Клуб маньяков

„Ад пуст. Все бесы здесь “– Уильям Шекспир

1. Смерть нужно заслужить

1

Душный маленький автобус уехал, оставив худенькую девушку в жёлтом платье на пустой остановке. Её звали Валерия, Лера, и она была впервые на этой городской окраине, плотно застроенной унылыми серыми пятиэтажками. Девушка растерянно оглядела безлюдную тихую улицу. Жаркое июльское солнце, застывшее в зените, сразу обожгло загорелые плечи и темноволосую голову Леры, и она тут же спряталась под козырёк остановки. Достав из сумочки телефон, девушка поводила пальчиком по экрану, уточняя путь по карте до конечной точки своего маршрута. Нужно было пройти отсюда ещё пару кварталов вдоль автодороги. Вздохнув, Лера поправила на плече лямку своего нового, надетого специально для этого случая, платья и быстро пошла по тротуару, стуча каблучками.

Уже который день в городе стояла страшная жара. Кроны поникших без дождей деревьев почти не давали тени, а над асфальтом душным маревом колыхался раскалённый воздух. Однако Лера лишь упрямо ускоряла шаг-назначенное ей время встречи почти наступило. Опаздывать было никак нельзя, ведь она приехала взять интервью у известного на всю страну писателя.

Как и все судьбоносные встречи, эта произошла абсолютно случайно. Лера в свои 22 года уже работала журналистом в местной газете. Этим утром по пути в редакцию она решила заскочить в магазин купить печенье к чаю. Встав в очередь на кассу, девушка поначалу не обратила внимания на стоявшего перед ней высокого лысеющего брюнета средних лет, немного сутулого и полноватого. Только когда он повернулся к ней в профиль, расплачиваясь за покупки, Лера узнала в нём известного автора детективов. Правда, самой девушке его книги о кровавых убийствах совсем не нравились.

Знаменитый писатель жил уединённо, не любил давать интервью и выступать на телевидении, поэтому любой материал о нём мог сделать молодую журналистку известной и дать толчок к взлёту карьеры. Возможно, Лере удалось бы устроиться в крупное издание в большом городе, а не прозябать здесь в заштатной газетёнке. Всё это молнией пронеслось в голове девушки, а писатель, между тем, уже вышел из магазина. Быстро расплатившись за своё печенье, Лера бросилась вдогонку. Она окликнула мужчину, когда он уже садился в свой огромный чёрный джип.

– Доброе утро, Геннадий Станиславович! Могу я украсть всего минутку вашего времени? – Лера протянула мужчине визитку. Тот, мельком взглянув на белый прямоугольник в её руке, недовольно скривился. Визитку он не взял, это плохо.

Девушка торопливо сказала:

–Я знаю, вы недолюбливаете журналистов. Но я как раз сейчас готовлю материал о современных писателях, и была бы счастлива взять небольшое интервью у такого мастера пера, как вы, Геннадий Станиславович.

Мужчина, промолчав, в упор посмотрел на Леру своими холодными голубыми глазами. Она отчего-то поёжилась. Конечно, девушка немного приврала, никакой материал она не готовила, но понадеялась, что писатель клюнет на эту наживку и неприкрытую лесть. Тот и в самом деле согласился, назначив встречу уже через два часа в гостинице, где остановился. Такую спешку писатель объяснил тем, что в этом городке он оказался проездом, и после обеда должен уже отбыть домой. Счастливая Лера горячо поблагодарила знаменитость. Проводив взглядом его джип, она что есть духу побежала в свою маленькую съёмную квартиру неподалёку от магазина.

По пути Лера позвонила в редакцию и взяла на сегодня отгул, наврав что-то про плохое самочувствие. Она не хотела спугнуть свою удачу, раньше времени хвастаясь о встрече со знаменитостью.

Дома быстро переодевшись и уложив волосы, девушка бегом отправилась на остановку. Тогда она даже представить не могла, насколько эта встреча изменит всю её жизнь.

2

Гостиница оказалась двухэтажной и очень старой. Лера, разглядывая облупившуюся жёлтую штукатурку на стенах здания, удивилась выбору писателя. Здесь впору было останавливаться небогатым командировочным и рабочим, приезжающим на временные заработки из ближних деревень. С такими деньгами, которые Геннадий Станиславович зарабатывал, штампуя по паре своих книжек в год, он вполне мог поселиться в шикарном отеле в центре города. «Впрочем, у богатых свои причуды» – подумала Лера, входя в тёмный маленький холл.

