Супергерой для Золушки – 2: Выбор

7

– Иван Дмитрич, можно?

– Нужно, Комарова, нужно! – Громыхнул Пороховников, поднимая взгляд от бумаг. – Заходи скорее!

– Иван Дмитрич, простите, что задержалась, у меня уважительная причина.

Подполковник выпрямился и расстегнул верхнюю пуговицу на вороте рубашки. Выглядел он, честно сказать, неважнецки. Отекший, взъерошенный, покрасневший от злости.

– Ты, Комарова, решила меня добить? – Он дернул галстук, ослабляя узел. – Меня с утра областное начальство по телефону совокупляет в мыслимых и немыслимых позах, а у нее причина! Какая, к чертям собачьим, может быть причина, когда у нас такое ЧП?!

– Иван Дмитриевич, – Варя замерла у его стола и вытянулась по стойке смирно, – ваш племянник руку сломал, и мне пришлось провести с ним всё утро в больнице.

– Руку сломал? – Лицо начальника вытянулось.

– Да. Решил погеройствовать, полез в окно за котом и… упал.

– За котом? – Пороховников шумно выдохнул. – Ты издеваешься, Комарова? Меня тут сношают, дерут в хвост и в гриву, а вы ерундой занимаетесь! Он что, маленький ребенок, чтобы с ним полдня в больнице проторчать?!

– Да я…

– Отставить! – Мужчина хлопнул по столу. – Надеюсь, ты уже в курсе, что у нас подозрение на двойное убийство?

– Да.

– Мне срочно нужны все расклады по проводимым тобой мероприятиям! Обрисуй коротко, и чтобы через час отчет у меня был на столе! – Он хлопнул ладонью еще раз. – Такое шило в мешке нам не утаить, сейчас пресса пронюхает, весь город на уши поставят, и спросят с нас с тобой по первое число, это ты понимаешь?

– Да, Иван Дмитрич. – Кивнула Варвара.

– Отлично. – Он достал платочек и вытер им пот со лба. – Садись, рассказывай.

– Угу. – Девушка торопливо опустилась на стул напротив него. – Мы сейчас проверяем всех без вести пропавших детей. Таких по нашим подсчетам только за первое полугодие этого года около двадцати человек. Я полагаю, что преступник выбирал жертв из неблагополучных семей. Такие часто убегают из дома, и их глубоко пьющие родители не бьют тревогу.

– Так. – Кивнул Порох. – Дальше.

– Как вы знаете, из-за планируемого мэром Алиевым сноса Прибрежного района[2] данный периметр стал рассадником преступности и криминала. Аварийные здания, трущобы без воды и света, постоянно появляющиеся новые подростковые банды, дерзкие ограбления, драки, нападения – привычная атмосфера для этих мест. Наши уже боятся соваться туда, все ждут, когда обстановка там хоть как-то стабилизируется.

– Ты полагаешь, что кости могут принадлежать кому-то из местных детей?

– Это было бы логично. Если бы ребенок из благополучной семьи вдруг пропал, родители давно забили бы тревогу. Думаю, нужно искать именно там.

– Считаешь, справишься одна? – Пороховников постучал по столу шариковой ручкой. Его строгий взгляд из-под бровей буравил Варю почти насквозь. – Нам сейчас, Варвара, облажаться никак нельзя.

Девушка медленно вдохнула и произнесла на выдохе:

– Да, постараюсь справиться. Мы уже привлекли участковых и военных, опрашиваем жителей, обследуем жилые районы и лесопосадки вблизи речушки, где были найдены фрагменты тел. Я планирую также привлечь дополнительно с десяток или два людей, чтобы проверить всех «психов», всех, отсидевших за изнасилования, а также опросить неблагополучные семьи Прибрежки.

– Хорошо, тогда дуй отсюда, работай! – Отмахнулся Пороховников. – Отчет мне на стол через час, ясно? Я должен наплести хоть что-то вышестоящим. Выполняй! – Он потянулся к телефону. – Комарова!

