Gamemaster. Книга 3. Десятник
- -
- 100%
- +
Внимание! Вы стали хозяином существа, созданного божеством. Получено достижение «Владелец Искры» 1-го ур. Все параметры призванного питомца повышаются на 10 %, расход и время восстановления энергии сущности снижены на 50 %. Лояльность питомца всегда максимальна. Вероятность его окончательной смерти снижена на 50 %.
Восставшая из мёртвых псина между тем, пока я был занят изучением текста сообщения, пришла в себя. Радостно гавкнув, Семаргл вскочил на задние лапы и, опёршись передними на грудь, тут же принялся слюнявить мне лицо своим горячим и мокрым языком. Да уж, некоторые вещи остаются неизменными.
– Да, да, дружок, я тоже жутко рад тебя видеть! – Мой рот непроизвольно расползся в улыбке, пока я трепал это недоразумение по холке, почёсывая ему за ушами. Семаргл прекратил свой ритуал по омовению моего лица и принялся носиться вокруг меня с радостным повизгиванием. Ну щенок как есть!
Хотя стоп! Хорс же упоминал, что Страж потеряет весь свой прогресс, а это тридцать уровней, ни много ни мало. Выходит, он из-за этого в размерах уменьшился?
Я открыл панель с характеристиками питомца и погрузился в изучение. Количество показателей, ссылок на справочную информацию и внушительный столбец с настройками поражал воображение. Спустя некоторое время я готов был осмыслить полученную инфу.
Если кратко, то перерождение Семаргла, как и говорил Хорс, полностью сбросило весь его прогресс. Вполне естественно, что все характеристики и умения тоже попали под откат. Страж стал первого уровня. Впрочем, фактически он уже не был Стражем. А вместе с этим статусом исчез также и его читерский рейт × 3. Теперь, даже докачав его до прежнего состояния (что само по себе довольно сложная задача), я не получу в свои руки ту машину для убийства, которая выкашивала нечисть, словно траву. Но даже так питомец мой будет очень и очень хорошим подспорьем. Впрочем, это всё в перспективе. Пока что моя первоуровневая скотинка могла похвастаться лишь довольно скромными двадцатью пятью пунктами в каждом из трёх базовых статов, двумястами пятьюдесятью пунктами здоровья и маны, а также одним-единственным умением «Укус».
Да уж, по сравнению с тем Семарглом, который сражался рядом со мной против Гролла, нынешний выглядит как младенец перед матёрым спецназером. По большому счёту так и есть – он практически новорождённый. Ну и ладно, зато он мой собственный, а уровень мы ему ещё поднимем. Огромный стартовый бонус Семаргла заключается в том, что я видел, во что он может превратиться в итоге. А это весьма упрощает задачу по его прокачке и исключает случайные ошибки. Гайдов-то нет, но мне они и не нужны. Я не собираюсь менять первоначальную раскачку пса и вновь сделаю из него пироманта. Как показала практика, DD с раскачкой в огненный урон из него получается очень и очень серьёзный, что мне от него и нужно. Впрочем, время покажет. Сейчас загадывать смысла нет, нужно просто его качать, вот и все разговоры. В одном уверен наверняка – я совершенно не зря отдал того призрачного паука Эл. Думается мне, что мой нынешний питомец заткнёт его за пояс легко и непринуждённо.
Дальше, что касается всяческих нюансов. Семаргл был не совсем обычным зверем. И поэтому у него имелась такая специфичная штука, как энергия сущности. Не знаю, справедливо ли это в отношении других приручённых животных, нужно будет поинтересоваться у Эл при следующей встрече. Эта самая энергия не имела ничего общего с тонусом или бодростью и была полностью от них независима. Нечто вроде батарейки моего питомца – пока зверь призван, он постепенно её расходует. Как только энергия сущности будет исчерпана, питомец дематериализуется и возвращается во вместилище души. В моём случае это тот самый янтарный шар, который мне вручил Хорс. И на её восстановление требуется некоторый промежуток времени. То бишь я не смогу поддерживать существование питомца непрерывно. Сколько конкретно времени для этого требуется – пока непонятно, нужно проверять на практике. Вторым ограничением было количество призывов. В данное время я мог лишь один раз в сутки вызвать пса и один раз его отозвать. Нужно запомнить. Ещё один важный момент заключался в том, что, несмотря на временной промежуток между призывами и восстановлением энергии сущности, тонус питомца был полностью независимым от этого. То есть нужно не забывать кормить блохастого и давать ему отдыхать – тонус и бодрость восстанавливался только непосредственно во время призыва.