Затхлый воздух, присущий всем старым зданиям, заставил девушку поморщиться. Холл был пуст. Свет из единственного окна тускло освещал пустой обшарпанный стол у стены и колченогий стул рядом. Девушка сначала растерянно замерла, но потом услышала звук работающего телевизора из распахнутой двери сбоку от стола. Лера подошла и заглянула внутрь. Там в маленькой комнатке спиной к двери сидела древняя бабуля и смотрела телевизор. На экране шла какая-то мыльная опера, сюжет которой настолько увлёк старушку, что она даже не расслышала стук каблучков девушки по деревянному полу.

Лера с минуту нерешительно постояла на пороге комнатки, а потом, стараясь перекричать телевизор, проговорила:

– Здравствуйте! Я в гости к постояльцу в 30-й номер!

Бабуля, не отрываясь от экрана, махнула ей рукой, и девушка направилась из фойе к комнатам постояльцев. На первом этаже гостиницы нужной комнаты не оказалось, нумерация заканчивалась на 16-ти. Лера поднялась по скрипучей деревянной лестнице. Коридор второго этажа, как и первого, был тих и безлюден. Лера быстро шла вдоль ряда одинаковых коричневых дверей, внимательно смотря на их номера, чтобы не пройти мимо нужной комнаты.

Оказавшись почти в конце коридора, девушка наконец нашла дверь с цифрой «30». Остановившись перед ней, Лера достала из сумки маленькое складное зеркальце и поправила растрепавшуюся чёлку. Из отражения на неё взглянули блестящие от волнения карие глаза. Лера почувствовала, что сердце быстро бьётся в её груди, словно маленькая испуганная птичка.

– Всё будет хорошо! – тихо подбодрила себя девушка и улыбнулась отражению. Вдруг дверь под номером «32» справа от неё резко распахнулась, и Лера от испуга выронила зеркало из рук. Оно скользнуло по полу к окну и там скрылось в щели под чугунной батареей отопления. Лера хотела достать его, но тут из открывшейся двери в коридор выглянул Геннадий Станиславович и молча поманил удивлённую девушку внутрь. Она решила, что по ошибке записала не тот номер комнаты и пошла вслед за писателем.

Тот, закрыв за спиной гостьи дверь, повернул ключ в замке. Лера, не обратив на это внимания, с любопытством огляделась. Обстановка маленького одноместного номера вполне соответствовала первому впечатлению девушки от старой гостиницы. С потолка на проводе криво свисала голая лампочка, пыльное окно без занавесок бросало тусклый свет на узкую кровать, накрытую застиранным покрывалом. Кресло с засаленной обивкой и поцарапанный журнальный столик довершали жалкую обстановку.

Лера с отвращением поморщилась. Ну и клоповник!

– Присаживайтесь, прошу вас! – писатель кивком указал девушке на кресло. Сам он присел напротив неё на край кровати. Между ними очень удачно оказался журнальный столик. Лера положила на него свой телефон, предварительно спросив разрешения у писателя на запись их разговора на диктофон.

Её интервьюер кивнул. Сидя напротив, он молча откровенно разглядывал голые коленки девушки, показавшиеся из-под короткого подола платья. Лера пожалела, что надела его, а не осталась в привычных джинсах и футболке. Решив как можно быстрее закончить с интервью и сбежать, она начала:

– Геннадий Станиславович, расскажите, пожалуйста, …

Однако писатель резко прервал её:

– Прошу меня извинить, Валерия, вас ведь так зовут?

– Можно просто Лера, – девушка нетерпеливо поёрзала на неудобном продавленном сиденье кресла.

Холодные глаза мужчины напротив странно блеснули. Он вкрадчиво спросил:

– Лера, скажите, редактор газеты сейчас наверняка с нетерпением ждёт от вас материала обо мне? Сколько он дал вам времени на это интервью?

Девушка в недоумении пожала плечами:

– Да нет, не ждёт, всё так быстро получилось, я ему ничего и рассказать не успела. Так что времени у нас на интервью есть столько, сколько вы сможете мне уделить до отъезда.

Лера любезно улыбнулась. Писатель что-то пробормотал себе под нос и продолжил свои странные расспросы:

– Это хорошо, Лера. Я отлично понимаю, какая это удача для молодой журналистки в таком заштатном городишке, как ваш – взять интервью у знаменитости. Вам наверняка было трудно удержаться, чтобы тут же не растрезвонить всем подружкам и родственникам о нашем утреннем разговоре.

