Дети предназначения

Глава 1

Эта ночь была совершенно обычной, как тысячи ночей до неё. Заливались невидимые птицы, тяжело шелестела над головой листва. Старый лес никогда не погружается в сон полностью.

Молодая ведьма Лла медленно и почти бесшумно переходила от одного дерева к другому, время от времени нагибаясь, чтобы срезать нужные ей листья. Как и все ведьмы, Лла не носила обуви, была лысой и и прекрасно видела в темноте. Её ловкие руки бережно складывали растения в сумку на поясе. Она собирала медвяник, который называли «чистое дыхание» и давали его отвар роженицам.

Улыбаясь своим мыслям, Лла срезала последний лист и вытерла о траву серповидный нож и пальцы, пахнущие теперь терпковатым соком. Неподалёку едва слышно зашуршала лесная подстилка. Даже не повернув головы, ведьма в тот же миг помчалась прочь, её шерстяной плащ с капюшоном бился за спиной. На бегу она сунула руку в карман и, вытащив пригоршню чёрного порошка, выдула его прямо перед собой. Как только её тело ворвалось в это чёрное облако, Лла исчезла. Через несколько секунд появилась её преследовательница – тоже ведьма, но совсем другая – красноглазое когтистое существо в драной хламиде. Поняв, что догонять больше некого, она в ярости закричала. Раздался треск, в листве над ней сверкнуло, и на траву упал обугленный бельчонок.

– Эти дикари до сих пор живут в шатрах и прячутся от грозы! – воскликнул Содо Густ, и его худощавое лицо скривилось. Вторая королева подняла ладонь, и младший советник замолчал.

– Эти дикари, как ты их называешь, прекрасно поняли, что именно перед ними, когда нашли эту жёлтую сферу. Лошади, шатры и глиняная посуда – это история их выживания, и не нам о ней судить.

Густ прижал руки к груди в знак извинения. В это время в зале появилась Первая королева, и Содо поклонился ей. За королевой шёл старший советник Бара Амбада. Этот темнокожий мужчина просто излучал надёжность и спокойствие. Под его расшитыми шёлком одеждами угадывался объёмный живот, но широкие плечи, выверенные движения и цепкий взгляд выдавали в нем бывшего воина. Сейчас его карие глаза смотрели весело, крупные губы чуть-чуть улыбались. Остановившись рядом с Содо, он поклонился Второй королеве и замер в ожидании.

Обе королевы поставили свои подписи на бумагах, разложенных на мраморном столике. Содо собрал их и поспешил прочь, а Вторая королева обратилась к Баре:

– Сложно переоценить важность этой находки, Бара. Поэтому именно ты встретишься с ха'асами и их вождём и привезёшь жёлтую сферу. Подготовь ответные дары. Эта встреча – повод укрепить наши связи и поддержать лояльность этого вольного народа.

– Я всё сделаю, – снова поклонился советник, и королева махнула рукой, отпуская его.

В сопровождении двух стражников Бара спустился в замковое подземное хранилище, и его пропустили в одно из специально обустроенных помещений. Он прошёл к столу у дальней стены, где в сундучках из закалённого стекла под защитой хитроумных механических замков лежали две сферы – красная и белая. Советник опёрся обеими руками на стол и несколько минут вглядывался в гладкую поверхность мягко светящихся сфер. Потом, словно очнувшись, выпрямился и приказал принести ещё один сундук.

Третий ребёнок Мары Йону родился очень быстро. Её муж Рамиру помог повитухе помыть и запеленать дитя, убрал окровавленные тряпицы и вылил воду. Положив Маре на лоб прохладный компресс, он с нежностью посмотрел на малыша, которого жена прижимала к груди. Мара устало улыбалась. Её тёмные кудряшки сбились набок и прилипли к лицу, но она ни на миг не хотела выпускать сына из рук.

– Кажется, с меня пока хватит, – обратилась она к мужу. – Трое мальчишек – это не шутки.

В ответ Рамиру только поцеловал её руку и продолжал улыбаться, глядя на попискивающего ребёнка. Раздался стук в дверь, и в комнату заглянула помощница Мары.

– Господин, госпожа, простите, но там внизу… – она замялась, глядя на них большими глазами и, видимо, не решаясь продолжить. Рамиру встал.

