- -
- 100%
- +
Глава 1. Белая бабочка
Как же ей хотелось, чтобы вдруг весь этот интернет и мобильная связь в одночасье рухнули, и наконец тишь да гладь. А ещё она мечтала, как это было бы офигенно – стать настоящей ведьмой. Чтоб неважно когда и куда, прыгнула на метлу и полетела, никаких чартеров и билетов. А что, если стюардессы на самом-то деле показывают не расположение выходов, а проводят колдовской ритуал, который поднимает самолёт в воздух? И неплохо было бы так пощипать носик надоедливым соседям во время их сна.
Жутко болела голова. Мира потянулась в кровати и села. Потирая виски, она озадаченно посмотрела на слегка воспалённую ступню. Две красные точки горели огнём, а тело немного знобило. Она вернулась с Бали вчера поздно ночью, быстро приняла душ и упала в кровать. Спала она ужасно. Жара в комнате была просто адская, горло пересохло, дышать нечем, несмотря на открытое окно. Всю ночь ей снились какие-то кошмары про змей.
И вот на тебе. А теперь ещё и эти две жуткие точки на ноге. Не иначе как кто-то укусил. Надо вызвать врача, вдруг это балийская змея. Мира резко потянулась к телефону. Аллилуйя! Как хорошо, что первое желание не исполнилось и интернет со связью ещё есть. Но потом вдруг подумала, ну что за бред! Прошло больше суток. Она уже на том свете была бы.
Мира накинула халат поверх шёлковой пижамы и пошла заваривать свой суперцелебный чай. Вот это у неё в жизни получается великолепно – «чай исполнения желаний». За что однокурсники подшучивали, называя ведьмой. А она просто цветочки любила и запахи трав обожала. И абсолютно не её заслуга, что все желания исполняются после чаепития. Желания исполняла не она и даже не чай. Это всё вера в чудеса. Их не бывает, но все продолжают в них верить.
Ещё говорят, что только счастливые не верят в чудеса, но такие сироты, как Мира, всё равно верят и надеются. Верят в сказку. Что когда-нибудь их родные мама, папа, бабушки, дедушки, братья, сёстры, тёти, дяди найдут своих потеряшек. Что будет и у неё большая любящая семья.
Исполнительница желаний достала из шкафа банки с травами и засушенными цветами. Вдыхая аромат, взяла по щепотке из трёх разных банок и добавила в чайник. Потом что-то вспомнила и добавила ещё немножко «слёз русалок» – цветочков нимфеи, водяной белой лилии. Они снимают воспаление и боль. Именно такая «магическая смесь» ей сейчас нужна как никогда. Она привыкла лечиться травами даже от самых серьёзных недугов.
Мягкое ротанговое кресло, ароматный чай и вид из окна на кладбище. Жизнь так коротка, а смерть бесконечна. Она была рада, что государство выделило ей уютную квартиру в человейнике с видом на эту «прекрасную» бесконечность.
За окном шёл снег, ветер завывал в открытое окно. Мира закинула ноги на подоконник. Её кожа была белой, как падающие снежинки за окном. Такой коже позавидовала бы сама Белоснежка. Она улыбнулась и откусила фруктовый батончик без сахара. Её первая поездка на Бали была просто сказочной. Это была единственная сказка в жизни сироты и развёденки с сахарным диабетом 1-го типа. Ну что сказать, жизнь устраивает такие чёрные шутки вместо чудес.
И вот агентство отправило её в рекламный тур на Бали, как лучшего менеджера года. Купив один раз поездку при помощи Миры, люди начинали чаще ездить. Как-то и здесь среди коллег проскользнуло – ведьма. Но Миру это только улыбало.
Сначала в Убуде Мира попала в роскошный отель, где номер с огромной кроватью, дышащий ароматом тропических цветов. Просто высший класс! Пять счастливых звёзд. Но как только она открыла дверь и вышла на балкон, то сразу попала в бескрайние джунгли.
Дыхание перехватило, в голове закоротило. Под ногами прохладный каменный пол реального мира, а глаза говорят – ты в сказке. Вечером все собрались в ресторан, а она сбежала побродить по улицам. Уж очень не хотелось объяснять, почему она не пьёт, что-то не ест и постоянно ставит уколы.