Лера с удивлением отметила нервозность, с которой собеседник ждёт от неё ответа. Она недоумённо проговорила:

– Извините, Геннадий Станиславович, я не совсем понимаю, почему вы меня об этом спрашиваете… Впрочем, если хотите, я скажу: никто не знает о нашей встрече. Я не какая-то там… хвастливая болтушка!

Девушка обиженно уставилась в окно и от досады закусила губу.

Писатель быстро проговорил:

– Что вы, Лера, не обижайтесь на меня, прошу вас! Я это просто так спросил… Могу я угостить вас минералкой? Сегодня так жарко…

Мужчина с ловкостью фокусника извлёк из-под стола маленькую пластиковую бутылку с минеральной водой и предложил гостье. Лера благосклонно кивнула, и писатель крутанул пробку. Правда, привычного шипения при этом девушка не услышала и даже решила, что вода просрочена, совсем выдохлась. Однако из вежливости всё же отпив несколько глотков, она поняла, что ошиблась, газа там вполне хватает. Выбросив всё это из головы, Лера с наслаждением ополовинила бутылочку, почувствовав, что в горле у неё и впрямь пересохло.

Утолив жажду, девушка благодарно улыбнулась писателю. Мир был восстановлен, и интервью, наконец, началось. Лера быстро задавала стандартные вопросы о детстве знаменитости, родителях, школьных годах, друзьях, о начале писательской карьеры, его творческих планах. Станислав Геннадьевич непринуждённо отвечал и даже шутил. Вообще было видно, что настроение его заметно улучшилось.

3

Примерно через полчаса Лера, уже собираясь заканчивать интервью, вдруг почувствовала странное головокружение. Она пробормотала извинение и хотела встать с кресла, но её ноги вдруг подкосились, и она безвольно упала назад. В испуге посмотрев на писателя, Лера увидела на его лице злую торжествующую ухмылку и попыталась закричать, позвать кого-нибудь на помощь. Однако из её горла вырвался лишь тихий хрип, а язык будто прилип к пересохшему нёбу. Всё тело стало словно ватное, Лера не смогла пошевелить даже пальцем.

В ужасе смотрела беспомощная девушка на приближающегося к ней писателя. Он присел перед креслом на корточки, испытующе всмотрелся в её лицо и с ненавистью прошипел:

– Вот теперь мы поговорим по-настоящему. Как же я вас, журналистов, ненавижу, лезете везде в погоне за сенсацией, на всё готовы ради своей цели. Вот и ты вырядилась в своё короткое платьишко, чтобы охмурить меня и развязать мне язык. Думаешь, я дурак? Да я вас всех насквозь вижу, сволочи пронырливые!

Сильная пощечина откинула голову Леры на спинку кресла, в голове зазвенело. Странно, но боль она почувствовала сполна, а телом почему-то управлять не могла. Что же с ней произошло? Вдруг спасительная мысль мелькнула у Леры в голове. Это же просто кошмарный сон, и скоро она проснётся в безопасности, в своей постели. От этой мысли девушке стало немного легче, ведь нужно было всего лишь дождаться пробуждения, и весь этот ужас закончится.

Между тем писатель, к облегчению несчастной девушки, отошёл от неё к окну и стал смотреть на улицу. После тягостного молчания мужчина произнёс:

– Ты совершила ряд непростительно глупых ошибок и жестоко поплатишься за это. Первая ошибка: идя в незнакомое место на встречу с незнакомым тебе мужчиной ты никому об этом не сообщила. Вторая: ты позволила мне запереть дверь комнаты на ключ. И, наконец, третья: ты выпила воду из рук незнакомца.

Заметь, я специально назвал тебе неверный номер комнаты, чтобы консьержка внизу не узнала, что ты пришла именно ко мне. И время нашего интервью было мной назначено не случайно. С 12-00 до 13-00 старуха внизу всегда смотрит свой любимый сериал. Она наверняка даже и не взглянула на тебя, значит, и опознать по фото потом не сможет. Да, и зарегистрировался я в этой гостинице по поддельному паспорту, я часто так делаю для конспирации.