– Что такое, Тика?

Девушка сжимала и разжимала конец передника и наконец смогла ответить:

– Пришла ведьма.

Рамиру и Мара переглянулись и одновременно посмотрели на новорождённого сына.

История крупных государств насыщена масштабными событиями и неожиданными переменами, появлением великих героев и великих предателей. Королевства поменьше, как Арбор, которым правили две королевы, не так богаты на впечатляющие истории, но если что-то происходит в них, никто из жителей не остаётся в стороне.

В спорах за власть, случающихся в любом государстве, каждый из претендентов верит в свою исключительность, но исключительная жадность, ограниченность или жестокость – плохие советники правителю. Такого легче не допустить до власти, чем отнять её у него. Так не лучше ли на благо будущих поколений объединить волю и силы вместо того, чтобы грызться за престол, подумали однажды два арборских принца и поставили в главном зале своего дворца двойной трон.

Последующие столетия мирной жизни подтвердили мудрость этого решения. И, хотя власть в Арборе оставалась наследной, королям и королевам удавалось обеспечить покой и процветание своему народу. Даже несколько серьёзных конфликтов с соседями на других континентах не смогли подорвать их размеренное существование.

Но жизнь никогда не движется по строгой прямой, хотим мы этого или нет. И тогда всё, что нам остается, – узнать, с чем мы пришли на встречу с судьбой.

После почти двухнедельного путешествия в крытой повозке Баре доставляло истинное наслаждение шагать по равнине, где жило племя ха'асов. Ветер развевал его дорожные одежды, делая его крупную фигуру ещё более приметной в этом мире земли и травы. В похожем жарком месте прошло и его детство, так что ни яркое солнце, ни скрипящая порой на зубах пыль ничуть не портили его бодрого настроения.

В огромном белом шатре его ждал ха'асский вождь с семьёй и другими членами племени. Разглядывая аккуратные, одно к одному, плетёные сидения, резные деревянные столы и изукрашенные кожаные доспехи ха'асов, Бара в который раз восхитился мастерством этих свободных воинов-ремесленников. Когда-то сражавшиеся с соседними племенами за суровые степные земли, ха’асы до сих пор не теряли выдающихся воинских навыков, но помимо этого могли гордиться и другими своими искусствами. Их нарукавники украшали изображения лошадиных профилей, на мебели и посуде красовались цветы и птицы. Даже на себя ха’асы наносили рисунки – символические изображения важных для них явлений – рассвета, дождя и звёзд, которых они считали ушедшими на небо предками.

Вождь На'акри-Мах был уже не молод, в его чёрных волосах виднелись седые пряди, у губ залегли складки, но мускулистые руки и широкая татуированная грудь, не скрываемая свободным кожаным жилетом, говорили о недюжинной силе.

Приблизившись, Бара по местному обычаю заложил правую руку за пазуху и вынул её пустой, показывая, что не таит оружия. Левой же рукой он вытащил небольшой замшевый мешочек.

– На'акри-Мах, – обратился он к вождю, – в знак уважения и как дань нашей с тобой давней дружбе я привёз тебе этот подарок.

Он развязал мешочек, и в его ладонь лёг браслет с крупными огранёнными прозрачными камнями. Бара подставил руку под луч солнца, и камни вспыхнули множеством разноцветных искр.

– Подарок принцессе На'акри-Лар. Солнечные камни с моей родины, – советник поклонился сидевшей рядом жене вождя с малюткой дочкой на руках. На'акри-Мах встал и крепко обнял Бару.

– Спасибо, мой друг, – жёстко выговаривая согласные, произнёс он. – Это очень ценный дар. Наша принцесса будет носить с собой солнце, куда бы она ни пошла.

Польщённый Бара сжал На'акри-Маха в ответных объятиях, потом махнул рукой, и слуги стали заносить корзины с остальными преподношениями.

Позже вечером, после ужина в честь гостей, Бара сидел в шатре с вождём, старейшинами и несколькими воинами. На'акри-Мах рассказал ему, как была обнаружена жёлтая сфера.

– Ха'асы знают, что это, – хитро прищурившись, сказал он. – Поэтому у нас не было сомнений, что с ней делать.