Мототакси доставило её в центр Убуда. Мира долго бродила по лабиринтам улочек среди домов с загнутыми крышами и статуй, утопающих в буйно растущих цветах. Красотища, сплошной покой. Тут главное убеждение местных – надо жить в гармонии с природой. Вообще, в Убуде каждый дом как святилище, а ещё всякие салоны спа – вот прям как храмы. Даже настоящая речка во дворе оказаться может.
Из парка с обезьянами не хотелось уходить. Манки, как называют обезьян балийцы, разгуливают везде. На крышах, по мусоркам, на деревьях. Такая экзотика в мире людей была, безусловно, в диковинку. Совершенно другие ощущения, когда входишь в парк. Всё, попал в другой мир.
Прямо как на Планете обезьян или на страницах книги Киплинга. Тут они боги. Свои законы, не соблюдаешь – поплатишься. Покусают, чего-нибудь стащат, прыгнут на голову.
Возвращаясь в отель, Мира случайно обнаружила тропинку на рисовые террасы. Шла по центральной улице города, свернула в проулок, а там поле, джунгли и закат. В каком городе возможно такое? Её радовало всё. Даже воздух, пропитанный морем и ароматом плюмерии. Она так и не сняла с шеи венок из белой магнолии. Благодаря этому символу бессмертия ей казалось, что она совершенно здорова. Так хорошо ей не было уже давно. С тех пор как она вышла из комы.
Потом были храмы, водопады, восхитительные закаты и Великий океан. Он на самом деле велик. Мощный и бескрайний как сама вселенная. Индийским океаном она не впечатлилась вовсе, хотя и на море-то была всего раз.
Великий – это мощь и красота. Белый песок, вода температуры полного кайфа и прозрачности чистейшего алмаза. Океан играл мускулами, перекатывая волны, а она лежала в его объятиях. Миг, когда ты понимаешь – счастье есть! Его не может не быть! Так счастлива она давно не была. Даже в объятиях бывшего мужа.
И как такое радужное впечатление от райской страны перечеркнула кучка туристов? Свалились ей на голову под Новый год, когда их персональный менеджер слегла с температурой. А так как нужно было сопровождение, то пришлось ещё и ехать с этой группой организатором досуга. Её феноменальная память сыграла с ней злую шутку. Ну, как феноменальная. Избирательная. В школе она любила историю, ботанику и физику. Поэтому знала наизусть все эти учебники. А когда ей понравился Бали, то она запомнила всю его географию и историю с первого раза. И на тебе – поезжай сопровождающей. Она, конечно, мечтала провести Новый год на океане, однако быть круглосуточной нянькой ей совсем не хотелось. Мира нервно передёрнула плечами. Её теперь тошнило от Бали. Она там устала как собака, что, свернувшись калачиком, уснула под бой курантов. Обидно до чёртиков! А ведь у них с Анечкой были такие суперские планы. Поехать в горы, фотографироваться в купальниках и найти себе женихов.
Это должна была быть та самая фантастическая ночь столетия. Физики говорили о квантовом скачке, а астрологи – про переход из прошлого в будущее и открытие дверей в новую жизнь со всеми плюшками, типа счастья и любви. Но блин, где же эти двери?! Даже бокал шампанского не помог разобраться, куда там идти. В итоге он только помог уснуть в кресле. Ну, такое себе торжественное открытие новых дверей в жизнь.
Пора ставить укол. Пальцы затекли на кружке, пришлось аккуратно, как хирургу, разгибать их один за другим. Каждый раз было страшно. Казалось, они чужие и вот-вот отвалятся. В такие моменты мир казался нереальным. Словно это какой-то ужасный сон. Сон! И тут Мира вспомнила, что на Бали купила красивый ловец снов. Это такая штука с белыми нежными перьями, вплетёнными бусинами и камушками для того, чтобы привлекать только светлые и красивые сны, а плохие запутывать в паутине магического колеса. Надо будет повесить её сегодня над кроватью. Довольно с неё змей и всякой там мистики. В её мире этого всего категорически не существует. Есть Анечка, её разноцветные макароны и красная губная помада. Много ли нужно ещё для счастья?
Из воспоминаний Миру вырвал рингтон телефона. Звонила подруга. Анечке пришлось ехать одной в горы, потому что у Миры случился Бали, и все планы пошли коту под хвост.
– Привет, Мира! У меня такая потрясающая новость. Ты сейчас совсем умрёшь.
– Анечка, зая! Можно я ещё поживу?
