- -
- 100%
- +
© Яна Сомова, 2026
ISBN 978-5-0071-4259-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Пять минут тишины
В половине седьмого утра на кухне уже было шумно.
Чайник щёлкнул и выключился, тост выскочил слишком рано, телефон на подоконнике дрожал от сообщений, а Егор стоял посреди комнаты в одном носке и уверял, что второй исчез не без причины.
— Соня, ты не видела мой синий носок?
— Видела. Он решил начать новую жизнь.
— Мам!
Наташа, придерживая бедром нижний ящик, достала контейнеры для обеда. В один положила сырники, во второй — гречку с котлетой. Соня вошла на кухню уже в куртке, с рюкзаком на одном плече и с ресницами, которые за ночь успели стать длиннее раза в два.
— Ты накрасилась?
— Чуть-чуть.
— Соня.
— Мам, мне четырнадцать.
— Именно это меня и пугает. Умой половину.
— Какую?
Егор, нашедший носок под батареей, захохотал. Наташа сунула контейнеры детям, отпила уже остывший кофе и глянула на часы.
— Через три минуты у двери. Кто не успел, идёт пешком и объясняет классному руководителю, почему его мама оказалась бессердечной.
— Мы всё равно идём пешком, — заметила Соня. — У меня школа через двор.
— Тогда ты объяснишь за брата.
Они вышли через пять минут. Соня ушла к калитке, небрежно поцеловав маму в щёку, Егор забрался на заднее сиденье старенькой «Киа» и сразу спросил:
— Папа точно заберёт меня после продлёнки?
— Так договорились.
— А если у него работа?
Наташа закрыла свою дверь, вставила ключ в замок зажигания и повернула. Под капотом коротко простонало и стихло.
— Тогда заберу я.
Она попробовала ещё раз. Приборная панель вспыхнула, стартер сухо защёлкал.
— Она умерла? — оживился Егор.
— Не дождёшься.
Третья попытка ничего не изменила. Наташа положила ладони на руль и на одну секунду закрыла глаза. На экране телефона было 7:31. В восемь пятнадцать ей следовало открыть офис продаж, в девять ожидали первую группу покупателей, которым обещали объяснить новую задержку выдачи ключей, а до школы Егора оставалось четыре километра.
— Вылезай, — сказала она. — Сегодня у нас приключение.
— На автобусе?
— На такси. Только никому не рассказывай, что мама разорилась ради твоего образования.
Свободная машина нашлась через семь минут. Егор всю дорогу следил за маршрутом на экране водителя и сообщал, где тот свернул неправильно. У школьных ворот Наташа поправила сыну шапку, получила быстрый поцелуй в подбородок и заказала второе такси до офиса.
В рабочий чат сыпались сообщения. Охранник писал, что возле входа собрались люди. Администратор Лена просила перезвонить. Начальник отдела продаж не отвечал никому.
Наташа набрала его сама.
— Виктор Станиславович, доброе утро. У нас покупатели по третьему корпусу.
— Разберитесь пока, — отозвался он после долгих гудков. Голос звучал сонно и раздражённо. — Я на встрече.
— Они требуют новый график и представителя застройщика.
— Вот и объясните им, что новый инвестор заходит в проект. Сегодня всё прояснится.
— Во сколько вы будете?
— Наталья, я сказал: разберитесь.
Звонок оборвался.
В стеклянном офисе возле стройки было жарко, тесно и шумно. Десятка два человек заполнили зону ожидания и проход между макетом квартала и столами менеджеров. Кто-то снимал на телефон. Женщина в красном пуховике требовала фамилию человека, который третий месяц переносил приёмку её квартиры. Пожилой мужчина размахивал договором. Лена за стойкой была белее распечатанных планировок.
Наташа сняла пальто, повесила его в тесный шкаф и подошла к людям.
— Меня зовут Наталья Ларионова, я менеджер отдела продаж. Давайте сядем и по очереди сверим ваши корпуса и договоры. Я запишу вопросы, на которые у меня сейчас нет подтверждённых ответов.
