- -
- 100%
- +
Иллюстрация на обложке julyB
© Снегирева И., текст, 2025
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Глава 1
Фальшивая Золушка, кучер и лакей
Злата Максимова
– Максимова, ты готова? – хмыкнул Крутиков, постучав по стенке кареты.
– Златка, принц-переросток уже близко. Ты только туфли ему не отдавай, а то ноги отморозишь, – вторил голос Павлова. – Или обменяй на валенки.
– Лакеев не слушаю и не слышу! – крикнула я в ответ и на всякий случай поправила съезжающую на лоб корону. Аккуратно вынула ноги из сапог и засунула их в туфли, надеясь, что не разъедусь, когда придет время выходить.
Ровно неделю назад в университете был конкурс на лучшую новогоднюю пьесу, и мы с парнями сыграли сценку из зимней сказки, где светлый персонаж искал сундук с дипломами, спрятанный под елкой у вредных героев. Я была за Бабу-ягу, Павлов – за Кощея, а Крутиков сыграл Иванушку-дурачка, который в итоге всех победил. Не обошлось без небольшого конфуза: главный герой запнулся в финале и упал, чем очень развеселил жюри. В итоге мы заняли первое место.
В тот же день к Крутикову подошел солидного вида мужчина и предложил нам сыграть на вечеринке небольшую сценку, где я принцесса, а мои однокурсники – кто угодно. Хоть пажи, хоть братья, хоть семь богатырей. Конечно же, цель была сразу обрисована, а сумма названа. Она нас и добила, а потому мы решили, что достаточно Золушки, кучера-крыса и лакея-мыши. Не хотелось ни с кем делиться, ведь по две стипендии на каждый нос – это очень заманчиво. Реквизитом обещали обеспечить, а выбранный нами текст небольшой сценки мужчина проверил и одобрил, указав, что на выступление нам отводится пятнадцать минут, а потом мы должны будем быстро уйти со сцены.
Вчера нам доставили реквизит, а в карету мы пересели примерно за полкилометра до нужного адреса. В карете ужасно трясло, и моя корона все время норовила свалиться.
– Реквизит не потеряй, Максимова! – выкрикнул Павлов и закашлялся от смеха. – Надо было ее на резинку привязать. Или приклеить.
– За своими усами следи, а то отвалятся. Оплату поделим с Крутиковым пополам, – беззлобно отозвалась я и взялась за молнию пуховика.
Раздеваться не хотелось, но нам обещали, что в зале будет тепло. Мы посмотрели по карте, где придется выступать, и оказалось, что на окраине города. В огромном доме, где и будет происходить встреча Нового года. Карета должна подъехать к парадному крыльцу, а после нас проводят. Каких размеров банкетный зал и кто такой сентиментальный, мне было все равно. Крутиков узнавал, здесь живут какие-то многодетные богатеи. Но, что самое забавное, вся история затевалась не из-за малышей, а из-за парня, который вот-вот женится. К чему такие сложности, ума не приложу. Наверное, все дело в новогоднем настроении и желании поразить гостей. Главное, нас заверили в безопасности и даже предоставили письменные обязательства, которые проверил Крутиков-отец, он работал каким-то клерком в банке.
И если парни напялили то, что прислали, я не стала надевать безумное розовое платье и такие же панталоны с кружевами. Осталась в своем новогоднем красном платье с открытой спиной, тем более что после мероприятия намеревалась вернуться в общежитие. Родни у меня давно уже не осталось, да и не одна я была такая у нас на потоке, поэтому мне было с кем повеселиться. Деньгами в праздник вложилась, вкусненькое девчонки сами приготовят, а я прибуду попозже.
– Златка, не спи, подъезжаем к воротам. – Лакей Павлов постучал по крыше кареты.
Пришлось расстегивать молнию пуховика, оставив его на плечах. Думаю, замерзшая Золушка с синими пупырями не самый удачный персонаж, поэтому я решила до последнего не раздеваться. Тем более что пальцы на ногах уже начали холодеть.
Услышала, как у ворот у парней поинтересовались, куда мы следуем. Ко мне тоже заглянул крепкого вида охранник, после чего нас пропустили, объяснив направление. Оказалось, что не к парадному крыльцу, а куда-то сбоку, где нам откроют большие гаражные ворота.
