос.
– Майкл, как ты, мой дорогой? Я звоню напомнить про ужин. Ты знаешь, отец не любит ждать.
Майкл был так захвачен своим страстным романом, что совсем забыл, родители в выходные ждали его дома. Он упорно отстаивал свое право съехать на съемную квартиру на Трибека и, самой собой, пошел на уступки, чтобы задобрить маму, собственно, ее требованием было, чтобы выходные Майкл проводил дома. Его мать пока не видела в нем взрослого мужчину. Однако в выходные он мог видеть Адама, старшего брата, который вскоре собирался закончить Университет.
– Ну, мам… Могу я приехать потом. Я встречаюсь с прекрасной девушкой. Надеюсь, ты не злишься? Я обещаю заехать в другой раз.
На другом конце трубки случилась заминка.
– Но ведь твой брат Адам приезжает в эти выходные. Вы же давно не виделись. Почему бы вам не приехать завтра на обед с Чарли? Это было бы здорово. Можешь пригласить свою подружку, если хочешь.
– Спасибо, мама. Можно, Чарли придет со своей девушкой? Она милая, вам стоит познакомиться.
Его мать засмеялась. – Без проблем, сынок. Но скажи Чарли, чтобы не брал с собой ту ужасную музыкальную шкатулку, как в прошлый раз. Из-за него, отца целую неделю мучила головная боль!
Майкл пообещал и, попрощавшись, повесил трубку. Он поднялся и направился в гостиную. Шарлин на кухне варила кофе. Она надела одну из рубашек Чарли.
«– Доброе утро, звездочка», – сказал Майкл, протерев сонные глаза.
– Привет, Майкл, уже три часа дня. Вики проснулась?
Майкл покачал головой. – Я отвел ее домой этим утром. Ты же знаешь ее тетю. А что, Чарли все еще в постели?
Шарлин лукаво хихикала: – Ну, я думаю, что он сильно утомился. Он все еще спит. Кофе?
Майкл направился в ванную, по пути дав Шарлин указания: – один сахар и без молока, пожалуйста. Большое спасибо!
Майкл наполнил раковину прохладной водой и погрузил туда лицо, это его очень взбодрило. Затем он почистил зубы и занялся расчесыванием волос, когда лицо Чарли появилось в дверном проеме.
– Мужик, доброе утро! – Это счастливое приветствие сопровождалось гулким ударом по спине Майкла. – Спасибо, приятель, что устроил мое знакомство с Шарлин. Я твой должник! Знаешь, она просто невероятная!
Майкл закончил расчесывать волосы и сказал, не поворачивая головы, лицом к зеркалу:
– Ну, я тут ни причем, скажи спасибо Вики. Это ее заслуга.
– Ясно, я не забуду поблагодарить в ее следующий раз, когда увижу.
Когда Майкл удалился, Чарли подошел к раковине и повторил почти такой же ритуал, как Майкл.
– Можешь поблагодарить ее завтра, если ты свободен. Мои предки пригласили нас на обед, всех, включая Шарлин.
Майкл посмотрел на физиономию Чарли, который умывался с мылом, не зная, что делать, смеяться или плакать. Чарли выглядел совсем помятым. Огромные мешки под глазами, а кожа сморщилась так, будто он попал под грузовой поезд. Хотя, тот теперь прыгал в восхищении.
– Ничего себе! Отлично!
Майкл направился на кухню. Он схватил кружку с кофе, которую Шарлин приготовила для него, уселся за стол, запахнув полы халата. Шарлин уже пила свой кофе. Он взял телефонную трубку и набрал номер Вики, надеясь, что ответит именно она.
– Привет, моя любимая бабочка, надеюсь, тебе хорошо спалось?
– Привет, сладкий… да, хорошо. Я ждала, когда ты позвонишь… Я уже скучаю. – Голос Вики был нежным и милым.
– Я тоже… Я приеду через час. Хорошо?
– Час? Это слишком долго! – смешливо произнесла Вики.
– Ладно, послушай, как насчет пикника? Мы с Чарли что-нибудь такое придумаем.
Майкл чувствовал себя намного лучше теперь, когда он слышал голос своей возлюбленной. Он подошел к окну полюбоваться на реку Гудзон, залитую солнечным светом. Вошел Чарли, в своих потрепанных кроссовках, другая пара обуви служила ему исключительно для особых случаев. Он швырнул пустую кофейную кружку в раковину. Шарлин подошла к нему сзади, обхватив его за талию руками.
