Куратор. Однажды, 5 500 лет назад…

– Нам нужна ваша помощь, – робко продолжил лейтенант Петренко, -вы никуда не торопитесь?

– Ну?! Так… Не то, чтобы…

– Вы не согласитесь стать понятым?

– Знаете ли, я как раз собирался уходить, – соврал я.

А сам подумал, что не люблю полицию, как любой российский человек. Всегда ждешь подвоха. Когда останавливает гаишник, обязательно думаешь про штраф. И вроде все хорошо, техосмотр есть, аптечка на месте, а он ходит вокруг машины с важным видом хозяина Вселенной. Ищет, за что бы тебя оштрафовать. Нет, нет, чем дальше от полиции, тем лучше.

– Всего пять минут, – лейтенант сделал жалобное лицо, – понимаете, середина дня. Все жильцы на работе. Я обошел уже семнадцать квартир. Прошу вас.

«Блин, доброта меня когда-нибудь погубит,» – подумал я.

– Хорошо, но только ненадолго.

– Огромное вам спасибо! – обрадовался лейтенант.

– Зачем нужны понятые? – спросил я, выходя из квартиры и закрывая за собой дверь.

– Этажом выше – убийство, – лейтенант шел немного впереди, – труп обнаружила соседка из квартиры справа. Она с утра вышла на прогулку с собачкой, и увидела приоткрытую дверь. Заглянула, а там бардак, вещи раскиданы на полу. Бросила собачку и позвонила в полицию. По приезду полчаса икали собачку. Вот теперь занялись квартирой.

Лейтенант видимо волновался и от того много говорил.

– Вы не знакомы с соседом сверху? – спросил лейтенант Петренко.

– Нет, – ответил я.

– Он был совсем одинокий, примерно вашего возраста. Ни родственников, ни жены. Только маленькая собачонка, чуть побольше кошки.

Лейтенант открыл дверь и жестом пригласил меня войти в квартиру пострадавшего. Внутри царил величественный хаос: на полу лежали старые журналы и газеты. Дверцы шкафов и серванта распахнуты. Книжные полки пустые. Раскрытые и растрепанные книжки валялись на полу. Видимо, грабители что-то искали.

– Проходите прямо по коридору и налево, – слегка подтолкнул меня лейтенант.

– Хорошо, – задумчиво кивнул я.

Какое необычное продолжение дня, в моей жизни подобного еще не было. Я вошел в комнату, видимо, спальню. На широкой кровати, замотанный в покрывало и простыню, лежал полноватый, незнакомый мужчина. Он смотрел немигающими открытыми глазами в потолок. Казалось, он сейчас встанет, улыбнется, спросит, зачем мы сюда набежали? Выругается, и пойдет на кухню, чтобы сварить кофе.

– Смерть наступила примерно в два часа ночи, – сообщил второй полицейский, – присаживайтесь, товарищи понятые.

– Я постою, – ответил я.

– Хорошо. Вы знакомы с потерпевшим?

– Нет. Не знаком.

– Вы слышали посторонние звуки этажом выше сегодня ночью? Крики, стуки, звуки разбитой посуды, – второй полицейский показал рукой на осколки фарфорового сервиза.

– Нет. Не слышал.

– Ознакомьтесь с протоколом освидетельствования и поставьте подпись в случае согласия.

– А если не согласен?

– Вы шутите? – второй полицейский кинул суровый взгляд из-под бровей, – если не согласны, то напишите причину несогласия.

– Да-да. Извините. Это глупая шутка, – сконфузился я.

Я взял протокол, пробежал по нему глазами. Сидоров Иван Тимофеевич, 1967 года рождения… Смерть наступила предположительно от удушья… В квартире беспорядок, преступники что-то искали… Следов взлома входной двери не обнаружено. Вероятно, потерпевший хорошо знал и сам впустил нападавшего… На кухонном столе остатки еды, две рюмки, половина бутылки коньяка…

Да. Так живешь-живешь, а потом твой товарищ тебя и грохнет. За что? Почему? Что приятели вчера не поделили? Из-за двери ванной тявкнула мелкая собачонка. Я подписал протокол.