– Да? – Девушка уже успела встать и направиться к выходу.

– И еще. – Мужчина так и застыл с вытянутой рукой. – Гринёву давай это, без подробностей, хорошо? Не нужно сейчас сеять панику, сначала своими силами разберемся.

– Хорошо. – Ответила Варя, но удивления скрыть не сумела.

Артём хоть и представлял СМИ, но вряд ли стал бы делать что-то, что пошло бы не на пользу следствию. И тут же вспомнила, как он писал совсем недавно о ней те высмеивающие ее непрофессионализм статьи, но просто кивнула и вышла.

Может, он и был прав. Какой уж тут профессионализм? В городе объявился злодей, который убил и расчленил маленьких детей, а она, вместо того, чтобы искать его, полдня проторчала в больнице, утащила чужого ребенка, да еще и подрядила своих оперов на поиски пропавшей мамаши. Если бы об этом узнал Пороховников, мигом снял бы ее с этого дела!

Девушка вошла в свой кабинет, села за стол, включила компьютер и стала писать отчет. В процессе ей пришлось обзванивать весь занятый в отработке имеющихся версий народ, связываться с привлеченными для поисков военными из местного гарнизона, искать участковых и прочее-прочее.

Да, мать из нее была никудышная. Даже если условно считать ее приемной. Сначала без спросу утащила, потом сбагрила Лунёву. Ну, кто так делает, а?

Варвара торопилась, как могла, печатала так, что дым над клавиатурой поднялся, но когда понесла Пороху бумагу, то чуть не вскрикнула, случайно взглянув на часы: «Матерь Божья! Лунёв её точно убьет!» С момента ее побега прошло уже полтора часа!

8

– Варвара Николаевна! – Криминалист остановил ее уже в коридоре.

– Да, Анатолий Павлович, – нехотя притормозила Комарова.

Она как раз собиралась спуститься вниз и покаяться перед Лунёвым.

– Вы видели мой отчет?

– Ох, он уже у меня, – закивала Варя, – я в курсе основного, но как раз собиралась изучить его более детально.

– Варвара Николаевна, вы знаете, – мужчина преградил ей дорогу, – я прошу вас обратить особое внимание на то, как тщательно неизвестный расчленил тела. Такое нельзя проделать второпях, понимаете?

– То есть, вы предполагаете, что он проделал это в помещении, а затем сбросил останки в реку?

– Именно. – Мужчина подкрутил седой ус. – И действовал он весьма профессионально. Орудием преступления мог стать нож или даже пила, сечки ровные, гладкие. Он… хм, старался.

– Я поняла вас, спасибо, – поблагодарила Варя.

– Всё это подробно отражено в моем отчете.

– Хорошо, спасибо, Анатолий Павлович. – Засуетилась девушка, пытаясь его обойти. – Вы знаете, я сейчас тороплюсь, мне нужно срочно найти Егора Максимовича, но я зайду к вам, чтобы всё ещё раз обсудить, как только освобожусь, хорошо?

– Егора Максимовича? О, я видел его буквально недавно. Правда, мельком. – Улыбнулся мужчина. – Кажется, он направился в свой кабинет.

– Да? – Обрадовалась Варя. – Спасибо!

И пулей рванула к кабинету Лунёва.

Мертвые дети, отчеты, фрагменты костей, опросы и поиски возможных свидетелей – всё это крутилось у нее в голове какой-то безумной каруселью. Нет, Лунёв точно сошел с ума, если думает, что материнство – это её. Оно никак не вписывается в сумасшедший ритм жизни Комаровой. Вот гастрит и мигрени – да, они подходят к её повседневности, заполучить их – как два пальца об асфальт! Но детишки – нет, Боже упаси!

– Егор…

Она застыла в дверях, не в силах проронить ни слова.

