Ты просто забудь меня

Глава 1

Считай вздохи… Просто считай вздохи, Эйден.

Англия, Кардифф

Семь лет назад…

– Дорогие студенты! Сегодня начинается новый учебный год, который, без сомнения, принесет вам огромный багаж знаний, – голос мисс Духовски звучит уверенно и громко, она ставит нас перед фактом неизбежности начала нового семестра и окончания летних каникул. Мучительно слушая ее проникновенную речь, мы наконец-то дожидаемся заветных слов:

‐Поздравляю, и пусть этот год вам принесет удачу!

А затем, с облегчение, расходимся по своим делам.

Так… должно быть этот корпус, затаскиваю свой чемодан на крыльцо. Этаж второй, номера: 324, 325… О, чудо! 327! Что?! Какого черта! Я снова пересчитываю комнаты, пытаясь осмыслить происходящее, когда из соседней двери появляется ярко-розовая макушка.

– Смотрю, тут не все могут оценить юмор. Всего-то заменила одну цифру, и вот ты уже битый час не можешь понять, в чем дело, – весело заявляет девушка.

– Я Лэсли, можно просто Лэс. Заходи, это 326-я комната. – Небрежно махнув рукой в сторону своего пространства, она приглашает меня. Я, молча следую за этой местной чудачкой.

Переступив порог, сразу бросаются в глаза два очевидных факта этой комнаты:

Правая часть – настоящий карман клоуна, царство Лэс с перьями, ярко-розовыми стенами, блестками и стразами. Изумрудное кресло и подушка, излучающая все самые яркие оттенки, шторы в тон… не говоря уже о роскошной люстре в стиле бохо, туалетный столик с огромным зеркалом, которым вся эта радуга демонстративно завершает картину.

Левая часть – как владения скромной монахини из воскресной школы святого великомученика. Стол, стул и полка. Ничего яркого, ничего вызывающего. Отличо… Кажется, я выбрала стиль монашки.

– Прости, но я не услышала твоего имени?

– Потому что я его не говорила. Эйден. – Я думала, Эйден – мужское имя.

– В точку. Я была мужчиной до этой осени. Проснулась 1 сентября… и, о боже, да я же ДЕВЧОНКА!– говорю с сарказмом, не стараясь казаться весёлой и непринуждённой.

Лэс заливисто смеется, ее смех искренний и заразительный, что позволяет мне немного расслабиться.

– Эйден Смит. Не люблю сокращения и прочие сопли. Я здесь учусь, так что мальчики, интрижки – всё вне этой комнаты. Усекла?

Лэсли многозначительно посмотрела на меня.

– Лэсли Чэн. Студентка, филантроп, волонтер, вегетарианка. Люблю животных и вечеринки, – с наигранным деловым видом заявляет она.

– Ясно, никаких собак и кошек.

– Ты всегда такая?

– Какая?

– Как будто тебя кто-то обидел…

Я лишь замолкаю и начинаю разбирать свои вещи, под отвратительный музыкальный вкус своей соседки.

После чего Лэс долго рассказывает о себе : она на половину кореянка, на половину американка, отец – посол южной Кореи в США, а у мамы сеть кофеин " Брейди", они в разводе, у неё есть любимый пёс, и да, слава богу он живёт у мамы и есть брат, который после развода остался с отцом.

Лэсли Чэн никак не успокаивается и уговаривает меня пойти на вечеринку в честь нового учебного года. Бред конечно. Но, в конце концов, я сдалась, пошла, но на своих условиях, а именно никакого макияжа, платьев, перьев и сомнительных напитков.

Глава 2

Наши дни. Нью-Йорк.

– Эйден, где тебя черти носят?! – Вопит мой босс. – Съемка начнется через час! Мы не должны задерживать звезду! Его агент порвёт здесь всех!

Часть криков я пропускаю мимо ушей, не теряя времени: разбираю оборудование, навожу свет, регулирую фон… – Он, черт возьми, Тейлор Свифт в бойцовском мире!

– Что? Тейлор1 теперь с каким-то бойцом? – Не уловив сути, спрашиваю я.

Дэнни лишь махнув рукой, уходит в свой кабинет. Все готово, мы ждем… звезду. Он опаздывает на час… на полтора. И вот, с порога слышится шорох и возня. Дэнни, как самый настоящий жополиз, уже готов к своей работе и начинает купать звездулю в комплиментах. Я же внутри взрываюсь от такой наглости. Надо же! Один раз засветился на телике, и вот сразу можно нарушать обещания, опаздывать – и это я еще совсем мало знаю.

