Клуб анонимных существ

Глава 4. След фантома

Неудержимо хочется выть.

До полнолуния еще есть время, а я на взводе. Тело ломит от подавляемых инстинктов, зубы ноют, ногти чешутся: не быть рядом с ней подобно пытке. Каждый день как полнолуние; еще немного, и начну кусаться. Существа разбегаются, чувствуя опасность, люди тоже сторонятся. Впрочем, это не ново. Инстинкт рвет когтями мое нутро, требуя соблюдения ритуалов, да где там. Разве я могу прийти к ней и убедиться, что она ни в чем не нуждается, накормить едой, приготовленной мною, – безопасной, осмотреть местность – не ходит ли вокруг другой зверь. Я ничего не могу и тяну время, не беру инициативу в свои руки, чувствую определенную странность в истории, какая-то неясность не дает мне покоя. И она не сделает первый шаг, слишком скрытная, закрытая, настороженная. В ее жизни есть тайна помимо лампы, что-то наложило отпечаток на поведение, и я выясню причину. У меня никогда не возникало проблем с девушками до этих событий. Новый опыт, испытание и до боли стиснутые челюсти. Необходимо расколоть орешек, не повредив клыков.

В любимой бургерной тихо, не время для наплыва посетителей. Персонал знает мой вкус, и мне, не спрашивая, приносят бургер с едва обжаренной котлетой. Внутри почти сырой свежайший говяжий фарш, даже у меня нет нареканий. Я знаю этих ребят на кухне, и они знают меня – для них я постоянный клиент со специфическими потребностями, они выполняют особый заказ, я плачу вдвое больше. Но оно того стоит. Такие как я обожают еду и ритуал совместной трапезы стаи. Неторопливо смаковать – удовольствие почти в любой ситуации. Зверь внутри меня требует удовлетворения. Не Наташей, так хотя бы едой.

Джинн вызывает вопросы. С некоторыми из них я отправился к Абелину, в ротонду на Гороховой.

– Как посмел ты вызвать меня, смертный! – Дух легенд, как обычно, устроил шоу и появился из красного портала в полу в виде демона. Потом увидел меня и скис. – А, это ты, рейнджер. Чего надо?

Мы поговорили, но ничего нового он мне не сказал.

– Джинн, и все тут, остальное меня не касается. Да и тебе-то что, Макс, неровно дышишь в ее сторону?

– Неважно.

– А что, она симпатичная. Хотя простовата для такого парня, как ты.

– Я уж как-нибудь сам решу, кто для меня простоват, а кто нет.

Абелин бывает очень бестактным. Свернуть ему шею нельзя, так что приходится терпеть. И менять тему.

– Расскажи мне про фантома, дух, пожалуйста. Где она обитает? Нужно поговорить с ней.

– Ты сам все слышал, не глухой. Я знаю немногим больше тебя.

Абелин все-таки назвал адрес Алены, но ничего существенного не добавил, как и предупреждал.

Мы распрощались, взаимно недовольные друг другом.

Я не привык к дефициту информации, потому нанял человека узнать подробности жизни Наташи, да и сам околачиваюсь рядом и удивляюсь, как могущественное создание может так просто, даже аскетично жить. Я прочел много доступной информации о джиннах, и нигде не было ни слова о крохотной квартире, общественном транспорте и скромности. Ни одного гребаного слова!

Джинн – это безграничная мощь, богатство и коварство. Наташа не подпадает ни под одну категорию. Вчера вечером я стоял за ее дверью. Любое существо в такой ситуации выпустило бы клыки, когти и прочие атрибуты согласно виду и вышло проверить, кто пожаловал. Она же едва чувствовала меня, как обычный человек. Нас разделял слой металла и меньше полуметра расстояния. Я слышал, как колотилось ее сердечко, чувствовал запах тревоги. Я стоял и ждал, хотел, чтобы открылась эта проклятая дверь, хотел обнять, успокоить. Как мужчина и как примитивный зверь, живущий инстинктами, желал простого: рассмотреть каждый миллиметр женщины, которую выбрала мне судьба. Дверь по сути не являлась преградой – один рывок и замок вылетел бы с петель, но я стоял перед ней, словно это несокрушимая стена, стена моей человеческой половины, говорившая «нельзя, не сейчас». Наташа отошла, поставила чайник и вскоре легла спать, оставив меня скрипеть зубами.