Мира не разделяла восторгов подруги. С грустью посмотрела на свою распухшую ногу, и сомнений в том, что жить осталось недолго, становилось всё меньше.
– Ой, всё! Бросай хандрить. Жду тебя в мастерской. Мне подарили такую классную игру А ещё я вышла замуж.
И тут в окошко влетела белая бабочка. Сердце ёкнуло и замерло. Новость о скоропостижном замужестве подруги пролетела мимо ушей. Всё восторженное внимание девушки было приковано к волшебному существу хрустальной чистоты. Сияющий свет крыльев был так ярок, что Мира сощурилась. Бабочка села на укушенное место, и боль сняло как рукой. Чудеса!
– Алло! Мира! Ты там живая? Ты меня вообще слышишь? Я вышла замуж, – не унималась подруга.
– Поздравляю, – протянула Мира, не отводя глаз от бабочки. Интересно, чья в ней душа? – Кто ты? – вслух спросила она. – Может, ты наконец мне расскажешь правду?
– Конечно, я тебе всё расскажу. И даже немного больше, чем всё, – пообещала подруга. – Жду тебя через час.
Через час? Мира посмотрела на ногу. Та была абсолютно целёхонькая. Голова тоже перестала болеть, и озноб исчез. Свет бабочки рассеялся, и она стала растворяться. Вот как и тогда. Прилетела в трудный момент и исчезла, как мимолётное чудо. Может, снова показалось?
Это случилось давным-давно, когда она была ещё в детском доме. Многие не любят детские дома, а ей там нравилось. Там были тётя Света и Славик. С того дня в январе, когда её замёрзшую нашли на пороге, приют стал для неё настоящим домом. Тётя Света говорила: все думали, что она замёрзла окончательно, но потом выяснилось, это у неё просто такого цвета кожа – белая.
Однажды её удочерили. За то, что она по ночам таскала конфеты, приёмный отец сильно избил скакалкой. Было так больно, что она обмочилась. Утром она сбежала обратно в детский дом. Туда, где была её любимая теплая, вкусно пахнущая обедами тётя Светик. В 14 лет та подарила ей ярко-красную губную помаду.
– Клася, ты немного бледная, но всё равно самая красивая девочка на свете. И я тебя люблю, – сказала женщина, гладя Клаву по голове.
Так вот, эта она, тётя Светик, дала ей это имя – Клава. Потом подарила помаду и на следующий день после дня рождения эта самая Светик уехала с мужем военным Оставив бедняжку Клаву в шоке и отчаянии. Даже Славик, друг из детского дома, не мог её утешить. Клася после школы часами рыдала одна в парке. Как она могла так поступить? Самая родная, природная. Почему она не взяла Клаву с собой? Девочка даже губную помаду от злости выбросила, но потом передумала и пошла за ней. Поскользнулась на снегу, упала и жутко ударилась. Что-то хрустнуло, и всё вокруг потемнело. Очнулась она уже в кровати. На груди сидела белая бабочка, а на тумбочке лежала губная помада. Боль прошла, а чувство брошенки осталось.
Через месяц она наконец-то забрала паспорт и теперь она – Мира! Она «сокровище будущего», а не какая-то там Клава-хромоножка.
С тех пор она не видела ту белую бабочку. А ведь была ли она вообще на самом деле?
Глава 2. Клава или Мира
Подруга снимала помещение в центре города, на Театральной. Там была даже своя современная кухня, где она пекла настоящие французские макароны, и там же она оборудовала себе спальню. Жить с матерью в любви и согласии у неё не получилось. Та считала, что дочь её недолюбливает. Анечка же постоянно звала маму к себе в гости и пыталась долюбить эту женщину, которая была зла на весь мир.
Их дружба с Анечкой завязалась ещё в университете на факультете айтишников. Славик уговорил Миру поступить именно туда, потому что «программисты – это устройства, преобразующие кофеин в код, а код – в деньги». Для такого шаманства вовсе не нужны родственники, связи и богатства, коих у сирот совершенно нет.
Поступила в универ она довольно легко. Всего за полгода перед зачислением выучила все нужные предметы наизусть. Хотя она не особенно любила эти дисциплины, но зато любила Вячеслава, своего Славика, так что зубрила и представляла, как они будут ходить на занятия вместе, жить в одном общежитии, да и вообще всегда и везде будут вместе. Одно расстраивало. Славик по-прежнему звал её Клавой.
«У каждого программиста должна быть идеальная клава», – шутил он.
