Супергерой для Золушки – 2: Выбор

3

– Простите, вы не видели здесь девушку? – Спросила Варя у женщины, сидящей в очереди возле одного из кабинетов.

Она уже сбилась со счета, сколько конкретно возможных свидетелей в больнице успела опросить.

– Девушку? – Прищурилась незнакомка.

И метнула взгляд на дверь кабинета: уж очень ей, видимо, не хотелось пропустить свою очередь.

– Да. – Принялась объяснять Варя, осторожно покачивая малыша в своих руках. – Темные волосы, убранные в низкий хвостик, мятые брюки, похожие на спортивные, кофта… кажется, серая. Или синяя. – Она мотнула головой, пытаясь восстановить в памяти короткое мгновение знакомства с Мариной. – И кеды. Кеды. Грязно-белые с черной полосой и со шнурками.

– Нет. – Нахмурилась женщина. – Нет, не видела.

– А, может, вы? – Обратилась Варя к сидящему рядом с ней мужчине.

– Не видел. – Сухо ответил тот и отвернулся.

– А вы? – Переместилась следователь дальше.

Но все отвечали отрицательно.

В больнице, куда каждого привели свои беды и проблемы, никому и дела не было до какой-то девушки, сидевшей когда-то рядом с ними в очереди.

– Варвара Николаевна! – Окликнули ее со спины.

Она обернулась. Это были запыхавшиеся оперативники – Олег и Руслан.

– Слава богу! – Прошептала следователь и жестом показала мужчинам, чтобы не шумели. – Что так долго?

– Мы примчались так быстро, как только смогли. – Раскинул руками Руслан. – Что стряслось?

– А это что? – Покосился на сверток Олег.

– Димулька. – Виновато улыбнулась Варвара.

– Кто? – Нахмурился Руслан, склоняясь над свертком.

– Из-за него я и попросила вас приехать. Давайте, отойдем. – Она кивнула в сторону коридора. – Дело в том, что с Артёмом случилось несчастье, он утром выпал из окна, ударился и повредил руку. – Варвара повысила голос. – Надеюсь, что только руку… – Ее пульс опасно участился от волнения. – А когда я находилась в зале ожидания, ко мне подсела девушка, попросила посмотреть за ребенком и отлучилась в уборную.

– И? – Руслан расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. У него никак не получалось привести дыхание в норму.

– И не вернулась! – Сказала Варя и закусила губу.

– Подкидыш? – Вздернул бровь Олег.

– Ну…

– Так, стало быть, это место преступления? – Оживился Руслан, оглядываясь.

– Нет! – Твердо заявила Комарова.

– Нет? – Он нахмурился.

– Уверена, что нет. – Произнесла Варя и поправила уголок пеленки возле лица младенца.

– Ты вызвала соцслужбу? – Поинтересовался Олег. – Звонила нашим?

– Я вызвала вас! – Попыталась оправдаться Комарова.

Олег кашлянул и посмотрел на напарника. Оба мужчины выглядели весьма озадаченными.

– Николаевна… – Руслан почесал затылок. – Ты ведь понимаешь, что это как бы… не наш профиль…

– Мы не ищем пропавших матерей. – Подтвердил Олег.

– И ты знаешь, как положено. – Придал серьезности голосу Руслан. – Нужно вызвать представителя социальной службы и передать им ребенка.

– Исключено! – Вспыхнула Варя и крепче прижала к себе сопящий комочек.

Она и сама не понимала, что руководило ею в этот самый момент. Просто грудь сдавило, и дышать вдруг стало тяжело от одной лишь мысли, что маленького Димульку нужно будет отдать кому-то постороннему.

– Ну, я не знаю… – Растерялся Руслан.

– А что будет, когда он проснется и заорет? – Серьезно спросил Олег. – Ты знаешь, чем кормить младенцев, если рядом не оказалось материнской груди? Знаешь, что тебе понадобятся подгузники и вся эта прочая… ерундистика! Знаешь, что тебе будет за то, что ты сразу не обратились в Полицию?

– Мы и есть Полиция! – Воскликнула Варя и тут же снизила тон голоса до шепота. – Вы – Полиция. Вы поможете мне, опросите здесь всех, узнаете, может, кто-то видел эту девушку, просмотрите записи камер, если они есть.