Я наблюдала за царящей суетой огромного светящегося дома через занавешенное окно и не могла отделаться от ощущения чего-то нереального. Словно попала в чью-то сказку, и мне почему-то было жаль, что ради меня никто не сотворит такое чудо.
– Проезжайте, вас ждут! – крикнул выбежавший навстречу мужчина, он же распахнул огромные двери.
– Куда-то не туда едем, – с сомнением протянул Павлов, стукнув по крыше, отчего я подпрыгнула.
Из фанеры она, что ли? Как по макушке треснул.
– Себе по голове постучать не пробовал? – буркнула я, в очередной раз поправляя корону.
Незнание ситуации напрягало, и я отодвинула занавеску, сразу встретившись глазами с незнакомым мужчиной. Он смотрел на меня изучающе, и от его пристального взгляда по спине пробежал неприятный холодок. И было в глазах человека что-то звериное, что заставило меня резко отпрянуть от окна.
Как по команде карета тронулась, а я облегченно вздохнула, гоня прочь смутную тревогу. Конечно же, в охранники только такие суровые рожи и набирают.
Не сразу вернулась к окошку, а когда я это сделала, то не могла не отметить атмосферу происходящего. Через занавески видно было только фонари по стенам, стилизованные под факелы. А потом вдруг все резко погасло, но мы продолжили наш путь. Темнота была столь натуральной, что захотелось выйти.
– Ромка, Крутиков, куда нас завез? – с тревогой в голосе поинтересовался Алекс Павлов.
– Не бойтесь, я вижу дорогу, – сообщил кучер, только спокойнее не стало.
Неожиданно дверца кареты открылась, и в нее кто-то ввалился. Что было силы я пихнула незнакомца, попытавшегося сесть прямо на меня. Но в ответ раздалась ругань:
– Максимова, ты спятила?! Так и убить можно.
– Убьешь тебя, как же, – облегченно выдохнула я, признав по голосу однокурсника.
И тут случилась яркая вспышка, после которой карета из темного тоннеля выкатила на широкий двор. Забыв обо всем, я потерла глаза, ощущая, ко всему прочему, головную боль. Но это было ерундой, потому что Алекс, как и я, тер глаза, но смотрел не на меня, а в окно.
– Златка, кажется, мы на месте. Я пошел, а то, кроме аванса, нам ничего не заплатят.
– Иди, – напутствовала я. Только сейчас до меня дошло, что растерла тушь, а она у меня самая обычная. Золушка с черными кругами под глазами – это перебор, особенно в новогоднюю ночь.
Открыла сумочку, достала зеркало, влажные салфетки и принялась осматривать себя, на какое-то время потеряв интерес к окружению.
А зря.
Карета остановилась, сверху осторожно постучали, что означало – скоро мой выход. Убедившись, что с лицом порядок, я быстро согнула-разогнула подмерзшие пальцы в туфлях, скинула пуховик и приготовилась.
Павлов ждать себя не заставил. Распахнул дверцу, разложил ступени и подал мне руку, которую я приняла.
Наши репетиции и выступление на конкурсе были большим подспорьем, потому как оказаться в центре огромного зала перед очень высокой елкой было еще тем шоком. Снаружи дом показался размерами поскромнее, а сейчас я поняла, что ошибалась.
Какую-то часть помещения занимал длинный полукруглый стол, остальное явно предназначалось то ли для танцев, то ли для представлений. И люди… Их было много, всяких возрастов, от маленьких до пожилых.
Я заметила того самого мужчину-организатора и нацепила на лицо улыбку. Ему мое красное платье точно не понравилось, но я проигнорировала нахмуренный взгляд, направленный на наряд. Не устраивает, тогда пусть сам надевает те панталоны с игривыми кружевами. А они, между прочим, без этикетки!
Довольно быстро выхватила взглядом цель – парня лет восемнадцати. Он стоял в окружении таких же, как он, а похожий мальчишка помладше крутился под ногами. И все парни такие крепкие, словно будущие богатыри. Качки, что ли?
Пришлось подавить улыбку и прикусить щеку, чтобы не хмыкнуть. У богатых свои причуды, вдруг у этого человека с детства «Золушка» – любимая сказка? И не засыпает бедолага, пока не прочитает про тыкву и блудливого принца, который с умыслом хватал девиц за ноги под предлогом напялить им детскую туфлю. Ведь достаточно было всего лишь услышать голос девушки, с которой танцевал и разговаривал.