– Спасибо тебе и твоему племени, – Бара поклонился, насколько позволяла его комплекция. – Нам повезло, что её нашли именно вы. Если бы вождь ха'асов не был таким мудрым и заботящимся о просвещении своего народа человеком, сфера могла пролежать в земле ещё много лет.

На'акри-Мах улыбнулся, но потом стал серьёзен.

– Скажи, друг Бара, ещё не поздно?

Пристальный взгляд обведённых чёрной краской глаз заставил передумать немало лукавых языков. Честность – вот что превыше всего ценил На'акри-Мах. И Бара ответил как думал:

– Нет, ещё не поздно. Ведьмам не получить эти сферы.

На'акри-Мах кивнул и откинулся на спинку своего трона. Бара понял, что тревога, которую ощущали они в центральной части страны, чувствуется и в других землях.

– Скажи, у вас кто-то заболел? – спросил он.

– Нет, но заболевшие есть в дне езды от наших земель, – вождь снова посмотрел на старшего советника. – Неужели это случится на нашем веку, друг Бара?

Тот лишь покачал головой.

Лла стояла посреди комнаты, бесстрастно глядя на Мару и её ребёнка. Блики от светильников плясали на её лысой голове. Выслушав ведьму, Рамиру вытер лицо ладонью и кивнул. В свой пятнадцатый день рождения их сыну предстояло отправиться на обучение в знаменитую Звёздную башню.

– До этого времени, – сказала ведьма на прощание, – пусть он побудет обычным ребёнком.

Помедлив секунду, она пробормотала еле слышно:

– Да не станет он одиноким раньше времени.

Лла вышла из комнаты. Рамиру последовал за ней, чтобы проводить, и не очень удивился, увидев, что за дверью никого нет. Ведьма исчезла.

Спустя несколько мгновений она уже шла по освещённому коридору подземного обиталища ведьминского племени. Двери в комнату в конце коридора были открыты, и там на большой кровати лежала её старшая сестра с новорождённой девочкой на груди. Лла села рядом и прошептала, обращаясь скорее к малышке, чем к её матери:

– Лжец родился.

Глава 2

Пятнадцать лет – это целая жизнь, практически минувшая эпоха. В назначенный день, чувствуя себя почти взрослым, Шандо вместе с присланным из Звёздной башни провожатым отправился в путь.

Они направлялись к юго-западному побережью материка, но сама Звёздная башня возвышалась среди бушующих волн своенравного Серого океана. Это необычайно интриговало воображение Шандо, который океана никогда не видел, и по дороге он вспоминал всё, что ему удалось узнать о месте своего обучения.

Белые стены башни помнили время, когда основные народы континента ещё существовали обособленно друг от друга, и расстояния между их территориями были ощутимой преградой. С развитием цивилизации необходимость в укреплении связей, обмене опытом и знакомстве с культурами друг друга породила идею создания места с максимальным нейтралитетом. Тогда и появилась башня, сложенная из тысяч тщательно вытесанных гранитных глыб и помещённая в океан сильнейшими колдунами. Камень и раствор обеспечивали её прочность и стойкость, а вложенные в них заклинания позволили ей пережить своих создателей на тысячи лет.

Когда стало понятно, что наибольшую пользу башня принесет, если накопленный опыт и знания будут передаваться молодым представителям разных народов, появились первые мастеры, специализирующиеся на отдельных науках, и их ученики вскоре стали блестящими примерами успеха этой идеи. Здесь одинаково свободно говорили о магии, политике и искусстве, с одинаковым упорством собирали механизмы и оттачивали боевые навыки, одинаково увлечённо слушали о движении звёзд и сборе трав. Сменилось несколько поколений, и стало казаться, что башня существовала всегда.

Множество помещений башни отвечало всем нуждам: просторные залы с богатой библиотекой для изучения теории, тематические кабинеты с наглядными пособиями, лаборатории с образцами достижений стремительно развивающихся медицины, физики, инженерного дела и других наук. В нижней части башни размещались сухие прохладные погреба и хранилища, выше них целый этаж занимала огромная кухня, на которой не бывал ни один ученик; на нескольких следующих этажах находились учебные залы и многочисленные комнаты учеников, ещё выше – покои мастеров, а под крышей располагалась самая большая в королевстве обсерватория.