Крепкий, жилистый, в чем-то даже брутальный и непробиваемый майор Лунёв стоял посреди своего кабинета, держа на руках хрупкого младенца и кормя его смесью из бутылочки.

– Ничего не говори. – Буркнул он, завидев ее. Нахмурился и покачал головой. – Заходи и закрывай дверь.

– Егор, – проронила Варя, запирая дверь и бросаясь к нему, – Егор, прости, Порох заставил меня писать отчет, пришлось задержаться… – И заметив вдруг какую-то фигуру за широкой спиной мужчины, девушка оторопела: – Ой, здрасьте…

– Варвара, это Ольга Андреевна, моя мама. – Представил незнакомку Лунёв.

Женщина как раз убирала в свою сумку стетоскоп и еще какие-то причиндалы, названия которых Варя не знала.

– Здравствуйте, – оживилась она, протягивая Комаровой руку для приветствия.

– Здравствуйте, – взволнованно промямлила Варя. И зачем-то добавила: – Мама. – И, испугавшись своей оплошности, тут же исправилась. – Ой, Ольга Андреевна. Здрасьте…

– Очень приятно. – Тепло улыбнулась женщина. – Егор мне много о вас рассказывал.

Она была такой красивой, что, глядя в ее лучистые светло-зеленые глаза, следователь Комарова невольно залюбовалась.

– Правда? – Смутилась она.

– Да, – ответила женщина.

Егор кашлянул.

– Варя, у меня не было выбора, сына твоей новой подруги нужно было покормить, поэтому я вынужден был связаться с мамой, чтобы она подсказала мне, чем кормят младенцев.

– Не переживайте, Варвара, – вступила Ольга Андреевна, – я привезла смесь и всё необходимое. Заодно и осмотрела мальчика, с ним всё в порядке.

– Моя мать – педиатр. – На всякий случай уточнил Егор.

– Ух, ты… – Растерялась Варя, глядя на женщину. – Спасибо вам.

– Да не за что, – улыбнулась та. Взяла сумку и направилась к двери: – Ну, я пойду, у меня скоро прием в поликлинике, хорошо?

– Хорошо. – Кивнул Егор.

– Еще раз спасибо! – Сказала Варя. – И за пироги! – Зачем-то вдруг брякнула она. – Егор часто меня… угощает… Они очень вкусные.

И сделалась красной, как вареный рак.

– Пожалуйста. – Лицо женщины наполнилось светом. – Рада, что тебе понравились. Если еще будет нужна помощь, зовите.

Подмигнула сыну и вышла.

Варя не знала, что сказать. Она посмотрела на сильные руки Лунёва и удивилась, как красиво в них смотрится малыш и крохотная бутылочка со смесью. Возможно, это было самым трогательным, что она видела в жизни.

– Егор, я это…

– Лучше молчи, – сквозь зубы проговорил он.

– Молчу. – Прошептала Варя и подошла ближе.

Почти прислонив голову к плечу мужчины, она наблюдала за тем, как румяные щечки Димульки двигаются в такт сосательным движениям. Мальчик ел, не отрывая взгляда от Егора. Смотрел внимательно, будто хотел запомнить каждую черточку его лица. И в душе Вари вдруг шевельнулось что-то такое непостижимое, неясное, а на сердце ясно разлилось тепло. Что это за чувство? Что за эмоция? Когда так хорошо, что даже в груди щемит.

И именно в этот момент в ее кармане зазвонил телефон.

Она отошла и ответила на вызов.

– Да? Да?! Отлично! Давай ее в мой кабинет!

– Что такое? – Спросил Лунёв негромко, чтобы не напугать ребенка.

– Марина нашлась! Олег с Русланом везут ее сюда.

Теперь Варе было уже не так стыдно за то, что она тратила ресурсы отдела не по назначению.

– Прекрасно. – Прошептал Егор. – Как раз вовремя. У меня куча дел.