– Детка, Майкл хочет пойти с Вики на пикник.
Чарли обернулся, чтобы поцеловать Шарлин. – А ты бы не хотела перекусить на природе, моя маленькая принцесса?
– Я подумал, мы могли бы пойти все вместе, – предложил Майкл, оторвавшись от окна, – сегодня такой прекрасный день.
Поскольку все поддержали его затею, Шарлин ушла, чтобы подготовиться к пикнику, который должен был укрепить дружбу этих четырех ребят. Парни наполнили огромную корзину разнообразной снедью и вином, чтобы удовлетворить юные аппетиты, и когда все были готовы, они покинули квартиру, и улица встретила их ярким солнечным светом.
Глава 4
В особняке Шульцев
Они заехали за Вики и направились к Центральному парку. Было около четырех. Стояла теплая погода, и в парке было не протолкнуться. Орды байкеров оккупировали газоны, но большинство людей приехало понежиться под лучами вечернего солнца, устроившись у озера, прихватив еду для пикника.
Отыскав подходящее место, они расстелили скатерть, и Вики принялась накрывать на импровизированный стол, доставая из корзины еду. Майкл откупорил бутылку вина, и они сидели под лучами солнца, наблюдая за группой парней, играющих в бейсбол.
Когда они закончили с едой, Шарлин и Чарли решили прогуляться по парку и раздобыть мороженого, чтобы освежиться. Было еще довольно жарко. Вики и Майкл растянулись на траве, нежно целуясь и обнимаясь. Не обращая внимания на внешний мир, они лишь смотрели в глаза друг другу. Да и кому до них было дело? Летом парк заполнен влюбленными парочками. Они флиртовали и дарили друг другу ласки, не обращая ни на кого внимания, уходя с головой в омут своих чувств.
Когда солнце начало клониться к горизонту, люди стали неспешно расходиться по домам. Полицейский прошел мимо и посоветовал им покинуть парк, после наступления темноты здесь было совсем небезопасно. Майкл поблагодарил его за беспокойство и уверил, что вскоре они отправятся домой. Вики собрала остатки их трапезы в упаковочную бумагу и отправила в соседний мусорный ящик, когда Чарли и Шарлин наконец возвратились с рожками тающего мороженого. Пока те наслаждались прохладным десертом, Вики почувствовала, как волнение гложет ее, на следующий день ей предстоит встреча с родителями Майкла. Однако после того, как Майкл сказал ей, что с ними поедут Чарли и Шарлин, тревога понемногу улетучилась. В конце концов, это же не светский прием.
По пути домой, Майкл предложил заскочить к Смитти, за кофе. Но Вики отказалась. Она устала, а тетушка Мария чувствовала себя не очень хорошо. Она волновалась за нее. Майкл понимал ее тревогу. Он также волновался за тетушку и попросил Чарли довести Вики до дома. Чарли кивнул, и с маршрутом все было определено. Они ехали спокойно, не торопясь, теплый день в парке разморил их. Вики прижалась к Майклу, ощущая тепло его тела, и шептала: – Майкл, спасибо. Это был замечательный день. Я прекрасно провела время.
– Я тоже прекрасно провел время, Вики, – сказал Майкл, сжав ее руку: – завтра ты увидишь моих родителей. Не волнуйся, все будет в порядке. Меня больше волнует здоровье тетушки, чем завтрашний визит, если быть до конца честным.
«– Знаешь, Майкл, ей нездоровится уже нескольких месяцев», – сказала Вики с тяжелым вздохом.
Он нежно поцеловал ее. – Я позвоню утром.
Чарли неспешно остановил авто. Майкл попросил высадить его возле их лофта. Хотел дать двум влюбленным голубкам поворковать наедине.
– Пожалуй, вы и без меня попьете кофе, где трое, там, как известно, один лишний.
Но у Шарлин была другая идея. – Лучше подбросьте меня до дома, чтобы я могла переодеться и привести себя в порядок.
Теперь была очередь Чарли сделать предложение, подмигнув Майклу в зеркало заднего вида. – Может, ты просто захватишь смену одежды, а примешь душ и переоденешься у нас?
– Почему нет, договорились! – согласилась Шарлин, с присущей ей легкостью. Они довезли Шарлин до дома, и она поспешила внутрь. Долго ждать себя она не заставила.