Одно хорошо: рядом с ее домом пока никто из моего мира не ошивался, и я мог заняться насущными вопросами.

Я ждал человека для крайне деликатного дела.

– Максимилиан, – тощий невысокий тип скользнул за мой столик, устроился напротив.

Я почуял его задолго до того, как открылась входная дверь. Гениальный мужик с золотыми руками и уникальным талантом не попадаться – Андрей по прозвищу Тортилла. Человек. Мастер подбирать ключи.

– Здарова, – прошамкал я в ответ, пережевывая еду.

Он молча показал официанту на желаемый напиток в меню и откинулся на стуле, терпеливо ожидая. Все мои деловые партнеры знали одно правило: когда я ем, они молчат. Последний кусочек пищи, сочная нота завершения и удовлетворения. Зверь насытился, облизнулся и уснул. Я снял перчатки. Можно говорить.

– Нужны ключи, – я подвинул бумагу с адресом в его сторону.

Тонкие, нервные, покрытые псориазом пальцы живо схватили заказ, и записка исчезла во внутреннем кармане его зеленой куртки. Я наслаждался сытостью и лениво разглядывал Андрея – от его жидких волос с залысинами, интеллигентных очков без оправы, едва держащихся на переносице, до нервных рук. Вот и сейчас он поправил очки, серые глаза довольно блестели за тонкими стеклами.

– Знаешь, как порадовать. Давно не было от тебя заказов, – он посмотрел принесенный стакан на свет и на всякий случай протер край спиртовой салфеткой.

Не любил, если кто-то касался. Я его понимал.

– Да не было нужды. Очень срочно, Тортилла.

– Насколько?

– Еще вчера.

– Угу, понял.

Вопросов не задавал, ни к чему это. Ключи от Наташиной квартиры у меня будут завтра вечером. Помимо этого я закинул удочку в контору букмекера Дорджи, он знал всю шваль этого города и уже по телефону сообщил, что слышал новую кликуху «Ржавый», и неоднократно, но его об этом никто прежде не спрашивал. Совать свой нос в дела закона и бешеных вервольфов хитрый лис не спешил. Я подавил в себе раздражение и вызвал его на встречу. Не бесплатно, хотя мне отказывать нельзя – это прописано в законах. Дорджи полезный и его стоит подкармливать, а новое имя в городе вполне может преподнести неприятный сюрприз. Случайности не случайны. Волосы на затылке произвольно приподнимались. Внутреннему чутью стоило доверять.

Тортилла попрощался и ушел, довольно насвистывая под нос, я остался дожидаться информатора. Он не задержался, всего одна чашка кофе и…

– Если будешь сидеть с таким убийственным лицом, отсюда разбегутся все люди! – приветствовал меня букмекер. – Не понимаю, что в тебе находят дамы.

Перевертыш уверенно скользнул за столик. В обычном мире Жора-букмекер, в мире существ Дорджи – лис. Рыжий, веснушчатый, насмешливый, довольно крупный для своего вида. Любитель ночных гонок по кольцевой, медбрат в прошлом. Лис, как всегда, слегка прищурил зеленые глаза, хитро улыбнулся. Кожаная куртка скрипнула и с одной стороны заметно топорщилась, по запаху пороха там был пистолет. Не запрещено законом.

– Какие слухи в твоем заведении? – я полностью переключился на работу. – Что известно про Ржавого?

– На допрос вызвал? – Дорджи достал пачку сигарет, увидел знак «не курить» и со вздохом убрал. – После этого мне понадобится МРТ и услуги нейрохирурга?

– Смотря что ты мне расскажешь, – раздраженно процедил я. Болтливость порой доводила до бешенства, а сейчас не самое лучшее время для моего терпения, и так на взводе.