– Варвара Ник… – устало начал Олег.

Но Комарова резко его оборвала:

– Марина! Ее звали Марина. Волосы темные, в хвостик, вот так. – Она показала на себе свободной рукой. – Средний рост, телосложение как у меня. Примерно. – Следователь неловко пожала плечами. Кофта серая, на замке, застегнута до середины. Брюки мятые, похожи на спортивные, цвет… цвет темный. На ногах кеды. Белые, с черной полосой. Ей не больше двадцати, выглядит неряшливо.

– И что дальше? – Спросил Руслан. – Что будет, когда мы ее найдем?

– Отдадим грудничка женщине, которая бросила его и свалила в неизвестном направлении? – Поддержал его Олег.

– А если она попала в беду? – Ухватилась за призрачную возможность Варя. – Если ее сбил автомобиль? Или ударили по голове и обокрали? Или…

– А если нет? – Руслан покачал головой.

– Тогда и решим. – Решительно расправила плечи Комарова.

– Как будто нам нечем больше заняться! – Хмыкнул Олег.

Варя знала, что он говорил это не со зла. В отделе и так было чересчур много тяжелой и срочной работы.

– Значит, нужно расправиться с этим быстрее. – Сделала жалобное лицо Варвара. – Ну, пожалуйста, ну?

– Хорошо. – Вздохнул тот.

– Просто… просто у нее были добрые глаза. – Добавила Комарова. – Возможно, это случайность. Возможно, у девушки случилось минутное помутнение. Мне… нужно просто увидеть ее и поговорить, понимаешь? А если сюда съедутся все службы, то мальчишку просто отберут и больше не отдадут ей. Мне не хочется, чтобы его забрали, увезли в спецучреждение, бросили там в кроватку и оставили в одиночестве!

– Возможно, его стоит показать врачу. – Сказал Олег. – Ребенок может быть болен чем-то.

– Покажем. – Пообещала Варя. – Покажем! Если за три часа не найдём эту Марину, я обещаю, что сама позвоню, куда следует. Ладно?

Девушка понимала, что поступает жутко непрофессионально, что думает сейчас, как женщина, а не как капитан и следователь, но по-другому почему-то не могла.

– Хорошо. – Вздохнул Руслан и перевел взгляд на Олега.

Тот выругался, а затем с любопытством зыркнул на Димульку.

– Черт с вами, ладно, я согласен. – Фыркнул он. – Давай, Николаевна, показывай, куда направилась эта твоя непутевая мамашка. Рассказывай всё, как было.

– Спасибо! – Обрадовалась Комарова. – В общем, я сидела вот здесь. Она подсела ко мне, мы перекинулись буквально парой слов, затем Марина пошла в туалет. Туда. – Она указала рукой направление. – И не вернулась.

– Понятно. – Олег двинулся по направлению к туалету. – О чем вы еще говорили? Нужно понять, куда она могла отправиться отсюда, каким путем вышла. А если она всё ещё в здании, то…

– Девушка! – Варю окликнула уже знакомая медсестра. – Девушка, вы приехали с Гринёвым по скорой?

– Я. – Кивнула Комарова.

– Тогда пройдёмте со мной.

4

Когда Варя вошла в кабинет, травматолог как раз давал Артёму рекомендации по лечению и какие-то наставления. Гринёв сидел на краю кушетки и внимательно его слушал. Он был раздет по пояс, из одежды на нём оставались лишь изодранные брюки. Сердце Комаровой больно кольнуло, когда она увидела громоздкую гипсовую повязку на его левой руке.

– Ох… – Беззвучно вздохнула девушка, замирая в дверях палаты.

Доктор даже не обратил внимания на ее появление, продолжил говорить в том же тоне, что и раньше. А вот Артем повернулся на звук и подмигнул ей. Ноги Вари едва не подогнулись от волнения: он улыбается, значит, всё хорошо. Но Гринёв тут же вопросительно нахмурился, заметив в руках девушки сопящий сверток.

– Это с вами? – Спросил врач, бросив в сторону Комаровой строгий взгляд.

– Да. – Неуверенно кивнул Артем, продолжая пялиться на Димульку.

– Тогда помогите пациенту одеться, – попросил Варю доктор, забрал со стола какие-то бумаги и вышел.