Приятно поразил набор функций для управления действиями питомца. Он оказался не просто большим – огромным. В нём, кажется, было учтено всё. Например, радиус действия питомца. Я пока что выставил дистанцию в пятьдесят метров, всё же Семаргл пока что совсем слабенький, и я должен быть уверен, что успею прийти к нему на помощь, случись какой форс-мажор. Также убрал агрессивный режим – теперь он будет нападать на опасных монстров лишь по моей команде, а при понижении здоровья ниже половины бара немедленно кинется ко мне за помощью. Я старался максимально обезопасить свою животинку, пока она слаба и уязвима. И этому была причина. Когда хиты питомца опустятся до нуля, он автоматически теряет физическую форму и возвращается в своё вместилище, запуская процесс восстановления энергии сущности. И это хорошая новость. Плохая – он мог при этом погибнуть окончательной смертью, с шансом около 30 %. Но тут был положительный момент – в моём случае, благодаря полученному достижению «Владелец Искры», этот шанс резался вдвое и теперь вероятность того, что Семаргл погибнет, была примерно один к семи. Это значительно лучше, но даже с такой вероятностью я абсолютно не хотел испытывать судьбу. Лучше уж пусть остаётся живым, мне так спокойнее.
Ещё одним интересным моментом имелась так называемая шкала «Лояльность». У Семаргла она составляла 99 %, и, кажется, это абсолютный максимум. На практике же это означало, что мой питомец может ослушаться моих приказов с вероятностью в 1 %. То бишь он был мне послушен настолько, насколько это вообще возможно. В обычных же условиях, если верить справке, эту самую лояльность пришлось бы заслужить хорошим отношением к своему питомцу. Если же будешь плохо обращаться с животинкой, она обидится и будет игнорировать твои приказы. Кроме того, если сильно ограничить питомца через интерфейс, не оставив ему свободы действий, это также можно негативно повлиять на лояльность. Нечто вроде вотума недоверия, ага. В нашем с Семарглом случае, вероятно, зачлось его отношение ко мне до перевоплощения. Ну, тем проще для меня.
– Слушай, ну серьёзно, как ты это делаешь? – Мои размышления прервал донельзя задумчивый голос Забавы, которая наблюдала за кульбитами огненного пса, радостно нарезающего круги по поляне. – Хотя нет, не говори. Не хочу знать. Так спокойнее.
Она глубоко вздохнула, сохраняя смешанное выражение на лице. Мне даже стало любопытно, как я выгляжу с её точки зрения.
– Ладно, как бы там ни было, нам пора идти – и мне, и тебе, верно? Сейчас я тебя покину, чтобы встретиться со своим наставником, но обязательно найду чуть позже! Так что просто дождись меня, хорошо? – Она посмотрела на меня просительно, но в то же время с неким упрёком, словно всё ещё пеняя за прошлый раз. Я проглотил слова и кивнул в ответ.
– Тогда не будем тянуть! До встречи!
Она вскинула руку, начертив в воздухе одну за другой пятёрку мягко светящихся рун, которые объединились в одно руническое слово. Сверкнула белым светом яркая вспышка, и на месте Эхо остались лишь оседающие на землю гаснущие искры света.
Я свистнул псу, который уже успел блаженно развалиться на солнышке, пока его никто не беспокоил, и направился в сторону острога.
Глава 2. Дом, милый дом
Северная Гать
После встречи с Забавой я вернул себе душевное равновесие и, весело насвистывая, неспешно двигался в сторону Аспид-камня. Вокруг меня тут и там мелькала сполохом огня рыжая шкура моего зверя. Тот, смешно размахивая ушами, нарезал круги, принюхиваясь к каким-то только лишь им ощущаемым запахам, интересовался всем подряд. Ну, полагаю, что для того, кто неизвестно как долго торчал в серых пустошах Дажь, так реагировать на яркие краски, звуки и запахи Яви вполне нормально.