Повернувшись, пытаюсь пристрелить взглядом этого нелепого бойца, как вдруг простреливает собственное тело… Я знаю, этого мудака, он тот, кто разрушил меня! Его имя нельзя произносить вслух! Мэт Галон! Мэтью Гризли Галон! Вот же судьба, мне выпала съемка с этим ничтожеством!!

Как ни странно, на секунду мы встречаемся взглядами, и он застывает, но лишь на миг. Затем, быстро скользнув по мне, он надевает на лицо маску «я-первый-раз-вижу-тебя», приближается, улыбается и приторно произносит:

– Здравствуйте, Мэт Галон.

– Здравствуйте, Эйден Смит. Вы опоздали на полтора часа, надеюсь, вытаскивали эту улыбочку из своей…

– Мистер Галон! Прошу вас! – Гардеробная там, – вежливо подталкивает его Дэнни. Они идут переодеваться.

Вернувшись, босс сверкает в меня своими злыми глазами, что означает, что мне не избежать порции истерики от него, но позже.

Мистер Заноза в заднице выходит в трусах известного бренда. Конечно, куда без накаченного тела звезде бойцовских единоборств… шрам в районе рёбер напоминает о ситуации в колледже, когда я нагло облизнула его кончиком языка. Я встряхиваю голову, пытаясь вернуть себя в нужное русло, и мы начинаем работу.

…Спустя два часа, четыре образа были собраны и отработаны. Это значит, что Гризли скоро свалит снова из моей жизни, и, конечно, фанатки будут визжать и писать кипятком при виде этого тела. Еще бы: идеальный пресс, короткие тёмные волосы, густые брови, карие глаза, огромные плечи, большие и теплые руки… рост около двух метров и бесконечное количество тату – высший класс, королевский стандарт.

Закончив собирать оборудование, я отправляюсь в кабинет босса, настроивших на разборки.

Выслушав тираду от Дэнни, медленно иду к выходу, прокручивая весь день в своей голове. Выйдя на улицу, поджигаю сигарету и делаю глубокую затяжку. Я бы не смогла справиться без них, моих верных подруг Winston Light2. Закрыв глаза, я немного расслабляюсь, ветер дует, волосы разлетаются. Вдруг резкий рывок, и из моих рук исчезает сигарета!

Я открываю глаза в полном ужасе и вижу, как эта самонадеянная рожа запихнула себе в рот МОЮ сигарету и нагло закурила… ЧЕРТ!!!

– Ну как дела, Эй Ди? – делает паузу, будто я недалекий репер, с примитивным ником.

– О, вспомнил меня, мистер Гризли??

– Мэт. Ненавижу это тупое прозвище.

– Понятно. Так вот, мистер Гризли! Не могли бы вы сесть в свой внедорожник и свалить в закат? – заявляю я, стараясь передать всю свою ненависть.

– Сделаю так, только знаешь что, мисс Обаяние, я нанял вас своим фотографом. Ближайшие три боя и подготовку к ним вы снимаете и фотографируете. Завтра позвоню… и до встречи, ёжик.

Я делаю глубокий вдох и достаю еще сигарету, боже, помоги мне…

Глава 3

Англия, Кардифф

Семь лет назад…

Ну, вот и вечеринка. Я намеренно не надеваю ничего вычурного – только топ, шорты, высокие сапоги и вязаный пыльник бежевого цвета. Волосы распущены, на лице ни капельки косметики. Лэс, как мой антипод, разодета, словно на последнюю вечеринку в её жизни… Кроп-топ, джинсовая мини-юбка, высоченные каблуки, что добавляют длины ее бесконечным ногам, на щиколотке красуется браслет с сердечком. Красивые розовые локоны весело подпрыгивают при каждом шаге. Вокруг все не сводят с неё восхищенных глаз, а я плелась с безразличным видом сзади. Мне не хватало только плаката в руках с кричащим лозунгом" В ГРОБУ Я ВИДЕЛА ВАШИ ВЕЧЕРИНКИ"

– О, ребята! Привеееет! – Мы подошли к компании парней и девушек, что сидели на мягких диванах. Устремив взгляды на нас, они начали здороваться с Лэс и заинтересованно смотреть на меня.