Девушка тут же бросилась к любимому:

– Ты живой! – Она наклонилась и чмокнула его в губы.

Впрочем, те даже не пошевелились в ответном движении: Гринёв едва не шарахнулся от приблизившегося к нему свертка с ребенком.

– Конечно, живой. – Хмыкнул он. – Мы же с тобой вместе в скорой ехали!

– Я уже не помню, всё как в тумане. – Призналась Варя, садясь рядом с ним на край кушетки. – Ужасно переволновалась.

– А это еще что? – Продолжал с подозрением коситься на младенца Артём.

– Да это так… – Дернула головой девушка. – Попросили подержать. Лучше скажи, что с рукой?

– Перелом. – Вздохнул Грин. – Ерунда. Наложили гипс, накачали лекарствами.

– Откуда тогда столько крови? – Принялась рассматривать его Варя.

Мужчина указал на повязку на плече:

– Царапина. Не сильно глубокая, ее зашили. Зацепился за железяку, когда падал. Чирк, и готово!

– Ужас… – Следователь сглотнула.

Бывает же такое в жизни! Комарова видела столько зверств, такое количество изуродованных трупов, обезображенных тел, раненых людей, что давно должна была обрести железное хладнокровие, но когда дело касалось ее близких, она неминуемо впадала в панику. Быть может, потому что всё знала о последствиях травм и потерях? Или потому, что просто была женщиной?

– Ты не хочешь отдать его… владельцам? – Спросил Артём, не отрывая взгляда от спящего Димульки.

– Да, отдам. – Она еще раз с трепетом вгляделась в любимое лицо Гринёва. Судя по мимике, ему всё ещё было немного больно, но самое главное, что он жив. Перелом – ерунда, скоро заживет. – Сейчас парни найдут его мать, и я верну малыша.

– Что значит найдут? – Не понял Артём.

– Она… сбежала. – Честно выдала Варя.

– Что? Как? – Гринёв даже отодвинулся немного. – А как этот ребенок оказался у тебя?

– Господи! – Варя шумно выдохнула. – Да ты только не переживай. Просто какая-то молодая дурочка дала мне его подержать в коридоре, сказала, что скоро вернется, и сбежала. Ты только не волнуйся, Руслан с Олегом уже ищут ее.

– Не волнуйся?!

– Тс-с! Разбудишь! – Цыкнула на него Комарова и принялась баюкать младенца.

– Зачем ты, вообще, взяла его? И почему не отдашь медикам?

Гринёв был явно ошарашен. В его глазах был целый океан непонимания.

– Потому что… не захотела. – Насупилась Варя. Она не ожидала такой реакции. Ей хотелось вцепиться в ребенка крепче, защитить его от всего мира. – Сейчас мать найдется, и я его отдам. Просто ни к чему малышу быть сейчас в руках у кого попало.

– В руках квалифицированных специалистов. – Уточнил Артём.

– В холодных казенных руках! – Надулась девушка.

Мужчина часто заморгал. У него, очевидно, кончились аргументы. Он неуклюже слез с кровати, взял со спинки стула окровавленную и надорванную футболку, повертел в правой руке, а затем швырнул в мусорную корзину, стоявшую у стены.

– Зачем ты выбросил? Нужно же накинуть что-нибудь. – Нерешительно произнесла Варя. Встала, выудила футболку, попыталась расправить, но у нее из свободных рук осталась тоже только одна.

– Так пойду. – Устало произнес Гринёв.

– А как же… – Она осеклась.

– Как же что? – Он пристально посмотрел ей в лицо.

Девушка протянула ему футболку и потупила взор.

– Ничего. – Прошептала она.

– Как же мои уродливые шрамы? Ты о них беспокоилась? О том, что их все увидят?

– Нет, Артём, я… – Варя облизнула губы.

Её совсем не беспокоили шрамы, оставшиеся после пожара на спине у Гринёва. Но, надо признаться, выглядели они достаточно неприятно, и это могло привлечь взгляды посторонних, от которых Артёму было бы не по себе.

Мужчина взял из ее руки футболку и неловко натянул на голову.

– Мне плевать, если кто-то их увидит, но если это тебя смущает… – Он нервно дернул ткань.

– Не смущает. – Пискнула девушка.