— Записывали уже! — выкрикнул кто-то.
— Верно. Сегодня я отдам вам копию списка с моей подписью. Когда появится представитель нового инвестора, он получит такой же.
— А старого где носит?
— Я не знаю.
Женщина в красном пуховике первой опустила телефон. Пожилой мужчина сложил договор пополам и сел на край свободного стула. Остальные ещё говорили, но уже тише: им впервые за утро не пообещали перезвонить после очередного совещания.
Наташа взяла у Лены блокнот, попросила открыть переговорную и начала вызывать людей по фамилиям. Через двадцать минут на столе лежали восемь договоров, три претензии и фотография стены с мокрым пятном. Через сорок у неё заболело горло. Через час мужчина в расстёгнутой дублёнке решил, что очередь придумана специально против него.
— Вы мне сейчас позовёте директора.
— Его нет в офисе.
— Значит, звоните.
— Он не отвечает.
— А вы зачем тогда здесь сидите?
Он шагнул за стол, навалился на край и потянул к себе папку. Наташа накрыла документы ладонью.
— Там персональные данные других покупателей. Уберите руку, пожалуйста.
— Да плевать мне на ваши данные.
Сбоку кто-то толкнул стойку с рекламными буклетами. Тонкая рамка с планом квартала качнулась, соскользнула с крепления и ударилась об угол стола. Стекло треснуло. Наташа успела заслонить лежавшие перед ней договоры, и острый край полоснул по ладони.
Боль пришла через секунду. На коже выступила яркая узкая полоса.
— Вы совсем с ума сошли? — Лена выскочила из-за стойки.
Мужчина в дублёнке поймал Наташу за запястье и развернул ладонь к свету.
— Да там царапина. Мы из-за этого теперь…
— Руку убрали.
Голос прозвучал негромко, однако разговоры стихли сразу.
У входа стояли четверо мужчин и одна женщина. Тот, кто говорил, был выше остальных. Тёмное пальто расстёгнуто, под ним графитовый костюм без галстука. Волосы тёмные, чуть длиннее строгой деловой стрижки, у висков заметна седина. Он смотрел на пальцы, сжимавшие Наташино запястье.
Мужчина в дублёнке отпустил её.
— А вы кто такой?
— Константин Берестов. С сегодняшнего дня на этот вопрос здесь отвечают моей фамилией.
Он снял пальто и передал его молодому человеку из своей команды. Потом оглядел помещение: разбитую рамку, телефоны в поднятых руках, разбросанные бумаги.
— Пять минут тишины, — сказал он. — После этого каждому назовут время личной встречи по его квартире. Все обещания будут записаны. Если сроки ещё не определены, вам так и скажут. Охрана останется у входа, чтобы сюда больше никто не лез через столы.
— Нам уже обещали! — подала голос женщина в красном.
— Я услышал. Повторять громче не требуется.
Он повернулся к женщине лет сорока с короткими светлыми волосами. Наташа знала Марину по переписке: та руководила проектным офисом Константина и собирала команды на объектах, которые он забирал под управление.
— Марина, переговорная ваша. Соберите договоры, разделите по корпусам. Артём, найдите руководителя стройки. Мне нужен здесь через двадцать минут. Остальные помогают.
Люди рядом с ним пришли в движение. Без суеты, будто каждый заранее знал своё место.
Константин подошёл к Наташе.
— Покажите ладонь.
— Там правда царапина.
Он протянул руку и ждал.
Наташа положила ладонь в его руку. Пальцы Кости легли ниже запястья, тёплые и сухие. Он повернул её кисть к свету, большим пальцем придержал край кожи возле пореза и поднял глаза на Лену.
— Аптечка.
— Сейчас.
— Мне надо закончить список, — сказала Наташа.
— Список подождёт две минуты.
— Кровь уже почти…
— Сядьте.
Наташа осталась стоять. За стеклянной дверью снова ударили ладонью по стойке, в коридоре кто-то тащил стул по плитке. Константин не повысил голос. Подвинул стул ещё ближе и придержал спинку, пока она не опустилась на край.