– Это Эйден, моя соседка, – представила меня Лэсли. Я морщусь, но, несмотря на это, машу всем: – Привет!

– Эйден из США и, похоже, не в духе сегодня, – поясняет соседка причину моей кислой мины.

– Возьми, – протягивает мне красный стакан с какой-то жидкостью друг Лэс. Я вежливо отказываюсь и убираю стакан в сторону. Затем вижу бутылку неоткрытого пива, подхожу к барной стойке… только хочу её взять, как крепкая рука выхватывает у меня добычу. Хмурюсь и перевожу недоуменный взгляд… что за…?

– Прости, я тоже хотел пиво, – кривая ухмылка накрывает его идеальное лицо. Я оцениваю пару секунд: карие глаза, высокие скулы, мощная челюсть, чёрные волосы, одна прядь упала на лоб…

– И поэтому решил поступить, как говнюк? Где твоя скорость, братан? Чего раньше не подошел? – сама себя корю за это нелепое слово, мне оно придаёт мальчиковости, будто я какая-то лесби-феминистка. Ну да ладно, может, не заметил.

– Братан? – Он начинает громко, раскатисто смеяться. – Я Мэтью, можно Мэт.

– Эйден, – бурчу я, опуская взгляд на чёрные ногти.

– ЭййййДен, – будто пробует на вкус моё имя. – Ты скромняшка-монашка у нас?

– Я просто монашка. Предпочитаю тихо молиться в комнате, чем посещать такие места, – обвожу рукой помещение.

Мэт смеется еще больше.

– Ты очень весёлая монашка. Но монашкам нельзя ходить в таких топах. Потом, подхватив прядь моих медных волос, приподнимает её, намеренно скользнув по левой груди кончиком, а затем заправляет за ухо, опуская лениво руку, как будто нет ничего интимного в этом невольном прикосновении. Я же стою, как истукан, и не могу ничего сказать. Тук, тук, тук… считаю удары сердца. Соберись, Эйден!

– Мэтти, малыш! – Мы оба поворачиваем головы и видим блондинку в экстремально коротком платье. Она улыбается, сверкая своей неотразимой улыбочкой, закинув руку на шею Мэта. Возможно, случайно, но я сильно сомневаюсь,… Она выливает на меня содержимое своего бокала. Мой топ намок, и соски предательски встают от холода. Решив, что вот он, конец вечеринки, я резко кинулась к двери.

В след, словно издеваясь, слышу слащавое:

– Извини…

М-да… год будет "весёлым"… – Бурчу под нос. – Вот же черт, зачем потащилась туда? Там одни мудаки и стервы!!

– Интересно, я мудак? – догоняет меня в два шага мистер Совершенство.

– Слушай, Мэтти. Я не знаю, какого хрена тебе надо от меня, но я не настроена весело потрахаться, а потом полжизни вспоминать тебя. У меня другие принципы и цели, понимаешь? Есть вещи важнее этого всего.

– Не могу в это поверить, нет ничего важнее, чем покататься на члене Мэтью Галона, – гордо заявляет он, и мы оба начинаем смеяться.

– В каком корпусе ты живешь? Я провожу тебя, не могу допустить, чтобы ты случайно споткнулась о член другого мудака.

Глава 4

Англия, Кардифф

Семь лет назад…

Следующие две недели я живу по расписанию: учёба-дом-учёба. Мое дело – не светиться, вести тихую и размеренную жизнь. Эту фразу я повторяю как мантру с начала учебного года.

Так, сидя на лекции по искусству эпохи Возрождения, я печатаю на своём ноутбуке информацию, которая в реальной жизни, скорее всего, мне не пригодится, но для зачета необходима.

"…Основные характеристики искусства Возрождения:

Гуманизм:

Акцент на человеке, его способностях и достижениях, что нашло отражение в произведениях искусства, прославляющих красоту и силу человеческого тела…" на последней фразе невольно вспоминаю тело малоизвестного мне человека – Мэта Галона. Сбиваюсь с мысли и начинаю печатать дальше, как вдруг бульк. Оповещение о новом сообщении на мою почту. Сворачиваю текст и открываю электронное письмо:

"Привет, ёжик! Вспоминаю твои колкости, как насчёт кофе сегодня в Sturbucks3?" Отправитель – Мэтью Галон.

Быстро сворачиваю сообщение, оглядываюсь по сторонам, надеюсь, что никто не заметил… фух. Как вдруг, бульк! ЧЕРТ!!!

