- -
- 100%
- +
Часть 1. Амулет Велеса. Глава 1
– Милана! – Баба Груня вбежала в мою избу с лицом белее сметаны. – Из Храма артефакты пропали! Амулет с ликом Велеса и книга Чернобога!
Ложка с кашей замерла у меня в руке. Еще бы! Велес – бог магии, мудрости, богатства, скота, торговли… Да считай всего вокруг, даже подземного мира.
Амулет с его ликом оберегал нашу деревню ото всех бед. Он открыто висел на деревянном идоле во дворе Храма, потому как только ненормальному придет в голову похитить деревенский оберег. Или…
Я сразу вспомнила пришлого парня, два дня назад заселившегося в старый дом у реки. Слишком уж часто тот крутился у храма, будто вынюхивал что-то. Хотя он повсюду лазил, засовывал свой нос в каждую бочку и вопросы всем постоянно про какой-то артефакт задавал.
– Выскочку городского не видела? – спросила я у запыхавшейся бабы Груни.
Конечно, она уже и на лавку села, и воды себе сама налила, но все равно в ее возрасте через всю деревню бегать не полезно. Домовуня моя тоже так решила и быстро подменила воду в кружке на укрепляющий отвар из кувшина на полке. Я как раз только вчера свежий сварила – душистый, с горчинкой.
– У колодца с утра пораньше девкам зубы скалит! – неодобрительно фыркнула бабуля.
Оставив взволнованную старушку на домовуню, я выскочила из дома и быстрым шагом направилась к колодцу. Подол юбки хлестал по ногам, а внутри все кипело от злости.
Как этот гад посмел?! Покусился на святыни деревни! Он вообще понимает, что натворил?!
Пришлый стоял у колодца как ни в чем не бывало, улыбался девкам, будто черт на крестинах, помогал набирать воду. Фигура у него, конечно, ладная, плечи широкие, рубаха расстегнута… Но сейчас не до этого!
– Игнат! – Мой голос прозвучал резко и звонко, перекрывая девичий смех и журчание колодезного ворота.
Парень обернулся, в его глазах мелькнуло удивление. Он отстранился от девушек и с интересом посмотрел на меня.
– Что случилось, красавица? Помощь нужна?
– Не притворяйся! – Я остановилась прямо перед ним, прожигая взглядом. – Думаешь, мы тут все дураки?
Так и тянуло выдать все обвинения прямо ему в лоб, но чем меньше народа знает о пропаже, тем лучше.
Игнат удивленно приподнял бровь:
– О чем ты вообще, Милана? Я с самого рассвета здесь, девушки подтвердят…
– А ну, пошли за мной! – Устав от всех этих экивоков, я направилась обратно к дому.
И Игнат, под девичьи шуточки и намеки о причинах моего интереса к городскому выскочке, пристроился рядом.
– Я видела, как ты крутился у Храма! Как расспрашивал об артефактах! – накинулась я на него, едва за нами захлопнулась дворовая калитка.
Тут уже можно было ругаться без страха – подслушать никто не сможет. Как положено знахарке, я не только отвары и зелья варить умею, но и заклинаниями пользоваться могу.
– Да просто из любопытства, – попытался оправдаться парень.
– Не лги! – рыкнула я. – Ты вообще понимаешь, что натворил? Амулет Велеса оберегал нашу деревню! А Книга Чернобога… да она опаснее гремучей змеи! Ты выпустил тьму на волю своими грязными руками!
– Милана, успокойся! Что случилось с амулетом и книгой? Они пропали? – Игнат продолжал изображать недоумение.
Даже волнение в глазах появилось – такое естественное, впору на ярмарку лицедействовать отправлять.
– Ну-ка, объясни, почему ты так часто крутился возле Храма? Почему задавал вопросы об артефактах? Почему ты вообще притащился в нашу деревню? – Я сделала шаг, почти вплотную приблизившись к парню. – Верни все на место, Игнат! Иначе пожалеешь, что вообще приехал в нашу деревню!
Подбоченясь, выставила грудь вперед и гневно зыркнула на городского гада. Вдохнула его запах и напряглась, почуяв на нем защитное заклинание гораздо более сильной ведьмы, чем я.
– Тебя что, нанял кто-то?! С места не сдвинешься, пока все не объяснишь!
– Ты первая объясняй, раз обвинениями кидаешься. – Игнат уверенно посмотрел мне в глаза, и мне на миг показалось, что зрачки у него из обычных стали вертикальными. Как у змей и… котов!
