Практика для некроманта

Пролог

Стены старой крипты содрогались от чудовищного крика. Он волной прокатывался по медленно затопляемому тёмному залу и опутывал Натт Мёрке плотным коконом ужаса. Девушка прижималась к жертвенному алтарю, боясь сделать лишний вдох и выдать себя. Она закрыла ладонью рот, чтобы не закричать вместе с несчастным существом, которое оказалось заперто в подземелье. Натт было даже жаль демона, но ещё сильнее она боялась за Синда, лежащего рядом без сознания. Несколько мгновений назад он попытался вызвать баллтрэ и отправить её за подмогой, но едва некромант раскрыл призрачный разлом, как ноги подкосились, и он рухнул на каменные плиты. Натт без труда определила магическое истощение у друга. Слишком часто один нахальный стихийник умудрялся загреметь в лазарет с похожими симптомами. Ничего смертельного, главное, оказать помощь, но кто поможет двум некромантам оказавшимся под землёй вместе с орущим нечто?

Новый крик.

Магические сферы разрядились и с шипением потрескались. Теперь жезл висел на поясе бесполезной игрушкой, рядом с тонким стилетом для бальзамирования.

Натт коснулась кровоточащих ушей. Слух начал покидать девушку, отчего становилось немного легче. Существо не могло забраться наверх. Ступени алтаря были защищены от демонов артефактами, установленными некромантами Деардом Рё’Теном и Йеденом Стаатом. За ними и прибежали двое студентов, когда сестре Йедена стало плохо. Но едва они дошли до алтаря, как тяжёлая дверь захлопнулась. Тусклые сферы выхватили из темноты сгорбленный силуэт в капюшоне, и Натт с Синдом ничего не оставалось, как рвануть вверх по лестнице под защитный барьер. Магистр Рё’Тен и смотритель Стаат не откликались на отчаянные крики юных некромантов, и те с ужасом предположили, что взрослые уже мертвы. А дальше начались сводящие с ума вопли, заставляющие до скрежета стискивать зубы и зажимать уши…

Синд попытался… И теперь Натт остался одна и смотрела, как вода подступает, ступенька за ступенькой, и скоро нечто без труда доберётся до своих жертв.

Только она подумала об этом, как дверь в подземелье сорвало с петель мощным порывом ветра и отбросило в центр крипты.

– Эй трупоеды, что у вас тут творится? Это вы дренажную систему из строя вывели? Там ручей пересох наверху, вы тут не утонули ещё? – недовольно спросил смуглый парень, показавшийся в проёме.

– Фирс, беги отсюда! – она не уловила и половины его фраз, себя-то с трудом расслышала из-за болезненного гула в ушах.

– У вас будут большие проблемы, когда ваш старший трупоед узнает, – угрожал стихийник.

– Уходи, придурок! Приведи помощь!

– А обзываться нехоро… – парень оглядел пустой затопленный зал и торчащую из воды каменную лестницу с алтарём наверху.

Волшебник только сейчас заподозрил неладное, видя бледное перепуганное лицо некромантки, но было слишком поздно, неизвестное существо окатило подземелье новой волной крика, и Хассел упал на колени и тщетно пытаясь защитить уши ладонями.

Натт оставалось лишь смотреть, как костистые пальцы смыкаются на горле оглушённого мага. Капюшоп спал, и даже в полумраке заклинательница разглядела, что именно заманило их с Синдом в ловушку, а теперь убьёт Фирса.

Только не его… Только не его! Ладонь опустилась на рукоять кровоотвода, и некромантка рванула вниз.

Глава 1

Синд впервые тосковал из-за того, что каникулы подходили к концу, несмотря на то что в Форкёлелсе лето совсем непохоже на лето, а скорее на тёплую осень с редкими ясными днями и жухлой травой под ногами. Но это было куда лучше, чем дома, где в родных стенах семейного особняка холод гулял в любое время года и суток.

Семья вспомнила о сыне лишь спустя месяц после его отъезда из Тэнгляйха. Тренг, один из многочисленных старших братьев Синда приехал выразить хозяевам соболезнование из-за кончины сына, а ещё долго извинялся за пребывание некроманта в их поместье.

Санна и Отерас Мёрке смутились и заверили, что происхождение юного Форсворда их совершенно не волнует. Тем более, Натт, старшая дочь, сама родилась некромантом. И тут наступила очередь гостя смущаться и извиняться. Синд лишь закатил глаза от фальшивой вежливости своего брата и мечтал, чтобы тот поскорее уехал.