Но благодаря своему происхождению Звёздная башня скрывала в себе такие возможности, какие не встречались даже в лучших лабораториях страны. Накопленная веками магическая энергия питала уникальную систему, поддерживая постоянный огонь в каминах и печах, обеспечивая нужные температуры в хранилищах и необходимые условия содержания ингредиентов, сохраняя от времени и прикосновений свитки, рукописи и книги. Эта же энергия усиливала концентрацию и обостряла восприятие тех, кто пришёл сюда за знаниями.

Конечно, перемещение учеников в определённую точку посреди открытого океана требовало огромных магических ресурсов. Малейшая ошибка в расчетах была бы гибельной. Поэтому вскоре на равнине недалеко от океанского побережья была построена уменьшенная копия Звёздной башни – её врата, содержащие в себе портал, благодаря которому приглашённые могли мгновенно оказаться в главной башне без риска погибнуть в ледяной воде.

Так и стоят её стены – величественные, пропитанные магией, недосягаемые для чьих-либо притязаний.

Шандо и его пожилой провожатый подъехали к малой башне когда уже совсем стемнело. Её верхушка растворялась в ночном небе, и башня казалась бесконечной. Он понял теперь, почему её назвали Звёздной, и хотел было поделиться своим наблюдением с проводником, но тот уже поднялся по каменным ступеням и стучал в высокую дверь. Им открыли, старик мягким толчком в спину направил Шандо вперёд, и они оказались в зале, из которого выходило несколько лестниц и боковых помещений.

Потом они поднимались так долго, что Шандо успел устать, возмутиться про себя и снова смириться с таким испытанием. Достигнув, как ему показалось, верха башни, они вышли в пустую комнату с одной-единственной массивной дверью без ручки и замка. Проводник приложил к ней ладонь, и дверь открылась сама.

– С этого порога начинается твоё обучение, – сказал он парню. – Мне дальше нечего делать. Удачи. Помни свои уроки.

– Спасибо, – пробормотал Шандо, чувствуя, что, оставляя старика, теряет последнюю связь с внешним миром. Но тот снова подтолкнул его, на этот раз решительнее, и Шандо оказался за дверью.

Коридор, в который он попал, был частью настоящей Звёздной башни, и Шандо мог поклясться, что замечает едва уловимые отличия – камень здесь другого оттенка, воздух свежее и даже небо за окнами ещё светлое, как будто солнце только-только село. Но не успел он оглядеться, как навстречу ему вышел очень высокий мужчина средних лет, коротко остриженный, с усами и бородкой.

– Ты, должно быть, Шандо Йону? – спросил он и протянул руку.

– Да, уважаемый господин, – вежливо ответил Шандо, но незнакомец замотал головой.

– Нет, нет, просто мастер Айдор. Идём, покажу путь в твою комнату.

Шандо последовал за учителем. По пути им встретились несколько учеников в одинаковых синих одеждах и пара других мастеров. Они кивали Айдору, и тот отвечал лёгким кивком с высоты своего роста. Поднявшись на один этаж, мастер свернул в левое крыло и открыл простую с виду дверь из тёмного дерева. Шандо увидел горящий камин, угол кровати и шкаф с книгами.

– Здесь ты будешь отдыхать, – сказал Айдор, вручая ученику ключ. – Располагайся и постарайся выспаться, утром тебя разбудят. Идти нужно будет по коридору до лестницы, потом налево. Не задерживайся.

– Да, мастер Айдор, – быстро ответил Шандо. – Благодарю, что встретили меня. Спокойной ночи.

В комнате было уютно. Стол с письменными принадлежностями удобно стоял у окна, дрова в камине потрескивали, а на умывальном столике ждал кувшин с тёплой водой. Шандо умылся и взглянул на себя в зеркало. Узкое выразительное лицо, зелёные с жёлтыми вкраплениями кошачьи глаза, ямочка на левой щеке – лицо счастливого пятнадцатилетнего мальчишки.

Он снял дорожную одежду и сложил вещи в большой комод. Кровать была застелена шерстяным покрывалом, и парень рухнул прямо на него, раскинув руки в стороны. Поглаживая тыльной стороной ладони мягкую шерсть, Шандо снова широко улыбнулся и закрыл глаза.