А я-то все думала, что за серый паразит постоянно крутится вокруг моего дома. И у Храма, кстати, пушистую пакость не раз видела.
– Даже не думай!
Игнат быстро сообразил, что я не просто так пальцы начала разминать, и навис надо мной, надеясь запугать своей мужской силой. Даже за запястья ухватил, наивный.
Я, может, и знахарка, а не ведьма. И творить зло мне не положено, если не хочу потерять часть целительского дара. Но когда в голове вместо зазнайства ум, всегда можно выкрутиться. К тому же не нападать, а защищаться собираюсь, – это всегда учитывается.
– Давно пора было обережника завести, да все как-то подходящего не находилось, – почти промурлыкала я, глядя в расширяющиеся от страха голубые глаза.
– Я тут по делу сыскной управы, – раздраженно процедил парень.
Успел-таки, до того как я до конца связь между нами создала! Ну и ладно, от насильно привязанного обережника все равно проку мало, зато городской сыскарь нашей деревне сейчас не помешает.
– Мне поручено найти украденный артефакт. – Игнат отстранился, отпустил мои руки и попытался говорить мягче.
Раздражение из него до конца не выветрилось, но пока все сказанное походило на правду. А если начнет лгать, значит, будет у меня обережник-сыскарь, пусть и против его воли. Слушаться все равно станет, никуда не денется.
– След из города привел в вашу деревню.
Игнат замолчал, наивно решив, что мне таких подробностей хватит.
– И что это за артефакт?
– Это… амулет с изображением божества, очень ценный. Вот я и пытался узнать побольше, но, видимо, не вовремя. – Парень миролюбиво улыбнулся и развел руками, выжидающе глядя на меня.
«Амулет с ликом божества…» – эхом отдалось в голове. Велес… Может, просто совпадение?
Я постаралась хотя бы внешне сохранить невозмутимость, хотя внутри все клокотало. Не верилось мне в совпадения. Да и у меня сразу же кольнуло, что вор – чужак. Пусть и не Игнат. И выходит, наша деревенская святыня не первая, которую он выкрал.
– Значит, у нас теперь два пропавших амулета, – призналась я.
Вместе с сыскарем искать пропажу будет проще. Хотя учитывая, сколько времени он тут бесцельно крутится, пользу из него придется выжимать по капле. Но с паршивого кота…
– И что ты теперь собираешься делать? – спросила я, пристально глядя Игнату в глаза.
– Буду искать два амулета. И книгу. Надеюсь, вор у них один.
– Да уж, так было бы проще, – согласно кивнула я. – Будем искать вместе.
– Э, нет! – тут же снова напрягся Игнат. – Не хватало еще, чтобы мне под ногами какая-то ведьмочка мешалась.
Глава 2
– Мешалась? Девкам зубы скалить? – насмешливо фыркнула я, ненароком разглядывая ключицы и грудь, мелькающие между полами расстегнутой чуть ли не до пупа рубахи. – Ты уже какой день здесь ошиваешься, а толку – как с козла молока.
– Я собирал информацию! – огрызнулся Игнат. – Опрашивал людей! В городе я раскрыл десятки краж без… – он махнул рукой в сторону сушившихся на плетне трав, – без твоей мишуры.
– Ага, и как успехи? – Шагнула ближе, задевая плечом ветку бузины. Листья зашелестели, будто смеялись вместе со мной. – Артефакты из Храма пропали под твоим чутким носом. А с книгой Чернобога можно столько зла сотворить, даже представлять страшно!
Игнат, заложив руки за спину, снова навис надо мной, нагло пользуясь тем, что ростом выше и в плечах шире. Солнечный луч пробился сквозь листву яблони, высветив тонкую белую полоску, будто шрам от когтя.
– Не моя вина, что в вашем Храме такие ценные артефакты без охраны валяются. Заходи кто хочешь, бери что надо!
Я ухмыльнулась, оценив, что хватать меня городской выскочка теперь побаивается. Местные парни об мой норов уже зубы сточили и обходили стороной, теперь вот и этот пришлый запомнил, что руки распускать не стоит. Тем более оборотню!
– Амулет Велеса столетиями на идоле висел, чтобы каждый житель мог прийти, принести жертву и попросить, что ему нужно. А книгу жрец в тайнике хранил…
– И каждый день оттуда доставал? С чего вы решили, что она тоже сегодня пропала? – тут же засыпал меня Игнат вопросами, снова резко наклонившись вперед.