– Мисс Смит, у вас есть дела важнее моей лекции по искусству Возрождения?

– Нет, сэр. Прошу прощения за столь неподобающее поведение.

– Конспект вам очень пригодится во время зачета, прошу внимательно меня слушать. – Говорит он скрипучим и гнусавым голосом, направляя взгляд свои поблекших глаз на меня. Невольно замечаю, как редкие волосинки, что на его облысевшей макушке встали дыбом, закусываю нижнюю губу, стараясь не засмеяться и сосредоточиться на гребаном реализме!

Открываю последнее сообщение:

"Мистеру Уоткинсу давно пора надеть парик, так будет возможность склеить хоть одну девчонку, не прибегая к тошнотным познаниям в реализме".

Я подношу кулак к губам и делаю вид, что кашляю, на самом деле не зная другого способа скрыть смех.

Эйден:

Дорогой Мэтти! Боюсь, я очень занята, у меня нет времени на Starbucks4, тем более, когда вы под надзором. – Улыбаюсь экрану. Блеск!

Ответ не пришел до конца лекции. Я уверена в непоколебимости своих аргументов, хлопаю крышкой ноутбука и гордо иду в кафетерий.

Проходя мимо технической комнаты, чувствую, как кто-то хватает меня за плечи и тянет туда. Готова визжать и ударить мудака в то самое место, он резко ставит блок и закрывает мой рот.

– Тсс, колючка, это всего лишь я, Мэт. Ты ревнуешь?

– Чего? Ты сошел с ума? Что вообще происходит?

– Зачем тогда говоришь, что я под надзором? С Валенсией всё было кончено еще, когда она трахнулась с вратарем хоккейной команды.

– Я рада, что ты понял, какая она сволочь, но прости, причем здесь я? Мне не интересны отношения, походы в кафе и прочее.

– У тебя есть парень?

– Нет.

– Религия?

– Я атеист.

– Тогда сегодня, в 20:00, в Starbucks. И чтобы быть уверенным, я заберу это. – Он выхватывает мой телефон и вылетает в коридор! Вот же козлина!! Взвыв, я выхожу в коридор, и что я теперь буду делать за обедом?!

Глава 5

Наши дни, Нью-Йорк

– Эйди, проснись! Я очень хочу кушать!

– Боже, букашка, сейчас 7 утра, дай поспать хотя бы ещё 30 минут…

– Всё, я умираю от голоду!

– От голода…

Шестилетний актер без Оскара ложится на пол, изображая голодный обморок.

– Да встаю я, встаю!

Расставшись со своей любимицей – мягкой подушечкой, я встаю с кровати и тащу свой зад на кухню. По дороге, конечно же, не остаётся не замеченным факт мужских ботинок в коридоре.

– Это новый парень Лэс? – подаёт голос мой племянник Алекс.

– Нет, это её новый мотоцикл. – Отвечаю я, не заботясь о том, как этот парнишка понял мой сарказм.

С Лэсли Чэн мы неразлучны уже семь лет. Я сама порой не понимаю, как так вышло, но факт остается фактом. Она всё так же меняет мужчин, как перчатки, а я всё так же стараюсь не замечать и не запоминать их.

– Ты помнишь про мои соревнования завтра?

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

– Конечно, мой мужчина, я всё помню. А что если на них, допустим…

– Я понял, ты не сможешь. – Спокойно говорит он.

– Ты всё не так понял! Я отвезу тебя и буду рвать глотку за своего медвежонка.

– Ладно, Эйден, не надо ехать. – Говорит напуганный малыш, а меня разбирает смех.

Печатаю смс на оставленный номер.

Всё предусмотрено, как всегда, Галон закинул визитку в карман моей куртки.

"Здравствуйте, мистер Гризли! К сожалению, завтра я смогу лишь в 15:00." – Отправляю.

Откладываю телефон и готовлю любимые блинчики для племянника. Включаю на всю Lana del Rey – Summertime.

Как вдруг сзади слышу мужской голос:

– Мм, чем тут у нас пахнет?

Обернувшись, вижу парня лет 30, смазливого и накаченного, стандарт Лэсли.

– У нас? Ты вообще кто? – Спрашиваю я резко.

– Брэд.

– Если не Питт, то можешь свалить отсюда.

– Да ладно тебе, я тоже голоден. – Говорит прожорливый Брэд.

Поворачиваюсь в его сторону.