– Спасибо тебе, Лунёв. – Сказала Варя, снова прижимаясь к его плечу и глядя на малыша. Ее сердце подскочило в груди от тепла, идущего от мужчины. – Ты был бы… отличным папочкой!

Она прикусила губу и тут же снова густо покраснела.

– Чего не скажешь о тебе, – усмехнулся Егор.

Прозвучало довольно обидно, и Варя хотела, уж было, поспорить, но решила не выдавать своих чувств.

– Это да. – Произнесла она. – Что есть, то есть.

9

Когда в кабинет Лунёва ввели Марину, Варя напряженно указала на стул:

– Присядьте.

Но девушка, увидев малыша на руках майора, едва не потеряла контроль над собой.

– Дима, мой Димочка, Димулька! – Бросилась она к ребенку и протянула руки.

Оперативники не растерялись. Руслан тут же ухватил ее за локоть, а Олег преградил нерадивой мамашке дорогу.

– Девушка. – Строго обратилась к ней Комарова. Дождалась, когда та с недоумением уставится на нее, и снова требовательно указала на стул. – Присаживайтесь, пожалуйста.

– Что? Что вам нужно?! Почему я не могу забрать своего сына?! – Жалобно проскулила девушка и осуществила новую попытку прорваться к ребенку.

– Садитесь. – Приказала следователь. – Для начала поговорим.

– Но я… это же мой сын! – Она громко шмыгнула носом и принялась размазывать по щекам слезы дрожащими пальцами.

– Марина? Или как вас на самом деле зовут? – Уточнила Варя.

Олег достал из кармана и протянул ей мятый паспорт без обложки.

– Марина. – Кивнула девушка, опускаясь на стул. Она по-прежнему не отрывала взгляда от младенца. – Марина Куликова.

Комарова взглянула в документ и убедилась: незнакомка ей не врала. Действительно – Марина.

– Марина, почему вы бросили своего ребенка в больнице?

И вот тут случилось весьма ожидаемое для всех присутствующих, но совершенно неожиданное для Варвары событие – задержанная девушка разрыдалась. Неожиданное в том смысле, что следователь приготовилась ее отчитывать, а не жалеть.

– Мы нашли ее в торговом центре. – Пояснил Руслан, подходя ближе. Из-за рыданий молодой мамаши трудно было как-то иначе услышать друг друга. – Сидела на лавке у фонтана и смотрела в одну точку.

– В торговом центре?

– Да, в том, что недалеко от больницы.

– Ясно. – Покачала головой Варвара. Она огляделась, взяла со стола салфетку и протянула девушке. – Вот, возьмите, пожалуйста.

Та схватила салфетку и шумно высморкалась в нее.

– Вам нужно успокоиться и всё объяснить нам, Марина. – Продолжила следователь, склоняясь над девушкой. – Пожалуйста, расскажите, зачем вы так поступили?

– Я… я не знаю! – Всхлипнула та, поднимая на нее заплаканные глаза. – Минутное помешательство, наверное. Просто… просто я так устала, думала, что больше не выдержу, не смогу. А вы… у вас были такие добрые глаза! Я знала, что вы позаботитесь о моем Димульке, если я… если…

– Она сказала нам, что хотела спрыгнуть с крыши торгового центра. – Хмуро сообщил Руслан.

– Я думала, что смогу! – Взвыла Марина. – Но не смогла!

– Умеете вы, Варвара Николаевна, оказаться в нужный час в нужном месте. – Вздохнул Олег, глядя, как девица вытирает свои глаза «сопливой» салфеткой.

– Держите. – Комарова подала ей еще одну. – Всё позади, Марина, расскажите нам всё, и, возможно, мы сможем вам помочь.

Олег еще раз вздохнул.

– Может, у нее послеродовая депрессия, или что-то вроде того? Распространенное явление. – Предположил Егор. Варя бросила на него удивленный взгляд, и тогда мужчина уточнил: – Я сам об этом только пятнадцать минут назад услышал. От педиатра.