Я колдовал с интерфейсом своего свежеиспечённого воспитанника, проводя тонкую настройку. В частности, не мудрствуя лукаво, привязал все самые важные приказы к голосовым командам. Теперь я мог легко остановить нежелательные действия Семаргла словом «нельзя» и вернуть его, просто сказав: «Ко мне». Также в качестве сигнала для привлечения внимания пса я выставил свист и жестикуляцию. Давным-давно, когда мы ещё уезжали на всё лето в заброшенную деревушку в северных лесах, я был свидетелем, как мой дядя, родной брат отца, тренировал шестимесячного спаниеля, вбивая в него азы дрессуры. Конечно, многого не помню, всё же я тогда был совсем ещё ребёнком, да и времени прошло уже весьма прилично. Но мне нравилось наблюдать за лопоухим чёрно-белым комком шерсти по кличке Бим и за тем, как он старательно выполняет все команды своего хозяина, поэтому кое-что в моей памяти осталось. Я просто решил применить обрывки этих знаний, осевших в моей голове с тех времён. К тому же интерфейс управления питомцем значительно упрощал мою задачу, так что я без особого труда с этим справился.
Пока возился с настройками, мой воспитанник спугнул в зарослях крупного русака, пружинистыми длинными скачками бросившегося наутёк. Четвёртый уровень, мощные задние конечности, длинные уши – нам попался матёрый представитель своего племени. В Семаргле забурлил инстинкт охотника, он заливисто залаял и бросился в погоню за беглецом. Но по сравнению с зайцем он сильно уступал ему в скорости и почти сразу стал отставать. Решив немного уравнять шансы, я подкараулил момент, когда серая тушка ушастого бегуна выскочила в просвет зарослей, и влепил ему под нос «Всплеск» с одним стаком.
Русак, стремительной тенью летевший над поверхностью земли, едва её касаясь, вдруг словно натолкнулся на невидимую стену. Мощности самого слабого моего «Всплеска» не хватило на то, чтобы его убить, но неумолимое притяжение на три секунды приковало зайца к земле, заметно подпортив ему здоровье. Всё же уровень его был маловат, я вообще боялся, что даже такой слабенький гравик его размажет. За те три секунды, пока заяц судорожно пытался победить в заведомо проигрышной схватке против неумолимой силы гравитации, его настигла огненно-рыжая комета, сбив широкой грудью на землю. Семаргл применил свой единственный навык, что у него сейчас был – «Укус», яростно вцепившись косоглазому в загривок. Несчастный зверёк, жалостливо и совсем не по-звериному вскрикнув, распрощался с остатками своих хитпоинтов и отдал богу душу. Пёс с донельзя гордым видом приблизился и положил добычу к моим ногам, буквально всем собой олицетворяя нечто в духе «Видал?». Я не смог сдержать улыбку от этой уморительной картины. Поощрительно потрепав добытчика по загривку, вынул нож. Некоторое время с сомнением разглядывал нашу добычу, но в конце концов, вздохнув, всё же приступил к делу. Делать этого на практике мне ещё не доводилось, но теорию я знал, отец как-то очень давно продемонстрировал, поэтому всего лишь требовалось попробовать в этом свои собственные силы. Сперва, растянув зверька за задние лапы, привязал её к нижним ветвям сосны. Потом, сделав несколько надрезов на задних лапах и в районе хвоста, я сдёрнул шкуру с мягким серым мехом чулком с тушки, после чего обрубил конечности и выдрал горячие заячьи потроха, которые тут же с немалым удовольствием схомячил мой четвероногий друг. При этом я обратил внимание на всё ещё развёрнутое окно бара Семаргла – у него немного подросли бодрость и тонус. Понятно, значит, насыщение влияет на его общее состояние. Учтём.
Получен производственный навык «Свежевание» 1-го ур. Скорость снятия шкур и разделки туш добытых животных увеличена на 20 %. Затраты бодрости на свежевание снижены на 10 %. Вероятность получить в процессе ингредиенты и расходные материалы качеством не ниже, чем «хорошее», повышена на 30 %.
Ну вот, как и ожидалось. В результате мне досталось «мясо зайца» нормального качества и «заячья шкурка» «неудовлетворительного», которые можно использовать для готовки и ремёсел. Шкурку я выкинул в кусты – из-за весенней линьки мех на ней лез целыми клочьями, так что шкура оказалась абсолютно бесполезной. Потому, наверное, и качество у неё было паршивое – система этот факт учла. В принципе, свежевание, как я только что убедился, не являлось чем-то сверхъестественно сложным. Не сложнее чистки овощей, просто нужна практика и некоторая сноровка. Думаю, со временем всё станет ещё проще. Вообще мне уже давно стоило попробовать этот способ добычи дополнительных ресурсов помимо стандартного интерфейсного обыска трупов. Но из-за отсутствия подходящего разделочного ножа я всё откладывал это на потом. А теперь вот повод появился.