Она помогла ему продеть здоровую руку в рукав. Вторая, загипсованная, так и осталась под тканью.

– Меня вовсе не смущает. Я… я… люблю твои шрамы. – Сказала Варя, расправляя низ футболки. Ей хотелось провалиться под землю. – И твои шрамы, и тебя. – Добавила она, боясь посмотреть ему в глаза.

– Ты вызвала такси? – Сухо проговорил Артём.

– Нет, – спохватилась Варя, – сейчас.

Достала телефон из кармана и засеменила следом за Гринёвым, потому что он, не дожидаясь её, уже успел выйти из кабинета и пошел по коридору на выход. Едва не запинаясь, девушка открыла приложение и заказала машину. Нести ребенка, управляться с телефоном и продираться через потную толпу ожидающих было совсем непросто.

И только на улице она смогла выдохнуть спокойно. Соленый морской воздух даже возле больницы был морским и соленым, он будто дарил саму жизнь и легкость.

Артём остановился у края площадки и стал всматриваться вдаль, ожидая такси. Он выглядел спокойным, но явно не желал с ней разговаривать.

Они молчали минут пять. Потом Варя спросила:

– Тебе больно?

– Уже нет. – Коротко ответил он.

– Жаль, что я не смогу поехать с тобой. – Печально произнесла она.

И мысленно добавила: «Еще и кот потерялся. Бродит там, наверное, по окрестностям перепуганный до смерти. Он ведь нигде и никогда не бывал. Бедный Василий! И почему я такая непутевая?»

– Я думал, мы проведем остаток дня вместе. – Посмотрел на нее Гринёв.

Даже когда он злился, девушка любила каждую черточку его лица. Она виновато улыбнулась:

– Ты же знаешь, работа. То новое дело, плюс старые, да еще и ребенок. – Она растерянно взглянула на малыша. – Прости…

– И что ты собираешься с ним делать?

– Разыскивать его мать.

– Нет, я не про это. Скажи, зачем это тебе? – Уточнил Артём. – Мало проблем, из-за которых у тебя не хватает времени на нормальную жизнь?

Димулька стал просыпаться и забавно закряхтел. Варя стала раскачивать его на своих руках – плавно и нежно.

– Я не знаю. – Призналась она, снизив тон голоса.

Подняла взгляд на мужчину и заметила в лице у него не то брезгливое, не то недовольное выражение.

– Ты… странно смотришься с ним. – Пробормотал он.

– Я просто не могу его бросить, пойми. – Попыталась объяснить Варя.

На подъездной дороге показался автомобиль с шашечками.

– Это всё из-за тех детей, да? Из-за нового дела?

– Думаешь, я принимаю всё слишком близко к сердцу?

Гринёв пожал плечами:

– Думаю, что тебе стоит передать это дело кому-то… кому-то более…

– Более компетентному? – Вспыхнула Комарова, сжимая челюсти.

– Нет! Нет, Варь… – Шумно выдохнул он. – Более хладнокровному, жесткому – вот что я хотел сказать. Кому-то, кто не станет принимать эту боль на себя.

– Тебе пора. – Варя кивнула на подъехавшее такси.

– Капитан! – Артём положил руки на ее плечи. – Эй!

– Тише, ребенок спит. – Поджала губы девушка.

– Ты должна понять. Я совсем не это хотел сказать. – Он поцеловал ее в лоб, убрал здоровой рукой волосы с ее лица, улыбнулся. – Прости. Я просто имел в виду, что тоже переживаю, когда переживаешь ты.

– Да. – Кивнула она. – Да.

– Не злись, мой капитан.

– Я не злюсь. – Едва удержалась, чтобы не всхлипнуть Варвара.

– Как закончишь с делами и избавишься от… своей поклажи, приезжай, ладно?

– Хорошо. – Пообещала она.

Гринёв поцеловал ее в лоб еще раз и аккуратно, чтобы не задеть руку, сел на заднее сидение такси.

– До вечера! – Бросил он через окно.

– Пока. – Улыбнулась Варя.

И проводила взглядом автомобиль.

Нет, он не понимал. Совершенно не понимал.