К счастью для заклинателя, Тренг отказался провести ночь в поместье, вручил Синду деньги на учебники и одежду к будущему году, а после откланялся, не сказав брату на прощанье ни слова.

Такому поведению Мёрке немало удивились, но вопросов задавать не стали, за что парень был им благодарен.

Натт сильно изменилась после смерти Квелда. И без того мрачная и замкнутая девушка ушла в себя. Зато, к немалой радости друга, взялась за учёбу. Ей предстояло сдать по приезде пропущенный в конце года экзамен. Всего за месяц она наверстала материал по основным дисциплинам и с удовольствием взялась на новые книги, которые парочка купила за одну из своих частых вылазок в город.

В северных землях Синду всё было в новинку, даже спустя два месяца, проведённых с семьёй Натт. На многочисленных рынках под открытым небом продавались меха зверей, которых он никогда не видел. Походишь с полчаса между лавок, продрогнешь до костей и точно купишь шапку, рукавицы, а то и шубу. Бивни моржей, оленьи рога и десятки артефактов. Парень каждый раз озадаченно брал в руки что-то необычное, а Мёрке со снисходительной улыбкой рассказывала другу о назначении простеньких приспособлений, без которых жизнь в Форкёлелсе была бы намного труднее.

Заклинатель уже успел познакомиться с самоподогреваемыми стельками и седлом. Тонкими перчатками, в которых можно выполнять деликатную работу на морозе, очками с незапотевающими стёклами. Термосы разных форм и назначений, чайные ложки, способные мгновенно вскипятить напиток, стоит лишь опустить их в чашку. Парню стоило больших трудов не потратить деньги на всю эту бесполезную в Тэнгляйхе ерунду. Хотя перчатки он всё же приобрёл, вместе с удобной зимней паркой. Натт же купила себе загадочную шкатулку, украшенную накопителями магии, о назначении которой она как-то туманно отболталась.

Ближе к началу учебного года ребята встретили Нииска Макйака. Инну вместе с сестрой перевёлся в северную академию Форкентурм, чтобы быть поближе к родному острову и вести дела семьи. Юному наследнику приходилось совмещать учёбу и управление компанией почивших родителей. Они с удовольствием посидели в одной из местных харчевен и разложили на столе покупки, обменявшись пожеланиями успешно закончить вторую ступень обучения.

Накануне отъезда Синд проснулся сильно засветло. Лето подходило к концу, и ночи становились темнее и промозглее. Ёжась от утренней прохлады, парень спустился на кухню. Санна Мёрке уже не спала и вместе с семейным поваром пытались удивить младшую сестру Натт. Девочка очень громко и нетерпеливо требовала не то олет, не то ичицу.

– Инд! Инд!

– И тебе привет, Абби, – парень с пониманием кивнул двум невыспавшимся женщинам, колдующим у варочной поверхности большого кухонного камина.

– Будешь какао? – зевая, предложила Санна и достала турку.

– Если не сложно. У вас тут и без меня весело.

Госпожа Мёрке лишь махнула рукой и приготовила парню напиток, пока повар тщетно пыталась предложить ребёнку яичницу.

– Натт ещё спит? – Санна поставила дымящуюся чашку перед парнем.

– Позвать? – он щедро отпил и тут же обжог язык.

– Нет-нет. У вас сегодня долгая дорога до Тэнгляйха. Пусть отсыпается. Точно не отправить с вами кого-то из взрослых?

Синд помотал головой с изрядно отросшими каштановыми волосами, и обтерев тыльной стороной ладони губы, заверил:

– Мы справимся. Я уже наметил безопасный маршрут. Будем держаться подальше от рек и озёр, – он слегка понизил голос, а глаза у Санны Мёрке потускнели.

– Спасибо тебе, что приехал. Даже не знаю, как бы мы справились со всем этим без тебя… – женщина взяла пустую чашку и с чувством сжала плечо Синда.

– Я всегда буду рядом с Натт, если потребуется.

– Верю.

В комнате подруги не оказалось, а, не найдя в прихожей её куртку, Синд занервничал и вышел на улицу. Первым делом он заглянул в конюшни. Бьелке и Литта сонно щипали сено и, словно предчувствуя скорый отъезд, нервно водили ушами.