В лофте Майкл прямиком отправился в свою комнату. Он хотел остаться наедине со своими мыслями. Лежа на кровати, он слышал, как Чарли и Шарлин хихикали в душе, сам он, в этот момент, мог думать лишь о Вики. И ни о ком другом. Как только они расстались, он почувствовал, что уже тоскует по ней. Он ощущал трепетную любовь и живо представлял их живущими в собственном доме, растящими детей, как две капли похожих на нее.
Он провел следующие два часа в мечтах о семейной идиллии и около десяти, страстно захотел позвонить Вики, но воздержался, боясь потревожить тетушку Марию. В конечном счете, он решил убраться в своей комнате. Он начал собирать свое грязное белье, когда заметил трусики Вики наверху корзины. Не раздумывая, он бросил мешок с бельем и взял трусики, затем отыскал в ящике ножницы, хранившиеся в коробочке с разноцветными нитками и иглами. Первым делом он вырезал запятнанный кровью участок, а затем достал из-под кровати сумку, где отыскал лоскут джинсовой ткани. Сложив лоскут вдвое, Майкл придал ему форму маленькой бабочки и принялся сшивать края, используя синюю нить. Он медленно водил иглой по ранту и поправлял силуэт ножницами, не зашив до конца, Майкл с трепетом спрятал свернутый кусочек запятнанной кровью ткани в образовавшийся кармашек. Затем он сделал еще несколько стежков, и получилась бабочка. Ему хотелось сохранить ее на всю жизнь, как память об их первой ночи. Для Майкла это много значило, ведь он был первым мужчиной в жизни Вики. Он снова порыскал в сумке и нашел там шнурок, затем проделал два отверстия в кончике каждого крыла. Связав два конца шнурка, он получил кулон. Майкл снова вспомнил о событиях прошлой ночи. Он нежно поцеловал бабочку и положил под подушку. А закончив уборку, лег в кровать. Больше всего на свете он хотел, чтобы Вики снилась ему всю ночь.
Утром его разбудил стук в дверь. Это была Шарлин. – Майкл, пора вставать! Твой кофе стынет!
Он сел на постели, потряс головой, чтобы окончательно проснуться. Кулон-бабочка, что он сделал вечером, был крепко зажат в его кулаке. Он спрятал его обратно под подушку, оделся и направился в душ.
Кофе был все еще горячим, когда он пришел в кухню. Чарли стоял у стола в трусах, растирая лицо руками.
– Доброе утро, Чарли! Как спалось?
Чарли кивнул, смачно зевнув. Шарлин обняла его сзади положив руки на плечи, игриво покусывая его ухо и предложила принять горячий душ; посему, они оставили Майкла на кухне и направились в ванную комнату. Майкла не оставляло желание позвонить Вики, он набрал ее номер, трубку сняла тетя Мария.
– Доброе утро, тетушка. Надеюсь, сегодня Вы чувствуете себя лучше?
Голос ее звучал привычно, когда она ответила, – да, Майкл, немного лучше. Не стоит вечно беспокоиться о старушке вроде меня. Годы берут свое, сам знаешь. Ты хотел поговорить с Вики? Сейчас она в ванной.
Ничего страшного, – ответил он. – Вы не могли бы передать ей, что я звонил?
– Конечно, – уверила его тетушка, затем попрощалась и повесила трубку.
Двадцать минут спустя телефон зазвонил. – Привет, любимая, я скучал по тебе.
– И я скучала, – ответила она. – Когда ты приедешь?
Мягкий голос, с легким акцентом пуэрториканки, Майклу будто грезился раньше, в мечтах. – Мы заедем где-то через час, и не волнуйся, в доме моих родителей не кусаются. Мы же не людоеды какие-то…
Она засмеялась, вспомнив, как произнесла ту же фразу, когда он впервые пришел в жилище тети Марии.
– Хорошо, Майкл, я жду вас.
Майкл вернулся в свою комнату, чтобы одеться. Чарли и Шарлин освободили ванную к тому времени. Он оделся под звуки их хихиканья, исходящего из комнаты Чарли, и, когда был полностью собран, достал бабочку из-под подушки. Он спрятал ее во внутренний карман своей куртки и постучал в дверь Чарли, напомнить, что пришло время выезжать.
На пути в Бруклин они остановились, Майкл решил купить букет красных роз для тетушки и один единственный цветок для его любимой. Чарли сидел спереди, нервно дымя сигаретой в ожидании.