Главное, ответов у меня на них не было. Жреца-то у нас настоящего на самом деле давно нет, вместо него баба Груня. А она старенькая, могла и забывать проверять, на месте ли книга.
Вот только если я сейчас все это Игнату скажу, он же наизнанку мои слова вывернет и выставит бабу Груню виноватой, а меня – бесполезной.
– С того и решили! Ты вот с чего решил, что пропавший из города амулет в нашей деревушке прячут?
– Слова, Милана, имеют значение. Тебе ли, ведьмочке, этого не знать? – заухмылялся вдруг паразит. – Я разве сказал, что сам амулет здесь? След тут от него, ясно?
– И что за след? – сначала спокойно спросила я, а потом даже ногой притопнула: – Говори давай! Два дня уже впустую потратил. Или тебе у колодца девкам глазки строить нравится? Небось, оплата-то от управы все равно в карман капает?
Игнат резко выпрямился, брови сурово нахмурил, да еще тень от яблони удачно упала, подчеркивая острые скулы. Сразу видно, что за живое задела, разозлила котика.
– Купили его здесь двадцать лет назад, за огромные деньги, как оберег для дома. И двадцать лет этот амулет исправно работал: ни краж, ни пожаров, ни ссор в доме не было.
– Обычный ведьмовской заговор? – Пришла моя очередь хмуриться.
Двадцать лет назад я под стол пешком ходила и огромных деньжищ у нас что-то не припомню. Значит, и мать никаких амулетов никому не продавала. Но, конечно, можно сбегать к ней в соседнюю деревню и спросить. Она туда лет шесть назад к мужику хорошему съехала, а я здесь осталась – благо уже самостоятельная была.
– Нет, ведьм заказчик как огня боится, – снова заухмылялся Игнат. – Раз о чем-то попросишь – всю жизнь не расплатишься.
– А ты с ним заодно? – Я презрительно скривила губы. – Не переживай, меня ты ни о чем не просил. Мы просто в паре работать станем. Потому как я, кажется, знаю, с кем тебе переговорить надо.
Обычные люди с нежитью, нечистью и даже добрыми духами сплетничать не станут, потому как те им не показываются. Зато у нас с моей домовуней вполне себе дружеские отношения, она мне даже имя свое настоящее под черноплодную настоечку выболтала.
И еще я хорошо знаю, что никто лучше домового оберег на дом, даже на чужой, не сделает. Опытная ведьма может ошибиться, упустить что-то, а домовые – нет.
– У кого из местных двадцать лет назад внезапные большие деньги появились, я уже и без твоей помощи выяснил, – снисходительно зыркнул на меня Игнат.
А в глазах все равно интерес светится, потому что, видать, недовыяснял до конца.
У меня же после его слов в голове прямо забурлило. Я, конечно, мелкая еще была, но любопытная. И за мамкой хвостом вечно бегала. Так что ща… ща…
«Гришка-то на старости лет дочке приданное знатное справил и денег на дом молодым выдал, не опозорился…», – прозвучало в моей голове голосом одной из соседок.
Гришка – это наш бывший кузнец. Бывший, потому что умер лет десять назад. Старый совсем был и пил запойно. Так что внезапное появление у него денег обсуждалось всей деревней, и неудивительно, что у меня в памяти это тоже отложилось.
– А толку? – ехидно улыбнулась я. – Колдуна-некроманта наймешь, Гришкин дух вызвать?
Игнат раздраженно дернул крыльями носа. Надеялся, что я не догадаюсь? Наивный!
– Дочку его уже расспросил?
– Не знает она ничего, – выдавил наконец Игнат, пошевелив губами и проведя рукой по намечающейся щетине на подбородке. – Внучка тоже не знает. И зять. И соседи.
– Значит, умел Гришка тайны хранить, – с долей уважения признала я.
И, уже не в первый раз поймав взгляд Игната на мою грудь, решила ловить сыскаря на его слабости.
– Давай так. Если солнце сдвинется на пядь, а я ничего нового о твоем деле не выясню, то выполню любое твое желание и не буду навязываться в помощницы. А если выясню – значит, будем дальше искать амулеты и книгу вместе, по моим правилам.
– Прям так и любое? – глаза у Игната тут же загорелись, зрачки на миг стали вертикальными, и он снова окинул меня оценивающим взглядом.
Ясное дело, условие про мои правила он мимо ушей пропустил. Да уж, кошачью натуру никакими заклинаниями не спрячешь. Бабник пушистый!