Парню очень не хотелось проверять вторую догадку. Что бы он ни делал, Натт всё равно часто уходила в склеп и проводила там слишком много времени, а возвращалась с блуждающей на губах улыбкой. Поведение девушки крайне напрягало Синда, но уличить её было не в чем. Он лишь бессильно разводил руками. Узнать, чем она занимается в склепе некромант не мог, из-за мощной защиты, поставленной по просьбе четы Мёрке. К сожалению, на севере мародёры не гнушались грабить святилища. После одного из взломов, Санна и Отерас сделали так, что внутрь попасть может только член семьи.

Синд нервно переминался у каменных створок, жалея, что не надел стельки с подогревом. Из-за рта вырывались клубы белесого пара, которые словно светился в утренних сумерках. Спустя десять минут ожидания, когда он окончательно продрог и уже собирался поискать подругу в другом месте, каменная дверь отъехала в сторону, выпуская Натт. Девушка даже вздрогнула от неожиданности, завидев заклинателя, и вцепилась в ремень наплечной сумки.

– Ты что там делала в такую рань? – Синд прищурился, пытаясь уловить что-то подозрительное, но девушка вела себя слишком непринуждённо и даже не отводила взгляд.

– Прощалась. Нам скоро выезжать в Тэнгляйх. Теперь уж не знаю, когда снова повидаюсь с братом… – они понизила голос, и Синду стало стыдно за свои подозрения.

– Вещи собрала? – перевёл тему парень, и Натт закивала. – Отлично, давай пока перетаскаю. Всё равно не спится.

– Хорошо, – губы подруги снова подёрнулись грустной улыбкой. – Представляешь, вчера у меня умерла канарейка…

– Повезёшь её на церемонию прощания в академию?

– Угу, – девушка нежно пригладила бок сумки. – Вот только прощаться с любимыми всегда трудно.

– Первый раз слышу про твою любимую канарейку. Та, что в гостиной жила?

– Она самая.

Парень удивлённо вскинул брови, но вопросов задавать не стал. В конце концов, Натт действительно, могла нравиться какая-то там канарейка. Сам он в детстве рыдал, когда кто-то случайно сел на его лягушку. И плевать, что он приволок её домой всего за час до ужасной трагедии. Этого времени мальчику оказалось предостаточно, чтобы посчитать зверюшку своим лучшим и единственным другом.

А ещё это было первое существо, которое несмышлёный некромант вернул с того света. Интересно, а кого воскресила Натт? Почему-то он никогда не спрашивал её об этом. Но сейчас, когда подруга вдруг стала казаться счастливой и живой, он не стал интересоваться. Ему захотелось поговорить о чем-то другом, и он неуклюже подбирал тему.

– Как думаешь, на какой факультет будет поступать Абби? – осторожно начал Синд, зная, что разговоры о сестре, заставляют Натт улыбаться.

– Хм… – она приложила палец к губам. – У неё точно нет характерной для нас с тобой ауры. Она не некромант. Тягу к стихии или целительству я тоже не заметила. Однако у неё довольно большой магический потенциал. Думаю, она будущий артефактор или призыватель.

– Тоже склоняюсь к призыву, она любит есть яйца, – слишком серьёзно изрёк некромант, и Натт прыснула со смеху.

– Яйца? Что это за примета такая?

Сейчас она так искренне смеялась, что Синд готов был остаться в этом момент навечно. Ленивое северное солнце путалось в рыжих волосах, на глаза наворачивались слёзы веселья, а не печали, они висли на ресницах драгоценными камнями.

– Синд? – она помахала у него перед лицом. – Я жду. Расскажи мне про яичный тест.

– А? – он не без труда избавился от наваждения, воспоминая, о чем они говорили мгновение назад. – Да просто братья шутили. Говорили, что гастрономические привязанности могут определить будущую магическую специальность. Ещё ни разу не ошиблись.

– Правда? – с интересом спросила Натт. – И что же ты любил есть в детстве? Давай сравним.

– Мама делала домашнее мороженое. Было вкусно, – сильно смущаясь ответил парень.

– Моя тоже! Хочешь сказать, это мороженое сделало из нас некромантов, – перейдя на шепот проговорила Натт. – Странно тогда, что Фирс не некромант. Он галлонами поедает… поедал.