На его белой манжете осталась тонкая красная полоса. Он заметил её, расстегнул пуговицу, закатал рукав и снова протянул Наташе руку.
Лена принесла белую пластиковую коробку. Костя открыл защёлку и сам нашёл антисептик и пластырь.
— Я могу сама.
— Вижу.
Он всё же остался перед ней. Осторожно промыл порез, промокнул салфеткой. От него пахло холодным воздухом и чем-то древесным. На подбородке темнела короткая щетина, под глазами лежали бледные тени.
За её спиной снова заговорили сразу несколько человек, кто-то собирал с пола буклеты, с улицы доносился гул стройки. Константин разглаживал края пластыря большими пальцами и не выпускал её ладонь, пока белая полоска не легла ровно.
— Болит?
— Уже нет.
— Если порез глубокий, поедете к врачу.
— Он неглубокий.
Костя перевернул её кисть, убедился, что кровь не проступает, и отпустил.
— Кто вёл список до меня?
— Я.
— Продолжайте. Через полчаса зайдёте в переговорную.
— Я не успею за полчаса.
Он посмотрел на разложенные договоры.
— Сколько вам нужно?
— Час. Если никто больше не будет ломать мебель.
Уголок его рта едва заметно поднялся.
— Охрана проследит.
В течение следующего часа Константин почти не обращался к ней. Охранник принёс упаковки с водой, администратор расставил вдоль стены дополнительные стулья. Покупателей рассадили, крики сменились тяжёлыми, конкретными разговорами. Руководителя стройки привезли через двадцать семь минут; тот вошёл красный и запыхавшийся. Виктор Станиславович так и не появился.
Наташа снова села за стол. Пластырь цеплялся за бумагу; договоры приходилось переворачивать левой рукой. Лена диктовала номера квартир, Наташа ставила напротив каждого вопроса короткую отметку: аренда, ипотека, отделка, ребёнок. Женщина в красном пуховике принесла ей стакан воды и уже без крика показала фотографии недоделанного балкона.
Возле стойки Костя разговаривал с прорабом. Наташа не слышала слов, только видела, как тот сначала разводит руками, затем достаёт телефон и начинает искать цифры. Константин один раз посмотрел в её сторону. Взгляд задержался на заклеенной ладони, после чего он подозвал охранника и велел убрать разбитую рамку.
Осколки собирали в плотный пакет. Один всё же остался возле ножки стола и блеснул, когда Наташа потянулась за следующей папкой. Костя подошёл, отодвинул её кресло вместе с ней и поднял стекло салфеткой.
— Ноги поставьте сюда, — сказал он, подвинув под стол коробку с буклетами. — Пока пол не вымоют.
— Вы теперь ещё и за уборку отвечаете?
— Сегодня, похоже, за всё.
Он ушёл прежде, чем она придумала ответ. Наташа поставила ступни на коробку, взяла новый договор и продолжила список.
Наташа передала Марине таблицу и вошла в переговорную.
Константин сидел во главе длинного стола. Перед ним лежал план объекта, сбоку стояла нетронутая чашка кофе. Пиджак он снял и повесил на спинку соседнего стула; рукава белой рубашки были закатаны до локтей.
— Закройте дверь, пожалуйста.
Она закрыла и осталась стоять.
— Садитесь, Наталья…
— Сергеевна.
— Наталья Сергеевна. Сколько квартир продано в третьем корпусе?
— Сто восемьдесят семь. Зарегистрированных договоров сто семьдесят девять. По восьми пакетам документы до сих пор у юристов.
— Почему?
— В четырёх изменили площадь после обмеров. Два зависли из-за ипотеки. Ещё два я бы проверила особенно внимательно.
— Причина?
Она посмотрела на закрытую дверь.
— Клиентам дали скидку, которой нет в утверждённой сетке. Подписи руководителя есть. Оплата должна была пройти частями, но первые платежи я в системе не вижу.
— Вы сообщали?