Там, в универе, Мира встретила странную и очень интересную девушку Анечку, которая училась на айти, а ещё на экономическом и каких-то онлайн-курсах. Она училась постоянно. Что-то заканчивала и снова поступала. Считала, что в этом мире можно надеяться только на себя, а мир так переменчив, что никогда не знаешь, какая профессия тебе может понадобиться завтра. Лучше иметь страховку в виде хотя бы пяти дипломов.
Мира тогда жила в общежитии, вечерами после учёбы подрабатывала: выгуливала собак, занималась доставкой, а потом начала делать сайты на заказ. У неё появились свои деньги на вкусняшки и новую одежду. Подружка Анечка, вечно голодная и худая ботанка, как-то свалилась даже в обморок прямо на уроке. Ей не хватало ни времени, ни денег, чтобы нормально есть. И Мира решила делать бутерброды в универ для троих: себя, Славика и Анечки.
Мире было её очень жалко. У подруги есть родная мама и свой дом, а всё равно она оказалась такой же одинокой, как и Мира.
Эх, да! Это были золотые студенческие годы. Каждую субботу толпа собиралась у них в комнате, студенты сплетничали и делились новостями за неделю, пили ведьминский чай желаний, так они называли травяной чай Миры. И никакие гуру медитации не сравнятся с тем, как она играла на гитаре и пела.
Ребята приходили не с пустыми руками. Зачастую они приносили печеньки и конфетки. Правда, большая часть тут же съедалась вечно голодными парнями. Заварные пирожные, которые так любила Мира, приносил только один Славка.
Остальные парни жутко бесили Миру своим уровнем «лоу скилл» и «Юбилейным» печеньем.
– Киса, в твоём сердце найдётся место для кого-то нового? – приставали они.
– Если я начну помещать в своё сердце незнакомые объекты, я, вероятнее всего, умру.
У их глупости не было шарма. А Славик был самый умный и красивый. Родной и такой надёжный.
Как-то в универе поставили ящик с валентинками. Несколько дней студенты наполнялся его признаниями. Мира так ждала дня икс. Она мечтала о том, что Славик наконец-то признается. Но утром 14 февраля ящик пропал. Его выкинула уборщица. Уборщица! Разрушительница чужих судеб.
И вот тогда Мира на заработанные денежки купила гитару. Девушка с гитарой! Это так круто! Она быстро научилась играть, с её феноменальной памятью она могла запомнить и сыграть любые песни, правда, только при условии, что они ей нравились.
А потом Анечка придумала эти субботние чаепития под гитару.
Мире так хотелось, чтобы Славик смотрел на неё такими же восхищёнными глазами, как на суперзвезду. Так, как он смотрел на солистов и гитаристов «Арии». Она устала от дружбы и очень хотела настоящей любви.
И вот через полгода он наконец-то смотрел на неё как зачарованный. Его глаза блестели, губы шептали «моя». Вскоре они стали настоящей парой. Девчонки с факультета шептались, что ведьма Мира приворожила самого красивого парня в универе. А кто им не давал ведьмовать? В магазине гитар хоть отбавляй. Покупайте и пойте. Но они предпочитали «привороты»: укорачивали юбки, красили волосы и надували губы.
А ещё к ним в комнату притащились медики из соседнего общежития. Вруны безбожные. Несли всякую ерунду, чтобы произвести впечатление. С серьёзным видом утверждали, что «Экзорциамус те омнис иммундус спиритус» – это латынь. Как у них после этого вообще можно было лечиться? Ну вот Мира и не ходила к этим выпускникам, а лечилась сама, травками.
Ох, столько всего потом было. Студенческая свадьба в роще за городом, путешествие в горы. Два счастливых семейных года. А потом… потом он собрался на работу на майских праздниках, якобы за одеждой какой-то. Обещал сразу же вернуться. Через час пришла смс: «Прости. Нам надо расстаться. Я решил изменить свою жизнь».
Мира поначалу приняла это за шутку, но потом он объяснил ей, что нашёл себе кого-то, более красивую и умную. Он сказал, что его новая подруга на десять лет старше его.
Мире было двадцать и её променяли на какую-то тётку. Она не верила своим глазам и ушам. Он ушёл. Она осталась одна.
Твоя душа меня задела.
Твои глаза всегда со мной.
Твоё дыханье меня грело
И вечно будет, здесь, со мной.