– Слушай сюда, ковбой, твой заезд окончен. Ты свободен. – Тычу в него лопаткой, затем выразительно указываю на дверь, надеясь, что Брэду на самом деле хватит мозгов, чтобы всё понять.

– Понял, ухожу. – Поднимает руки и идёт, попутно натягивая свою рубашку. Как только достигает двери, раздаётся звонок в дверь.

– Да что ж такое!

Иду открывать, а Алекс, как моя верная охрана, следует за мной. Открываю дверь и застываю. Ну и картина. Сам мистер Засранец стоит передо мной, и из его ноздрей вот-вот повалит пар, как у быка.

– Это что, Мэт Галон? – Слышу очередную реплику Брэда не Питта5.

– А ты, блять, кто такой? – Без церемоний спрашивает Мэт.

– Я…

– Никто, давай уже, свали. – Отрезаю я.

Брэд обиженно выходит из дома.

– Это правда, Мэт Галон? – Раздаётся детский голос за моей спиной.

Боже…

– Да, это я, – более мягко говорит Галон.

– Что ты хотел, Гризли? – Спрашиваю я, скрестив руки на груди.

Он проходится взглядом по моим голым ногам, затем застывает в области груди и поднимается к лицу.

– Хотел узнать, почему ты меняешь планы на завтра?

– Потому что твои съёмки стали неожиданностью для меня. У меня есть более важные дела, чем тешить твое раздутое эго, создавая красивые фото.

– И что это за дела такие? Мэт опускает мои колкости.

– А с каких это пор я должна отчитываться? – Взрываюсь я.

– Она повезёт меня на соревнования по карате, – отвечает Алекс за меня.

– Отлично, парень, в какое время твои соревнования? Я мог бы тоже там побывать. – Ласково говорит Мэт.

– Кстати, скажи, сколько лет такому здоровяку?

– Шесть. – Отвечает, всё ещё ошарашенный Алекс.

– А вы точно сможете прийти? Если я скажу парням, они просто не поверят. Это круто.

– Назови время.

– С 12 дня до 14, сэр.

– Я буду. И зови меня просто Мэт.

– Хорошо, Мэт. – Все еще не веря, Алекс смотрит на Мэта, как на рождественский подарок.

– Алексу нужно покушать, а то опять упадёт в голодный обморок, – говорю без капли веселья.

На что Галон вылупляет глаза. Дурак. Думал, я в серьез.

– Ну я же шутил. – Начинает гундеть мелкий, но, увидев мой выразительный взгляд, бежит на кухню.

– Ему шесть лет? – Зачем-то переспрашивает Мэт.

– Ты же слышал, – спокойно отвечаю я.

– Но… – Сложив в своем умишке года и придя к определённым выводам, он выдаёт:

– Эйден, если это мой сын, лучше сразу скажи мне. – Шепотом произносит эти слова.

– Это не твой сын.

– Но семь лет назад ты была со мной… – возражает он.

– А мой брат спутался с шлюхой-

моделью по имени – Мила Сэлл, вот такие совпадения. Она родила Алекса, выкачала крупную сумму с брата и свалила в закат, махнув своими платиновыми волосищами. Выдрала бы их все. – Последнюю фразу я говорю про себя.

– А почему он живет не с отцом? – И на него находит озарение.

– Правильно, пока отец в розыске, он под моей опекой. Уже четыре года я его опекун.

Глава 6

Англия, Кардифф

7 лет назад…

– Так ты говоришь, что любишь рисовать, делаешь художественные фотографии и читаешь русскую литературу? – спросил он.

– Я не говорила этого, ты прочел это в моем профиле на Facebook6, – ответила я, демонстрируя свое безразличие к беседе и его дешевым уловкам.

В этот момент к нашему столику подошла официантка, переводя взгляд с меня на Мэта, словно пытаясь выяснить, кто мы друг другу.

– Ореховый латте на кокосовом молоке, пожалуйста, – сказала я.

– Фирменный Раф, – добавил мой собеседник, при этом его взгляд оставался устремленным на меня.

Официантка кивнула и ушла.

– Начнём сначала. Я, Мэтью Галон, родился и вырос в Бостоне, в многодетной семье. С детства любил спорт, занимался хоккеем, боксом и бразильским джиу-джитсу. Теперь джиу-джитсу занимает большую часть моих тренировок.

– Ого, – киваю я, одобряя его любовь к спорту.