– В любом случае, это не к нам, это к психотерапевту. – Развел руками Руслан. – Варвара Николаевна, мне позвонить, куда следует?

– Нет, подожди. – Она присела на корточки перед девушкой. – Марина, почему вы его оставили? Вам было плохо? Что вы чувствовали?

Недовольно кашлянув, Олег отправился к столику с чашками и чайником, чтобы заварить себе кофе. Мужчины в основной своей массе не склонны к сантиментам, а уж оперативники тем более. Им трудно было понять, почему следователь решила возиться с этой девицей.

– Вы не понимаете. – Дрожа всем телом, пропищала Марина. – У нас с ним ничего и никого больше не было! Я не знала, как еще поступить. Нам даже некуда было пойти!

– У вас нет жилья? – Нахмурилась Варя.

– Мы уже три дня скитаемся, ночуем, где попало! – С ее губ сорвался новый всхлип. – Хозяин квартиры выгнал нас за неуплату, работы у меня нет, а на улице ночью, знаете, как холодно?! Вы не смотрите, что лето – после полуночи такой дыбак, аж до костей пробирает! Попробуй тут усни на скамейке, да еще и с ребенком!

Варвара оглядела собравшихся, а затем снова посмотрела на Марину.

– Расскажите подробнее, пожалуйста. Как вы оказались на улице? Где отец вашего ребенка?

– Я… – Девушка с трудом набрала в легкие воздуха. – Я приехала сюда из Салехарда. Учиться. Думала, тут тепло, да и от матери будет подальше. Она у меня, знаете, какая… – Марина тряхнула головой, словно отгоняя от себя нехорошие воспоминания. – Как напьются с отчимом…

– Дальше.

Марина сглотнула.

– Я поступила, начала учиться, всё нормально. А потом встретила парня. – Она стряхнула с лица слезы. – Он как узнал, что я забеременела, сразу бросил меня! Сказал, что не нужны мы ему. – Слезы хлынули из ее глаз ручьем. – Я работала вечерами, пока живот не стал совсем огромным, а потом пришлось бросить. На пары в институт тоже перестала ходить. А когда хозяин квартиры узнал, что я теперь с ребенком живу, и мне платить ему нечем, сразу выгнал на улицу. Сезон же в разгаре, он лучше туристов пустит…

Варя поднялась, взяла еще салфеток и подала девушке. Та приложила к лицу сразу стопку и громко в нее высморкалась.

– И куда нам идти с Димулькой? – Продолжила она, захлебываясь в слезах. – Домой мне нельзя, мать нас обоих убьет. Денег нет, коляски нет, работы нет, еды тоже. То булку украду и, почти не жуя, съем в магазине, то что-нибудь из фруктов на рынке. Молока от такой еды у меня всё меньше и меньше! А мыться нам, вообще, приходилось в туалете торгового центра. Быстро-быстро, пока никто не видит. А где еще? Разве что в море… И подгузников нет, и пеленки негде стирать…

– И вы никуда не обращались? – Спросила Комарова. – Ведь есть же социальные службы.

– Я ничего не нашла. И от меня все отвернулись. Я была в отчаянии, понимаете?! – Марина вдруг крепко схватила Варю за руку. – Я не соображала, когда оставила вам ребенка. Не понимала, что делаю! Не забирайте его у меня, пожалуйста! Не забирайте, я вас очень прошу! Я без него умру!

Девушка смотрела ей в глаза так пристально и пронзительно, что Варвара растерялась. Она и сама не знала, что будет дальше, и как ей поступить. Мужчины тоже с интересом наблюдали за этой сценой, но советоваться с ними Комаровой не хотелось. Вряд ли поймут. Самым логичным было бы сдать Марину специальным службам, но Варе, отчего-то, хотелось поверить ей и дать второй шанс.

– Хорошо. – Произнесла она, мягко освобождая руку.