— Финансовому директору. Письменно.
— Реакция?
— Мне объяснили, что это особые клиенты.
Он сделал пометку в блокноте.
— Срок третьего корпуса.
— Тот, который называем покупателям, или реальный?
Костя поднял взгляд.
— Оба.
— Покупателям обещали конец следующего месяца. При нынешней готовности — минимум ещё четыре. Если сегодня вернут бригады и решат вопрос с лифтами.
— Почему бригады ушли?
— Подрядчику не заплатили.
— Откуда знаете?
— Прораб каждый вторник покупает здесь кофе. Две недели назад перестал. Я позвонила.
— Это входит в ваши обязанности?
— Нет. Просто тяжело продавать дом, когда знаешь о нём меньше покупателя.
Он откинулся на спинку стула и несколько секунд изучал её. Наташа выдержала взгляд. При ярком офисном свете его глаза оказались серыми, у правой брови белел тонкий шрам. Она перевела взгляд на раскрытый блокнот и выпрямила загнувшийся угол страницы.
— Почему вы здесь остались? — спросил Константин.
— Зарплата нужна.
— Это я понял.
— Клиенты звонят мне на личный номер. Многие брали квартиры для детей, продавали старое жильё, снимали временное. Я не могу достроить дом. Могу хотя бы не врать им.
— Вот почему старое руководство выпускало вас к недовольным.
— Наверное.
— Они удобно устроились.
Наташа промолчала.
Он закрыл блокнот.
— До конца недели вы работаете напрямую с Мариной. Доступы сохраните. Все письма, о которых говорили, перешлёте ей. Зарплату за прошлый месяц выплатим завтра.
Она моргнула.
— Всю?
— Должны больше?
— Нет. Просто нам обещали половину.
— Я не обещал.
Ей захотелось улыбнуться, и она опустила взгляд на пластырь.
— Спасибо.
— За вашу зарплату благодарить не надо. Лучше пришлите мне список проблем по каждому корпусу. Без формулировок для клиентов.
— Когда?
— Сегодня.
Улыбка исчезла.
— Это несколько часов.
— Останетесь?
— У меня дети.
— Тогда завтра к девяти.
— Будет.
Телефон в кармане завибрировал. Наташа достала его, увидела имя Павла и сбросила.
— Ответьте, — сказал Костя.
— Я перезвоню.
— Если это связано с детьми, отвечайте сейчас.
Она посмотрела на него настороженно и всё-таки набрала Павла.
— Да.
— Наташа, у меня встреча затянется. Егора сегодня не заберу.
— Павел, мы договорились утром.
— Я помню. Что мне сделать, отменить контракт?
— Предупредить раньше. У меня машина не завелась, я на другом конце города.
— Вызови такси.
— В час пик? До школы сорок минут, если повезёт.
— Ну извини. Я правда не могу.
За стеклом переговорной люди снова повысили голоса. Наташа глянула на часы. Продлёнка заканчивалась через час и десять минут.
— Ладно. Разберусь.
Она отключилась и открыла приложение такси. Время подачи — двадцать пять минут. Дорога до школы — пятьдесят две.
— Адрес школы, — сказал Константин.
— Что?
— Моему водителю понадобится адрес.
— Не надо. Я сама доеду.
— Не доедете вовремя.
— Я могу предупредить учительницу.
— Можете. Ещё можете дать адрес, и через сорок минут ваш сын будет здесь или дома. Куда удобнее?
Наташа убрала телефон от груди.
— Я не отправлю ребёнка с незнакомым человеком.
— Поедете вместе. Машина ждёт у входа.
— А работа?
— Ваш рабочий день закончился двенадцать минут назад.
Она хотела возразить и не нашла ни одного разумного довода. Усталость, которую весь день удавалось отодвигать, вдруг навалилась разом: гул в голове, саднящая ладонь, разряженный телефон, оставленная во дворе машина.
— Мне нужно забрать Егора и заехать за Соней на тренировку, — сказала она. — Это другой район.