– Звезду с неба не достану, а приголубить смогу, – проворковала я, мысленно представляя, как именно я бы приголубила этого охотника до девичьих нежностей.
– Кто ж от такого предложения откажется? – Игнат от предвкушения даже губы облизал. – Договорились. – И, поглядев на солнце, быстро воткнул в землю ветку как ориентир, а потом расставил пальцы, отмерил расстояние от большого до мизинца и воткнул следующую ветку. – Время пошло, ведьмочка.
– Жди тут, котик, – подмигнула я, огладив себя руками, и ласточкой метнулась в сторону дома.
Пусть не скучает, пока я с домовуней и бабой Груней посплетничаю.
Глава 3
Вернувшись в избу, я застала бабу Груню за тем, как она методично вытирала пыль с моих бутылок с зельями. Была у нее такая привычка – прибираться, когда волнуется. Едва я вошла, она повернулась ко мне – бледная и взволнованная.
– Миланочка, что же это делается! Такое злодеяние! Как же мы теперь будем жить, кто нас защитит?
– Успокойся, баб Грунь, – приобняла я старушку за плечи. – Найдем мы пропажу, не переживай. Велес нас не оставит.
– Да как же не переживать! А Книга-то, Книга?! Говорят, она в злых руках такие страсти может вытворять…
– Кроме рук, там еще голова со знаниями требуется, – продолжила я утешать бабулю. Но все же уточнила: – Ты уверена, что книга тоже в эту ночь пропала, а не в прошлую? Или того раньше?
– Ох! – Баба Груня замерла, уставившись на меня с виноватым видом. – Три дня назад точно на месте была, а вот потом не заглядывала я к ней, без того забот хватало.
– Ладно, все мы найдем, не волнуйся. – Взяв старушку за локоть, я мягко направила ее к двери. – Игнат – сыщик из города, он все уладит. А ты иди отдохни, а то сердце заболит. – Сунула ей в руки горшок с медом и пучок сушеной мяты: – Завари чайку, успокоишься. Завтра все расскажу.
Как только дверь за бабулей захлопнулась, домовуня материализовалась в углу, приняв привычный облик – очень маленькой старушонки с ясными глазами и абсолютно седыми волосами.
– Ох, суматоха какая! Все вверх дном… – запричитала она. – Домовые все напуганные…
– Мы тут все напуганные, – тяжко вздохнула я, усаживаясь на лавку. – А еще дело это может быть связано с другим, давним.
Самое сложное, когда болтаешь с духами: помнить, что время они воспринимают очень по-своему. Они же гораздо дольше, чем мы, живут, и для них что двадцать лет, что десять – это просто слова.
– Помнишь, как кузнец Григорий дочку замуж выдавал?
– Это когда вся деревня шумела и пыталась узнать, откуда он так обогатился? – тут же хитро заулыбалась старушонка. – Помню. Домовой его тогда загадочный ходил, светился весь. Но никому ни слова не выболтал. Мы уж вокруг него такие хороводы отплясывали!
– Иех, – горестно вздохнула я. – Жаль… А то я с городским выскочкой поспорила, что быстро правду выясню.
– Так всплыла потом правда-то, – подмигнула мне домовуня. – Только такая, что впору со стыда сгореть за весь наш домовой род, – тут же погрустнела она.
Духи, как дети малые – настроение у них скачет, как необъезженный жеребец. Главное – не давать с темы упрыгать, это они тоже любят. Начнем об одном, потом скок-поскок, и уже не пойми как совсем о другом болтаем.
– И что ж за правда оказалась? – быстренько вернула я старушку обратно на нужную волну.
– Обманул кузнец своего домового. Пообещал ему подарок за помощь, но потом ничего не дал. А тот ради него правила наши нарушил: защиту на чужой дом сделал и в амулет, выкованный кузнецом, заложил.
– И на Григория злился? – уточнила я, почти без всякой задней мысли.
– Ох, как он злился! Обиду на него затаил страшную. – Домовуня от избытка эмоций сердито топнула крошечной ножкой, прям как я недавно на Игната. – Данное домовому слово надо держать! Иначе добра не жди.
Я вскочила, чуть не опрокинув лавку. В голове все сложилось, как узор на обережном полотне:
– Значит, мог украсть амулеты! И книгу Чернобога – чтобы усилить свою месть!
Домовуня замерла, голову набок склонила и посмотрела на меня с осуждением.