– Что будет с собачкой? – вдруг спросил я.

– Не знаю. В приют сдадим, – ответил лейтенант Петренко, – хотите забрать себе?

– Нет, что вы? У меня кот, они вряд ли уживутся, – замотал я головой, – можно идти?

– Да. Вы свободны. Еще раз – огромное спасибо, – улыбнулся на прощание полицейский.

– Ага. До новых встреч, – опять неудачно пошутил я.

Я спустился в свою квартиру. Залпом выпил остывший чай. Поставил кипятится новый чайник. Перед глазами стоял, вернее лежал, Сидоров Иван Тимофеевич. Примерно в то время, когда его убивали, я сегодня ночью проснулся и записывал дневные впечатления. У меня над головой, всего в нескольких метрах разворачивалась трагедия: хладнокровный убийца душил соседа, потом переворошил его квартиру. Нашел, что искал? Почему Иван Тимофеевич впустил убийцу? Почему я ничего не слышал? Хорошая звукоизоляция? Или так работают профессионалы?

Занимательная история. Можно написать детектив по следам утреннего приключения, – подумал я. В детективном жанре я еще не писал, хотя никогда не поздно начать. Даже интересно. Предположим, что убийца красивая молодая девушка. Она представитель тайной организации масонов в России. Организация утратила былое могущество и влияние. Но остатки адептов тайного знания упорно цепляются за ускользающее из рук мировое господство.

Иван Тимофеевич – археолог. Во время последней экспедиции на Кавказ, в предгорьях Арарата, он находит странный предмет напоминающий копье Судьбы и полуистлевшие сандалии Ноя, например. Иван Тимофеевич не успевает приехать домой в Москву, как за обладание артефактами разворачивается нешуточная борьба с участием российских и международных тайных обществ.

Девушка Ольга, выпускница института физкультуры и Мисс Сочи-2018, попадает в тайное общество совершенно случайно. Ее туда приводит бывший депутат Госдумы от партии ЛДСР. Тайные ритуалы, проводимые в одном из подмосковных коттеджей, впечатляют тонкую и ранимую душу девушки.

Ей страшно и одновременно душу переполняют ощущения собственной значимости. Девушка просит руководство масонской ложи дать шанс проявить себя, доказать преданность, принести пользу людям планеты Земля. Ей дают задание добыть для тайной мистерии недостающий предмет, который находится у Ивана Тимофеевича Сидорова. Ольга получает адрес, номер телефона, студенческую фотографию будущего археолога, где он играет на гитаре в составе вокально-инструментального ансамбля.

Девушка легко находит обреченного археолога, знакомится с ним в очереди в супермаркете. Завязывается легкая непринужденная беседа о погоде, библии и религии. Какое совпадение – они живут совсем недалеко друг от друга. Ольга предлагает подвезти Ивана Тимофеевича до подъезда. По дороге заходит беседа о покрытых мистической тайной библейских временах. Ольга предполагает, что в те далекие времена нашу планету посещали более развитые цивилизации. Наследили заветами, оставили тайные знания и множество предметов со странными свойствами.

Да, да, да, – подхватывает Иван Тимофеевич. Он об этом тоже много думает. Кстати, он недавно ездил в экспедицию на Кавказ, и его не покидало ощущение внеземного присутствия. За ним как будто кто-то постоянно следил. Наблюдение сняли только на Курском вокзале, когда он вошел в метро. Ольга улыбается, она-то знает, что следили за Иваном Тимофеевичем вовсе не инопланетяне.

Вот незадача, Ольгина машина глохнет прямо на углу дома, в котором живет Иван Тимофеевич. Мотор закипает, из-под капота валит густой белый пар. Ольга останавливает машину на обочине. Пытается починить автомобиль. Но что может сделать хрупкая девушка с напичканной электроникой японской иномаркой? Она – гуманитарий и обычная красивая девушка. Надо позвонить в сервис, – предлагает Иван Тимофеевич. Да. Конечно, вы правы. Сервис отвечает, что сможет приехать и забрать автомобиль только через три часа.

– Ольга, вы можете это время переждать у меня дома, – предлагает обреченный археолог.