– А ты? Кто твои родители? – поинтересовался он.

– Погибли, – коротко ответила я. – Следующий вопрос.

– Извини, я не хотел сразу затрагивать эту больную тему, – Мэтью, смущенно потирая затылок.

– Ничего, – в полголоса произнесла я. – Мы с братом остались вдвоем, когда ему было 19, а мне 12.

– Мне жаль…

– Мне тоже, – добавила я едва слышно.

Неловкую паузу нарушила официантка

Таня – это имя было написано на бэйдже.

– Фирменный Раф и ореховый латте на кокосовом молоке для вас, – произнесла она с широкой улыбкой. Ее лицо светилось добротой.

Следующие два часа прошли в легком диалоге. Я узнала, что он ненавидит оперу и предпочел бы горы и снег, в то время как я не могу жить без океана. Так же выяснилось, что родители Мэта – отец – судья Генри Галон и его жена, итальянка по происхождению, Мария – Антуанетта Галон, младшие сестры -близняшки Лиззи и Дебби, которым по 16 лет и старший брат Николас ему 24 года.

Я слушала его, стараясь избегать обсуждения своей трагедии: родителей убила мафия, и главный ее босс – отец моей матери. Брат, стремясь отомстить, возглавил мафиозный клан в Америке. Долгое время мы жили в Нью-Йорке, я находилась круглосуточно под охраной людей из его клана, но затем меня сослали в Англию. Я осталась одна, и моё будущее казалось туманным. Каждый раз, вспоминая о том, что у меня нет семьи, сердце разрывалось на части.

– Эйден, может, прогуляемся? – спросил Мэтью, изучая меня своим внимательным взглядом. Не в этот раз, парень.

– Хорошо, мне пора домой.

Тень огорчения проскользнула в его глазах. Общение с Мэтью было легким и непринужденным, но я боюсь сближаться с кем-либо.

– Значит, пойдем к твоему корпусу, – сказал он с улыбкой.

Я не стала возражать: мне и самой этого очень хотелось. Как я узнала, Галон жил не в общежитии, а в большом доме со своим братством.

На пути к моему личному укрытию все вокруг пялились на нас, кто-то даже пытался сделать фото. Я старалась прикрыть лицо, как будто была звездой, прячущейся от папарацци. Это было важно для моей безопасности, мне нужно было слиться с окружающей обстановкой – быть серой мышкой, скрывающейся от ненужных глаз. Однако в местных пабликах уже появились фотографии нашей "прогулки".

Глава 7

Англия, Кардифф

7 лет назад…

– "Первокурсницы в этом году хваткие, забирают самых горячих парней". "Мэт Галон задает тренд на серых мышек." – прочитав очередную заметку, я вздохнула.

– Ой, ну и чушь они пишут, – старалась успокоить меня Лэс.

Я задумалась: заметны ли мои переживания?

– Лэс, как думаешь, мое лицо видно на фото? – Здесь 80% твоей милой мордашки под шарфом, а тут под капюшоном.

– А что, Смит? Прячешься? – спросила она с подозрением.

– Нет, просто не хочу, чтобы меня знала каждая собака в колледже. С начала семестра прошло всего две недели, – добавила я, почувствовав горечь.

Если бы Лэсли только знала, что я скрываю… Но я не могла тащить в это болото и её.

Следующие две недели мы постоянно пересекались с Мэтью. В столовой, на парковке, в библиотеке и даже на встрече волонтеров – это была затея Лэсли.

Он садился за наш столик во время обеда, и хотя мы почти не говорили, пару фраз о погоде и предстоящей вечеринке произнести успели.

Кажется, окружение привыкло к тому, что самый горячий парень колледжа предпочел общество невзрачной девчонки. Я же хотела затеряться в обстановке и не выделяться. Сообщения с угрозами приходили на мой телефон, требования немедленно ехать и встретиться с родней в Италию. Пф. Родственники. Где они были, когда мы остались одни с Максом? Почему позволили гибель моих родителей? Я старалась изо всех сил игнорировать их.

– Земля вызывает Эйден! – позвала меня Лэс. Я посмотрела на нее, завидуя ее шутливому стилю. Сегодня она одета в стиле аниме, что отлично подчеркивало ее корейские корни: короткая юбочка с цепочкой сбоку, белая рубашка с большим воротником и бантиком, укороченный кашемировый кардиган и высокие сапоги с виднеющимися чулками.