Ополоснув окровавленные руки и лезвие в небольшой луже на обочине гати, я убрал тушку и инструмент в инвентарь и двинулся дальше.
Огненный пёс, распробовав горячую кровь, вдруг необычайно воодушевился, старательно принявшись выискивать и безжалостно уничтожать разнообразных мелких существ, попадавшихся ему на пути – полевых мышей, бурундуков, белок, и даже самостоятельно изловил ещё одного мелкого зайчонка. Я решил не тратить время на разделку всей этой мелочи и просто позволял Семарглу их поедать, что тот с удовольствием и делал.
– И куда только в тебя столько лезет? – Я с сомнением посмотрел на увлечённо заглатывающего очередного представителя местных мелких грызунов пса. Тот лишь недоумённо скосил на меня золотистые радужки своих глаз, как бы спрашивая: «Нет, ну а чего такого-то?» В принципе, наверное, это нормально. Тем более что вся добыча Семаргла уходила процентами в его шкалы тонуса и опыта, уже более чем наполовину заполнив последнюю. Довольно быстро, надо отметить. Наверное, причина в четвёртом уровне первой добычи пса.
К слову, пёс и сам вскоре поумерил свой пыл. И причина этому была довольно прозаическая – он напоролся на сонного, наверное, только недавно вышедшего из зимней спячки ежа. Тот рассерженно зафыркал, предупреждающе растопырив свои иголки, но хвостатое недоразумение по имени Семаргл предупреждение проигнорировало. Он с энтузиазмом хватанул пастью ощетинившийся шипами колючий шар. Закономерно вслед за этим раздался обиженный собачий взвизг, и неудобная добыча была тут же оставлена в покое. Жалобно заскулив, пёс посмотрел на меня, словно ища поддержки.
– И не надо на меня так смотреть – сам виноват, хвостатый! Нечего хватать пастью всякую дрянь! Пошли уже.
Грустно вздохнув, горе-охотник порычал для приличия на неприступного ежа и потрусил за мной.
На подходе к острогу нам повезло ещё раз. Из кустов совсем рядом с нами донёсся треск ломаемых зарослей и яростный визг, а потом из леса в каких-то нескольких метрах от нас выскочил упитанный кабан, в панике удирающий от матёрого шестиуровневого волка. Серый, внушающий уважение своими размерами, дышал кабану в затылок и уже готов был вот-вот схватить того красной раззявленной пастью. Увлечённые погоней, жаждой крови и близкой смертью, ни жертва, ни её преследователь не обратили на нас никакого внимания, а зря. На реакцию я не жаловался, и когда две живые торпеды, бурая и серая, пронеслись в непосредственной близости, молниеносно активировал «Плющ». Оба зверя из-за сильного рывка корней, которые в мгновение ока оплели их тела, синхронно зарылись мордами в пыль дороги. Мой пёс, заработав ещё несколько баллов уважения в моих глазах, тоже не зевал. Воспользовавшись секундной беспомощностью хищника, набросился на него со спины, впившись клыками в незащищённую шею. Несмотря на шесть уровней разницы, волк ничего не мог поделать – его прочно удерживали на месте корни дриад, кроме того, атака в горло засчитывалась системой как критическая, в уязвимую точку. Серый разбойник рычал, бешено вращая выпученными глазами, но Семаргл, рыча ему в ответ, лишь сильнее сжимал челюсти. В результате столбик хитов жертвы медленно, но верно пополз вниз. Вот так-то, закон природы такой – охотник в любой момент может поменяться с добычей местами. Спустя несколько десятков секунд рычание зверя оборвалось хрипом и бульканьем, и он распрощался с жизнью, развалившись в пыли.
Я же, пока Семаргл вершил расправу над волком, нащёлкал три стака «Всплеска» и отправил его жевать кабанчика, всё так же смирно стоявшего под действием корней. Кабанчик, кстати, был пятого уровня. Пока мой подопечный отправлял на тот свет своего первого противника, грава неспешно слизнула три четверти столбика хитов лесной свинки, основательно её помяв. Пёс повторил свой атакующий приём, вцепившись в загривок обездвиженной, панически визжащей жертвы, и спустя некоторое время кабан отправился следом за тем, кто на него охотился.