Кстати, ты наверняка гадаешь, что с тобой происходит, почему ты не можешь двигаться и говорить. Боль ты чувствуешь, и ты уже в этом убедилась. Я кое-что подсыпал в бутылку с водой, которую ты выпила. Этот чудо-порошок изготовил для меня Фармацевт, он, как и я, член одной тайной организации, Клуба маньяков.

Мужчина у окна обернулся и посмотрел на Леру, желая увидеть произведённый его последними словами эффект. Обездвиженная девушка смотрела на него глазами, полными ужаса. Она вновь попыталась закричать, но лишь слабый хрип вырвался из её горла. Писатель его услышал, довольно хмыкнул, вновь отвернулся к окну и продолжил:

– Знаешь, откуда я беру сюжеты для своих кровавых книг про мучителей, маньяков и убийц? Как я могу в подробностях описывать сцены истязаний и пыток? Слушай же, глупенькая журналистка: уже много лет я выслеживаю и убиваю людей, а потом описываю всё это на бумаге. Очень удобно, согласись – и удовольствие получаю, и деньги на этом неплохие зарабатываю.

Нас много таких по всей стране – извращённых убийц, и некоторые из нас являются членами Клуба маньяков. Раз в год мы собираемся, чтобы поучаствовать в одном интересном развлечении, оно называется «Ночь Большой Охоты». Для этого мы съезжаемся со всей страны, чтобы поохотиться вместе на людей, которых привозим с собой. Ты попалась мне случайно, сама пришла в западню. К сожалению, для Большой охоты ты не годишься, слишком слаба, но у меня ещё есть время, чтобы найти подходящего участника.

Внезапно страшную тираду убийцы прервал звонок Лериного телефона с журнального столика. Писатель, в два шага преодолев расстояние до него, сбросил звонок и выключил аппарат, а потом положил его в свой карман. После мужчина присел на корточки перед креслом и, больно ущипнув ногу Леры выше колена, с сожалением вздохнул:

– Ты даже не в моём вкусе, слишком маленькая и тощая, взяться не за что. Впрочем, ничего не поделаешь, придётся работать с тем материалом, который есть.

Плотоядно усмехнувшись, писатель легко поднял девушку из кресла и отнёс к кровати. Он грубо бросил Леру на покрывало и стал неторопливо раздеваться, попутно объясняя ей:

– Действие обездвиживающего порошка закончится примерно через 7-8 часов, к этому времени мы уже должны добраться до моего дома. Из комнаты придётся вывезти тебя, уложенную в большой дорожный чемодан на колёсах. В нём ты и поедешь в багажнике моей машины. Сразу предупреждаю, дорога тебя ждёт долгая и неприятная. Жизнь-боль, и скоро ты в полной мере прочувствуешь это на себе. А пока давай немного развлечёмся на дорожку!

С этими словами мужчина, уже полностью обнажённый, одним рывком сорвал с Леры платье и набросился на неё…

В голове девушки билась одна мысль: проснись же, проснись…

4

Пронзительная трель дверного звонка разнеслась по маленькой однокомнатной квартире, и Вадим торопливо вышел в прихожую и открыл дверь. За ней, робко переминаясь с ноги на ногу, стояла худенькая седая женщина лет шестидесяти пяти. Вадим ободряюще ей улыбнулся и пригласил войти.

Гостью звали Евдокия Петровна, это юноша уже знал из утреннего телефонного разговора с ней. Цели визита он тогда так и не понял до конца, женщина только рыдала в трубку и что-то говорила про свою пропавшую дочь.

Сейчас острый взгляд Вадима подметил и недорогую, но опрятную одежду гостьи, видавшую виды чёрную сумку из дерматина и совсем не городскую робость в поведении. Юноша с досадой подумал, что с такой клиентки и деньги-то за работу стыдно просить. Да и есть ли они у деревенской пенсионерки?

А деньги Вадиму сейчас были нужны позарез. В 24 года он, получив диплом юриста, твёрдо решил стать частным детективом. В силу своего упрямого свободолюбивого характера он не захотел идти работать в какую-нибудь фирму штатным юристом, чтобы потом подчиняться любой прихоти самодура-директора. И тем более юношу не привлекала государственная служба с её жёсткой дисциплиной.

Вадим мечтал о такой работе, где над ним не довлела бы власть начальников и директоров всех мастей. К тому же с детства он зачитывался книгами о величайшем детективе Шерлоке Холмсе. Итак, вчерашний студент подал по всему городу объявления об услугах частного детектива. Денег для аренды офиса у него не было, пришлось принимать клиентов там же, где жил – в доставшейся в наследство от бабушки однокомнатной квартире.