Повисшая минутная тишина означала, что внимание приковано к нам и можно начинать. Я не стала рассматривать взрослых мужчин и женщин, хотя хотелось. Успела уловить поблескивающие украшения и белозубые улыбки, заметила любопытство присутствующих. И наряды, несколько необычные, на мой вкус, но вполне в духе Нового года.
Заказчик едва заметно качнул головой, и я расшифровала – пора действовать. Двинулась вперед, сделав несколько шагов навстречу тому крепкому парню, но не дошла до него, чтобы это не выглядело слишком навязчивым. Встала боком к любителю Золушек и произнесла, обращаясь уже ко всем:
– Я приехала в карете. Рады, дети?
– Да! – донеслось веселое в ответ.
– Рады дети. К вам приехала на бал. Меня здесь точно кто-то ждал?
– Да! Ждали! – громко отозвались те, кто помладше.
На мои вполне обычные слова у любителя Золушек от смеха перекосилось лицо. Его дружки не отставали и заржали. Громко, словно молодые жеребцы.
Ха! Не на ту напал. Главный нежданчик еще впереди.
– Веселой музыки каприз, от Золушки для вас сюрприз. Станцуем вместе, не стесняйтесь. Друг друга за руки хватайте, – громко произнесла я и, уняв прокатившуюся по пальцам дрожь, шагнула к объекту заказа.
Улыбка наглеца стала запредельной. Заиграла задорная музыка, а я схватила его за руку и потянула на себя, вытаскивая на танец. От неожиданности лицо весельчака перекосило, а приоткрывшийся рот застыл в странном оскале. На свободной руке у ошалевшего от моей наглости парня повис мальчик, а следом начала образовываться цепочка из желающих водить хоровод. Крутиков в роли крыса-кучера и Павлов помогали, вливаясь в общий поток.
Любитель сказочек попытался вырвать руку, но я вцепилась как клещ. За все уплачено, веселись и танцуй!
Меня было не унять. Отвернувшись от объекта заказа, я как таран перла вперед, намереваясь обвести всю цепочку из людей вокруг елки, потом вокруг стола, а там как пойдет.
– Наш новогодний хоровод оценит каждый, кто придет. На праздник радости и смеха, подарков…
И ведь аккуратно так шла, обходила любопытствующих, даже игнорировала крепкую хватку любителя Золушек. Теперь уже не я за него цеплялась, а он за меня. Однако в какой-то момент, обходя мордатого крепкого старика, не уследила за ситуацией и врезалась в выросшего как из-под земли еще одного участника торжества.
Покачнулась… Незнакомец схватил меня за плечи, совершенно проигнорировав тот факт, что позади меня толпа. А народ как-то сразу притих, ожидая представления.
– Аккуратнее, леди, – произнес брюнет. Уголок его губ дернулся, но сам он продолжал смотреть пытливо. Настороженно, и вместе с тем нельзя было пропустить разгорающийся интерес. Кажется, ко мне принюхивались, но это точно показалось. Чего нельзя было пропустить, так это ощущение опасности, которым меня накрыло.
– Благодарю! – выпалила я и отскочила от незнакомца. От резких движений корона на моей голове накренилась, и пришлось свободной рукой поправить ее.
Остановилась в каком-то шаге от странного парня, чувствуя, что являюсь предметом пристального изучения. Не такого, как совсем недавно, а более глубокого. Коротко стриженный брюнет лет двадцати пяти – тридцати (кто этих качков разберет) не желал уходить с моего пути. Он наклонил голову набок, ожидая моей реакции. Я же попыталась вспомнить, какие слова дальше.
– Герд, это кто? – прямо спросил брюнет, сбив меня с рифмы.
– Не знаю, Дан. На Красную Шапочку не похожа, но платье красное, а сзади вид просто потрясающий. Брат, не ожидал, что она тут будет, – весело ответил тот, ради кого нас сюда позвали.
Вот гаденыши… Сейчас я пожалела о том, что не надела то смешное розовое безобразие, в котором напоминала то ли поросенка, то ли зефир. И брат… Неужели старший – вот этот? Вряд ли. Заказчик бы сразу меня поправил. Да и зачем этому лбу приглашать сказочных персонажей?
– Золушка! – Я натянула улыбку и мысленно пожелала этим двоим заткнуться и не сбивать молодых актеров. Будто случайно качнулась назад, угадав с расстоянием. Каблук попал на ногу тому самому Герду, который тут же зашипел от боли.