– Дык зачем ему это спустя столько лет? Кузнеца-то нет уже давно. Да не станет никто из нас воровством промышлять, последнее это дело. Так и в нечисть какую превратиться можно…
– Точно, – кивнула я, снова плюхаясь обратно на лавку. – Чего-то разгорячилась и не подумала. Но поговорить бы мне с ним надо. Устроишь?
– Только без прихвостней всяких, – рассмеялась домовуня и, подмигнув, растворилась в воздухе.
Обернувшись, я заметила бесшумно прокравшегося в дом Игната. Он стоял, прислонившись к дверному косяку, его позеленевшие глаза сверкали азартом, а короткие серебристые волосы чуть растрепались. В сочетании с расстегнутой рубашкой выглядело очень завлекающе. Так и тянуло или сильнее разлохматить, или пригладить, а потом обязательно по носу щелкнуть этого самодовольного котяру.
– Ну что, ведьмочка? – Голос Игната звучал низко и вкрадчиво, как мурлыканье перед прыжком. – Солнце уже за пядь сдвинулось. Где моя награда?
– Награда? Ах да… – Я встала, нарочито плавно огладив бедра, расправляя складки юбки. – Ты же так старался, веточки втыкал, тень ловил, – медленно провела кончиком языка по верхней губе и злорадно улыбнулась: – Но все зря, котик.
Игнат шагнул вперед. В закрытой избе гораздо сильнее ощущался исходящий от него аромат можжевельника и корицы. И мужской силой веяло гораздо сильнее, так что дыхание прерывалось, напоминая, что я уже почти год не подпускала к себе парней. Не попадались достойные.
– Узнала что-то? – провел Игнат ладонью по моему рукаву от локтя до запястья. – Ну давай, удиви меня, ведьмочка…
Я наклонилась к нему так близко, что наши губы почти соприкоснулись, и с таинственным видом прошептала:
– Что ты пахнешь как трусливый кот, пытающийся скрыть свою суть.
Игнат замер, дыхание у него участилось. Глаза стали совсем зелеными, зрачки – вертикальными, а на скулах выступил легкий румянец.
– Уверена? – Увлекшись, он все же схватил меня за запястье, прижав ладонь к своей груди.
Я слушала, как стучит чужое сердце, и знала, что стоит пожелать – и оно остановится. Но мне хотелось заставить его биться чаще.
– Расскажи, что бы ты сделал, если бы выиграл? – выдохнула я Игнату прямо в приоткрывшиеся губы.
– Я бы… – голос у парня стал хрипловатым от возбуждения, – научил тебя, как правильно гладить кота, – прошептал он, едва коснувшись поцелуем моей скулы.
Жар пробежал по спине, но я отстранилась, с удовольствием полюбовавшись на промелькнувшее в глазах Игната разочарование.
– Не спеши, котик. – Моя рука скользнула по его груди, зацепившись за пряжку ремня. – Я же просто спрашивала. Потому что ты… – я дернула за ремень, притягивая его так близко, что наши тела разделял лишь слой ткани, – проиграл. Кузнецу Григорию помогал его домовой. И ничего за это не получил. Представляешь, как он расстроился? – провокационно улыбнулась я.
Конечно, тот обиженный домовенок ни в чем не виноват, но сейчас это не имело значения. Мне хотелось раздразнить Игната, заставив согласиться на совместное расследование.
– Домовой? Серьезно? – Городской выскочка ожидаемо презрительно фыркнул, хорошо хоть без прежнего гонора.
– Такой опытный сыщик боится духов? – Я обняла парня за шею, привстала на цыпочки и с вызовом уставилась в его нахальные глазищи. – Или… предпочитает отвлекаться на более приятные вещи? Например, девиц у колодца?
Глава 4
– Дались тебе эти девицы, – хмыкнул Игнат, инстинктивно облизнувшись, как кот на сметану. – Или ты ревнуешь?
Вот же наглая серая морда! Как только в голову такое пришло?!
– Делать мне больше нечего, – тут же отскочила я от этого паразита. – Просто любопытно, что ты у них пытался выяснить, связанное с таким давним делом. И не увиливай! – Я строго посмотрела на парня.
А у того в кошачьих глазах лукавые огоньки заискрили. Ясное дело, сейчас выкручиваться начнет.
– Выпытывал, почему самая красивая девушка в деревне до сих пор одинокая, – нагло ухмыляясь, выдал Игнат.