Да, дело было в ее женской чуткости и чувствительности, но она вовсе не мешала Варваре. Девушка свято верила в то, что испытываемые следователем тревога и профессиональная злость всегда помогали находить преступников. Но сопереживание было именно тем ценным качеством, которое не позволяло правоохранителю превратиться в циничного, равнодушного к чужому горю робота. Оно подхлестывало к активным действиям, заставляло включаться мозги и адекватно оценивать личности злодеев.

Когда Варя видела, как от потерь и несправедливостей страдали родственники жертв, она в полной мере осознавала, что именно на ней лежит ответственность в поимке злодеев. Только она могла, если не понять пострадавших до конца, то помочь им – найти и наказать ублюдков, сотворивших зло.

Только вот это самое сопереживание и принятие части чужой боли давало девушке-следователю ощущение, что она живой человек, который может чувствовать. И только понимание того, что от нее слишком многое зависит, заставляло Варю совершать невозможное – снова, снова и снова.

А еще она только что вынуждена была признаться самой себе: работа в очередной раз рушила ее личную жизнь.

5

– Ну, что? Ну, что? – Взволнованная Варя боялась сделать лишнее движение, чтобы проснувшийся малыш не перепугался, увидев перед собой незнакомое лицо.

Глазки младенца были большими, светло-голубыми и чистыми.

– Плакать не будем, нет? – Улыбнулась девушка.

Малыш хлопнул длинными ресничками, словно решая, стоит ли устраивать скандал.

– Ты, наверное, еще совсем мал, – прошептала она, – не различаешь своих и чужих, да?

Хлоп, хлоп!

– Вот и славно… – проговорила девушка с осторожностью опытного сапёра.

И огляделась по сторонам. Что же делать, если он разревется? Куда бежать? Сдаваться медикам? И чем она только думала, когда решила взяться за поиски его мамаши самой?

В этот момент в кармане ее кардигана зазвонил телефон.

– Должно быть, это дядя Олег. – Сказала Варя, выуживая мобильник. – Или дядя Руслан. – Но, посмотрев на экран, вынуждена была поморщиться. Звонил их начальник. – Черт, это злой дядя Порох. Не будем ему отвечать. – Она отключила звук и улыбнулась ребенку. – Не бойся, я не дам тебя в обиду. Не нужны нам никакие дядьки, не будем у них трубку брать. Бяки-бяки, фу-фу-фу!

И принялась расхаживать в тени под деревьями туда-сюда, напевая песенку:

– Не слышны в саду даже Поооо-ро-хииии…

Но стоило ей только замолчать, как малыш сразу стал сучить ножками, ручками и угрожающе кукситься.

– Замерло тут всё до у-у-у-утра-а-а-а! – Возобновила пение Варя.

Димулька забавно нахмурил брови, прислушиваясь. «Ух, какой серьезный!»

– Если б знали вы-ы-ы… – Следователь покосилась на экран мобильника.

Всё ясно. Она пропустила планёрку. Пороховников, наверное, рвёт и мечет.

– Ух, и попадё-ё-ё-ёт же мне… – Вздохнула Варя. – Порох сделает а-та-та-а-а-а!

Телефон зазвонил еще раз, и ей одного взгляда хватило, чтобы удостовериться: начальник набрал ее номер еще раз. От волнения у Комаровой моментально взмокла спина. Что же делать? Что ему сказать? И где парни?

– Если б знали вы-ы-ы-ы! – Затянула она, поглядывая на окна больницы. – Как попа-а-адё-ё-ё-ёт мне-е-е…

Но Олег с Русланом, очевидно, всё ещё были заняты поисками загадочной Марины, а, значит, Варе не оставалось больше ничего кроме, как взять младенца с собой в отдел. Ну, или сдаться.

«Нет, врагу не сдается наш гордый Варяг!»

– Если б знали вы-ы-ы-ы!

В этот момент снова раздалась трель, и девушка вздрогнула. «Что ж, придется отвечать. Как мне отмазаться? Скажу, что провожу следственные действия, что же еще? Что-нибудь навру!»

Но на экране значилось: «Егор».

– Слава богу! – Воскликнула Варя. Малыш тут же засучил ножками, и девушке пришлось исправляться: – То есть, сла-а-ава-а-а бо-о-огу-у-у, слава бо-о-гу-у… – Она поднесла телефон к уху. – Алло!

– Комар, ты где?! – Раздалось в трубке.

– В больнице, – сказала Варя и прикусила губу.