В кабинете глав мастеров башни всегда горели свечи. Друг напротив друга здесь стояли два дубовых стола, поражавших воображение: их длина была больше, чем размах рук взрослого мужчины, на крышку каждого нанесена карта всего Надземелья, а массивные ножки вырезаны в виде башен.

Айдора ожидали. Он подошёл к пришедшим минуту назад двум другим мастерам и коротко поклонился главам.

– Третий прибыл, – сообщил он.

Присутствующие одобрительно закивали. Глава Семпт, седовласый и седобородый, как колдун из старых легенд, поднялся из-за стола, сложил за спиной руки и заговорил, глядя на мастеров:

– Итак, вы будете обучать троих главных наших учеников. Раскрыть их таланты важно, как и научить этими талантами пользоваться. Но не менее важно правильно сообщить им о предназначении.

Глава Декандрий тоже поднялся с места, и все повернулись к нему. Он был в два раза моложе Семпта, лицо его было гладко выбрито, а на носу сидели очки в тонкой золотой оправе.

– Вы сами всё это понимаете, – его голос сейчас звучал почти торжественно. – Мы в ответе за то, кем выйдут отсюда эти трое.

Вскоре встреча была окончена. Три мастера поклонились и вышли. Декандрий взял со стола небольшой лист пергамента, капнул на него сургучом и прижал к тёмно-красной лужице перстень, который носил на левой руке. Потом передал пергамент Семпту, и тот сделал то же самое. Сложив лист вчетверо, Семпт подошёл к окну, открыл одну створку и протяжно свистнул. Через несколько секунд на окно опустился буревестник. Семпт вложил послание в плоскую металлическую коробочку на лапе птицы, защёлкнул её и погладил буревестника по спинке. Тот замер на несколько секунд, потом взлетел и исчез в темнеющем небе. Собирался дождь.

Утром Шандо проснулся от незнакомого звука – длинная металлическая трубка с широким концом рядом с кроватью издавала высокий повторяющийся звон, будто кто-то стучал по ней в другой части башни. Позже он узнал, что такие латунные трубки тянутся во все спальни, чтобы будить учеников.

Звон был непродолжительным, но Шандо помнил, что опаздывать нельзя. Он надел приготовленную для него хлопковую сорочку, а поверх неё тёмно-синий кафтан и штаны. Невысокие мягкие сапоги стояли перед кроватью, ожидая, пока Шандо возьмёт их. Кое-как он пригладил водой свои кудри и вышел в коридор.

Вчерашние указания мастера Айдора привели его в большой круглый зал, где постепенно собирались другие ученики. На небольшом возвышении, так, чтобы их было видно и слышно всем присутствующим, стояли Айдор и другой мастер, которого Шандо ещё не встречал. У него были тёмные волосы, собранные в косу, его кожа была голубой, а глаза удлинёнными и раскосыми, и Шандо догадался, что он из вальтров – народа моряков, чьё государство располагалось на кораблях в водах моря Пяти Бурь. Скрестив руки на груди и широко расставив ноги, словно всё ещё стоя на корабельной палубе, он с лёгкой улыбкой осматривал колышащееся перед ним море ученических голов.

Мастер Айдор поднял руку и наступила тишина.

– Приветствуем новых учеников башни, – голос учителя гулко раскатился по залу. – Вас ждёт день занятий с вашими мастерами, а вечер вы можете посвятить своим делам и познакомиться друг с другом. Иногда у вас будут особые поручения от мастеров, их следует выполнять в точности.

Пока Айдор говорил, Шандо с любопытством озирался вокруг. После всего, что он слышал о башне, он ожидал, что магия и тайны так и будут поражать его воображение каждые пять минут. Но все ученики в своей тёмной одежде с белыми пятнами сорочек на груди казались похожими друг на друга, да и мастеры не спешили удивлять новичков ничем волшебным.

Вводная речь закончилась, и мастер Айдор повёл всех в зал, где ученики и мастеры принимали пищу. Найдя место за одним из уже накрытых длинных столов, Шандо принялся за свой завтрак. Еда была не изысканной, но вкусной и разнообразной. Успевая и жевать, и смотреть по сторонам, Шандо убедился, что в башню попадают не только образованные и знатные, но и молодые люди совсем простого происхождения – как, например, вытирающий куском хлеба подливу с тарелки широколицый парень за соседним столом.