Только увидев бледное лицо друга, она поняла, что зря произнесла это имя. С Синдом у адепта Хассела совсем не заладилось. У неё и самой груди болезненно ухало, при мысли о стихийнике. За лето она получила сотни писем, одни от сокурсников, другие от аспирантов и преподавателей. Даже Гостклиф Анд прислал очень трогательное сообщение, где велел ей держаться. А вот Фирс так ничего и не написал. Сама виновата, отталкивала его из последних сил, вот он и избегает её теперь.

– Наверно так будет правильно, – тихо пробормотала себе под нос Натт.

– Ты о чём? – Синд попытался вновь вернуть прежнее веселее, но момент был упущен, и подруга снова погрузилась в свои мысли.

– Да так. Глупо было ждать чего-то хорошего от него. Мы же даже не друзья с ним. Мы вообще никто друг другу

Он чувствовал, как тьма недовольно поднимается в его душе, коря за то, что не справился и опять ввергнул Натт в это отрешённое состояние. Мальчишка так и не смог заменить собой ненавистного стихийника, хотя судьба подарила ему шанс.Но Синду сейчас не нужны были лишние обвинители. Он и сам страдал вместе с подругой, ведь это он не передал послания от Хассела. Кто знает, как бы прошло это лето, гости стихийник вместе с ними в северных землях? Вдруг у него быстрее получилось бы вернуть прежнюю Натт? Теперь этого уже не узнать никогда.

Однако что-то в поведении девушки не могло не радовать. Он ли стал причиной этой улыбки, или время сотворило свою лечебную магию, но Натт даже шагала иначе. Расправила ссутуленные плечи и всячески демонстрировала энтузиазм перед грядущим учебным годом.

– Думаю, к пропущенным экзаменам я более чем готова, – она забавно хрустнула пальцами и подмигнула Синду.

Он неловко улыбнулся ей в ответ, всё ещё привыкая к этим странным переменам в её настроении.

– Бьелке уже истосковался по Тэнгляйху. Надо будет почаще выходить с ним на прогулки, когда я все хвосты подтяну. Интересно, с кем я буду делить комнату в общежитии в этому году?

Юный Форсворд даже шаг замедлил:

– В каком смысле с кем? Я думал, ты останешься в моих апартаментах, места-то много. Брат сказал, что семья будет продолжать поддерживать меня финансово, так что… – он чувствовал как волнение и страх поднимаются к горлу, как мешают говорить, душат его, но он все же сказал: – … Ты можешь остаться.

Ты должна остаться.

Он ждал, что она улыбнётся, обнимет его и поблагодарить за предложение.

Улыбка была. Благодарность тоже, только все это было каким-то немного виноватым. Натт даже не смотрела ему в глаза, когда пробормотала:

– Спасибо, Синд. Ты много сделал для меня этим летом…

Много! Но недостаточно. Он может больше, ему нужен ещё один шанс.

Синд паниковал и не хотел слушать дальше.

– … но я бы пожила с кем-то из девчонок с факультета. Они писали мне всё лето. Это наш с тобой шанс подружиться с сокурсниками. Только представь, мы с тобой больше не будем одинокими.

Форсворд не мог такое представить. С Мёрке он никогда не чувствовал себя одиноким, и мысль вдруг делить её с кем-то доставляла ему ужасную жгучую боль, словно его вдруг предали, словно он перестал быть нужным. Вот только самого предательства и не было. Но ему всё равно казалось, что он уже теряет Натт. Она-то легко найдёт себе друзей, девушка даже целый факультет стихийников умудрилась влюбить в себя, пока он все не испортил. А теперь она обязательно узнает, что её мир может быть куда больше и интереснее. Но будет ли ему в этом новом мире место, когда Натт узнает, что он на самом деле за человек?

Заметив его растерянность, Натт быстро схватила друга за руку.

– Это не значит, что мы будем меньше времени проводить вместе. Просто бывает такое, что нельзя обсудить с парнем, – она лукаво улыбнулась, продолжая держать его руку.

– Чего такое ты можешь обсуждать с другими, о чём нельзя поговорить со мной? – Синд уже даже не пытался скрыть обиды в голосе, слишком уж жирной была черта, которую подруга стремительно проводила между ними.

– Ну знаешь, всякое женское! Взросление, платья, парни.

– Парни?

Этот возглас вырвался у него сам собой. Обсуждению платьев стоило удивиться сильнее. За Мёрке он почти не замечал страсти к нарядам. Она бы свою ученическую мантию продолжала занашивать до дыр, если бы за лето рукава не стали коротки явно подросшей девушке.