⠀
Живу сейчас на этом свете.
И думаю: «А для чего?»
И только видя твою радость,
В душе становится светло.
⠀
Спокойность, мерность, пониманье
Всё это было лишь игрой?
И только после расставанья…
Я поняла! Что нам не быть с тобой!
⠀
Но Верю, Жду и я Надеюсь,
Что день придёт. И ты поймёшь!
Любовь красива только с виду.
Но часто в сердце острый нож.
⠀
Проткнёт. Ударит. Больно. Грубо.
Терпеть не стану вновь и вновь.
И сердце снова запылает.
Проснётся новая любовь! 1
Она не могла вспомнить, что было потом. Очнулась она через год, благодаря одному из студентов-медиков, когда никто уже не верил, что такое возможно. Лев ворвался в жизнь Миры как настоящий герой в белом халате, прямо из сказки, пробыв на протяжении года невидимым бдительным часовым у её кровати. Ему удалось спасти девушку, иначе эта история закончилась бы довольно грустно. Молодой врач был единственным, кто поставил верный диагноз, вывел Миру из диабетической комы и ухаживал за ней, пока она находилась в долгом, непонятном медицине, летаргическом сне.
Как только девушка очнулась, она уже не была прежней. Теперь она была не одна. Внутри неё жила чудовищная боль. Мира просыпалась с ней. Ходила с ней на работу. Возвращалась домой и засыпала с ней. Боль не оставляла её ни на секунду. Она душила и заставляла плакать. Она впивалась колючками в сердце так сильно, что слёзы брызгали из глаз и кровью текли по щекам.
Она бросила университет, потому что уже не могла выносить ни одного упоминания о программировании и айтишниках – от одной мысли о Славе ей становилось тошно. Она устроилась в турфирму и начала путешествовать. Со временем привыкла есть всё, что хочется, уколов дополнительную порцию инсулина.
Так вот, в прошлом году любимая клиентка подарила Мире «библию» макарон из Франции. Как вообще это нежнейшее пирожное-печенье из двух гладких половинок, скреплённых тягучими начинками, назвали «макарон», как не «цветные миндальки», потому что они из миндальной муки? Мира не любила готовить, а вот Анечка так впечатлилась этой книгой, что все выходные пекла разноцветные вкусняшки, а пробовать приходилось Мире. Но та особо не сопротивлялась. Яркие, нежные и хрустящие, с тающими во рту начинками они были божественные. И в итоге Анечка решила бросить эм… «пыльную» и «несладкую» работу экономиста и открыла свою кулинарию.
А у Миры теперь был привилегированный доступ к самым изысканным макаронам во всём городе. Ешь сколько влезет, пока не впадёшь в следующую «макаронную кому». Н-да… Вот ведь в чём сила, сестра! В макаронной «библии».
– Давай уже колись, кто у нас муж? – с порога спросила Мира. – Куда ты его спрятала?
Счастливая Анечка рассмеялась и крепко обняла подругу.
– Он сотрудник службы из трех букв. Спрячется – фиг найдёшь.
– Ничё се! Рассказывай давай. Он тебя пытал гипнозом или шантажировал прошлым?
Они обе рассмеялись. Мира была так рада за подругу. И неважно, кто он и как это случилось. А подруга, она вообще от счастья светилась так ярко.
В маленькой уютной комнате было атмосферно. Даже ёлка стояла. Подруга тщательно подготовилась. Свечи, ароматические палочки, на столе любимые макароны – с листьями мяты и цветами сирени. Анечка прям умудрилась объединить две любимые вещи Миры – травы-цветочки и пирожные. Аж слюнки потекли.
– Тебе чай или кофе? – спросила по привычке Анечка. Видимо, растеряла всю память в горах от счастья, забыв, что Мира пьёт только травяной чай.
– Мне море. А лучше океан. Великий, – улыбнулась Мира и, достав из сумки травы, пошла сама заваривать чай. Вдыхая уютный окутывающий аромат лепестков лимонной вербены, добавила ещё розмарина.
Такие две местные ведьмочки-гурманки. Сейчас волшебный чаёк попьют, пироженки пожуют и прямо на метле пойдут кружить вокруг центральных улиц. Рождество на носу. Черти заждались.
Анечка в двух словах рассказала о муже.
– Так. А у вас предбрачная ночь была? – деловито поинтересовалась Мира, запихивая в рот очередной макарон целиком.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Автор Елена Соколова