Главное, ни в одном ухе у меня не звякнуло, предупреждая об обмане. И гада пушистого не скрутило за откровенную ложь. Выходит, правду сказал? Даже интересно, какую бедолажку городской хлыщ собирался своим вниманием осчастливить. Не просто же так он о ней в ущерб делу расспрашивал.
– И что, прям так сразу догадалась, кто в деревне самая красивая? Видать, на самую скромную ты уже не замахиваешься? – Игнат уставился на меня с удивленным восхищением. – Так может, тогда расскажешь, чем тебе местные парни не угодили?
Уф! Я едва успела равнодушную маску на лицо натянуть. Надеюсь, нахальный паразит не заметил мое изумление. А то от его слов прямо дрожь пробрала.
– Эй? Правду за правду! – подмигнул мне наглый котяра. – Ну-ка, признавайся, чего тебе не хватает, и пойдем с домовым про амулеты поболтаем. Духов я еще ни разу ни по одному делу не допрашивал, но готов попробовать.
– По моим правилам! – напомнила я, стараясь теперь взглядом с Игнатом не встречаться.
Потому что, если на вопрос не отвечу, будет поддразнивать постоянно, а оно мне надо? Если же отвечу… Мало ли чего этот самодовольный городской гад себе напридумывает?
– А парни местные скучные все, – решилась все же вывалить я часть правды. – Им послушная жена в дом нужна, чтобы о нем лишь и думала, толпой детей с утра до ночи занималась, хозяйство вела, корову доила и по ночам кормильца ублажать не забывала.
– И что же тебя, ведьмочка, в этом не устраивает?
Судя по хитрому взгляду, ответ мой Игнату был не нужен. Все он прекрасно понимал, но хотел прямо услышать, что из такой, как я, путевой жены не выйдет. И любовницей абы кому не стану, вот еще!
– Да все! Хозяйством надо вместе заниматься, детей вместе делали – вместе и растить, ублажать по ночам тоже по очереди друг друга надо…
– Ну хоть корову-то доить сама будешь? – со смехом перебил меня Игнат. Правда, взгляд у него при этом странный был, серьезный.
– Вот еще! – фыркнула я, вспомнив о его кошачьей ипостаси. – Кому молока больше надо, тот и доит… А теперь постой, я домовому подарок соберу. Без подарка он к нам даже не выйдет.
Как только я выбрала и закинула в мешок подарок, мы направились к кузнице. Сейчас там хозяйничал бывший Гришкин подмастерье. Но жил он в своем доме, чуть подальше от кузни. Нам же надо было к почти развалившемуся домишке-пристройке, в котором уже десять лет никого, кроме домового, не водилось.
Изба предстала перед нами как призрак прошлого. Бревна стен почернели от времени, а в щелях свистел ветер, напевая жутковатую песню. Дверь висела на одной петле, скрипя от каждого порыва воздуха. Внутри пахло затхлостью, гнилым деревом и чем-то металлическим – возможно, ржавчиной от забытых на полу инструментов. Паутина, словно вуаль, окутывала потолок.
– Домовой тут, похоже, не очень-то себя утруждает, – проворчал Игнат, демонстративно оглядываясь. – Да еще и гостей встречать не выходит.
Но я заметила, как его зрачки сузились в щелочки при виде мелькнувшей в углу тени.
– Терпение, котик. – Я, наоборот, старалась на тень не смотреть, чтобы не смущать. – Духи не любят, когда их торопят. Особенно обиженные. – И достала из мешка маленькую бутылочку. – Дедушка, мы тебе подарочек принесли. Выйди, поговори с нами.
Прошла еще почти минута, прежде чем появился коренастый старичок, ростом с локоть. Волосы у него были всклокоченные, борода напоминала спутанную проволоку, а глаза горели, как раскаленные угли.
– Чего надо? – проскрипел он, и тут же плюнул в сторону Игната. – Привела хмыря городского… Пф! Не буду я с вами говорить!
– А черноплодовой настойки не хочешь? С мятой? – проворковала я, протягивая старику бутылочку. – И закуски тебе собрала…
Домовой замер, нос у него задрожал.
– С мятой? С мятой я люблю! – Он ловко выхватил у меня бутылек.
Пока старик причмокивал, я присела на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, и без экивоков прямо попросила:
– Расскажи про Гришку. Ты же ему помогал амулет создать?
Презрительно фыркнув, домовой обдал меня ароматом забродившей черноплодки.
– Помогал! А он обещал мне за это золотую ложку из города привезти. И где та ложка? – Старичок ткнул пальцем в сторону Игната. – Все городские врут! И наших учат…