Мой «Всплеск» оказался на удивление удобным в этой ситуации. Обычно в бою его стаки лишь мешали, замедляя атаку, но сейчас за счёт регуляции мощности гравиабилки я не добивал низкоуровневых мобов, а лишь потрепал их, оставляя весь опыт питомцу. Тому, кстати, с этих двух упало целых два уровня, и он вплотную приблизился к четвёртому. Неплохо так. Впрочем, первые уровни всегда пролетают быстро и незаметно. Так что слишком уж обольщаться по этому поводу не стоит.
Я облутал трупы, после чего пришлось опять поработать ножом. В результате я разжился волчьей шкурой и кабаньей вырезкой хорошего качества, а Семаргл принялся ожесточённо грызть свиную ногу. Закончив с этим, мы двинулись дальше.
Уже на подходе к острогу я заподозрил неладное. Повсюду были видны недобрые приметы – и в закопчённых брёвнах частокола острога, и в наспех подправленных разнокалиберными досками воротах, и в тёмных пятнах, впитавшихся в землю перед самыми воротами, и в хмурых лицах незнакомых мне слётков, что стояли на северных вратах острога. В воздухе буквально витал запах беды, я его почувствовал кожей. Что же тут стряслось, пока меня не было?
Меня пропустили без лишних вопросов – система подсвечивала меня меткой десятника острожной ватаги, так что, даже не зная меня лично, стражники не стали задавать лишних вопросов. Лишь проводили долгим взглядом моего питомца. Интересно, откуда успели набрать новичков – эта парочка наверняка не состояла в дружине, когда я был тут в прошлый раз. Хотя, может, я просто чересчур самонадеян.
Пройдя через ворота, я задумался над тем, куда мне стоит пойти в первую очередь, а куда уже потом. Вероятно, лучше всего сперва показаться на глаза Игорю или Севастьяну, как-никак я отсутствовал целую неделю. Нужно отчитаться. А уже потом можно будет разобраться со всеми остальными делами. К тому же местная власть может счесть неуважением с моей стороны, если я буду пренебрегать аудиенцией с ней. Значит, решено – иду на приём к воеводе.
После прогулки по посаду я лишь ещё больше убедился в своих подозрениях – в остроге не всё ладно. Это было заметно и по хмурым и напряжённым лицам посадских, и по избыточному количеству дружинников, парами и тройками курсировавших по улицам в разных направлениях, и по пятнам свежего песка, видневшимся на улицах тут и там. Такими присыпками после прошлого нападения погани засыпали места, пропитавшиеся кровью под трупами людей.
Возле дома воеводы дежурили знакомые ватажники. Они меня узнали и после сдержанного приветствия, с любопытством косясь на моё животное, сообщили, что воевода у себя, и я могу войти. Правда, один из них шепнул мне, что тот не в духе. Я лишь усмехнулся в ответ на эту ремарку – меня такие детали заботили мало.
Я вошёл в горницу, разминувшись с Егоркой – воеводиным сынком. Тот, как всегда, словно ужаленный вылетел мне навстречу, лишь в последний момент уклонившись от столкновения, и унёсся в неизвестном направлении. Семаргл шёл за мной по пятам, едва не наступая на пятки.
– Здрав будь, воевода! – Игорь сидел за столом в окружении Севастьяна, Семёна и ещё одного незнакомого мне коренастого кудрявого парня, выглядевшего довольно молодо. Лица у всех троих были мрачнее некуда. Кажется, я и впрямь не вовремя. Ладно, чего уж теперь. Я, знаете ли, тоже не с пикника вернулся.
– Вы гляньте только, кто к нам на огонёк заявился! Никак это десятник Олег собственной личиной в гости пожаловал?
Я невольно поёжился под мрачным взглядом воеводы. Да уж, не особо-то приветливый приём.
– Ну, друже, садись, поведай нам, где тебя без малого целую седмицу черти носят? – Несмотря на безрадостный настрой, недружественности в голосе Игоря я не уловил. Значит, причина не во мне.
– Так может, вы сперва мне горло смочить что-нибудь сообразите? Я от кваску бы не отказался. А то притомился в дороге, да и рассказ мой будет длинным.
Чёрт, вот опять стоило подключиться к беседе, начинаю имитировать их старославянскую речь, изобилующую архаизмами. Кошмар какой-то, будто попугай, чесслово!