Ещё Шандо заметил нескольких молодых вальтров, сидящих вместе и запивающих еду морской водой, а также весёлых темнокожих физов, жителей южного континента. Ему даже показалось, что он мельком увидел кожаные доспехи ха'асов на ком-то из девушек.

После завтрака Шандо подошёл к одному из высоких окон обеденного зала и выглянул наружу, надеясь наконец при свете дня посмотреть на океан. Открывшееся великолепие потрясло его до глубины души. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались океанские воды, и неутомимые волны бесконечно стремились к башне, такой одинокой в их первобытной хватке. Шандо замер в восхищении, привстав на носках и прижав нос к стеклу.

– Впечатляющий вид, правда? – произнёс знакомый низкий голос, и парень увидел, что мастер Айдор стоит рядом. Он махнул головой в сторону двери.

– Идём, нам пора.

Глава 3

На юге, на противоположном берегу смирного пролива, соединяющего Серый океан и море Пяти бурь, у границы с пустыней жили физы – многочисленный народ, давным-давно облюбовавший эти знойные, но богатые рудами и сырьём земли. Кожа их была тёмно-коричневой, нрав – добродушным, а мастера – умелыми, и торговля между побережьями бойко шла уже много лет. Именно здесь в многочисленных шахтах добывали основные металлы, в том числе те, из которых чеканили общую валюту: золотые солнца, серебряные луны и синие ниобиевые звёзды. Именно здесь, между двумя морями – солёным и песчаным, физские инженеры создавали механизмы, которые служили людям по всему Надземелью.

Есть у физов старая сказка про инженера, сделавшего первые механические игрушки для своих детей и механическую прялку для жены. Понравилась людям его работа, и стал он брать заказы и придумывать всё новые изобретения. Вскоре даже во дворце правителя физов появились его механизмы для поднятия занавесей на окнах, самораскладывающиеся кресла и фонтанчики для питья, подающие воду, когда человек нажимал на рычаг.

Но случилось правителю заболеть, и разум его ослаб. Ни о чём он не мог думать, кроме механизмов, и продолжал требовать у мастера всё новых изобретений. Пригрозил ему наконец, что если тот не придумает ничего достойного за неделю, то посадят его в темницу умирать.

Всю неделю из дома мастера доносился стук инструментов. На исходе седьмого дня нехотя пришли за ним стражники. Никто им не открывает, а работа внутри не прекращается. Заглянули в окно – мастер у стола стоит. В конце концов пришлось страже выломать дверь, и тогда они увидели инструменты в механических руках, прилаженных к манекену в одежде мастера. А самого инженера с семьёй больше никто не видел.

Но сейчас физы гордились и своими инженерами, и своими правителями. Бесперебойная торговля давала народу возможность жить в достатке и спокойствии. С трёх сторон им ничто не угрожало. Но со стороны пустыни несколько раз в год на них совершали набеги пескоеды – так называли кочевников-разбойников, выбравших своей долей скитаться по пустыне от одного колодца до другого. Пескоеды переговаривались гортанными звуками, бились щербатыми короткими мечами и носили грубые балахоны, в которые кутались с ног до головы, спасаясь от солнца. Они грабили мелкие поселения физов и снова сбегали в пески, гонимые физскими всадниками.

Столица государства физов прекрасный Бадза-Сар был построен из светло-коричневого камня и усажен тенистыми садами и фруктовыми рощицами. Именно здесь вырос старший советник Бара Амбада, и сейчас, когда купеческие корабли приходили в Арбор, он находил время, чтобы пройтись по торговым рядам главного рынка, полюбоваться на физские диковинки и купить ароматных падабий – сочных кисло-сладких плодов, не растущих больше нигде. Их вкус всегда словно возвращал его домой.

Но однажды под конец осени очередной корабль привёз Баре не только приятные воспоминания о доме – знакомый купец рассказал ему, что набеги пескоедов в последнее время стали более жестокими. Что-то заставило их, измождённых и озверелых, напасть на одно из отдалённых поселений и попытаться выгнать мирных жителей из домов. Купец рассказал также про странные слухи, разлетевшиеся после этого, – что некоторые из нападавших выкрикивали слова, от которых люди замертво падали на землю. Внимательно выслушав весь рассказ, Бара поблагодарил купца и поспешил в замок.