– Порох все волосы на своей заднице изодрал! И на наших! Ты – следующая!

– Ох, Его-о-оруш-ка-а-а, не кричи-и-и-и-ка ты-ы-ы, – нервно пропела Комарова.

– Варь, ты чего? – Кашлянул Лунёв.

И замолк.

– Ничего-о-о, – затянула она.

– Варя, это ты?

– Да я! Я! – Не выдержала Варвара, строя рожицы младенцу и улыбаясь. – Ты сейчас где, Егор? – Она принялась качать Димульку активнее.

– Только отъехал от отдела. А что?

– Значит, где-то недалеко от нас. Сможешь приехать за нами?

– Куда? В больницу?

– Да, в городскую. Мы туточки у ворот будем тебя ждать.

– Мы? А ты там с кем? – Тактично поинтересовался майор.

– С одним красивым парнем! – Бодро пропела она. – О-очень красивым, да, Димуль?

На линии повисло молчание.

– Варвара Николаевна, ты… пьяна? – Осторожно спросил Егор.

– Ее-е-если б зна-а-а-ал ты-ы… – пропела Комарова и от активных покачиваний чуть не уронила телефон на землю. В последнюю секунду подхватила его, прижала к плечу и пробубнила: – Господи, да просто приезжай, Лунёв, умоляю тебя! Мне срочно нужна помощь!

– Варя, у тебя всё хорошо? – Растерянно произнес он.

– Просто приезжай! – Гавкнула она. Улыбнулась и тут же снова затянула: – Нет-нет, сладкий. Не слышны в саду даже Порохи-и-и!

– Ну и дела… – Пробормотал Лунёв.

В эту секунду вызов разъединился.

6

– Наконец-то! – Воскликнула Варя, завидев автомобиль Лунёва. Посмотрела на Димульку и цокнула языком. – Вот за нами и приехали!

Егор остановил машину, вышел и вдруг замер, не веря своим глазам.

– Это что-то новенькое, Комарова… – он подошел ближе и удостоверился, что в свертке лежал живой младенец. – Так он что, настоящий?!

– А ты думал, какой? – Вытаращилась на него следователь.

Лунёв отворил для нее пассажирскую дверцу:

– Э… Просто ты так странно разговаривала. – Он пожал плечами. – Я, честно говоря, подумал, что это какая-то спецоперация.

– А это она и есть! – Заявила Варя, усаживаясь в машину. – Операция «Мамонтенок»!

– Может, расскажешь подробнее? – Усмехнулся Егор.

Закрыл дверцу, обошел автомобиль и сел на водительское сидение.

– Если ты поторопишься, то обязательно расскажу. – Пообещала девушка и, сложив губки утиным клювиком, стала корчить младенцу рожицы.

– Он… так смотрит на тебя. – Улыбнулся Лунёв, заводя мотор.

Машина тронулась с места и направилась к проезжей части.

– Как?

– Ты ему явно нравишься. – Заметил мужчина. – Или это девочка?

– Ты что! Сразу же видно – пацан. Димулькой зовут. – Ответила Варя. – По крайней мере, так мне его представили. – Она стала раскачивать головой из стороны в сторону. – Если перестать кривляться, то он заплачет. Вот, приходится развлекать. А еще помогают песни.

– А… – Егор бросил на мадонну с младенцем короткий взгляд. – Можно нескромный вопрос? Он чей вообще?

– Мне его подкинули.

Лунёв чуть не ударил по тормозам.

– В смысле?!

– Да просто подкинули и всё. – Замялась Варя.

Если еще этот начнет читать ей нотации, у нее башка лопнет!

– Куда подкинули? Под дверь?

– Блин, Лунёв! Нет! – Девушка продолжала качать на руках ребенка. – Артём сломал руку, ему накладывали гипс, я сидела в коридоре больницы, какая-то девчонка попросила подержать ребенка, пока она сходит в туалет, ушла и не вернулась.

– Цыганка, что ли?

– Не-а. – Варвара покачала головой. – Не похоже.

– Стало быть, ты не нашла мать и… решила украсть младенца?

– Почему сразу украсть? – Возмутилась Комарова.

– Ну, как же. – Прочистил горло Лунёв. – По инструкции ты должна была обратиться к медперсоналу и вызвать…