– Ну да. Ты же тоже парень, – непринуждённо продолжала Натт.

– Тоже, – механически повторил Синд, не понимая, к чему она клонит.

– Вот! Вдруг я захочу тебя обсудить с кем-нибудь, – она показала другу язык, и юноша окончательно растерялся.

А может, и не тебя, – зашипела тьма. – О том южанине она будет болтать за твоей спиной.

– Зачем ты будешь обсуждать меня с кем-то? – он старался игнорировать гадкие мысли в своей голове. Фирс Хассел в прошлом, больше ничто не заставит этих двоих снова сойтись. Южанин сам пообещал держаться в стороне.

И всё же Синд не знал, оскорбиться этому желанию подруги или напротив порадоваться. Вдруг эти самые новые подруги дадут ей дельный совет. Хотя кого он обманывает, в Тэнгляйхе его не переваривают все, начиная с преподавателей, заканчивая завхозом.

– Не знаю, – она пожала плечами. – Посоветоваться что подарить тебе на день рождения.

– Книгу. Ты всегда можешь подарить мне книгу. Мои вкусы ты знаешь безо всяких там советчиков, – в этот раз Синд ответил немного грубо, Натт заметила это и резко помрачнела.

– Разве ты сам не хочешь завести друзей. Вспомни, как весело нам было с Нииском.

Некроманту ничего не нашлось сказать на это. Весело-то им действительно было. А всё потому, что в инну он не чувствовал никакой угрозы, общаться с северянином было даже весело, но всё равно Синд вздохнул с облегчением, когда тот перевёлся в другую академию.

– Если ты все решила, я тебя поддержу, конечно…

Натт очень надеялась, что ей только слышатся сотни “но”, в этом странном недосказанном ответе. Но сейчас и этого ей достаточно. Никакие друзья ей не были нужны. Все чего она хотела в этом году: не посвящать Синда в свои планы, а это будет весьма сложно сделать, живи они вместе. Сейчас девушка не была готова рассказать лучшему другу о задуманном. Он либо остановит её, либо, что ещё хуже, поддержит, а тогда он может вылететь из академии или даже пострадать. Но Натт Мёрке больше никого не потеряет. Она вновь погладила свою сумку, мысленно извинившись перед любимыми людьми за новую отвратительную ложь, которая лежала в деревянном ларце на самом дне. Они обязательно поймут её, когда всё получится. Они поймут…

Всё непременно получится. Она вернёт Квелда Мёрке назад!

Глава 2

В этот раз прощание с родителями Натт далось особенно тяжело. Брат не шутил через плечо, не морщил нос от звонких поцелуев, не сыпал обещаниями.

Было слишком тихо. Неловкие напутствия и слишком крепкие объятья.

Санна Мёрке в очередной раз предложила дочери перевестись в северную академию, чтобы быть ближе, но заклинательница лишь тряхнула головой.

–– В Форкентурме слишком слабая учебная программа для меня. Я хочу продолжать учиться у Деарда Рё’Тена.

На самом деле у Натт было куда больше причин вернуться в Тэнгляйх. Земли северной академии не был пропитаны смертью и магией настолько, чтобы осуществить задуманное. А ещё…

Ещё там не было его. Как бы не уговаривала девушка саму себя, как бы не клялась перед всеми демонами, сердце ещё рвалось туда, где смуглый чумазый южанин носился верхом на своём пустынном барсе. Это было что-то необъяснимое, тревожное и одновременно нежное. Как сильно он изминился за лето? Помнит ли её? Злится?

Как часто сама она пыталась написать хоть пару строк Фирсу, но слова не выражали даже тысячной доли её чувств. Они казались сухими и банальными. Смятый листок летел мусорное ведро, а груди разрасталось нечто болезненно-томное.

–– Всё будет хорошо, мама, – искренне заверила Натт и сжала мозолистые пальцы матери своими. – Синд присмотрит за мной.

Форсворд кивнул и горячо заверил чету Мёрке, что глазу не спустит с их дочери.

Когда последние сумки и чемоданы с книгами перекочевали в повозку, Натт забралась на облучок и натянула поводья. Синд сел рядом, наблюдая за подругой. Она выглядела завораживающе уверенной, и в каждом её движении сквозило нетерпение. И только ему отчего-то не хотелось возвращаться в Тэнгляйх.