Не думала, что лицо стоящего передо мной качка удивленно вытянется. Словно сейчас я сказала какую-то странную глупость. Даже показалось, что Дан потянулся ко мне, но это точно показалось. Зачем?! Я напрочь забыла остальные слова, но топтаться на месте было никак нельзя, поэтому скомандовала:
– За мной! К елке! – С гордым видом таки обогнула застывшего брюнета, заодно утягивая Герда. Ну и имена у них!
Вместо десяти-пятнадцати минут наше выступление затянулось на полчаса. Хоровод был сдобрен стихами и песнями, которые я запевала, а народ подхватывал. Кто-то хохотал, но поддерживал, а кто-то откровенно веселился, не желая нарезать круги по залу.
Герд отцепился почти сразу после столкновения с брюнетом, ему на смену пришла какая-то девочка в голубом платьице. Несколько раз я ловила на себе тяжелый взгляд Дана, но всякий раз пыталась увести народ подальше, игнорируя непонятное пристальное внимание.
При очередном витке вокруг елки Крутиков поймал меня и отцепил от проследовавших дальше гостей.
– Хватит круги наматывать, Максимова. Нам велено уходить отсюда, и как можно скорее, – довольно хмыкнул он, похлопав себя по карману.
Павлов, завидев нас, тоже отцепился от общей массы, и мы все втроем, не сговариваясь, двинулись к карете, которая ждала нас у выхода.
– Здравствуйте, гости дорогие! – послышался густой голос. – Я пришел к вам с Северного полюса. Там много снега, и я прихватил его с собой…
Кажется, нам на смену явился Дед Мороз, и я ускорилась, стремясь не слишком присматриваться к окружающей обстановке. Запах шампанского, мандаринов и вкусной еды щекотал ноздри, и хотелось есть. И все это у меня будет, но чуть позже. Когда попаду в общежитие.
Алекс Павлов решил отыграть свою роль до конца и прицепился на запятках кареты. Я вытребовала у Ромки Крутикова деньги вперед и нырнула в салон. Кучер Крутиков как-то слишком серьезно подошел к своим обязанностям и уселся впереди на козлах. Молча, словно не мы только что заработали по две стипендии. Наверное, гадал, как их потратить, чтобы не делиться с отцом.
Я набросила на плечи пуховик, быстро переобулась. Упаковала туфли в пакет и уселась, ожидая, когда мы проедем этот мрачный то ли тоннель, то ли коридор. Немного было жаль, что сейчас придется ловить такси, ведь цены в эту ночь на них кусаются. Может, попадется автобус, и тогда…
Карета остановилась, и я вдруг поняла, что вокруг царит тишина. Ни звука копыт, ни шуточек парней, которыми они обычно перебрасывались. Напряжение после представления вернулось, и я, вцепившись в сумку и пакет, открыла дверцу…
Темнота была полной, а молчание парней вызывало нешуточную панику. Немного страшно было покидать насиженное место, однако оставаться здесь не вариант. Я нащупала в кармане сумочки смартфон, чтобы воспользоваться фонариком, однако телефон не включился. Со всей этой суетой даже не вспомнила про зарядку.
– Эй, вы где?! – Осторожно вышла…
На этот раз меня привлек шум где-то сбоку, и я двинулась на него, надеясь, что Павлов и Крутиков нарочно от меня спрятались, чтобы напугать. Проявившиеся очертания кирпичной кладки и двери в ней вселили радость, а то ведь даже жарко стало от напряжения. Я толкнула створку, шагнула вперед…
И обомлела, оказавшись у высокой каменной стены. А вокруг крайне подозрительно: травка, цветочки, звезды на небе… Не поняла… Лето, что ли?
Резко обернулась, пытаясь осознать собственную находку, однако ни кареты, ни каких-то дверей или даже намека на них не обнаружила. На всякий случай я прикоснулась рукой к стене, затем пнула ее… Увы, это была не иллюзия, а самая настоящая правда.
Словно насмешкой где-то за стеной раздались выстрелы. Салют получился отменный и длился долго, морозным узором расцветая в небе. И совершенно непонятно, сколько я стояла с открытым ртом и гадала, как мне теперь поступить. А вокруг шумел то ли сад, то ли лес, и даже показалось, что где-то вдалеке смеялись. И исключительно надо мной.