– Земля слухом полнится, рейнджер, – доверительно шепнул он. – Шестерки Ржавого много пьют и много болтают, именуют себя «вымесками». Выследили и готовятся ограбить пару человеческих стариков с большими пенсиями. Клянусь своим шикарным хвостом, если бы знал, что ты про него ни сном, ни духом – давно бы пришел сам. Полагал, этот говнюк в разработке.

– Он и не был, теперь займусь. Что-то еще?

– Вот адрес, – Дорджи подвинул в мою сторону вчетверо сложенную бумажку, забрав встречный конверт с деньгами. – Обычно добычу делит сам Ржавый, отбирая себе большую часть. Шавки скулят, но пока терпят.

– Спасибо! – хоть что-то узнать уже прогресс. – А рожи этого гада случаем нигде не засветилось?

– Не-а, но я попробую помочь.

Мы пожали руки, и лис исчез за дверью. Я еще посидел, обдумывая план действий. На повестке было дело не менее важное – найти фантома и поговорить.

***

Не люблю окраины.

Постапокалиптическое уныние, грязь и стаи собак. Стаи агрессивных людей, кстати, ничуть не лучше, и столкновение с ними чревато неприятностями и возможной оглаской. Если на собак достаточно рыкнуть пару раз и клацнуть зубами, чтобы хвосты поджали, то с людьми порой доходит до крови. Избегаю подобных встреч. Они проиграют, а мне разгребать и заметать под коврик последствия. Притаптывать и говорить, что так и было. Утомляет.

Я недавно вернулся из командировки в Мурманск и Архангельск, потому пропустил первое появление своей пары в К.А.С.

Разбирал накопившиеся правонарушения и сформировал новый небольшой штат сотрудников правопорядка из добровольцев, бродил примерно по таким же окраинам. Существ в тех городах мало, не как в столицах, и нарушения если бывают, то мелкие, обычно дела с ними решаются по телефону и электронной почте с выписыванием штрафов. Некоторые существа предпочитают растить детей в небольших городах, а то и селах, минимизировать контакты и из своих каких-то других побуждений. Мне давно намекают перебраться в Москву, но я осел здесь и никуда не хочу. В Москве справляется свой отдел, вызывают только если что-то прям серьезное, больше, чем кражи и стычки между видами. Пока что там никого не потрошили, в отличие от родного Питера. Как будто вернулись девяностые и город снова встряхивало от нераскрытых преступлений и бандитских группировок. Я тогда был маленьким, но много читал после. Что сказать – люди в своей жестокости превосходят всех.

Ехал по адресу заброшенной стройки, где обитал фантом. История Алены мне не понравилась. Она пахла дурно, как протухшее мясо, и была очень похожа на другие случаи, о которых в мире существ мало кто знал. Пришлось усиленно копаться в новостях города и страны, заглядывая на месяцы назад. Зверские нераскрытые убийства имелись в ассортименте. Человеческие жизни почти не интересуют нас, имеющих физическое и магическое превосходство над людьми; мы заняты собственным выживанием и сохранением тайны. Вот здесь и начинаются сложности. Миры так или иначе связаны, пересекаются во множестве ситуаций, но существа упорно делают вид, что их не касаются проблемы людей, даже если они созданы другими существами. Такими, как стая Ржавого, промышляющая в нашем городе.

Отщепенцы, ренегаты, преступники. Они не лезут к своим, тихо орудуя среди людей, потому до сих пор оставались незамеченными. Я предупредил глав Совета существ о своих подозрениях, и мне дали зеленый свет на любые необходимые действия. Они согласны, что Ржавый опасен и ожидать от него можно чего угодно. Матерый оборотень со стаей отчаянных волков – это не то, что ты хочешь видеть в своем городе. Другая проблема: как он выглядел и где обитал – неизвестно. Оставалось только наблюдать за человеческими новостями, а потом расследовать самому. Я за несколько дней обнюхал множество мест, где они предположительно побывали, собирал данные. К сожалению, мне не знаком запах главаря и понять, чей в городе след – его, пока что невозможно. Не чуял и незнакомого альфу, чтобы зацепиться хоть за это.