– Как-то неудобно, – смущается Ольга, щеки ее розовеют от предложения симпатичного, еще нестарого мужчины.

– Это все пустое, – возражает Иван Тимофеевич, – оставьте предрассудки. Мы же с вами интеллигентные люди, в конце концов. Должны друг другу помогать.

– Хорошо, – нехотя соглашается Ольга, – но я должна позвонить подруге и сообщить, где я и с кем. Хорошо?

Ольга звонит председателю масонской ложи. И сообщает, что она ближайшие три часа проведет в обществе интересного мужчины – Ивана Тимофеевича Сидорова по такому-то адресу. Если она не ответит на звонок через три часа – вызывай на этот адрес полицию.

Иван Тимофеевич смотрит на девушку и понимает, что ее меры предосторожности в современном обществе совсем не лишние. Понятно, что он ничего плохого девушке не сделает. Но сколько вокруг насильников и извращенцев! Осторожное поведение Ольги внушает доверчивому археологу, над которым уже завис топор судьбы, уважение и понимание: перед ним хрупкое и нежное создание, ранимое и беззащитное.

Иван Тимофеевич приглашает Ольгу последовать за ним. Они молча поднимаются на лифте на седьмой этаж. Иван Тимофеевич открывает дверь, предлагает Ольге гостевые тапочки, снимает с нее плащ. Он видит, что под плащом на незнакомке полупрозрачная блузка, три расстегнутые пуговицы, темный лифчик, сдерживающий приличного размера грудь, стильная синяя юбка чуть выше колена.

Иван Тимофеевич, чтобы не спугнуть Ольгу, отводит глаза в сторону. Последний раз столь прекрасные девушки заходили к нему в гости лет десять назад. В памяти всплыл 2009-й год, май месяц, аспирантку звали Марина. Жаль, но тогда у них не склеилось: красивым девушкам нужны богатые и перспективные мужчины. Иван Тимофеевич не оценивал себя высоко в подобной мужской иерархии.

Тогда Марина пересекла линию его судьбы яркой звёздочкой, защитилась не без его помощи, конечно, и исчезла красивой походкой в коридорах Академии наук. Потом Иван Тимофеевич видел Марину на телевидении, где она сделала хорошую карьеру. Затем выгодно вышла замуж, родила ребенка и оставила работу. Сейчас она живет где-то на побережье Средиземного моря в Испании.

– Чай или кофе? – спросил Иван Тимофеевич.

– Кофе.

– У меня есть чудесный кофе из Вьетнама. Не удивляетесь, прошу вас. В этой стране необычайно хорошие традиции выращивания кофе, там уникальный климат, влажность и температура. На мой вкус, вьетнамский кофе намного лучше бразильского или турецкого. Я вам сейчас сварю. Сами убедитесь.

– Я согласна, – скромно опустила глаза Ольга.

– Отлично, вы не разочаруетесь, обещаю вам.

– Спасибо. Иван, расскажите о вашей экспедиции на Кавказ. Вы там нашли что-нибудь интересное?

– Вам, действительно, интересно?

– Да. В нашем насквозь циничном и продажном мире трудно встретить человека, который живет не ради денег и славы. Который раскрывает тайны давно ушедших цивилизаций. Я вами искренне восхищаюсь!

Слова Ольги звучали честно, искренне и проникали в стосковавшуюся по женской ласке душу Ивана Тимофеевича. Нарезая сыр и одесскую колбасу, скромный археолог бросал робкие взгляды на ровные красивые коленки новой знакомки.

– Не знаю будет ли вам интересно, но я нашел в предгорьях библейской горы Арарат нечто уникальное и удивительное, – глаза Ольги вожделеюще распахнулись.

Иван Тимофеевич встрепенулся. Он снова молод, красив, перспективен и чертовски успешен.

– Не томите меня, Иван, прошу вас! Что там было?

– Я предполагаю, это то самое копье Бога или, как его еще называют, Копье Судьбы. Наверняка, это величайшая археологическая находка современности, способная перевернуть традиционное представление об истории, о месте человека во Вселенной.