Глава 2
Злата-спасительница
Злата
– Помогите! Помогите! – раздался крик, после которого я, совершенно непонятно зачем, рванула на голос. Ну не смогла я оставить незнакомую женщину без помощи.
Неслась через какие-то низкорослые кусты, попутно отмечая, что это скорее парк, потому что где-то неподалеку появилось освещение. Глаза привыкли к полумраку, и я почти не натыкалась, вовремя перескакивая препятствия. А когда выбежала на дорожку, так и вовсе ускорилась.
А потом я увидела, как прямо под светящимся фонарем какой-то маньяк валяет по траве женщину. Вот гад, нашел к кому приставать!
Подбежала поближе и с размаху что было сил треснула нападавшего сумкой по голове. Закрепила эффект еще и пакетом с туфлями на шпильке.
И тут мужик как-то быстро обмяк, навалившись на потерпевшую. Она замолчала, а я на несколько секунд замерла, не понимая, как поступить. Живые ли они оба?!
К счастью, вскоре ситуация прояснилась.
– Кабан откормленный, – раздалось хриплое, и я бросилась помогать, стаскивать с женщины ушибленного.
Только сейчас до меня дошло, в какой истории я оказалась. Мужика убила, вместо зимы в лето попала. И как, каким образом все случилось?
На всякий случай щипнула себя за ухом, но оказалось, что это не сон.
– Вы… вы кто? – испуганно ахнула незнакомка. Она перевернулась, встала на коленки и отползла от меня на безопасное расстояние.
– Злата Максимова, а вы?
– Я Тафи… Тафилис Южная. – Женщина поднялась и принялась отряхиваться, все еще настороженно на меня посматривая. – Спасибо за помощь. Чем я могу вас отблагодарить? Вы болеете? Мерзнете?
– Нет, – буркнула я, почувствовав неловкость.
Просто эта женщина была одета с иголочки. Разве что ее поваляли немного, да волосы как воронье гнездо. А я так и вовсе выгляжу как гостья с Крайнего Севера. При всем зимнем параде, только без шарфика и шапки.
– Может, накормить вас ужином или денег дать? Сейчас Новый год, все празднуют. Купите себе что-нибудь… полегче.
Денег дать… Ужин. Я загрустила, совершенно не понимая, как ответить. Забег по парку дал о себе знать. От неловкости мне стало жарко, а потому я расстегнула молнию пуховика, стащила его и повесила на руку. Дама наблюдала за мной с интересом, чего не скажешь о нападавшем. Он начал мычать, пытаясь прийти в себя.
Пострадавшая без особого пиетета пнула его в бок, и мужик затих, давая нам возможность продолжить беседу.
– О! Какой наряд, – неожиданно протянула Тафилис, уставившись на мое платье. Глаза ее загорелись. – А ну, покружитесь.
– Зачем? – Я с подозрением уставилась на женщину.
– Я модистка, – сообщила Тафилис, и я почувствовала, что вот он, мой шанс.
Других-то знакомых все равно нет, а куда делись парни, мне неизвестно. Это платье я придумала сама.
– А я…
– Приезжая, – догадливо хмыкнула женщина, но тут же нахмурилась. – Или нет… Одежда теплая, сапоги… Вам холодно?
– Мне жарко. В какой-то степени да, приезжая.
Вздохнула. Рассказывать о себе не хотелось. Я опасалась предвзятого отношения к попаданкам. Мало ли что с ними может произойти. Костер, опыты… Однако действовать в одиночку трудно.
– Понимаю, – прервала мои метания Тафи. – Давайте вызовем стражей, а после поговорим. Должна же я отблагодарить вас за свое спасение.
– Да какое там спасение, – отмахнулась я.
– Злата, это очень серьезно. Я считаю, что меня хотели убить, а мне моя жизнь все-таки важна, – ответила женщина. А посмотрев на меня, добавила: – И экономить на себе я не собираюсь.
Да разве я против? Чужой мир, а меня покормить хотят. Отказываться нельзя, неизвестно, когда придется поесть в следующий раз. В том богатом доме пахло мандаринками и вкусной сдобой, мясом и всем прочим, что наготавливают повара ради празднования. Я же осталась голодной и уже сейчас была не прочь подкрепиться.
К слову сказать, совершенно случайно вспомнился тот момент, когда нас очень срочно попросили покинуть празднование. Сейчас мне виделся в этом особенный смысл.