Наконец они подъехали к дому Вики. Майкл помчался вверх по лестнице. Дверь была открыта, Вики ждала его с сияющей улыбкой, тетушка Мария стояла у нее за спиной. Майкл оставил на щеке Вики поцелуй, исполненный страсти и нежности, и протянул ей розу, а затем вручил букет тетушке Марии, лицо которой засияло от радости. Он пристально посмотрел на Вики. Она выглядела такой нежной в голубом летнем платье. Он обнял ее, пожелал тетушке удачи и увлек Вики за собой, держа за руку, их пальцы скрестились особым образом, как уже было не раз.
Они продолжили путь в отличном настроении, чему так же способствовали свободные дороги воскресного Нью-Йорка. Чарли был за рулем, девушки любовались объятым солнцем городским пейзажем. Шарлин очень занимала поездка до Лонг-Айленда, а вот Вики скорее волновалась, хотя и ждала с нетерпением встречи с родителями Майкла.
Районы сменяли друг друга, и чем ближе они подъезжали к Хэмптону, тем сильнее менялся пейзаж, этажность домов шла на убыль пропорционально социальному статусу жителей. В Лонг-Айленде дороги были широкими, а здания массивными; жилые дома сменялись особняками и пристанями для яхт. Здесь жили состоятельные люди, предпочитающие богатство и роскошь. Вики это сразу бросилось в глаза. Пока Чарли проезжал вдоль частных домов, она всматривалась в каждый дюйм аккуратно постриженных газонов, а сама все больше нервничала, а Шарлин, тем временем, лишь отпускала восторженные комментарии.
Наконец они добрались до цели.
Майкл нажал кнопку на брелоке, и ворота открылись. Когда они проезжали по гравийной дороге, достаточно широкой, чтобы могли разъехаться три автомобиля, ворота закрылись автоматически. Шарлин с восхищением смотрела на ряды японских карликовых деревьев, окаймляющих подъездную дорогу.
– Вы только взгляните! Ничего себе! Потрясающе!
Чита Шульцев стала состоятельной, но Нина Шульц осталась очень скромным человеком, не забывая былые трудные времена, что было хорошо заметно по ее манере искрометно шутить. Теперь, когда у нее были деньги и положение, два замечательных сына и любящий муж, о большем она и мечтать не желала. Как только они переехали в свой роскошный особняк, она наняла лучшего дизайнера, так их двор приобрел японский антураж. Изящная японская беседка стояла посреди водоема. Арочный деревянный мостик соединял дом с небольшим пирсом и двумя каноэ, пришвартованными в непосредственной близости. Вики была заворожена такой красотой. За следующим поворотом подъездной дороги показался дом.
Габариты дома, прямо скажем, сокрушили Вики. Это было типичное колониальное здание с греческим портиком и огромными колонами. Перед входом были установлены красивые статуи, произведения талантливого художника. Лестничный пролет, ведущий к портику и парадной двери, обрамляли массивные перилла, увенчанные большими каменными вазами и маленькими купидонами. Чарли проехал дальше, на стоянку, где красовался белый Роллс-ройс Шульцев. Шарлин сначала потеряла дар речи, уставившись остекленевшими глазами на Ройс через окно. Майкл вышел из авто и подал Вики руку.
Шарлин визжала от восторга: – Просто шикарно, разве нет?!
Майкл лишь улыбнулся, – Да, это отцовский. Ну, Вики, что скажешь о семейном гнездышке?
Вики обернулась и крепко обняла его, как-то произвольно. – Майкл, это просто прекрасно! Слов не подберешь. Я просто сокрушена, – потом она чуть слышно добавила, – мне кажется, я уже хочу домой.
Майкл отстранил девушку, его сильные руки нежно держали ее плечи. Смотря ей в глаза, он мягко произнес, а губы его сложились в улыбку.
– Не бойся, глупышка. Мы встретимся с моими родичами, пообедаем, и через несколько часов уедем. Заходи и не робей, все будет в порядке. Вот увидишь!
Внезапно к Майклу подбежали два бульдога и принялись лизать его руки. – Привет, парни, привет! Это Бутончик и Дэйл, мои сынишки!
Шарлин расхохоталась, услыхав клички собак, в то время как парадная дверь отворилась, и наверху мраморной лестницы появился молодой человек. Это был Адам. Он был выше Майкла, хотя сложен был не столь хорошо.
Шарлин представила себя сидящей в огромной серебряной ванне, увешанную драгоценностями. Четыре слуги наполняли ванну шампанским, а она завтракала, как всегда: икра и канапе из яиц с копченым лососем. Две борзые играли в шахматы около ванны. А что тут такого? Разве она жила не в Верхнем Вест-Сайде? Чарли первым заметил Адама и шепнул Майклу: – Ну что, болван, пора начинать шоу!
Они поднимались по лестнице, Адам спускался им навстречу с лучезарной, словно солнце Флориды, улыбкой. Его длинные каштановые волосы были стянуты в конский хвост, все же на хиппи он не походил. В его изящной белой куртке сафари и брендовой дизайнерской тенниске, и круглых солнцезащитных очках в золотой оправе, он напоминал зажиточного обитателя пригорода Орландо, сибаритствующего в особняке стиля ар-деко, а не хиппи, ошивающегося в Парке Вашингтона. Братья обнялись, и Адам воскликнул:
– Эй, братишка, рад тебя видеть! Вижу, ты в отличной форме!
Он снял очки и обратился к девушкам.
– А кто эти две прекрасные жемчужинки, которых вы привезли с собой?
Майкл представил сначала Шарлин, а потом Вики.
– Адам, познакомьтесь, это Вики, моя девушка, – он экспрессивно жестикулировал, обращаясь к девушкам, – мой старший брат, Адам. Этот парень намерен стать самым известным адвокатом Манхэттена, и станет, вот увидите!
Не успел Адам и покраснеть, как Чарли залился гулким хохотом, хлопнув Майкла по плечу, как он обычно делал.
– Эй, а как же я? Я ведь одушевленный предмет, как-никак.
Теперь, когда формальности можно было опустить, они все последовали за Адамом к патио. Вики чувствовала себя столь незначительной на фоне высоченных мраморных колонн, устремленных ввысь, будто исчезающих в небе. Оглянувшись назад на обширный газон, она заметила водоем. С возвышения двор казался еще прекраснее. Ее умилила небольшая стая уток, рассекающая водную гладь прудика.
– Чарли, сколько лет, сколько зим, как ты поживаешь? – спросил Адам, когда они вошли в дом, минуя огромные двери из красного дерева.
– Все круто, приятель. А как у тебя?
– Все как обычно, – ответил Адам.
«– Да будет тебе, Адам», – сказал Чарли. – Ты получишь диплом через месяц, Майкл сказал, у тебя грандиозные планы. Будешь большим человеком, это точно!
Адам обратился к девушкам.
– Парни, девочки здесь прежде не были, вы что забыли?
Он описал рукой полукруг, словно демонстрируя обширное лобби. Это был большой холл с паркетным полом. Стены были окрашены в кремовые тона и увешаны красивыми картинами, а отделка из дерева была цвета насыщенного авокадо. Квадратный персидский ковер в оттенках бордо, пунцового красного, золотого, коричневого и зеленого, добавлял помещению уюта. Одна из дверей открылась, и в холл вошла леди, мать Майкла, застав Вики стоящей в окружении двух ее крупных сыновей, на контрасте, девушка могла показаться еще более хрупкой и растерянной. Леди, должно быть, было около пятидесяти; ее улыбка была теплой и яркой. Она обняла своего сына, оглядела Вики, которая почувствовала себя более уверенной. Обняв маму, Майкл подвел ее к девушкам, Чарли она удостоила кивком и улыбкой. Девушек она приветствовала, протянув им руки.
– Меня зовут Пнина, но все называют меня просто Ниной. Какая сегодня чудесная погода, я попросила Лероя принести нам чего-нибудь освежающего на веранду. Надеюсь, вам понравится.
Они прошли по коридору, ведущему на веранду. Когда они подошли к лестнице, отец Майкла свесился с перил наверху.
– Привет, Майкл, приехали наконец!
Тяжелой поступью он спустился к ним. Как и Адам, Дэвид Шульц был одет в тенниску и держал ракетку в левой руке. Он был немного ниже чем Майкл, но сложены они были одинаково. У него были короткие каштановые волосы, подернутые сединой и бакенбарды. Отец заключил сына в мощные объятья, они стояли так какое-то время, похлопывая друг друга по спинам.
– Привет, пап!
– Привет, сын! Рад вас видеть.
Дэвид Шульц обратился к девушкам.
– Здравствуйте и добро пожаловать! Я вижу, моя жена уже окружила вас вниманием.