— Скажите водителю оба адреса.
— Константин Андреевич…
— Наталья Сергеевна, вы сегодня полдня решали чужие проблемы. Позвольте одну вашу решить мне.
Он протянул руку ладонью вверх. Наташа посмотрела на неё и вложила свою. Костя осторожно сжал пальцы вокруг пластыря.
— Договорились? — спросил он тише.
— Спасибо.
— Руку вечером ещё раз обработайте.
У входа её ждали чёрный внедорожник и мужчина по имени Денис. Он показал служебное удостоверение, терпеливо дождался, пока Наташа отправит его фотографию Соне, и открыл заднюю дверь.
Егор вышел из школы последним, хмурый и без шапки.
— Я думал, ты не успеешь.
— Когда это я не успевала?
Он посмотрел на машину.
— Это такси?
— Почти. Шапку где оставил?
Через пятнадцать минут Денис вернулся к школьному крыльцу за шапкой, которую Егор забыл в раздевалке, и не выказал ни тени неудовольствия. Потом они забрали Соню из спортзала. Дочь села рядом с братом, оценила кожаный салон и тихо спросила:
— Мам, тебя повысили?
— Новый владелец объекта дал водителя.
— Красивый?
— Водитель?
— Владелец.
— Соня.
— Значит, красивый, — заключила дочь.
Наташа отвернулась к окну, скрывая улыбку.
Возле дома Денис достал из багажника детские рюкзаки и подал Наташе визитку.
— Константин Андреевич просил узнать, где стоит ваша машина. Могу забрать ключи, утром вернут исправную.
— Сегодня уже поздно.
— Сервис работает круглосуточно.
— И сколько это будет стоить?
— Диагностику сделают и позвонят вам. Без согласования ничего менять не станут.
Наташа посмотрела на тёмный двор за спиной Дениса, потом на рюкзак Егора, который уже съезжал у неё с плеча. Поднялась с детьми в квартиру, сняла сапоги в прихожей и нашла запасной ключ в ящике комода. На обратном пути проверила банковское приложение: денег на аккумулятор хватало. Ключ она отдала только после этого.
Денис записал номер телефона и уехал.
Дома всё быстро вернулось на привычные места. Егор рассыпал на столе детали конструктора. Соня включила музыку в ванной. Наташа поставила вариться макароны, достала фарш и плечом прижала телефон к уху, слушая рассказ классной руководительницы о пропущенной контрольной.
— Мам, пластырь мокрый, — заметил Егор за ужином.
— Поменяю.
— А что случилось?
— Рамка упала.
— На тебя?
— Рядом.
— Тот красивый владелец тебя спас? — спросила Соня.
— Ешь.
После ужина Наташа проверила математику у Егора, поссорилась с Соней из-за мокрого полотенца на кровати, загрузила стиральную машину и открыла ноутбук. Список проблем по корпусам занял три часа. Она писала коротко: лифты, отопление, фасад, документы, подрядчики. В отдельную колонку внесла фамилии семей, которым требовалось временное жильё после окончания аренды.
Егор устроился рядом с конструктором и каждые пять минут спрашивал, можно ли считать космическую станцию домашним заданием по окружающему миру. Соня ходила из комнаты в ванную, хлопала дверцей шкафа и всё-таки принесла полотенце сушиться на батарее. Наташа отвечала обоим, не отрывая рук от клавиатуры.
В таблице за фамилиями стояли живые подробности, которые не помещались в ячейки. Ковалёвы хранили коробки у родственников и платили за съёмную квартиру. У Морозовых ребёнок должен был пойти в школу возле нового дома. Пожилой мужчина с восьмого этажа продал дачу, чтобы закрыть доплату. Наташа открыла примечания и вписала всё, что могло изменить порядок решений утром.
Стиральная машина закончила цикл. Она развесила детские футболки над ванной, вернулась с влажными руками и обнаружила, что Егор уснул на диване среди деталей. Пришлось отнести подушку, снять с него один носок и накрыть пледом. Ноутбук ждал на кухне, экран уже погас.