Олег что-то проворчал, Руслан отправился к чайнику, чтобы сделать себе чаю.

– Вот здесь, – продолжила Варя, вырывая из блокнота Егора чистый лист и склоняясь над ним с ручкой, – я напишу адрес. – Она быстро нацарапала улицу, номер дома и имя. – Сейчас вы поедете туда и обратитесь к этому человеку, скажете, что от меня. Вам помогут. Поживете там пару дней, а дальше будет видно. Хорошо?

Марина взяла бумажку, пробежала глазами по строкам и нерешительно кивнула.

– Это деньги на такси. – Комарова достала из кармана пара купюр и протянула девушке.

– Спасибо вам большое! Спасибо! – Та бросилась ей на шею.

Варя не знала, как реагировать. Так и стояла, вытянув руки по швам, но Марина тут же отпустила ее и бросилась к ребенку.

– Спасибо! Спасибо! – Продолжала лепетать она, хватая Димульку и нацеловывая его в щечки.

Девушка, кажется, была вне себя от радости.

– Я вызову такси. – Сказал Егор, доставая из кармана телефон.

Варвара собрала в пакет подгузники, принесенный Ольгой Андреевной, остатки сухой смеси, бутылочку, салфетки и протянула Марине. Та снова ревела – теперь уже от радости. Она качала малыша и щедро поливала его слезами.

– Всё, не нужно плакать. – Тихо сказала Варя. Её голос, как назло, дрогнул. – Всё уже прошло.

– Вы не знаете, как я вам благодарна… – Всхлипывала Марина, прижимая к груди младенца. – Я сразу поняла, что вы очень добрая. Вы… у вас глаза светятся! Вы настоящая фея!

– Нет, нет. – Смутилась Комарова. – Вовсе нет.

– Нет, фея! – Настаивала девушка.

Оперативники молча поглядывали на них из угла кабинета.

– Я провожу её. – Егор взял из рук Вари пакет. – Такси будет через пару минут.

– Еще раз спасибо! – Воскликнула Марина.

– Не за что. – Почти прошептала Комарова.

Когда молодая мамаша в сопровождении Лунёва покинула кабинет, Варя, наконец, подняла взгляд на своих сотрудников:

– Лучше ничего не говорите. – Предупредила она, делая жест рукой, отметающий все их возможные попытки поглумиться над ней. – У нас есть что обсудить и по текущему делу.

– Говорят, пришел новый отчет от криминалистов? – Дернул бровью Руслан.

– Да. – Кивнула Комарова. – Допивайте свой кофе, и собираем всех. Нам многое нужно обсудить.

10

Когда Варвара подъехала к дому, в котором жил Артем, уже начинало смеркаться. Поставив автомобиль на стоянку, она торопливо поднялась на второй этаж. Само здание было устроено по типу мотеля: квартира каждого жильца имела отдельный вход, выходящий прямо на улицу. Для того, чтобы попасть в квартиру Гринёва, ей пришлось подняться по железной лестнице и пройти мимо дверей квартир других жильцов, в том числе и Анны, с которой у Артема еще совсем недавно были «какие-то» отношения.

Девушка точно не знала, что именно их связывало, но машинально отметила: в окне квартиры девушки едва заметно шевельнулась занавеска. За последний месяц Варя привыкла к интересу со стороны этой девушки и к её недобрым взглядам, но серьезной опасности от соседки Грина всё же не ощущала. Да и Артем ясно дал ей понять: Аня – дело былое, и обратного пути у этих отношений нет.

Отворив дверь своим ключом, следователь вошла. В помещении было темно, и лишь свет от телевизора давал понять, что хозяин еще не спит.

– Привет, – поздоровалась она с вышедшим ее встречать псом. Джей ткнулся здоровенной башкой в ее руку. Комарова с удовольствием его погладила. – А где хозяин? – Пёс молчал. – Артем? – Она заглянула в гостиную.