За три летних месяца у молодого детектива было всего два клиента, и оба раза это были ревнивые жёны, нанимавшие его для слежки за своими мужьями. Вадим был и этому рад, деньги-то не лишние. Поддержку юноше искать было негде: когда ему было всего шесть лет, родители погибли в автомобильной катастрофе и мальчика вырастила бабушка. Недавно и она умерла, так что теперь рассчитывать Вадим мог только на свои силы.

Деньги после последнего дела почти закончились, поэтому молодой детектив был рад утреннему звонку Евдокии Петровны. Однако сейчас, сидя напротив неё за своим столом, юноша совсем пал духом. Всё же он решил сначала выслушать женщину, а уже потом решить, соглашаться взяться за дело или отказать.

Попросив разрешение начать запись разговора, Вадим включил диктофон и положил его на край стола. Гостья явно не решалась начать свой рассказ, только молча теребила в руках свой носовой платок. Юноша радушно предложил женщине чай, та отказалась и, порывшись в недрах своей старенькой сумки, протянула Вадиму две фотографии. На одной было снятое крупным планом лицо миловидной кареглазой брюнетки лет двадцати. На другой фотографии эта же девушка позировала возле статуи оленёнка в каком-то парке. Рост невысокий, худенькая, одета модно, но не вызывающе.

– Это Лерочка, моя дочь, – сказала гостья и, увидев удивление на лице Вадима, пояснила:

– Я ведь её поздно родила, уже после сорока лет. С мужем долго мечтали о ребёнке, обследовались. Врачи разводили руками, говорили, что с медицинской точки зрения мы оба здоровы. Испробовали и народные средства, травки всякие пили, по монастырям ездили. Видно, сжалился Господь над нами, подарил дочку на старости лет. Только муж мой недолго радовался, умер вскоре от инфаркта. Растила я дочку одна. В школе Лера училась хорошо, мне всегда по дому помогала. С плохими компаниями не связывалась, спиртного не пила, не курила, может, не хотела огорчать, жалела старую мать. После школы уехала Лерочка из нашего посёлка сюда, в этот город, будь он неладен. Выучилась на бухгалтера, только вот работать по специальности не захотела, говорила, скучно ей дебет с кредитом сводить.

Вадим понимающе кивнул. Женщина горько улыбнулась, тяжело вздохнула и продолжила рассказ:

– Ну и вот, устроилась дочка журналистом в местную газету. Два года назад это было. Квартиру недорогую сняла рядышком с редакцией. Я от вас за вещами дочкиными поеду – хозяйка сказала, ждать больше не может, новых квартирантов уже нашла. Ой, отвлеклась я. Значит, в городе за это время ни друзей, ни парня Лерочка не завела, или, может, мне просто об этом не рассказывала. Домой в посёлок приезжала каждые выходные, встречалась с подружками детства. Да и ехать-то на пригородном автобусе до нас меньше часа.

Вадим узнал, что каждый вечер девушка созванивалась с матерью, чтобы обсудить события, произошедшие за день. Пожилая женщина, оставшись совсем одна, очень скучала по единственной дочери, и та, зная об этом, ни за что бы не пропала так внезапно, ничего не сказав матери. Лера понимала, какой это был бы удар для неё. Именно поэтому, когда девушка как обычно не позвонила вечером месяц назад, мать сразу же сообщила в полицию. Там не хотели принимать заявление от Евдокии Петровны, сходившей с ума от тревоги за дочь. Пытались уговорить подождать три дня, мол, дело молодое, нагуляется девчонка и явится сама. Но Лера ни через три дня, ни через месяц не появилась ни в съёмной квартире, ни в редакции газеты, где работала. Телефон её был постоянно выключен, в соц. сети девушка также не заходила, по утверждению следователя.

– В общем, как в воду канула, – закончила свой рассказ несчастная мать и горько заплакала. Вадим деликатно отошёл к окну и какое-то время стоял там, наблюдая за спешащими куда-то прохожими и неиссякаемым потоком автомобилей. Жизнь в городке шла своим чередом, и никому не было дела до горя всхлипывающей у него за спиной женщины. Когда Вадим вернулся на своё место, он уже твёрдо решил попытаться ей помочь, пусть даже это и не принесёт ему денег.