– Знаешь, а Форкентурм звучит заманчиво, – подал голос некромант, когда они тронулись. – Подумай об этом.

Натт подумала. Но лишь пару секунд, а затем с усталой улыбкой произнесла.

– И ты туда же? Я в порядке. Тэнгляйх не пугает меня, Синд.

– Вот это меня и тревожит, ты слишком спокойна.

– Я не спокойна, – честно призналась она. – Просто не хотела расстраивать родителей. Им и без того нелегко. Квелд был единственной радостью для них, после Абби. От меня же они уже давно ничего не ждут. Уверена, когда из академии пришло сообщение о гибели одного из их детей, они подумали, что умерла я. Мне страшно, Синд. Мне больно. Ты представить не может, как много брат значил для меня.

Форсворд об этом мог лишь догадываться. Подарок от Фирса Хассела прожигал дно его сумки. Он так и не решился подарить сферу памяти, которую сделал южанин, и вина за это мучила его всё сильнее. Но парень успокаивал себя тем, что таким образом помогает подруге справиться с утратой. Увидь она Квелда вновь, боль может стать для неё невыносимой.

Тьма поддерживала это решение. Синд понял это по её удовлетворённому молчанию. В последние дни она нечасто подавала голоса, значит, он делал все верно.

– А ещё меня достали холода, – уже бодрее добавила Натт. – Люблю осень в Тэнгляйхе. Все такое сочное и нереальное. Желтый, оранжевый.

– Рыжий, – продолжил Синд, глядя на огненные волосы подруги.

– И рыжий, – согласилась она и блаженно втянула воздух. – Мы столько всего сделаем за этот год.

Через два часа начался неприятный колючий дождь. Натт сняла теплую варежку и вытянула вперёд руку, прикрыла глаза и прошептала что-то одними губами. Синд едва ли мог разобрать хоть слово. Но он явственно почувствовал колебания в воздухе, и на миг ему показалось, что дождь стал тише.

– Не закончится в ближайшие несколько часов, – невесело изрекла Натт и встряхнула рукой, словно сбрасывая напряжение после ворожбы. – Надо бы где-то переждать, обещают град.

– Кто обещает? – восхищенно поинтересовался парень. – Со стихийными духами общаться научилась?

– Не со стихийными, – загадочно ответила Натт, и Синд восхитился ещё сильнее.

Власть подруги поражала. Все давалось ей даже легче, чем ему. Он и в мыслях представить не мог, попросить мёртвых рассказать о погоде. Даже сейчас он попытался прислушаться, но не слышал того, что слышала Натт.

– Как? – только и спросил он, но девушка лишь пожала плечами.

– Оно само как-то.

На первой же развилке она свернула на почти неприметную дорогу. Старый указатель, на котором было зачёркнуто три предыдущих названия, сообщал корявым почерком о чём-то, что из-за дождя Синду не удалось прочитать, потому он доверился подруге, которая уверенно вела лошадей вперёд.

Неприятная морось как нарочно усилилась, смазывая дорогу, потому двое даже не сразу разглядели полуразрушенное здание. Оно появилось как-то слишком неожиданно, нависло над подростками серой кирпичной стеной и ощерилось битым стеклом в окнах.

– Вот тут мы и переждём дождь, – бодро ответила Натт, спрыгнула на землю и принялась отвязывать лошадей.

Синд недоверчиво смотрел на явно необитаемое место.

– Это духи тебе показали?

Девушка мотнула головой.

– Не-а. Меня сюда ещё Квелд водил давно. Это старая библиотека. Её забросили лет тридцать назад. Тут просторный холл, лошадям места хватит.

Некроманту все меньше нравилось начало поездки и поведение подруги, она мычала себе под нос какой-то веселый мотивчик и выглядела слишком воодушевленной этим происшествием. За лето она ни разу не обмолвилась об этом месте, а теперь шагает сюда, словно к себе домой.

– Ты какой-то молчаливый, – громко отметила Натт, когда Синд на цыпочках пошёл следом за подругой.

Перестук копыт эхом раздавался в пустом здании, и парень втянул голову в плечи.

– Местечко как-то не очень располагает к разговорам, – тихо ответил он, и девушка звонко рассмеялась.

– Точно-точно. Это же библиотека! Здесь надо тихо.

Она раскинула руки в стороны и начала кружиться. Капли срывались с одежды и оставляли на пыльном полу следы.