Совет не заинтересовал бы этот оборотень и его прихвостни, но систематические действия преступного характера, направленные от существ в сторону людей, теоретически могут навредить, поставить тайну нашего мира под угрозу. Причем в ближайшем будущем.

Другая проблема заключалась в незнании. Полный состав банды никому не известен. Я только предполагал количество от двенадцати до двадцати членов. Бо́льшую концентрацию вервольфов в одном месте сложно скрывать и удерживать власть среди такой стаи проблематично, каждое полнолуние кто-то может бросать вызов и пытаться сместить. Они довольно хитры и изворотливы – столько преступлений и так мало следов. Алена может быть одной из первых жертв в Питере. Я добыл и просмотрел ее дело – примерно в это время, если верить информаторам и пойманным ниточкам, Ржавый и прибыл в город. Девушку убили, забрали ключи, обчистили квартиру. Преступников не нашли. Схожие случаи были и по пути их следования до Санкт-Петербурга. Они кочевали по стране, оседали на несколько лет в крупных городах, работали по местному населению независимо от пола, и двигались далее. Почерк банды прослеживался довольно явно. Кровавый след тянулся между часовыми поясами. Дорджи и правда старался помочь, благодаря ему четверых вымесков уже вычислили. Для Совета этого было мало, к тому же из нашей больницы по линии существ не поступало никаких жертв, а люди… Люди могли подождать до более весомых доказательств, только тогда мне дадут ресурсы для масштабных действий.

Пока что у меня лишь несколько смазанных фото Ржавого, и те почти со спины. Толку от них нет, он многие годы умело уходит от камер. Я задействовал Степана, своего информатора из людей, полицейского, он пытается найти записи с ближайших камер и отследить перемещение членов банды и предполагаемого Ржавого. Быстрых результатов я не ожидал, Степан сам завален делами под маковку и ему нельзя привлекать внимание начальства. Установить личность Ржавого, должно же быть у него имя, пока что невозможно – у нас нет переписи населения и таможенного контроля между городами, только база трудоустройства, а это мизер. И одна из задач, над которыми я работаю – контроль перемещения существ.

Заброшенное здание передо мной, если верить Абелину, – последние пристанище фантома. Проверим. Я заглушил двигатель, поставил мотоцикл на подножку и осмотрелся. Два этажа, верхний не достроен – нет крыши, по виду, возможно, школа или детский сад типовой застройки. Порывы холодного ветра хлопают деревянными оконными рамами с остатками стекол, шуршат мусором, и прошлогодние листья бросаются под ноги, как будто привратники. Местечко не для слабонервных людей, но мне все равно, видел и похуже. В одном регулярно бываю – в тюрьме для преступников-существ.

Завыли собаки. Не хотелось бы отбиваться от стаи, проживающей на территории. Человеческих объектов нет; кошки, крысы, помет животных. Я немного постоял, фильтруя воздух для точности, и отправился на поиски двери или просто входа. Не люблю без причины карабкаться в окна. Зияющий провал двери нашелся за углом и принял меня в свои черные объятия.

Спустя несколько лет после преступления запах не учую даже я, вся надежда на Алену. Сможем ли мы пообщаться, да и захочет ли она? И главное – как? Понятия не имею, куда идти, обследую помещение за помещением. Следы пребывания бомжей, подростков в поисках острых ощущений, стены расписаны – ничего интересного, стандартный набор. Вот неоновые краски не люблю в темноте, человеческий глаз их не видит, а мне неприятно. Пока разглядывал стены, вляпался в отходы.

– Дерьмо!

И ботинок вытереть не обо что. Голос эхом прокатился по коридорам, крысы бросились врассыпную. Чувство опасности взвыло сиреной – за спиной кто-то появился, и это не человек: нет запаха, нет дыхания. Ведьмам здесь делать нечего, значит это Алена. Волосы на руках приподнялись, слегка похолодало. Странно, в прошлый раз такого не происходило, возможно, девушка не в духе.