Молодой детектив попросил всё ещё всхлипывающую гостью рассказать о результатах полицейского расследования. Евдокия Петровна, горько усмехнувшись, посетовала, что следователь при виде неё только разводит руками. Он, конечно, опросил и хозяйку квартиры, в которой жила Лера, и в редакцию газеты ходил, и её немногочисленных знакомых расспрашивал. Никто ничего не знает.

– Ой, чуть не забыла! – спохватилась женщина и выудила из сумки сложенный прямоугольник карты города. – Полицейские отследили телефон Леры. Сигнал пропал вот в этом районе 2 июня в 13-42.

Евдокия Петровна, развернув карту на столе перед Вадимом, показала на очерченный красным маркером круг. Юноша склонился, вглядываясь в это место. Перед ним был отдалённый старый район города, в основном заставленный невысокими жилыми домами. В очерченный красным круг попало несколько пятиэтажек, пара маленьких продуктовых магазинов и гостиница.

Подумав, Вадим уточнил, опросила ли полиция кого-то из жителей этих домов, продавцов магазинов и работников гостиницы. Женщина кивнула и с горечью сказала:

– Никто из них мою дочь не опознал по фотографии. Но она же точно там была, как же так? Никто ничего не видел и не слышал…

Юноша печально заметил:

– Так обычно и бывает, к сожалению. Люди куда-то пропадают, и многих так никогда и не находят, ни живыми, ни мёртвыми…

Несчастная мать вновь зарыдала, причитая сквозь слёзы:

– Лерочка, доченька моя…

Вадим взволнованно зашагал от стола к окну и обратно, вслух размышляя:

– Так… С какой же целью молодая девушка приехала на окраину города, где у неё ни родных, ни знакомых нет? И с работы её туда не посылали с каким-нибудь заданием… Непонятно. Чёрт, никакой зацепки!

Юноша в отчаянии взъерошил светлые волосы рукой. Тут он осознал, что рыдания женщины стихли и, обернувшись, встретил её полный безнадёжности взгляд. Евдокия Петровна, схватившись за сердце, тихо произнесла:

– Так вы отказываетесь искать мою дочь, Вадим? Вы были моей последней надеждой…

Вадим сел напротив гостьи и с жаром произнёс:

– Нет, что вы, я берусь за ваше дело! Просто по привычке размышлял вслух. Не хочу вас понапрасну обнадёживать, сами видите, следов нет, зацепок никаких, и полиция за месяц ничего не обнаружила. Обещаю вам сделать всё, что в моих силах.

Женщина обрадованно воскликнула:

– Вот спасибо, Вадим! А я уж в долгу не останусь, вы не подумайте, деньги у меня есть.

Она выложила на стол перед ошарашенным детективом небольшой целлофановый пакетик, перетянутый резинкой. Развязывая его, Евдокия Петровна торопливо проговорила:

– Вот, на похороны себе откладывала, но раньше времени пригодились денежки-то.

Вадим, мотая головой, отодвинулся от протянутой ему увесистой пачки купюр и твёрдо сказал:

– Нет, не возьму. Как можно? Ещё неизвестно, будет ли результат моей работы, да и много это…

– А вы возьмите себе, сколько нужно – на расходы, на бензин, что там ещё потребуется. За результат уж потом хорошо доплачу, не сомневайтесь!

Вадим, смущаясь, вытянул из пачки несколько банкнот. Женщина, которая теперь стала его клиенткой, аккуратно упаковала оставшиеся деньги обратно в пакет и спрятала в сумку. Вадим попросил продиктовать на диктофон адреса работы и съемного жилья Леры, имена и телефоны всех её знакомых и друзей, которые были известны матери. Фотографии пропавшей и карту города он оставил себе. Наконец, клятвенно пообещав держать Евдокию Петровну в курсе всех подробностей расследования, юноша проводил её к выходу.

Оставшись один, Вадим пошёл на кухню ставить чайник, и, пока тот закипал на плите, стал составлять для себя план действий. Сначала он решил опросить всех, кого сможет, кто живёт и работает в пределах очерченной на карте окружности. Может, люди просто не захотели откровенничать перед полицейскими, а ему (он уже придумал представиться братом пропавшей) что-то расскажут. Потом Вадим поговорит с друзьями и коллегами девушки. Ну и далее будет действовать по ситуации, в зависимости от выясненных деталей дела.