– Я не понимаю вас.

– Копье Судьбы – это то самое копье, которым римский легионер проткнул подреберье Иисуса, прекратив его страдания на кресте. Считается, что обычное римское копье при соприкосновении с кровью и телом Сына Божия приобрело небывалую магическую и мистическую силу. Есть поверье, что тот, кто обладает копьем Судьбы, будет править миром!

– Как интересно!

– Долгое время копье считалось потерянным. Ходили легенды, что копье хранилось в закромах ордена тамплиеров. Другие исследователи считали, что копье в свое время держал в руках русский царь Иван Грозный. Были свидетели, которые утверждали, что с копьём не расставался французский император Наполеон. История этого артефакта крайне запутанная и таинственная.

– Иван, у вас такая замечательная профессия. Как я вам завидую!

– Да. Я с вами согласен. Правда, в нашем государстве сейчас мы в не в почете.

– Я уверена, что скоро ситуация изменится к лучшему, – Ольга подалась вперед, юбка понялась на пару сантиметров, блузка еле сдерживала пышную девичью плоть, – продолжайте, Ваня!

– Я по-постараюсь, – неуверенно продолжил раскрасневшийся Иван Тимофеевич, – армянская гора Арарат – одно из знаменитейших мест планеты, с которым связано множество библейских сюжетов. Испокон веков там проходили торговые пути, культурный и научный обмен между древнейшими государствами.

– И?

– И я нашел Копье Судьбы. По моему мнению, оно хранилось в древнем армянском монастыре почти две тысячи лет. Храм был разрушен во время армяно-турецкой войны 1920 года. Бежавшие в спешке армянские монахи, не рискнули забрать копье с собой и надежно спрятали его в катакомбах под храмом. Я случайно наткнулся на тайник летом этого года, два месяца назад. Вот, собственно и все.

– И где оно?

– У меня.

– Его можно увидеть? – Ольга раскраснелась, пышная грудь волнообразно воздымалась над кухонным столом.

– Можно, – Иван Тимофеевич видел, как сладострастно смотрела на него девушка. Вероятно, это побочное действие Копья Судьбы. Другого объяснения не было. Девушка излучала вожделение и пожирала кумира глазами.

Если бы Иван Тимофеевич знал, что Ольга и правда смотрит столь страстно на него из-за Копья Судьбы, просто под несколько иным углом, чем казалось русскому археологу, многое можно было бы изменить. Но…

– Один момент, – сказал Иван Тимофеевич и вышел из кухни.

Вернулся удачливый археолог через минуту, неся на вытянутых руках пластиковый пакет.

– Помогите мне, Ольга, – попросил Иван Тимофеевич, – держите.

Археолог передал пакет Ольге. Достал из пакета газетный сверток. Несколько слоев газетной бумаги, потом еще прозрачный полиэтиленовый пакет, затем промасленная бумага. На кухне запахло машинным маслом. Наконец, на свет появился ржавый кусок железа сантиметров сорок в длину, лишь отдалённо напоминающий копье времен Великой Римской Империи.

– Это оно? – тонкие пальцы с безупречным маникюром коснулись ржавчины.

Ничего не произошло. Мир не перевернулся. Искры, брызги, фонтан эмоций, где все это? Железяка, как железяка. Причем ржавая. Восторженность медленно сползла с лица Ольги. Иван Тимофеевич заметил разительную перемену в настроении прекрасной спутницы.

– Вам не верится? – спросил Иван Тимофеевич.

– Я надеялась увидеть что-то иное. И я не чувствую силы, магии, восторга.

– Не все ощущают силу Копья Судьбы. Для кого-то – это обычный кусок ржавого железа. Понимаете ли, Оленька, Копье усилит возможности правителя, если в нем есть потенциал. Нам, простым смертным оно не принесет ровным счетом ничего.

– Вы уверены, что это именно Копье Судьбы?

– Сомнения есть, конечно. Но этот кусок ржавого железа лежал в древней шкатулке из ливанского кедра. К сожалению, дерево не хранится долго, и шкатулка буквально рассыпалась у меня в руках. Я успел лишь сфотографировать шкатулку. На ее крышке находилась прелюбопытнейшая надпись. Смотрите.