– Приветствую тебя! Меня зовут Макс, я охранник в кафе «Мечта», оборотень. Я пришел поговорить.

Я не знаю, на что она способна, потому на всякий случай медленно поворачиваюсь, чтобы не напугать. Так и есть – Алена, какой я ее помню, только потускнела немного, хотя мне сложно оценивать это существо ночью, когда нет света даже от фонарей. Она зависла на высоте сантиметров тридцати от земли, склонив голову набок и скрестив руки на груди. Целая половина лица выглядит недовольной. Полагаю, она ждет действий.

– Хочешь, я тебя сфотографирую? – предлагаю ей «пряник», чтобы завязать разговор.

Она удивилась, рот открывался, произносил что-то, но слов слышно не было. Я развел руками, она замолчала, спустя мгновение повернулась ко мне целой половиной лица и улыбнулась. Похоже, это «да». Что ж – телефон, вспышка, фото. Я показал ей экран смартфона с довольно четким снимком. Алена захлопала в ладоши.

– Ты не против поговорить, и как возможно это сделать?

Девушка-фантом достала свой призрачный телефон, задумчиво посмотрела на меня, что-то набрала и показала мне.

«У тебя глаза светятся. Прикольно».

– Я же не совсем человек.

«Что ты хочешь?»

– Хочу поймать твоих убийц.

Она отпрянула, вся покрылась рябью – кажется, закричала, потом набрала ответ.

«Это невозможно».

– Я подозреваю оборотней. Ты можешь хоть что-то вспомнить, детали?

Она отшатнулась, слегка засветилась, и в меня без объявления войны полетели грязь, камни и щепки. Алена металась от стены к стене, то пропадая в них, то появляясь, что-то кричала и размахивала руками. За ней следовал смерч, поднятый энергией, названия которой я даже не знаю. Фантомов в моей жизни тоже раньше не случалось. Я надел шлем, защищая голову от ударов, и ждал. Камешки ударялись о толстую кожу куртки, стучали по шлему, царапая. Я бы с удовольствием привязал ее к стулу, чтобы успокоилась, но как угомонить призрака, я не знаю.

Очень много «не» в отношении обеих девушек. Я привык контролировать ситуацию в своем городе, сейчас же земля уходила из-под ног, уносилась потусторонним смерчем.

Наконец она зависла передо мной. Ее тело шло волнами, пропадало, мерцало. Призрачная истерика. Не скажу, что мне это привычно, на самом деле очень специфическое зрелище. Вряд ли я скоро забуду, давно мне девицы сцен не устраивали. Я снял защиту.

«Какое тебе дело?» – сунула она мне в лицо экран.

– Я – рейнджер, я власть и закон в этом городе и в любом, куда вызывают. Если преступление совершили существа, я должен их поймать. Ты можешь мне помочь и отомстить за себя. Как тебе идея?

Я очень надеялся, что возможность поквитаться понравится Алене, но совершенно не был в этом уверен. Честно говоря, вообще не понятно, что ее может зацепить, кроме фотографий. Из того, что она рассказала и показала тогда клубу, – особенным умом она не отличалась.

«Покатай меня!»

– Что?

«На своем мотоцикле. У меня не было парня-байкера».

***

«Хонда» летела по кольцевой на скорости сто восемьдесят километров в час – Алена перед отправкой попросила быстрее. Мелькали огни встречного потока, указатели, фары автомобилей. Мотор ревел, радуясь скорости, – зверя выпустили на свободу. Скорость усмиряла и мою сущность, но… У меня зуб на зуб не попадал, не от страха – от холода. Я редко чувствую минусовые температуры как нечто неприятное, чаще как освежающее, однако сейчас… Фантом сидел позади меня, обняв руками, и от этих объятий моя плоть промерзла до костей. Я немного сбавил скорость на вантовом мосту, как оказалось, не зря, иначе собирал бы себя по асфальту. Эта мертвая девица выпорхнула из-за моей спины, оказалась впереди, и я пролетел сквозь ее призрачное тело. От неожиданности едва не потерял управление, меня вынесло с полосы в соседнюю прямо под колеса автомобиля, мы чудом разошлись бортами…

Экстренное торможение, крен набок, визг шин, дым от покрышек, злые отчаянные гудки напуганных водителей…

Я не курю, но сейчас бы не отказался.

Стоять на аварийке, прижавшись как можно ближе к ограждению, и снимать привидение на мобильник, потому что ей захотелось красивых фото на фоне ночного города и отражения огней в Неве… Я хотел ее убить еще раз. Мимо проносился поток машин – город никогда не спит. Полупрозрачную фигуру возле меня никто не заметит, только клок тумана.

– Теперь мы можем поговорить? – процедил, закончив щелкать кадры.

Алена покосилась на меня – кажется, слегка виновато, – но сложно понять эмоции на полустертом лице. Кивнула.

– Расскажи, что случилось. Как выглядели, как пахли, что говорили, все, что можешь.

Прозрачные пальцы запорхали над призрачной клавиатурой.

***

Их было двое.

Убил девушку Доходяга Тони, у второго прозвище Подбородок. Вот второго типа я знаю, он из тех четырех, которых вычислили раньше благодаря Дорджи. Связь установлена.

Алена сидела на заграждении, сквозь нее просвечивали огни города. Полупрозрачное тело мерцало, шло мелкими волнами – кажется, она плакала.

– Почему ты там живешь? Тебе некуда пойти?

«Я застряла. Пыталась уйти много раз, но стоит мне заснуть, как просыпаюсь снова в этом вонючем подвале».

– Ты спишь?

«Сказала же!» – от нее дунуло арктическим холодом.

Вывести фантома из себя очень просто, оказывается. Впрочем, винить ее за это странно, в подобной ситуации кто хочешь озвереет.

«Уезжай. Я еще посижу».

– Я вернусь с новостями, Алена.

Она не смотрела на меня, отвернувшись в сторону, зачарованно глядя на черную гладь реки с отраженными огнями, но я все равно еще раз сфотографировал. Такая юная и одинокая, ей бы жить, а жизнь отобрали. Убийство – эгоистичная тварь. Никого не ждет, не извиняется за слезы и уж точно является без спроса.

Предстояло много работы по отлову банды вымесков, но я взял след и не потеряю его. Ржавый сядет в тюрьму и будет осужден Советом на смертную казнь.

Я постараюсь.

Глава 5. Берсерк

Я никогда не видела, как обращается вервольф…

Честно говоря, существовало множество вещей, которых я не видела до сегодняшнего вечера: как человек становится чем-то другим, как накладывает чары колдун, как мгновенно вырастают клыки у вампира и наливаются огнем глаза, как неопасный перевертыш обращается в птицу и забивается в самый темный угол потолка, потому что из помещения не выбраться, но очень хочется остаться в живых. Встреча оказалась под лапами агрессивных существ: в «Мечте» готовились к бою древний воин-ульфхеднар и вервольф. Один мой хороший знакомый, второй – мужчина, который мне нравится. Не так я планировала провести этот вечер, совсем не так. А началось все как обычно.

– Джинн, где твоя лампа?

Громкий театральный шепот за спиной заставил меня подпрыгнуть на стуле, чашка с кофе угрожающе дрогнула. Макс занял место напротив, загородив обзор своим огромным телом. Вместо формы кожаная куртка с шипами добавлявшая объем его и без того широким плечам, из-под неё выглядывала черная же футболка с вырезом в форме V, которая едва не трещала на его груди, джинсы и тяжелые ботинки дополняли опасный образ. Этот парень привлекал внимание, я замечала взгляд Ирэн, она буквально пускала слюни, но что странно – так же легко отвлекалась. Видимо он интересовал ее как объект для разглядывания, будто идеальная скульптура. Макс же оглядывался, принюхивался, такое чувство, что вообще сразу после приветствия забыл обо мне, что обидно, поскольку в моем личном пространстве почти пропал воздух.