– Кваску тебе? – неожиданно злобно воззрился на меня Севастьян. Он опёрся ручищами на дубовую доску столешницы и принялся подниматься, явно с недобрыми намерениями по отношению к вашему покорному слуге. – Плетей тебе горячих, с солью, а не кваску, за то, что Доброгоста не сберёг!
Меня словно из ушата холодной водой окатили. Я уже сбился со счёта, сколько раз корил себя за то, что не уберёг этого паренька, но услышать это из уст Севастьяна было сродни удару кувалдой по голове. Я замер, не в силах произнести ни слова.
– Охолони, сотник! – Ладонь воеводы остановила Севастьяна на полпути и мягко, но требовательно вернула его обратно за стол. – Олег не к тёще на блины ходил. Тут радоваться впору, что его крыло вообще вернуться живыми смогло. А что парнишку десятник не уберёг – не кори, и у тебя самого промашки были, что уж от него требовать? Парень десятником без году неделю. Он со своими хлопцами большое дело сделал, а ты мне тут тень на плетень наводишь!
После отповеди воеводы сотник сбавил обороты, и, хоть и было видно, что целиком от своей точки зрения он не отказался, но тему развивать всё же не стал. Ну и на том спасибо. А я порадовался, что Игорь на моей стороне.
Меж тем хозяин дома гаркнул во всю глотку, чтобы было слышно за закрытой дверью соседней горницы:
– Матрёна! Неси нам браги жбан, в горле пересохло совсем.
Спустя всего несколько секунд, словно она всё это время только и дожидалась сигнала за дверью, в светлицу быстрым шагом зашла жена воеводы, поставила на стол запотевший кувшин, содержимое которого тут же наполнило комнату соблазнительным благоуханием, приветственно кивнула мне и так же стремительно покинула горницу. Игорь расставил объёмистые глиняные кружки и разлил содержимое по ним.
– Ну, давай, Олег, поведай, где тебя судьбинушка мотала.
Я подхватил холодящую руку кружку, отхлебнул сладковатой, холодной браги, буквально растворившись в гамме вкуса, смакуя её на языке, и приземлился на лавку, стоявшую у стола. После того как ты целую неделю вынужден давиться вяленой олениной и сухарями с водой, такая феерия вкуса – это просто божье откровение. Я даже зажмурился блаженно, не в силах сдержать свои эмоции.
– Расскажу, отчего не рассказать. Только вот думается мне, воевода, стоит сперва Панамаря к нам на посиделки пригласить. Уверен, что ему тоже будет очень интересно послушать мой рассказ.
Воевода на секунду задумался, после чего, кивнув мне согласно, обратился к третьему, незнакомому мне, ватажнику:
– Злат, не сочти за труд, позови-ка сюда волхва, раз уж такое дело. Не лишним будет и его думки послушать тоже.
Белобрысый крепыш, которого Игорь назвал Златом, молча кивнул в ответ на воеводину просьбу, поднялся из-за стола и удалился из помещения. А пока его не было, я вернулся к своей кружке, продолжая медленно потягивать ароматную брагу.
– Кто это? – кивнул я себе за спину в сторону ушедшего крепыша.
– Это Злат, ты его не знаешь, он три седмицы назад с обозом барышников в Чернигов ушёл. Теперь вместо Терентия десятником, – ответил мне Игорь.
Вспомнив о Терентии, я помрачнел, поддавшись царящей тут атмосфере. Немного подумав, озвучил ещё один вопрос:
– Севастьян, мои в остроге?
Насупленный и хмурый, как грозовая туча, сотник метнул на меня острый взгляд из-под кустистых бровей, после чего нехотя ответил на вопрос:
– Утром ещё в дозор их всем гуртом отправил. Завтра спозаранку, ежели всё ладно, встречай.
После этого мы сидели в тишине. Я окончательно сконцентрировался на содержимом своей кружки, расслабившись и вытянув ноги под стол. Семаргл, словно уловив моё настроение, вытянулся рядом, положив голову на лапы, и лишь иногда подёргивал ушами, отгоняя редких мух. В последнее время я очень пристрастился ценить вот такие вот мимолётные моменты, когда можно просто ни о чём не думать и насладиться минуткой спокойствия. Молчали и воевода с сотником, хотя по лицу Игоря было заметно, насколько ему не терпится узнать подробности. Ничего, потерпит.