Он отвел Майкла в сторону и шептал что-то ему на ухо. Майкл хмурился.
– Папа, сегодня так жарко, только не это!
Девушки думали, о чем может идти спор, а Дэвид Шульц, в это время, обратился к Чарли.
– Я уверен, Чарли будет не против. Чарли, как насчет игры?
Чарли пришлось проявить смекалку. Он знал, папаша Майкла ярый фанат спорта.
– Игра? Мой Бог, должен признаться, у меня ужасное похмелье и, кроме того, теннис это совсем не мое…
Дэвид и слушать ничего не желал. Чарли состроил умоляющее выражение, и глаза его скользнули вниз по его джинсам и кроссовкам.
– Но я не одет для…
Прежде чем Чарли успел закончить фразу, Дэвид Шульц схватил за плечи его и Майкла и приказал Адаму переодеть их и подготовить к «величайшему турниру века». Парни вздрогнули.
Адам, убедившись, что они сломлены и не сопротивляются, добавил, – отлично, папа. Мы сможем играть парами!
Приговор был вынесен. Адам, возможно, проявил себя как предатель, но у Майкла в любом случае, не было выбора. Шульц старший отправил их переодеваться.
– Я жду вас на веранде.
Он проводил девушек к веранде позади дома. Весь двор купался в солнечном свете, они все сидели за низким столом под раскидистым пляжным зонтом. Неподалеку какой-то паренек раздувал угли в барбекю. Оставив очаг ненадолго, он принялся подавать прохладительные напитки, что принес к столу на подносе. Нина представила его.
– Это Лерой. Я ума не приложу, что бы без него делала.
Вики взяла стакан с подноса, поднесла к губам и понюхала содержимое, действие это заставило Лероя улыбнуться. – Это свежевыжатый апельсиновый сок, мисс, – уверительно произнес он.
Вики представилась, – привет Лерой, меня зовут Вики. Приятно познакомиться!
После того, как Лерой снабдил всех напитками, он возвратился на прежнее место и занялся барбекю. У Вики и Нины, как оказалось, сразу же нашелся общий интерес – садоводство, завязался азартный разговор о цветах, кустах, траве, газонах и деревьях. Вики восхищенно расхваливала карликовые деревья, как оказалось, Нина ухаживала за всеми растениями самостоятельно. Что до Шарлин, то ей удалось ангажировать симпатию и интерес папаши Шульца, как только разговор зашел о его Роллс-Ройсе. В глазах Дэвида Шульца вспыхивал огонек, каждый раз, когда он говорил о своем автомобиле. Лишь ураган мог заставить его прерваться в этот момент, ну, либо присутствие в непосредственной близости владельца транспортного средства подороже.
Парни вернулись полностью экипированными и повели девушек к корту. Майкл играл в паре с Адамом, а Дэвиду достался Чарли. Игра была жаркой, мужчины сражались как львы в попытках завоевать расположение и аплодисменты прекрасных зрительниц, которые должным образом поощряли их спортивные успехи. Дэвид был не столь молод и энергичен, как его сыновья, но старался поддерживать себя в хорошей форме. Он регулярно играл в теннис, победить его было совсем не просто. Держался он уверено, движения были отточены, он был горд собой.
Глава 5
Все катится к чертям
Пришло время ланча, они уже успели проголодаться, к тому же на корте было жарко под полуденным солнцем. Майкл и Адам вели 5:4 в первом сете, но Чарли настоял на ничьей, они ушли, обливаясь потом, и направились в душевую.
Леди вернулись на веранду первыми и были поражены разнообразием поданных блюд, где превалировала греческая кухня. Был также передвижной бар, и они сели за стол в приподнятом настроении в ожидании мужчин. Лерой достал бутылку узо и опустил в ведерко со льдом, когда пришел хозяин в сопровождении гостей, он начал разливать напитки. Все сели за стол, за исключением Чарли, который остался стоять, мотая головой, пытаясь высушить волосы; капли воды разлетались на приличное расстояние, пока Майкл, на потеху присутствующих, не схватил его в охапку и не усадил рядом с Шарлин. Лерой подал еду и наполнил бокалы. За столом воцарилась дружественная атмосфера. Страхи Вики развеялись, а Майкл был искренне удивлен, что его мать и Вики болтают, словно закадычные подруги. Все, казалось, обстояло лучшим образом. Для Майкла это был насыщенный событиями день. Наконец-то он представил Вики своей семье.