Наташа снова включила экран ноутбука, сделала чай и проверила последние строки. В квартире было тихо, только на отжиме гудела вторая загрузка и за стеной сосед передвигал мебель.
В 23:18 на экране высветился незнакомый номер.
«Добрый вечер. Диагностика: аккумулятор под замену, окислились клеммы. Стоимость согласовать?»
Наташа подтвердила сумму, открыла ссылку и оплатила аккумулятор. Чек упал в почту раньше, чем погас экран. Она положила телефон возле ноутбука и несколько секунд смотрела на него с улыбкой.
Она закончила таблицу ближе к полуночи и отправила Марине. Почти сразу пришло новое сообщение.
«Получил. Почему не спите?»
Номер был другой, но подпись не требовалась.
Наташа посмотрела на тёмное окно кухни.
«Вы сами просили список к девяти».
Три точки появились сразу.
«К девяти утра. Время на сон в расчёт входило».
Она улыбнулась и напечатала:
«В следующий раз уточняйте техническое задание».
Ответ пришёл через несколько секунд.
«Учту. Как рука?»
Наташа подняла ладонь. Под свежим пластырем тихо пульсировал порез.
«Жить буду».
«На это и рассчитываю. Ложитесь».
Она перечитала последнее слово, выключила ноутбук и пошла проверять детей. Егор спал поперёк дивана, обняв подушку. Соня оставила включённую лампу и книгу раскрытой на груди. Наташа убрала книгу, укрыла дочь, затем постояла в коридоре, слушая тишину квартиры.
В спальне она поставила будильник на шесть сорок, легла и уже с закрытыми глазами вспомнила тёплые пальцы вокруг своей ладони.
Глава 2. Услышать вас
Исправную «Киа» пригнали к офису в половине девятого. Ключи лежали в запечатанном конверте, рядом была квитанция из сервиса и распечатка диагностики.
— Всё официально, — сказала Лена, разглядывая бумаги через Наташино плечо. — Даже обидно.
— Что именно?
— Мог бы хотя бы записку положить.
— Он владелец компании, а не герой сериала.
— Одно другому не мешает.
Наташа убрала документы в сумку и прошла к своему столу. Оплату аккумулятора банк подтвердил ещё ночью. Услуга эвакуатора в счёте отсутствовала. Она написала Денису, спросила стоимость, получила в ответ: «Корпоративная машина всё равно ехала в тот район».
Константина в офисе не было. Наташа обнаружила, что прислушивается к звуку открывающейся двери, рассердилась и ушла помогать Марине с таблицами.
Новая команда работала быстро. К обеду у каждого корпуса появился отдельный файл, за каждым закрепили ответственного сотрудника. Старые пароли меняли, печати пересчитывали, бумаги выносили из кабинетов целыми коробками. В коридоре пахло пылью и кофе.
Наташа вместе с Мариной разбирала шкаф бывшего руководителя. За папкой с рекламными макетами нашли неподписанные допсоглашения, за пачкой чистых бланков — три претензии с истёкшими сроками ответа. Марина раскладывала документы по стопкам, Наташа звонила клиентам прямо с пола, сидя между коробками.
— Вы правда нашли моё заявление? — спросила в трубке женщина из второго корпуса. — Мне сказали, оно у юристов.
Наташа посмотрела на лист, на котором не было ни одной визы.
— Оно у меня. До вечера скажу, кто им занимается и когда будет решение.
После звонка она приклеила к папке красный стикер. К трём часам таких стикеров стало девять. Костя дважды проходил мимо открытой двери. Во второй раз молча поставил рядом с Наташей стакан воды, поднял верхнюю коробку и унёс к Марине.
Виктор Станиславович пришёл после трёх. Шарф висел на шее, словно он заскочил на минуту между важными встречами.
— Наташа, что за самодеятельность? — спросил он, остановившись возле её стола. — Почему моя почта заблокирована?
— Доступы меняют всем.
— Ты теперь у нас пресс-секретарь нового начальства?