Во всей этой ситуации мне не давала покоя только одна мысль: придут стражи и начнут допрашивать, что и как. А мой рассказ – это не то, что должны знать посторонние.
Я помахала ладонью себе на лицо, спешно соображая, что предпринять.
– Злата, вам нехорошо? – Женщина по-своему оценила мои движения.
– Немного. Волнуюсь.
– Понимаю. Стражи – это не для слабонервных. Они так рычат, когда берут след, что хочется сразу признаться во всем. Оборотни… – Тафилис мечтательно вздохнула. – Ходячий тестостерон.
Оборотни?!
Громкий свисток прервал нашу познавательную беседу, что было только к лучшему. Сейчас я не могла адекватно думать, и требовался перерыв. Столько всего на мою голову! Будто в сказку попала, но какую-то незнакомую.
– А вот и стражи, – сообщила Тафилис и на всякий случай ткнула туфлей мужика. То ли желала наподдать ему напоследок, то ли привести в чувства.
В ответ маньяк всхрапнул и зачмокал, тем самым нагло поправ мою мысль, что он без сознания.
А по дорожке действительно спешили двое. Высокие и широкоплечие, в серой форме, мне они напомнили накачанных мужчин, которых я видела на том праздновании. Поневоле я прижала к себе свои вещи, завернув пакет с туфлями в пуховик. Кто знает, насколько развита их промышленность. Вдруг одни бумажные кульки или мешочки холщовые?
В голову пришла мысль: может, попросить стражей взять след? Моей кареты и вообще ребят. Однако я не стала так делать. Замолчала, боясь сболтнуть лишнего.
– Капитан Рей Быстров, а это мой помощник Дик Скотт. Что у вас произошло? – спросил один из стражей.
Рей и Дик, честное слово, как собачьи клички. Я прикусила щеку, чтобы промолчать и не выдать себя.
– На меня напали, – заявила Тафилис и пальцем указала на обидчика. – Вот он.
Дик приблизился к Тафи, поводил носом, после чего склонился над спящим.
– Так и есть, капитан. От женщины пахнет этим человеком.
– А еще у нее костюм слегка помят и листочек в волосах. – Я не выдержала и возвела глаза к небу. Поразительная логика, нечего сказать.
И тут поймала на себе заинтересованные взгляды всех троих. Однако испугаться не успела, как получила насмешливое от капитана:
– Это ни о чем не говорит. Уронить женщину могли и вы. И, кстати, как ваше имя?
Упс… Златка, ну почему ты забыла, что молчание – золото?
– Это моя родственница, Златочка. Она приезжая… Очень храбрая девушка! – воскликнула Тафи, отвлекая внимание на себя. – Спасла меня.
Жаль, нет жвачки, я бы ее жевала, вместо того чтобы высказывать все свои предположения.
– Как спасла? – потребовал ответа капитан, в то время как его помощник ловким движением рук ухватил сонного маньяка за шиворот, поднял его и встряхнул. Громкий храп завершился руганью, в которой упоминался драный хвост и двадцать дохлых собак.
Лица стражей стали суровее. А мужик, наконец-то осознав, кто посмел нарушить его сон, буркнул с досадой:
– Мамочки… Меня убьют.
– Чуть позже, – оскалился капитан.
Нехорошо оскалился, даже меня передернуло. Одно порадовало – внимание стражей переключилось на маньяка.
Увы, это длилось недолго. Рей Быстров снова продолжил свой расспрос, который мне очень хотелось назвать допросом свидетеля.
– Так что там со спасением?
– Сумкой по голове. Шла, услышала крик о помощи. Подбежала, и вот…
– Злата – моя дальняя родственница. Мы договорились здесь встретиться, – перебила Тафилис, и я закивала, совершенно согласная с этой затеей. Уцепилась за нее, как за спасательный круг. Неожиданно модистка приняла позу буквы «Ф», прищурилась и с претензией поинтересовалась: – Капитан, а почему вы выспрашиваете? Неужели хотите отпустить этого маньяка? А как же десятки страдающих женщин? Где равноправие и забота?
– Не переживайте, ни в коем случае не отпустим, – поторопился отделаться от женских подозрений Дик Скотт. – Леди, спасибо за бдительность. Если что, мы вас вызовем.
– Думаю, что вызовем, – поддержал капитан, тем самым давая понять, чтобы не радовались раньше времени.