Иван Тимофеевич достал из папки большую фотографию 20 на 30 сантиметров. Ольга увидела деревянную дощечку со странными буквами на поверхности. Какие-то иероглифы? – подумала девушка. Допустим, что дальше?

– Это древнеармянский язык, – сообщил Иван Тимофеевич, – точный перевод я еще не сделал. Но вот эта строчка гласит примерно следующее: «кровью Бога окроплённый металл».

– Да?

– Я могу, конечно, ошибаться. Процентов на семьдесят-восемьдесят – это настоящее Копьё Судьбы. Вот так!

– Можно подержать?

– Держите. Только не уроните. Здесь каждая песчинка на вес золота!

Ольга осторожно приподняла артефакт, килограмма полтора, подумала она. Вдруг ей показалось, что кончики пальцев слегка покалывают, как от иголок. Что это? Не ужели у нее потенциал победителя?

Ольга подняла Копье Судьбы высоко над головой. Что произошло дальше, девушка плохо помнила. Иван Тимофеевич заметил в глазах спутницы какой-то странно-первобытный блеск, отшатнулся, но было поздно. В место, чуть пониже солнечного сплетения, Иван Тимофеевич получил сокрушающий удар. Мир померк, в сознании несчастного археолога промелькнули библейские картинки распятия Христа, вдруг стало жарко и душно. На мгновение русский археолог очутился в аравийской пустыне. Он упал на колени, посмотрел на ослепительное полуденное солнце, и с улыбкой испустил дух. Умереть от Копья Судьбы – это тоже часть великой истории.

Ольга очнулась, когда заматывала тело Ивана Тимофеевича в простыню. Зачем? Она остановилась. Кинула поверх убитого едва знакомого мужчины покрывало. Прошла по комнатам, скидывая на пол книги, сервизы, рамки с фотографиями. Пускай, полиция думает, что грабители, что-то искали. На глаза Ольге попался походный рюкзак Ивана Тимофеевича. Она кинула туда сверток с Копьем Судьбы. Погасила свет и ушла. На лестничной клетке ее никто не видел. Никто не слышал цокающие шаги по кафельному полу подъезда номер два дома номер тринадцать по улице такой-то…

Ух! Я оторвался от монитора. Перечитал написанное. Не шедевр, конечно. Хотя, кто его знает, что будут читать потомки лет через сто. Сколько на свете неизданных книг? И не плохих, спешу заметить. А сколько можно было бы не издавать? Ты, главное пиши, Сережа, а время тебя рассудит, успокоил я себя.

Зазвонил телефон. Опять не выключил звук? Звонил Валера:

– Привет, старик!

– Здорово, Валера!

– Ты сегодня не на работе?

– Отдыхаю.

– Поможешь?

– Чем?

– Теща затеяла ремонт, надо мебель из одной комнаты перетащить в другую. Сам понимаешь, через месяц перемещаем в обратную сторону.

– Без меня никак?

– Серега! Выручай, брателло! За мной не заржавеет, ты же знаешь. Там делов-то на двадцать минут. Не нанимать же целую бригаду?

– Хорошо, я подъеду. Когда быть?

– Раньше начнем, раньше выйдем. Приезжай прямо сейчас. Я буду через пятнадцать минут.

– Хорошо. Не опаздывай.

– Что ты говоришь? Когда я тебя заставлял ждать?

– Всегда.

– Обижаешь.

– Ладно. Все, до встречи.

На самом деле, трудно найти более непунктуального человека, чем Валера. Он обязательно опоздает, я был уверен. Потом извинится, раскается, но все равно в тысячный раз опоздает. Я пробовал опаздывать на полчаса, на час. Валера умудрялся приходить позже меня. Я взял рукопись с собой: почитаю, если что.

Через двадцать пять минут я стоял у нужного подъезда. Валеры не было. Я набрал его номер, он коротко ответил: минуту, старик, я на подъезде. «Я так и знал, я так и знал», – пропел я популярный мотивчик. Вернулся в машину. Открыл рукопись Керна на заложенной странице: